Массаж гейши. Изысканная романтика секса.

Тату и канжи.

Эротическая татуировка произвела целый бум в Японии. В XVII–XIX веках ею широко пользовались гейши, обходя тем самым запрет на демонстрацию обнаженного тела. Покрытая разноцветными узорами кожа имитировала одежду, делая при этом женщину еще более соблазнительной. На телах извивались драконы, просвечивали сквозь листву сказочные птицы, загадочно улыбались красотки в роскошных кимоно. Мужчины никогда не пропускали такую женщину. И, конечно, самой сексуальной была невидимая тату. Узор проступал только на разгоряченном теле, например, после бани или во время любовного акта. Можете себе представить какой восторг испытывал мужчина, когда перед ним внезапно возникала «живая картинка».

Современные мастера, кстати, не отстают от своих предшественников и делают тату, невидимую при обычном свете, но проявляющуюся в ультрафиолетовых лучах.

Существует одна интересная история, которую поведал миру писатель Дзюнъитиро Танидзаки. Именно с нее и начался период рисунков, названный «эротическими тату».

Давным-давно в Японии жил мастер татуировки по имени Сэйкити. Он был настолько знаменит, что к нему обращались даже самураи. Работая над татуировками, Сэйкити испытывал наслаждение от стонов несчастного, в которого вонзал свои иглы. Больше всего ему нравились самые болезненные процедуры: нанесение ретуши и пропитка киноварью. Люди, безмолвно терпевшие боль, вызывали у него раздражение, и он старался сломить их волю, подчинить себе.

Сэйкити много лет мечтал создать шедевр на коже прекрасной женщины. Важнее всего для него был характер дамы – красивого лица и стройной фигуры ему было мало. Четыре года он лелеял свою мечту и вот однажды увидел обнаженную женскую ножку, выглядывавшую из паланкина, который ожидал у ворот ресторанчика в Фукагаве, возле его дома. Сэйкити ножка могла сказать не меньше, чем лицо. Но Сэйкити все равно последовал за паланкином, надеясь разглядеть и лицо незнакомки, только вот через некоторое время потерял паланкин из виду.

После это встречи прошел еще год. К Сэйкити как-то раз пришла девушка с поручением от знакомой гейши. Девушка была майко – ученица, готовящаяся стать гейшей. Было ей лет пятнадцать-шестнадцать, но лицо ее несло следы зрелой красоты. Глядя на ее изящные ножки, Сэйкити спросил, не случалось ли ей год назад ожидать в паланкине возле ресторанчика «Хирасэй». Девушка ответила, что она часто бывала там с отцом и это вполне возможно.

Сэйкити понял, что это его шанс. Усыпив девушку хлороформом, он принялся за работу. Писалось в истории об этом так: «Душа молодого татуировщика растворялась в густой краске и словно переходила на кожу девушки». Мастер трудился всю ночь, и к утру на спине девушки появился огромный паук. Каждый раз, когда девушка глубокого вдыхала и выдыхала воздух, лапы паука шевелились, как живые. Паук сжимал девушку в своих объятиях.

Сэйкити сказал, что теперь в Японии нет женщины, которая могла бы сравниться с ней. Все мужчины станут грязью у ее ног.

Надо уточнить, что рисунки татуировок глубоко символичны. В японской традиции узор из хризантем означал стойкость, из пионов – богатство, из цветков вишни – быстротечность жизни. А паук неизменно завоевывает мужчин.

Если же вернуться к истории японского мастера Сэйкити, то она завершилась трагично. Благодаря его таланту, прекрасная майко, обзаведясь пауком, обрела неземную красоту и силу. И первой жертвой ее чар стал сам художник. Девушка ушла, оставив ему в удел лишь страдание.