Психология обмана. Как, почему и зачем лгут даже честные люди.

Лечение закоренелых лжецов.

Ложь плотно связана с эгосинтонной деятельностью. Она не причиняет никаких неудобств лжецу до негативных последствий. Например, продавец без угрызений совести соврет о полезности товара, но расстроится, потеряв покупателя, раскрывшего его обман. Так как ложь может стать средством защиты эго и быть тесно связана с самообманом, закоренелые лжецы редко сами обращаются за помощью к психологам и психиатрам. Почти всегда на лечении настаивают супруги, родители или работодатели.

Первой задачей, которая встает перед клиническим врачом, – провести всестороннюю оценку. Врач определяет, страдает ли пациент от церебральной дисфункции или неспособности к обучению, и если да, то связаны ли они со склонностью пациента к обману. Иногда полученное знание о дисфункции головного мозга помогает семье меньше осуждать лжеца и наладить нормальное общение. Вторая задача клинического врача – определить наличие или отсутствие у пациента патологических психиатрических синдромов, которые облегчают процесс обмана. Если эти синдромы присутствуют, то их необходимо лечить. В‑третьих, успешное лечение диктует установку и развитие доверительных отношений между врачом и пациентом. Это необязательно подразумевает открытое противостояние лжи. Так как ложь – это социальное явление, то супругов и других членов семьи иногда необходимо включить в курс лечения.

Два клинических случая иллюстрируют некоторые проблемы, связанные с лечением закоренелых лжецов.

Неуспевающий студент колледжа.

Спенсер, 20‑летний студент колледжа, направлен на психотерапию после того, как его родители узнали, что он регулярно обманывал их относительно своей учебы. Он пропускал занятия, не выполнял задания и не приходил на экзамены. Обычно он бросал курс в последнюю минуту (чтобы не провалить экзамен). В результате он сдал предметы только за один семестр в конце второго года обучения сразу в трех университетах.

Отец Спенсера был успешным бизнесменом, любое предприятие, которое он затевал, процветало. Требовательный перфекционист, он ожидал, что воспитанный, красивый и интеллектуально одаренный сын пойдет по его стопам. Мать Спенсера управляла загородным клубом. Несмотря на хорошее социальное и финансовое положение семьи и собственные врожденные способности, Спенсер страдал от низкой самооценки. Он считал, что ему ни при каких обстоятельствах не повторить достижения отца и не оправдать его ожидания. Он врал о своих успехах в школе, у девушек, с которыми встречался, об атлетических достижениях, о чем угодно, лишь бы поддерживать образ, которому ему надлежало соответствовать.

Спенсер, несмотря на отсутствие желания проходить психотерапию, оказался послушным пациентом и соблюдал все наставления врача. Терапевт ни в чем не противостоял ему, терпеливо выслушивал байки о вымышленных личных достижениях, о богатстве и влиятельности семьи. Менее приукрашенными и более реалистичными были тревоги Спенсера, связанные с девушками и учебой. Спенсер устроился на полставки в библиотеку колледжа, лечащий врач похвалил за проявленную инициативу и качество работы. Врач рассматривал эту работу и другие отдельные поступки как необходимые Спенсеру шаги по формированию собственной независимой личности и повышению самооценки.

Родители Спенсера с пренебрежением отозвались о его новой работе и остались недовольны тем, что он не добился больших успехов в психотерапии. Вскоре Спенсер бросил лечение и в последнем телефонном разговоре сказал, что собирается поступать в очередной колледж.

Психотерапия может быть сложной и медленной, когда причина компульсивной лжи – низкая самооценка. Долгое, но успешное лечение «Тома», описанное Дитрихом (1991), доказывает необходимость терапии открыть пространство для роста и развития личности в целом. Кохут (1984) подчеркивал необходимость неосуждающего и сопереживающего подхода и предположил, что ложь, сказанная в рамках лечения, может представлять собой осторожные попытки пациента защитить свою независимость.

Муж-подкаблучник.

Жалобы, которые привели Кендалла в кабинет психотерапевта, на первый взгляд напоминали жалобы Фредди (см. главу 7). Кендалл согласился на лечение из-за жены. Патриция уверяла, что уйдет от мужа, если он не перестанет лгать. Их брак начался с утверждения, что он выплатил долг за ее свадебное кольцо. На самом деле он израсходовал кредитный лимит на их дорогой медовый месяц, который она потребовала. Он постоянно врал (в ответ на ее многочисленные вопросы), сколько потратил на ланч, одежду и всякую всячину. Патриция оставляла ему список рутинной работы по дому и злилась, когда он врал, что все исполнил. Кендалл лгал в ответ почти на все ее вопросы, включая вопросы о том, где он был, когда опаздывал на ужин. Патриция – целеустремленный юрист, работала секретарем в суде, она всегда очень серьезно относилась ко лжи мужа и проводила безжалостный допрос с пристрастием при каждом случае обмана. В конце концов она пришла к выводу, что ее муж – «компульсивный лжец», и «отправила» его на психиатрическое лечение.

В детстве и подростковом возрасте Кендалла сходным образом контролировал отец, властолюбивый офицер в отставке. Кендалл реагировал так же, врал, что выполнил домашнее задание и работу по дому. Он лгал, даже когда знал, что правда всплывет и разозлит отца. Кендалл был способен на ложь практически всегда, чтобы избежать прямого противостояния и публичного разоблачения. Он уклонялся от социальных мероприятий из-за страха выставить себя дураком. Ему сложно было даже сказать «нет» продавцу, и иногда он покупал ненужные ему вещи. Важно отметить, что Кендалл лгал не во всех сферах своей жизни. Он был ценным, опытным и честным сотрудником в некрупной бухгалтерской фирме. Его друзья, с которыми Спенсер мог расслабиться, ценили в нем то, что он был легок на подъем.

Кендаллу поставили диагноз «социофобия» (избежание непривычных социальных ситуаций и страх быть униженным). Его ложь была направлена на отсутствие неприятного противостояния с окружающими. После такой психиатрической оценки Кендалл начал курс поведенческой психотерапии с целью уменьшить страх перед социальными ситуациями. Лечение оказалось успешным, научившись справляться с противостоянием, он вместе с Патрицией прошел курс супружеской терапии. На приеме у врача он сказал Патриции, что больше не потерпит контроля с ее стороны, а позже, когда она так и не пересмотрела свою позицию, что хочет развестись. «Компульсивная ложь» Кендалла отчасти определялась обстоятельствами, и он научился изменять свое поведение. Однако все еще сохраняется опасность того, что при повторе определенных обстоятельств он снова начнет лгать.