Двое во едину плоть: Любовь, секс и религия.

Об этой книге и об ее авторах.

Данная книга адресована всем, кто интересуется православным пониманием семьи, семейной жизни и супружеского (в том числе сексуального) общения. Наиболее интересна и полезна она будет для молодежи, всерьез задумывающейся о вступлении в брак, и для тех, кто недавно создал семью.

Авторы книги имеют пятнадцатилетний опыт организации православных просветительских и образовательных программ, в том числе по поддержке молодежи, желающей создать семью. Цель книги – попытаться осмыслить проблемы сексуальных отношений в семье с точки зрения православного мировоззрения. В работе делается попытка понять место секса в человеческой жизни, выработать основные принципы межполовых взаимоотношений, увидеть в любви не только красивую и правильную философию о самоотдаче и жертве, но и узнать ее в чувствах, переживаниях и опыте, наконец, осознать, что семейная жизнь требует поддержки и не развивается сама собой.

Юрий Белановский и Александр Боженов проходили обучение в филиале Аспирантуры МДА при ОВЦС в период с 2007 по 2009 год. Летом 2009 года в Отделе внешних церковных связей Московского Патриархата под председательством митрополита Волоколамского Илариона (Алфеева) состоялась защита итоговых выпускных работ, среди которых была защищена и опубликованная в этом издании работа «К вопросу о православном подходе к проблемам этики супружеских отношений». При подготовке к публикации текст выпускной работы не переписывался, разбивка на главы, сноски и примечания сохранены, однако по желанию издателей книге было дано другое название, а главы переименованы.

Работа была дополнена двумя статьями: «Что говорит Библия» (автор А. С. Десницский) и «О проблеме гомосексуальности» (автор В. С. Стрелов).

С большой внутренней симпатией представляю интересу взыскательных читателей труд Ю. С. Белановского и А. В. Боженова «К вопросу о православном подходе к проблемам этики супружеских отношений».

Авторы рискнули взяться за очень непростую для православного богослова область. Вселенское Православие много веков назад выработало ясное и отчетливое учение о семье как о домашней Церкви. Но в последние два-три века, и в особенности в XX столетии, как справедливо заметил еще в 20-х годах исповедник протоиерей Валентин Свенцицкий, нет другой стороны церковного учения, которая бы так мало понималась и так сильно искажалась в восприятии внешнего мира, как учение о семье.

Между тем сама природа семейных отношений подразумевает не только наличие общего вневременного принципа, на котором они строятся (для христианской семьи это Священное Писание и Священное Предание), но и применение этого принципа к конкретным, постоянно изменяющимся историческим условиям. Соответственно, если учение Священного Писания о семье как малой Церкви, о моногамии как идеале и норме брачного союза, о благословенном деторождении не может быть пересмотрено или подвергнуто ревизии, то конкретные представления, сформировавшиеся, к примеру, в Византии или в императорской России и связанные с семейной жизнью, не могут быть в полной мере применены к сегодняшней ситуации церковной или воцерковляющейся семье.

Если мы обратимся к «Основам социальной концепции Русской Православной Церкви», то в X разделе найдем и следующий текст: «Высоко оценивая подвиг добровольного целомудренного безбрачия, принимаемого ради Христа и Евангелия, и признавая особую роль монашества в своей истории и современной жизни, Церковь никогда не относилась к браку пренебрежительно и осуждала тех, кто из ложно понятого стремления к чистоте уничижал брачные отношения». В подтверждение этой мысли приводится пример апостола Павла, лично для себя избравшего девство и призывавшего подражать ему в этом (l Кор.7, 8), и тем не менее осуждавшего «лицемерие лжесловесников, сожженных в совести своей, запрещающих вступать в брак» (l Тим. 4, 2–3). Можно сослаться также на 51-е Апостольское правило, гласящее: «Если кто… удаляется от брака… не ради подвига воздержания, но по причине гнушения, забыв… что Бог, созидая человека, мужа и жену сотворил их, и таким образом, хуля, клевещет на создание, – или да исправится, или да будет извержен из священного чина и отвержен от Церкви».

И хотя мы знаем, что ныне главная угроза семье исходит скорее с противоположной стороны, но и подобная, имеющая только вид благочестия ревность о целомудрии, связанная с гнушением семейной жизнью, также возникала и возникает в эпохи, характеризующиеся эсхатологической напряженностью. И ныне в некоторых брошюрах и в высказываниях некоторых клириков можно услышать точку зрения на брак фактически как на паллиатив блуда, как на нечто лишь терпимое в Церкви ради немощи человеческого рода, чтобы не было чего худшего, а на его телесную сторону – как на очевидную скверну. Можно вспомнить, что еще в декабре 1998 года Священный Синод нашей Церкви указал на недопустимость негативного или высокомерного отношения к браку.

Авторов настоящей книги можно предельно приветствовать за ответственный, трезвый подход к столь деликатной сфере семейных отношений, как физическая сторона брака. Избегая скоропалительных, однозначных оценок, Ю. Белановский и А. Боженов освещают вопросы, связанные с интимными отношениями супругов, в контексте канонического права, представляют палитру воззрений авторитетных православных богословов, знакомят с подходами инославных и инорелигиозных традиций. Не навешивают ярлыки, не выписывают рецепты, побуждают думать и брать на себя ответственность.

Именно этот пафос исследования – не поиск внешнего авторитета, а принятие на себя христианской ответственности – видится мне чрезвычайно актуальным.

Надеюсь, что авторы продолжат трудиться в избранной ими области и мы со временем увидим дополненные и расширенные издания настоящей книги.

Протоиерей Максим Козлов, Профессор Московской Духовной Академии, Настоятель Храма Святой. Мученицы Татьяны При Мгу.

За прошедшее столетие мир катастрофически изменился. Причина тому – колоссальные войны и революции, в том числе культурные, информационные, сексуальные. Самая главная и разрушительная – это революция общественного сознания, затронувшая все человечество и главным образом нанесшая свой удар именно по семье. Многие фундаментальные понятия и ценности приходится осмысливать и выстраивать заново в контексте нового, «бравого» мира.

Благодаря известному скандалу вокруг одной из публикаций о супружеских отношениях во время поста наконец-то начался открытый разговор на тему интимной жизни супругов, тему, которая веками замалчивалась нашим богословием либо как не совсем «приличная», либо как «раз и навсегда решенная историческим опытом Церкви». Я думаю, что не стоит недооценивать этот разговор, ибо все острее и острее наше время ставит вопросы о том, как создать христианскую семью и как сохранить ее. Эти вопросы – одни из самых главных для современной Церкви; и как бы мы ни отрицали очевидное, всем давно ясно, что они теснейшим образом связаны с темой интимных супружеских отношений.

Огромное количество мифов и суеверий на эту тему блуждает в первую очередь в головах нашего священства, откуда они естественным образом попадают в неокрепшие души новообращенных христиан. Прежде всего это отношение к супружеской близости исключительно как к необходимости для продолжения рода; что, в свою очередь, понимается как единственная цель христианского брака. Сейчас для многих это стало штампом, который не обсуждается. Безусловно, и рождение, и воспитание детей является природой любой семьи. Но это природное качество семьи, а не цель. Такая же природа у мусульманской семьи, у буддийской, у любой другой.

Цель именно христианского брака – то, что заложено Богом в отношениях мужа и жены, это жизнь во взаимной любви, приводящей супругов в Царствие Небесное. Этой цели могут служить в том числе и интимные супружеские отношения, наполняя жизнь любящих мужа и жены взаимной нежностью, лаской, сокровенным восторгом друг от друга. И совершенно естественно, что плодом этой нежности являются дети, в любви рожденные и в любви воспитанные.

К сожалению, слишком часто приходится слышать о том, что половое влечение связано с последствием грехопадения и к человеческому естеству приразилась блудная страсть. Делается вывод, что отношения между супругами не могут быть чистыми и поэтому оправданием этих не совсем чистых супружеских отношений может быть только деторождение. Всякая близость не с целью зачатия в этой логике признается грехом.

Или же распространена другая мысль о том, что супружеские отношения – это некая поблажка человеческой природе, удерживающая ее от блудного греха. Исходя из подобных взглядов на интимную близость, супруги-христиане начинают избегать этих отношений, боятся проявлять нежность в супружеской близости, имеют все возрастающее чувство вины. И это неудивительно, если на воскресной проповеди в одном из монастырских подворий Москвы иеромонах с нумерологией, присущей маркизу де Саду, предписывает прихожанам строго определенные дни и часы, вплоть до минут, разрешающие супружеское соитие.

Совершенно невероятно, но есть примеры, когда кандидаты богословия на страницах миссионерских журналов советуют супругам брать пример интимных отношений у… животных! Логика примерно такая: у высокоразвитых животных родовая жизнь занимает очень важное место, но при этом физиологические отношения носят сезонный характер. Животные тоже испытывают плотскую радость и некоторое воодушевление в период своих брачных игр. Они совершенно прекращаются с рождением детенышей, и животные полностью переключаются на заботу о потомстве. Некоторые звери (например, волки и еноты) могут послужить поучительным примером родительской любви и супружеской верности для иных «воцерковленных православных». Такое даже трудно комментировать. Страшно представить, что молодые люди, став супругами, попробуют воплотить этот бред в своих семейных отношениях.

Надо признать и задуматься над тем, что отношение к супружеской близости как к скверне или, в лучшем случае, как к физиологической необходимости является очень часто причиной охлаждения отношений в семье, оскудения любви, и в конечном итоге – многих разводов. Есть и другое. Надуманное, неоправданное супружеское воздержание может стать причиной психических срывов и, что хуже всего, вынужденной, навязанной многодетности, понести которую семья порой не может, от чего страдают прежде всего сами дети.

Когда мы рассуждаем о том, что грехопадение исказило образ Божий в человеке, следует помнить, что это коснулось не только сексуальной сферы. Искажены и ум, и воля, и все человеческие чувства. Поэтому делать упор исключительно на интимную сторону жизни человека по меньшей мере некорректно. Все доброе, что Господь дал человеку, можно обратить во зло и погибель. Это в равной степени касается и человеческих способностей, и творчества, и физического здоровья. Но также дары Божии можно и должно обратить во спасение, даже если эти дары искажены первородным грехом. Это касается и супружеских отношений. Ведь эти отношения – исполнение любви; определяются они личной внутренней свободой каждой семьи, и только семья решает, как ей строить свою жизнь.

Надо честно признать, что нередко вмешательство священника в интимную сферу жизни может нанести серьезный ущерб семейному счастью. Я, например, не понимаю, почему супругов могут лишить первой брачной ночи из-за того, что они в день венчания вместе причащались Святых Тайн. А как быть супругам, которые молятся о зачатии ребенка и спрашивают на это Божие благословение? Им не причащаться? Почему принятие Святых Христовых Тайн, причастие Бога, воплотившегося в нашу человеческую природу, жестко противопоставляется «скверне» интимных супружеских отношений? Для меня это очевидно противоречит признанию того, что в браке «ложе нескверно».

Святитель Иоанн Златоуст, который в ранних своих произведениях говорил, что монашество выше брака, говорит и о том, что супруги, восходя на ложе, остаются целомудренными после того, как с него поднимаются.

Очень важно понимать, что супружеские отношения – это отношения супружеской любви и супружеской свободы. К сожалению, за всю историю христианства о любви в браке сказано очень немного. В семинарских учебниках нигде не говорится о том, что люди, вступающие в брак, должны друг друга любить. Это, с точки зрения учебников, не является условием и основой для создания семьи. Но именно священник должен всеми силами радеть о том, чтобы люди, которые ищут друг друга, прежде всего ставили своей целью любить по-настоящему, эту любовь хранить, эту любовь приумножать и в конечном итоге делать ее той царской любовью, которая приводит их ко спасению.

Я очень благодарен авторам этой книги за то, что они поднимают столь важную тему, которая позволит нам приблизиться к разрешению очень сложных вопросов в построении и сохранении современной христианской семьи.

Протоиерей Алексей Уминский, Настоятель Храма Живоначалъной Троицы. В Хохловском Переулке Г. Москвы.

Секс, любовь и брак – общие контуры проблем.

В современном обществе согласие на сексуальные отношения до брака стало неким «культурным кодом», отсутствие которого несет на себе некоторое негативное «послание». Иными словами, если девушка согласна на секс до брака, это не значит ничего, если не согласна, то это интерпретируется современной молодежью либо как странная причуда, либо как отсутствие реального интереса к мужчине. Нам, авторам, знакома одна молодая православная девушка, нашедшая после вуза работу по специальности. Сейчас она работает в совершенно светском коллективе. По ее свидетельству, она вызывает интерес у молодых людей, среди них есть и хорошие ребята, с которыми она не прочь развивать отношения. Но все эти молодые люди, так или иначе, хотят вступить с ней в сексуальные отношения. Ее отказ воспринимается как нелепость, причем так оценивают ее поведение не только юноши, но и девушки.

Нашей знакомой очень тяжело, но другой модели развития отношений в ее окружении не существует. Она бы и рада общаться как-то иначе, но никто вокруг не умеет ухаживать и общаться с противоположным полом, не вступая в интимные отношения. Пока девушка молода, она держится и отказывает парням, по сути разрывая отношения. Но пройдет несколько лет, и, в этом можно быть уверенным, ей придется всерьез рассматривать и принятый в обществе вариант, ведь перспектива остаться без семьи ее не радует.

Искать будущего супруга среди православных для нее крайне затруднительно. Несмотря на искреннюю веру, молодая христианка не вовлечена столь глубоко в приходскую жизнь и не вхожа в православные «тусовки». Честно говоря, она сомневается в эффективности таких поисков, и на это есть серьезные причины.

Наша знакомая хотела бы свидетельствовать перед друзьями о христианском понимании брака, любви и половых отношений, о том, что ее неприятие секса до брака не означает отвержение интимной жизни вообще, но ее старания найти хоть какую-то православную авторитетную информацию на эту тему остались безуспешными. По ее словам, в храмах ей наговорили множество очень радикальных вещей: что секс – это скверна, секс необходим только для зачатия, в пост «нельзя», что надо каяться после каждого соития и т. д. На фоне окружающей жизни ей представили православие как «антисексуальную» религию. Если для современности секс – это почти все, то получается, что для православной семьи – почти ничего.

Наша знакомая не может даже подумать о любовных отношениях в законном супружестве как об удовольствии и о радости. Супружество «по-православному» предстает перед ней как странная смесь «племенного завода», «платонических отношений» и «постоянного чувства вины за разделенное с супругом ложе». Причем ее тревожность только усугубляется при мыслях о возможном браке с неверующим. Эту девушку пугает такая мысль: если для неверующих секс значит так много, то как же совместить возможные желания и запросы мужа и православное отвержение секса?

По нашему мнению, этот вопрос не имеет простого ответа, в такой ситуации очень трудно что-то посоветовать. Но хотелось бы подчеркнуть, что эта история – типичный пример человека, искренне желающего понять, как себя вести в подобных ситуациях, и не находящего, где и у кого можно получить компетентную информацию о сексуальных отношениях. Обо всем этом молчит современное русское православие. Конечно, не дело Церкви учить правильному флирту или правильной сексуальной жизни супругов, но время ставит именно такие задачи.

Востребованность и популярность сексуальной темы среди молодых людей, в т. ч. православных, видна в православной блогосфере, где любой вопрос, прямо или косвенно затрагивающий интимную сферу, вызывает горячие дискуссии и сразу обрастает сотнями, если не тысячами комментариев.

В православном сообществе о сексе говорят в подавляющем большинстве по пяти поводам: борьба с добрачными половыми связями, дисциплинарные условия для участия в таинствах, аскетика семьи, богословско-философское осмысление христианского брака и вопросы биоэтики. В этих направлениях разговор о сексе носит фрагментарный характер, являясь одним из средств решения той или иной задачи. Вне церковного рассмотрения на данный момент остается тема взаимоотношений супружеской пары, включающая и вопросы сексуальной жизни. Хотя в современной культуре секс уже давно рассматривается как одна из важнейших форм проявления любви между мужчиной и женщиной, тесно взаимосвязанная с иными формами и проявлениями человеческой любви. Именно в таком контексте тема сексуальных отношений волнует многих православных христиан, желающих создать семью или уже живущих семейной жизнью.

Игумен Валериан (Головченко) в интернет-публикации «Про «это» – православным» сказал следующее: «Современность дает нам печальную картину все возрастающего ослабления семейных отношений, упадка семьи. Молодые люди, наглядевшись в чужой или даже в своей собственной семье на то, что реально представляет семейная жизнь, чуждаются брака, боятся создавать семьи, готовы идти, пожалуй, на внебрачное сожительство, чтобы при первом, однако, конфликте бросить своего сожителя. Брак все больше дискредитируется в молодых поколениях – и в связи с этим все более возрастает культ внебрачных связей.

Семейная жизнь имеет в себе три стороны: биологическую («супружеские отношения»), социальную и духовную. Если «устроена» какая-либо одна сторона, а другие стороны либо прямо отсутствуют, либо находятся в запущенности, то кризис семьи будет неизбежен. <…> Брак не есть и не может быть только социальным сожительством – он есть и половое и духовное сожительство.

Про интимную жизнь чаще говорят на исповеди, чем на проповеди. В то время, когда весь мир талдычит о «сексуальной свободе», кажется, лишь православные связаны великим «заговором молчания», некой страшной омертой. <…> На фоне всеобщей развращенности у обывателя складывается впечатление, что православные даже не представляют себе, откуда дети берутся. И считают интимную жизнь чем-то гадким изначально»[1].

От православного сообщества давно ждут ответа на один из ключевых вопросов современности – каковы место и роль интимных отношений в человеческой любви и семейной жизни? Осмыслению именно этой темы мы и посвятили нашу работу, понимая, что православные больше не могут «отмалчиваться» по этому вопросу, если не хотят потерять авторитет в этой важнейшей для любого человека области. Затронутая тема безгранична, а ресурсы авторов, в свою очередь, достаточно скромны.

Поэтому целью нашей работы является первоначальное осмысление проблемы, обзор связанных с ней тем и формулирование тех вопросов, которые, на наш взгляд, должны быть прежде всего решены православным сообществом.

О сексуальном просвещении.

На жизнь православной молодежи очень сильно влияет известное противоречие между светским образом жизни и церковной традицией. В любом случае и неверующая, и церковная молодежь находится под влиянием массовой культуры, ставящей во главу угла романтизм, беззаботность, а зачастую и откровенную безответственность и потребительское отношение друг к другу. Как бы мы ни хотели, многие православные юноши и девушки и их родители вполне приемлют уже обычные для общества модели поведения, которые основаны прежде всего на свободе принятия решений, которая часто понимается как вседозволенность и поэтому является безнравственной и безответственной, и тех социальных стереотипах полового поведения, которые наиболее распространены. Современная культура почти не предлагает адекватных для христианской традиции способов познакомиться, вместе провести время, «испытать» друг друга до свадьбы и принять решение о создании семьи. В свою очередь, то, что существует в современном православии, очень специфично и ограничено книжными, не имеющими образца в реальности «аскетическими» традициями, поэтому перед православной молодежью зачастую стоит жесткий выбор: или быть «как все», или вести образ жизни, приближенный к монашескому.

У нецерковных людей «рамки» жизни зависят от личного произволения. Молодые люди, будучи часто незрелыми, могут и вести себя незрело: не осознавать и соответственно не соблюдать границ допустимого в отношениях между полами. Для христиан все это неприемлемо, поскольку развитие мужеско-женских отношений невозможно без целомудрия, доверия своему избраннику, ответственности, жертвенности и свободы. У православной молодежи есть вполне традиционные, но в то же время ограниченные по количеству варианты развития отношений между мужчиной и женщиной. По сути, они сводятся к дружбе, совместному служению или созданию семьи. Но этого крайне мало для современной культуры и для тех моделей создания брака, которые она предлагает.

Светская культура говорит о семейной жизни как о максимуме удобств и выгод. Общество предоставляет очевидный и простой вариант достижения такой цели: до брака необходимо досконально испытать партнера и попробовать совместно пожить. Из социальных норм давно выветрилось понимание брака как акта веры, как «прыжка через пропасть», как события единственно возможного и необратимого. Общество давным-давно нивелировало этот жизненно важный личный выбор, навязывая страх перед ошибкой, воспитывая инфантильность.

Современная культура предлагает модель поиска, проб и ошибок. Она говорит, что практика – критерий истины. Церковь же, со своей стороны, дает высокое богословие, идеалы, каноны и даже пропаганду. Но при этом для многих людей неясным остается все то, что может привести в конечном итоге к решимости вступить в брак, качественно измениться, стать мужем и женой, т. е. «прыгнуть через пропасть», доверяясь Богу, своему избраннику и себе в разрешении трудностей, опасений и будущих неопределенностей.

Для нас очевидно, что разрушение христианских нравственных норм в российском обществе является результатом того, что несколько наших поколений воспитаны в условиях тотального атеизма. Быть христианином очень трудно: для этого надо двигаться против течения, удалившись, как говорит апостол, «от господствующего в мире растления похотью» (2 Пет. 1.4). Но надо признать, что невозможно повысить нравственность в сфере межполовых отношений путем простого отказа от какого бы то ни было полового просвещения и повального истребления контрацептивов. Может быть, с каждым годом положение становится все хуже, но это не значит, что стены, отгораживающие христиан от окружающего мира, должны быть все выше и массивней. Ведь христиан невозможно отделить от общества и от всего того, что в нем происходит. Последователи Христа могут быть с чем-то не согласны, в чем-то не принимать участия, но жить вне общества для большинства из них невозможно.

К сожалению, проблема куда глубже, чем просто наличие доступной информации о сексе. На это в свое время обратил внимание протоиерей Николай Балашов: «Важно, что дети видят у себя в семье. Если девочка или мальчик, возвращаясь домой, застают там двух людей, которые бесконечно устали друг от друга, смертельно друг другу надоели, у которых на самом деле не осталось ничего общего, кроме квартиры и какого-то быта, тогда, конечно, идея «безопасного» и безответственного секса встречает понимание – почему бы и нет? Но если ребенок дома видит людей, которые любят друг друга, дорожат друг другом и с годами все больше сродняются, – то есть надежда, что и он со временем создаст подобную семью»[2].

Эта мысль очень важна, т. к. вопросы воспитания православных детей и молодежи все больше рассматриваются только в сфере информации. При этом за скобками остается то, что важнее, то, что воистину назидает, – это опыт, жизненный пример и любовь. Очевидно, что мы не в силах решить проблему отхода христиан от истинной проповеди – научения жизнью. Для нас важно этот факт констатировать, чтобы правильно понять смысл дальнейших рассуждений. Они могут быть лишь вспомогательными, дополнительными к главному: к тому жизненному примеру, который мы как христиане призваны явить не только нашим детям, но и всем окружающим.

Если же говорить об информационной составляющей подготовки молодежи к семейной жизни, то необходимо отметить отсутствие представителей православной Церкви и православной общественности во все более набирающем обороты половом или сексуальном просвещении. Мы не призываем православных к созданию подобных программ и участию в них, мы просто напоминаем, что любой человек так или иначе чувствует сексуальное влечение к противоположному полу. Все мы, начиная с подросткового возраста, стараемся что-то узнать о любви, о психологии противоположного пола, о половых отношениях вообще и в частности о сексе. И этот запрос не может остаться без удовлетворения. В любом случае, раньше или позже, украдкой или открыто, от родителей или в подворотне ребенок знакомится с тем, что хотел знать о сексе. Поэтому, может быть, стоит задуматься об альтернативном варианте просветительских программ для подростков?

В прошлом веке попытка затронуть тему интимных отношений с педагогических, психологических и философских позиций была предпринята протоиереем Василием Зеньковским. В своей книге «На пороге зрелости» он писал: «До последнего времени было принято обходить тему пола в беседах с молодежью, т. е. фактически предоставлять молодежи знакомиться с этой темой на основании случайных, часто двусмысленных источников. Между тем уже давно вопросы пола занимают выдающееся место в литературе, в газетах и журналах, в театре и кино. Рекламы и объявления (даже на посторонние темы) стремятся возбудить половое сознание, раздражают его – и от этого не укрыться. Без преувеличения можно сказать, что молодые поколения ныне более, чем когда бы то ни было, осуждены на то, чтобы быть втянутыми в ту нездоровую половую напряженность, которая характерна для нашего времени. Если верно, что пол всегда мучил людей, то ныне он мучит их с особой силой; во всяком случае, без конца беспокоит и давит. Именно потому и важно помочь молодежи разобраться в этой области, помочь найти правильный путь в жизни.

Большим осложнением является то обстоятельство, что жизнь пола во многом как бы закрыта от нас. <…> В духовно здоровой среде это имеет, между прочим, свое положительное значение, но в условиях современной жизни и особенно в больших городах с их душной, напряженной жизнью, с их отравленностью различными ядами указанное обстоятельство получает, наоборот, отрицательное значение. Это связано больше всего с преждевременным пробуждением интереса к вопросам пола, причем этот интерес неизбежно усиливает работу воображения. Действительно, ни от чего не страдает так молодежь (да и одна ли молодежь?), как от той усиленной работы воображения в сфере пола, от того тайного любопытства и внутреннего напряжения, которые ослабляют всякий самоконтроль. Ничто не кажется мне столь опасным, как это явление, – как раз в силу того, что болезненное развитие воображения, не стесненного здравым смыслом, духовной трезвостью, становится источником всякого рода психических неправильностей. На почве внешнего умолчания, с одной стороны, и острого внутреннего любопытства к теме пола – с другой, часто вырастает в юной душе жажда раздражений и возбуждений в сфере пола, что чрезвычайно подрывает духовное и нервно-психическое здоровье.

Есть единственный способ овладеть игрой бессознательных сил в душе – это осветить их в сознании спокойно и трезво, уяснить себе смысл и скрытую динамику этих явлений»[3].

Мы уверены, что отсутствие честной, выверенной и несоблазнительной информации о межполовых отношениях заставляет молодых людей, в т. ч. православных, обращаться к тем, часто неадекватным, источникам, которые попадаются им на жизненном пути. Хорошо, если это будет качественная и профессиональная литература по сексологии или психологии или опыт протестантских и католических авторов. А если источником информации станет какая-нибудь религиозная или экономическая секта или развратная «бульварная» литература?

Это понимают представители многих религий, например, мусульмане и иудеи. В книге «Любовь и секс в исламе» читаем следующее: «Сексуальное влечение человека столь же естественно, как голод и жажда, которые мы испытываем. При этом сексуальное влечение может быть утолено как законным, так и незаконным образом. Подобно другим желаниям, которыми наделил человека Всемогущий Аллах, сексуальное влечение может подчинить себе того, кто слаб.

Важно подчеркнуть, что половое воспитание в исламе направлено на то, чтобы научить человека утолять свой сексуальный «голод» законным образом. Застенчивость не должна препятствовать стремлению к знанию, но в то же время подобное образование должно вестись деликатно и достойным образом.

Поскольку современное западное сексуальное образование внушает юношам и девушкам мысль о допустимости внебрачных сексуальных отношений, для родителей-мусульман становится особенно важной возможность дать своим детям такое половое воспитание, которое соответствует требованиям Ислама и законам, установленным Аллахом в этой щекотливой и деликатной области.

Таким образом, согласно Исламу, сексуальное образование является частью религиозного, то есть передачи знаний о дозволенном и запретном, о том, что служит благу в этой и в будущей жизни. Разумеется, в процессе такого образования не могут использоваться методы, являющиеся запретными сами по себе (например, демонстрация фотографий обнаженного тела или непосредственное описание занятий сексом). Помня об этом, мы должны приступать к сексуальному обучению детей, начиная с достижения ими половой зрелости. Однако в западных странах, где в школах обычно начинают преподавать соответствующие предметы с более раннего возраста, есть смысл начинать исламское половое воспитание с семи лет (в этом возрасте мальчик или девочка уже имеют ясное представление о разнице полов). <…> Если мы не дадим нашим детям надлежащего образования в этой области, они могут наделать много ошибок и сбиться с пути»[4].

В книге «Евреи и секс»[5] критикуется «христианский» взгляд на секс как нечто грязное, греховное, от чего следует, по возможности, воздерживаться и отдаляться. После слов критики в этом издании сказано: «Вместе с тем на протяжении всех тысячелетий своей истории евреи придерживались отличного и от языческого, и от христианского взгляда на интимные отношения мужчины и женщины. Ну, хотя бы по той причине, что согласно Торе <…> прародители человечества, помимо прочего, занимались и любовными утехами. Более того, без них, как говорят различные еврейские источники, само райское наслаждение было бы неполным. <…>

Простую истину о том, что в раю Адам и Ева наслаждались друг другом, каждый еврейский мальчик впитывает еще в хедере – религиозной еврейской школе, учеба в которой начиналась в пять лет, а то и раньше. Секс не мог быть причиной грехопадения человека хотя бы потому, что из текста Торы следует – Ева зачала и родила своего первенца Каина еще во время пребывания в раю. Об этом свидетельствует и то, что в словах «И познал Адам жену свою Хаву, и она забеременела и родила Каина» глаголы «познал» и «родила» употреблены в оригинале в завершенном времени. Да и само имя родившегося от этой близости ребенка – Каин – означает «приобретение» и отражает всю степень восторга Евы по поводу его рождения…

Мысль о том, что интимная близость между мужчиной и женщиной не только не постыдна, греховна и запретна, но и предполагается частью Божественного замысла, втолковывается еврейскому ребенку и с помощью других слов Торы, повествующих о сотворении человека: «И сотворил Бог человека в образе Его: мужчиной и женщиной он сотворил людей. И благословил их Бог, и сказал им Бог: «Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и овладевайте ею…» <…>

В принципе, именно с рассказа об Адаме и Еве и начинается сексуальное воспитание детей в традиционной еврейской семье. Тогда же им прививается взгляд на то, что в отношениях между мужчиной и женщиной, в отношениях между отцом и матерью нет ничего постыдного – постыдно воспринимать их как нечто противоестественное и грязное, переводить в некую сферу, запрещенную Творцом»[6].

Как мы видим, в данном тексте противопоставляется «позитивное» иудейское отношение к сексу – дремучему «традиционному христианскому взгляду», который в действительности не является церковным учением, а есть плод религиозной безграмотности обывателей.

В своем выступлении на «круглом столе» «Семья в современной Церкви» протоиерей Георгий Митрофанов отметил: «Церкви, безусловно, нужно задуматься, каким образом воспитывать наших прихожан, и прежде всего, конечно, детей, вот в этой самой сфере, на которую было наложено долгое время табу. Лицемерный пуританизм советского общества приводил к тому, что представление о брачной жизни, о плотских отношениях люди черпали из самых сомнительных источников. То же самое происходит и сейчас. Когда мы справедливо критикуем те программы полового воспитания, которые предлагаются сейчас в школах, мы не только должны их критиковать, мы должны предлагать какую-то альтернативу. Как же без этого строить воспитание, подготовку людей к браку?»[7].

Действительно, проблема заключается в том, что мы, понимая, насколько безобразны и даже вредны некоторые примеры полового «просвещения», часто ничего не можем этому противопоставить, кроме стыдливого умолчания о вопросах пола. По существу, полемика сводится к спорам, нужно ли вообще говорить детям и молодежи «про это». Судя по реакции разгневанных родителей и по заметкам возмущенных педагогов, которые в полноте представлены ежегодно на общественно-церковном форуме «Рождественские чтения», большинство православных полагают, что тема полового воспитания вообще недопустима. Но ведь православные дети откуда-то должны узнавать и откуда-то узнают правду об отношениях между мужчиной и женщиной.

Мы уверены, что настало время изучить те подходы к вопросу, которые нам предлагают и светский опыт, и опыт инославных христиан, и даже положительный опыт других религий. Нам необходимо взять лучшее, выверить его в соответствии с православной антропологией и предложить молодым людям, потому что настало время понять и четко сформулировать, что такое сексуальное просвещение с точки зрения православия, в каком возрасте и что может или должен знать ребенок, подросток или молодой человек.

Одним из немногочисленных православных примеров схожего взгляда мы находим в книге протоиерея Николая Балашова «И сотворил Бог мужчину и женщину?»: «Худо, что мы, владея христианским пониманием святости, возвышенности, чистоты отношений между мужчиной и женщиной, не в состоянии бываем донести эти знания до наших детей и подростков. На те негодные, действительно заслуживающие осуждения программы полового «просвещения», которые предлагаются в школах, мы должны были бы ответить не только протестом и возмущением, но и своими православными, целомудренными программами воспитания наших детей и юношества в этой области. Это одна из важнейших задач христианских педагогов. Мы должны заниматься этим и в воскресных школах, а также готовить такие программы, которые могли бы быть приняты и в государственных, и муниципальных учебных заведениях.

Следует честно признать: если мы не научимся бережно и целомудренно, но вместе с тем понятно и правдиво, не слишком рано, но и не чересчур поздно рассказывать нашим детям об отношениях полов в том духе, который совместим с нашей верой и нашими представлениями о нравственности, – мы неизбежно отдадим это важное дело в руки людей, далеких от христианских нравственных норм»[8].

Развитие той же мысли мы находим в книге католического автора Альфонсо Лопеса Кинтаса «Человеческая любовь – смысл и достижения»: «<…> становится очевидным, что предлагаемые решения сексуальных проблем не беспристрастны: они склоняются в пользу такой сексуальности, которая оторвана от любви и от предназначенной ей плодотворной социальной роли.

Нет другого пути, кроме глубокого понимания того, кем мы являемся как личности и кем мы должны стать. Эротическая пропаганда характеризуется фривольностью и поверхностностью. Противоядием ей должны стать глубина, непрестанное проникновение в сокровенные корни нашего человеческого бытия и выяснение всех вытекающих из него требований. Мы должны глубже понять, что значит быть человеком, каким образом мы развиваемся как личности и какую роль должна играть любовь в этом развитии.

Изучение этой проблемы следует, в принципе, проводить в свете научных исследований, потому что сегодня общества в большинстве своем плюралистичны, в них сосуществуют люди, имеющие очень разные чувства и придерживающиеся различного образа мыслей и политических взглядов. Если подходить к исследованию сексуального вопроса, исходя, например, из этики, вдохновляемой религиозной верой, существует опасность, что всех тех, кто чувствует себя чуждым религии, ни в коей мере не затронут наши рассуждения.

Научный и антропологический подход ни в коей мере не исключает ценность христианской этики. Это очень важное и перспективное дополнение. Современное исследование того, чем является человек, как он формируется и как развивается, как создается его творческая мощь, какой тип поведения создает подлинную общественную жизнь, позволяет с ясностью обнаружить различные пути, которыми мы можем следовать в жизни»[9].

Последние слова верно и емко говорят о возможном подходе к теме сексуального просвещения. Однако из доступных нам источников не так-то просто понять, что же надо делать и что должна включать в себя подготовка молодых людей к браку и их знакомство с темой половых отношений. Попробуем разобраться в этом на основании современных подходов к отношениям между полами.

В заключение этого раздела приведем еще одну важную мысль протоиерея Василия Зеньковского, которую можно считать выводом: «Правильное устроение жизни пола является, таким образом, задачей, мимо которой не может пройти ни один человек. Это нужно твердо помнить и не относиться к теме пола легкомысленно, не прибегать к случайным, часто двусмысленным, а иногда просто отвратительным материалам, которыми заполнена в этом отношении современность.

Я глубоко убежден в возможности такой духовной установки в молодежи, которая, не подавляя и не уродуя ни одного естественного движения, может вместе с тем обеспечить здоровое развитие всех сил в человеке, может организовать внутреннее равновесие в душе. Путь чистоты не есть утопия, не есть наивность или уход от жизни, а наоборот, есть путь здорового, трезвого «устроения» в нас таинственной и творческой силы пола. Надо иметь в виду, что не только интересы здоровья, но еще больше интересы творчества и раскрытия личностью ее внутреннего мира зовут нас на этот путь чистоты»[10].

О современных светских подходах к отношениям между полами.

Православным христианам хорошо знакомы примеры богословского и пастырского подходов к теме любви. Мы привыкли к тому, что в православной литературе семья представлена как образ Святой Троицы, мы читали, что цель человеческой любви состоит в уподоблении любви Божьей. Порой за таким возвышенным взглядом в тени остается тема любви мужчины и женщины с философско-психологической точки зрения, с практических и даже бытовых позиций.

Половые отношения давно стали самостоятельными предметами исследования не только биологии и медицины, но и философии, психологии и даже психиатрии. Все эти подходы синтезированы в сексологии, призванной удовлетворить запрос современного общества о половом воспитании людей.

Из интересующих нас вопросов в светской литературе развиты такие важнейшие темы, как: мужеско-женские отношения вообще, любовь, влюбленность, предпосылки к созданию брака и сексуальные отношения супругов. По всем этим вопросам сказано очень много. Прежде чем показать некоторые светские подходы к решению хотя и важных, но все же частных вопросов, постараемся представить целостный взгляд на сексуальные отношения.

Обратимся к трудам ученого с мировым именем, психотерапевта и философа Виктора Франкла. Его имя и опыт ученого дают нам право воспринять его учение о человеке и жизненном пути человека как часть научного знания, обладающего большой степенью объективности. Взяв за основу книги «Человек в поисках смысла»[11] и «Воля к смыслу»[12], постараемся изложить взгляды этого ученого.

Человек, любовь и половые отношения по В. Франклу.

О человеке.

По мысли ученого, человек, в отличие от животных, является личностью и обладает духовной сферой бытия. Духовность человека – это не просто его характеристика, а существенная особенность. Духовное наряду с телесным и психическим, которые свойственны и животным, присуще человеку, и присуще только ему одному. В. Франкл пишет: «То, что может противостоять всему социальному, телесному и даже психическому в человеке, мы и называем духовным в нем. Духовное, по определению, и есть свободное в человеке. Духовная личность – это то в человеке, что всегда может возразить!»[13].

Однако, будучи духовным существом, личностью, человек не может осуществлять себя вне психических и телесных возможностей. Три важных измерения, в которых человек проявляет себя, прекрасно описаны биологией, психологией и социологией. Все суждения о человеке, в каждом отдельно взятом измерении, сами по себе правомерны.

Но при этом надо всегда осознавать ограниченную правоту этих высказываний, обусловленную их одномерным характером.

У Виктора Франкла не вызывает сомнений то, что хорошо функционирующий психофизический организм является условием развития человеческой духовности. Важно лишь не забыть, что психофизическое, как бы оно ни обусловливало такую духовность, не может на что-либо воздействовать, не может породить эту духовность. «Все человеческое обусловлено. Но собственно человеческим оно становится лишь тогда и постольку, когда и поскольку оно поднимается над своей собственной обусловленностью, преодолевая ее. Тем самым человек вообще является человеком тогда и постольку, когда и поскольку он как духовное существо выходит за пределы телесности и душевности»[14], – уверен ученый.

Франкл утверждает, что человеческое бытие всегда ориентировано вовне, на нечто, что не является им самим, на что-то или на кого-то: на смысл, который необходимо осуществить, или на другого человека, к которому мы тянемся с любовью. В служении делу или любви к другому человек осуществляет сам себя. Таким образом, он, по сути, может реализовать себя лишь в той мере, в какой он забывает про себя, не обращает на себя внимания.

Человек – это особое существо, которому свойственна постоянная свобода в принятии решений, несмотря на жизненные обстоятельства. Эта свобода включает в себя возможность быть как «нечеловеком», так и святым. В сущности, свобода как непременный атрибут личностности бытия – это как раз свобода по отношению к чему-либо: «свобода от» чего-то и «свобода для» чего-то.

Свобода может быть явлена в основном по отношению к трем вещам: к влечениям, к наследственности и к среде. Что касается наследственности, то серьезные исследования в этой области показали, в какой степени человек обладает свободой по отношению к своим задаткам. В качестве примера можно привести жизнь однояйцевых близнецов, один из которых был ловким преступником, в то время как его брат-близнец – столь же хитроумным криминалистом. Что касается среды, то и здесь обнаруживается, что она не определяет человека. Влияние среды больше зависит от того, что человек из нее делает и как он к ней относится. Так, среди американских солдат, находившихся в северокорейских лагерях для военнопленных, найдется достаточно примеров как альтруизма, так и примитивнейших форм борьбы за выживание.

Очевидно, человек свободен лишь условно. Свобода не тождественна всемогуществу (в силу ограниченности естества) и произволу в силу ее органической связи с ответственностью. Ответственность включает в себя то, за что человек несет ответственность, прежде всего это осуществление ценностей и реализация смысла. Франкл утверждает, что «человек – существо, ориентированное на смысл и стремящееся к ценностям, в противоположность ходячему психоаналитическому представлению о человеке как о существе, обусловленном влечениями и стремящемся к наслаждению»[15].

Так, уязвимым местом антропологии, основанной на учении Фрейда, является постулирование стремления к наслаждению вместо стремления к ценности, которое присуще человеку в действительности. Но принцип наслаждения противоречит сам себе, т. к. он отменяет сам себя. Ведь тот, кто провозглашает наслаждение как принцип, не дает ему быть тем, чем оно должно быть, т. е. результатом. Чем больше человек нацелен на наслаждение, тем больше оно от него ускользает, и наоборот: чем больше человек стремится избежать неудовольствия, избежать страданий, тем больше он ввергает себя в дополнительные страдания. «Предположение Фрейда, что устранение напряжения и стремление к равновесию есть первичная и единственная тенденция живого существа, просто не соответствует действительности. Принцип гомеостаза не имеет объяснительной силы даже в биологическом измерении, не говоря уже о психологическом и тем более духовном»[16].

Франкл пишет: «В отличие от животных инстинкты не диктуют человеку, что ему нужно, и в отличие от человека вчерашнего дня традиции не диктуют сегодняшнему человеку, что ему должно. Не зная ни того, что ему нужно, ни того, что он должен, человек, похоже, утратил ясное представление о том, чего же он хочет»[17].

В действительности нормальная ситуация такова: человека не побуждают влечения, но притягивают ценности. Выбирая свободу и ответственность ради осуществления ценностей, он открывает себя миру ценностей. Очень важно понимать, что смысл нельзя дать, его нужно найти. Смысл должен быть найден, но не может быть создан. В поисках смысла человека направляет его совесть. Одним словом, совесть – это орган смысла. Совесть принадлежит к числу специфически человеческих проявлений. Ее можно определить как способность обнаружить тот единственный и уникальный смысл, который кроется в любой ситуации.

Ни один психиатр и ни один психотерапевт не может указать больному, в чем заключается смысл. Он вправе, однако, утверждать, что жизнь имеет смысл и даже, более того, что она сохраняет этот смысл в любых условиях и при любых обстоятельствах благодаря возможности найти смысл даже в страдании.

Человек не только ищет смысл в силу своего стремления к смыслу, но и находит его тремя путями:

• он может усмотреть смысл в действии, в создании чего-либо;

• он видит смысл в том, чтобы переживать что-то или чтобы кого-то любить;

• даже в безнадежной ситуации, перед которой он беспомощен, он при известных условиях способен видеть смысл.

В жизни не существует ситуаций, которые были бы действительно лишены смысла. Это можно объяснить тем, что негативные стороны человеческого существования (страдание, вина и смерть) также могут быть преобразованы в позитивное достижение, если подойти к ним с правильной позиции и с адекватной установкой.

Все вышесказанное важно для дальнейшего развития темы. Виктор Франкл исходит из того, что человек – свободное существо, призванное к ответственности за свою жизнь. Никакие инстинкты, в том числе родовой, не могут определять человека полностью, без остатка. Человек обладает влечениями, однако влечения не владеют им. Влечения не исчерпывают его.

«Человек – это существо, которое всегда может сказать «нет» своим влечениям и которое не должно всегда говорить им «да» и «аминь». У человека есть влечения – животное само есть влечения»[18].

Половые отношения в свете теории В. Франкла.

Ученый призывает: «Давайте отбросим все более или менее туманные рассуждения о любви и рассмотрим ее в свете смысла человеческого существования. В этом свете она оказывается областью, в которой ценности «переживания» особенно легко реализовать. Любовь – это «переживание» другого человека во всем его своеобразии и неповторимости»[19].

Любовь не заслуживают, любовь – это просто милость. Любимый человек воспринимается по своей сути как единственное в своем роде и неповторимое существо, он воспринимается как «Ты». Как человеческая личность, для того, кто его любит, он становится незаменимым существом, без которого невозможно обойтись, причем ничего не делая для этого со своей стороны. Человек, которого любят, «не может не быть» своеобразным и неповторимым, т. е. ценность его личности реализуется.

Кроме счастья быть любимым и восторга для того, кто любит, в любовь входит еще и третий фактор: чудо любви. Благодаря любви свершается непостижимое: в жизнь входит новый человек, сам по себе уже полный таинства своеобразия и неповторимости – ребенок!

Оказывается, что любящий человек через переживание собственной любви может по-разному воспринимать многослойную структуру личности другого человека. В точности так же, как существуют три «слоя» человеческой личности, существуют и три возможных способа отношения к ней.

Самый примитивный подход относится к самому внешнему слою – это сексуальное отношение. Физическая внешность другого человека оказывается сексуально возбуждающей – это возбуждение вызывает половое влечение к сексуально привлекательному партнеру.

На ступеньку выше стоит эротическое отношение. Вот что о нем говорит Франкл: «Мы разграничиваем эротику и сексуальность. Эротика проникает в следующий, более глубокий слой, в психическую сферу другого человека. Такое отношение к партнеру соответствует тому, что обычно называют «сильным увлечением». Увлеченный человек находится уже не просто в состоянии физического возбуждения. Скорее возбуждается его психологическая эмоциональность. Она возбуждается особой психической организацией партнера, скажем, какими-то конкретными чертами его характера»[20].

Эти виды отношений не проникают в сердце другого человека. Такое возможно только на третьем уровне отношений: на уровне самой любви. Любовь представляет собой вступление во взаимоотношения с другим человеком как с духовным существом. Таким образом, любовь является вхождением в непосредственные отношения с личностью любимого, с его своеобразием и неповторимостью. По мнению Франкла, «тенденции, с которыми мы встречаемся в сексуальности и в «увлеченности», резко ограничивают возможность перехода к истинной любви»[21].

Личность является носителем тех психических и телесных характеристик, которые привлекают эротически и сексуально расположенного человека. Если сексуально расположенный или увлеченный человек чувствует привлекательность физических характеристик и психических черт партнера, т. е. того, что этот другой человек «имеет», то любящий любит самого любимого: не что-то такое, что «имеет» любимый, а то, чем является он сам. «Взгляд того, кто любит, проникает через физическое и психическое «одеяние», проникает до самой сердцевины другого существа. Его уже больше не интересует обольстительный физический «тип» или привлекательный темперамент; его интересует человек, единственный в своем роде, незаменимый и не сравнимый ни с кем»[22].

Можно попросить скептика представить себе, что его любимая женщина потеряна для него навсегда (она умерла либо уехала), а затем предложить ему двойника любимого существа, т. е. человека, который телом и темпераментом в совершенстве напоминает ее. Если после этого задать скептику вопрос, может ли он переключить свою любовь на другую женщину, то ему придется признать, что он не сможет этого сделать. Такой «перенос» истинной любви, с точки зрения Франкла, немыслим, потому что тот, кто любит по-настоящему, меньше всего задумывается о каких-то психических и физических характеристиках любимой, он задумывается не о какой-то черте ее характера, а о том, чем она является в своей неповторимости. Но тот, кто просто сильно увлечен, мог бы, вероятно, найти какого-нибудь двойника для своих целей. Его привязанности без труда могли бы быть перенесены на двойника, потому что его чувства связаны только с физическими данными и темпераментом партнера, а не с его духовной сущностью.

Любовь – нечто большее, чем эмоциональное состояние. Любовь – это интенциональный акт, который направлен на сущность другой личности. Все это не означает, конечно, что любовь не имеет желания «воплотить» себя. Но она в такой степени независима от тела, что вполне способна не испытывать в нем нужду. Даже в любви между людьми разного пола тело, т. е. сексуальный элемент, не является первичным. Оно только средство самовыражения, поэтому любовь как таковая может существовать без него. Там, где сексуальность возможна, любовь будет желать и стремиться к ней. Но там, где требуется отказ от нее, любовь не охладеет и не умрет. «Настоящая любовь является своим собственным гарантом постоянства, хотя бы потому, что в старости физическое состояние проходит и психологическое состояние становится иным»[23], – пишет В. Франкл.

В то время как «мелкий» человек видит только внешний облик партнера и не может постичь его глубину, более глубокий человек рассматривает саму поверхность не как основополагающее или решающее проявление, а как проявление глубин. Для того, кто любит по-настоящему, физическая, сексуальная связь остается формой выражения духовной связи, которой на самом деле является его любовь.

В действительности любовь между мужчиной и женщиной – это только один из возможных способов наполнить жизнь смыслом. Наше существование пришло бы к печальному концу, и наша жизнь была бы поистине бедна, если бы ее смысл зависел только от того, испытали мы или нет счастье в такой любви. Жизнь бесконечно богата возможностями реализовать ценности. Нам нужно только помнить о важности реализации созидательных ценностей. И человек, который не любит и которого не любят, может организовать свою жизнь так, что она будет полна высоким смыслом.

Любой флирт, типичные ухаживания прошлого и настоящего бессознательно игнорируют внутреннее содержание партнера. Неповторимость и своеобразие другого человека умышленно упускаются при контактах подобного толка. Люди, которые увлекаются поверхностной эротикой, убегают от обязательств настоящей любви, от любых истинных уз с партнером, потому что такие узы влекут за собой ответственность. Они прибегают к собирательному понятию, предпочитая «тип»; их партнер в каждом конкретном случае является более или менее случайным представителем этого типа. Они выбирают «тип», а не какого-то конкретного человека. Их влечение направлена к типичной, обезличенной «внешности».

«Некоторые современные мужчины выбирают некоторый «тип» женщины как свой эротический идеал, потому что «представитель типа» не может в силу своей безликости обременить его ответственностью. Безликую женщину безликий мужчина может «иметь», а следовательно, нет необходимости ее любить. Она – собственность, без индивидуальных черт характера, без личной ценности. Любить можно только личность, а безликость, «представителя типа» любить нельзя. Тут не встает вопрос о верности; неверность следует из самой безликости. Неверность в таких отношениях не только допустима, она необходима. Потому что там, где отсутствует счастье в любви, это отсутствие должно компенсироваться количеством сексуального удовольствия»[24].

Указанный вид эротики представляет собой уродливую форму любви. Использование такого выражения, как «я поимел эту женщину», полностью раскрывает ее сущность: то, что «имеешь», можно обменять. Это взаимное отношение «владения» находит свое выражение и в отношении со стороны женщины, потому что такая поверхностная эротика является в равной мере поверхностной и для женщины. Что представляет собой человек как таковой, в счет не идет, а учитывается только, насколько он привлекателен как возможный сексуальный партнер. «Таким образом, отношение женщины к мужчине соответствует его отношению к ней. Женщина сделает все возможное, чтобы с помощью косметики скрыть все личные качества, чтобы не беспокоить ими мужчину и чтобы дать мужчине то, что он ищет, – предпочитаемый им «тип». Женщина – или, скорее, современная городская «кукла» – полностью поглощена своей внешностью. Она хочет, чтобы ее «брали», но она не хочет, чтобы ее брали всерьез, принимали за то, что она есть на самом деле: человеческая личность во всем своем своеобразии и неповторимости. Она хочет, чтобы ее принимали как представителя женского пола, и поэтому она в первую очередь заботится о своем теле, стараясь, чтобы оно как можно больше соответствовало модному типу. Она хочет быть безликой и представлять тот «тип», который оказывается сейчас в моде, пользуется спросом на рынке»[25].

Упор на внешность предполагает недооценку не только того, о ком судят, но также и того, кто выносит суждение. Мы должны сдержанно и критически относиться к пластическим операциям и к использованию косметики, потому что даже недостатки являются существенной частью личности. Внешние черты воздействуют на того, кто любит, не сами по себе, а как часть любимого человека. Вместо того чтобы искать и найти «Я» друг друга, обрести неповторимость и своеобразие, которое одно только делает их достойными любви и ради чего стоит жить, люди довольствуются фикцией.

Если отношения истинной любви представляют собой направленность сути одного человека к другому, то оно также является и единственной гарантией верности. Другими словами, самой любовью порождается уверенность в ее продолжительности.

«Как только я понял, что 2×2=4, понял это раз и навсегда, и все тут. И как только я искренне понял внутреннюю сущность другого человека, увидев этого человека в свете любви, тут уж ничего не поделаешь: я должен оставаться верным открытой мне истине, должен оставаться верным этой любви, а эта любовь должна жить со мной»[26].

Только настоящая любовь (и только она) приводит к моногамным отношениям, составляет основу верности. Можно утверждать, что простое увлечение, являясь по своей природе более или менее быстро проходящим «эмоциональным состоянием», может с полным основанием рассматриваться как противопоказание к браку.

По мысли Франкла, «любовь видит человека таким, каким его «предполагал» при создании Бог. Можно сказать, что любовь раскрывает перед нами ценностный образ человека. В духовном акте любви мы постигаем человека не только тем, что он «есть» во всей своей неповторимости и своеобразии, но также и тем, чем он может стать и станет. В то время как любовь обогащает и «вознаграждает» нас, она также приносит несомненную пользу другому человеку, ведя его к тем потенциальным ценностям, которые можно увидеть и предугадать только в любви. Любовь помогает любимому стать таким, каким его видит любящий. Потому что тот, кого любят, часто стремится стать достойным того, кто его любит»[27].

Сексуальность, которая призвана быть средством выражения любви, зачастую делается подчиненной принципу удовольствия и удовлетворения инстинктов, а сексуальное удовольствие становится конечной целью. Но вспомним, чем сильнее человек стремится к наслаждению, тем сильнее оно от него ускользает.

«По-настоящему зрелый человек будет испытывать сексуальное желание только тогда, когда он любит; он будет рассматривать возможность сексуальных отношений только там, где секс является выражением любви. Моногамные отношения, таким образом, становятся кульминацией психосексуального развития, целью воспитания полов и идеалом сексуальной этики. Поскольку это идеал, он очень редко достигается; обычно к нему только приближаются – в большей или меньшей степени. Как и все идеалы, этот идеал также является руководящим принципом: он устанавливается подобно «яблочку» мишени, в которое всегда надо целиться, даже если в него не всегда попадаешь. Так же как редко кто способен на настоящую любовь, так же редко кто достигает наивысшей стадии развития зрелой любовной жизни. Но в конце концов, задача каждого человека – вечна, а способность человека к развитию бесконечна»[28].

Подводя итог сказанному, отметим, что с точки зрения той философии и антропологии, которую предлагает Виктор Франкл, сексуальные отношения могут восприниматься по-разному. Если мы говорим о супружеской близости и о сексе как о проявлении любви, то он не может восприниматься просто как «функция» и удовлетворение «потребности», он является определенной гранью супружеских межличностных отношений, включая в себя и физиологию, и психику.

Можно даже сказать, что человеческая любовь между мужчинами и женщинами – это очень важное, основополагающее для семьи сложное явление, выражающееся во всех сферах жизни человека, в т. ч. и в сексуальной. Выше мы привели, вероятно, одно из самых уравновешенных и мудрых мнений о сексе: «Секс призван быть не более чем выражением – и не менее чем венцом любви»[29]. Нельзя оторвать секс от любви, а значит, и от ответственности, и от жертвенности, и от доверия.

С сожалением приходится констатировать, что среди православных авторов на данный момент никто не смог сформулировать христианский взгляд на сексуальные отношения супругов в схожей с В. Франклом манере, берущей основания в антропологии и рассматривающей супружеское общение как общение личностей, обладающих тварной природой.

Секс как проявление любви.

Развивая тему светских подходов к отношениям между полами, обратим внимание на более частные и практические вопросы. По нашему мнению, на знании одной только философии или только богословия брак не построишь и личные отношения не наладишь. Людям нужно то, что вплетается в ткань жизни, то, что соответствует их опыту и отвечает на реальные жизненные запросы. Что такое любовь и влюбленность? Как понять, что любишь, и устоять в любви? Как выразить свою любовь, как понять любимого и быть понятым? Примеры освещения этих тем мы без труда найдем у многих современных авторов. Остановимся на двух наиболее известных писателях.

«Как устоять в любви?» Книга католического автора Джона Пауэлла «Как устоять в любви»[30] знаменита тем, что на протяжении 15 лет является чуть ли не единственным доступным православному читателю примером синтеза философских, психологических и богословских (христианских) взглядов на тему любви. Уникальность книги в том, что на ее страницах предлагаются практические советы, помогающие читателям разобраться в своих чувствах, в своих желаниях и намерениях по отношению к избраннику, помогающие определиться и устоять в любви, не растерять ее.

По меткому замечанию Пауэлла, на практике любовь предполагает, что человек готов и хочет поступиться своими собственными удобствами, пожертвовать своим временем и даже рисковать собственной безопасностью, чтобы обеспечить удовлетворение, безопасность и развитие любимого.

Если такое отношение имеет место и может быть претворено в жизнь, то это предполагает, что один человек любит другого. Но в жизни любовь сложна, она имеет множество граней, которые очень важно различать и понимать. Д. Пауэлл предлагает обсудить следующие аспекты.

«Любовь – это не только чувство». Несомненно, что между чувствами и любовью существует связь. Первое влечение, с которого начинается любовь, обычно переживается именно как сильное чувство. Но «целиком отождествлять любовь с чувствами было бы гибельным для самой любви, т. к. чувства слишком непостоянны, хотя отсутствие теплых и радостных чувств, поддерживающих ее огонь, будет для любви столь же гибельным»[31].

«Любовь – это решение посвятить себя». Человек может любить и быть любимым, как отец или мать, брат или сестра, друг, очень близкий друг, муж или жена. Отношения любви будут разными в каждом из этих случаев. Очевидно, почти никто не может иметь по-настоящему глубокие отношения со многими людьми. У каждого из нас нет ни времени, ни необходимых эмоциональных и других качеств, чтобы вступать в серьезные, глубокие отношения с большим числом людей; это истощило бы наши силы. «Так как любовь может существовать на многих уровнях, очень важно не давать таких обязательств любви, которые не сможешь выполнить с честью. Неискушенные и незрелые люди весьма склонны к этому. Как много остается разбитых сердец и поломанных жизней лишь потому, что были сказаны три слова: «Я тебя люблю»[32].

«Действенная любовь ничем не обусловлена». Лишь ничем не обусловленная любовь может вызывать действительные изменения в жизни того человека, на которого она направлена. «Когда нас любят, мы стремимся стать другими в гораздо большей степени, чем тогда, когда нас в чем-то обвиняют и обличают. Только в атмосфере предлагаемой нам ничем не обусловленной любви мы в состоянии преодолеть барьеры, препятствующие подлинному общению людей друг с другом»[33].

Но тут есть интересный вопрос: вправе ли мы ожидать того, чтобы одна сторона продолжала постоянно вносить свой ничем не обусловленный вклад и следовать своим обязательствам любви без всякого поддерживающего ответа другой стороны? «Конечно, «ничем не обусловленную любовь» следует понимать как некий идеал, как цель, которая должна вдохновлять любящих, но которая находится на самом деле за пределами человеческих возможностей. Каждый из нас несет в своем сердце те или иные рубцы, ограничен в своих возможностях из-за собственных нужд и проблем. Только совершенно целостная, ничем не травмированная, внутренне свободная личность способна к постоянной необусловленной любви»[34].

«Существенный дар любви – чувство личной ценности». По мнению Пауэлла, люди должны судить об успешности любви не по числу тех, кто вдохновляет их на выполнение тех или иных дел, а по числу тех, кто говорит, что достиг ощущения полноты и радости жизни благодаря их любви к ним, по числу тех, кто смог увидеть свою красоту в их глазах.

«Любовь означает поддержку, но не власть над любимым». Каждый из нас постоянно должен давать тем, кого любит, свободу быть самим собой. «Любовь утверждает другого именно как другого. Она не должна обладать или манипулировать другим человеком как чем-то моим»[35].

Кроме понимания «анатомии любви», Д. Пауэлл предлагает поговорить о любви как процессе, как пути, где возможны не только изменения, но и трудности, и препятствия.

«Кто-то хорошо сказал, что вторая по трудности вещь в мире – это жить и возрастать вместе с другим человеком. В то время как первая по трудности вещь в мире – жизнь в одиночестве. Любовь есть длительный процесс, длинная плавная дуга, которая может быть правильно проведена лишь медленным движением, это совсем не похоже на резкий зигзаг из острых углов, который можно мгновенно провести одним росчерком пера раз и навсегда. Мужчина или женщина должны быть готовы к длительному путешествию, в котором приходится преодолеть много миль, прежде чем обретешь радость любви. Любовь требует осторожности и особой внимательности ко всему, что может ее отравить. Любовь требует много мужества, настойчивости и самодисциплины.

Но путешествие в страну любви – это путешествие к полноте жизни, так как только в опыте и переживаниях любви человек может познать самого себя, может полюбить себя таким, каков он есть, каким он станет в будущем. Только в опыте любви человек находит ту полноту жизни, которая прославляет величие Божие. Только в любви может человек найти источник непрекращающегося вечного праздника»[36].

Мужчины и женщины, вступившие в отношения любви, должны понимать, что очень часто разрыв отношений происходит из-за эмоциональных причин. Они должны научиться делиться своими чувствами при диалоге. Необходимо смело идти на риск открытости, помня о том, что искомое ими единство, познание друг друга и взаимное принятие, которые только и могут принести ощущение счастья, будут результатом совместного труда. «Упражнениями и настойчивостью мы можем научиться распознавать в себе те эмоциональные силы, которые оказывают влияние на наше поведение. Мы можем прибегать к необходимой самодисциплине, действуя против наших эмоций, когда они оказываются разрушительными для нас. С помощью Бога и тех, кто нас любит, мы можем переписать наше «бытописание»[37].

Что происходит с любовью после свадьбы, или «Пять языков любви».

Люди, как правило, задаются конкретным практическим вопросом: что делать тогда-то и тогда-то, в такой-то и такой-то ситуации? Как отклик на их запрос книжные прилавки завалены литературой, предлагающей конкретные рекомендации. Большинство книг посвящено теме соблазнения и манипуляции противоположного пола, но есть и очень познавательные и интересные книги, помогающие молодым людям проявить свою любовь к своему избраннику наиболее полно. Мы уверены, что эта тема также не может остаться в стороне от православного взгляда на супружеские половые отношения. Мы хотим обратить внимание на книгу «Пять языков любви». Конечно, это не панацея от всех бед, а скорее один из примеров, когда вполне конкретные незамысловатые советы могут быть очень полезны.

Ее автор баптистский пастор Гарри Чепмен пишет: «Желание романтической любви в браке глубоко укоренилось в нашей психике. Порой люди, прожившие в браке много лет, чувствуют нехватку былой романтичности, былой увлеченности, былой радости. Сохранение любви в браке – это серьезное дело. «Мы должны хотеть изучить основной язык любви нашего супруга, если хотим, чтобы наше общение в любви было успешным. Ваш эмоциональный язык любви может отличаться от языка вашего супруга подобно тому, как китайский отличается от английского. Недостаточно быть искренним»[38].

Желание быть в близких отношениях с кем-то, быть кем-то любимым является основой существования человечества. Брак создан в том числе и для того, чтобы удовлетворить эту потребность в близости и любви. Исходя из двадцатилетнего опыта консультирования по проблемам брака и семьи, Гарри Чепмен пришел к заключению, что существует пять основных языков любви, т. е. пять способов, при помощи которых люди выражают и воспринимают любовь. Они могут иметь и множество диалектов. Количество способов показать свою любовь в рамках одного языка любви ограничивается только воображением того, кто это делает. Важно, чтобы супруги старались говорить на том языке любви, на котором говорит их половина.

«Из-за того, что мы передаем и принимаем любовь по-разному, сохранить любовь в браке представляется довольно трудной работой. Если мы не понимаем того, как наш супруг принимает любовь, наш брак может иссохнуть, а мы так и не поймем, почему»[39]. Достаточно подробно Г. Чепмен разбирает такие возможные проявления любви, как слова одобрения, время, отданное любимому, подарки, служение и физическое прикосновение. Все это очень ярко говорит о том, что любовь ищет формы своего воплощения и в психической, и в телесной областях. Более того, люди не только способны, но и по-другому не умеют воспринимать любовь друг друга. Инструменты для передачи и принятия любви – это наша психика и наше тело.

Мужской и женский миры.

Об основных принципах взаимоотношения мужчин и женщин.

На практике эта тема очень востребована, недаром книга Д. Грэя «Мужчины с Марса, женщины с Венеры» уже долгие годы является бестселлером. Христиане такие же люди, как и все, они имеют те же трудности с противоположным полом, что и неверующие. Если весь мир имеет возможность познакомиться с основными принципами взаимоотношений, продиктованными самой природой человека, то неясно, почему православные христиане должны остаться без этой области знаний? Единственная трудность для христиан состоит в том, что такие авторы, как Д. Грей, талантливо, убедительно и практично дают в руки «инструмент» или знание вне его нравственной оценки и вне поля приоритетов семейных ценностей. Тем не менее подобная литература при соответствующем подходе может принести пользу семейным людям. Мы прекрасно понимаем, что свои психологические труды Д. Грэй писал, исходя далеко не из христианской антропологии и не из задач христианского воспитания юношества. Очевидно, в своих книгах он опирался на тот опыт, который имеют обычные семьи.

Православная психология и православное пастырство оставили темы взаимоотношений мужчин и женщин вне своего внимания. Поэтому вполне закономерно, что православные супруги, сталкиваясь в своей жизни с теми же трудностями, что и все другие семьи, стараются узнать то, что может им помочь. Тот опыт и те рассуждения, что предлагает Джон Грэй, вполне могут помочь взглянуть на семейную жизнь не только с точки зрения ее высших задач или духовных проблем, но и просто с позиции человеческих отношений. Это важно, т. к. христиане – это прежде всего люди, и люди, живущие в падшем мире.

Джон Грэй начинает свою книгу с утверждения, что большинство людей не знают о том, что мужчинам и женщинам положено быть разными, и поэтому они не устают громоздить друг против друга горы обид и упреков. Мужчины и женщины злятся и разочаровываются друг в друге именно потому, что забыли эту важнейшую истину. Они ожидают от противоположного пола тех же реакций и того же поведения, что и от самих себя. Им хочется, чтобы «он» или «она» желали того же, что и они, и чувствовали так же, как они.

«Мы ошибочно исходим из того, что если наш партнер (партнерша) любит нас, то он (она) будет вести себя точно так же, как это делаем мы, когда любим кого-нибудь. Такая позиция приносит нам одно разочарование за другим, и мы мучаемся сами, мучаем себя и партнера, вместо того чтобы выбрать минутку и спокойно, терпеливо, как два любящих человека, разобраться в наших различиях. Отдавать себе отчет в этих различиях и уважать их – вот что требуется, чтобы отношения с противоположным полом перестали быть бесконечной цепью столкновений. Если не забывать, что мужчины происходят с Марса, а женщины – с Венеры, то можно найти объяснение буквально всему»[40].

Книга Джона Грэя посвящена разбору главнейших различий между мужчинами и женщинами и практическим советам, помогающим эти различия не только понять, но и учесть при выстраивании личных отношений, в том числе семейной жизни.

Мужчины и женщины по-разному оценивают различные вещи, явления и обстоятельства. Автор книги предлагает разобраться в двух главных ошибках, допускаемых во взаимоотношениях с противоположным полом: «Мужчины обычно предлагают решение, недооценивая чувства, тогда как женщины принимаются давать советы, о которых, собственно, их никто не просил»[41].

Мужчины и женщины неодинаково справляются со стрессами. «В то время как марсиане в подобных ситуациях стремятся как бы отойти в сторону и молча обдумать беспокоящую их проблему, венерианки испытывают инстинктивную необходимость поговорить о ней»[42].

Важная тема книги – решение вопроса о мотивации поведения при развитии личных отношений представителей противоположного пола. «Для мужчины стимулом является сознание того, что в нем нуждаются, на него надеются, тогда как женщине просто необходимо ощущать поддержку и ободрение близкого человека. Мы обсудим три важнейших шага, направленных на улучшение взаимоотношений, и разберемся в том, что мужчина и женщина должны научиться подавлять в себе: первые – то, что мешает им открыто выражать и отдавать свою любовь, вторые – то, что мешает им принимать ее»[43].

Мужчины и женщины обычно не понимают друг друга потому, что они «говорят на разных языках и даже молчат по совершенно различным причинам»[44]. Благодаря этой книге женщины могут узнать, как им следует вести себя, когда мужчина погружается в молчание, а мужчины – как слушать и слышать, не испытывая разочарования.

Очень важно, что в своей книге Д. Грэй хоть кратко, но говорит о различиях в потребностях мужчин и женщин в сфере близких отношений. «Мужчина или женщина дают представителю противоположного пола такую любовь, в какой нуждаются они сами, а отнюдь не ту, которая нужна партнеру. Мужчине в любви требуется, прежде всего, чтобы его принимали таким, какой он есть, ценили его, доверяли ему и чтобы он сам мог доверять партнерше. Женщине же важнее всего забота, понимание и уважение»[45].

Автор говорит и о четырех «временах года», свойственных любви, реалистическое представление о которых способно помочь преодолеть те проблемы и препятствия, без которых не обходится ни одна любовь. У каждого человека есть свое прошлое, которое вполне способно повлиять на близкие отношения в настоящем. По мнению Джона Грэя, необходимо владеть средствами, поддерживающими волшебное пламя любви и не дающими ему угаснуть.

Необходимо отметить, что есть примеры реализации указанного популярного подхода к мужеско-женским отношениям на основе христианских семейных ценностей. Общеизвестными являются попытки протестантских авторов помочь христианам построить семью и наладить семейную жизнь. С особенностями такого подхода предлагаем познакомиться на примере книги Гэри и Барбары Розберг «Что нужно ей? Что нужно ему?»[46].

Авторы исходят из того, что для создания хорошего брака недостаточно иметь христианскую веру. Посещение церкви само по себе отнюдь не гарантирует, что брак выйдет крепким, соответствующим библейским заветам. Мало быть только слушателем Слова, нужно быть еще и делателем. «Нужно познать сердце и потребности супруга, самоотверженно отречься от эгоизма и учиться, по-настоящему учиться удовлетворять эти потребности»[47]. Какие любовные потребности имеют супруги?

Не так-то просто устроен человек. В отношениях между полами не всегда срабатывает «золотое правило», что с другим надо общаться так, как бы мы хотели, чтобы общались с нами. Оказывается, потребности мужа во многом отличаются от потребностей жены. «Эти различия очевидны в области секса, но они затрагивают и другие сферы»[48].

Чтобы разобраться в индивидуальных потребностях мужчин и женщин, супруги Розберг предлагают перечень из двадцати потребностей в приоритетном порядке: чего люди ждут от супруга и чего, как им кажется, супруг ждет от них.

Вот как выглядят пять основных любовных потребностей.

Двое во едину плоть: Любовь, секс и религия

В предисловии авторы пишут: «Мы посвятим десять глав книги подробному разбору каждой из перечисленных потребностей. Я расскажу женам о пяти основных любовных потребностях их мужей, поскольку могу поделиться с женщинами опытом чувств и желаний мужчины. А Барбара побеседует с мужьями о тех пяти любовных потребностях, которые испытывают женщины, поскольку она может авторитетно разъяснить мужчинам, что думают и чего хотят женщины. В двух последних главах мы обменяемся ролями: я поговорю с мужьями, а Барбара – с женами. Так, соединив свои голоса, мы надеемся предоставить читателям наилучшие условия для того, чтобы они научились удовлетворять потребности брачных партнеров»[49].

Многим православным христианам представленный опыт может показаться ненужным и даже вредным. Главный недостаток, вероятно, усмотрят в том, что все это – «неправославное» и мало сочетается со «святыми отцами». Однако опыт церковной педагогической науки, в частности в лице известного богослова, педагога и психолога прошлого столетия протоиерея Василия Зеньковского, говорит о том, что вполне возможно оттолкнуться от тех подходов, что предлагает нам окружающий мир, соотнести их с тем, что предлагают нам богословие, философия и пастырство. Творческое христианское осмысление того, что составляет семейную жизнь, крайне необходимо. Люди должны иметь возможность услышать не только канонические правила и высокие богословские истины, но и рассуждения о простых вещах, что наполняют их жизнь и быт. Понять место секса в человеческой жизни, понять основные принципы мужеско-женских взаимоотношений, увидеть в любви не только красивую философию о самоотдаче, но и узнать ее в своих чувствах и переживаниях и опыте, отличить любовь от увлеченности, понять, что семейная жизнь требует поддержки и не развивается сама собой, – это все крайне важно.

Сексуальные отношения супругов.

Более практическим и в то же время частным по отношению к предыдущим вопросам является тема сексуальных отношений супругов. Понятно, что для несемейных людей углубление в эту тему может быть соблазнительным, но для принявших решение вступить в брак изучение собственной физиологии и «устройства» противоположного пола, изучение основ сексологии часто бывает необходимо.

Для этого у современного человека есть не только порнография, но и вполне серьезная литература о сексе. Эта тема в ее психологическом аспекте затрагивается в книгах В. Франкла[50], Э. Фрома, Э. Берна[51], Р. Мэй[52], уже упомянутого Д. Грэя[53] и многих других авторов. Совершенно понятно, что именно к ним обращаются женихи, невесты и молодожены. Так же понятно, что это не совсем то, что необходимо православным христианам, поскольку исходные аксиомы, антропология в этих книгах часто не связаны с христианством. Чтобы было понятно, о каких темах и вопросах идет речь в современной литературе, приведем выдержки из предисловия к книге Д. Грея «Марс и Венера в спальне» и перечислим ее основные темы.

«Всем известно, что для мужчин более важен секс, тогда как для женщин на первом месте стоит любовь, но, как правило, мы не понимаем причину такого положения вещей. Не учитывая как следует это основополагающее различие между полами, большинство женщин недооценивают значение секса в жизни мужчин и обычно считают их слишком поверхностными и зацикленными на достижении одной-единственной цели.

Мужчина довольно часто недооценивает истинную потребность женщины в любви. Ему может показаться, что его избранница отказывается от близости. Когда мужчина хочет заняться любовью, а женщина еще не готова к этому, он чувствует себя отвергнутым. Его инстинкты не подсказывают ему, что обычно женщине необходимо до близости, чтобы за ней поухаживали, чтобы она ощутила себя любимой. Но точно так же, как женщина нуждается в хорошем взаимопонимании с партнером, дабы почувствовать себя любимой и любить самой, так и мужчине необходим секс»[54].

В этом издании достаточно подробно раскрываются популярные среди молодежи вопросы: почему так важен секс, что нужно для хорошего секса, почему пары перестают заниматься любовью, хороший секс для женщины, хороший секс для мужчины, хороший секс и отношения между партнерами, различная «кухня» мужского и женского переживания секса; почему мужчинам нужен секс; секс и любовь; секс без любви; каким образом секс может становиться лучше; как мужчина ощущает любовь; почему женщины получают удовольствие от желания; сексуальное или эмоциональное удовлетворение и т. д.

Насколько необходимо православным психологам или сексологам писать аналогичную литературу и как ее писать – вопрос открытый и непростой. Во всяком случае, спрос существует. Со своей стороны протестантские, католические и исламские авторы предлагают читателям достаточно много литературы о сексе, в которой эти вопросы, так или иначе, рассматриваются. Думается, что молодоженам как минимум необходимо знать о тех книгах, в которых сексуальная сторона супружеской жизни описана несоблазнительно и без пошлостей. Примеры «католического» и «исламского» подходов можно без труда найти в соответствующей литературе.

О православном взгляде на сексуальные отношения супругов.

Церковь и пол.

Большая часть тем, затронутых в предыдущем разделе, находится вне поля интересов православных авторов. Даже общая тема «Церковь и пол» получила развитие совсем недавно. Некоторые русские философы затрагивали ее в своих трудах. Достаточно вспомнить Н. Бердяева, С. Франка, В. Соловьева, В. Розанова. Но со стороны авторитетных для церковной общественности авторов остается незатронутым и тем более нераскрытым очень важный вопрос: каково место секса в супружеской любви? Кроме этого, нет и единого мнения в оценке современной ситуации и в понимании церковного взгляда на половое общение супругов. Нет и единого понимания святоотеческой традиции и канонической регламентации супружеской жизни. Ниже мы попробуем представить некоторые известные нам взгляды как современных церковных авторов, представленные в публикациях, так и мнения православных пользователей сети Интернет, отраженные большей частью в «блогосфере».

О некоторых причинах неразвитости темы супружества и недостаточно ясном, не отвечающем на вопросы современности церковном подходе писал заведующий кафедрой религиозной педагогики Русской христианской гуманитарной академии Ф. Н. Козырев в критической статье «Церковь и пол». Мы не всегда разделяем мнение автора, но надо признать, что это чуть ли не единственная серьезная работа на затронутую нами тему.

«Физиологические отношения полов – грех или добродетель?»[55] – с этого вопроса Ф. Козырев начинает свои рассуждения. Он отмечает, что парадоксальным образом при всей своей богословской значимости этот вопрос, близкий каждому человеку, оказался фактически неисследованным в двухтысячелетней христианской истории. «Вероятно, прав все же был Василий Розанов, когда говорил о том, что в Церкви нашей присутствует «два народа»: люди семейные, в том числе и монахи, любящие семью и семейных, и особая порода духовных бобылей, для которых семейные радости и заботы, семейное тепло и привязанность не имеют ни вкуса, ни ценности, ни тем более религиозного оправдания»[56].

Тот факт, что за всю свою историю Русская Церковь не нашла места в святцах ни для одной семейной пары, прославленной именно за семейные добродетели, является для автора самым ярким свидетельством того, что семейная жизнь, по всей видимости, не расценивалась как путь к святости, спасению и как образ небесного жития.

«Наша православная литература, собственно, никогда и не скрывала того, что идеал христианской жизни – безбрачие. В сердце христианской семьи должен воцариться Христос, и, как правильно угадал Розанов, воцарение это наша церковная мысль воспринимает не иначе как деспотическое подавление всего, не направленного непосредственно во славу Владыке. Собственно, семья, брак, пол остаются той языческой нечистой средой, в которой должно воссиять христианство – и попалить ее»[57]. Возражая против этого, Ф. Козырев приводит слова известного протестантского богослова, консультирующего по семейным вопросам: «Каждый, кому приходилось наблюдать, как быстро мир становится бесчеловечным и жестоким, когда мужчины или женщины вынуждены жить отдельно, знает, что их совместная жизнь – необходимое условие не только для продолжения рода»[58].

Говоря о сложившейся ситуации, автор статьи настаивает, что «новозаветная свобода от «буквы закона» по-новому ставит задачу различения греха и святости в половой любви. Сама возможность этого различения остается, но, как и в отношении ко всем другим грехам, внешние и формальные критерии оценки должны, согласно духу Нового Завета («А Я говорю вам, что всякий гневающийся…»), уступать место внутренним и неформальным. Делом нравственного богословия должно было бы стать проведение деликатных исследований в этой области, результаты которого могли бы использоваться в пастырской практике и педагогике. Но на Востоке, ввиду засилья «манихейского» отношения к полу, эта проблема вообще серьезно не ставилась, на Западе же утвердился особый подход к половой морали, приведший со временем к противопоставлению личностного и природного в половой любви»[59].

В церковной среде, наверное, первой и единственной системной попыткой осмыслить тему брака и половых отношений является исследование православного богослова, историка и канониста прошлого столетия профессора С. В. Троицкого (+1972) «Христианская философия брака»[60]. Насколько мы поняли, основная цель книги состоит в обосновании и даже доказательстве тезисов: брак вне зависимости от его церковности есть установленный Богом союз мужчины и женщины и родовые процессы в браке не могут рассматриваться с нравственной точки зрения, поскольку также являют собой Богом установленный порядок семейной жизни.

Для рассмотрения указанных тезисов С. В. Троицкий обратил свой взор не только к библейскому откровению, соборным определениям, святоотеческому наследию, но и к доступным к середине прошлого века источникам по психологии и философии. По признанию С. В. Троицкого, без разбора остался очень важный вопрос о половых отношениях вне связи их с деторождением. Решение этого вопроса для С. В. Троицкого очевидно, но этой теме он посвятил всего один абзац: «Родовая жизнь может быть греховной в браке. Как мы видели, родовые процессы, хотя и естественны, но не необходимы для индивидуума, а необходимы лишь для продолжения рода. Но если так, то даже и в браке она не может быть признана естественной, когда не имеет целью продолжение рода. И эта мысль очень часто, резко и настойчиво высказывается в древней христианской письменности. Однако не будем входить в более подробное рассмотрение этого вопроса, так как это значило бы конструировать христианскую этику родовой жизни и выйти за пределы «христианской философии брака», которая должна дать лишь общие основания для таковой этики»[61]. Благодаря С. В. Троицкому можно утверждать, что сексуальные супружеские отношения как родовой процесс не могут рассматриваться как грех. Тема грехопадения вносит некоторые коррективы, но не влияет на основные выводы С. В. Троицкого.

Как бы то ни было, но на сегодняшний момент без должного рассмотрения остается тема секса как взаимного любовного общения супругов вне контекста деторождения. Есть два основных взгляда по этому поводу. Первый рассматривает сексуальные отношения супругов как всегда греховные, разница лишь в том, законны они или нет. Второй рассматривает сексуальные отношения как одну из форм выражения любви. Грех, безусловно, может примешиваться к интимной жизни супругов, но сама половая жизнь супругов остается вне нравственной оценки. Ниже мы приведем некоторые рассуждения по этим вопросам.

Что говорит Библия[62].

Процесс поиска новых смысловых и нравственных ориентиров в нашем обществе еще далек от своего завершения. Сильный ценностный сдвиг, произошедший в области взаимоотношений полов – одной из наиболее важных сторон человеческой жизни, сделал ее предметом пристального внимания современных православных богословов. В свете этого особенно актуальной предстает статья кандидата филологических наук, сотрудника Института перевода Библии Андрея Десницского, которую мы и приводим ниже.

Многие люди считают, что для христиан всё, связанное с сексом, является грехом. Заблуждение ли это? Трудно ответить однозначно, потому что тут всё упирается в наше представление о сексе. В современной культуре это, безусловно, один из главных идолов, в жертву которому люди готовы приносить что угодно – и отношение христиан к такому идолу может быть лишь резко отрицательным. Так уж сложилось, что заповеди «не убий» и «не укради» современное общество охотно принимает и считает основами своего правопорядка, но вот отношение к заповеди «не прелюбодействуй», которая идет в том же списке, уже совсем другое. По сути, ее заменила заповедь «мы все имеем право на всё, что происходит по взаимному согласию между совершеннолетними гражданами».

Одна из уловок идола по имени «секс» как раз состоит в том, чтобы присвоить всё, что только связано в человеке с полом и интимной жизнью. Дескать, существуют только два варианта: поклоняться этому идолу или отвергать всякую мысль о телесной стороне любви как греховную. Но это, разумеется, ложный выбор.

А что говорит о телесном общении полов Библия? С самого начала рассказа о сотворении человека книга Бытия отмечает: «…сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (1:27). То есть деление на два пола не просто задумано Богом, но оно оказывается почти настолько же важным, как и сотворение «по образу Божию». Далее, во второй главе той же книги, мы встречаем и объяснение: «…не хорошо быть человеку одному» (2:18). То есть совместная жизнь мужчины и женщины – неотъемлемое свойство человечности, и – внимание! – его смысл отнюдь не сводится к продолжению рода, как у зверей или птиц, которых Бог тоже сотворил самцами и самками, но ничего подобного о них не сказал. Для человека принципиально важно общение с тем, кто равен ему… и в то же время отличается от него.

Можно ли считать, что с самого начала, еще в Эдемском саду, общение между полами подразумевало и телесную любовь? Мы не знаем наверняка, но уж совершенно точно нигде в Библии – ни в книге Бытия, ни в других книгах – ничего не говорится о греховности такой любви. Может быть, в Эдемском саду всё вообще было иным, чем в нашем мире, и общение полов там тоже выглядело совершенно иначе. Вообще, первые главы Бытия обращают сравнительно мало внимания на эту сторону жизни, она идет у людей как бы сама собой: например, в пище им даются определенные ограничения (Ною и его потомкам запрещено вкушать кровь), но отношения между полами практически никак не регулируются.

Правда, есть один загадочный эпизод прямо перед рассказом о Ноевом потопе: «сыны Божьи» берут себе в жены «дочерей человеческих» (Бытие 6:2), и такое их поведение является явным грехом. Мы не знаем, о ком именно тут идет речь: может быть, о князьях и правителях, которые заводили себе гаремы, не спрашивая желания самих девушек. Но могут здесь подразумеваться и языческие культы с их оргиями, в которых, как верили их участницы, они вступают в «священные браки» со своими божествами. Такое прочтение вполне согласуется с библейской традицией, ведь в ней очень часто отношения Бога и Израиля изображаются как брачный союз, а поклонение идолам приравнивается к блуду.

Соответственно, греховность блуда вовсе не в том, что люди вступают друг с другом в интимную связь, а в том, что они нарушают узы верности, которые связывают супругов или жениха и невесту. Библия никак не отрицает телесной стороны любви, но ограничивает ее рамками брачного союза. В Ветхом Завете есть удивительная книга – Песнь Песней, – которая воспевает именно такую цельную любовь, в которой верность друг другу и душевное единение сочетаются с телесной близостью любящих: «Да лобзает он меня лобзанием уст своих! Ибо ласки твои лучше вина…» – так начинается эта книга. Ее издавна толковали аллегорически, как рассказ о любви Бога и избранного народа или Церкви (что, в общем-то, одно и то же), но и при таком толковании телесная любовь оказывается возвышенной и прекрасной: ведь это с ней сравнивается мистическое общение с Богом! Если бы она была греховной, такое сравнение просто было бы кощунством.

Итак, телесная близость считалась неотъемлемой частью брака, а сам брак – союзом мужчины и женщины… или мужчины и нескольких женщин. Ветхий Завет никак не запрещает и не регламентирует многоженства, и мы видим в нем немалое количество мужчин, у которых было больше одной жены. Кроме полноправных жен, встречались еще и наложницы, то есть рабыни, делившие ложе со своим господином. Иногда их появление было связано с тем, что жена оставалась бездетной (именно по этой причине, например, Авраам взял себе в наложницы Агарь, служанку своей жены Сары), но, конечно, причины тут могли быть и другими. Сегодня такое отношение к женщине кажется нам жестоким и варварским, но на самом деле это частный случай рабства, которое вовсе не отрицается в Ветхом Завете. Там вообще нет призывов к социальной революции: существующие в обществе нормы скорее принимаются, но остается явным стремление преобразить это общество изнутри. Со временем люди приходят к пониманию того, что нормы их жизни просто не соответствуют идеалам их веры, и начинают менять свои нормы (некоторые, правда, предпочитают менять веру).

Так получилось и с рабством, и, много раньше того, с многоженством. Уже к концу ветхозаветного времени мы видим, как безо всяких запретов нормой стал союз одного мужчины и одной женщины, ведь именно такой брак наилучшим образом отражает принцип, заложенный еще в рассказе о сотворении человека. Мужчина и женщина могут быть неравноправны в некоторых общественных условиях, но по своей природе они равны, едины и дополняют друг друга. Более того, именно в Ветхом Завете мы встречаем удивительные рассказы о женщинах, сыгравших огромную роль в истории израильского народа, причем сыгравших ее именно по-женски. Вот моавитянка Руфь, которая в точности исполнила законы Израиля тогда, когда многие израильтяне сами о них забыли, а вот красавица Есфирь, ставшая персидской царицей и уговорившая царя отменить назначенное избиение евреев. Им посвящены отдельные книги, но подобных героинь мы встретим и в других повествованиях Ветхого Завета. Именно такие рассказы надежнее всяких политических деклараций заставляли мужчин взглянуть на женщину иными, чем прежде, глазами.

Но в некоторых отношениях Ветхий Завет все же резко противостоит нормам того времени. В те далекие времена во многих культурах вполне нормальными считались связанные с сексом обряды: так, «храмовые блудницы» при языческих капищах не просто зарабатывали себе на жизнь, но скорее выполняли своего рода священнодействие, как они его понимали. Ветхий Завет в самых резких выражениях осуждает такое. Не оставляет он никаких добрых слов для еще одного явления, широко распространенного сегодня, – гомосексуализма. Причина вполне понятна: он противоречит замыслу Творца о единстве двух полов. Сегодня принято брать за точку отсчета желания самих людей: «А что в этом плохого, если они сами того хотят?» – но для Библии человеческая воля никогда не стоит на первом месте. Свобода выбора человека не должна приводить к нарушению ясно выраженных заповедей и к извращению естественных форм жизни.

В то же время конкретную форму супружеских отношений в браке Библия никак не пытается определять, оставляя ее целиком и полностью на усмотрение супругов. Благословенно всё, что совершается в браке ради целостности человека и единства между мужчиной и женщиной, и осуждается всё, что уводит человека в сторону от этих ценностей.

Новый Завет продолжает эту линию: достаточно вспомнить, что свое первое чудо Христос сотворил на свадьбе в Кане Галилейской. Он не просто почтил это празднество своим присутствием, но, превратив воду в вино, позволил ему продолжаться и дальше. Тем самым Он подтвердил великую ценность брака. В Евангелии от Матфея мы находим и слова о том, что брак, по сути, есть нерасторжимое единство (Ветхий Завет как раз допускал развод): «Кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, тот прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует» (Мф. 19:9). Лишь прелюбодеяние, т. е. односторонний выход супруга из брачного союза, может этот союз разрушить. Такая строгость удивила даже ближайших учеников: «Если такова обязанность человека к жене, то лучше не жениться». Оказывается, брак накладывает на мужчину такие серьезные обязательства…

И тут прозвучали очень необычные слова Спасителя: «Не все вмещают слово сие, но кому дано, ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит» (Мф. 19:11–12). Понятно, что существуют люди, физически не способные к плотской любви и потому непригодные для брака (скопцы), причем одни из них таковы от рождения, а другие подверглись хирургической операции. На них, естественно, права и обязанности брака не распространяются. Но кто эти скопцы, сделавшие себя таковыми «для Царствия»? И по сей день существует секта, которая понимает эти слова буквально: ее приверженцы физически оскопляют себя.

Но, по-видимому, эти слова надо трактовать не в большей степени буквально, чем призыв вырывать себе глаз, когда увидишь нечто соблазнительное (Мф. 5:29). Оскопивший себя ради Царствия – это человек, добровольно отказавшийся от радостей семейной жизни, чтобы служить Богу. Обратим внимание, что Христос вовсе не принижает брака, вовсе не называет тех, кто от него не отказывается, какими-то второсортными людьми, негодными для духовной жизни: наоборот, это они «вмещают» заповедь о нерасторжимости брака. Отказ от брака подобен временному отказу от пищи, т. е. посту: в пище нет ничего дурного, она тоже дар Божий людям, но в определенной ситуации человек смиряет себя, отказывая себе в самом необходимом, чтобы подчеркнуть свою всецелую преданность Богу и зависимость от Него.

Позднее эту мысль развил апостол Павел. Он сам оставался холостым, да и какая семья выдержала бы такие странствия и опасности, через которые довелось ему пройти! Он объяснял это так: «Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене» (1 Кор. 7:32–33), – и потому советовал тем, кто хочет всецело посвятить себя служению Богу, оставаться холостыми. Впрочем, для него и епископ мог быть женатым, лишь бы только это был «муж одной жены», т. е. человек, проявивший верность в браке. Последние полтора тысячелетия, правда, епископы избираются из числа монахов, как раз решивших стать «скопцами ради Царствия».

Брак и для апостола Павла есть образ отношений Бога и человека. Ему принадлежат удивительные слова, над глубиной смысла которых мы редко задумываемся: «Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела… Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее» (Еф. 5:22–25). Да, с одной стороны, апостол Павел говорит о подчиненном положении жены (что в том обществе было совершенно естественно), но с другой – указывает на источник этой внутрисемейной иерархии. Она отражает отношения между Богом и Церковью, а главное, мужьям вовсе не дозволяется самодурствовать и пользоваться своей властью для самоуслаждения. Они призваны любить своих жен, и не только так, как жених любит невесту, но и той любовью, которую на Кресте явил Сам Христос. Прочитав такие слова, поневоле придешь к выводу, что роль мужей в семье апостол описывает куда строже, чем роль женщин: повиноваться не так уж и трудно, а вот повторить подвиг любви, явленный на Кресте…

А что же интимные отношения? Как и в Ветхом Завете, у апостола Павла они есть неотъемлемая часть супружеской жизни и только ее: «Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (1 Кор. 7:4–5). Как мы видим, здесь предложен главный принцип христианской аскетики: время молитвы и особого духовного сосредоточения, называемое постом, требует от человека отказа от привычных радостей жизни. И вместе с тем он уточняет, что в супружеских отношениях такое должно происходить только по взаимному согласию, иначе «высокая духовность» одного из супругов может стать тяжким искушением для другого.

Как мы видим, Библия признает телесную, интимную или, если угодно, сексуальную сторону человеческой жизни как естественную и непостыдную. При этом она ставит ей определенные рамки, а еще точнее – указывает на главный принцип единства мужчины и женщины и их верности Богу и друг другу в браке, которому и должна подчиняться эта сторона нашей жизни. Сексуальная вседозволенность, равно как и отвращение от телесной стороны любви как от чего-то грязного и греховного, в равной степени чужды Библии. Как всегда, она призывает нас идти средним, «царским» путем.

О «традиционном» взгляде на сексуальные отношения супругов.

Православная Церковь содержит высокое учение о Таинстве брака. «Семья – малая Церковь», – утверждают как древние, так и современные церковные писатели. Но святоотеческое богословие почти не говорит о построении семейной жизни, о взаимоотношениях супругов и о воспитании детей, т. к. семья была веками традиционной ценностью, данностью, тем, что «само собой» разумеется. У отцов Церкви не было особой нужды заострять внимание на этой теме. Лишь в последние сто лет, когда устои семьи начали колебаться и сам этот институт стал разрушаться, Церковь стала активно реагировать на это и осмыслять свое учение о браке.

Надо признать, что православная традиция, восходящая к поздней античности и Средневековью, содержит идеал аскетический, монашеский, но никак не семейный. Вот некоторые высказывания святых отцов. Например, святителя Григория Богослова (+389): «Или обладая всецело Христом, человек нерадит о жене, или, дав в себе место любви к праху, забывает о Христе»[63]. В ранних творениях ему вторит святитель Иоанн Златоуст (+407): «Брак есть смертная и рабская одежда»[64]. Ученик Иоанна Златоуста Исидор Пелусиот (+449) писал: «В браке человек нисколько не отличается от зверей»[65]. К подобным выводам можно прийти и на основании многочисленных других святоотеческих мнений, из которых очень часто выводят суждение, что отцы Церкви рекомендовали «пользоваться сосудом плоти» только в качестве снисхождения – как «громоотводом от блуда» и только для зачатия детей. Именно поэтому многие современные православные люди, основываясь на подобном «традиционном» представлении, отождествляют сексуальные отношения и понятие греха. Если секс и грех отождествляются, то и сексуальные отношения в этой системе искупаются только зачатием и рождением детей.

В подобном духе трактуется и небольшой отрывок из послания апостола Павла к Коринфянам, посвященный данной теме: «А о чем вы писали ко мне, то хорошо человеку не касаться женщины. Но, во избежание блуда, каждый имей свою жену, и каждая имей своего мужа. Муж оказывай жене должное благорасположение; подобно и жена мужу. Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим. Впрочем, это сказано мною как позволение, а не как повеление. Ибо желаю, чтобы все люди были, как и я; но каждый имеет свое дарование от Бога, один так, другой иначе» (1 Kop. 7: 1–7). На эти слова ап. Павла очень часто ссылаются все те, кто гнушается браком и сексуальными отношениями в браке. Брак отождествляется с узаконенной формой половых отношений ради избегания блуда.

Близко к этой позиции и оправдание интимных отношений супругов единственной целью – зачатием детей. Вспомним слова Климента Александрийского (+215): «Ближайшая цель супругов – это иметь детей, цель же высшая – иметь детей добрых (благочадие). <…> Человек, содействуя происхождению человека, становится образом Бога. Не всякая почва восприимчива для принятия семян; или если и всякая, по крайней мере, не для семян одного и того же земледельца. Не следует на каменистую почву сеять, ни тем менее злоупотреблять семенем, этим проводником и началом порождения, в котором дремлют его законы. Направлять же эти естественные законы вопреки разуму на пути противоестественные вообще крайне нечестиво. Послушайте, как уже Моисей, этот всемирный мудрец, некогда символически осудил соитие, совершенное не с целью зачатия. Он говорит: «Не ешь зайца и гиены». Он не желает, чтобы человек проникался их свойствами, ниже чтобы погрязал в их похотливости… Недозволительно человеку соитие, совершаемое без цели зачатия. <…>

Не прилично семя, из которого будет развиваться жизнь, и вскоре за тем возникнет человек, осквернять тем, что выводится из тела ради его очищения, нечистым истечением плоти и теми выделениями, которые выходят из организма при очищении его обливать и в них как бы полоскать. Да и семя, если оно не соприкасается с углублениями внутри матки, тотчас же портится и родотворной силы лишается. Ни о ком из древних евреев у Моисея поэтому и не говорится, чтобы он сходился со своей беременной женой. Ибо и без того пустым будучи, это удовольствие, если кто им пользуется и в браке, становится нечестивым, не соответствующим идее брака и противоразумным»[66].

Другой древний памятник, «Постановления Апостольские», свидетельствует о том же: «Впрочем, когда у жен бывает естественное, мужья не должны сходиться с ними, заботясь о здоровье имеющих родиться; ибо это воспрещено Законом. «К жене, говорит он, в месячных находящейся, не приближайся» (Лев.18,19 и Иез.18,6). И с беременными женами не должны они иметь сообщения; ибо с ними сообщаются не для произведения детей, но для удовольствия, а боголюбец не должен быть сластолюбцем…»[67].

Отметим что, важный вопрос о «традиционном» взгляде на «нечистоту» родовых процессов на примере женских месячных разбирается авторами ниже в соответствующем приложении.

С другой стороны, автор упомянутых Апостольских постановлений выступает против отождествления секса с грехом: «Если же кто наблюдает и исполняет обряды иудейские относительно извержения семени, течения семени во сне, соитий законных (Лев. 15:1–30), те пусть скажут нам, перестают ли они в те часы и дни, когда подвергаются чему-либо такому, молиться, или касаться Библии, или причащаться евхаристии? Если скажут, что перестают, то явно, что они не имеют в себе Духа Святого, Который всегда пребывает с верующими; ибо Соломон говорит о праведных, чтобы каждый уготовил себя так, чтобы Он, когда спят они, хранил их, а когда восстают, глаголал с ними (Притч. 6:22). <…> Дух Святый, всеконечно, присущ тебе, потому что Он не ограничен местом, а ты имеешь нужду в молитве, в евхаристии и в пришествии Святого Духа, как нимало не согрешившая в том. Ибо ни законное совокупление, ни роды, ни течение кровей, ни течение семени во сне не могут осквернить естество человека или отлучить от него Духа Святого, но одно нечестие и беззаконная деятельность. <…>

Посему уклоняйтесь, возлюбленные, и избегайте наблюдений тех, потому что они – еллинские. Ибо мы, вопреки еллинам, ни умершим не гнушаемся, надеясь, что он опять оживет, ни законного совокупления не осуждаем, но они обыкли худо толковать подобные вещи. Ибо законное совокупление мужа с женою бывает по мысли Божией, потому что Творец в начале сотворил мужеский и женский пол и благословил их, и сказал: плодитесь и размножайтесь и наполняйте землю (Быт. 1:28). Итак, если различие полов состоялось по воле Бога для рождения потомков, то следует, что и совокупление мужа с женою согласно с Его мыслию. <…> Напротив, смешение противоестественное или деяние беззаконное мерзко, ибо враждебно Богу. Ибо содомская нечистота и осквернение с животными противны природе, а прелюбодеяние и любодеяние противны Закону; из них первое и второе есть нечестие, третье – несправедливость, а последнее – грех <…> брак почтен и честен, и рождение детей чисто; ибо в добром нет ничего худого»[68].

Папа Римский Григорий Двоеслов, именуемый Великим (+604), так рассуждал на тему супружеского общения: «Мужчина, имевший сношение со своей женой, не должен входить в церковь, пока не омоется, и, даже омывшись, не может он входить сразу. В древности закон гласил, что мужчина после сношения с женщиной должен омыться и не входить в храм до заката, но это следует понимать и в духовном смысле. Когда мужчина имеет сношение с женщиной, их души совместно устремлены к удовольствию плотского вожделения; поэтому, пока огонь вожделения не угас в его душе, он не должен появляться среди верующих в храме, обремененный грешными желаниями. Хотя разные народы полагают об этом по-разному и соблюдают различные правила, у римлян с древних времен было обычаем после сношения с женой омыться и некоторое время воздерживаться от посещения храма. Конечно, мы не можем считать брак грехом, но, поскольку даже законное сношение не происходит без телесного желания, будет правильным после него воздержаться от посещения святого места, ибо не бывает желания без греха.

<…> Плотское совокупление законно, если совершается ради произведения потомства, а не ради похоти и утоления страстей. Поэтому если кто подходит к жене своей, движимый не влечением похоти, а заботой о произведении потомства, то он может по своему усмотрению как посещать церковь, так и принимать таинство плоти и крови Господних; ибо не может быть осужден вошедший в огонь и не сгоревший. Но если в соитии возобладает не стремление к деторождению, а похоть, у совокупляющихся есть причины печалиться, хотя, по святым речениям пророков, уже само совокупление есть повод для печали. Когда апостол Павел говорит: «Кто не может воздержаться, пусть имеет каждый свою жену», – то он считает нужным добавить: «впрочем, это сказано мною как позволение, а не как повеление». То, что законно, не нуждается в позволении; поэтому своим позволением он подчеркивает, что в этом есть вина. Следует помнить, что Господь, говоря с народом на горе Синайской, в первую очередь повелел им не прикасаться к женам. И если Господь, общаясь с людьми через посредника, требовал от них ради телесной чистоты не касаться своих жен, то разве не должны блюсти чистоту плоти женщины, вкушающие Тело Господа Всемогущего и проникшиеся величием этого непостижимого таинства? Потому же и жрец сказал Давиду, что его люди получат хлебы предложения, если только воздержатся от женщин, и Давид, чтобы получить эти хлебы, поклялся в чистоте своих людей. В соответствии со сказанным мужчина, омывшийся после сношения со своей женой, может прийти в церковь и принять таинство святого причастия»[69].

Существует немало свидетельств того, что в среде современных православных христиан не все готовы принять изложенную «традиционную» точку зрения. При всей недвусмысленности процитированных отрывков остаются многие недоумения, которые нельзя просто отвергнуть через цитирование «отцов». Вопросы копятся и не находят достойного решения в церковном сознании, порождая разрозненные суждения у ныне живущих православных христиан.

Несмотря на обилие святоотеческих цитат, отражающих негативный взгляд на половые отношения супругов, есть и иная точка зрения. Она со всей очевидностью отражена в поздних творениях св. Иоанна Златоуста (+407) и базируется на ветхозаветных установлениях, касающихся обыденной жизни. В частности, в Беседе на слова апостола: «Но, во избежание блуда, каждый имей свою жену» (1 Кор.7:2), святитель Иоанн говорит: «Поцелуй блудницы заключает в себе яд, яд тайный и скрытный. Зачем же ты гоняешься за удовольствием, которое ведет к осуждению, производит гибель, наносит неизлечимую рану, тогда как можно получать удовольствие, не подвергаясь никакому злу? Со свободною женою и удовольствие, и безопасность, и покой, и честь, и красота, и добрая совесть; а там великая горечь, великий вред, постоянное осуждение. Хотя бы никто из людей не видал, совесть никогда не перестанет осуждать тебя; куда бы ты ни пошел, этот обвинитель будет следовать за тобою, осуждая и громко взывая против тебя. Таким образом, кто ищет удовольствия, тот особенно и пусть избегает общения с блудницами, потому что нет ничего горче этой привычки, ничего неприятнее этого общения, ничего порочнее этих нравов. Источник твой да будет благословен; и утешайся женою твоей, любезною ланью и прекрасною серною: груди ее да упоявают тебя во всякое время, любовью ее услаждайся постоянно. И для чего тебе, сын мой, увлекаться постороннею и обнимать груди чужой?» (Притчи 5:18–20). Имея чистый источник воды, для чего ты бежишь к болоту, наполненному грязью, пахнущему геенною и невыразимым наказанием? Какое ты будешь иметь оправдание, какое прощение? Если предающиеся блуду прежде брака осуждаются и наказываются подобно тому человеку, который был одет в грязные одежды, то тем более – после брака»[70].

Заметим, что святитель Иоанн Златоуст называет супружеское половое общение «чистым источником воды», говорит, что с законной женою и удовольствие, и безопасность, и покой, и честь, и красота, и добрая совесть. Очевидно, в данном отрывке нет и речи о деторождении, поскольку супружеское общение противопоставляется общению с блудницами[71].

Греховен ли секс? Мнения современных авторов.

Мнения «неправославных» авторов.

Прежде чем перейти к мнениям православных христиан по этому вопросу, предлагаем познакомиться с опытом иных религий. Католики, протестанты и мусульмане понимают сексуальные отношения как естественную потребность супругов, заложенную Богом в нашу природу. Конечно, это не значит, что православные авторы и исследователи должны обязательно принимать их взгляды, однако было бы полезно определить место секса в семейной жизни.

Насколько можно судить из источников, взгляд католиков на сексуальную жизнь супругов разнообразен. Есть мнения радикальные, полностью совпадающие с процитированным выше взглядом Папы Римского Григория Двоеслова, но есть и иные мнения, большей частью распространенные в католической семейной литературе. Так, популярный сборник статей «Бог преображает семью»[72] рассматривает половую близость как средство выражения супружеской любви:

«Чем же является человечность по замыслу Бога? С полной уверенностью можно сказать, что главной ее чертой является зрелая любовь. А что такое любовь? Требовательный и правдивый образ любви представляет в первом письме Коринфянам св. Павел. В «Гимне о любви» (1 Кор. 13:1–13) он однозначно определяет любовь, называя ее терпеливой, доброй, не завидующей, говоря, что она не хвалится и не гордится <…> не ищет выгоды себе, не вспыльчива и не помнит зла <…> любовь не перестанет существовать никогда. Можно сказать, что любовь состоит в том, чтобы творить добро человеку. Для тех, кто хочет жить учением Христа, любовь означает необходимость одаривания людей добром, которое позволяет им приблизиться к Богу.

В связи с этим половая близость лишь тогда становится проявлением любви, когда ее совершают супруги, одаряющие друг друга ответственностью, чувствами, пониманием и уважением к женскому и мужскому началу друг друга. Взаимная любовь выражается также в готовности принять каждого ребенка, который может быть зачат, независимо от того, ожидают его в настоящий момент или пока не планируют его появления. Благодаря такому подходу супруги могут постоянно пребывать в единстве с Богом, поскольку в случае незапланированного зачатия ребенка родители с ответственностью и любовью смогут принять его, несмотря на возникающие сложности.

Любовь человека может вполне реализоваться лишь тогда, когда построена на Правде и Любви Бога»[73].

Католическая церковь на уровне вероучения узаконила цель брака – деторождение, но при этом из католической литературы вполне ясно, что сексуальные отношения, являясь выражением супружеской любви, могут и не подразумевать деторождение, которое оставлено на волю Божью. В связи с этим в католической литературе, в том числе доступной нам русскоязычной, очень развита тема естественного предохранения, которая доходит до мельчайших рассмотрений женской физиологии и интимных подробностей полового акта.

Взгляд исламских авторов, в свою очередь, вполне ясно и аргументированно представлен в книге (сборнике статей) «Любовь и секс в исламе».

«С исламской точки зрения, сексуальное чувство мужчины и женщины коренится в конституции человеческой природы, являясь одновременно орудием Божьего промысла. Иными словами, ислам вобрал в себя понимание секса как явления, обладающего онтологическим статусом в жизни человека, бытие которого без секса невозможно.

При этом в рамках исламского вероучения секс трактуется еще телеологически: он не только самодостаточен, но является также и целью. Он не только средство самореализации человека в его земной жизни, но и средство проявления трансцендентной силы, Воли Аллаха. Секс в исламе рассматривается как проекция потустороннего, трансцендентного в посюстороннем, земном бытии человека.

О чувстве любви в Коране говорится как о явлении, прямо связанном с сексом, половыми отношениями между мужчиной и женщиной. Статус любви и секса в исламе качественно повышен. Если до возникновения ислама араб просто любил и реализовывал себя в сексе, как ел, дышал и пил, то в рамках ислама он осознавал еще и сакральное значение переживаемого им чувства любви и совершаемого полового акта с женщиной. Любовь и секс в исламе оказались внутри объемного, трехмерного пространства: мужчина, женщина и – превыше – Аллах.

Соответственно в исламе секс в широком смысле, как весь разнообразный спектр взаимоотношений между мужчиной и женщиной, может реализоваться двумя взаимодополняющими путями. Во-первых, в виде чувственной страсти между мужчиной и женщиной, полового влечения их друг к другу. Во-вторых, в виде чувства симпатии и расположенности духовного характера, позволяющего вызвать между мужчиной и женщиной любовь. Как и секс, любовь в исламе стала рассматриваться как явление трансцендентного, божественного происхождения, не подчиняющееся сознанию, воле и капризам влюбленного человека.

<…> Физическая близость должна удовлетворить не только мужчину, но и женщину»[74].

Исходя из цели сексуальных отношений супругов как взаимного удовлетворения, следует спокойное отношение ислама к неабортивным противозачаточным средствам, при условии того, что не будет принципиального отказа семьи от детей.

Взгляд известных нам протестантских авторов на половые отношения супругов очень близок к позиции Д. Грея и взглядам мусульман. В эту тему протестантами вносятся общие для христиан семейные ценности, обходя стороной соблазнительные моменты. По сути, протестантский подход заключается в христианизации психологических и сексологических научно-популярных наработок. Авторы таких книг, как правило, сами практикующие психологи и психотерапевты, поэтому стиль их книг – практические советы с большим количеством примеров.

Мнения православных авторов.

Взгляд современных православных авторов, придерживающихся понимания секса как естественной стороны семейной жизни, может быть очень близок как католическому, так и протестантскому или исламскому, поэтому необходима оговорка. При положительном обсуждении темы сексуальных отношений супругов в православии присутствует некоторая неопределенность. Скажем для простоты, что есть два полюса возможных мнений, которые условно можно назвать «исламский» и «католический». «Исламский» говорит, что сексуальная близость супругов сама по себе ценна и необходима. Отказ от деторождения невозможен, но регулирование рождаемости вполне приемлемо с использованием противозачаточных неабортивных средств. «Католический» взгляд также уделяет большое значение сексуальной жизни супругов, оттеняя ее значимость, но при этом регулируемость рождаемости в принципе невозможна, все отдано на «естественный» ход событий. Супругам дозволено только «играть в лотерею» естественных способов предохранения.

Итак, неопределенность в рассуждениях некоторых православных авторов заключается в том, что при положительной оценке сексуальных отношений как проявления супружеской любви авторы умалчивают о своем отношении к противозачаточным средствам. Получается, что из положительных мнений о сексе можно сделать вывод, близкий к «исламскому». Но при этом могут быть серьезные основания думать, что авторы подразумевали нечто очень близкое к «католической» позиции. Указанная неопределенность в полной мере присутствует в приведенном ниже мнении протоиерея Дмитрия Смирнова. Заметим, что, зная его взгляд на затронутые вопросы вообще, можно предположить, что ему все же близка «католическая» позиция.

Остановимся подробно на высказываниях православных авторов.

Митрополит Антоний Сурожский.

В своих рассуждениях выдающийся русский богослов и архипастырь XX века митрополит Сурожский Антоний (+2003) обращается к книге Бытия и говорит примерно о том же, что и С. В. Троицкий в своей работе[75]. В первой главе Библии сотворение человека поставлено в один ряд с сотворением всех живых существ. Именно внутри этого ряда живых существ человек получает данное всему живому благословение расти и множиться. В совершенно ином контексте говорится о браке во второй главе. Мы видим, что человек обнаруживает, что он одинок, что нет у него спутника, и Бог избавляет его от этого одиночества сотворением Евы. «Этот акт не имеет никакого отношения к деторождению, он стоит в иной перспективе, в контексте иного повествования, здесь перед нами совершенно новая ситуация. И брак связан именно с этой ситуацией – ситуацией человека, достигшего такой зрелости, когда он не может более существовать в одиночестве, и тогда ему предлагается преодоление этой ситуации, имеющее, однако, с самого начала двойственный характер. Двойственность эта связана с тем, что и здесь полностью соблюдается уважение к человеческой свободе, так что и преодоление это может быть подлинным или ложным. Когда Адам оказывается лицом к лицу с Евой, он узнает ее и говорит, что она – плоть от плоти его и кость от кости его. Но что означает это его признание? Перед ним, как и перед Евой, два пути: либо узнать себя в ней, а ей – узнать себя в нем, видеть лишь себя самого, отраженного вовне, видеть в другом лишь продолжение себя самого и совершенно потерять из виду существование другого. И напротив, можно в этом видеть трансцендирование самого себя, освобождение от себя. Именно об этом говорит Мефодий Патарский (святой православной церкви, ум. ок. 312. – Прим. авт.) в своей книге: он использует как бы игру слов и, рассуждая о падении, говорит, что пока Адам и Ева любили друг друга, они могли говорить, глядя друг на друга: это мой «альтер эго», другой я сам; в момент падения они видят друг друга нагими, потому что каждый смотрит на другого и говорит: я – это я, а он – это он. Тут как бы трещина, разлом. Здесь-то и появляется элемент влечения, вожделения, здесь смешиваются две перспективы: перспектива природы и перспектива человечества, трансцендирования личности в жизни сверхличной»[76].

Владыка Антоний рассматривает тему супружеских сексуальных отношений через осмысление цели супружеского союза. Он утверждает, что мнение, будто целью брака является деторождение, не только спорно, но для православного богословия неприемлемо. «Цель брака есть брак. Рождение детей – его составная часть, но в брак не вступают для того, чтобы иметь детей; в брак вступают для того, чтобы осуществить жизнь взаимной любви, то есть преодоление индивидуальной изолированности, расширение личности»[77].

Владыка отмечает, что в западном католическом мире присутствует раздвоение сознания. С одной стороны, брак по самому определению направлен на деторождение, а с другой стороны, физические отношения отмечены печатью некой уродливости, с ними связывается представление дефективности. «Совершенно иное в православном богословии. У нас существует богословие материи, богословие тела, основанное на том положении, что Бог создал человека как существо не только духовное или душевное, но также и материальное, связанное с совокупностью всего видимого и осязаемого творения, – богословие, основанное прежде всего на Воплощении (речь идет о Воплощении Сына Божьего, о Господе Иисусе Христе. – Прим. авт.)»[78].

Митрополит Антоний поясняет высказывание апостола Павла «врачевство от блуда». Очень распространенное толкование этого места заключается в том, что если человек состоит в браке, то у него нет больше оснований искать нечистоты где-то на стороне, «ходить за чужой плотью», как говорится в Священном Писании. В действительности же в богословии неразделенной Церкви ясно видно, что дело не только в этом. «Единственное основание для подлинного целомудрия, то есть внутреннего и внешнего состояния, когда человек не стремится ни к чему вне тех отношений, какими является эта единственная любовь, – есть любовь, единственность любви, тот факт, что истинно любить можно только одного человека, а все другие люди входят – каждый в отдельности и все вместе – в нейтральную категорию: это люди, это больше не мужчины и женщины, не существа, обладающие полом. Но любимый человек тоже не есть то, что на современном языке называют «сексуальное существо»; это лицо другого пола, но и здесь понятие пола далеко выходит за рамки пола физического: оно определяется в категориях мужественности и женственности, оно охватывает и характеризует человека в каждой детали его существа, а не просто с точки зрения продолжения рода. Кроме того, апостол Павел ясно указывает, что в этом единственном, незаменимом отношении брака открытие одного человека другим всегда имеет глубину духовного порядка – иначе нет данных для брака. И в этих отношениях тело одного полностью принадлежит другому не в том смысле, что он может распоряжаться им насильственно, без благоговения, без уважения, а в том смысле, что поскольку два тела составляют уже одно, то и жизнь едина как жизнь четы и нет жизни, которая принадлежала бы одному или другому отдельно»[79].

С другой стороны, апостол Павел утверждает также, что оба супруга могут удаляться друг от друга; не отказывать другому в близости, а позволить другому отойти ради их духовной жизни. «Бывает время молитвы, бывает время духовного углубления, время, когда человеческое существо соединяется с Богом особым образом, когда благодать и опытное познание овладевают не только Духом его, не только его психологическим и умственным «я», но даже и телом. Есть моменты, когда всякие физические отношения, даже, как это видно из житий святых, самое простое прикосновение становится невозможным, ибо благодать, как пламя, овладела этим существом, и нет больше места ни для чего до тех пор, пока эта дарованная и принятая благодать не станет едино с человеком так глубинно, что сделается общим достоянием. Но мне кажется ясным, что воздержание тут является не актом отвержения, когда один из супругов отворачивается от другого, отказывает другому в близости, но ситуацией, в которой их взаимоотношения рассматриваются в другом плане»[80].

Протоиерей Иоанн Мейендорф.

Представим интересующие нас выборки из статьи русского богослова и церковного историка, ректора Свято-Владимирской семинарии в Нью-Йорке протоиерея Иоанна Мейендорфа (+1992) «Семья и регулирование рождаемости»[81].

О. Иоанн напоминает, что деторождение и воспитание детей – величайшая радость и истинно Божие благословение. Христианский брак не может существовать без чистого и горячего желания обоих родителей иметь детей. Брак, в котором дети нежелательны, основан на поврежденной, эгоистической и похотливой любви. Давая жизнь другим, человек подражает творческому акту Бога, а отказываясь от этого, перестает быть «образом и подобием Божиим». Христианское отношение к браку подразумевает, что деторождение естественно и свято, является неизбежной частью христианского брака. Дать новую жизнь – привилегия человека, дарованная ему Богом, привилегия, от которой он не имеет права отказываться, если хочет сохранить «образ и подобие Божие», предоставленные ему при творении.

И все же для христиан брак является самоцелью, союзом двух существ в любви, отражающим союз между Христом и Церковью. «Нигде – ни в Евангелии, ни у апостола Павла, ни в святоотеческой литературе – мы не найдем оправдания брака детьми. В своей великолепной 20-й гомилии на Послание к Ефесянам святой Иоанн Златоуст определяет брак как «союз» и «тайну» и лишь изредка упоминает о деторождении»[82].

«В вопросе о половой жизни и браке в западном мышлении до последнего времени почти всецело господствовало учение Блаженного Августина (+430). Августин рассматривал половую жизнь и естественный половой инстинкт человека как источник, через который вина первородного греха Адама передавалась его потомкам. Поэтому брак считался греховным, а половая жизнь могла быть оправдана лишь через деторождение. Следовательно, если деторождение искусственно предотвращается, сексуальные отношения становятся по существу своему греховными даже в законном браке»[83].

По мнению о. Иоанна, если в восточной монашеской литературе половая жизнь иногда и отождествляется с грехом, то в целом Предание Церкви прочно придерживается решений Гангрского церковного Собора (ок. 340 года), который категорически отверг учение, осуждающее брак. Половой инстинкт в его извращенной и падшей форме часто сливается с грехом. Но все же он не является тем источником, через который греховность распространяется на все поколения человечества. «Если половая жизнь равнозначна греху, если только деторождение может искупить эту вину, то брак и продолжение рода по сравнению с целибатом то же, что жалкий суррогат по сравнению с подлинным христианским идеалом. В этом смысле супружеские отношения практически не имеют положительного христианского значения»[84].

Православная Церковь за всю свою историю никогда не связывала себя определенными высказываниями по вопросам интимных отношений в браке. Но это вовсе не значит, что проблема контроля над зачатием и деторождением совершенно безразлична для православных и не имеет отношения к их жизни. В спорах о сексуальных отношениях и о планировании семьи есть множество аспектов. «Например, чтобы «жизнь», даруемая родителями их детям, носила вполне человеческий характер, она не должна ограничиваться физическим существованием; следует включить в нее и родительскую заботу, и образование, и достаточное материальное обеспечение. Готовясь к рождению детей, родители должны быть готовы к исполнению и этих обязанностей. Однако бывают экономические, социальные и психологические ситуации, в которых ясно, что никаких гарантий дать нельзя. Иногда мы почти с полной уверенностью можем сказать, что следующему поколению придется пережить и голод, и психологическую нищету»[85].

Именно в таких ситуациях важное значение имеет вопрос о формах планирования рождаемости. Является ли воздержание единственно приемлемым выходом? Новый Завет, как и церковное Предание, считает воздержание приемлемой формой планирования семьи. Наряду с этим стоит поставить «вопрос, имеющий серьезную богословскую основу: можно ли считать все «естественное» «хорошим»? Ведь еще апостол Павел говорил, что воздержание может вести к «разжиганию». Способна ли наука сделать контроль над деторождением таким же естественным, как контроль над питанием, жилищем, здоровьем?»[86].

По мнению о. Иоанна, вопрос о контроле над зачатием и о его приемлемых формах может быть решен в строго индивидуальном порядке каждой христианской семьей. Только сами супруги-христиане, серьезно относящиеся к своей вере, могут принять единственно правильное решение, избегая чрезмерной заботы о материальном обеспечении и видя в детях радость и дар Божий.

И все же, как ни подойди к этой теме, стоит признать, что пока брак, как величайшая тайна и даже святыня, существует в мире падшем и болезненном, он будет нуждаться в покровительстве юридических законов и формальностей. «Считая брак таинством Царства Божия, Евангелие и Церковь не создают тем самым какой-то особенной мистической реальности, не имеющей точек соприкосновения с окружающим нас миром. Христианская вера является истиной не только о Боге и Его Царстве, но и о человеке. Христианское учение о браке накладывает на человека радостную ответственность; оно открывает законное удовлетворение для души и тела; оно указывает путь истины; оно дает человеку невыразимую радость созидания новой жизни, приближает его к Создателю, сотворившему первого человека»[87].

Протоиерей Николай Балашов.

В книге «И сотворил Бог мужчину и женщину»[88] отец Николай напоминает, что молодые люди и девушки, сколь бы религиозными они ни были, не перестают ощущать заложенное Творцом в их природе стремление к близости. Им трудно принять мнение, что их тела всего лишь «сосуд греха», даже если им усердно внушают именно такую ригористическую точку зрения. Половое влечение обусловлено не только «зовом плоти», за ним стоит потребность в личном общении, жажда преодоления одиночества, желание любить и быть любимыми. Правда, последнее желание часто преобладает над первым и даже вытесняет его.

«Мы не должны закрывать глаза на то, что в падшем мире отношения полов могут извращаться, переставая быть выражением богоданной любви и вырождаясь в проявление греховного пристрастия падшего человека к своему «я». Однако православная святоотеческая традиция никогда не считала половую близость следствием грехопадения, но воспринимала ее как часть изначального замысла Божия о человеке, хотя и омраченного в падшем человечестве греховным эгоизмом»[89].

Отец Николай указывает, что в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви» содержатся напоминания, что «человеческое тело является дивным созданием Божиим», а «телесные отношения мужчины и женщины благословлены Богом в браке, где они становятся источником продолжения человеческого рода и выражают целомудренную любовь, полную общность, «единомыслие душ и телес» супругов, о котором Церковь молится в чине брачного венчания»[90].

Процитируем важное для нашей темы уточнение: «Один из примеров неправославного отношения к человеку можно видеть, когда в падшем человеке все провозглашается прекрасным, в том числе и его животные инстинкты, которым предлагается дать полную свободу – то есть освободить их от контроля духа. И тогда человек нравственно деградирует и становится хуже животного. С другой стороны, есть совершенно противоположная крайность, когда вся человеческая телесность признается каким-то изначально злым вместилищем греха. Но ведь человеческое тело не только вместилище греха – оно может быть и вместилищем святости»[91].

Говоря о «планировании семьи», о. Николай пишет, что мы можем и должны говорить об ответственном отношении к рождению и воспитанию детей. Конечно, одной из возможностей может стать воздержание от половых отношений на определенное время. Но надо понимать, что, несмотря на восхваление воздержания отцами Церкви, оно, как и всякая добродетель, должно достигаться с рассуждением и не без чувства меры. А эта мера для каждого своя. Нельзя забывать, что «сфера интимных отношений супругов весьма деликатная, и всякое вмешательство в нее «требует соблюдения особого целомудрия и особой пастырской осторожности», как указывал Священный Синод Русской Православной Церкви в Определении от 28 декабря 1998 года. Вместе с тем Синод твердо указал на «недопустимость принуждения или склонения пасомых, вопреки их воле, к… отказу от супружеской жизни в браке»[92]. Часто многие люди «недооценивают значение супружеской близости, возможно, по причине собственной очень высокой аскетической настроенности»[93].

Протоиерей Дмитрий Смирнов.

Протоиерей Дмитрий Смирнов в беседе с молодежью так ответил на вопрос: «Действительно ли, что христиане в браке могут совместно делить ложе только для зачатия детей?»[94].

«Это не совсем так, потому что супружеское общение это не только ради детей, но еще и душевное и телесное общение. Следствием этого общения бывают дети. Женщина фертильна только в течение трех дней в месяц. Способность и желание к супружескому общению может быть гораздо чаще, чем раз в месяц.

Например, такой вторичный половой признак женщины, как грудь, существует исключительно как атрибут сексуальный. Для того чтобы кормить детей грудью, сама грудь не нужна, достаточно иметь железы, которые сами по себе небольшого размера. Грудь создана Богом именно для красоты, для привлекательности, и прочее. <…>

Церковь освящает брак, и все, что в браке, – свято, если нет извращений, излишеств, если нет блуда, когда все именно в семье. Это как пища. Мы на праздник украшаем стол, готовим что-то особенное, иногда с точки зрения биологии готовим вредное что-то, например торты. Если каждый день торт есть – это вредно. Когда торт едят, например, на Рождество, на именины, то это вполне уместно. Так же и здесь.

Если бы супружеское общение было только для деторождения, тогда это было бы что-то механическое, это не доставляло бы такой душевной и телесной радости. Супружеское общение поэтому – это даже способ отдохновения и снятия стресса.

В супружеском общении нет ничего предосудительного и греховного».

Священник Николай Емельянов.

Учитывая вышеизложенную неопределенность в отношении к противозачаточным средствам, процитируем высказывание священника Николая Емельянова.

«Церковь никогда не считала чем-то самим по себе греховным физические отношения между полами. Напротив, древние церковные правила называют грехом отношение к физическому общению супругов, как к чему-то «гнусному». «Всякое прикосновение мужчины и женщины неприлично, если оно не стоит на основе любви; всякое сладострастье под тенью великих крыльев любви – целомудренно. Для любви нет грязи, нет низости, нет позора. Это – свет, который освещает все; это – тепло, способное разогреть лед; это – мед, который уничтожает всякую горечь. Любовь освящает все, до чего рукой, взором или мыслью коснулся тот, кого мы любим». Эти слова сказаны не современным романистом, а одним из величайших церковных богословов, аскетов и мистиков – святителем Григорием Богословом, жившим более полутора тысяч лет назад, в IV веке»[95].

Протоиерей Георгий Митрофанов.

«А что же такое плотские отношения? Если целью брака не является рождение детей, то является ли рождение детей целью плотских отношений? Нет, их целью является общение между супругами. (Правда, я убежден, что плотских отношений в таком виде, как сейчас, в раю не было – уж слишком они безобразны в той форме, в которой они существуют сейчас. Половые отношения в раю имели какой-то другой характер, какой – об этом могут размышлять лишь монахи, которые вообще к этой проблематике относятся очень неравнодушно.) Я вспоминаю эпизод, когда мой уже ныне покойный духовник – отец Василий Ермаков, который отличался достаточным традиционализмом, беседовал с одним человеком. Я слышу, отец Василий говорит: «Ладно, брак честен, ложе нескверно». Кающийся упорно начинает ему что-то говорить. «Брак честен, ложе нескверно», – повторяет отец Василий и хочет уйти. Тот опять: «Батюшка…» А между тем о. Василий, повторяя слова апостола Павла, стремился остановить тот жуткий стриптиз, который почему-то очень хотел предложить ему этот самый кающийся: «Нет, батюшка, скверно мое ложе, и вот послушайте, как оно скверно». Действительно, перед нами очень серьезная проблема, потому что, если мы отдаем себе отчет в том, что целью плотских отношений не является только лишь чадородие, рождение детей, то мы должны вообще эту тему вынести за рамки исповедального разговора. Хотя на исповеди можно говорить обо всем, но не все имеет отношение к исповеди»[96].

Протоиерей Алексий Уминский.

Выступая на «круглом столе» «Семья в современной церкви»[97], отец Алексий отметил, что тема интимных отношений в семье включает многие сложные нерешенные вопросы. Устав, по которому живет наша Церковь, – монашеский, находящийся вне темы семейной жизни. И тем не менее он существует, и никуда нам от него не деться. Но отец Алексий убежден, что «интимные отношения – это вопрос личной внутренней свободы каждой семьи, которая свободна в том, как им строить свою семейную жизнь. <…> Интимные отношения – это отношения супружеской любви и супружеской свободы. Очень часто так бывает, что всякая излишняя аскеза является причиной супружеских ссор и в конечном итоге развода»[98].

Алексей Зайцев, преподаватель Московской духовной академии.

Интересными нам показались мысли преподавателя Московской духовной академии Алексея Зайцева, опубликованные в интернет-заметке «Проблема пола в церковном браке»[99]. Вопрос о допустимости половой близости вне цели деторождения и, как следствие, о допустимости использования контрацепции (речь, конечно, идет только о неабортивной контрацепции) представляется автору этой публикации неоднозначным и непростым. Все зависит от богословских предпосылок, на основании которых идет рассуждение. Православная Церковь никогда не связывала себя какими-либо однозначными определениями по данному вопросу, поэтому при решении затронутого вопроса нет возможности опереться на авторитетные церковные источники прошлого.

Алексей Зайцев предполагает, что принципиальное решение проблемы допустимости или недопустимости половых отношений в браке вне цели деторождения, а значит, и проблемы контрацепции может быть построено на следующих предпосылках.

Во-первых, дать новую жизнь – это богоданная способность, от которой человек не вправе отказываться, если это не обусловлено целями более высокого порядка (например, монашество и т. п.). Деторождение богоустановлено, оно является следствием Божией заповеди: «плодитесь и размножайтесь». «Но сразу возникает вопрос: можно ли свести жизнь, которую родители дают своим детям, только к физическому существованию? Разве родители не отвечают за то, чтобы эта жизнь была достойной в нравственном, в социальном и в других отношениях? Ведь иногда можно с уверенностью предположить, что жизнь потенциального ребенка будет по ряду причин явно ущербной (речь здесь не о материальном достатке, точнее, не только о нем)»[100].

Во-вторых, автор предлагает рассмотреть ряд вопросов. «Например, обязаны ли супруги полностью отказаться от интимной близости в случае бесплодия одной из сторон или если есть явная угроза врожденной неполноценности предполагаемого ребенка, а тем более его гибели? Как быть верующей женщине, если ее неверующий муж требует физической близости, но в случае зачатия будет категорично настаивать на аборте?»[101].

В-третьих, автор напоминает, что деторождение не является единственной и первостепенной целью брака, скорее, оно есть его закономерное следствие, существенный и неизбежный аспект (за исключением случаев бесплодия). Первостепенная цель брака в православии – осуществление самоотверженной любви и достижение духовно-телесного единства двух личностей – мужчины и женщины.

В-четвертых, «половые отношения супругов сами по себе не являются чем-то порочным и предосудительным, порочными они становятся, когда выходят из-под духовно-нравственного контроля и начинают занимать в иерархии супружеских взаимоотношений неподобающе высокое место, служат средством удовлетворения человеческого эгоизма на уровне чувственности»[102].

На основе вышеозначенных предпосылок Алексей Зайцев делает следующий вывод. «Посредством половых отношений супруги реализуют свою богоустановленную творческую способность деторождения. Даруя жизнь новому человеку, они несут ответственность не только за его духовно-нравственное развитие, но и за материальное обеспечение, физическое здоровье, социальное положение и т. д. В связи с этим вполне оправданна постановка вопроса о контроле над рождаемостью, целью которого должно быть именно создание наиболее благоприятных условий (в первую очередь в духовно-нравственном отношении) для жизни и развития будущих детей, но не эгоистические побуждения родителей (когда они отказываются от деторождения, чтобы «пожить в свое удовольствие»)»[103].

По мнению автора, в результате грехопадения не произошло принципиального изменения самого способа размножения. Речь может идти только о выходе половой функции человека из-под контроля разума и духа, об ее искажении в той степени, в какой мы говорим об искажении человеческой природы вообще. «И если учитывать, что целью брака в православии является не только деторождение (иначе все бесплодные должны быть автоматически «обречены» на монашество), но в первую очередь вечный союз мужа и жены в единой природе посредством самоотверженной любви, то половые отношения между супругами можно рассматривать как проявление этой любви на уровне плоти. В таком контексте интимная близость перестает быть только средством для деторождения, и поэтому вполне оправданно утверждение о ее определенной самоценности. При этом нельзя забывать, что если отношения супругов сконцентрированы только на уровне половой жизни, если она становится самоцелью, ни о какой подлинной любви, ни о каком христианском браке не может быть речи в принципе»[104].

Игумен Валериан (Головченко).

В своей статье «Про «это» – православным»[105] игумен Валериан (Головченко) приводит наиболее расхожие православные мнения, не удерживаясь от довольно язвительных комментариев.

Есть мнение, что при занятиях любовью нужно стремиться не испытывать никаких эмоций. Желательно даже не любить. Просто совершать свое дело с монотонной размеренностью железных роботов. Но «грех не в любовном томлении. Грех в окаменелом бесчувствии. Следует заметить, что фригидность и импотенция – это не добродетели, а заболевания»[106].

Говорят, дабы не прельститься телесной красотой законного супруга (супруги), желательно по примеру пуритан совершать все через простыню с отверстием. «Лучший способ воспитать в себе маньяка. Не наслаждаться созерцанием красоты своей «половинки», а разворошить собственное больное воображение. Любой сексопатолог познакомит вас с невеселой статистикой – именно из подобных «пуританских» семей выбегали на ночные улицы самые кошмарные маньяки. Там, где ханжеством было попрано естество, начинался противоестественный бред»[107].

Призывают и к тому, чтобы руками друг ко другу не прикасаться. Целовать только в щечку. Слов красивых не говорить. «Откройте Библию, перечитайте «Песнь Песней»! Да, аллегорически это изображает Христа и Церковь. А буквальное толкование говорит о нормальных, естественных отношениях мужчины и женщины»[108].

Бывает, что предлагают забыть про романтичную обстановку, к примеру, ужин при свечах. Только дома, только ночью и только в полной темноте возможно интимное общение. Чтобы святые лики с икон не восплакали, созерцая бесстыдство. Если же супруги настолько верующие, что не гасят лампад, то взирать им надо не друг на друга, а на образа, при этом вымаливая прощение. «Любое дело можно испоганить, доведя до абсурда. Попытки придать своим интимным отношениям вид псевдохристианской духовной мистерии окончательно угробят в отношениях супругов и духовность, и сексуальность. Чем, когда и как занимаются супруги наедине – это их глубоко личное дело. И интересует оно не Бога, а любителей смотреть в замочные скважины. «Все, что венчанные супруги устраивают в своей спальне, грехом не является, даже если это игры в школьников, зайчиков и немецких автоматчиков. Однако те же игры, совершаемые в одиночку, сразу обретают статус извращения, за которое необходимо приносить покаяние» (Густав Водичка. «Тайна старого рецепта»)[109]».

Есть мнение, что непосредственно перед супружеским общением необходимо читать 3 канона, 5 акафистов и положить по 200 земных поклонов каждый, после этого – чтение трех кафизм. «Думается, это дело не требует особых чинопоследований сверх обычного ежедневного молитвенного правила. Все остальное уже было однажды прочитано над супругами священником в Таинстве браковенчания. Совершение земных поклонов к тому же может испортить радость взаимного общения – потные тела, обоюдная усталость»[110].

Говорят еще, чем реже супругам быть вместе, тем лучше, надо жить как «брат с сестрой». «Невозможно не согласиться с изречением о том, что «монашество и брак не для каждого, а целомудрие – для всех». Стоит лишь уразуметь разницу в целомудрии воздержания монаха и целомудрии размеренной половой жизни женатого мирянина. Эта разница весьма существенна. Жизнь супругов в полном воздержании, «как брат с сестрой» – исключение из правила. Этот подвиг сродни юродству, его могут достойно пройти лишь единицы. И то, по особому Божьему произволению. Такие вещи не принято афишировать, чтобы не дойти в рассуждениях до гнушения брачным сожительством»[111].

Подводя итог сказанному, можно сделать вывод, что на данный момент, с православной точки зрения, вряд ли можно говорить о четком и едином для всех подходе к вопросу супружеских половых отношений. Во всяком случае, утверждать, что вне мотивации чадородия секс однозначно греховен, не представляется возможным. Обозначая эти вопросы, необходимо учитывать и степень воцерковленности супругов, и их духовную зрелость, и их возраст, и их статус в Церкви, и состояние их физического здоровья, темперамент и многие другие объективные и субъективные условия. Только приняв во внимание все эти факторы, можно судить о каждом конкретном случае. При этом в качестве важной оговорки нужно иметь в виду тот факт, что собственно богословских аргументов в пользу безусловного запрета на использование неабортивной контрацепции нет. В порядке церковной икономии, т. е. снисхождения, можно говорить о ее допустимости. Кстати, это признается, правда, в довольно размытой формулировке, и в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви. Понятно, что по данной проблеме Церковь может разработать лишь ряд общих установок с учетом наиболее типичных положений, но окончательные выводы могут быть сделаны только в индивидуальном порядке.

Мнения интернет-авторов.

Для полноты картины приведем выдержки из интернет-публикаций. Простые пользователи Интернета смогли достаточно глубоко и серьезно разобрать тему сексуальных отношений или обозначить некоторые очень важные вопросы. Конечно, каждый из процитированных авторов отражает свое мнение, но их доводы и соображения вполне заслуживают внимания.

А) Участник одной из интернет-дискуссий Алексей Глуховский опубликовал свое мнение, что если секс всегда греховен и лишь попускается, то «для того имеются методы искусственного оплодотворения, с появлением которых совершенно отпала необходимость попускать в браке эту, всеми обсуждаемую, отвратительную низкую мерзость»[112].

Было также сказано, что в силу созданной Богом человеческой природы люди чувствуют, что удовольствия имеют совершенно одинаковую природу, и не понимают, почему удовольствие от приема пищи – это нормально, а супружеское общение однозначно грех. «Если быть последовательным (честным), то нужно признать, что, согласно св. Максиму Исповеднику и другим отцам-аскетам, любое удовольствие от удовлетворения инстинктов (не только вышеописанных, но также безопасности, социальности, агрессии и т. д.) тоже греховно. Борьбу с этими страстями великие подвижники нам, немощным, и преподнесли, уходя в пустыни, считая себя последними из грешников и прочими свершениями. Тогда нужно было бы видеть в теле темницу для духа, а никак не храм. В итоге – когнитивный диссонанс между безусловным громадным авторитетом Предания и малюсеньким, но личным опытом Истины»[113].

Б) Мария Ивлева, участница дискуссии на интернет-форуме http://forum.cdrm.ru так отвечала одному из своих оппонентов: «У вас совершенно превратное и, увы, распространенное представление о телесном общении мужа и жены как об акте поедания скоромного, отбивной котлеты, условно говоря, если не чем-то вообще постыдном и малопристойном. При этом другой человек, супруг, рассматривается как механическое средство для получения удовольствия. Между тем все неизмеримо сложнее, это часть комплекса отношений между двумя людьми. <…> Скажу больше. На мой взгляд, полноты брака и не может быть без общения телесного, вне зависимости от того, могут ли быть дети, не могут и т. д. Внутри своего мира супруги могут, конечно, принимать решение, например, о воздержании. Но в огромном большинстве случаев игры в стиле «будем как брат и сестра», «только ради чада», «в пост ни за что», «это мешает моей духовной жизни» кончаются кризисом и распадом брака. Вы не знаете таких примеров? Значит, вы живете в какой-то удивительной церковной среде.

А то мне все это напоминает коллизию из романа Маркеса «Сто лет одиночества», где один Буэндиа, женившись, обнаруживает юную супругу в глухом балахоне до шеи и с календарем в руках, на котором ее духовник отметил дни года, в которые допустимо супружеское соитие (что-то вроде 40 из 365). Это, кстати, типично католический подход. Откуда, в частности, взялся целибат священников? «Это» стыдно, в крайнем случае попускается, но уж носителю евхаристической чаши уж точно как-то неловко «этим» заниматься.

Только не надо мне приводить в пример супружескую жизнь св. Иоанна Кронштадтского (святой Русской Церкви, был женат, имел полное воздержание от супружеского общения; умер в 1904 г. – Прим. авт.). Мы тут не Иоанны Кронштадтские, и не с этого начинается подражание святым.

Теперь о вопросах конкретных и житейских. Опять все в кучу. О смысле телесных отношений в браке вроде уже сказала. Они важны, значимы и в большинстве случаев необходимы, с моей точки зрения, вне связи с вопросом о рождении детей. Обратная точка зрения тоже явно католическая (дело не в католиках, к которым я отношусь с большим уважением, а в том, что в данном вопросе они, по-моему, неправы). Из последних примеров – энциклика «Humanae vitae…», с которой замечательно полемизировал митрополит Антоний Сурожский.

Отдельный вопрос – рождение детей и контрацепция. Совершенно с вами согласна в осуждении гедонистического представления о браке как о союзе двух эгоистов, чьи интересы в данный момент совпадают. Одним из аспектов такого рода союзов является часто отказ от детей во имя собственного комфорта. Чайлдфри и прочее.

Но проблема контрацепции тоже, в свою очередь, делится на два аспекта – абортивная и неабортивная контрацепция. Первая в христианском браке недопустима, конечно. <…> Пусть в меня бросят камень, но пусть лучше пьют пилюли и даже ставят спирали, но не делают абортов.

Что касается однозначно неабортивной контрацепции, т. е. барьерной и т. н. естественных методов, то на этот счет все вполне сказано в документе под названием «Основы социальной концепции РПЦ». Да, в идеале лучше 15 прекрасных деток, но в реальности это, как правило, невозможно. И чистейшим фарисейством и возложением бремен неудобоносимых здесь выглядят опять-таки с важным видом рассуждения про то, что рожать деток благословляет Бог, а родился – так вы там живите сами как-нибудь с Божьей помощью. Правда, без меня, любимого. Кстати, Господь благословляет не только рожать деток, но и думать и нести ответственность.

Итак, мне (и не только мне) представляется, что вопросы телесных отношений в браке, их форм, ритма и воздержания, рождения детей, а также неабортивной контрацепции должны решаться самими супругами по обоюдному согласию. А не в стиле тех православных теток и даже мужиков, которые со свистом уходят в космос «православия», по дороге, как отработанные модули ракеты, теряя мужей, жен, семьи и все прочее. И не в стиле «трехспальная кровать «батюшка всегда с нами»[114].

В) Очень интересные мысли находим у православного блоггера srechkunov[115]. Он пишет, что вопрос церковного взгляда на половые отношения мужа и жены в конечном итоге упирается в два подвопроса:

L) «Насколько именно половые отношения (вне связи их с деторождением) могут рассматриваться как естественная, а значит, не подлежащая нравственной оценке сторона человеческой жизни?»[116] Насколько допустимо для супругов искать половой близости из любви, из-за желания таковой, из-за радости общения? Нормально ли разделять ложе ради стремления пережить некоторое удовольствие и даже ради некоего снятия напряжения (сексуального или эмоционального)? Допустимо ли требовать от супругов, чтоб их сексуальные отношения происходили четко в соответствии с предписанной кем-то извне целью (ради деторождения)? 2) «Насколько именно Церковь в лице писаний своих святых должна оценивать и регламентировать естественные стороны жизни, включая супружеское половое общение?»[117].

Что значит быть «естественной стороной жизни»? С. Речкунов, опираясь на библейское Откровение о грехопадении, отмечает: «Реальность до грехопадения никому из живущих на земле не доступна. Мы о ней знаем только в общем, образно, из библейского Откровения. Поэтому любые рассуждения о том, что было до грехопадения, не более чем догадки, а иногда и прямые манипулятивные спекуляции»[118]. Типичным примером такой спекуляции для автора является распространенное мнение, что одним из краеугольных пунктов святоотеческого учения является утверждение, что в раю «секса не было и быть не могло».

Человеку присущи некоторые неотъемлемые от его природы способности, возможности и потребности. Среди них, очевидно, потребление пищи, сон и отдых, стремление вообще к общению с себе подобными и т. д. Можно ли на основании Священного Писания утверждать, что супружеское половое общение не входит в этот ряд? Можно ли на основании святоотеческой традиции сказать то же? Автор заметки пишет, что ему неизвестны основания для исключения супружеского общения из ряда естественных сторон жизни.

Что значит «супружеское общение само по себе не подлежит нравственной оценке»? «Это значит, что о нем как таковом, как и о еде, о сне, отдыхе, общении и даже испражнении есть явная воля Божия – всем этим сторонам нашей жизни положено свыше быть. А значит, они сами по себе не плохи, как минимум, а то и хороши»[119]. Конечно, автор помнит о грехопадении, но оно не смогло перевернуть до противоположного знака ничего в человеческом естестве. Оно внесло раздробленность, искажение, повреждение, определенную бесконтрольность (страстность), но не более. «А значит, нравственной оценке могут подвергаться не сами естественные стороны нашей жизни, а мотивация их проявления, мера и обстоятельства их проявления. Иными словами, нравственной оценке может подвергаться личность, пользующаяся этими сторонами жизни. Что же для христианина значит нравственная оценка? Очевидно, согласованность с волей Божией»[120].

Предъявлена ли нам Богом необходимость «свыше» детальной обязательной регламентации всех сторон жизни? «В Ветхом Завете мы найдем такие примеры, они разрозненны и не затрагивают всех естественных сторон жизни. Христианскую систему на ветхозаветных предписаниях не построишь. Зато есть в Библии, и особенно в Новом Завете, места, из которых становится очевидной общая воля Божия по тем или иным вопросам. Конкретное же ее опредмечивание лежит на совести человека, стремящегося жить по заповедям»[121].

Можно ли сделать однозначный вывод из Священного Писания, что Бог определил супружеское общение, мотивированное любовью и желанием близости супругов (которые в тот момент задачу зачатия не ставили), как однозначно греховное? Можно ли утверждать, что некоторые переживания радости, удовольствия и наслаждения, присущие половому общению супругов, – это плод грехопадения? Насколько можно быть уверенным в полной поврежденности грехом именно половой близости? Насколько можно утверждать, что единственным оправданием супружеского общения является только деторождение? Эти вопросы ключевые в рассматриваемой нами теме, но на них нет серьезного и авторитетного ответа. Представленные недоумения ждут своего решения.

С. Речкунов предлагает следующие рассуждения о греховности половых отношений: «Обычно нам говорят, что само по себе половое общение, конечно, не греховно, но грехопадение внесло грех в этот вид отношений. Если это так, то грехопадение внесло грех во все стороны жизни человека, начиная от сна и еды и заканчивая обратным еде процессом. Я признаю такую точку зрения абсурдной»[122].

Другое дело, что, исходя из учения о грехопадении, можно утверждать, что любая сторона человеческой жизни может быть обращена во грех. «Но каковы критерии этого? Насколько считать греховным переживание человеком радости и даже наслаждения и удовольствия? Насколько греховным можно считать стремление к этому переживанию? Если мы ответим положительно, то тогда любое действие человека необходимо признать грехом. Например, стремление сесть в транспорте при усталости. Если же мы ответим отрицательно, то есть укажем на возможность человеку, не противореча воле Божией, стремиться к переживанию радости и даже наслаждения и удовольствия, то тем самым переведем разговор в правильное русло. Этим руслом является нравственная оценка той или иной личности, которая, так или иначе, распорядилась божественным даром – естественными способностями человека»[123].

Бог не сотворил смерти, она Им попущена. «Если мы убиваем животных, то творим зло, попущенное Богом. Все христиане, по попущению Божию, едят убитых животных (моллюсков, рыб, коров и т. д.). И этот момент не входит в категории обвинений. Евангелие предлагает иной суд. Так почему же именно секс, не противореча явно воле Божьей, стал отвергаемым многими людьми (как правило, неженатыми)?»[124] Если на свете существует убийство животных, которое явно противоречит воле Божьей и лишь попущено Им, то уж секс по согласию супругов разве есть зло? Да, и кстати, Ветхий Завет во многих местах (а Новый нисколько не противоречит этому) призывает супругов наслаждаться друг другом и никоим образом даже не намекает на то, что вне сферы деторождения это есть грех.

Входит ли в задачу Церкви регламентировать и нравственно оценивать половую жизнь супругов?

Мнение С. Речкунова таково: «Нет серьезных оснований полагать, что Церковь обязана регламентировать сексуальную близость супругов. Разве Христос пришел для того, чтоб отцы рассказали нам, как надо есть, спать и совокупляться? Не сказал ли Господь, по сути, обо всем этом в Евангелии: нужна мера и любовь к ближним, ради которых следует отказаться и от природных сторон? Именно это и должно быть законом для христиан.

Нет ни одного канона, налагающего прещение на христиан, «не ради зачатия сошедшихся». Есть некоторая дисциплинарная регламентация, имеющая воспитательно-совещательный характер. Если б это был принципиальный вопрос, то был бы канон на эту тему, была бы строчка в церковном законодательстве, утвержденном авторитетом Вселенских Соборов.

Нам возразят. Укажите нам у отцов хоть одно одобрение секса вне контекста зачатия? Но мы не найдем у отцов одобрения убийства карася (которого едим с картошечкой), не найдем одобрения поездки в метро да и много чего. Однако мы живем этим и не связываем эти моменты с вопросами личного спасения. Евангелие и отцы – это о другом, это не авторитетный справочник. Нам не нужны постоянные одобрения. <…>

Итак. Как минимум нет оснований полагать, что Бог запретил супружеское общение, не мотивированное деторождением. Пусть каждая христианская семья делает что хочет, это ее право. Я исхожу из презумпции невиновности»[125].

В завершение подраздела добавим к сказанному, что в святоотеческом наследии мысли о половом общении супругов сформулированы очень тезисно, без возможности понимания содержательной стороны вопроса и как следствие какой-либо регламентации. Если допустимо только половое общение супругов с намерением зачать ребенка, то предполагается три необходимых условия: супруги должны быть здоровы, они должны иметь твердое и ясное намерение именно зачать, и вероятность зачатия должна быть максимальной. Это значит, что супружеское общение должно происходить только несколько дней в месяц, в дни наибольшей вероятности зачатия. Любовь, радость, чувственные переживания, удовольствие – все это остается за скобками этого взгляда на сексуальные отношения супругов. Но при этом, очевидно, не может остаться за скобками супружеской любви.

Говоря проще, получается, что секс в «традиционном» понимании для многих православных христиан – это то, в чем всегда должны укорять себя супруги, что может быть оправдано только их намерением зачать и последующим рождением детей. Очень немногие супруги готовы так, «по-племенному» подойти к семейной жизни.

Не стоит ли рассматривать «традиционный» православный взгляд на сексуальные отношения супругов вслед за Иоанном Златоустом (Беседа на 7-ю главу 1 Кор.) как нравственную проповедь, призыв к воздержанию, а не «богословие брака»? Святитель, говоря о словах апостола Павла, отмечает: «Сказав: «во избежание блуда, каждый имей свою жену», он самой причиной дозволения побуждает к воздержанию»[126]. Златоуст не делает из этих слов далеко идущих «онтологических» выводов о цели брачного союза, он просто призывает свою паству к совершенству.

Может быть, имеет смысл в данном случае сравнить сексуальные отношения супругов с материальным богатством, о котором как о причине греха так же единогласно говорили святые отцы. Да и сам Христос сказал юноше: «если хочешь быть совершенным…» (см. Мф. 19–21). Далеко не все предлагающие идеал совершенства не имели ничего, далеко не все пошли по пути совершенства, но при этом явили достойную христианскую жизнь. В защиту такого мнения говорит и тот факт, что предлагаемая многими святыми отцами точка зрения не нашла никакого отражения в каноническом законодательстве Церкви и, по сути, осталась призывом к воздержанию и совершенству. Сексуальные половые отношения супругов так и не были регламентированы Церковью и остались вопросом устроения конкретной семьи. Нигде в святоотеческой письменности нет жесткой взаимосвязи членства в Церкви, возможности участвовать в Таинствах и супружеского «недетородного» отношения к сексу.

Поиски православного подхода – протоиерей Василий Зеньковский.

Пожалуй, единственный церковный писатель, кто оставил нам свои размышления о сексуальной жизни самой по себе, – протоиерей Василий Зеньковский (+1962), известный богослов и педагог русского зарубежья. Перед ним стояла задача помочь современному ему юношеству разобраться в этой животрепещущей проблеме.

Именно у отца Василия мы находим те основания, на которых возможно сформулировать современный православный взгляд на мужеско-женские отношения, на человеческую любовь и на сексуальные отношения супругов.

«Поистине, – пишет Зеньковский, – ничто так не важно знать для суждения о человеке, как то, как сложилась в нем жизнь пола: здесь лежит ключ к самым основным, решающим фактам нашей жизни»[127]. Но эту тему невозможно раскрыть с православной точки зрения, если не усвоить, что не все, что в человеке «естественно», то есть возникает и зреет независимо от нашего сознания, в подлинном смысле естественно, то есть заложено Творцом. Бывает, что всякого рода извращения появляются тоже «естественно», то есть наследственно. «В том-то и слепота наша, что мы не сразу разбираем, что следует признать «естественным» в подлинном, здоровом смысле слова, а что, хотя переживается как «естественное движение души», является уже проявлением болезненного уклона, душевного вывиха»[128].

В наши дни господствует убеждение, что человек построен «гармонически». Это значит, что естественное удовлетворение его потребностей само по себе создает внутреннее равновесие, определяет внутреннюю гармонию всех функций. Это убеждение, по утверждению о. Василия Зеньковского, должно быть признано совершенно ошибочным прежде всего потому, что с точки зрения православной антропологии человек построен вообще не гармонически, а иерархически. Это значит, что развитие одних функций находится в зависимости от развития других и призвано быть подчинено общему призванию человека. Замедленность или, наоборот, усиленное развитие отдельных функций может губительно отразиться на других. Ведь есть функции первичные (основные), а есть функции вторичные (производные). «Конечно, раз в человеке существует какой-либо орган, имеется какая-либо функция – они должны получать свое удовлетворение, но чем выше орган или функция в человеке, тем сложнее стоит вопрос об их удовлетворении или проявлении. С особой, ни с чем не сравнимой силой это сказывается как раз в сфере пола, которая принадлежит к числу основных и даже центральных сфер в человеке»[129].

Чтобы разобраться во всей сложности жизни пола в человеке, отец Василий предлагает различать «энергию пола» и «половую энергию». «Под энергией пола надо разуметь все то, что рождается от сферы пола (и в теле, и в душе). Это, в общем, соответствует понятию творческой силы в человеке, половая же энергия связана с деятельностью половых органов в человеке»[130]. «Большая, может быть, самая значительная часть энергии пола, не переходя в половую энергию, как бы минует половую сферу, уходит в другие сферы нашего существа. На этом зиждется все огромное значение полового воздержания, которое как бы освобождает энергию пола для творческого использования ее в высших формах психической жизни»[131]. Парадокс сферы пола заключается в том, что воздержание, полное неудовлетворение половой потребности, оказывается не в состоянии разрушить жизнь человека, а, наоборот, может явиться предпосылкой настоящего расцвета творческой жизни в человеке. При этом отец Василий настаивает, что «неправильно отождествлять чистую сексуальность с «животной» стороной в человеке»[132].

Пол есть источник творческой силы в человеке. «Как телесно-духовная функция он не тождествен с сексуальностью – и оттого мы и отличали энергию пола от половой энергии. Половое воздержание, сводящее на нет половую энергию, вовсе не убивает энергию пола, а, наоборот, в путях сублимации переводит половую энергию в высшие, духовные формы. Но воздержание (вольное или вынужденное) всегда трудно и предполагает духовные усилия, без которых воздержание может перейти в нервное заболевание. И наоборот, когда воздержание сопровождается духовными усилиями, оно становится источником новых сил, залогом настоящего расцвета творческих данных в человеке»[133].

Автор настаивает, что в структуре человека действует закон, состоящий в том, что «неотвратимо и непреодолимо живет в человеке потребность внутреннего соединения сексуальности и движений любви»[134].

Дело тут вот в чем. Половое созревание локализует половую энергию в телесных органах, и телесная сторона пола приобретает законченный характер и выдвигается на первый план. Этим самым создается сексуальное сознание – объективное созревание (развитие органов пола) и осознание сексуальных движений. Но в это же время наряду с сексуальностью развивается и потребность любви, зреет эрос. Иногда обе эти сферы не слишком отделяются одна от другой, хотя пути той и другой разные. Но иногда они очень расходятся, как бы мешают друг другу. «Последняя сущность пола как раз и состоит в искании любви, что есть центр и основа того огня, который горит в человеке; сексуальность же есть только выражение в сфере телесной этих внутренних движений. Как тело вообще есть инструмент души (и в этом смысле справедливо может быть названо частью души, а не обратно), так и сексуальность лишь передает и выражает то, что загорается в душе, как инструмент, который своими звучаниями передает мелодию, на нем разыгрываемую»[135].

Для того чтобы до конца понять соотношение сексуальности и движений любви (эроса), отец Василий предлагает вспомнить важный закон, говорящий, что все движения чувств и все глубокие волнения, исходящие из самых недр человеческого существа, ищут двойного выражения: телесного (физического) и психического (душевно-духовного). Но дело не только в констатировании факта, а еще в том, что одно выражение, например телесное, не заменяет другого, душевно-духовного. «Самая жизнь духа человеческого и состоит в любви: тайна каждой личности есть тайна того, как, с какой глубиной ищет любви и любит человек. Любовь к матери, к сестре, к жене – как глубоко различны они, и все же это одна и та же жизнь духа. Так как человек создан по закону «полового деморфизма», т. е. принадлежит либо к мужскому, либо к женскому полу, то этот половой деморфизм и вбирает в себя из глубины духа ту исконную потребность любви, которая есть сущность человека. Именно в этом смысле в сфере пола любви эросу принадлежит основное значение, а сексуальность есть лишь телесная транскрипция того же движения любви. Отсюда понятно и то, что чем глубже горение любви, тем слабее сексуальность. Вот отчего любовь так часто спасает (особенно в юные годы) от давления сексуальности: любовь несет с собой какое-то благоухание, которое очищает человека, освобождает его от сексуального беспокойства»[136]. Раздвоение проявлений пола, выраженное в сексуальности и переживаниях любви, совершенно законно в период полового созревания. «Но эта «поляризация» половой силы не должна закрывать глаза на то, что основное проявление этой силы есть потребность любви, слияния в любви с тем, к кому обращена душа»[137].

Жизнь пола, по мнению отца Василия, может обрести свое настоящее и полное выражение только в семейной жизни. «Удовлетворение же сексуальных желаний вне того внутреннего окрыления, какое дается в любви, есть извращение и искажение закона цельности, заложенного в нашей душе. Вообще раздвоение сексуальности и эроса, естественное лишь в период полового созревания, становится дальше тяжким грехом по отношению к самому себе. Перед всеми открыт путь правильного и здорового устроения жизни пола – путь семьи, и чем раньше юноши и девушки вступают в брак, тем легче дается им внутренняя гармония в их существе»[138].

Отец Василий настаивает, что если раздвоение сексуальности и эроса сохраняется после периода полового взросления и даже в браке или, что бывает чаще, выступает только одна сторона (как правило, сексуальность), то искажается смысл и суть семьи, семейная жизнь становится ущербной. Одностороннее проявление пола обедняет отношения супругов и влечет за собой угасание и ослабление высших сил в человеке. Для того, чтобы семейная жизнь была не просто «сносной», но и духовно здоровой и питательной, для этого нужно не одно влечение, не одна «физиологическая влюбленность», а настоящее увлечение, переходящее в любовь. «Только сочетание сексуального влечения и движений любви (эроса) обеспечивает нормальную семейную жизнь (говорим сейчас о сфере пола): при отсутствии «влечения» становится трудным супружеское сближение. Но при отсутствии любви, когда на первый план (даже взаимно) выступает чисто сексуальное влечение, семья будет непрочной. Со временем «страсть» угаснет, ослабеет сексуальное влечение – и супруги неизбежно переживут в острой форме их внутреннюю чуждость друг другу»[139].

Если мужчина и женщина вступают в брак целомудренно и впервые в браке познают тайну телесного единства, то, по убеждению отца Василия, именно от телесного сближения в браке (в нормальных условиях) расцветает в душе супругов глубокое, светлое и радостное чувство любви друг к другу, нежное поклонение и глубокое чувство неразрывности. «Половое сближение не только не может быть отделено от других видов единения, но оно само создает и формирует законченную цельность всех взаимных отношений. Когда между мужем и женой цветет любовь, она сияет во всем и овладевает всем. Малейшая дисгармония в это время переживается очень болезненно: невнимание, небрежность, равнодушие – даже в самых ничтожных пустяках – вызывают скорбь, тревогу, мучат и обижают. А когда появляются признаки зачатия ребенка, тогда отношения мужа и жены еще более укрепляются в любви к будущему дитяти, в благоговейном трепете перед тайной появления нового человека в свет через близость мужа и жены. Тонкость и чистота взаимной любви не только не стоят вне телесного сближения, но, наоборот, ими питаются, и нет ничего добрее той глубокой нежности, которая расцветает лишь в браке и смысл которой заключается в живом чувстве взаимного восполнения друг друга. Исчезает чувство своего «я» как отдельного человека; и в больших вещах, во внутреннем мире и во внешних делах и муж, и жена чувствуют себя лишь частью какого-то общего целого – один без другого не хочет ничего переживать, хочется все вместе видеть, все вместе делать, быть во всем всегда вместе»[140].

Отец Василий настаивает на удивительной целостности семьи и на том, что в семейной жизни все взаимосвязано, многое важно и все стороны должны занимать подобающее им место. «Нет в семейной жизни отдельных сфер – отдельной телесной, социальной, духовной близости; здесь одно откликается в другом, одно отражается в другом, все связано очень внутренне и интимно, и какая-либо боль в одной стороне очень чувствительно дает себя знать и в других сферах. Семья есть нормальное раскрытие тайны пола в нас; для семьи, для семейной жизни дан нам пол, и все богатство, неисследуемая полнота и сила его впервые открываются в семье как своем высшем цветении и выражении. Еще иначе выразим это: вне семейной жизни нет и не может быть жизни пола, она, может быть, тогда только неправильной, искажающей нашу природу и нарушающей законы жизни»[141].

Из сказанного можно сделать вывод, что к своему отношению к противоположному полу нельзя относиться легкомысленно, надо беречь его тайну, искать правильного устроения его и бояться всякого извращения. Отец Василий предупреждает молодых людей, что «внебрачная половая жизнь есть торжество чистой сексуальности за счет духовной стороны, в частности, за счет тех радостей и творческой силы, которая вытекает из переживаний любви».

Пол может стать проклятием для человека, может стать причиной душевных и телесных заболеваний, источником жизненных трагедий. Но он же может быть источником высших и лучших радостей, он же может открыть душе возможность расцвета и выявления ее силы и может стать началом спасения и творческого преображения. «Лишь бы твердо держать руль и направлять ладью жизни к правде и красоте. Лишь бы разуметь всем существом правду и неустранимость для каждого человека его креста – будь то путь безбрачия или путь семейной жизни. В несении креста в формах, которые диктуются жизнью, т. е. на путях безбрачия или на путях семейной жизни, и состоит творческая задача каждого человека»[142].

Интимные отношения супругов и каноническое право.

Общие замечания.

Необходимо признать, что серьезный канонический разбор обсуждаемой темы возможен только после разрешения более трудного вопроса о статусе, области применимости и компетентности различных канонических текстов. Церковное законодательство не «кодифицировано». Много раз как простыми православными христианами, так и видными богословами обсуждались вопросы канонического права, способные прояснить сложившуюся ситуацию. К примеру, имеют ли равный статус каноны, принятые всей Вселенской Церковью на первом Вселенском соборе (325 г.), и правила святителя Василия Великого (+379), одобренные Трулльским церковным собором (691–692 гг.)? Каков статус правил соборов (в основном западных испанских и галльских), не включенных в канон Трулльским собором? Каков статус поместных соборов нашей Русской Церкви, например, Стоглавого (1551 год) и прочих? А каков статус в этом отношении церковных документов синодальной эпохи 1700–1917 годов? А современных церковных документов, например, «Основ социальной концепции Русской Православной Церкви», принятой на Архиерейском соборе в 2000 году? Каков «канонический» статус очень популярной и повсеместно распространенной среди священства дореволюционной книги «Практическое руководство при совершении приходских треб» священника Н. Синельникова, по которой многие современные батюшки выпытывают (!) интимные подробности брачной жизни у своих прихожанок и накладывают (!) на них прещения?

До сих пор не было попыток пересмотра канонического наследия на адекватность современности. Дело не в том, чтобы «все отменить» или «все переписать», а в том, чтобы как минимум понять, какие из канонов, конкретных правил утратили свое значение и пользу для Церкви в настоящее время, а какие нет. К примеру, что лежит на поверхности. Обязательно ли сейчас правило Гангрского собора (около 340 года) № 17 о невозможности замужним женщинам стричь волосы? Или правила святителя Василия Великого № 9 и 21 о невозможности замужней женщине развестись с мужем, даже если он ей изменяет, бьет, пьянствует и т. п.?

По сути, своего решения ждет очень серьезная проблема, заключающаяся в том, что простой народ в принципе не может разобраться в каноническом праве и поэтому оно является достоянием некоей «касты толкователей». Простым людям неизвестно, что каноны и дисциплинарные правила разделяются по степени предлагаемого «наказания» в соответствии с тяжестью совершенного проступка, из чего следует важнейший практический вывод о степени обязательности их применения. Одни каноны направлены на жесткое пресечение зла и предписывают определенные прещения, другие лишь призывают к чему-то или предостерегают от чего-то, не предписывая никаких прещений. Первые обязательны к исполнению, вторые отданы на личное решение христиан. Можно, с оговорками, сравнить это с административным и уголовным кодексом. Нормы поведения, представленные в этих правовых документах, нарушать плохо, но одно дело, например, убить кого-нибудь, а другое – обматерить.

Опять же нет ясности и в мерах прещений и соотнесения их с современностью. Этот вопрос, как правило, отдан на произвольное толкование и понимание духовников. Так, в древности за блуд отлучали от причастия на 5–10 лет. В настоящее время кто-то отлучает на месяц, кто-то на год, а кто-то «пытается» на те же 5 лет, т. е. не выработано никаких обязательных (или желательных?) рекомендаций по решению таких вопросов.

Наряду со всем сказанным, конечно, есть некоторые примеры адекватного соотнесения канонов с реальной жизненной ситуацией, которые говорят о принципиальной возможности и даже необходимости такого подхода. Вспомним 11-е правило Неокесарийского собора (ок. 320 года), а также 14-е и 15-е правила Трулльского собора, запрещающие рукополагать в дьяконы кандидатов до 25 лет и в священники до 30 лет. За неисполнение этих правил соборы положили строгое наказание: извержение из сана. Применяется ли оно? Конечно, нет, ибо эти правила соотнесены в настоящее время с реальностью, с современным состоянием людей, общества и Церкви и «благосмотрительно» отложены или отменены! Почему тогда этого нельзя сделать в отношении некоторых других устаревших и утративших свое значение канонов? История знает такие примеры. Святитель Фотий, патриарх Константинопольский (+891), несмотря на традицию и решение Трулльского собора, единоличным решением в свое время вычеркнул из «Книги правил» (сборника церковных канонов) решения целых трех соборов, бывших при Киприане Карфагенском (+258), знаменитом отце Церкви и священномученике, касательно перекрещивания еретиков и раскольников. Этого решения никто не оспорил и не пытался оспаривать вплоть до настоящего времени.

Есть и еще одно недоумение. Нет ясности в том, как каноны связаны с личной жизнью человека, незнакомого с каноническим правом. Понятно, что незнание не освобождает от ответственности, но какие правила и как «работают» в такой ситуации, когда христиане не знают и не имеют возможности познакомиться с основами канонического права? Действуют ли тут общие принципы светского права в этом вопросе?

К сожалению, обилие нерешенных и даже публично не обсуждаемых практических вопросов применимости канонического права приводит к тому, что священники вынужденно пользуются «тайным знанием» и по нему руководят людьми. В области интимных отношений супругов такая практика приводит порой к чудовищным последствиям.

Отдельной темой в каноническо-дисциплинарном учении церкви и пастырстве стоит устроение интимной жизни семьи. Выше много раз была обоснована актуальность этой темы и крайняя необходимость определить роль, степень и возможности нравственной оценки родовых процессов и сексуальной стороны семейной жизни. В частности, своего решения ждут такие темы, как интимные отношения супругов, участие семьи в богослужении и Таинствах, форма и мера супружеских постов, необходимость исповедовать и открывать на исповеди интимные подробности и сам факт интимной жизни супругов.

Каноны о святости брачного союза.

Каноны и другие церковные правила вслед за апостолом Павлом однозначно говорят о святости брачного союза и брачных отношений между супругами: «Брак свят, и ложе непорочно».

Профессор Санкт-Петербургской духовной академии, архимандрит Ианнуарий (Ивлиев) в своей статье «Брак в Новом Завете»[143] так говорит о взгляде апостола Павла на обсуждаемый вопрос: «Требованию коринфских аскетов отказываться от сексуального общения в браке апостол Павел противопоставляет «дозволение» отказа от секса, но с тремя ясными ограничениями. Таковой отказ может быть оправдан: l) только взаимным согласием; 2) должен быть ограничен во времени и 3) должен освободить супругов для молитвы. Ни в коем случае один не должен принуждать к аскезе другого. И здесь снова муж и жена поставлены в совершенно равные условия. Апостол добавляет, что все это он понимает как уступку, не как заповедь. В такой тонкой области, как супружеская любовь, он желает регламентировать как можно меньше»[144].

Можно убедиться, что каноны и авторитетные в каноническом отношении правила прямо противостоят точкам зрения, которые заявляют о том, что цель брака только деторождение и что супружеские отношения возможны только для зачатия детей. Обратимся к авторитетным каноническим текстам. 51-й канон Апостольских правил (древний сборник церковного законодательства, утвержденный в составе авторитетных текстов Трулльским собором) признает «добром» супружеские отношения. Гангрский собор в правиле № 21 говорит, что брачное честное сожительство почтенно, а святитель Григорий Нисский (+394) в своем правиле № 4 противопоставляет интимные супружеские отношения блудной связи, называя их праведными. Он говорит, что если кто стяжал себе, по выражению божественного Павла свой собственный сосуд, тому закон естественный предоставляет праведное употребление оного. Таким образом, можно заключить, что каноны настаивают на чистоте законного брака и неотъемлемых от него супружеских отношений и грозят тем, кто считает эти отношения нечистыми, отлучением от Церкви. (См. Апостольские правила № 5, 51; правила Гангрского собора № 1, 4, 9, 14.).

В этом вопросе канонические авторы повторяют слова апостола Павла: «Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а [потом] опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (1 Кор 7: 4–5). Так, Дионисий Александрийский (+265) в правиле № 3 о супружеских отношениях говорит, что достаточно слов апостола Павла и что «вступившие в брак должны сами себе быть достаточными судьями». Тимофей Александрийский (+385) в правилах 5-м и 13-м добавляет к этому, что желательно супругам воздерживаться ради Евхаристии накануне субботы и воскресного дня, впрочем, полагая это скорее как рекомендацию, ибо за нарушение правила не налагает на супругов никаких мер прещения. Оба автора делают акцент на словах апостола Павла о необходимости брачного общения, чтобы супруги не лишали друг друга общения и чтобы не искушал их сатана. Очень важным является то, что все разговоры идут вне контекста зачатия детей. И апостол Павел, и канонические авторы говорят об общении супругов и применяют именно это понятие, а не зачатие или что-то другое.

Зачатие детей как нравственное оправдание супружеского общения в принципе не входит в соборно принятые дисциплинарные вопросы церковной жизни вне зависимости от того, какое воззрение на этот вопрос имели церковные писатели разных времен. Исходя из вышеизложенного и отсутствия канона, налагающего прещение за то, что «супруги не ради зачатия детей сошлись», можно сделать вывод о том, что каноны оставляют решение интимных вопросов на суд супругов и дозволяют супругам-христианам иметь взаимное общение тогда, когда они захотят, вне зависимости от возможности зачатия.

Вопросы регламентированного воздержания от супружеского общения в установленные церковью посты, периодичность и частота половых отношений, допустимые положения тел при сексуальном общении, интимная гигиена и прочее оставлены церковным законодательством на усмотрение супругов. Необходимо заметить, что косвенно каноны запрещают противоестественные половые отношения между супругами, например, анальный секс (Григорий Нисский, правило № 4).

Часто в качестве доказательства обратной точки зрения приводят выдержку из Апостольских постановлений, одного из древних сборников канонического права Церкви, важного памятника древнего церковного законодательства, в конечном итоге не вошедшего в церковное каноническое право ни Западной, ни Восточной Церквей: «Впрочем, когда у жен бывает естественное, мужья не должны сходиться с ними, заботясь о здоровье имеющих родиться; ибо это воспрещено Законом; «К жене, говорит он, в месячных находящейся, не приближайся». И с беременными женами не должны они иметь сообщения; ибо с ними сообщаются не для произведения детей, но для удовольствия, а боголюбец не должен быть сластолюбцем»[145].

Но, во-первых, очевидно, что такой подход продиктован всегда бытовавшими в западной традиции взглядами, оправдывающими брачные отношения исключительно деторождением, во-вторых, заботой о здоровье (в части запрета схождения в месячные) и, в-третьих, возвещением нравственного идеала. Тут дело, аналогичное вопросу с богатством, с пресыщением и сластолюбием вообще (пищей, питьем, информацией, развлечениями и т. д.). Поскольку нарушителям этого постановления Апостольские постановления не предписывают никаких прещений, то это также может быть рассмотрено, как возвещение идеала и напоминание об опасностях превышения меры, а не жесткое безапелляционное правило. Подобным образом, например, Церковь призывает посещать все воскресные и праздничные службы без исключения, показывая человеку, к чему ему надлежит стремиться. Из контекста вполне можно заключить, что лозунг «не сходиться ради удовольствия, а исключительно только ради произведения детей» – это рекомендация, а не призыв к практическому построению жизни. Если дело в те времена (заметим, и во все последующие и предстоящие времена) дошло до необходимости письменной фиксации такого правила, то значит, на практике дело обстояло хуже; видимо, так же, как и в настоящее время. Мы видим, что и последующая практика церковного законодательства не приняла какого-нибудь ригористического подхода, оставив проповедь «секса только ради зачатия» для частных возвещений церковным проповедникам тем, кто «может вместить».

Теперь обратимся к более поздним документам. Важнейший для современности документ, регламентирующий в том числе и вопросы семейной жизни, был принят на Архиерейском соборе Русской Православной Церкви в 2000 году. Это «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви». Приведем выдержку из этого документа, подтверждающую мысль, что каноны и церковные документы прямо противостоят тем точкам зрения, которые заявляют, что цель брака только деторождение и что супружеские отношения возможны только для зачатия детей:

«Одним из путей реализации ответственного отношения к их детей рождению является воздержание от половых отношений на определенное время. Впрочем, необходимо памятовать слова апостола Павла, обращенные к христианским супругам: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (l Кор. 7. 5). Очевидно, что решения в этой области супруги должны принимать по обоюдному согласию, прибегая к совету духовника. Последнему же надлежит с пастырской осмотрительностью принимать во внимание конкретные условия жизни супружеской пары, их возраст, здоровье, степень духовной зрелости и многие другие обстоятельства, различая тех, кто может «вместить» высокие требования воздержания, от тех, кому это не «дано» (Мф. 19. и), и заботясь прежде всего о сохранении и укреплении семьи. Священный Синод Русской Православной Церкви в определении от 28 декабря 1998 года указал священникам, несущим духовническое служение, на «недопустимость принуждения или склонения пасомых, вопреки их воле, к… отказу от супружеской жизни в браке», а также напомнил пастырям о необходимости «соблюдения особого целомудрия и особой пастырской осторожности при обсуждении с пасомыми вопросов, связанных с теми или иными аспектами их семейной жизни»[146].

Пост и супружеские отношения.

Мы уже говорили, что никогда в каноническом праве Церковь не касалась этого сугубо интимного вопроса, оставляя его на решение супругов. Ни одно каноническое или авторитетное в каноническом отношении правило не приравнивает супружеский пост к телесному посту и не говорит о грехе в случае супружеских отношений в пост. Единственное исключение – супружеский пост перед причастием (5-е правило Тимофея Александрийского). Но и оно понималось всегда лишь как некоторая аскетическая рекомендация, не предполагающая за нарушение никаких прещений или наказаний. Некоторые древние христиане даже выступали против подобных рекомендаций. В подтверждение этого можно привести выдержки из уже приводимых «Апостольских постановлений», достаточно ригористичного по отношению к «сластолюбию» документу:

«Если же кто наблюдает и исполняет обряды иудейские относительно извержения семени, течения семени во сне, соитий законных, те пусть скажут нам, перестают ли они в те часы и дни, когда подвергаются чему-либо такому, молиться или касаться книг, или причащаться Евхаристии? Если скажут, что перестают, то явно, что они не имеют в себе Духа Святого… Ибо ни законное совокупление, ни роды, ни течение кровей, ни течение семени во сне не могут осквернить естество человека или отлучить от него Духа Святого, но одно нечестие и беззаконная деятельность».

Таким образом, составители Апостольских постановлений не считали основанием для непричащения, а следовательно, и ни в какой степени греховными «законные соития», ибо: «Равно и вы, мужья, любите жен своих, как члены свои, как общниц жизни и споспешниц к рождению детей… Любите их, говорим, как члены свои, как тела свои; ибо написано так: «Бог засвидетельствовал между тобою и между женою юности твоей, и она – общница твоя; не сотворил тебя одного, но в ней – остаток духа твоего; и храните дух ваш, и жены юности твоей не оставляй».

Итак, муж и жена, совокупляясь по законному браку и вставая с общего ложа, пусть молятся, ничего не наблюдая: они чисты, хотя бы и не омылись. Но кто растлит и осквернит чужую жену или осквернится с любодейцей, тот, встав от нее, хотя бы вылил на себя целое море или все реки, не может быть чистым»[147].

Можно заметить, что подобной позиции придерживался и святитель Иоанн Златоуст в комментарии на слова апостола Павла: «Что это значит? Жена не должна, говорит, воздерживаться против воли мужа, и муж не должен воздерживаться против воли жены. Почему? Потому что от этого воздержания происходит великое зло; от этого часто бывали прелюбодеяния, блудодеяния и домашнее расстройство. Ибо если иные, имея своих жен, предаются прелюбодеянию, то тем более будут предаваться ему, если лишить их этого утешения. Хорошо сказал: не лишайте себя; ибо воздерживаться одному против воли другого значит лишать, а по воле – нет. Так, если ты возьмешь у меня что-нибудь с моего согласия, это не будет для меня лишением; лишает тот, кто берет против воли и насильно. Это делают многие жены, нарушая справедливость и тем подавая мужьям повод к распутству и все приводя к расстройству. Всему должно предпочитать единодушие; оно всего важнее. Если хочешь, докажем это опытом. Пусть из двух супругов жена воздерживается, тогда как муж не хочет этого. Что будет? Не станет ли он предаваться прелюбодеянию, или, если не станет прелюбодействовать, то не будет ли скорбеть, беспокоиться, раздражаться, гневаться и причинять жене множество неприятностей? Какая польза от поста и воздержания, когда нарушается любовь? Никакой. Сколько неизбежно произойдет отсюда огорчений, сколько хлопот, сколько раздоров! Если в доме муж и жена не согласны между собою, то их дом не лучше обуреваемого волнами корабля, на котором кормчий не согласен с правителем руля. Посему апостол и говорит: не лишайте себе друг друга, точию по согласию до времени, да пребывайте в посте и молитве. Здесь он разумеет молитву, совершаемую с особенным тщанием, ибо если бы совокупляющимся он запретил молиться, то как можно было бы исполнять заповедь о непрестанной молитве? Следовательно, можно и с женою совокупляться и молиться: но при воздержании молитва бывает совершеннее. Не просто сказать: да молитеся, но: да пребывайте в молитве, потому что брачное дело только отвлекает от этого, а не производит осквернения. И паки вкупе собирайтеся, да не искушает вас сатана. Дабы не подумали, что это – закон, присоединяет и причину. Какую? Да не искушает вас сатана. А дабы знали, что не диавол только бывает виновником прелюбодеяния, прибавляет: «невоздержанием вашим» (Беседа 19 на 1 Kop.7:1–2).

Думается, что каноническую позицию Церкви можно выразить так: хорошо и полезно для души воздерживаться от супружеского общения во дни постов, но это не должно быть против воли одного из супругов. Насколько долго должно длиться это воздержание, решать не может никто, кроме собственной совести супругов. Единственное церковное ограничение – это рекомендация на воздержание от плотского общения супругов в ночь перед причастием.

Затронутый нами вопрос разобрал протодьякон Андрей Кураев в своей интернет-публикации «Постового устава супружеских отношений не существует» (http://diak-kuraev.livejournal.com/I4764.html). Приведем основные тезисы.

Отец Андрей говорит о том, что известное всем высказывание апостола Павла (l Кор. 7:3–5) в греческом оригинале звучит несколько иначе, чем в русском переводе. На основании этого он предлагает читателям некоторые выводы.

Во-первых, слова «должное благорасположение» – это «попытка не-перевода ныне и так общеизвестного выражения «супружеский долг». Буквально: «муж жене должное пусть отдает». По-латыни именно так это и звучит: «uxori (жене) vir (муж) debitum (должное) reddat (воздает)»[148].

Во-вторых, в словах «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве» слов «в посте» в древнейших рукописях нет. «Авторитетный современный текстолог-библеист Мецгер говорит, что это добавлено в аскетических целях (см. Metzger В. A textual commentary on the greek New Testament. Stuttgart, 1994, p. 488). «Прибавка «для поста» имеется только в очень малом количестве рукописей» (Толковая Библия. Т. 11, Спб., 1913, с. 48). Ни латинский, ни древнеармянский тексты Нового Завета этой вставки не знают»[149].

В-третьих, слово «упражнение» в оригинале «shole» обозначает дословно «досуг», занятие в свободные часы, чтение. «Значит, отказ от половой близости для апостола Павла – это форма отдыха друг от друга. Отдых – молитва. Половая близость – долг»[150].

В-четвертых, апостол Павел смягчил иудейские религиозные ограничения, налагаемые на супружескую жизнь. «Но последующая церковная практика еще более ужесточила иудейские ограничения»[151].

В-пятых, предписание требника: «От жен воздержатися весь святый Великий пост. Аще ли падется с женою во святой пост, весь пост обезчествова» (Требник. Гл.26) – «это поздняя и чисто русская вставка, сделанная митр. Петром Могилой в третьем киевском издании Номоканона (Павлов А. Номоканон при Большом Требнике. Москва, 1897, с. 166–167)»[152].

В-шестых, русские канонисты Средних веков колебались относительно этого вопроса. Так, новгородский епископ Нифонт (XII век) говорил: «Что вы учите воздерживаться от жен в говенье? Грех вам за это» (Вопрошения Кирика, 57 // Смирнов С. Древнерусский духовник. Исследование из истории церковного быта. М., 1914, с. 113–114)[153]. А митрополит Георгий был более строг: «В говение добро бы блюстися жены своея, но аще не может то первую неделю и последнюю да соблюдется» (Написание митрополита Георгия русского и Феодоса // Материалы для истории древнерусской покаянной дисциплины. (Тексты и заметки) // Смирнов С. Древнерусский духовник. Исследование из истории церковного быта. М., 1914, с. 40)[154]. Соловецкая кормчая 1493 года указывает, что во всю Федорову неделю по вечерни и по литургии «ясть бельцем хлеб с капустою, редька, горох пряженый, а пития едина чаша мала квасу. А болши мзда от Бога кто не пил бы все говение и жен своих отнюдь воздержатися, а в субботу и в неделю рыбы ясти дважды днем»[155].

Добавим к сказанному, что совершенно неоправданна позиция тех, кто утверждает, будто супружеские отношения возможны лишь тогда, когда разрешены венчания в церковном календаре. По объяснению известного авторитетного канониста прошлого св. Симеона Солунского (+1429), запрет на венчания связан с тем, что из-за постов или наступающих праздничных служб не может совершиться брачное пиршество, а вовсе не с тем, что в эти дни запрещено супружеское общение. Можно подойти и от обратного. Если ввести запрет на супружеские отношения в пост, праздники и другие важные церковные даты, это приводит к тому, что таких дней оказывается в году немногим больше 100, что приводит к «механизации» супружеской жизни, подталкивает людей к изменам и создает проблемы, ведущие к разрушению брака.

Необходимо также остановиться на популярной в наше время точке зрения об ущербности детей, зачатых в пост. Это утверждение ни на чем не основано, кроме как на «бабьих баснях». По учению Церкви, дети не несут вины отцов. А все запугивания в корне противоречат самому духу евангельской свободы, советующей и рекомендующей, но не навязывающей.

Кстати, и в древнерусской Церкви ясно оспаривалось суеверное представление о том, что дети, зачатые в пост, станут проклятыми. Протодьякон Андрей Кураев в уже цитированной статье приводит ответ епископа Нифонта, в котором он предлагает сжигать те книги, в которых говорится, что если ребенок будет зачат в пост или под праздник, то будет он либо вор, либо блудник, либо разбойник[156].

Таким образом, «при наличии ясных и мягких апостольских слов, при отсутствии древних канонических и святоотеческих запретов на супружеское общение в пост и при том, что в позднее Средневековье дискуссия по этому сюжету велась веками, вывод может быть лишь один: если супруги хотят воздерживаться, то это их подвиг (хотя иногда он может оказаться неразумным). Но если по желанию одного или тем более обоих супругов они в постное время «отдают друг другу должное», то это никак не может быть поводом для наложения на них епитимьи»[157].

О контрацепции.

Одним из важнейших в практической жизни современных православных семей является вопрос о допустимости неабортивной контрацепции. Нам не удалось найти сколько-нибудь пространных рассуждений православных авторов на эту тему, кроме доклада Антона Гелясова, опубликованного им в сети Интернет[158].

Тезисно представим его позицию. В социальной концепции Русской Православной Церкви контрацептивы разделены на обладающие абортивным действием, и на иные, не связанные с пресечением уже зачавшейся жизни (неабортивные, или барьерные). Использование первых однозначно приравнивается к аборту. «Относительно же барьерных средств контрацепции, честно говоря, остается больше вопросов, нежели ответов»[159].

Сторонники полного запрета неабортивных противозачаточных средств не могут привести правила, утвержденные авторитетом Вселенских соборов, и, как правило, приводят цитаты из Номоканона при Большом Требнике. «В данном случае мы имеем дело с «сектантским» подходом, когда какая-то фраза вырывается из контекста и должным образом не исследуется. <…> Даже при беглом чтении этих норм мы увидим, что в них говорится именно об убийстве, а не о каких-либо барьерных средствах контрацепции! Хочу заметить, что для противников противозачаточных средств данная часть Номоканона является главным доказательством их правоты. Создается впечатление, что люди, которые таким образом упорно отстаивают свою точку зрения, просто не умеют и не хотят читать и анализировать. <…> А. Павлов, написавший монографию по исследованию Номоканона, отмечает, что эти вопросы женщине в чинопоследовании исповеди составлены применительно к 69–74-й (в некоторых изданиях отличается нумерация и эти статьи оказываются 68–73) статьям второй части Номоканона, т. е. последние являются определяющими, а вопросы из чинопоследования – производными, хотя и стоят выше. Обратившись к этим статьям, мы увидим, что в них говорится именно об убийстве, и нет ни единого намека на средства, которые могут служить барьером, препятствующим оплодотворению»[160].

Также можно обнаружить точку зрения, по которой использование неабортивной контрацепции приравнивается ко греху Онана (Быт. 38: 8–10) и к онанизму. А. Гелясов поясняет, что грех Онана совсем не то, что принято называть онанизмом. По обычаям древних израильтян, если женатый мужчина умирал бездетным, то брат усопшего должен был жить с его вдовой и восстановить потомство покойного. При этом дети от такого брака считались родными детьми умершего. «Таким образом, грех Онана состоял в непослушании и нарушении правил левитарного брака, и никакого отношения к греху онанизма его действия не имеют. <…> Приравнивание барьерной контрацепции к одному из этих грехов является достаточно неграмотной выдумкой, не имеющей под собой никаких оснований»[161].

Барьерные противозачаточные средства известны с глубокой древности, но Церковь на протяжении всей своей истории не выносила осуждающих решений относительно их использования. Кроме того, во многих случаях сегодня контрацепция требуется по медицинским показаниям.

В заключение своей работы А. Гелясов предлагает читателю свой вывод: «Семейным парам не стоит бояться контрацепции, однако они должны понимать и четко осознавать, к чему может привести использование или неиспользование ими противозачаточных средств»[162].

Мы считаем, что логика и аргументы Антона Гелясова перекликаются с рассуждениями протоиерея Иоанна Мейендорфа[163] на эту тему и вполне себя оправдывают. Со своей стороны, мы считаем, что использование неабортивных контрацептивов не может быть однозначно одобрено Церковью, но при этом не может быть и однозначно осуждено. Представляется, что свободное решение этого вопроса необходимо оставить на решение самой супружеской паре.

Заключение.

Свое исследование мы начали с примера, иллюстрирующего крайнюю необходимость подробной разработки темы сексуальных отношений с точки зрения православного мировоззрения. Современная православная молодежь дезориентирована в вопросах половых отношений, что зачастую является серьезным препятствием при создании семьи и создает трудности на первых этапах семейной жизни.

Мы говорили, что секс занимает чрезвычайно большое и важное место в культуре межполовых отношений и вообще в современной культуре. В частности, это связано с фактически равным социальным статусом женщин и мужчин; высоким уровнем гигиены; доступными, безопасными и дешевыми противозачаточными средствами; доступностью информации, начиная с уроков в школе по биологии; потребительской направленностью всей современной жизни; исследованиями и популяризацией результатов о внутреннем психологическом мире мужчин и женщин, об их взаимоотношениях, о месте секса в них; достаточно большой степенью свободы современной молодежи.

Со стороны православной общественности в ответ на сложившуюся ситуацию представлено большей частью молчание, иногда нарушаемое «сексофобией» и сведением секса, по сути, к «племенному скотоводству». Сегодня очень часто неофиты не могут получить в церкви ответы на те вопросы, которые перед ними ставит жизнь. Для авторов очевидно, что той информации о сексе (сексологической, психологической, канонической, богословской и т. д.), которой располагают православные, часто не хватает для решения личных трудностей в вопросе выстраивания отношений с противоположным полом.

Первый раздел мы посвятили раскрытию этой темы и с помощью мнений разных авторов показали необходимость разработки православного подхода к половому просвещению. Примеры подобной работы исламских, католических, протестантских и еврейских авторов красноречиво говорят о крайне запоздалой реакции русскоязычного православного сообщества на «сексуальную революцию». По нашему мнению, воспитание правильного устроения жизни пола у подрастающего поколения является задачей, мимо которой невозможно пройти на современном этапе. Это нужно твердо помнить и не относиться к теме пола легкомысленно, отвечая молчанием на жизненно важные для современных людей вопросы. Напомним, что протоиерей Василий Зеньковский был глубоко убежден в возможности такой духовной установки молодежи. Она, не подавляя и не уродуя ни одного естественного движения, может вместе с тем обеспечить здоровое развитие всех сил в человеке и организовать внутреннее равновесие в его душе.

Во втором разделе мы постарались показать, каким образом компетентные светские авторы подходят к пониманию сексуальной жизни в супружестве. Мы увидели, что основой для их рассуждений является такая антропология, в которой человек признается свободным существом, призванным к ответственности за свою жизнь. Никакие инстинкты, в том числе родовой, не могут определять человека полностью. Это дало авторам право утверждать, что сексуальные отношения в браке являются не столько удовлетворением полового влечения, сколько проявлением человеческой любви. Любовь ищет формы своего воплощения и в психической, и в телесной областях. Более того, люди не только способны, но по-другому и не умеют воспринимать любовь друг друга. Инструменты для передачи и принятия любви – это наша психика и наше тело. Человеческая любовь между мужчинами и женщинами – это очень важное, основополагающее для семьи сложное явление, выражающееся во всех сферах жизни человека, в том числе в сексуальной. Секс, таким образом, призван быть не более чем выражением и не менее чем венцом любви, его нельзя оторвать от любви, а значит, и от ответственности, и от жертвенности, и от доверия.

В третьем разделе мы постарались показать, что тема сексуальных отношений беспокоит православных авторов, прежде всего в контексте некоторых церковных вопросов. Это не дает возможности разобраться в православном взгляде с желаемой полнотой. Творческое христианское осмысление того, что составляет семейную жизнь, крайне необходимо. Люди должны иметь возможность услышать не только канонические правила и высокие богословские истины, но и рассуждения о простых, обыденных вещах, которые наполняют их жизнь и быт. Понять место секса в человеческой жизни, понять основные принципы межполовых взаимоотношений, увидеть в любви не только красивую философию о самоотдаче и жертве, но и узнать ее в своих чувствах, переживаниях и опыте, отличить любовь от увлеченности, понять, что семейная жизнь требует поддержки и не развивается сама собой – крайне важная задача.

Наиболее важной и нерешенной с достаточной авторитетностью темой является вопрос о сексуальных отношениях супругов вне мотивации зачатия детей и о соотношении секса и супружеской любви. Приведенные нами мысли и рассуждения некоторых современных авторов показывают, что православная мысль склоняется скорее к тому взгляду, который выше представлен светской мыслью.

Очень интересные мысли, на наш взгляд, представляет протоиерей Василий Зеньковский. Он настаивает на том, что тему сексуальной жизни возможно раскрыть и понять только в контексте супружеской любви. Сущность половых отношений как раз и состоит в искании любви, что есть центр и основа того огня, который горит в человеке. Сексуальность же есть только выражение этих внутренних движений в сфере телесной. Как тело вообще есть инструмент души, так и сексуальность лишь передает и выражает то, что загорается в душе. Тело подобно музыкальному инструменту, который своими звучаниями передает мелодию, разыгрываемую на нем душой. Мы думаем, что именно в этом ключе стоит развивать православную философскую и психологическую мысль в вопросах половых отношений.

Большое значение для современного православного подхода к теме сексуальных отношений имеют разные дисциплинарные и канонические вопросы. Краткому обзору их посвящен соответствующий раздел. К сожалению, обилие нерешенных и даже публично не обсуждаемых практических вопросов применимости канонического права приводит к тому, что священники вынужденно пользуются «тайным знанием» в руководстве людьми. Часто такая практика в области интимных отношений супругов приводит к негативным последствиям.

Важной темой в каноническо-дисциплинарном учении церкви и пастырстве стоит устроение интимной жизни семьи. Своего решения ждут такие темы, как интимные отношения и участие супругов в богослужении и таинствах, форма и мера супружеских постов, необходимость исповедывать и открывать на исповеди интимные подробности и сам факт интимной близости супругов. На основании доступных нам источников можно сделать вывод о том, что канонической регламентации сексуальной жизни супругов не существует, что эта сфера полностью отдана на усмотрение семьи.

Количество молодых людей, не умеющих разрешить для себя вопросы половых отношений, растет с каждым годом. Это в равной степени касается и юношей, и девушек. Достаточно вспомнить представленную вначале историю знакомой авторам девушки.

В завершение попробуем сформулировать некоторые практические выводы.

Во-первых, крайне желательно сформулировать минимально необходимые знания из области православного понимания сексуальных отношений. Они сводятся к двум темам: а) почему до брака интимные связи недопустимы, каковы могут быть отношения полов до брака, как развивать отношения с противоположным полом и как можно подготовиться к браку? б) что такое супружеская жизнь, каково место сексуальных отношений в браке, кем и как могут регулироваться сексуальные отношения супругов, что недопустимо для христиан в супружеской постели?

Во-вторых, желательно сформировать некоторый минимум тем и авторов, имеющих современный позитивный и несоблазнительный взгляд на интимные отношения, отраженный в исследованиях о различии мужского и женского миров, о сексуальных отношениях как одной из форм проявления человеческой любви.

В-третьих, для решивших создать семью желательно разработать достаточно пространные практические рекомендации о том, как выстраивать отношения с противоположным полом, как уметь отказывать в сексе до брака и в то же время как «проверить» партнера, испытать его до брака, а самое главное, принять решение о вступлении в брак.

В-четвертых, желательно разработать достаточно пространные рекомендации о построении семейной жизни и, в частности, сексуальной жизни семейных христиан.

Отметим, что важно помочь молодежи правильно относиться к своим ошибкам. Дело в том, что чувство вины может очень легко превратиться в разрушающую силу. Ошибки и грехи необходимо осознавать и признавать, но это должно помогать выстраиванию дальнейшей жизни, не разрушая ее.

Указанные рекомендации важно готовить с учетом разных подходов и современных точек зрения: религиозных, психологических, педагогических, медицинских и социальных. Думается, что нижеприведенный список использованной нами литературы может лечь в основу разработки темы православного подхода к сексуальным отношениям супругов.

Приложение 1. Можно ли женщинам во время месячных ходить в храм и причащаться?

I. Вопрос, заявленный в названии, в последнее время приобрел большую актуальность. На многих интернет-форумах опубликованы недоуменные вопросы женщин к священнослужителям, которые сводятся к следующему: на каком богословском основании в известные периоды жизни их отлучают от причастия, а часто даже и просто от хождения в Церковь?

Проиллюстрируем несколько подобных вопросов. Например, вопрос Натальи (в сокращении) на сайте orto-rus.ru:

«Уважаемый о. Андрей! Прошу вас разъяснить мне и многим, многим женщинам вопрос о критических днях женщин и связанном с этим понятии о нечистоте. Прошу извинить за длинное письмо, но хочу поделиться своими соображениями об этом. Итак, хотелось бы выяснить следующие вещи: 1. Кем и когда в православном христианстве были установлены вышеперечисленные понятия. Обычно священники ссылаются на 15-ю главу Кн. Левит. Однако Вы не можете не согласиться с тем, что всякий закон есть только тогда закон, когда он соблюдается точно и полностью. Не буду перечислять всего, что требует закон ветхих иудеев, Вы и сами знаете текст прекрасно. Но отчего исключительно на женщину выпали тяготы закона, заставляя ее соблюдать по сию пору семь дней очищения? И отчего вы не рекомендуете в таком случае следовать закону полностью, т. е. речь идет о жертвах за очищение. Закон либо соблюдается, либо нет? Многие ссылаются на слова Христа о том, что Он пришел не нарушить закон, но исполнить. По мнению составителя «Толкования Евангелия» Гладкова, имеется в виду Закон Божий, а не закон человеческий. В кн. Правил есть единственный встретившийся мне документ на эту тему: послание Дионисия Александрийского (если ошибаюсь в имени, простите) о том, каковы его соображения относительно причастия в критические дни. Как аргумент приводится опять же история, имеющая для меня совершенно другой смысл, – о кровоточивой. Якобы поскольку она не дерзнула прикоснуться ко Христу, а только к Его одежде, то и не должно женщине в критические дни причащаться. Но речь ведь идет как раз о том, что Христос не отверг эту женщину, Он принял ее и даже исцелил. Каково же тогда основание для священников отлучать женщину от полноценной церковной жизни в это время, когда ей бывает достаточно тяжело. Не знаю, монашествуете ли Вы, уважаемый о. Андрей, или имеете жену, но если вы когда-нибудь разговаривали с родной вам женщиной о том, что она переживает в течение почти четвертой части своей жизни, вы поймете ее стремление обрести помощь и поддержку особенно в эти дни.

2. Так что же разрешается православной женщине делать в критические дни (и чем опять же это установлено)? Я встречала как мнения о том, что нельзя ходить в храм (и такое мнение бытует у многих), так и мнения следующие: нельзя причащаться, прикладываться к иконам, зажигать свечу. Почему? Объясните мне толково, это меня и многих очень смущает. Ведь никакая нечистота не может осквернить святую икону. Я сталкивалась и с мнением православного священника о том, что можно переставлять иконы, брать в руки свечи, но нельзя прикладываться и зажигать свечу. Это уже чистый бред.

Итак, помимо общей просьбы обосновать эти требования, прошу точно ответить, можно ли помазать в эти дни святым маслом, скажем, голову, если она нестерпимо болит, а я верю в то, что именно масло, а не эфералган принесет облегчение? Можно ли в эти дни выпить святой воды, если высокая температура? Ну, а если у женщины дети и она каждый день дает им натощак по глотку святой воды и по кусочку просфоры? Ей делать это или нет? А можно ли читать Евангелие? В общем, думаю, вы поняли мое смущение. Лично у меня не получается жить полной православной жизнью 21 день в месяц, и ситуация эта, как мне думается, нелогична. Я знаю, каковы истоки понятия женской нечистоты в Православии. Поскольку христианство было соблазном для иудеев, соблюдавших законы, то надо же было им хоть что-то оставить из этих законов. Досталось робкой и молчаливой женщине. А вот апостол Павел, которого так любят цитировать, когда речь идет о женщинах, говорил: «А если законом оправдание, то Христос напрасно умер» (Гал. 2:21, но вообще 16–21 стихи). Уважаемый о. Андрей! Я буду очень признательна, если вы наконец полно и осмысленно ответите на этот вопрос. И многие женщины будут вам благодарны. Наталия».

Вот мнение еще одной женщины с того же сайта, в котором косвенно уже сквозит недовольство ответами священников:

«Я не верю в то, что после Иисуса Христа можно говорить вообще о каких-либо ограничениях для женщин в критические дни при молитвах и во время посещения храма.

Та женщина из Евангелия совершала огромный грех, прикасаясь (не к иконе, не к святой воде!) к самому Спасителю! И она была безусловно осуждаема всеми. Но Христос не оттолкнул ее в гневе, а, наоборот, ободрил, исцелил и сказал, что каждому так воздастся по вере его. И не могло быть иначе. Потому что Бог – это любовь. Ко всем без исключения.

Явись Христос сейчас, женщину с надеждой и верой, желающую прикоснуться к Нему, тоже безусловно осудили бы, – и в первую очередь священники. Как будто и не сказал Он нам все 2000 лет назад».

Можно также привести вопросы с сайта http://dobroeslovo.ru:

Анна: «Почему во время критических дней нельзя исповедоваться? Девушки, я перерыла множество «вопросов священнику» и тем, посвященных женскому вопросу! На разных сайтах. Хорошо, пусть нельзя причащаться, дотрагиваться до икон, напрестольных предметов. Но если мне хочется исповедать тяготящий меня грех, почему нужно ждать столько дней?? А спрашивать у священника можно сейчас или нельзя, я не пойду, мне неудобно со слов «у меня сейчас месячные» разговор начинать <…> О. Павел, а к напрестольным предметам прикладываться в эти дни можно или нельзя? Или это зависит от уровня моего благоговения перед ними? И кто определил, что вот к иконам можно, а к напрестольным предметам – нельзя? А можно мне перед таинствами благоговеть внутренне и при этом участвовать в них? Почему нужно благоговеть именно таким образом?».

Евгения: «Девушки… я из новоначальных, многого не знаю, сегодня исповедовалась, причащалась, к кресту прикладывалась, к иконам… В критические дни нельзя? Я просто плохо понимаю, ведь Господь нечистое очистил, как показывал Петру в видении… и женщина с истечением к краю Его одежды прикасалась, исцелела… НЕЛЬЗЯ? Или я чего-то недопонимаю? Надеюсь, Господь меня простит… еще шла, сомневалась, можно или нельзя».

К сожалению, существующие ответы на этот вопрос редко могут удовлетворить кого-либо из вопрошающих женщин. Покажем для примера несколько наиболее развернутых из этих ответов:

Татьяна: «Почему девушкам нельзя входить в храм Божий во время критических дней?».

Священник Александр: «Дорогая Татьяна! В храм ходить можно, можно ставить свечи, прикладываться к иконам, нельзя только участвовать в Таинствах – исповедаться, причащаться, прикладываться к Евангелию и Кресту. Объяснить это можно так: возьмем мальчиков и девочек 8 лет – они одинаковые сорванцы. Представим себе, что женщины были бы такими же, как и мужчины, тогда бы жизнь наша стала невыносимой. Господь даровал женщине удивительный дар – дар смирения, в этом состоит ее глубокое отличие от мужчины. Именно для укрепления смирения в Церкви есть такое установление. С уважением, священник Александр».

Священник Андрей: «Уважаемая Наталия! Я не могу исчерпывающе ответить на Ваш вопрос. Происхождение запретов о нечистоте после истечений, как Вы знаете, лежит в ветхозаветной эпохе, и в Православии этих запретов никто не вводил – они просто не были отменены[164]. Более того, в канонах православной Церкви они нашли свое подтверждение, хотя богословского объяснения и обоснования никто не давал. Вероятно, никого не затронул этот вопрос. Однако запреты касаются не только женщин, но и мужчин, хотя к мужской нечистоте они значительно менее строги. Мое личное мнение вряд ли кого-нибудь устроит, ибо не отвечает на главный мучающий многих женщин вопрос – что можно, а что нельзя? Мое рассуждение касается богословской причины нечистоты от месячного кровотечения. Ведь очевидно, как нам с Вами, так и предкам Моисея, что месячные кровотечения являются следствием несостоявшейся беременности. Женщина, не зачавшая ребенка, вольно или невольно, перед Богом несет ответственность. Все в ее теле настраивается на зачатие, а оно не происходит. Значит, жизнь женщины глубинным образом не соответствует ее природе, что оборачивается смертью «клетки жизни» (яйцеклетки), а за нею и смертью всего слоя новой жизни в матке. Если это так, то истечение с кровью всего этого слоя из матки есть очищение от мертвой ткани, не могущей жить без плода. Как говорят медики, яйцеклетка неоплодотворенная не может прожить более суток. Месячные есть, таким образом, очищение матки от омертвевшей ткани, очищение матки для нового витка ожидания, надежды на новую жизнь, на зачатие. Всякое пролитие крови есть призрак смерти, ибо в крови жизнь (в Ветхом Завете даже более – «душа человека в крови его»). Но менструальная кровь – это вдвойне смерть, ибо она не только кровь, но и умершие ткани матки. Освобождаясь от них, женщина очищается. Таково мое понимание происхождения понятия нечистоты женских месячных. Понятно, что это не личный грех женщин, но грех, лежащий на всем человечестве. Остальное – дело традиции, канонов и правил».

Для полноты картины приведем фрагменты развернувшейся дискуссии по этому ответу:

Наталья: «Уважаемый отец Андрей! Я благодарю Вас за то, что Вы нашли время ответить на вопрос, однако мне показалось, что Вы не сказали важного: как Вы решали эту проблему со своими прихожанами? Есть ли у Вас единообразие требований по этому поводу? Это и в самом деле очень интересно, поскольку, если мы не сможем разобраться в вопросе хотя бы насколько-то, тысячи женщин будут впадать месяц за месяцем в смущение и ложное самоуничижение и даже испытывать унижение от тех людей, которые ни разу по-настоящему над этим вопросом не думали. Если уж выдвигаются требования, то они должны быть, наконец, кем-то обоснованы, упорядочены и осмыслены. Чтобы не зависело все от нашептываний малограмотных бабушек, так запросто смущающих любую и каждую. Если есть требования, они никого не должны смущать: ведь в требованиях Церкви не может быть никакого лукавства, даже и в таком, как мужчинам может казаться, тонком вопросе.

Далее. Отец Андрей, говоря об устройстве женского организма, Вы склоняетесь к позиции индусов, которые считают, что девочку необходимо выдавать замуж, как только у нее начались менструации (а это часто происходит в 10 лет), иначе весь «грех», что она не рожает, ляжет на отца. Думаю, христианская позиция совсем иная: брак заключается по любви, а не оттого, что в течение десяти-пятнадцати лет не должны пропадать яйцеклетки. Думаю, Господь не планировал также и оплодотворение каждый месяц. А что касается абсолютного большинства требований иудейских законов, то ведь, если вдуматься, совершенно очевидно, что их целью было увеличивать на земле народ Божий. Почему нельзя прикасаться к женщине во время месячных? Чтобы мужчина не желал с ней полового общения, следствием какого неизменно в этот период будут гинекологические заболевания и длительная неспособность рожать. Почему надо было заключать завет с Богом под видом обрезания? Известно, что после обрезания мужчина меньше страдает от мочеполовых заболеваний, следовательно, может иметь общение с женщиной и производить потомство. Почему мужчина после истечения нечист? Чтобы семя не пропадало даром. Так что иудейский закон преследовал одну-единственную и, возможно, священную для него цель – увеличение народа Израиля. Я, конечно, понимаю, что увеличение народа и для нас сейчас актуально, но ветхозаветный закон тут неактуален. Не так ли?

Следующее. Вы очень живописно повествуете о «смерти яйцеклетки». Однако последние исследования в области эмбриологии доказали, что в течение жизни у женщины вырабатывается в среднем только 20 яйцеклеток, способных образовать зиготу. А все остальные яйцеклетки, вырабатывающиеся каждый месяц, нежизнеспособны. Это научный факт. Так что Господь планировал и планирует давать женщине потомство в более-менее разумных размерах.

И наконец, о муках при родах и при месячных. Мне известно, что болезненность месячных и родов совершенно не всеобща. Я лично знаю многих женщин, переносящих месячные безболезненно (обычно это здоровые, спокойные, неэмоциональные, уравновешенные натуры), и, по меньшей мере, трех женщин, которые родили детей, практически ничего не ощутив. Это моя мать, мать моей подруги и ее дочь. Помимо этого, в одном из центров подготовки к родам в Москве женщины рожают без боли (не благодаря медикаментам), проходя перед этим гимнастическую подготовку. Женщины многих примитивных народов умеют рожать без боли, за счет управления болевыми (акупунктурными) точками, родов в воде, сидя, стоя и т. д. Все это происходило и происходит в наши дни. Они что, не дочери Евы? Жду ваших размышлений (в том числе от всех посетителей рубрики). С уважением, Наталия».

Священник Андрей: «Уважаемая Наталия! У меня нет никакого особенного опыта решения «этой» проблемы. Собственно, и проблемы я не вижу. Есть правила Церкви, которые и без меня женщины стараются выполнить. У меня нет никаких особенных требований – они есть у Церкви. То, что я вчера Вам написал, и есть попытка осмысления этих церковных требований, но, кажется, Вы не совсем правильно меня поняли. Дело не в прагматическом истолковании запретов, не в плодородии народа, не в рационально использованном биологическом материале. Дело в искаженной природе. Каждой женщине достается такая искаженная природа, как, впрочем, и мужчине, – это следствие грехопадения человека. Но каждый несет на себе «крест» этих искажений субъективно. Так сложилось, что хотя женщина лично не виновна в смерти сотен яйцеклеток (так же, как мужчина – сотен тысяч своих), их мертвенность мистически и духовно обременяет ее. Бог, создавая человека, не так устроил механизм зачатия, таким он стал в человеческой истории. Суть церковных требований проста: в течение месячных (5 плюс-минус 2 дня) православной женщине нельзя входить в храм, участвовать в Таинствах, прикасаться к святыням (иконам, мощам, крестам). Если же ей угрожает смерть, то ее можно причастить, соборовать и т. д.

Христианский брак, Вы правы, основан на любви и взаимном выборе, а не на демографическом смысле. Но ведь Божественный промысел не включает традиции наших культур, морали и проч., которые мешают порой браку. Так что незамужность многих женщин является скорее грехом личным, а не первородным.

Запрет на половые контакты в периоды нечистоты также основан на мистическом понимании, а не на гинекологическом. Не от болезней страховал закон Моисеев, а от душевного омертвения. Также и с мужской нечистотой, и с мужским обрезанием. Не в том дело, что болезней меньше, хотя и это тоже важно, а в том, что этот орган самый важный в передаче потомства богоизбранного народа. Причастность к избранничеству через деторождение – вот что важнее всего для Израиля в Ветхом Завете. Вы неправы, когда видите прежде всего демографические факторы. Во всех этих законах – сугубая забота о духовной чистоте народа. В то же время верно, что к нам это прямого отношения не имеет. Меньше всего Церковь стремится увеличить число людей многорождаемостью своих чад – это не дело Церкви.

Количество здоровых яйцеклеток, которые вырабатываются у относительно здоровой женщины, гораздо больше, чем Вы предполагаете. Как правило, одна на один цикл, стало быть, их может быть около нескольких сотен в жизни женщины. В любом случае их гораздо больше, чем женщина может родить. Но учтите, Вы исходите из факта сегодняшнего дня, но ведь это человек, поврежденный грехом, не Господь так устроил, а человек разрушил (частично).

О муках можно говорить, как об относительном явлении, но ведь Сам Господь сказал о них, так что мы не можем этого отменить, но можем их уменьшить. Сами муки, конечно, не определяют меры человечности (дети Евы). Священник Андрей».

Виктор: «Я внимательно прочитал обсуждение вопроса женской нечистоты и, обдумав, усмотрел в позиции о. Андрея ряд противоречий. Эти противоречия, как мне кажется, свойственны человеческой природе (вне зависимости, мирянин ли человек или священник, мужчина или женщина) и выглядят следующим образом:

Противоречие веры и здравого смысла. Для современного образованного человека необходимо, чтобы краеугольные камни веры, которую он избрал, законы и обряды не противоречили сами себе, логике и здравому смыслу. Православному христианину гораздо легче опираться на двухтысячелетний духовный опыт Церкви и святых отцов, мудро и логично отвечающий на все вопросы, чем, например, члену какой-либо новоиспеченной секты. Если же православному христианину ни Церковь, ни святые отцы, ни практикующий священник не могут дать логичного ответа (о данном законе или правиле), не вступающего в противоречие с основами православной веры, то вопрошающий неминуемо поставит под сомнение правильность соблюдения данного закона или правила.

Противоречие совести и политики. История Церкви длинна, и ее формирует огромное количество людей. Даже в истинной религии, Православии, неминуемо остаются вопросы, по тем или иным причинам обойденные вниманием, не первостепенные и т. д. Если ситуация требует их разрешения, их обсуждают на соборах и заседаниях. Проблема женской нечистоты – тема довольно щепетильная для мужчин-священников, тем более для монахов. Если несправедливость, очевидная для женщин, и становится очевидной для мужчин-священников, вряд ли они будут торопиться согласиться и пытаться изменить ситуацию. Их окружение, их коллеги «не увидят здесь проблемы». Инициатор окажется в неловкой ситуации.

В дополнение к вышеизложенному хочу обратить внимание на «снисходительное» отношение священников-мужчин к женщинам как «исторически-физиологическим» грешницам. Вся история православной семьи – патриархальная, женщина в ней занимала второстепенное и зависимое положение, что, будем честны, весьма выгодно нам, мужчинам. Возможно, желание подчиняться и заложено в женской природе, но желание подчинять, и подчинять устаревшим законам, должно быть противно православному мужчине».

Священник Андрей: «Уважаемый Виктор! Я не против Вашего направления критики, только имейте в виду: l) здравый смысл часто противоречит вере; 2) современный верующий не сможет непротиворечиво соединить краеугольные камни веры и здравый смысл; 3) дать на все логичный ответ нельзя – увы; 4) верно – пользоваться положением женщины, по природе подчиненной мужчине, не по-христиански! Священник Андрей».

II. Как видим, актуальность этой «женской» проблемы велика, и, как показывает опыт, не всегда ответы на этот вопрос разрешают сомнения вопрошающих. Итак, попробуем разобраться с этим вопросом.

1. Для начала попробуем рассмотреть проблему в следующем ключе: «Существуют ли сущностные препятствия для женщины в период месячных прибегать к Таинствам Церкви?» На этот вопрос есть однозначный, признаваемый всеми ответ: «Нет, так как в период тяжкой болезни или под угрозой смерти Церковь допускает женщин к Таковым». Если женщина тяжко болеет и умирает и при этом она находится в своем «женском» состоянии, священник совершенно спокойно должен ее причастить Святых Христовых Тайн. Также считается необходимым причастить роженицу, если та умирает.

Итак, можно заключить, что сущностных или догматических препятствий к причащению женщин во время месячных нет.

2. Теперь посмотрим, существуют ли канонические (дисциплинарные) запреты в этой области. И на этот вопрос мы также вынуждены будем ответить отрицательно. Вселенские соборы никогда не касались подобной темы, поэтому канонических препятствий также не существует. Однако мы имеем авторитетные в каноническом отношении источники, которые были одобрены на Трулльском соборе[165]. Это правила святых Афанасия Великого и Дионисия Александрийского, а также епископа Тимофея, также Александрийского епископа. Следует отметить противоречивость их мнений и принадлежность всех трех к александрийской кафедре. Итак, вот мнение св. Дионисия:

Св. Дионисий Александрийский, правило 2: «О женах, находящихся в очищении, позволительно ли им в таком состоянии входить в дом Божий, излишним почитаю и вопрошать. Ибо не думаю, чтобы они, если суть верные и благочестивые, находясь в таком состоянии, дерзнули или приступить к Святой Трапезе, или коснуться Тела и Крови Христовых. Ибо и жена, имевшая 12 лет кровотечение, ради исцеления прикоснулась не Ему, но только к краю одежды Его[166]. Молиться, в каком бы кто ни был состоянии и как бы ни был расположен, поминать Господа и просить помощи не запрещается. Но приступать к тому, что есть Святая Святых, да запретится не совсем чистому душою и телом».

Ему вторит епископ Тимофей:

«Вопрос 7. Если жена усмотрит приключившееся ей обычное женам, должна ли она в тот день приступить к Святым Тайнам или нет? Ответ. Не должна, доколе не очистится».

Как мы видим, к сожалению, какого-либо серьезного обоснования запретной практики не приводится, иное мы видим у св. Афанасия Великого, выступающего против каких-либо ограничений в этой области:

Свт. Афанасий Великий, правило 1: «Все творения Божии добры и чисты. Ибо ничего неполезного или нечистого не сотворило Божие Слово. Христово бо благоухание есть мы в спасаемых, по Апостолу (2 Кор. 2:15). Поскольку же различны и многообразны суть стрелы диавола и непорочно мыслящих доводит он до возмущения, отвлекает братий от обыкновенного упражнения, всевая в них помышления нечистоты и осквернения, то, по благодати Спасителя нашего, краткими словами и лукавого обольщение да отженем, и мысль простейших да утвердим. Вся убо чиста чистым, нечистых же и совесть осквернися и все (Тит. 1:5). Удивляюсь же ухищрению диавола, что он, будучи развращение и пагуба, влагает, по-видимому, помышления чистоты. Но действуемое им есть более навет или искушение. Ибо, как я сказал, дабы отвлечь подвижников от обычного и спасительного попечения, и всем, как мнится ему, победить их, для сего возбуждает он такую молву, которая не приносит никакой пользы для жизни, а только пустые вопрошения и суесловие, которых уклоняться должно. Ибо скажи мне, возлюбленный и благоговейнейший, что имеет греховного или нечистого какое-либо естественное извержение, как, например, если бы кто восхотел поставить в вину исхождение мокрот из ноздрей и плюновение из уст. Можем сказать и о большем сего, о извержениях чревом, которые необходимы для жизни животного. Еще же, если по Божественному Писанию веруем, что человек есть дело рук Божиих, то как могло от чистой силы произойти дело оскверненное; и если мы род Божий, по Божественному Писанию Апостольских Деяний (17:28), то не имеем в себе ничего нечистого. Ибо тогда только мы оскверняемся, когда грех, всякого смрада худший, соделываем. А когда происходит какое-либо естественное невольное извержение, тогда и этому с прочими подвергаемся мы, как выше речено, по необходимости естественной. Но поскольку хотящие только прекословить справедливым словам, более же сотворенному от Бога, неправо приводят и слово Евангельское, что не входящее сквернит человека, но исходящее, то нужно и эту нелепость их (ибо не нареку сего вопрошением) обличить» (Послание свт. Афанасия Великого к монаху Аммуну около 356 г.).

Аргументация святителя Афанасия, который рассмотрел вопрос об естественных истечениях человека на примере непроизвольного истечения семени у мужчин, выглядит несравнимо солиднее. Тем не менее мы должны признать разность мнений по этому вопросу в авторитетных в каноническом отношении правилах Православной Церкви.

3. Теперь нам остается лишь проследить историческую практику Церкви по этому вопросу. Самое раннее свидетельство – это так называемые Апостольские постановления, которые передают раннехристианскую практику. Так, в книге 6 (О ересях, пп.27–30) говорится:

«Если же кто наблюдает и исполняет обряды иудейские относительно извержения семени, течения семени во сне, соитий законных (Лев. 15,1–30), те пусть скажут нам, перестают ли они в те часы и дни, когда подвергаются чему-либо такому, молиться или касаться книг, или причащаться Евхаристии? Если скажут, что перестают, то явно, что они не имеют в себе Духа Святого, Который всегда пребывает с верующими; ибо Соломон говорит о праведных, чтобы каждый уготовил себя так, чтобы Он, когда спят они, хранил их, а когда встают, говорил с ними (Притч. 6,22).

В самом деле, если ты, жена, думаешь, что в продолжении семи дней, когда бывает у тебя месячное, не имеешь в себе Духа Святого, то следует, что если скончаешься внезапно, то отойдешь не имеющею в себе Духа Святого и дерзновения и надежды на Бога. Но Дух Святой, всеконечно, присущ тебе, потому что Он не ограничен местом, а ты имеешь нужду в молитве, в евхаристии и в пришествии Святого Духа, как нимало не согрешившая в том. Ибо ни законное совокупление, ни роды, ни течение кровей, ни течение семени во сне не могут осквернить естество человека или отлучить от него Духа Святого, но одно нечестие и беззаконная деятельность.

Дух Святой всегда пребывает в тех, которые стяжали Его, доколе они будут достойны сего; а от кого Он отступит, те остаются не имеющими Его и преданными духу лукавому. Да, одни из людей исполнены Духа Святого, а другие духа нечистого, и не может быть, чтобы они избежали того или другого, если не подвергнутся чему противному; потому что Утешитель ненавидит всякую ложь, а диавол – всякую истину. А всякий, погруженный истинно, удален от диавольского духа и находится в Духе Святом, и в том, кто делает добро, пребывает Дух Святой, исполняя его мудростью и разумом, и не позволяет лукавому духу приблизиться к нему, наблюдая его входы.

Итак, если ты, жена, во дни очищения месячного не имеешь в себе, как говоришь, Духа Святого, то ты должна быть исполнена духа нечистого. Ибо когда ты не молишься и не читаешь Библии, то невольно призываешь его к себе; потому что он любит неблагодарных, порочных, нерадивых, сонливых, так как и сам, по неблагодарности заболев зломыслием, лишен Богом достоинства, решившись вместо архангела быть диаволом.

Поэтому воздерживайся, жена, от суетных речей и всегда помни о Сотворившем тебя, и молись Ему, ибо Он – Господь твой и всего, и поучайся в законах Его, ничего не наблюдая, – ни естественного очищения, ни законного совокупления, ни родов или выкидывания, ни порока телесного. Наблюдения эти суть пустые и не имеющие смысла изобретения людей глупых.

Ибо ни погребение человека, ни кость мертвого, ни гроб, ни та или другая снедь, ни течение семени во сне не могут осквернить душу человека, но одно нечестие на Бога и беззаконие и несправедливость к ближнему, разумею – хищничество или насилие, или что бы то ни было противное правде Его, прелюбодеяние или любодеяние.

Посему уклоняйтесь, возлюбленные, и избегайте наблюдений тех, ибо мы умершим не гнушаемся, надеясь, что он опять оживет, ни законного совокупления не осуждаем, но они привыкли худо толковать подобные вещи. Ибо законное совокупление мужа с женою бывает по мысли Божией, потому что Творец в начале сотворил мужеский и женский пол и благословил их, и сказал: «Плодитесь и размножайтесь и наполняйте землю». Итак, если различие полов состоялось по воле Бога для рождения потомков, то следует, что и совокупление мужа с женою согласно с Его мыслию…

28. Поэтому брак почтен и честен, и рождение детей чисто; ибо в добром нет ничего худого. И естественное очищение не мерзко пред Богом, Который премудро устроил, чтобы оно бывало у женщин в каждые тридцать дней, для их здоровья и укрепления, потому что они мало бывают в движении, оттого что сидят больше дома. Но и по Евангелию, когда кровоточивая прикоснулась к спасительному краю одежды Господа, чтобы выздороветь, Господь не укорил ее и отнюдь не обвинил, напротив, исцелил ее, сказав: «Вера твоя спасла тебя»[167].

Впрочем, когда у жен бывает естественное, мужья не должны сходиться с ними, заботясь о здоровье имеющих родиться; ибо это воспрещено Законом. «К жене, говорит он, в месячных находящейся, не приближайся» (Лев. 8,1 д и Иез.18,6). И с беременными женами не должны они иметь сообщения; ибо с ними сообщаются не для произведения детей, но для удовольствия, а боголюбец не должен быть сластолюбцем…

Итак, муж и жена, совокупляясь по законному браку и вставая с общего ложа, пусть молятся, ничего не наблюдая: они чисты, хотя бы и не омылись. Но кто растлит и осквернит чужую жену или осквернится с любодейцей, тот, встав от нее, хотя бы вылил на себя целое море или все реки, не может быть чистым.

Итак, не наблюдайте вы того, предписанного в Законе и естественного, думая, что чрез него оскверняетесь. Не соблюдайте и иудейских отделений, или постоянных омовений, или очищений от прикосновения к мертвому. Но без наблюдения собирайтесь в усыпальницах, совершая чтение священных книг и поя псалмы по почившим мученикам и всем от века святым, и по братьям своим, почившим о Господе».

Как видим, запрет на причащение во время родов и месячных осуждается и истолковывается в этом памятнике, как исполнение различных иудейских обрядов, вроде наблюдения за касанием нечистых гробов, костей мертвых и т. д. В 27-м параграфе этот запрет достаточно жестко назван: «пустым и не имеющим смысла изобретением людей глупых».

В связи с этим встает вопрос об отношениях христианства к ветхозаветной нечистоте. В Ветхом Завете общеизвестны многочисленные и довольно сложные предписания о нечистоте родовых физиологических процессов (Лев. 15,19, 25) наряду с предписаниями о нечистоте известных видов пищи, тел умерших и некоторых болезней (например, Исх. 10, 10–15; Лев. 11, 24–38 и мн. др.), исходящих из идеи сущностной нечистоты родовой жизни.

В древней христианской письменности мы встречаем различные объяснения происхождения ветхозаветных предписаний о нечистоте брачной жизни. Довольно часто христианские писатели объясняют эти предписания моральными или прообразовательными целями (например, Климент Александрийский высказывает мысль, что Ветхий Завет требует омовения после известных процессов не потому, что гнушается ими, а предвозвещая другое омовение – в крещении[168]).

С другой стороны, часто встречается объяснение таких предписаний мотивами гигиенического характера, например, цитируемые выше Постановления апостольские полагают, что Ветхий Завет объявляет женщин в известном периоде нечистыми, чтобы помешать их общению с мужчинами, так как зачинаемое в это время потомство бывает болезненно. Это объяснение встречается также в Дидаскалии, у Феодорита Кирского, Исидора, и Диодора[169]. Блаженный Феодорит пишет, что «должно вникать в намерение закона. Ибо часто вместо одного учит он другому. Ибо если родившая нечиста, то нечиста и чревоносящая. Посему думаю, что закон повелевает успокоиться родившей, как много потрудившейся и потерпевшей жестокие муки. Но если бы просто дал такое повеление, то мужья не удержали бы своего похотения; зная же, что родившая нечиста, бегают общения, чтобы и им не сообщилась нечистота. Итак, закон словом нечистота угашает пожелание»[170].

Однако в данном случае для нас важно не происхождение ветхозаветных предписаний о нечистоте родовой жизни, а лишь установление двух положений: Ветхий Завет не ставит этой нечистоты в зависимость от личной греховности и древнехристианская письменность, объясняя ветхозаветные предписания, чужда мысли о возможности какой-либо сущностной или субстанциональной нечистоты.

Христианство в связи со своим учением о победе над смертью и отказом от ветхозаветного понимания естественных выделений человека как нечистых в сущностном плане, отвергает и ветхозаветное учение о нечистоте. Христос объявляет все эти предписания человеческими, нарушая их Сам и дозволяя это делать Своим апостолам (Мф. 15, 1–20; Мк. 7, 2–5; Лк. 11, 38–41; Ин. 3, 25 и др.). Апостол Павел, ссылаясь на Христа, категорически отрицает самую возможность существования субстанциональной объективной нечистоты. Я знаю и уверен в Господе Иисусе, что нет ничего в себе самом нечистого, – пишет он Римлянам (14, 14; ср.: Деян. 10, 14–5). Источник учения о нечистоте чисто человеческий, субъективный – человеческое мнение, воображение, которое, однако, не безразлично и с ним нужно считаться: «только почитающему что-либо нечистым, тому нечисто» (там же).

Поэтому апостолы, с одной стороны, принимая во внимание распространенность предрассудка о нечистоте и опасаясь соблазна (Рим. 14, 20), иногда и сами выполняют некоторые предписания об очищении (Деян. 21, 24–26), а с другой – принимают меры к искоренению этого предрассудка, как в виде увещаний в своих посланиях (Рим. 14, 14–20; 1 Кор. 6, 13; Кол. 2,20–22 и др.), так даже и в форме соборного постановления (Деян. 15, 29; ср.: 21, 25).

Однако, отрицая нечистоту вообще, Новый Завет не касается более частного вопроса о нечистоте родовых процессов, так что вопрос этот решается уже памятниками послеапостольского времени. Он решается, как мы видели, в форме вывода от общего к частному: если по христианскому учению вообще нет никакой физиологической нечистоты, то нет нечистоты и в родовой жизни. Косвенно об этом свидетельствует то, что, следуя этому взгляду, Церковь в древности допускала женщинам такой же свободный вход в алтарь, как и мужчинам[171].

Далее надобно привести слова святителя Иоанна Златоуста о ветхозаветной нечистоте: «Кто совершал прелюбодеяние, или кто решался на воровство, или кто сделал какое-нибудь другое преступление, того оно (иудейское омовение) не освобождало от вины. Но кто касался костей умершего, кто вкушал пищу, запрещенную законом, кто приходил от зараженного, кто общался с прокаженными, тот омывался и до вечера был нечист, а потом очищался. «Да омыет тело свое водою чистою, – говорится в Писании, – и нечист будет до вечера, и чист будет» (Лев. 15, 5; Лев. 22,4). Это не были поистине грехи или нечистоты, но так как иудеи были несовершенны, то Бог, делая их через это более благочестивыми, с самого начала приготовлял их к точнейшему соблюдению важнейшего». Любопытно, что, толкуя эпизод с кровоточивой женой, к похвалам жене за ее веру святитель присовокупляет: «Почему же она не приступила к Нему с дерзновением? Потому что стыдилась болезни своей и почитала себя нечистой. Если женщина во время месячного очищения почиталась нечистой, то тем более могла почитать себя таковой страждущая такой болезнью. Болезнь эта по закону почиталась весьма нечистой»[172].

Феодорит Карский замечает что, все, что происходит по природе, не есть нечисто, а нечисто лишь произволение ко греху: «Из сего явствует, что ничто не нечисто по природе; назвал же Бог одно нечистым, а другое чистым по особой некоей причине… А мы из сего познаем также, какое зло грех, потому что он производит истинное осквернение»[173].

Преподобный Ефрем Сирин также в духе Апостольских постановлений толкует евангельский эпизод с кровоточивой женой:

«Кто приходил к Нему как к человеку, тот и ощутил в Нем прикосновение человеческого естества; а кто приходил к Нему как к Богу, тот обрел в Нем сокровище врачевания скорбей своих… Сила, исшедшая от Него, была послана и коснулась оскверненного чрева так, однако, что сама не подверглась осквернению. Точно так же и Его Божество не было осквернено обитанием в освященном чреве, поелику дева и по закону и кроме закона более свята, чем та женщина, которая излишеством своей крови вызывала отвращение… Враги Его хотели положить Его себе камнем преткновения, говоря: не знает закона, так как женщина, нечистая по закону, прикоснулась к Нему, и Он не отверг ея… Нет нечистого, кроме того, что порочит жизнь свободы»[174].

Если мы от памятников канонических и святоотеческих обратимся к памятникам более современным (XVI–XVIII вв.), то увидим, что они более благоприятствуют ветхозаветному взгляду на родовую жизнь, чем новозаветному. Например, в Великом Требнике мы найдем целый ряд молитв об избавлении от скверны, связанной с родовыми явлениями. Таковы «Молитвы жены в первый день рождения отрочате ея», «Молитва во еже назнаменовати отроча в осьмый день», «Молитва жене родильнице по четиредесетех днех», «Молитва жене, егда извергнет отроча», «Молитва о искушающемся во сне». В этих чинопоследованиях, как бы возвращаясь к ветхозаветному пониманию нечистоты, авторы молитв считают нечистыми не только саму родильницу, но и прикоснувшихся к ней, сама она до сорока дней и не допускается до причащения. Здесь мы находим целый ряд молитв от осквернения животными, считавшимися нечистыми в Ветхом Завете, а также воды, вина, елея, сосуда пшеницы и самого человека, евшего скверное животное[175].

Исходя из этой ветхозаветной позиции, авторы разных пособий и руководств для будущих священнослужителей объявляют женщину нечистой в эти дни и на основании этого запрещают ей прибегать к Таинствам, прикладываться к иконам и даже просто заходить в храм:

«Невеста, находящаяся в периоде послеродового очищения и не получившая молитвы «в сороковой день», не только приступать к Св. Таинствам, но и входить в храм не может. То же касается и невест, находящихся в нечистоте (физиологической). Впрочем, по мнению некоторых, в исключительных обстоятельствах совершение брака или отмена его предоставляются на усмотрение пастыря»[176].

Современная церковная практика рисует, как правило, несколько иную картину. Работающим в епархиальном управлении и на приходах женщинам не составляют графика явки на работу в зависимости от их физиологических циклов. Во многих регентских и иконописных отделениях семинарий приход критических дней также не воспринимается как уважительный повод для пропуска занятий, спевок или служб. Дьякон Андрей Кураев усматривает в этом следствие доступности и общераспространенности женских гигиенических средств: «Произошла гигиеническая революция. В былые века не было ни душа, ни нижнего белья. Кровавым же метам в храме никак не место. Плюс к этому, простите, запах (в четвертом веке преп. Макарий Египетский так перелагал слова пророка Исайи: «И вся праведность ваша – как тряпки женщины в ее месячных»[177])».

Патриарх Сербский Павел говорит о том же: «Позже дошло до такой точки зрения, что женщины не должны приходить в церковь в этом состоянии… Возможно, и из-за запаха, который издает материя очищения при разложении». Патриарх Павел делает вывод, что «месячное очищение женщины не делает ее ритуально, молитвенно нечистой. Эта нечистота только физическая, телесная, равно как и выделения из других органов. Кроме того, поскольку современные гигиенические средства могут эффективно воспрепятствовать тому, чтобы случайным истечением крови сделать храм нечистым, равно как могут и нейтрализовать запах, происходящий от истечения крови, мы считаем, что и с этой стороны нет сомнения, что женщина во время месячного очищения, с необходимой осторожностью и предприняв гигиенические меры, может приходить в церковь, целовать иконы, принимать антидор и освященную воду, равно как и участвовать в пении». Несмотря на это богословское заключение, в отношении причащения патриарх Павел выдвигает ригористическое мнение: «Причаститься в этом состоянии или, некрещеная – креститься она бы не могла. Но в смертельной болезни может и причаститься, и креститься»[178].

Заключение.

Подытоживая наше рассмотрение, можно сделать вывод, что ни сущностных, ни догматических или канонических препятствий к причащению женщин во время месячных и послеродового периода нет. Это же можно сказать и о посещении храма, целовании икон или принятии антидора. Запреты в этой области идут от ветхозаветных традиций исполнения иудейского Закона, не имеющих отношения к христианству. Первый апостольский Собор (чье каноническое значение безусловно превышает все последующие канонические постановления) постановил, что «угодно Святому Духу и нам не возлагать на вас никакого бремени более, кроме сего необходимого: воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удавленины, и блуда и не делать другим того, чего себе не хотите. Соблюдая сие, хорошо сделаете. Будьте здравы» (Деян.15, 28–29).

К сожалению, на запретительную политику многих церковных деятелей в истории повлияло и отсутствие надежных гигиенических средств, наличие которых сегодня позволяет женщинам самим решать вопрос о причащении в эти дни. Вот что по этому поводу советует великий святой Григорий Двоеслов Папа Римский (именуемый Великим), отвечая на вопрос архиепископа англов Августина (этот совет мы полагаем выводом к нашему краткому исследованию:

«Вопрос Августина: Может ли беременная женщина быть крещена, и, когда у нее родится ребенок, через сколько времени она сможет войти в церковь? И спустя сколько дней может дитя принять благодать святого крещения, дабы предупредить его возможную смерть? И через какое время ее муж сможет вступать с ней в сношение, и можно ли ей входить в церковь или принимать святое причастие во время месячных? И может ли мужчина, имевший сношение с женой, войти в церковь или принять таинство святого причастия до того, как омоется? Все эти вещи необходимо знать непросвещенному народу англов.

Отвечает Григорий Великий: Брат мой, я не сомневался, что ты задашь мне эти вопросы, и уже приготовил на них ответ. Не сомневаюсь, что ты просто желаешь, чтобы этот ответ подтвердил собственные твои мысли и предчувствия. В самом деле, почему беременная женщина не может быть крещена, раз беременность ее не грешна в глазах всемогущего Бога? Ведь когда праотцы наши согрешили в раю, они лишились бессмертия, дарованного им Богом, но Господь не пожелал за этот грех истребить все племя людское. Лишив мужчину бессмертия за его проступок, Он оставил ему мужскую силу для продолжения рода. Так почему же то, что было даровано человеку самим Богом, должно препятствовать ему принять благодать святого крещения? Было бы крайне неразумно ставить это таинство, изглаживающее всякую вину, в зависимость от подобной причины.

Через сколько дней может женщина войти в церковь после того, как родит? Из Ветхого Завета тебе известно, что ей следует воздерживаться от этого в течение тридцати трех дней, если у нее родился мальчик, и шестидесяти шести дней, если родилась девочка (Левит 12:4–5). Однако это следует понимать иначе. Ведь если бы она вошла в церковь хотя бы через час после родов возблагодарить Господа, она не совершила бы греха; ведь греховны удовольствия плоти, но не ее муки. Сношение происходит в удовольствии, а роды совершаются в муках, потому и сказано было первой из матерей: «В болезни будешь рожать». Если же мы запретим родившей женщине входить в церковь, то сочтем роды ее наказанием за грех.

Ничто также не должно удерживать тебя от крещения родившей женщины или ее ребенка, если им угрожает смерть, хотя бы это было в самый час ее родов и его рождения. Ибо если милость святого таинства равно дается всем живым и здоровым, то тем более нужно без промедления даровать ее тем, кому угрожает смерть, из боязни, что, выжидая более удобного времени для приготовления к таинству Воскресения, мы можем вовсе не дать их душе воскреснуть.

Не следует запрещать женщине во время месячных входить в церковь, ибо нельзя ставить ей в вину то, что дано от природы и от чего она страдает помимо своей воли. Ведь мы знаем, что женщина, страдающая кровотечением, подошла сзади к Господу и прикоснулась в краю одежды Его, и немедленно недуг оставил ее (Мф. 9:20)[179]. Почему же, если она с кровотечением могла коснуться одежды Господа и получить исцеление, женщина во время месячных не может войти в церковь Господню?.. Раз женщина, коснувшаяся в своей недужности одежды Господней, была права в своем дерзновении, почему то, что было позволено одной, не позволено и всем женщинам, страдающим от слабости своей природы?

Нельзя в такое время и запрещать женщине принимать таинство святого причастия. Если она не осмелится принять его из великого почтения, это похвально; но, приняв его, она не совершит греха… И месячные у женщин не грешны, ибо происходят от их естества… Предоставьте женщин собственному уразумению, и если они во время месячных не осмелятся подходить к таинству плоти и крови Господних, следует похвалить их за благочестие. Если же они, привыкнув к благочестивой жизни, захотят принять это таинство, не следует, как мы уже сказали, им в этом препятствовать. Если в Ветхом Завете рассматриваются обстоятельства внешние, то в Новом Завете главное внимание уделяется не тому, что вовне, а тому, что внутри, и наказание налагается с большей осторожностью… Раз никакая еда не испортит того, чья душа не подвержена порче, почему должно считаться нечистым то, что у чистой душой женщины исходит от ее естества?»[180].

Приложение 2. О проблеме гомосексуальности (В. С. Стрелов).

В данной статье в основном говорится о мужской гомосексуальности ввиду большей распространенности этого явления, но учитываются и проблемы женщин. Поскольку особо уязвимым является подростковый возраст, то стратегии помощи, предлагаемые ниже, касаются в основном работы с подростками; впрочем, рекомендации для священников по работе с данным контингентом являются универсальными.

Гомосексуальность понимается как влечение, направленное на лиц своего пола. У женщин такое явление называется лесбиянством. О тех людях, которые следуют гомосексуальному образу жизни, говорят, что они – геи. Тех же, кто пытается преодолеть свои влечения, геями называть неправильно, поскольку это жизненная позиция, которой они не следуют. Правильнее их называть людьми с влечением к своему полу или гомосексуалами. Люди, вступающие в половой контакт с представителями обоих полов, называются бисексуалами. От гомосексуализма следует отличать трансвеститство (переодевание в одежду другого пола), обычно сопряженное с гомосексуализмом, и транссексуализм. Транссексуализм является более тяжелой формой расстройства, нежели гомосексуализм. Транссексуалы убеждены, что их физиологический пол не совпадает с их ощущениями, и стремятся изменить пол с помощью гормонов и хирургии. Сами транссексуалы считают, что между ними и геями нет ничего общего. Обычно это повышенно ранимые люди, поэтому пастырское попечение о транссексуалах – тема более сложная и деликатная.

Несколько лет назад по вопросу гомосексуальности невозможно было найти в отечественной литературе ничего серьезного, кроме статей, пропагандирующих «сексуальное разнообразие», с одной стороны, и брошюр, в которых клеймится «содомский грех», но не предлагается ничего конструктивного – с другой. Осудить грех – это половина дела; важно еще и предложить путь избавления от страсти. Хотя путь всегда один, и это – Господь наш Иисус Христос, конкретные рекомендации в каждом случае должны быть различными и учитывать не только духовные способы избавления от страстей, о чем сказано в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви, но и душевные, психологические аспекты, о которых пойдет речь в этой статье.

Недавно вышли в свет две книги, которые являются необходимыми информационными пособиями для всякого, кто занимается молодежной работой и пастырским окормлением. Первая, «Предотвращение гомосексуальности: Руководство для родителей»[181], – это единственная книга на русском языке, которая предлагает конкретные рекомендации в ситуации, когда обнаружены трудности с самоопределением у ребенка. Вторая, «Возмужание: снова в путь!»[182], ориентирована на взрослых мужчин, причем не только гомосексуалов, но и просто ощущающих недостаток в своей мужественности. Однако уровень информированности общества о масштабах проблемы и о путях ее решения по-прежнему остается крайне низким.

Между тем, согласно зарубежной статистике[183], 25 %, т. е. каждый четвертый подросток, сомневается в своей ориентации, 10 % молодых людей, т. е. каждый десятый, оказывается вовлеченным в однополые отношения, и только 1–3 % остаются в гомосексуальном образе жизни в течение всей жизни. Статистика будет еще более грустной, если мы добавим тех, кто впоследствии становится транссексуалом, т. е. мечтает о смене пола. Как минимум семь процентов молодых людей оказываются вовлечены в гомосексуальность случайным образом, и количество этих людей будет увеличиваться за счет сомневающихся в себе – это огромный контингент, с которым необходимо работать. И даже среди тех 1–3 %, которые постоянно испытывают гомосексуальные влечения, есть те, кто не желает жить как гей, не принимает гомосексуальность как часть себя, и эти люди также входят в тот контингент, которому следует оказать помощь.

Христианин перед лицом гомосексуализма.

Как правило, верующие считают, что гомосексуалы находятся где-то за оградой церкви, собираются в отдельных районах города, гей-клубах, а в Церковь заходят незаметно, разве что по праздникам. Тема лесбиянства практически вообще не обсуждается. Однако можно с уверенностью утверждать, что во многих церковных общинах есть люди, которые борются с влечением к своему полу. Если численность прихода превышает пятьдесят человек, мы можем ожидать встретить в нем хотя бы одного человека с подобными проблемами. Этих людей не видно, они боятся рассказать о трудностях в своей жизни и зачастую страдают от одиночества.

С другой стороны, неверующие подростки и взрослые, испытывающие влечение к своему полу, видят в образе Церкви только неприятие и осуждение. «Что Церковь может предложить нам? Изгнать из нас бесов? Сжечь нас на костре?» – эти исполненные глубокой печали и сарказма слова приходится читать в письмах от гомосексуалов. Они не верят в то, что Господь наш Иисус Христос может исцелить их сердце, потому что им никто не говорил о любви Бога к грешникам, которыми мы все без исключения являемся. Они не верят в то, что могут что-то получить от Церкви, потому что никто не рассказывал им о том, что Церковь знает случаи исцеления от страсти гомосексуализма, как и любой другой страсти («страсть» от слова «страдание»), и готова открыть для каждого человека путь к обретению целомудрия. Исполненные ненависти к Церкви, они уходят в мир гей-сообщества, туда, где им предлагают приятие, поддержку и видимость любви.

Нередко представители гей-сообщества ведут себя вызывающе и откровенно становятся противниками Бога и Церкви. Однако верующие не должны поддаваться соблазну отвечать ненавистью на ненависть. В наши задачи входит защита семьи и детей от соблазна, оказание, насколько это возможно, помощи страдающим этим недугом, но не увеличение чьих-либо страданий и бед. Своим жестким, а нередко и жестоким отношением мы сами подчас обрекаем некоторых на то, чтобы уйти в гей-жизнь.

Сценарий гомосексуального развития.

Гомосексуализм не обусловлен одной причиной, и в каждом конкретном случае совокупность причин своя, у каждого человека – свой путь в гей-жизнь. Вместе с тем можно выделить приблизительный сценарий, в соответствии с которым происходит вовлечение человека в гомосексуальность.

Чувствительный темперамент. Сегодня можно с уверенностью утверждать, что нет генов, которые были бы ответственны за развитие гомосексуальности. Однако повышенная тревожность и ранимость, заложенные на уровне биологии, могут создать трудности для ребенка в общении с окружающим миром, в частности, с родителем своего пола, а необычное развитие мозговых структур плода могут создать предрасположенность к нестандартному поведению (как это происходит с леворукостью).

Неудача в формировании связи с родителем своего пола. Что имеется в виду? К примеру, мальчик не ассоциирует себя с папой, не хочет быть на него похожим, психологически он ближе к маме, возможно, у него существует даже сверхтесная близость с ней. В дальнейшем ему будет сложно ощущать себя уверенно в качестве мужчины. Также и девочка, которая эмоционально не чувствует контакта со своей мамой, может ощущать недостаток женственности и тянуться к ней в других женщинах. Это не обязательно перерастет в гомосексуальность, но определенная уязвимость закладывается именно здесь. Причин для отчуждения между ребенком и родителем может быть несколько. Родители могли ожидать ребенка противоположного пола и воспитывать новорожденного соответственно (например, папа, воспитывающий девочку-сорванца). Как было указано выше, у родителя и ребенка могут быть разные темпераменты, и им сложно понять друг друга, – тогда родитель как бы и присутствует, но с ребенком контакта нет, особенно если есть старший брат и сестра, больше отражающие чаяния родителей. Могут оказывать влияние и обстоятельства жизни – например, по болезни или из-за отсутствия отца (родители в разводе) мальчик может проводить много времени с одинокой мамой, которая воспринимает его в качестве сердечного друга и общается с ним будто с мужем, нарушая границы личности ребенка. Встречается и элементарное пренебрежение родительскими обязанностями, которые сведены исключительно к материальному обеспечению при полном безразличии к тому, что происходит в жизни ребенка. Сюда также могут вмешаться и другие значимые взрослые, подорвавшие уверенность ребенка в себе как в мальчике или девочке.

Неприятие в коллективе сверстников. Ранний подростковый возраст характеризуется стремлением чувствовать принадлежность к определенной среде, культуре – в этом возрасте важен не «я», но «мы»; одновременно с этим пробуждается сексуальность. Особенно уязвим здесь подросток, у которого еще с детства в родительской семье не сформирован положительный образ себя как мальчика или девочки. Здесь эта неопределенность только усилится и может перерасти в стремление компенсировать свою неполноценность через особо близкие отношения с представителями своего пола (формируется так называемый «репаративный драйв», т. е. восстановительное влечение). Но и ребенок из благополучной семьи может быть уязвим: предположим, мальчика травят в школе из-за его телосложения, слабой физической формы, заикания, неуспеваемости и пр., или же он просто не вписался в школьный коллектив. Он замыкается в себе и растет изгоем. Естественно, он будет мечтать о дружбе с успешным парнем. Ему может кто-то очень нравиться, и для неуверенного в себе подростка есть вероятность спутать это чувство с влюбленностью, начать фантазировать о близости. До гетеросексуальной любви он пока просто не дорос. Следует отметить, что романтическая дружба с представителями своего пола в принципе нормальна и естественна для подростка, а неадекватная реакция со стороны родителей может, действительно, породить проблему.

Мода. В современной культуре представления о нравственности размыты, подростка поощряют «исследовать», кем он является, в том числе в сексуальном плане. СМИ часто представляют гей-образ жизни в весьма привлекательном свете. Многие молодежные кумиры не стесняются объявлять о своей нетрадиционной ориентации. Подражать геям – престижно и круто, есть гетеросексуалы, одевающиеся и ведущие себя как геи, – в западной социологии они получили название метросексуалов. Существуют подростковые субкультуры, в которых поощряются близкие к гомосексуальности проявления – например, баггерство. Подросток может попробовать гомосексуализм из подражания любимому кумиру. И это – на фоне ничтожно малого количества положительных примеров семейной жизни, иногда – несчастливого брака собственных родителей. В этой ситуации любой, а тем более неуверенный в себе подросток будет чувствовать себя дезориентированным.

Совращение, собственная развращенность. Неуверенностью подростка в себе может кто-то воспользоваться. По статистике, более 60 % гомосексуалистов начинают половую жизнь ранее 16 лет. А каждый сексуальный акт в определенном смысле «программирует» мозг на то, каким образом получать удовлетворение. Такое же действие оказывает и соответствующая порнография. Таким образом, человек на практике убеждается в своей «инаковости» и, не имея другого опыта, начинает идентифицировать себя как «гей». Если же неуверенный в себе подросток попадает в гей-тусовку, то он пользуется повышенным вниманием со стороны других мужчин – получает то, о чем страстно мечтал, хотя, быть может, никогда и не связывал это с сексом. Вместе с тем некоторые гетеросексуальные молодые люди, пресытившиеся обычными отношениями, могут пробовать однополые отношения ради «разнообразия».

Боязнь отношений с человеком противоположного пола, вызванная неуверенностью или травмой. Надо отметить и то, что гомосексуальные отношения для некоторых оказываются психологически менее проблематичными, чем отношения с людьми своего пола, особенно, если в предыдущих гетеросексуальных отношениях подросток потерпел неудачу. У девушек стремление к однополым отношениям может развиться как реакция на сексуальную травму – изнасилование.

Иногда гомосексуальность является лишь симптомом другой болезни, например, шизофрении.

Духовные истоки гомосексуальности. В данной публикации мы не затрагиваем подробно духовные аспекты гомосексуальности; отметим лишь, что с точки зрения православной аскетики некоторые помыслы рассматриваются как нечто внешнее по отношению к личности и вызывают состояние помрачения сознания у человека, не имеющего навыков жизни с Богом.

Признаки проблемы в подростковом возрасте.

Особенность подросткового периода – повышенная тревожность, неустойчивость представлений о себе, внушаемость и стремление к подражанию, и здесь подросток легко может ошибиться. Поэтому так важно заниматься профилактикой – поощрять здоровую самооценку, формировать нормальные представления о любви и семейной жизни, отслеживать отклонения в развитии. А если трудности возникли, в каждом отдельном случае стоит разбираться особо, что же привело к этому.

Тревожные знаки гомосексуального влечения можно увидеть в случае, если наблюдается сочетание нескольких ключевых признаков:

• утверждения о себе как о представителе противоположного или «иного» пола,

• манерность (жесты, тембр голоса),

• переодевание в одежду противоположного пола,

• избегание игр, связанных с соревновательностью (например, футбол), проявлением агрессивности (для мальчиков), предпочтение в качестве партнеров для игр исключительно представителей противоположного пола,

• специфическая компания или, напротив, полное отсутствие друзей, странности в поведении (например, необъяснимые отлучки),

• история посещенных страниц в Интернете и другие «вещественные улики»,

• самораскрытие подростка, т. наз. «coming out».

Важно, что появление одного из данных признаков еще не свидетельствует о наличии проблемы и может быть связано, к примеру, с тем, что ребенок играет, примеряя на себя различные социальные роли.

Если проблема все же присутствует, прежде всего необходимо определить, насколько она глубока: идет ли из детства, связана ли с серьезными личностными изменениями в результате травмы, постоянно ли влечение, не является ли просто проявлением моды, так называемой транзиторной гомосексуальности. На каком уровне это проявляется: только на уровне фантазий, романтической влюбленности или же имеется пристрастие к порнографии, анонимные контакты, отношения с постоянным партнером и даже вовлеченность в гей-среду.

Составляющие гомосексуальности.

Гомосексуальность часто понимается весьма узко, исключительно как вопрос ориентации или влечения к лицам своего пола. Однако психотерапевты рассматривают гомосексуальность как клубок проблем, среди которых:

• вопрос отношения к прошлому (травмы и обиды),

• комплекс неполноценности (негативное восприятие своего тела, собственных способностей, отношения к себе со стороны сверстников, негативное отношение к себе в целом),

• неумение строить дружеские отношения и быть своим в компании людей своего пола, отсутствие общих интересов, дел,

• вопросы личностной зрелости (неумение регулировать свое внутреннее состояние – например, справляться с плохим настроением, прощать или, напротив, свободно радоваться; адекватно выражать свои подлинные мысли, чувства, желания и действовать в соответствии с ними),

• искаженные представления о любви и семейной жизни,

• зацикленность на сексуальных вопросах,

• отсутствие значимой цели и смысла жизни.

На это могут накладываться сопутствующие проблемы: зависимость (алкогольная, пищевая, сексуальная), депрессии и попытки суицида, фобии.

Реакция родителей.

Если родители узнают о проблемах с половым самоопределением своего сына или дочери, обычно можно наблюдать три формы реакции:

Принять и одобрить. Такой подход пропагандируется ассоциацией родителей «Радуга», сайтом лесби. ру, некоторыми психотерапевтами. Подход неконструктивный, поскольку помимо очевидного пренебрежения моралью он не учитывает возможности случайного вовлечения подростка в среду и толкает подростка в стиль жизни, связанный с трудностями и заведомо ограниченный.

Отвезти насильно на отчитку, к психиатру либо отрицать наличие проблем. Такой подход ведет к отчуждению и противоречит здравому смыслу: насильственно невозможно принудить человека измениться, а в подростковом возрасте это скорее всего приведет к протесту и усилению нежелательного поведения.

Принятие ребенка, но непоощрение гомосексуального поведения и гей-образа жизни. Это наиболее конструктивный подход, предполагающий попытку понять и исправить ситуацию, комплексно подойдя к ее решению.

Комплексный подход к решению проблем подростка.

Родитель, столкнувшийся с гомосексуальностью своего сына или дочери и желающий помочь ребенку преодолеть это, сегодня идет против течения: против него будут и СМИ, и многие представители психологического сообщества, и гей-среда. Поэтому крайне важно, чтобы в своем стремлении исправить ситуацию он оказался не один, чтобы помощь была системной и охватывала все стороны жизни подростка. От родителей зависит, чтобы в ситуацию оказались вовлечены:

Старшие братья и сестры, другие члены семьи. В их силах защищать младшего от насмешек в среде сверстников и поощрять здоровое поведение, как минимум не поощрять странности.

Сверстники. Именно от среды общения во многом зависит, какой стиль жизни выберет подросток, и родители могут предпринимать специальные усилия по данному вопросу – поощрять проведение времени ребенка в здоровой компании, например, устраивая у себя дома встречи сына или дочери с друзьями, оплачивая участие ребенка в спортивной секции или позитивном отдыхе.

Священник. Он не должен быть психотерапевтом, но сможет помочь, если будет поддерживать надежду на изменение и вести к общению с Богом в молитве и таинствах. Это будет не решением вопроса, но снятием его, переводом его в другую плоскость, когда человек будет жить не только как животное, исключительно вопросами пола, но как духовное существо, задающееся вопросами нравственности, смысла жизни. Впрочем, знающий пастырь может помочь в наведении порядка во внутренней жизни подростка через обучение его азам аскетики. Родители получат пользу от общения со священником, если смогут с его помощью увидеть в ситуации призыв пересмотреть отношения и доверить своего ребенка Богу.

Педагоги. От них требуется создание позитивной среды общения и формирование отношений наставничества (например, в церковной подростковой или молодежной организации). Именно отношения наставничества могут быть серьезной помощью не уверенному в себе подростку. Правильно организованная среда общения должна стать здоровой альтернативой гей-тусовке.

Психотерапевты. От них ожидается помощь родителям – справиться с собственными неадекватными реакциями и выстроить план действий, а также оценить глубину проблемы и помочь ребенку постепенно проработать те вопросы, из которых и складывается клубок под названием гомосексуальность.

Родители, столкнувшиеся с подобной ситуацией. Общение с ними требуется для взаимной поддержки и обмена опытом.

Отдельно стоит вопрос с бойфрендом или подругой. В литературе вопроса подчеркивается, что знать этого человека и поддерживать с ним теплые отношения лучше, чем игнорировать его существование, – и для взаимопонимания с собственным ребенком, и для возможной помощи этому подростку.

Модель общения родителей с подростком.

От родителей требуется прежде всего не потерять контакт с подростком – услышать его и по возможности изменить свое поведение так, чтобы в отношениях было больше эмоциональной близости, внимания и одобрения, в особенности со стороны родителя своего пола. Для этого ему придется:

А) снизить критику в отношении ребенка,

Б) терпеливо «завоевывать» сына или дочь, накапливая капитал позитивных взаимодействий – начиная с простых приветствий, общения за завтраком и до решения более серьезных вопросов. Согласно исследованиям социальных психологов для создания позитивной среды общения на пять позитивных взаимодействий должно приходиться не больше одного негативного,

В) откликаться со вниманием на обращения ребенка,

Г) найти общую площадку интересов.

Правило здесь таково: позитивное подкрепление действует лучше, чем наказание или критика (впрочем, это не означает, что все можно пустить на самотек и только «сдувать пылинки» с ребенка – здравая дисциплина, например, в отношении Интернета, требуется всегда).

Родителям лучше не изливать свои чувства по поводу гомосексуальности подростку, найдя для этого кого-то более подходящего, однако позицию родителей ребенок должен знать. Родителю противоположного пола, как правило, требуется несколько отстраниться и четче простроить эмоциональные границы с собственным ребенком.

Станет ли подросток вести в будущем гетеросексуальную жизнь, зависит от многих факторов: в первую очередь, от желания его самого, но также от глубины проблемы, от комплексности, количества и качества работы по изменению ситуации. Родителям же стоит больше узнать о гомосексуальности, найти и использовать все возможные источники поддержки, меняться самим, и, несмотря ни на что, любить своего ребенка. А последнее включает в себя гораздо больше, чем просто хотеть «исправить» его ориентацию.

Чем может помочь наставник (педагог, молодежный работник)?

Человек, не обладающий специальными навыками психотерапии гомосексуальности, но занимающийся молодежной работой или консультированием, может тем не менее оказать существенную помощь подросткам, испытывающим влечение к лицам своего пола.

Отношения с родителями.

Прежде всего наставники должны понимать, в каком стрессовом состоянии находятся родители, и общение должно начаться именно с них. Чтобы успокоить их и вернуть им «почву, выбитую из-под ног», необходимо объяснить им следующее.

Есть разные подходы к вопросу, нормален ли гомосексуализм или нет; наставник лично придерживается традиционной точки зрения, согласно которой лучше предотвратить гомосексуальное развитие личности.

Это не трагедия, у подростка вовсе не обязательно есть психологические проблемы: возможно, он просто попал в «среду», или таким образом выражает свой протест против родительской системы ценностей, или же он не уверен в себе, ищет себя; вообще, для подросткового возраста характерно особое притяжение к людям своего пола.

Даже если ребенок активно участвует в гей-жизни, у него есть возможность измениться; терапия проблем пола столь же эффективна, как и других расстройств психики; однако движение в сторону гетеросексуальности должно быть не навязанным извне решением, а собственным выбором подростка; даже при нежелании работать в этом направлении подростку можно помочь адаптироваться в обществе, научив эффективнее справляться с неуверенностью, тревогой и стыдом.

Родители могли внести свой вклад в формирование нетрадиционной ориентации, но не стоит все списывать именно на воспитание и обвинять себя; в формировании ориентации участвует множество факторов, о которых стоит узнать подробнее, да и вообще следует ознакомиться со всей доступной литературой вопроса.

Родители не смогут помочь ребенку, находясь в стрессовом состоянии; им самим прежде необходимо «прийти в себя», стать источником мира и доброго примера отношений, поэтому родителям стоит подумать о более осознанном участии в церковной жизни, прежде всего, ради себя самих, а возможно, подумать и о собственной терапии.

Работа с ребенком лучше всего проходит, когда носит комплексный характер (затрагивает все сферы жизни) и опирается на как можно большее число помощников.

Родители вправе рассчитывать, что наставник будет делиться с ними наблюдениями за общим ходом изменений, но при этом сохранит от них личные подробности общения с подростком.

Родители и наставники – это союзники в деле исцеления, и обоюдное участие, готовность прислушиваться к запросам подростка и адекватно реагировать, а где-то и меняться сильно влияют на ход процесса.

Работа наставников с подростком, основные принципы.

Фактически перед подростком стоят следующие задачи:

• повысить уверенность в себе как в юноше, девушке;

• пересмотреть взгляд на любовь и сексуальность;

• перейти к более зрелым отношениям и полноценному образу жизни.

Эффективная помощь подростку возможна только в условиях доверия к авторитету взрослого. На формирование такого отношения влияют несколько факторов:

• уважительное и внимательное отношение, отказ от осуждения;

• подробное изучение человека в целом и причин его нестандартного поведения;

• обучение, соответствующее особенностям личности;

• свидетельства преодоления трудностей;

• умение предложить реальную привлекательную перспективу в широком контексте;

• забота, поддержка, одобрение;

• энергия радости и тепла в отношениях.

1. Уважительное и внимательное отношение, отказ от осуждения.

Прежде всего необходимо дать понять подростку, что его не собираются судить и «переделывать». К нему относятся как к свободной личности, его готовы слушать, чтобы понять, можно ли чем-либо помочь. Об этом можно сказать, если подросток настроен скептически, если же есть хоть немного начального доверия, если наставник для него привлекателен, можно это принять просто по умолчанию. Очень важно показать значимость для наставника проблем подростка. Пусть лучше он, она расскажут что-то сейчас, чем будут скрывать, чувствуя неодобрение. Даже если хочется вынести какое-то суждение, важно, чтобы оно шло не от «головы» и абстрактной этики, которую подросток может отвергать, а от сердца. Подросток должен удостовериться и твердо знать, что он принят независимо от того, какие мысли его посещают, даже вне зависимости от его поведения. Но это не значит, что наставнику все равно: просто его любовь будет то радостно-ликующей, когда он видит его успехи, то скорбящей за него и вместе с ним, когда наставник узнает о падениях. Подростка следует уведомить, что все сказанное останется между ним и наставником, за исключением случаев, когда он, она будут стремиться к саморазрушительному поведению – это будет сообщено родителям.

В процессе разговора верующему наставнику поможет обращение в молитве к Богу.

В целом можно сказать, что задача первого этапа общения – подружиться с подростком, и внимательное слушание без осуждения – первый шаг к тому, чтобы завоевать доверие.

2. Подробное изучение человека в целом и причин его нестандартного поведения.

Только узнав человека, примеряясь к нему, можно что-то предлагать и советовать. Важно получить как можно более полную информацию по следующим вопросам:

• насколько глубоки проблемы (неуверенность и фантазии – зависимости – реальные отношения – вовлеченность в «среду» и самоидентификация геем), проблемы со здоровьем, психологические травмы;

• как сам смотрит на это;

• как пытался справиться;

• как смотрит семья;

• история семьи, каковы отношения с семьей, с каждым членом в отдельности, кого любит и кого воспринимает любящим, – на кого можно опереться;

• есть ли друзья, кто они;

• каковы интересы, участвует ли в спорте, как видит будущее, смысл своей жизни.

В процессе встреч важно слушать, изредка делая замечания, позволяющие посмотреть на проблему под другим углом, предлагая свой опыт решения трудностей или наглядные модели, схемы.

3. Обучение, соответствующее особенностям личности.

Обучение как целенаправленный процесс должно следовать за потребностями человека, соответствовать его уровню развития и личностным особенностям. Важно сформировать у подростка представления о:

• реалиях гей-жизни и проблемах, с ней связанных;

• признаках подлинной любви и ее суррогатов;

• причинах развития гомосексуальности и тех нуждах, которые с помощью нее удовлетворяются;

• вариантах здорового удовлетворения потребностей личности, о предназначении мужчины и женщины, о предназначении брака;

• промыслительном значении трудностей в становлении личности.

Со временем стоит больше «играть на опережение» и брать инициативу в разговоре на себя, чтобы вывести подростка из сконцентрированности на проблемах пола и взглянуть на жизнь в широком контексте. Для этого, в частности, рекомендуется меньше говорить о гомосексуальности как таковой, вообще не стоит упоминать это, пока подросток сам не заводит об этом разговор.

Важно научить подростка переформулировать проблемы, делая их простыми и решаемыми. Так, от глобального ощущения «все безнадежно» стоит перейти к следующим шагам:

• конкретному обсуждению состояния (ты влюбился? и как это?);

• снять с него маску трагизма (ну, это еще ничего не значит, в подростковом возрасте это бывает у многих, даже стадию такую психологи выделяют, когда подростку нравятся люди его пола);

• попытаться выявить причины (как ты думаешь, почему тебе понравился парень? все ли в порядке у тебя с дружбой в целом? одиночество – это всегда плохо? а как ты с ним справляешься? почему тебе понравился именно он, спортивный и уверенный в себе?);

• попытаться выявить подлинные желания и ложные решения (чего бы ты хотел от отношений с ним? нужен ли тебе секс с ним или важна просто крепкая дружба? помогает ли тебе на самом деле успокоиться фантазия о близости с ним или только заставляет больше чувствовать себя несчастным?);

• наметить пути поэтапного решения этой и схожих ситуаций в будущем (как подружиться с ним и снять дымку таинственности? что делать, если в голову лезут нечистые мысли? когда ты чувствуешь себя уверенно, как это достигается?).

Не обязательно строить общение по этой схеме, но так или иначе эти пункты стоит обсудить. Вообще, хорошо бы научить подростка яснее осознавать себя, свой внутренний, эмоциональный мир, отличать подлинные стремления сердца от легких путей получения удовольствия, активнее участвовать в формировании собственной жизни, прокладывании своего жизненного пути, не быть жертвой обстоятельств.

4. Свидетельства преодоления трудностей.

Подростку может быть интересно, как другие проживали похожие трудности, с какими трудностями в жизни сталкивается сам наставник. Совет здесь один: самораскрытие должно быть уместным, для поддержания доверия и передачи опыта, но не уводить от решения проблем, стоящих перед подростком. Возможно, стоит здесь предложить некоторые свидетельства других лиц, литературу общего плана – как подарок или в качестве домашнего задания.

5. Умение предложить реальную привлекательную перспективу в широком контексте.

Чтобы вырвать подростка из гомосексуальной сферы, его следует увлечь реальной положительной деятельностью, будь то учеба, интересное и полезное дело, общение в дружеской компании, спортивные и туристические мероприятия, культурное и духовное развитие. Подумайте, что из вышеперечисленного нравится вам самим, что могло бы понравиться ему. На практике это означает, что наставник будет реже использовать слова «надо», «должен», но больше предлагать, чтобы подросток пережил ощущение творческой свободы. Главный критерий здесь – чтобы дело нравилось и подростку, и наставнику. Опираясь на положительное, можно добиться гораздо большего, чем просто «борясь» с отрицательным.

Вместе с тем некоторые виды деятельности отличаются по уровню своей полезности. Так, если мы говорим о спорте, то наиболее полезным для мальчика будут командные игры, борьба, но зачастую подросток настолько не уверен в себе, что для начала ему стоит предложить одиночные или парные виды спорта. Также полезным будет освоение мужских специальностей – например, ремонт автомобиля, работа с инструментами, и пр. Для девочек, соответственно, такими делами могут стать рисование, кулинария, пошив одежды, танцы, уход за детьми и пр.

6. Регулярная забота, поддержка, одобрение.

Часто подросток, испытывающий конфликт в области пола, страдает от недостатка привязанности, невозможности кому-то довериться. Он может это маскировать бравадой рубахи-парня (девочки-«буч») или же отгораживаться от мира колкостями, философствованием и напускной грубостью, может просто тихо грустить и ждать общения, не привлекая к себе внимания, – но внутри это будет все тот же маленький ребенок, жаждущий любви. Взрослый человек, который сможет выстроить мостик к сердцу такого подростка, должен помнить об этой уязвимости и просто ободрять подопечного искренним словом.

Повышая свое мастерство в овладении видами спорта и занятиями, свойственными своему полу, в дружеском общении и преодолении трудностей, подросток будет повышать уверенность в себе, более успешно чувствовать себя в мире мужчин и женщин.

Но он также будет ждать ободрения, так что не стоит скупиться на похвалу, просто на напоминание о том, что он важен, что он – хороший сам по себе, даже вне зависимости от своих достижений. Хорошо, если наставник будет естествен в своем одобрении, помня, что может говорить на многих языках любви – подарков, добрых слов, объятий, помощи и просто времени, проведенного вместе.

Единственное условие здесь – заботу необходимо проявлять регулярно, а не от случая к случаю, по настроению. Можно установить определенный график встреч и регулярно вспоминать и напоминать себе о подростке в молитве.

7. Энергия тепла и радости в отношениях.

Лучшим показателем, что дело движется в правильном направлении, будет то, что подросток «расцветает»: он радостный, начинает проявлять успехи, осваивает новые виды деятельности – растет, – а мысли о влечениях перестают быть доминирующей темой в его мышлении.

Мы не знаем, как сложится дальнейшая судьба подростка, какой путь развития он выберет для себя. Это зависит от множества факторов, о которых не всегда знает и профессионал. Но отношения с наставником в дальнейшем будут для него неким ориентиром и точкой отсчета относительно того, какими в принципе могут быть человеческие отношения, а тот опыт и знания, которые он получит в процессе общения, пригодятся ему для того, чтобы сформировать новый, более зрелый взгляд на жизнь.

Как участие в жизни Церкви может помочь в решении проблем подростка.

Евангелие, жизнь Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа, Его учение и любовь, явленная делами, Его жертва за наши грехи – вот что побуждает большинство людей искать другой жизни, идти против своих желаний, бороться с привычками, меняться в отношении к ближним и, переступая через обиду, недоверие и страх, жить надеждой.

Именно в церковной общине мы учимся дружбе, и многие открывают для себя некоторые свои таланты; здесь появляются настоящие наставники и друзья.

Участие в богослужении, если оно правильно организовано (т. е. богослужение понятно, в меру), преображает подростка. Автор был свидетелем, как хулиганы и задиры становились доброжелательными и открытыми, как неуверенные в себе приобретали мир и спокойствие после молитвы, Исповеди, Причастия. Изменения касаются и внутреннего состояния: снижения тревожности, мнительности, поглощенности навязчивыми мыслями. Это дает возможность строить более здоровые отношения со сверстниками и тем самым утверждаться в своем поле. Но как подвести к этому подростка?

Вопрос здесь не может решаться механически: нельзя с самого начала знакомства требовать от него полноценного участия в церковной жизни. Вход в Церковь подростка должен быть свободным. Пока он не увидит плоды церковной жизни в жизни наставника, не услышит свидетельства, не увидит глаз, омытых слезами покаяния и озаренных радостью Встречи, для него будет непонятно, зачем все это.

У него может быть много предубеждений против Церкви. Лучше всего эти предубеждения снимаются Самим Евангелием. Возможно, читать его самостоятельно подростку будет сложно, и его стоит пригласить на молодежную группу, где происходят такие чтения, обсуждения, где организуются совместные поездки-паломничества. Хорошо, если эта группа будет состоять из тех, с кем подросток уже подружился в другой деятельности.

Богословы говорят о том, что спасение человека совершается совместным действием Бога и человека. Когда кто-то пытается как-то помочь подростку, надо помнить именно о том, что это нужно делать совместно, вместе с Богом. Наставник может молиться и проверять себя Евангелием, в ту ли сторону он двигается вместе с подопечным, нужно ли то, что он планирует предпринять, или нужно что-то другое. Следует уважать свободу подопечного, не навязывать правильный образ жизни, а свидетельствовать и уметь ждать. Не следует бояться ошибок: они неизбежны, и Господь о них знает и исправляет. Бояться стоит лишь одного: забыть, что все, что делает наставник, делается не для упрочения морали общества, не для спокойствия пап и мам, не для самореализации наставника. Это делается ради самого человека, для его настоящей, полноценной жизни, для его радости в Царстве Божием.

10 советов священнику.

1. Признать наличие проблемы и создать климат приятия, а не вступать в конфронтацию.

Прежде всего в церковных средствах массовой информации нельзя делать вид, что проблемы не существует. Безусловно, есть темы, которые требуют пристального внимания, но было бы неправильным обращать все внимание только на них. От проблем, связанных с полом, нельзя отворачиваться.

Проблема гомосексуальности – такая же, как проблема блуда, убийства, воровства, лжесвидетельства и пр. Гомосексуальность так же, как и другие страсти, отрывает человека от Бога. И это так же надо показать страдающему от своей страсти и желающему исправления. При доверительном отношении священника человек может раскрыть свою гомосексуальную страсть – у некоторых духовников такое было не раз. Более того, они замечают, что человеку не хочется об этом подробно говорить, достаточно понимания, а далее общая работа над собой, вне зависимости от того, какая именно страсть терзает сердце человека.

Учитывая, что страдающие от этой страсти внимательно следят за теми мыслями, которые высказывает священник, следует постараться донести мысль о том, что Господь принимает и этих людей как Своих блудных сынов и готов даровать им Свое прощение и исцеление. То, что гомосексуализм – это ненормально, знают все, поэтому лишний раз сказать об осуждении гомосексуалистов на адские муки означает только еще больше увеличить уныние в сердце и уменьшить шансы на то, что человек когда-нибудь обратится за помощью. Вступать в спор бессмысленно, верующие могут только свидетельствовать о радости иной жизни. Следует стремиться создать климат принятия, поддержки и любви к грешникам, а это возможно только тогда, когда проповедь больше будет строиться на том, что Христос сделал для нас. Рассказать о том, как Он принял блудницу Марию Магдалину, не отверг сборщика податей Матфея, как Он выступал против законнических осуждений блудницы, – это правильный путь проповедания. Утверждение веры в возможное исцеление от грехов во Христе – это радость, которую пастырь может принести иссохшему и разбитому сердцу.

2. Выслушать и вселить надежду.

При обращении отдельного человека пастырю прежде всего следует внимательно выслушать человека и ободрить его. Надежда – это то, чего так тщетно ищут многие, попавшие в сети зависимости от гомосексуализма. Поэтому уместным здесь будет напомнить слова апостола Павла:

«Или не знаете, что неправедные Царства Божия не наследуют? Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют. И такими были некоторые из вас; но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа и Духом Бога нашего» (1 Кор. 6:9–11).

Как мы видим, апостол понимал проблемы гомосексуального поведения и даже транссексуальности (некоторые исследователи полагают, что «малакии» означают именно гиперфеминизированных мужчин). И апостол не отталкивает грешника, а свидетельствует о преображающей силе благодати Святого Духа.

Дух уныния, тревоги стал постоянным спутником сегодняшнего урбанизированного человека, оторванного от родителей, друзей, от естественного обитания в природной среде. Этот дух противостоит Святому Духу, Духу жизни, любви и мира. И именно пастырь Христов должен поддерживать надежду, вселять радость и помогать бороться против разрушительного духа уныния.

Вместе с тем нужно быть реалистом и честно предупредить, что, хотя и нужно стремиться к изменению в т. ч. влечений, однако не для всех это окажется возможным. Можно с уверенностью ожидать лишь того, что взаимоотношения с окружающими перестанут быть поверхностными и приобретут большую глубину, улучшится общее эмоциональное состояние, человек сможет восстановить утраченное целомудрие. При этом, как замечает опытный врач-психиатр и священник о. Георгий Захарченко, «на невозможности преодоления акцентироваться не нужно, ведь невозможное человекам возможно Богу, и это безусловно, только надо человеку открыть себя Богу, а для этого существуют проверенные веками методы борьбы со страстями».

3. Уверить в том, что Бог любит каждого.

Третье, о чем следует напомнить несчастному, – это о том, как Бог нас любит. Гомосексуалы не верят в то, что Господь может любить их. Некоторые из них считают, что их чувства настолько порочны, что сама их молитва вызывает у Бога отвращение. И здесь снова нужно привести слова Писания:

«И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их (Быт.1:26–27).

Так как ты дорог в очах Моих, многоценен, и Я возлюбил тебя (Ис. 43:4).

Сказываю вам, что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (Лк. 15:7 и далее притча о блудном сыне).

Здесь можно также привести мнение преп. Макария Великого о том, что душа человеческая сотворена по подобию Духа Божия, и человек настолько велик, что превосходит ангелов, может быть другом Божиим, в нем может обитать Сам Господь. Тертуллиан говорит, что когда Бог творил наши тела, Он смотрел на Своего Сына как на образец (это важно упомянуть, поскольку многие гомосексуалисты ненавидят свое тело).

4. Побудить к углублению взаимоотношений с Богом.

Апостол Павел рассматривает гомосексуальность как одну из форм идолопоклонства души, забывшей Бога (Римл. 1:21–27). Поэтому перед пастырем стоит, прежде всего, задача помочь человеку открыть для себя Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа – через молитву, через осознанное чтение Слова Божия, через таинства Крещения, Исповеди и Причастия и жизнь по заповедям Божиим. При обращении человека с проблемами за помощью следует провести полную исповедь за всю жизнь, особо обращая внимание на то, чтобы простить и примириться в сердце со всеми ближними. Причастие Тела и Крови Христовых должно быть частым в меру духовного роста и подготовки.

Опыт церковных миссий на Западе свидетельствует о том, что начинать работу с проблемами гомосексуалов следует именно с углубления отношений с Богом.

«Гомосексуальные устремления, как и другие страсти, терзающие падшего человека, врачуются Таинствами, молитвой, постом, покаянием, чтением Священного Писания и святоотеческих творений, а также христианским общением с верующими людьми, готовыми оказать духовную поддержку». (Из «Социальной концепции Русской Православной Церкви», ХII.9.).

5. Вовлечь в общину и предложить служение.

Как пишет о. Георгий, «видятся в основном 2 подхода к «этим людям». Для тех, кто не видит проблемы, т. е. когда не созрел еще внутренний личностный конфликт – яркая правдивая информация. Для тех, кто хочет преодолеть – радость общения в нормальной среде (даже подчеркнуто гетеросексуальной) – это может быть православная молодежная община, где совместная деятельность (общественная, церковная, семейная и т. п.) является важной составляющей…само устройство правильной церковной общины – это и есть лучшее средство лечения как обсуждаемой проблемы, так и многих других». «Кто в христианской семье обычно получает большее благословение от воспитательного процесса – ребенок или родители? Побывав в обеих ролях, могу заверить вас, что родители. Если я служу вам, когда вы испытываете эмоциональную или физическую боль, то кто получает большее благословение, вы или я? Я убежден, что я. Исцеление гомосексуала, как и большинство других исцелений, обычно будет происходить в среде верующих. Таким образом, благословение получает не только человек, проходящий эту борьбу; оно изливается на всех, кого Бог использовал в процессе исцеления. Бог являет славу Свою перед всей общиной, и так благословляется и созидается Церковь», – пишет один из самых известных руководителей экс-гей движения Алан Медингер.

Безусловно, поскольку гомосексуализм вырастает на почве искажения взаимоотношений в семье, действенным способом исцеления будет создать для человека «вторую семью», а такой и должна быть настоящая крепкая церковная община. Впрочем, если родители и близкие еще живы, человеку с влечением к своему полу следует попытаться осознать неправильность семейного уклада и наладить отношения с близкими, – это длительный процесс, но он заметно повлияет на возвращение к норме.

Кроме того, предложив варианты социально полезной деятельности, можно сместить акценты восприятия действительности, которую гомосексуалы зачастую воспринимают исключительно через призму своих проблем в области пола.

6. Изучить вопрос.

Гомосексуальность самим гомосексуалам кажется явлением неизбывным, изначальной поврежденностью, с которой невозможно бороться. Иногда кажется, что Бог сотворил гомосексуалов такими или же это последствия первородного греха, как некоторая форма уродства. Опыт психиатрии, однако, подсказывает, что гомосексуальность закладывается в основном в детстве из-за неправильных отношений в семье, а может быть вызвана и опытом изнасилования (особенно в случае лесбиянства). Вместе с тем известны случаи изменения от гомосексуальности к гетеросексуальности.

Сегодня в мире распространено много лживых теорий относительно природы гомосексуализма. Думается, священнику не стоит подробно разбираться в том, почему они неправильны, однако следует внимательно изучить возможную динамику развития гомосексуальности (причины явления, связанные с семьей и окружением) и узнать о наиболее часто встречающихся проблемах гомосексуалов и методах работы с ними. Священнику лучше знать конкретные случаи и методы избавления от страсти гомосексуальности, чтобы не предлагать своему духовному чаду просто воздерживаться или вступить в брак. Зачастую невозможность последовать таким советам только усугубляет ситуацию.

7. Побудить к работе над собой и изменению отношений с ближними.

Гомосексуальность – это всегда лишь верхушка айсберга, маска, под которой скрывается личность взрослого ребенка с большим комплексом неполноценности: закрытого и недоверяющего (неискреннего), слабовольного, болезненно ищущего внимания и одобрения других, привыкшего решать все проблемы не напрямую, а подлаживаясь под людей, исполненного жалости к себе. Эти проблемы тянутся за ним из детства. Девушки также закрыты, но зачастую не позволяют себе быть «слабыми» и стремятся доказать силу своего характера. Как для юношей, так и для девушек характерно, что они не умеют адекватно выражать свои чувства, зачастую стремятся всех контролировать, не умеют дружить, дарить любовь и в особенности принимать ее. Почти всегда они несут в себе громадное бремя вины и отверженности вследствие изнасилования и участия в нечистых практиках, часто подвержены депрессиям или пристрастны к психоактивным веществам.

Пастырь должен убедить человека серьезно посмотреть на себя и решиться на то, чтобы в себе что-то менять. Человека следует побудить рассмотреть типичные проблемы гомосексуала или лесбиянки (самовосприятие, чувства, поведение и стиль отношений) и попытаться их проработать.

Пастырь – не психолог, он не должен быть им и чаще всего – и не может быть им. Психологические проблемы гомосексуала – это обычные проблемы, как мы сказали, взрослого ребенка с большим комплексом неполноценности, и методы чаще всего одинаковые. Наверное, надо разбираться в явлении, чтобы понять и, если возможно, сопереживать человеку, но для выбора метода пастырской работы это несущественно. От пастыря важнее выступить в роли руководителя, быть воплощением крепости, но и не забывать, что уместный юмор позволяет решать многие проблемы. Здесь играет большую роль сама личность священника, его готовность и способность стать истинным духовным отцом человеку с проблемами. Нужно сразу иметь в виду, что работа с невротичными людьми легкой быть не может.

8. Адресовать к специалисту и группам поддержки.

В некоторых случаях все же потребуется поддержка профессиональных консультантов[184]. Следует убедиться в том, что данный психотерапевт использует совместимые с христианством методики и разделяет точку зрения, согласно которой влечение по желанию клиента можно попытаться изменить. Также полезным будет для человека членство в группе поддержки.

Вместе с тем следует предупредить о подстерегающей здесь человека ошибке – заменить веру психологией. Следует постоянно напоминать, что действительное исцеление человека возможно лишь во Христе, а психологические методики являются лишь вспомогательными для обретения душевного здоровья. Как замечает о. Георгий, «есть сомнения, что следует буквально переносить западный опыт преодоления в наши условия и на нашу ментальность. В большинстве случаев там имеются лишь психические и эмоциональные терапевтические приемы, они не знают силу Св. Духа, вся немощная врачующую и оскудевающая восполняющую, и акцент делают на внешнем, мы же всегда смотрим вглубь – в сердце, – и начинаем там, и заканчиваем. Эта разница очень существенна. Именно поэтому мы (т. е. наши) и священники и миряне чувствуют и ожидают не внешних изменений, а внутреннего преображения, и именно поэтому так мало разработаны у нас внешние методы, и так богаты мы аскетическими приемами, но это надо понять для желающих преодолеть».

Также неправильно будет общаться на глубоком уровне только с пастырем, психологом и группой людей, имеющих сходные проблемы, – это будет означать лишь смену одной закрытости на другую. Нужно всячески побуждать человека с проблемами быть открытым общению со здоровыми верующими людьми.

9. Поручить человека ответственности семейной пары православных христиан или человеку того же пола, крепко укорененному в вере.

Обучение на примере верующих наставников – вот лучший способ возвратиться к нормальной жизни. Для многих гомосексуалов возвращение к нормальной жизни происходило по мере того, как искренние христиане учили их хорошо забытому в нашем обществе искусству настоящей дружбы. Наставник может и не знать проблем с половой ориентацией своего подопечного (однако для самого гомосексуала будет полезнее открыть свой недуг близким людям, которым он доверяет, – это важный шаг на пути к искренности и смиренному признанию своего несовершенства).

10. Не лечить, а заниматься профилактикой.

Однако, как говорит о. Георгий, «самой главной задачей я вижу все же не преодоление, а профилактику – воспитание МУЖЧИНЫ, защитника семьи, Церкви и отечества. (Так же и ЖЕНЩИНЫ.) Эта задача должна иметься в виду во всех мероприятиях и проектах, т. к. есть основа для правильной ориентации». В этом он согласен с последним руководителем европейского отделения миссии для экс-геев Exodus Грэмом Хазеллом, который говорит: «Из того немногого, что я знаю о ситуации в вашей стране, я бы сказал, что целевая аудитория семьи и подростков – основная, которую нужно достичь. Предотвращение через образование, противодействие неправдам этого мира будет иметь самое большое влияние. Те, кто уже в этом стиле жизни, придут к вам, если они узнают правду или хотят чего-то лучшего».

И действительно, сегодня самая насущная задача – заняться просветительской работой с семьей. Устраивать беседы по проблемам воспитания детей, особенно в неполных и второбрачных семьях, из которых наиболее часто выходят люди с проблемами. Разработать и предложить формы досуговой деятельности (походы и пр.), которые бы способствовали социальной адаптации подростков с проблемами. Лучше, когда в этих походах и прочих сборах находятся не более 1–2 человек со схожими проблемами, чтобы мероприятия не превратились в место для культивации своих глубоких и тяжелопреодолеваемых чувств. Также следует по возможности привлекать взрослых мирян и студентов для работы с такими детьми. Социальное служение больше дает душе человека, чем даже занятия академическим богословием, общение в Интернете или членство в движениях с неясными целями.

Хотелось бы надеяться, что и наши духовные школы обратят внимание на данный вопрос, и в их программу будут введены психологические дисциплины, в особенности психология развития личности и основы клинической психологии, будут разработаны курсы, объединяющие основы православной аскетики с современными знаниями по психологии.

Как же все-таки относиться к гомосексуализму?[185].

Нужно перестать обвинять гомосексуалистов во всех мировых несчастьях, проявляя к ним ненависть и презрение. Поверьте, эти люди и сами себя не очень любят.

Сами гомосексуалисты предпочли бы, чтобы их считали жертвами предрассудков и несовременной морали. Но поступить так значит позволить им и дальше разрушать свои жизни и заражать этим молодежь (в переносном и прямом смысле). Да, они жертвы. Но не только плохих родителей, жестоких сверстников и маньяков, а в первую очередь – самих себя. Они обмануты, потому что хотят быть обманутыми.

Мы не должны способствовать укоренению заблуждений и грехов. К гомосексуалистам нужно относиться с пониманием и состраданием, но и не допускать двусмысленности в нашем отношении к гомосексуализму: «Забывших добрую и богоугодную жизнь и мудрствующих не по правым и боголюбивым догматам не должно ненавидеть, а более жалеть, как оскудевших рассуждением и слепотствующих сердцем и разумом: ибо принимая зло за добро, они гибнут от неведения» (преп. Антоний Великий).

Когда ко Христу привели женщину, взятую в прелюбодеянии, Он не сказал ей: «Ты сделала это по любви, это тебя извиняет». Нет, Иисус сказал ей: «Иди, и впредь не греши». Впоследствии она стала Его преданной ученицей; церковное предание отождествило эту женщину с Марией Магдалиной.

Для Бога каждый человек, независимо от его ориентации, бесконечно дорог. Христос умер, чтобы даровать нам всем свободу от греха и мир Божий, чтобы души, измученные отчаянием, нашли себе покой и радость. Господь готов принять всех, и ангелы больше всего радуются именно тогда, когда закоренелый грешник обращается к Богу. Когда Церковь через священников, пастырей и проповедников свидетельствует к гомосексуалистам, об этом нужно говорить, говорить громче и сильнее. Возможно, чье-то сердце откликнется, и будет еще одно прощение, и будет еще одна новая жизнь.

Вот что говорит по этому поводу основатель монашества преп. Антоний Великий: «Кто от всего сердца не возымеет ненависти к тому, что свойственно вещественной и земной плоти, и ко всем ее движениям и действиям, – и ума своего не восторгнет горе к Отцу всех, тот не может получить спасения. Кто же сделает это, над трудами того умилосердится Господь наш, и дарует ему невидимый и невещественный огнь, который попалит все находящиеся в нем страсти и совершенно очистит ум его. Тогда возобитает в нем Дух Господа нашего Иисуса Христа, и пребудет с ним, научая его поклонению Отцу достодолжному. Но пока мы соуслаждаемся вещественной плоти своей, дотоле врагами бываем Богу и Ангелам Его и всем святым. Умоляю же вас именем Господа нашего Иисуса Христа, не нерадите о жизни вашей и спасении вашем, и не попустите этому времени мгновенному похитить у вас вечности, которой конца нет, и этому телу плотяному лишить вас царства светов, беспредельного и неизглаголанного. Истинно смущается душа моя и дух мой цепенеет от того, что когда свобода нам дана, чтобы избирать и делать дела святых, мы, опьяневши страстьми, подобно пьяным от вина, не хотим умов наших воздвигнуть горе и взыскать вышней славы, не хотим подражать деяниям святых, или последовать стопам их, чтобы, сделавшись наследниками дел их, получить вместе с ними и наследие вечное». (Добротолюбие в русском переводе, т. 1.).

И последнее. Если вы чувствуете, что не можете говорить по теме вдумчиво и без эмоций, воздержитесь от того, чтобы вступать в дискуссии. Этим вы поможете человеку, которого можно нечаянно обидеть, а также его будущим собеседникам.

Библиография.

Древнехристианские источники:

Апостольские постановления.

Http://www.krotov.info/acts/04/2/constit_apost.htm.

Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов.

Http://www.sedmitza.ru/index.html?did=34942.

Климент Александрийский. Педагог.

Http://www.pagez.ru/lsn/0102.php#2.

Климент Римский. О Ересях.

Http://www.biblicalstudies.ru/Lib/Apostol/Kliment8.html.

Постановления Апостольские.

Http://www.krotov.info/acts/04/2/constit_apost.htm.

Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста архиепископа константинопольского. Беседы на 1-е послание к Коринфянам. М., 1999 г.

Современные православные издания.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. М., 1993 г.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Брак в православии. М., 1996 г.

Митрополит Антоний Сурожский. Вопросы семьи и брака. Киев: Пролог, 2005 г.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М.: Издательство Данилова монастыря, 2000 г.

Прот. Николай Балашов. И сотворил Бог мужчину и женщину. М.: Издательство Данилова монастыря, 2000 г.

Троицкий С.В. Христианская философия брака. М., 1996 г.

Издания, отражающие взгляд других религий.

Альфонсо Лопес Кинтас. Человеческая Любовь – смысл и достижения. М., 1997 г.

Бог преображает семью. Сборник статей. Краков, 1993 г.

Джон Пауэлл. Как устоять в любви. М., 1993 г.

Льюис. Просто христианство. М., 1999 г.

Http://psylib.org.ua/books/lewis02/index.htm.

Любовь и секс в исламе. М., Издательский дом «Ансар». 2004.

Люкимсон П., Котлярский М. Евреи и секс. М., 2005 г.

Розберг Гарри и Барбара. Что нужно ей? Что нужно ему? М., Триада, 2006 г.

Смолли 3. Трент Д. Любовь в христианском браке. М., «Триада», 2003 г.

Источники, отражающие психологический взгляд на тему сексуальных отношений.

Берн. Э. Секс в человеческой любви. М., Эксмо, 2004 г.

Валерио Альбисетти. Терапия супружеской любви. М., Паолине, 2001 г.

Гери Чепмен. Пять языков любви. М., 2007 г.

Грей Д. Мужчины с марса, женщины с венеры. М., 2006 г.

Грей Д. Марс и Венера в любви. М., 2005 г.

Грей Д. Марс и Венера в спальне. М., 2003 г.

Мэй Р. Любовь и воля. М.: «Рефл-бук» – К.: «Ваклер», 1997 г.

Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1991 г.

Франкл. В. Воля к смыслу. М., 2001 г.

Интернет-публикации.

Гелясов А. О контрацепции.

Http://community.livejournal.com/ustav/302561.html.

Дискуссия на интернет-форуме http://www.cdrm.ru.

Http://www.cdrm.ru/ibforum/index.php?s=&showtopic=4100&view=findpost&p=40697.

Зайцев А. Проблема пола в церковном браке.

Http://www.devam.ru/life/family/pol.html.

Закрытая интернет-дискуссия в блоге livejournal.com. Публикуется с разрешения автора.

Http://users.livejournal.com/_mnx_/66655.html.

Ианнуарий (Ивлиев), Архимандрит. Брак в Новом.

Завете.

Http://www.feosobor.ru/db/493/

Игумен Валериан (Головченко). Про «это» – православным.

Http://o-val.ru/st/pe.htm.

Козырев Ф.Н. Церковь и пол.

Http://www.kiev-orthodox.org/site/family/1340/

Http://www.kiev-orthodox.org/site/family/1341/

Кураев Андрей, протодьякон. Постового устава супружеских отношений не существует.

Http://diak-kuraev.livejournal.com/14764.html.

Материалы Круглого стола «Семья в современной Церкви».

Http://www.cdrm.ru/project/26-04-07/

Митрофанов Георгий, протоиерей. Выступление на Круглом столе «Семья в современной Церкви».

Http://www.cdrm.ru/project/26-04-07/mitrof2.htm.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

Http://srechkunov.narod.ru/sex.htm.

Священник Николай Емельянов. Грех – это то, что мешает любить.

Http://www.foma.ru/articles/1002/

Смирнов Дмитрий, протоиерей. Аудиозапись публичного выступления. 2005 г.

Http://www.cdrm.ru/temp/smirnov-so.mp3.

Уминский Алексий, протоиерей. Выступление на Круглом столе «Семья в современной Церкви».

Http://www.cdrm.ru/project/26-04-07/uminsk.htm.

Примечания.

1.

Игумен Валериан (Головченко). Про «это» – православным. http://o-val.ru/st/pe.htm/. Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

2.

Прот. Николай Балашов. И сотворил Бог мужчину и женщину. – М.: Издательство Данилова монастыря, 2000.

3.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

4.

Любовь и секс в исламе. – М.: Издательский дом «Ансар», 2004.

5.

Люкимсон П., Котлярский М. Евреи и секс. – М., 2005.

6.

Люкимсон П., Котлярский М. Евреи и секс. – М., 2005.

7.

Митрофанов Георгий, протоиерей. Выступление на «круглом столе» «Семья в современной Церкви». http://www.cdrm.ru/project/26-04-07/mitrof2.htm/ Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

8.

Прот. Николай Балашов. И сотворил Бог мужчину и женщину. – М.: Издательство Данилова монастыря, 2000.

9.

Альфонсо Лопес Кинтас. Человеческая любовь – смысл и достижения. – М., 1997.

10.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

11.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

12.

Франкл В. Воля к смыслу. – М., 2001.

13.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

14.

Там же.

15.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

16.

Там же.

17.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

18.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

19.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

20.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

21.

Там же.

22.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

23.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

24.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

25.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

26.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

27.

Там же.

28.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

29.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991.

30.

Пауэлл Джон. Как устоять в любви. – М., 1993.

За свою жизнь католический священник Джон Пауэлл написал множество книг, однако книга «Как устоять в любви» – единственная переведенная на русский язык. К сожалению, Джон Пауэлл в свое время был обвинен в сексуальных домогательствах. Несмотря на это мы уверены, что осмысление темы любви, предложенное Джоном Пауэллом, достаточно уникально для русскоязычной религиозной литературы и не может быть обойдено вниманием исследователей этой темы. Мысли и рассуждения, содержащиеся в книге «Как устоять в любви», способны дать пищу для размышлений в поиске православного подхода к теме человеческой любви.

31.

Пауэлл Джон. Как устоять в любви. – М., 1993.

32.

Пауэлл Джон. Как устоять в любви. – М., 1993.

33.

Там же.

34.

Пауэлл Джон. Как устоять в любви. – М., 1993.

35.

Там же.

36.

Пауэлл Джон. Как устоять в любви. – М., 1993.

37.

Там же.

38.

Гери Чепмен. Пять языков любви. – М., 2007.

39.

Гери Чепмен. Пять языков любви. – М., 2007.

40.

Грей Д. Мужчины с Марса, женщины с Венеры. – М., 2006.

41.

Там же.

42.

Там же.

43.

Грей Д. Мужчины с Марса, женщины с Венеры. – М., 2006.

44.

Там же.

45.

Грей Д. Мужчины с Марса, женщины с Венеры. – М., 2006.

46.

Розберг Гэри и Барбара. Что нужно ей? Что нужно ему? – М.: Триада, 2006.

47.

Розберг Гэри и Барбара. Что нужно ей? Что нужно ему? – М.: Триада, 2006.

48.

Там же.

49.

Розберг Гэри и Барбара Что нужно ей? Что нужно ему? – М.: Триада, 2006.

50.

Франкл В. Человек в поисках смысла. – М., 1991; Франкл В. Воля к смыслу. – М., 2001.

51.

Берн Э. Секс в человеческой любви. – М.: Эксмо, 2004.

52.

Мэй Р. Любовь и воля. – М.: «Рефл-бук» – К.: «Ваклер», 1997.

53.

Грей Д. Мужчины с Марса, женщины с Венеры. – М., 2006; Грей Д. Марс и Венера в любви. – М., 2005; Грей Д. Марс и Венера в спальне. – М., 2003.

54.

Грей Д. Марс и Венера в спальне. – М., 2003.

55.

Козырев Ф.Н. Церковь и пол. (Новое издание: Козырев Ф.Н. Брак и семья в православной традиции: как на самом деле относится Церковь к плотской любви. – Москва: Эксмо, 2008. – Прим. ред.).

56.

Козырев Ф.Н. Церковь и пол.

57.

Козырев Ф.Н. Церковь и пол.

58.

Там же.

59.

Козырев Ф.Н. Церковь и пол.

60.

Троицкий С.В. Христианская философия брака. – М., 1996.

61.

Троицкий С.В. Христианская философия брака. – М., 1996.

62.

Эта глава – статья «Что говорит Библия о телесной стороне любви» из книги Десницского А.С. «Сорок вопросов о Библии», изд-во «Даръ».

63.

Троицкий С.В. Христианская философия брака. – М., 1996.

64.

Там же.

65.

Там же.

66.

Климент Александрийский. Педагог.

67.

Постановления Апостольские. http://www.krotov.info/acts/04/2/constit_apost.htm.

68.

Климент Римский. О ересях. http://www.biblicalstudies.ru/Lib/Apostol/Kliment8.html.

69.

Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов. http://www.sedmitza.ru/index.html?did=34942.

70.

Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского. Беседы на 1-е послание к Коринфянам. – М., 1999.

71.

Мы взяли на себя смелость прибавить лишний стих к цитируемому Златоустом.

72.

Бог преображает семью. Сборник статей. – Краков, 1993.

73.

Бог преображает семью. Сборник статей. – Краков, 1993.

74.

Любовь и секс в исламе. – М.: Издательский дом «Ансар», 2004.

75.

Троицкий С.В. Христианская философия брака. – М., 1996.

76.

Митрополит Антоний Сурожский. Вопросы семьи и брака. – Киев: Пролог, 2005.

77.

Митрополит Антоний Сурожский. Вопросы семьи и брака. – Киев: Пролог, 2005.

78.

Там же.

79.

Митрополит Антоний Сурожский. Вопросы семьи и брака. – Киев: Пролог, 2005.

80.

Митрополит Антоний Сурожский. Вопросы семьи и брака. – Киев: Пролог, 2005.

81.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Семья и регулирование рождаемости. http://www.kiev-orthodox.org/site/family/732/#gio Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

82.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Семья и регулирование рождаемости.

83.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Семья и регулирование рождаемости.

84.

Там же.

85.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Семья и регулирование рождаемости.

86.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Семья и регулирование рождаемости.

87.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Семья и регулирование рождаемости.

88.

Прот. Николай Балашов. И сотворил Бог мужчину и женщину. – М.: Издательство Данилова монастыря, 2000.

89.

Там же.

90.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. – М.: Издательство Данилова монастыря, 2000.

91.

Прот. Николай Балашов. И сотворил Бог мужчину и женщину. – М.: Издательство Данилова монастыря, 2000.

92.

Прот. Николай Балашов. И сотворил Бог мужчину и женщину. – М.: Издательство Данилова монастыря, 2000.

93.

Там же.

94.

Смирнов Дмитрий, протоиерей. Аудиозапись публичного выступления. 2005 г. http://www.cdrm.ru/temp/smirnov-so.mp3.

95.

Священник Николай Емельянов. Грех – это то, что мешает любить. http://www.foma.ru/article/index.php?news=2342.

96.

Митрофанов Георгий, протоиерей. Выступление на «круглом столе» «Семья в современной Церкви».

97.

Материалы «круглого стола» «Семья в современной Церкви». http://www.cdrm.ru/project/26-04-07/ Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

98.

Материалы «круглого стола» «Семья в современной Церкви».

99.

Зайцев А. Проблема пола в церковном браке. http://www.devam.ru/life/family/pol.html Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

100.

Зайцев А. Проблема пола в церковном браке.

101.

Там же.

102.

Зайцев А. Проблема пола в церковном браке.

103.

Там же.

104.

Зайцев А. Проблема пола в церковном браке.

105.

Игумен Валериан (Головченко). «Про «это» – православным» (http:\\o-val.ru\st\pe.htm).

106.

Там же.

107.

Игумен Валериан (Головченко). «Про «это» – православным» (http:\\o-val.ru\st\pe.htm).

108.

Там же.

109.

Игумен Валериан (Головченко). «Про «это» – православным» (http:\\o-val.ru\st\pe.htm).

110.

Там же.

111.

Игумен Валериан (Головченко). «Про «это» – православным» (http:\\o-val.ru\st\pe.htm).

112.

Закрытая интернет-дискуссия в «блоге» livejournal.com. Публикуется с разрешения автора. http://users.livejournal.com/_mnx_/66655.html Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику. (Доступ к записи ограничен автором. – Прим. ред.).

113.

Закрытая интернет-дискуссия в «блоге» livejournal.com. Публикуется с разрешения автора.

114.

Дискуссия на интернет-форуме http://www.cdrm.ru; http://www.cdrm.ru/ibforum/index.php?s=&showtopic=4ioo&view=findpost&p=4°697.

115.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве. http://srechkunov.narod.ru/sex.htm Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

116.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

117.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

118.

Там же.

119.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

120.

Там же.

121.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

122.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

123.

Там же.

124.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

125.

Речкунов С. Немного о сексе, семье и монашестве.

126.

Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского. Беседы на 1-е послание к Коринфянам. – М., 1999.

127.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

128.

Там же.

129.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

130.

Там же.

131.

Там же.

132.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

133.

Там же.

134.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

135.

Там же.

136.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

137.

Там же.

138.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

139.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

140.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

141.

Зеньковский Василий, протоиерей. На пороге зрелости. – М., 1993.

142.

Там же.

143.

Ианнуарий (Ивлиев), архимандрит. Брак в Новом Завете. http://www.cdrm.ru/ibforum/index.php?show-topic=679i Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

144.

Ианнуарий (Ивлиев), архимандрит. Брак в Новом Завете.

145.

Апостольские постановления http://www.krotov.info/acts/04/2/ constit_apost.htm Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

146.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. – М.: Издательство Данилова монастыря, 2000.

147.

Апостольские постановления.

148.

Кураев Андрей, протодьякон. Постового устава супружеских отношений не существует. http://diak-kuraev.livejournal.com/14764.htm Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

149.

Кураев Андрей, протодьякон. Постового устава супружеских отношений не существует.

150.

Там же.

151.

Там же.

152.

Там же.

153.

Кураев Андрей, протодьякон. Постового устава супружеских отношений не существует.

154.

Там же.

155.

Там же.

156.

Кураев Андрей, протодьякон. Постового устава супружеских отношений не существует.

157.

Кураев Андрей, протодьякон. Постового устава супружеских отношений не существует.

158.

Гелясов А. О контрацепции. http://anton-gelyasov.livejournal.com/4785.html.

159.

Там же.

160.

Гелясов А. О контрацепции. http://anton-gelyasov.livejournal.com/4785.html Далее в книге данная работа цитируется по этому источнику.

161.

Гелясов А. О контрацепции.

162.

Гелясов А. О контрацепции.

163.

Мейендорф Иоанн, протоиерей. Семья и регулирование рождаемости.

164.

Подобное мнение явным образом не согласуется с Деян. 15,29 и 21,25.

165.

К сожалению, часто ему присваивают вселенский статус, что не соответствует исторической правде.

166.

Аргумент неубедительный, так как для этой женщины, как еврейки, были обязательны ветхозаветные предписания, а вопрос идет об обязательности их для христиан.

167.

Любопытный контраст с толкованием свт. Дионисия Александрийского.

168.

Строматы з, 12; Mg. 8,1197.

169.

Цит. по Троицкий С.В. Христианская философия брака. Гл.6. Нечистота родовой жизни.

170.

Блаженный Феодорит Кирский. Толкование на книгу Левит, вопрос 14.

171.

О чем свидетельствует, например, святой Григорий Богослов в надгробном слове сестре.

172.

Святитель Иоанн Златоуст. Беседа на день Крещения Христова Святителя Иоанна Златоустого. // Творения, т. 2. книга 1, и Толкования на святого Матфея Евангелиста. Беседа 31. // Творения, т. 7. Почаевская лавра, 2005, с. 352.

173.

Блаженный Феодорит Кирский. Толкование на книгу Левит, вопрос 12.

174.

Преп. Ефрем Сирин. Толкование на Четвероевангелие // Творения, т.8. ТСЛ, 1995, с.100–118.

175.

Цит. по Троицкий С.В. Христианская философия брака. Гл.6. Нечистота родовой жизни.

176.

Пособие по практическому руководству. О Законодательстве церковном. О венчании, п. 21.

177.

Диакон Андрей Кураев. Женщина в Церкви.

178.

Http://www.rocor.de/Vestnik/20022/html/07_pavel.htm. Исходя из логики статьи, думается, что это связано с уступкой традиции.

179.

Как мы видим, здесь святитель Григорий также толкует повествование о кровоточивой, как превосходство Нового Завета над Ветхим.

180.

Цит. по: Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов. СПб., 2001, с. 33–36.

181.

Николоси Дж., Николоси Л.Э. Предотвращение гомосексуальности: Руководство для родителей / Пер. с англ. Я.А. Михневич под ред. В.С. Стрелова. – М.: Независимая фирма «Класс», 2008.

182.

Медингер А. Возмужание: снова в путь! – М.: Триада, 2009.

183.

Remafedi G., et al. (1992) Demography of Sexual Orientation in Adolescents. Pediatrics, vol. 89, 714–721.

184.

Можно адресовать человека к сайту Преодоление-Х (www.overcoming-x.ru).

185.

Взято с http://www.overcoming-x.ru с разрешения редакции сайта.

Оглавление.

Двое во едину плоть: Любовь, секс и религия. Об этой книге и об ее авторах. Секс, любовь и брак – общие контуры проблем. О сексуальном просвещении. О современных светских подходах к отношениям между полами. Человек, любовь и половые отношения по В. Франклу. О человеке. Половые отношения в свете теории В. Франкла. Секс как проявление любви. Что происходит с любовью после свадьбы, или «Пять языков любви». Мужской и женский миры. Об основных принципах взаимоотношения мужчин и женщин. Сексуальные отношения супругов. О православном взгляде на сексуальные отношения супругов. Церковь и пол. Что говорит Библия[62]. О «традиционном» взгляде на сексуальные отношения супругов. Греховен ли секс? Мнения современных авторов. Мнения «неправославных» авторов. Мнения православных авторов. Мнения интернет-авторов. Поиски православного подхода – протоиерей Василий Зеньковский. Интимные отношения супругов и каноническое право. Общие замечания. Каноны о святости брачного союза. Пост и супружеские отношения. О контрацепции. Заключение. Приложение 1. Можно ли женщинам во время месячных ходить в храм и причащаться? Заключение. Приложение 2. О проблеме гомосексуальности (В. С. Стрелов). Христианин перед лицом гомосексуализма. Сценарий гомосексуального развития. Признаки проблемы в подростковом возрасте. Составляющие гомосексуальности. Реакция родителей. Комплексный подход к решению проблем подростка. Модель общения родителей с подростком. Чем может помочь наставник (педагог, молодежный работник)? Отношения с родителями. Работа наставников с подростком, основные принципы. Как участие в жизни Церкви может помочь в решении проблем подростка. 10 советов священнику. Как же все-таки относиться к гомосексуализму?[185]. Библиография. Примечания. 1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 15. 16. 17. 18. 19. 20. 21. 22. 23. 24. 25. 26. 27. 28. 29. 30. 31. 32. 33. 34. 35. 36. 37. 38. 39. 40. 41. 42. 43. 44. 45. 46. 47. 48. 49. 50. 51. 52. 53. 54. 55. 56. 57. 58. 59. 60. 61. 62. 63. 64. 65. 66. 67. 68. 69. 70. 71. 72. 73. 74. 75. 76. 77. 78. 79. 80. 81. 82. 83. 84. 85. 86. 87. 88. 89. 90. 91. 92. 93. 94. 95. 96. 97. 98. 99. 100. 101. 102. 103. 104. 105. 106. 107. 108. 109. 110. 111. 112. 113. 114. 115. 116. 117. 118. 119. 120. 121. 122. 123. 124. 125. 126. 127. 128. 129. 130. 131. 132. 133. 134. 135. 136. 137. 138. 139. 140. 141. 142. 143. 144. 145. 146. 147. 148. 149. 150. 151. 152. 153. 154. 155. 156. 157. 158. 159. 160. 161. 162. 163. 164. 165. 166. 167. 168. 169. 170. 171. 172. 173. 174. 175. 176. 177. 178. 179. 180. 181. 182. 183. 184. 185.