Самое важное о диабете.

Диабет в современном мире.

Сахарный диабет – заболевание опасное. Почти до середины ХХ века этот диагноз считался чем-то сродни смертному приговору. И звучал приблизительно так же, как диагноз «рак» – с непременными нотками безнадежности в голосе врача. Однако время не стоит на месте, а с ним идут вперед медицина, фармацевтика, химия, электроника… Рак как был, так и остался заболеванием с очень большим числом смертельных исходов. Зато от диабета в наши дни можно умереть уже только по трем причинам – из-за рокового стечения обстоятельств, по собственному недосмотру и по собственному желанию.

Ответственность за редкие случаи гибели от нехватки глюкозы в наши дни полностью переместилась с объективных реалий медицины на плечи самого больного. И произошло это благодаря развитию современной науки. Сахарный диабет сейчас является заболеванием, изученным достаточно хорошо для того, чтобы успешно компенсировать его десятками лет кряду, испытывая при этом минимальные неудобства. В то же время причины его развития по-прежнему выяснены не до конца. Потому, когда мы говорим, что диабет изучен, мы имеем в виду степень знакомства лишь со сценарием протекания болезни и ее неизбежными осложнениями. Причины, по которым у пациента формируется сахарный диабет, установить получается не всегда. Чем и объясняется невозможность остановить или хотя бы замедлить рост числа заболевших им по всему миру.

Излечим ли сахарный диабет? Приходится констатировать факт – нет, он неизлечим. На данный момент медицина может только обнаружить заболевание на ранней, начальной его стадии. То есть на этапе, когда оно еще не сформировалось. Но встревожившее врача отклонение уже в наличии. По крайней мере, в половине случаев, когда диагноз «предиабет» поставлен своевременно, развитие болезни удается остановить или существенно отсрочить во времени. Непременным условием здесь выступает именно своевременность. Если этап пре-диабета не был установлен вовремя, общение пациента с эндокринологом начинается, как правило, с явно выраженных симптомов. Тогда в дальнейшем патологию можно лишь компенсировать, однако лечить ее наука пока не научилась.

Как следует из сказанного выше, приобретенному сахарному диабету свойственна стадия как бы «почти» болезни. Иными словами, не унаследованный от родителей диабет внезапно не наступает почти никогда. Проблема борьбы с распространением данного заболевания заключается в том, что до сих пор неизвестны все факторы, способные его вызывать. В сущности, пронаблюдать их и возможно только в этом самом периоде постепенного ухудшения работы поджелудочной. Чем и интересно науке наличие у диабета «предварительного» периода. Нам же оно должно быть интересно с несколько иной точки зрения. Например, с той, что только в это время у нас еще есть шанс повернуть процесс вспять. А значит, что нам следует знать о диабете задолго до того, как очередное внезапное недомогание посадит нас на «инсулиновую иглу».

Итак, нашей темой сегодня станет сахарный диабет и все, что с ним связано. А именно: спорные и бесспорные утверждения, относящиеся к его лечению, основные аспекты инсулиновой терапии, распространенные ошибки, допускаемые пациентами на начальных (и не только) этапах компенсации, особенности питания и диеты при сахарном диабете, дополнительные методы стабилизации сахара.

Сахарный диабет: классификация по типам, механизмы развития.

Сахарный диабет бывает всего двух типов: инсулинозависимый (диабет I типа) и инсулиннезависимый (диабет II типа). Различение здесь проводится по признаку, является ли это заболевание врожденным или приобретенным в процессе жизнедеятельности. Следует отметить, что инсулинозависимый диабет встречается несравнимо реже, чем диабет инсулиннезависимый. Происходит это в случаях, когда кто-либо из родителей ребенка имеет статус диабетика. Тип в данном случае неважен. Сахарный диабет, подобно гемофилии, обладает способностью, возникнув однажды, закрепляться на уровне ДНК человека и передаваться в дальнейшем по наследству – от родителей к детям.

Сахарным диабетом I типа заболеть невозможно. Он может лишь проявиться – с первых дней/ месяцев жизни или со временем. С другой стороны, если хотя бы один из родителей был полностью здоров и малыш, что называется, пошел именно в него, диабет у такого ребенка может и не наступить.

Однако следить за своим питанием наследнику дефектного гена следует в течение всей жизни: ведь у него в организме присутствует от рождения дополнительный, очень влиятельный фактор риска!

В развитии унаследованного сахарного диабета, таким образом, загадок нет. Законы его демонстрируют ту же самую железную генетическую обусловленность, что и развитие организма в целом. Если оба родителя – диабетики или имеют родственников с таким диагнозом, вероятность раннего развития заболевания у малыша составляет более 75 %. Один из родителей или родственников имеет в анамнезе (семейная история болезни) соответствующую графу – у наследника есть вероятность избежать заболевания путем внимательного отношения к собственному здоровью. Однако и ему не следует забывать о том, что многие наследственные признаки проявляются через поколение. То есть что даже при условии здоровой работы его собственной поджелудочной генетическая склонность может проявиться у его детей…

Сахарный диабет II типа, в отличие от предыдущего, I типа, возникает под влиянием наших личных пищевых привычек и образа жизни. Исключение составляют случаи, когда у нас в роду были диабетики. Но и последний вариант еще не означает, что содержащий рисковые факторы анамнез сыграл здесь ключевую роль. В самом общем виде на сегодняшний день можно говорить о следующей закономерности: если диагноз «сахарный диабет» настиг нас в возрасте до 30, этот случай диабета наверняка обусловлен наличием ошибки в цепочке ДНК индивида. Зато в наступлении патологии после 40 лет необходимо усматривать несовпадение образа жизни пациента с нуждами его организма.

Что представляет собой данное заболевание? То есть какой механизм лежит в его основе? Не секрет, что человек должен есть. Без еды он погибает. Пища необходима человеческому организму для того, чтобы выделить из нее два вида элементов. А именно:

• элементы, которые в нем самом не производятся и могут поступить только извне;

• элементы, которые служат катализатором (веществом, присутствие которого запускает или ускоряет химическую реакцию) при производстве нужных организму соединений.

Таким образом, с пищей мы получаем не только то, чего нам не хватает, но и то, чего нам начнет недоставать при отказе от нее.

Из всего разнообразия компонентов пищи, которые наше тело использует для синтеза (как бы «строительства») нужных ему агентов обмена, почти невозможно выделить главные и второстепенные. В любом случае разделение получится весьма условным. Для поддержания нормы жизнедеятельности каждой клетке тела необходимо, чтобы определенные процессы происходили в ней своевременно и без перебоев. Что это за процессы? Мы их знаем еще со школы. Это дыхание (кислородный обмен), питание и энергетический обмен.

Энергию клетка не получает ни с кислородом, ни с минералами. Таким образом, показатели качества пищи или воздуха для нее в этом смысле не имеют никакого значения. Энергетический обмен в клетке происходит за счет достаточно сложного механизма обмена глюкозы. Глюкоза и есть вещество, которое тело стремится выделить из пищи первым. На глюкозу расщепляются такие элементы рациона, как белки, жиры и особенно углеводы. Иными словами, абсолютно все, что поступило к нам в желудок, в итоге станет глюкозой. Просто произойдет это в разное время. В частности, быстрее всего в глюкозу превращаются те из углеводов, что образованы практически полностью ею, – мучные, кондитерские изделия с высоким содержанием сахара и крахмал. Это так называемые простые углеводы – чистая, легко расщепляемая энергия. Потом идут углеводы сложные, выделяемые из круп и вообще цельных зерен. А уж после – белки и жиры, энергетическая ценность которых, строго говоря, далеко не так велика, как принято считать.

Внутри клетки глюкоза поступает в митохондрии, которые превращают ее в АТФ – аденозинтрифосфорную кислоту. Последняя и есть энергия для клеток в чистом виде. Однако следует понимать, что прежде, чем митохондрии займутся исполнением своих прямых обязанностей, молекула глюкозы должна еще каким-то образом проникнуть из крови внутрь клетки через ее плотную мембрану.

В принципе, все обменные процессы в организме происходят за счет работы системы рецепторов. Точнее, парных рецепторов, которые с химической точки зрения являются белками. Белки, принимающие участие в метаболизме, могут либо подходить друг другу, либо нет. По форме они разнятся. Это отличает их от полностью идентичных друг другу молекул белка тканей. На поверхности клеточной мембраны расположен один белок, а на поверхности молекулы какого-либо вещества – другой. Один рецептор клетки реагирует на появление в крови только одного или нескольких строго определенных веществ, «узнавая» их по белку, которым «помечена» молекула. Слаженная работа парных рецепторов позволяет человеческому телу организовать обмен веществ так, чтобы универсальная система транспортировки (кровь) могла тем не менее доставлять каждому виду клеток именно то и столько, сколько требуется именно им.

Отрицательный момент состоит в том, что структура всех белков тела закладывается именно в генетическом коде. Единичной ошибки в участке ДНК, который отвечает за кодирование какого-то белка, достаточно, чтобы в дальнейшем все молекулы этого белка строились с дефектом. А дефектный белок, в свою очередь, не может служить парным никакому другому белку в организме. Он становится бесполезен и перестает исполнять те функции, которые должен.

Глюкоза из кишечника поступает в кровь не в свободном состоянии, а в связке с белком, обозначаемым в специальной литературе как glut-4. Но в основном своем состоянии glut-4 пассивен. И прикрепленная к нему молекула глюкозы может по несколько дней пребывать в крови невостребованной. Для активации этого белка-переносчика необходимо присутствие в крови еще одного белка – инсулина. Белок по химической форме, инсулин является гормоном. А вырабатывают его островковые клетки, расположенные группами внутри тканей поджелудочной железы. Другое их название – островки Лангерганса (по имени Поля Лангерганса – открывателя этих клеток).

И это еще не все. Инсулин не только активирует агента glut-4, заставляя его буквально прилепить молекулу глюкозы к мембране клетки. Без инсулина сама клетка не сумеет запустить реакцию расщепления поступившей в нее глюкозы, так как эта реакция без инсулина попросту не произойдет. То есть даже потребив глюкозу, клетка не сможет применить ее по назначению.

Следует добавить, что в организме существует лишь один тип клеток, способный усваивать глюкозу и в отсутствие инсулина. Клетки эти – нейроны головного мозга. Еще точнее, эта способность связана не с типом нервных клеток. Однако с тем, что внутри тканей головного мозга расположены две железы, обеспечивающие секрецию многих кортикостероидных гормонов. Кортикостероидных – то есть регулирующих активность работы коры. Благодаря наличию собственных гормональных желез и мощного гематоэнцефалического барьера содержимое нашего черепа обладает известными возможностями для автономной, так сказать, работы. По крайней мере, в случае необходимости.

Итак, у нас наметилось сразу несколько сценариев, способных нарушить работу механизма поступления глюкозы в клетку. Прежде всего, конечно, уже описанный вариант, когда инсулин вообще не вырабатывается в организме. Это может произойти из-за обусловленного наследственностью отсутствия в тканях поджелудочной железы жизнеспособных островковых клеток. Других, не генетической природы, причин немного, но они тоже существуют. Например, диабет может быть вызван злокачественным перерождением тканей поджелудочной или хирургическим удалением ее части.

Нечасто, но случается, помимо прочего, что островковые клетки массово гибнут в результате некоторых инфекционных и аутоиммунных заболеваний. В любом из приведенных случаев у пациента разовьется диабет I типа. Причем его симптомы будут выражены явно, и без немедленного начала компенсации пациент рискует умереть в периоде до суток. У данного этапа диабета практически не бывает «переходного» периода. Или, по крайней мере, он длится отнюдь не годы, но недели/дни…

Иной сценарий можно наблюдать, когда инсулин вырабатывается островковыми клетками в обычном порядке и количестве. Но тем не менее не используется клетками из-за сбоев на каком-то ином участке цепочки превращений. Предупредим сразу, что наиболее распространенным сценарием развития диабета II типа является хроническое переедание и постоянное наличие в организме избыточных жировых отложений. Это правда. Лишний вес действительно небезопасен. В частности, тем, что жировые клетки, как выяснилось совсем недавно (90-е годы XX века), вырабатывают целый ряд собственных не гормонов, но гормоноподобных веществ.

Открытие в конце XX века веществ, названных адипоцитокинами, стало совершенной неожиданностью для ученых. Неожиданностью потому, что мнение о жирах как о ткани, не принимающей в метаболизме никакого участия, считалось уже аксиомой. По-другому, открытые продукты секреции жировых клеток называются адипокинами – в данном случае речь идет об одних и тех же веществах. В настоящий момент адипокинов различают около десятка. Но для нынешней темы самым значимым из них остается резистин – вещество, повышающее устойчивость жировых тканей к инсулину. Говоря еще проще, с помощью резистина жировые отложения стремятся защитить себя от расщепления на глюкозу, проходящего в присутствии инсулина.

Отметим особо, что случаи, когда жировым клеткам совершенно необходимо запускать механизм самозащиты, существуют. Жесткая диета, как и голод вообще, ведет к быстрому и бесконтрольному уничтожению всех по очереди запасов энергии. Сначала начинают разрушаться ткани, состоящие из белков. Особенно это касается мышц. А после – и жировые запасы, включая критически важный для температурного режима тела подкожный жир. Подкожный жир, в отличие от висцерального (на поверхностях внутренних органов), более активен по части выработки адипокинов. И как раз потому, что в функциональном отношении стабильность его массы важнее для организма. Тем не менее следует понимать, что этот механизм самозащиты, напрямую относящийся, казалось бы, только к одному типу тканей, косвенно влияет решительно на все тело. Просто оттого, что адипокины, как и прочие гормоны, попадают в кровь. А значит, разносятся вместе с нею по всему организму.

Таким образом, механизм развития сахарного диабета у человека, страдающего хроническим лишним весом, естественен. Постоянно повышенное содержание резистина в крови ведет к замедлению и даже затруднению всего процесса усвоения глюкозы клетками. У полного человека с годами развиваются приступы головокружения, слабости и повышенного потоотделения в ситуациях, когда ему внезапно требуется проявить повышенную физическую активность. Поскольку эти недомогания обычно проходят быстро и без последствий, тревоги они не вызывают. А между тем нередко именно эти преходящие недомогания являются предвестниками будущего диабета.

С течением времени еще нормально работающая, здоровая поджелудочная начинает сокращать секрецию новых порций гормона. В качестве реакции на постоянно высокий (так как он не используется по назначению!) уровень инсулина в крови. Для нее это решение поначалу вполне естественно – срабатывает обычный для организма регуляторный принцип. Само собой разумеется, что поскольку сокращение выработки инсулина в данном случае происходит постепенно, без периодов даже временного восстановления до нормы, рано или поздно наступает момент атрофии самих островковых клеток. Они необратимо утрачивают способность производить столько инсулина, сколько требуется для покрытия нормальных энергетических затрат клеток. И наступает диабет…

Наступление диабета II типа у людей с лишним весом может ускориться с годами еще и за счет общего, не связанного с весом, старения организма. По мере старения мембраны клеток становятся менее проницаемы для биологически активных веществ. А сами обменные процессы существенно замедляются. Именно то, что приводящих к развитию инсулиннезависимого диабета факторов не один, а много, и служит залогом его явного преимущества по числу заболевших. Именно сахарным диабетом II типа больны 90 % от общего числа жертв «сладкой болезни».

Помимо диабета I и II типов, как уже было сказано, существует энное количество промежуточных, часто с не вполне стандартной симптоматикой случаев. Их называют либо «предиабетом», либо (если говорить об англоязычной научной школе) МОDУдиабетом. Что это за группа заболеваний?

В целом она достаточно обширна и объединяет в себе как случаи временного ухудшения секреции инсулина, так и случаи редкие, ограниченные небольшим числом заболевших. Например, около 5 % беременных по всему миру демонстрируют в период вынашивания плода симптомы гестационного диабета. Это заболевание характеризуется развернутой симптоматикой сахарного диабета у матери, а также макросомией (аномально крупный) и пороками развития у плода. После рождения ребенка гестационный диабет обычно проходит сам. В то же время его наличие в период беременности считается предвестником грядущего диабета II типа как для матери, так и для новорожденного.

Ну и конечно, целый ряд нарушений, связанных с вопросами обмена глюкозы. Как то: хронически низкая активность островковых клеток поджелудочной, врожденное уменьшенное число рецепторов инсулина, самих островковых клеток, дефекты строения белка glut-4 и белка – рецептора клетки. Следует добавить для полноты картины, что необычными с клинической точки зрения формами диабета страдает временно или постоянно 3–5 % от общего числа пациентов.

Таким образом, типов сахарного диабета существует всего два – инсулинозависимый и инсулиннезависимый. Причем диабет I типа имеет лишь одну природу, а именно: он объясняется отсутствием или нежизнеспособностью островковых клеток поджелудочной железы. В противовес ему, диабет II типа может иметь различные корни – ожирение, снижение чувствительности клеток к инсулину в силу возраста, отклонения в ДНК, формирующие дефектные белки.

Симптомы и осложнения сахарного диабета. Учимся отличать риск заболеть от готового диагноза.

Как уже было сказано, сахарный диабет II типа (самый распространенный) начинается внезапно в единичных случаях. Инсулинозависимому диабету свойственно раннее и совершенно неожиданное начало, а вот инсулиннезависимому – нет. Ему непременно предшествуют периодические приступы слабости и потливости, «зеленые мушки» в глазах, головокружение, тошнота, неконтролируемый аппетит, граничащий с булимией. На более поздних стадиях к перечисленному выше добавляется привкус ацетона во рту, стремительная потеря веса, учащенное мочеиспускание, почечные колики, заторможенность реакций. Больного мучит неутолимая жажда, у многих отмечается снижение чувствительности в коже конечностей, развивается склонность к возникновению гематом даже при незначительных травмах.

Симптоматика первой стадии интересует нас больше, чем второй, поскольку, во-первых, это и есть тот момент, когда, собственно, диабет еще не наступил. Однако до его наступления остается не более полугода. Таким образом, в наличии как раз время, необходимое для принятия радикальных, неотложных и уже вполне оправданных терапевтических мер. Во-вторых же, особенная сложность предиабета заключается в том, что его легко перепутать с другими, вполне естественными процессами, происходящими в организме.

Следует помнить, что острая нехватка глюкозы в тканях, называемая гипогликемией, считается заболеванием лишь тогда, когда в крови глюкозы больше, чем достаточно, просто ткани не могут ее усвоить. Когда же ткани испытывают энергетический голод потому, что уровень глюкозы критически низкий в самой крови, речь о болезни определенно не идет. Гипогликемия может наступить у каждого из нас в силу определенных причин. Она является почти непременным побочным эффектом длительных или жестких диет, голодания (добровольного или вынужденного), чрезмерных физических нагрузок.

Таким образом, симптомы гипогликемии (эти самые «мушки», дрожь в мышцах, слабость, головокружение, острый голод) сами по себе не должны быть поводом для беспокойства. Тем не менее они абсолютно одинаковы и у здоровых людей, и у диабетиков. Разница здесь в том, что у здорового человека они сойдут на «нет» сами. То есть через некоторое время и без стороннего вмешательства. А у больного сахарным диабетом без срочной инъекции может наступить заторможенность реакций и кома.

Когда наше беспокойство можно начинать считать основательным?

Нужно всего лишь определиться, насколько много у нашего организма внешних «поводов» для снижения уровня глюкозы. То есть ограниченно ли сейчас наше питание или мы чувствуем слабость, продолжая есть вволю? Подвергаемся ли мы тяжелым физическим нагрузкам – или наше тело реагирует на продуктовую сумку так же, как отреагировал бы на попытку поднять штангу с полным весом? Если мы питаемся в соответствии с энергетическими тратами тела, если наша физическая активность находится в пределах нормы, нам следует задуматься об истоках симптомов недоедания. Причин для такого недомогания существует не столь много, чтобы здесь оставался простор для уж слишком существенной ошибки.

У человека с благополучной картиной обмена веществ следствие без причины наступить не может. Ключевой момент тут только один – наличие или отсутствие внешних поводов для падения уровня глюкозы. Независимо от того, проходят они сами или нет, быстро или медленно. Проблема в том, что они действительно будут проходить сами. До некоторого времени – непременно, потому что при диабете II типа механизм усвоения сахара отказывает не сразу, а с течением времени. Притом никаким иным способом, помимо анализа крови на сахар, приближающийся отказ поджелудочной от преходящего дефицита не отличить. Другая немаловажная деталь – скорость, с которой к нам приходит чувство насыщения после еды.

Процессы распределения глюкозы в здоровом организме достаточно рациональны для того, чтобы быть предсказуемыми. Только и всего. В течение 10–15 минут после приема пищи мы непременно должны почувствовать снижение чувства голода с постепенным приходом сытости. Неутолимый голод бывает не только психологической проблемой. Он может означать снижение объема потребляемой клетками глюкозы! Тогда новые порции высококалорийных блюд все равно не смогут их насытить. Они будут по-прежнему подавать «голодные» сигналы в мозг, а тот – посылать соответствующие команды желудку!

В результате мы будем переедать все больше, постоянно чувствуя себя тем не менее голодными. И постепенно начнем замечать симптоматику следующего, нуждающегося в срочной компенсации этапа.

Симптомы сахарного диабета.

С переходом в стадию собственно диабета мы начнем худеть день ото дня, независимо от полноты рациона. Такое, казалось бы, противоречие проявится непременно. Все потому, что поглощаемая нами пища без инсулина в крови теряет свою питательную ценность. Образно говоря, мы едим, но до клеток эта пища не доходит, и организм продолжает голодать. Создается полное впечатление, будто вместо съедобных продуктов мы закусываем трижды в день совершенно несъедобным наполнителем!

Усиленное мочеиспускание при наступлении диабета объясняется тем, что этим путем почки пытаются вывести избыток сахара из крови. Обычно к тому моменту так называемый почечный порог у пациента уже пройден. Поэтому выводимая ими моча имеет ярко выраженный сладкий вкус. Что же касается запаха ацетона, то тут все еще проще: ацетон как побочный продукт возникает в процессе распада белков и жиров тела.

С привкусом ацетона во рту и кетонурией хорошо знакомы поклонники периодического, но быстрого снижения массы тела. К слову, наступление кетонурии требует немедленного прекращения диеты, поскольку влечет за собой отказ почек и приводит к отравлению головного мозга, для которого ацетон ядовит. У диабетика они наступают в момент, когда организм, принимая невозможность усвоить глюкозу за ее отсутствие в крови, запускает стандартную для него в условиях острого голода процедуру. Он начинает поедать, так сказать, сам себя. И начинает обычно с мышечных тканей, богатых белком. Хоть энергетическая ценность самих белков и невелика, их переваривание на аминокислоты позволяет немедля выстроить из них другие белки – необходимые для поддержания вязкости крови и обменных процессов.

Поскольку ни одна из этих мер не улучшает ситуацию, рано или поздно наступает кома. Худоба, постоянное чувство голода, усиленная потеря организмом жидкости, симптомы ухода от реальности – все это вместе являет картину сахарного диабета в чистом виде. По итогам же коматозного состояния пациент может умереть.

Осложнения диабета в долгосрочной перспективе.

Больному диабетом следует сосредоточиться с момента постановки диагноза на достижении только одной цели – поддержания как можно более близкого к норме уровня сахара. Теоретическая проблема состоит в том, что определенные колебания глюкозы у больного, уже принимающего инъекции инсулина, допустимы с точки зрения его состояния в такие моменты. Иными словами, диабетик вполне может жить с постоянно высоким уровнем сахара, не ощущая при этом никакого физического дискомфорта. Тем не менее практическая сторона вопроса заключается в долгосрочных последствиях подобной небрежности.

Абсолютно все осложнения сахарного диабета проистекают из постоянно или просто часто возникающих периодов повышения концентрации глюкозы в крови. Причем если при отсутствии дефицита инсулина диабет практически перестает угрожать жизни пациента, его осложнения снять далеко не так просто. Самое опасное из них, к примеру, заключается в заметном нарушении работы сердечно-сосудистой системы.

Ненормально высокая глюкоза крови приводит к ускорению процессов старения и разрушения стенок сосудов. Особенно капилляров, поскольку содержание сахара в периферической крови неизменно выше, чем в крови артериальной. Под воздействием глюкозы стенки сосудов утрачивают эластичность. А значит, прямо пропорционально возрастает их хрупкость и проницаемость. Плохое состояние стенок заметно ускоряет процесс налипания на них холестериновых бляшек. Тем более что одна из версий их назначения состоит как раз в предположении, будто они служат «заплатками» в местах нарушения целостности стенок. В частности, там, где по каким-либо причинам невозможно образование тромба.

Следом за стремительным увеличением риска умереть от инфаркта идет нефропатия. Как мы могли заметить ранее, именно почки, начиная с определенного момента, берут на себя основную ответственность за выведение избытка сахара из крови. А между тем они отнюдь не созданы для такой работы. На то и существует понятие почечного порога, превышение которого достигается зачастую перед самым финалом. Поэтому глюкоза в моче приводит к быстрому формированию их патологии. Особенно от избытка сахара страдают надпочечники. Плюс, существование этому органу очень осложняет обилие вспомогательных стабилизирующих средств, которые вынуждены принимать многие больные «сладкой болезнью».

С плохим состоянием сосудов, помимо ишемии, связан еще ряд не смертельных, однако снижающих качество жизни диабетика последствий. Прежде всего, речь идет о ретинопатии – дегенерации глазной сетчатки по мере ухудшения ее снабжения кровью. Слабое зрение – это настоящий бич больных сахарным диабетом, поскольку остановить развитие ретинопатии нельзя. Можно только приостановить – например, регулярным купированием пострадавших участков.

Далее, у больных сахарным диабетом неизбежно наступление проблем с состоянием конечностей – кистей и стоп. Опять-таки, из-за преждевременного, ускоренного разрушения стенок капилляров. И, разумеется, связанных с этим осложнений по части кровоснабжения периферических тканей. Как и всегда при нарушении кровотока, первым характерным симптомом выступает притупление чувствительности – ощущение замерзших рук, хождения по мягкому ковру и пр. Непосредственным результатом становится заметное снижение способности тканей конечностей к восстановлению. Безобидные царапины и натертые обувью места, на которые здоровому человеку и внимания обращать бы не потребовалось, у больных диабетом превращаются в трудно заживающие раны, требующие самого тщательного ухода.

Напомним, что все перечисленное выше представляет собой только и исключительно итог длительного взаимодействия неестественно высокой глюкозы со стенками кровеносных сосудов. Выразим ту же мысль немного иначе: чем реже уровень глюкозы в крови больного диабетом выходит за пределы нормы, чем он стабильнее в суточном периоде измерения, тем медленнее будут нарастать необратимые последствия этой патологии!

Таким образом, чем раньше пациент примет как непреложную истину, что сахарный диабет в наши дни превратился из заболевания в своего рода способ жизни, тем будет лучше для него. Одинаково как в обозримой, так и в долгосрочной перспективе. Депрессия, вызываемая у многих диабетиков только что поставленным диагнозом, хоть и естественна, однако лишена оснований. А попытки найти виноватого неправомерны. Дело не в том, что из-за природного сходства гипогликемии у всех людей мира нам или врачу легко упустить момент, когда следовало поднять тревогу.

Безусловно, невнимательность к сигналам, которые настойчиво слал организм, не является лучшим советчиком в вопросах здоровья. Никогда. Но, во-первых, далеко не во всех случаях эти сигналы выражены достаточно определенно, чтобы их заметить. На то и существует обширная группа MODY-диабетов, симптомы которых можно принять за множество родственных диабету заболеваний. К примеру, за панкреатит или холецистит. А во-вторых, пропустив уже один интегральный момент, мы должны тем отчетливее понимать, что права на новую ошибку у нас нет. Очередная небрежность в обращении с нуждами поджелудочной железы рискует принести свои плоды гораздо быстрее предыдущей.

«Медовый месяц», или ошибки первых дней: особенности начального этапа компенсации.

Итак, осветив более или менее подробно основные моменты периода, который у абсолютного большинства диабетиков был, но по разным причинам перешел в стадию самой болезни, мы можем приступать к теме того, как поступить дальше. Теперь мы точно знаем, в чем заключается наша проблема. Следовательно, у нас в наличии достаточное количество информации для того, чтобы понять, насколько важны для нас инъекции инсулина. Разумеется, если мы предварительно избавились от совершенно неправомерных перекличек с вариантом другой, наркотической зависимости.

Отождествлять сахарный диабет с прочими видами зависимости не просто неправильно, но бессмысленно. Если терапия окажется результативной и островковые клетки пациента восстановят нормальный, здоровый уровень производства инсулина, с того же самого дня зависевший от инъекций диабетик сможет позабыть о шприце. Более того, наверняка он так и поступит. Что, безусловно, совершенно недоступно для зависимого любого другого рода.

Когда эта не заслуживающая права на существование ассоциация нас покидает, ее место занимают вопросы более практического толка. И от точности ответа на них может зависеть очень многое. Например, выбор инсулина. Пациенту, в организме которого выработка инсулина отсутствует полностью, подойдет препарат любого происхождения – как животный, так и человеческий. Колебаний, нужно ли назначать ему инъекции прямо сейчас, здесь тоже быть не может. А как поступить, если у нас случай диабета, когда «родной» инсулин вырабатывается, но у клеток сформирован «иммунитет» к нему?

Особенности и смысл назначения диеты.

Прежде всего, для таких случаев диабета врач обязательно порекомендует пациенту диету – особую, диабетическую. И пациенту с сахарным диабетом II типа принципиально важно соблюсти все ее требования. По крайней мере, в течение первых двух месяцев. Впоследствии, освоив достаточный массив знаний о своей болезни и, главное, ознакомившись с особенностями ее течения именно у себя, диабетик сможет самостоятельно внести в рацион коррективы. Это даже рекомендуется сделать, поскольку начальная диета прописывается эндокринологом лишь в самом общем виде. Подразумевается, что пациент, сидящий в кабинете, только что узнал свой диагноз, а врач видит его перед собою всего во второй-третий раз. Таким образом, ни один из участников данного тандема не может опираться в своих решениях ни на что, кроме поверхностных, самых общих суждений.

Потому по мере обретения опыта наиболее эффективной компенсации пациент получает полное моральное право использовать сделанные наблюдения себе на пользу. Как единственный постоянный свидетель нюансов собственной болезни – и как человек, на которого сам врач возложил конечную ответственность за соблюдение предписаний. Этим правом не следует увлекаться – всегда разумнее сперва посоветоваться с врачом. Но и отказываться от него будет явно преждевременно. Просто следует учитывать, что многие детали, для учета которых пациенту не хватит широты знаний, специалист сможет предусмотреть лучше.

Причины назначения физических нагрузок при компенсации диабета.

Помимо диетических рекомендаций, обычно пациентам, не имеющим строгих противопоказаний, настоятельно рекомендуют завязать дружеские отношения со спортом. Или, по крайней мере, с посильными физическими нагрузками. К слову, во времена, когда инсулин еще не открыли, именно регулярные физические упражнения оставались единственным доступным для диабетиков методом увеличения расхода глюкозы. Глюкоза охотно и в больших количествах поглощается мышцами в период их активной работы. А так как мышечных тканей в нашем теле гораздо больше, чем любых других, гипогликемия у здоровых людей обычно наступает именно после существенных нагрузок.

Когда мышца сокращается, она «съедает» сперва глюкозу не из крови, но из собственных, так сказать, запасов. В мышечных тканях всегда присутствует известное количество глюкозы – в виде гликогена. Гликоген вырабатывается подчистую в среднем в течение 5-10 минут активной работы волокон. Для продолжения сокращений мышца начинает поглощать глюкозу из крови. И делает она это настолько успешно, что после прилежно отработанной сессии в спортзале голод и дрожь в конечностях ощутит любой здоровый человек. Больному же сахарным диабетом следует знать, что после нагрузок его мышцы будут еще некоторое время трудиться на снижение сахара крови. Даже уже в состоянии покоя!

Последний эффект объясняется нуждой мышц тут же и восстановить израсходованный гликоген. У профессиональных спортсменов это явление называется нутрициальным окном – сравнительно коротким периодом времени (до 25 минут), в котором абсолютно вся съеденная пища отправится только и исключительно в мышечные волокна – пополнить запасы гликогена.

Особенности и проблемы выбора инсулина.

Помимо диеты и спорта последней мерой терапии сформированного диабета являются инъекции инсулина. Однако график и дозировки его приема будут разниться в зависимости от типа заболевания и его причин. Если дело только в резистентности к собственному инсулину, пациенту будет рекомендовано сделать упор не столько на инъекциях, сколько на тренажерах и диетическом питании. Если же налицо гибель или катастрофическое падение секреции гормона в островках Лангерганса, основной акцент, вне всяких сомнений, будет сделан именно на восполнении дефицита.

На данный момент существует несколько видов инсулина, отличных друг от друга источником происхождения. В частности, он бывает свиной, бычий и человеческий. Правда, человеческий инсулин производится вовсе не человеком, а генномодифицированной бактерией. Помимо открытия, что не все ГМО, оказывается, для нас бесполезны и опасны, нам следует знать, что и эффект от применения различных инсулинов можно получить разный.

Самая значимая в этом смысле деталь заключается в степени сродства препарата с нашим собственным организмом. От него зависит, насколько быстро и полно будет усваиваться введенная доза. И кроме того, насколько высок окажется риск вторичной иммунной реакции. То есть когда начнет блокироваться действие уже и стороннего гормона. Только блокироваться не устойчивыми к нему клетками, а агентами иммунитета.

Казалось бы, человеческий инсулин в этом смысле идеален. Однако как знать – вполне может случиться так, что пациенту с выраженной резистентностью клеток больше подойдет инсулин животного происхождения. Прежде всего потому, что на начальном этапе врач в любом случае сделает попытку вылечить больного. То есть постарается разумными мерами снизить концентрацию в крови блокирующих действие собственного гормона адипоцитокинов. Следовательно, он назначит сторонний инсулин только как вспомогательное средство. И только тогда, когда станет ясно, что никакая другая мера не помогает. А какой инсулин покажет себя эффективнее при наличии в организме факторов, которые блокируют собственный гормон? Максимально близкий собственному гормону по структуре или максимально отличающийся от него? На практике чаще всего выходит, что именно животный, а не человеческий!

Таким образом, тему предпочтений при выборе инъекционного препарата тоже следует непременно обсудить со специалистом. И обсудить самым серьезным образом. В то же время начальному этапу диабета свойственно одно обманчивое и не всегда приятное явление, называемое «медовым месяцем». Оговорим сразу: так его назвали не врачи, но сами больные «сладкой болезнью».

Опасности и ошибки «медового месяца».

Суть явления заключается в том, что на начало терапии организм пациента откликается более чем охотно – вплоть до впечатления полной капитуляции заболевания. Поджелудочная железа, разом получившая комфортный для нее график работы за счет стабилизации рациона и количества пищи, избавленная от нужды исполнять одну из своих обязанностей благодаря инъекциям, буквально оживает. А секреция инсулина быстро восстанавливается до нормы, приводя к уменьшению дозировки препаратов.

Неприятная часть «медового месяца» состоит в том, что нередко через несколько недель производство собственного инсулина вновь начинает падать. Подчеркнем, что сценарий, когда «медовый месяц» растягивается на срок хотя бы до полугода, является скорее исключением, чем правилом. В случае если пациент поступил в отделение эндокринологии с развернутой симптоматикой, на подобную удачу рассчитывать тем более не стоит.

Об этой особенности непременно следует знать каждому «начинающему» диабетику. И не только для того, чтобы не возлагать на немедленное улучшение напрасных надежд. Вообще, случаи затянувшегося, так сказать, «медового месяца» не столь уж редки. Та самая стадия предиабета, в которой еще возможно достичь более или менее длительного отката симптомов, приходится чем-то сродни «медовому месяцу». Ведь даже при самом оптимистическом развитии событий любому, у кого в прошлом имелся подобный эпизод, необходимо впредь следить за своим питанием и образом жизни не менее тщательно, чем диабетику. Только без неизбежных инъекций. Это совершенно необходимо даже тогда, когда человек вовремя забеспокоился, сделал все верно и добился полной ремиссии.

При несоблюдении этого правила постановку диагноза «диабет» ему удастся отсрочить на период лет до 10, и никак не больше. Так что даже в случаях с длительной и полной ремиссией мы можем говорить именно о ремиссии скорее, чем об исцелении. А сроки, на которые болезнь отодвигается в будущее, напрямую зависят от степени запущенности процесса. Вот и вся закономерность.

Но из нее следует и кое-что еще. Например, то, что ни один врач не станет всерьез отрицать перспективы продлить «медовый месяц». При условии соблюдения всех расставленных им акцентов, разумеется. Иными словами, период резкого улучшения таит в себе соблазн для самого больного «погулять напоследок». И конечно, за пиршественным столом, а не над тарелкой постной гречневой каши! Да, для последней в его жизни кулинарной вакханалии месяца как раз хватает. Зато после наступает неизбежная зависимость от инсулина.

Таким образом, использовать это «окно» для организации своеобразного прощального турне по ресторанам города – решение явно не из лучших. И врач настойчиво убеждает пациента не делать в этот период отступлений не зря. Сахарный диабет – заболевание хоть и изученное, однако обладающее целым рядом индивидуальных особенностей. Случаев совершенно одинакового течения диабета в мире примерно столько же, сколько и одинаковых внешне людей.

Это означает, что врач, впервые назначая лечение данному пациенту, и сам не знает, насколько эффективными окажутся предписанные им меры. Для того же, чтобы предсказать вероятность и сроки наступления ремиссии, нужно быть не врачом, а, скорее, экстрасенсом. А потому и утверждать, что окончание «медового месяца» связано с законами неизбежности больше, чем с наступившим у пациента гастрономическим «срывом», после придется не без нотки сомнения.

Если с этой деталью нам все понятно, осветим еще одну распространенную ошибку, к которой часто приводит период «медового месяца». Диагноз «сахарный диабет» сейчас утратил статус смертельного. Но остался страшным. Неизлечимое заболевание, обрекающее человека на полуголодное существование, зависимость от исправной работы глюкометра и степени наполненности шприца с инсулином. В действительности диабет, конечно, далеко не так ужасен, как кажется на первый взгляд. Просто для того, чтобы понять, как можно жить с таким диагнозом вполне полноценной жизнью, следует сначала подробнее ознакомиться со своим заболеванием, а после – и с атрибутами полноценной жизни.

Естественный же для многих людей первый порыв, наоборот, направлен на попытку избежать неизбежного. Вылечить неизлечимую болезнь – по принципу «не у врача, так у знахаря»! Вера многих людей в чудо, в сверхъестественное, а также в то, что нетрадиционная медицина лечит успешнее медицины научной, неистребима. Более того, нельзя сказать, что она полностью лишена оснований. Однако тот факт, что специалиста нетрадиционной медицины от шарлатана отличить гораздо сложнее, чем студента от дипломированного врача, лишь множит число обманутых ловкими симулянтами.

Легко догадаться, к чему мы ведем. Едва начав прописанную врачом компенсацию, пациент часто обращается к какому-нибудь псевдоцелителю, заявляющему о своем умении лечить неизлечимое. Знакомый с «исцеляемыми» лично им заболеваниями ничуть не хуже эндокринолога, шарлатан настаивает на неукоснительном соблюдении пациентом всех процедур, что прописал врач. Свою терапию, не имеющую с терапией ничего общего, он проводит только параллельно. И болезнь отступает! Понятно, что отступила она усилиями эндокринолога и самого пациента, соблюдавшего режим тренировок, диеты и приема препаратов. Но благодарен-то за исцеление больной будет не себе и даже не врачу!..

Расчет на «медовый месяц» здесь всегда оправдан, и прием срабатывает почти безотказно. Об истории болезни пациент поведает шарлатану сам. Если речь не идет о первом полугодии на инсулине или таблетках, псевдоцелителю легко будет отказаться, сославшись на «слишком запущенную» стадию. Если же все произошло так, как это случается обычно и клиент обратился к нему непосредственно после консультации у эндокринолога, дальнейший сценарий тоже не вызывает сомнений.

Как мы можем видеть, тема компенсации сахарного диабета не может быть ограничена тремя словами – «диета», «спорт», «инсулин». Диета нередко оказывается не вполне соответствующей нашим нуждам, занятия спортом требуют тщательного подбора вида и масштаба нагрузок. А инсулин, как и все медицинские препараты, имеет ряд побочных эффектов от его применения. Дело дополнительно осложняется такими видами компенсации, как стимулирование активности островковых клеток и снижение уровня холестерина в крови. Кроме того, для сахарного диабета характерен этап, так сказать, «медового месяца». Последний создает иллюзию быстрого и полного выздоровления больного, зачастую приводя к совершению им грубых ошибок терапии.

Компоненты компенсации сахарного диабета: диета.

Определив для себя круг основных проблем, с которыми мы столкнемся сразу же после постановки диагноза, можно приступать к знакомству с самой терапией. Тем более что одновременно мы успели разобраться хотя бы поверхностно, на что нам следует обратить особое внимание с первых дней лечения. Только что мы сказали, что врач непременно назначит вместе с инъекциями инсулина (если свой инсулин еще вырабатывается, то без них) ряд мер, призванных помочь нам в нелегком деле стабилизации уровня глюкозы.

Инсулин, диета и спорт – вот три ключевых, базовых аспекта жизни любого больного сахарным диабетом. У предиабетиков дополнительно существует терапия рядом принимаемых перорально препаратов, которые призваны стимулировать отдельные этапы обмена глюкозы. На первый взгляд нам до сих пор может показаться, что в присутствии, так сказать, инсулина остальные две меры вносят в дело компенсации вклад едва ли более существенный, чем простое вспоможение. Что ж, если нам до сих пор так кажется, мы серьезно заблуждаемся!

Начнем с того, что стабилизировать сахар с помощью только одного инсулина можно. Но это очень тяжело сделать. В 95 случаях из 100 весомого результата достичь так и не удастся. Ни при каком совершенстве комбинации инсулинов. Сахар будет по-прежнему колебаться где-то в промежутке от 7 до 15 ммоль/л натощак, и от 10 до любого недопустимо высокого значения после еды. Однозначность этого прогноза объясняется тем, что уровень сахара в крови даже здоровых людей колеблется. Иногда весьма основательно. И происходит это по такому множеству причин, что уследить за всеми не сумел бы ни врач, ни его пациент.

Физическое и умственное напряжение не составляет и трети ото всех случаев скачка глюкозы. На глюкозу крови влияет смена часовых поясов и суточного ритма, стрессы, недосыпание, многие медицинские препараты, не имеющие к диабету никакого отношения, кровяное и атмосферное давление, наконец. Именно из-за слабой предсказуемости даже у опытных диабетиков случаи гипои гипергликемии наступают отнюдь не так редко, как хотелось бы! Именно потому все опытные диабетики носят с собой, помимо незаменимого шприца, ломтик черного хлеба, яблоко и несколько конфет!

Потому пренебрегать дополнительными средствами стабилизации сахара ни в коем случае нельзя. Даже при наличии прямых противопоказаний к нагрузкам следует хотя бы совершать пешие прогулки. А при наличии язвы желудка корректировать, но никак не отменять диету.

Итак, начнем разговор о методах компенсации с диетического – то есть диабетического – рациона. Данная тема сложна обилием деталей, которые не так просто запомнить с первого раза. С другой же стороны, как раз она содержит наименьшее количество «подводных камней».

Основные правила составления рациона диабетика: исключения.

Диета больного сахарным диабетом зиждется на трех основных китах – нюансах, которые критически важно предусмотреть. Естественно, что она должна привести к постепенной потере веса, если таковой имеется у больного. Далее, она должна быть основана на продуктах, из коих глюкоза будет выделяться как можно медленнее и равномернее. Иначе говоря, даже при наличии инъекций, не глядя на кажущуюся гарантию решения проблемы рациона с их помощью, пациенту следует сделать над собой усилие и отказаться от некоторых продуктов. Например, от изделий из пшеничной муки, крахмала, содержащих сахар и сахарную пудру. И от многокомпонентных блюд, которые сильно увеличивают нагрузку на поджелудочную железу.

Главной целью диабетического способа питания необходимо считать стабилизацию поступления сахара в кровь. Поэтому общее суточное количество пищи придется разбить на 5–7 приемов. Чтобы снизить дискомфорт, рождаемый этими переменами, вспомним о том, что трехразовая модель питания, принятая за стандарт здоровья еще в советское время, уже давно и безнадежно устарела. Все дело в том, что как у здоровых людей, так и у диабетиков поджелудочная железа отвечает за выработку далеко не только инсулина. Именно она продуцирует весь набор пищеварительных ферментов кишечника. Да-да, у больных сахарным диабетом – в том числе.

Если даже островковые клетки гибнут полностью, прочие ткани поджелудочной продолжают выполнять свою биологическую функцию. Очевидно, что у пациента с диагнозом «сахарный диабет» поджелудочная железа уже не выполняет части своих функций. Так разумно ли ему продолжать создавать для нее периоды чрезмерной нагрузки, чередующиеся с полным покоем? Признаемся себе честно: это неразумно делать даже людям, у которых с нею все в полном порядке. Плюс, не будем забывать: для тех, кто по каким-то причинам вынужден уделять повышенное внимание своей фигуре, многоразовое питание небольшими порциями давно уже выступает негласным каноном красоты. Например, так распределяют свой суточный рацион политические деятели, представители модельного и шоу-бизнеса, актеры цирка.

Равняться на звезд шоу-бизнеса разумно, конечно, не во всем и не всегда. Тем не менее правило многоразового питания обладает рядом рациональных сторон. Особенно заметно его применение упростит пациенту контроль над уровнем глюкозы. Тем более в период, когда ему и так недостает опыта компенсации.

Итак, в идеале со стола диабетика сразу же исчезнут торты, пирожные, шоколад, кондитерские крема, желе, пудинги, кисели. Придется исключить также немалое число с виду несладких блюд. Начнем с майонеза: к сожалению, современный производитель всегда добавляет в этот продукт искусственно сгущающий его крахмал, картофельный или кукурузный. Впрочем, последнее в нашем случае совершенно неважно, и приведет к одинаковым результатам. Крахмал распадается на глюкозу и воду еще в желудке – причем за считаные минуты. Поэтому для диабетика майонез опасен. Это же напрямую относится к кетчупам и колбасным изделиям. Особенно к вареной колбасе. В последней, наравне с фосфатами, содержится манная/рисовая/пшенная крупа и все тот же крахмал. Таким образом, содержимого вареной колбасы вполне достаточно, чтобы поднять сахар на 3–5 единиц даже у здорового индивида!

Из натуральных продуктов потребуется попрощаться с самим картофелем, клубни которого служат источником крахмала. И ввести некоторые меры предосторожности при употреблении круп. Каши из зерна грубого помола есть допустимо, однако лучше это делать понемногу, тщательно соблюдая количество и соотношение со временем приема инсулина. Блюда из круп не должны быть сладкими, и их не следует заправлять сливочным маслом. Любому больному сахарным диабетом будет удачно ввести в свой рацион гречневую крупу, пожертвовав без колебаний ради нее всеми остальными гарнирами. Гречка не является крупой. На самом деле ее зерна – это семена одного из растений, родственных ревеню. Но нам важно даже не это, а то, что гречка полностью состоит из сложных, медленно усвояемых углеводов. Оттого гречневая каша для диабетика – просто идеальный гарнир!

Зато прощаться с мясом нам не потребуется. В основе своей мясо – это белок, а не углеводы. Тем более, если речь идет о нежирных сортах – говядине и в особенности курятине. Единственное предостережение здесь касается способа его приготовления: есть мясо придется в основном вареным. Это правило не столь строго, как запрет на сладкое или манную кашу. Просто нам следует учитывать, что жарка ведет к окислению содержащихся в мясе белков. И помимо того, что проблемы с уровнем холестерина у диабетиков и так будут нарастать, процесс окисления заметно повышает гликемический индекс продукта.

Основные правила составления рациона диабетика: нововведения.

Но на освободившемся за счет отмены и ограничения каких-то продуктов месте должно появиться нечто иное, не так ли? Конечно, потому что после исключения всех неподходящих продуктов от нашего прежнего рациона почти ничего и не осталось! И так, помимо гречневой каши в диабетическом питании достойное место должны занять фрукты и овощи, черный хлеб, орехи и семечки, мясо птицы. Подойдет также мясо нежирных сортов, постная рыба, субпродукты (почки, сердце, легкие) и яйцо.

При этом печень лучше ограничить. Этот сорт мяса отличается рекордным содержанием холестерина. Допустимы даже макароны и рис. Но только при условии, что макароны будут гарантированно сделаны из пшеницы твердых сортов. Это так называемая pasta – настоящие итальянские макароны. Рис следует выбирать не белоснежный, а с темными (серыми, коричневыми) зернами.

Увеличение доли клетчатки в рационе будет удачной затеей. А вот от молочных, кисломолочных продуктов и сыра с творогом лучше отказаться вовсе. Все эти продукты содержат родственницу глюкозы – лактозу. Причем чем ближе продукт к понятию кисломолочного, тем выше в нем концентрация лактозы – одного из компонентов брожения. И потом, не будем забывать, что молочные продукты содержат особый вид белка, трудно усвояемый абсолютным большинством людей. Речь идет о казеине – белке, в изобилии содержащемся в грудном и коровьем молоке.

В связи с темой казеина доказано, что в кишечнике ребенка при рождении вырабатываются ферменты, позволяющие расщеплять его с легкостью. Зато по мере взросления их выработка снижается, постепенно сходя на нет. Так срабатывает один из природных механизмов, способствующих отлучению ребенка от груди. И при нормальной реализации этой программы организм взрослого человека полностью утрачивает способность усваивать цельное коровье молоко. Потому молоко и считается таким сытным продуктом. Разве мы никогда раньше не замечали, что выпитый стакан может заглушить чувство голода на полчаса-час? Совершенно здоровым людям коровье молоко тоже рекомендовано далеко не всегда. И именно по причине наличия в нем питательного не для каждого белка. Потому рекомендацию ограничить или отменить его диабетику и подавно не стоит полагать за нечто, совершенно лишенное смысла.

Особое внимание следует уделить таким видам овощей, как лук, чеснок и бобы. Следует помнить, что первые два продукта существенно снижают уровень холестерина в крови. А фасоль обладает способностью снижать еще более важную для нас вещь – сахар. Вот с чем нам определенно следует вести себя осмотрительнее, так это со свеклой. Концентрация сахара в клубнях свеклы очень высока. В разных сортах его содержание тоже несколько разнится, конечно. Но не настолько существенно, чтобы снять риск от ее употребления на корню. Факт того, что свекла служит одним из источников промышленной добычи сахара, должен стать для нас веским аргументом ее избегать.

Из фруктов особенно хороши для больных сахарным диабетом грейпфрут, персики и яблоки. Фрукты, в том числе очень сладкие, являются источником не глюкозы, но фруктозы. Это несколько иное, чем глюкоза, вещество. С химической точки зрения. И фруктоза перерабатывается печенью без участия инсулина. С другой стороны, фруктоза употребляется в неизмененном виде мышцами. Из нее они получают точно такой же гликоген, как и из глюкозы. Кроме мышечной массы она употребляется самой печенью – как органом, содержащим собственные запасы гликогена. И мужскими сперматозоидами. Прочим же органам и тканям фруктоза глюкозу не заменит.

Так или иначе, нам следует твердо запомнить, что именно фрукты способны заменить особо страждущим их любимый десерт, от которого пришлось отказаться с наступлением диабета. Поскольку фруктоза является, наряду с аспартамом, ксилитом и сорбитом, одним из натуральных диабетических заменителей сахара, ее можно часто встретить в кондитерских изделиях для больных диабетом. Продукты для диабетиков продаются в специальных отделах практически в любом магазине. И ассортимент их достаточно широк, чтобы успешно разнообразить несладкий рацион жертв «сладкой болезни».

Заменители сахара и особенности их использования при сахарном диабете.

В связи с обилием сладостей на заменителях сахара нам критически важно знать хотя бы основные их достоинства и недостатки. Так уж сложилось, что наибольшую тоску больные сахарным диабетом испытывают в большинстве случаев именно по сладостям. С одной стороны, потому, что с наступлением болезни именно кондитерские изделия становятся для них настоящим запретным плодом.

А с другой – мы уже понимаем, что львиная доля нынешних диабетиков как раз и пришла к нему путем, вымощенным пряниками и конфетами.

Вспомним, насколько тяжело многим из нас бывает изменить усвоенные с детства пищевые привычки! А ведь по собственному почину – это далеко не то же самое, что принудительно! А из этого напрямую следует и повышенное внимание больных диабетом к таким продуктам. Что ж, рассмотрим коротко основные, употребляемые в питании диабетика чаще остальных заменители глюкозы. И начнем с натуральных.

Фруктоза, будучи хороша тем, что к ней не нужен инсулин, обладает и некоторыми коварными свойствами. На ней можно пополнеть вдвое быстрее, чем на любом другом подсластителе. Каждый раз, когда фруктоза попадает в организм при достаточном запасе гликогена и в печени, и в мышцах, лишний продукт неизбежно будет отправлен в жировые ткани. Это могло бы и не считаться проблемой. Однако упомянутое выше открытие адипоцитокинов наводит на мысль, что при уже развитом диабете эта особенность не всегда дает только косметический дефект. Иногда она может привести к появлению диабета там, где его не наблюдалось. И обострению его там, где он уже в наличии.

В то же время раз путь, которым отправится фруктоза, напрямую зависит от уровня наполненности гликогеном тканей мышц и печени, мы уже знаем, как свести возможный вред от ее приема к нулю. Если взаимопонимания с гантелями мы так и не достигли, лакомства даже на фруктозе лучше будет ограничить. Зато завершить таким печеньем прошедшую полноценную тренировку вполне позволительно!

Сорбит обладает выраженным слабительным эффектом. Он менее сладок, чем сахар, зато не усваивается организмом и потому не требует присутствия инсулина в крови.

Ксилит с химической точки зрения представляет собой многоатомный спирт. По степени сладости он примерно равен сахару. Но, в отличие от него, обладает нулевым гликемическим индексом. Ксилит вообще не поднимает уровня глюкозы в крови и не требует присутствия в ней инсулина, поскольку не усваивается человеческим организмом – ни здоровым, ни больным. Это вещество, наравне с сорбитом, является неплохим желчегонным и слабительным средством.

Что касается особенностей применения в пищу ксилита и сорбита при сахарном диабете, то с ними следует быть осторожными больным, принимающим инсулин в сочетании с хотя бы номинальной собственной его выработкой. Дело в том, что даже при нарушении функции усвоения сахара организм остается системой с прежним алгоритмом действий. У него такие алгоритмы разработаны буквально на каждый случай – в том числе, на случай поступления глюкозы. Это значит что наше тело, ощутив сладкий вкус рецепторами языка, запускает целый каскад реакций по подготовке к усвоению простых углеводов – то есть сахара.

Это происходит независимо от наличия или отсутствия «сбойных секторов» в данной цепочке.

Потому у больного с инсулинозависимым типом диабета дневная доза гормона для введения останется неизменной. Зато у больного с инсулиннезависимым диабетом выработка собственного инсулина несколько повысится. Даже при употреблении в пищу сладостей на неусвояемом подсластителе.

Сама по себе эта закономерность не столько вредна, сколько полезна. Ведь ксилит и сорбит, по сути, выполняют в подобных случаях ту же функцию, что и препараты натеглинид или толбутамид в периоде предиабета. Неприятности здесь может принести повышение риска неправильно рассчитать дозу для введения и спровоцировать тем самым приступ гипогликемии. Иначе говоря, при наличии собственного инсулина диабетикам, которые употребляют эти заменители, необходимо быть готовыми уменьшить ближайшие инъекции на две-три единицы.

Наиболее распространенным синтетическим подсластителем в мире является аспартам. Это вещество слаще сахара в 200 раз, потому с его дозированием в кулинарии следует соблюдать правило «чем меньше, тем лучше». Есть и еще одна маленькая кулинарная особенность: аспартам при нагреве разрушается, теряя сладкий вкус. Поэтому его можно добавлять только в холодные блюда и блюда, уже прошедшие этап тепловой обработки. Зато калорийность аспартама в расчетах обычно не участвует. Главным образом, за счет смехотворности нужного количества.

Аспартам является соединением двух аминокислот – составляющих любого белка тела. Его распад в желудке происходит только под действием пищеварительных кислот, без участия инсулина. Последнее понятно, поскольку продуктами этого распада становятся две аминокислоты (фенилаланин, аспаргиновая кислота) и метанол. Нет глюкозы – нет нужды в инсулине!

Из-за наличия в числе производных аспартама ядовитого для организма метанола ходят упорные слухи о канцерогенности этого заменителя сахара. Ну, во-первых, спорить о вреде сладкого в кругу людей, которым сладкое противопоказано, можно до бесконечности. А во-вторых, грамотно проведенных исследований, которые подтвердили бы вред от аспартама, так до сих пор никто и не представил.

Вероятнее всего, речь идет о простом незнании дозировок. Метанол для организма ядовит – это правда. Однако при переваривании стакана простого фруктового фреша его в желудке выделится едва ли не втрое больше, чем из 1 г аспартама. Подсчитано, что для достижения летальной дозы метанола пациенту придется употребить в сутки от 250–300 г аспартама. При его уровне сладости (1 г аспартама равен 3–5 г сахара), отравление метанолом остается реальной угрозой. Но только для тех, кто употребляет более 25 л подслащенных им напитков в сутки. А такое количество выпитой газированной воды само по себе отмечает наличие у индивида серьезной патологии.

Так что в реальных условиях необходимая для отравления метанолом дозировка аспартама практически недостижима. В остальном же нам нужно лишь учесть невероятную сладость аспартама, его неустойчивость к нагреву и особенность усиливать жажду. Аспартам плохо смывается водой со стенок пищевода и слизистых рта. Отсюда его приторное, долгое послевкусие. Впрочем, к приготовлению не сладких напитков, а кондитерских изделий это относится не так заметно. И потом, вода для больных сахарным диабетом ничуть не опасна, так что о противопоказании речь не идет – только об особенности подсластителя. Единственный доказанный и реальный вред аспартам способен нанести пациентам с выраженными осложнениями на почки.

Фенилкетонурия является наследственным заболеванием, так как состоит оно в неспособности организма усваивать аминокислоту фениаланин из пиши. А вот для больных с плохо скомпенсированным диабетом характерны периоды кетонурии. Той, что возникает в процессе масштабного распада белков тканей на аминокислоты – из-за острой нехватки клеткам глюкозы. В этом периоде вводить в организм дополнительную порцию аминокислот – шаг крайне несвоевременный. Таких сочетаний необходимо строго избегать!

Цикламат натрия относится к числу производных нефти. По химической форме это вещество является не моноили полисахаридом, а сульфаматом. Для сравнения: глюкоза и фруктоза относятся к моносахаридам, а лактоза – это дисахарид. Запоминать эти названия не обязательно. Обязательно лишь понять причину, по которой организм не воспринимает цикламат натрия как сахар, несмотря на его сладкий вкус. Вернее, сверхсладкий, потому что цикламат натрия в 30 раз слаще сахара. Но с глюкозой этот заменитель не имеет ничего общего, а значит, он не требует участия инсулина и не усваивается клетками.

Тем не менее по отношению к цикламату действительно то же предупреждение, что мы приводили в случае с сорбитом и ксилитом. У инсулиннезависимых диабетиков с сохранившейся долей секреции инсулина его применение может потребовать внесения корректив в график и дозы инъекций!

Сахарин слаще сахара в 500 раз. В этом отношении он побивает даже рекорд аспартама. Поскольку он является одной из солей натрия, его усвояемость, калорийность и необходимость в присутствии инсулина равняется нулю. Он устойчив к воздействию температуры, но вот с дозировкой следует соблюдать осторожность, потому что при неудачно подобранном соотношении он может и горчить, и давать металлический привкус. Попытки со всеми основаниями обвинить сахарин в канцерогенности (считалось, что он вызывает рак мочевого пузыря) не увенчались успехом. В 90-х годах XX века запрет на его использование был отменен по всему миру.

Методы контроля над питательной ценностью рациона.

Итак, к этому моменту мы уже научились заменять белый хлеб черным, большинство круп уступили место гречке, и мы перестали пить чай без сахара, подобрав наиболее понравившийся нашим вкусовым рецепторам подсластитель. Более того, благодаря достижениям современной химии в нашу жизнь возвратились специально приготовленные для диабетиков сладости. Какие еще знания понадобятся нам для организации полноценного рациона в новых условиях?

Что бы мы ни положили себе в тарелку, нам следует научиться свободно ориентироваться в весе съедаемой порции. Будет удобнее, если мы привыкнем измерять вес «на глазок» с точностью, лишь немногим отличной от весов. Никаких сверхъестественных усилий это не потребует – даже у людей полностью гуманитарного склада ума. Такой навык имеется у каждого работника сферы торговли. Если мы к числу таковых не принадлежим, то месяц отдельных тренировок глазомера окупится нам очень скоро. Ведь умение отмерить себе точную порцию без помощи весов в условиях вне дома просто незаменимо!

Потом, нам необходимо запомнить, что у каждого продукта существует свой углеводный индекс. В принципе, это величина достаточно условная. И точность данного вида измерений весьма сомнительна. Эндокринолог непременно объяснит пациенту на первом же приеме, что такое хлебная единица (ХЕ).

Одна хлебная единица равняется 12 углеводам. Где-то столько же углеводов содержится в ломтике (25–30 г) хлеба.

Отсюда она и «хлебная». Так вот, при составлении диабетической диеты каждому продукту присваивается определенный углеводный индекс. То есть количество хлебных единиц в 100 г продукта. Независимо от того, насколько допустимо его употребление при диабете.

К сожалению, углеводный индекс того или иного продукта можно только выучить наизусть. Измерить в домашних условиях его невозможно. В то же время необходимо понимать, что количество хлебных единиц является категорией не строгой. И ошибка на плюс-минус 10 единиц едва ли составит существенную разницу для нашего самочувствия. Это, скорее дополнительный ориентир в помощь тем диабетикам, которым непривычен контроль над количеством поглощаемой пищи.

Большинство случаев диабета выпадает на долю как раз людей переедающих, с выраженным пристрастием к сладкому, лишним весом и отсутствием привычки к физической активности. Потому дополнительная мера самоконтроля им точно не помешает. Особенно в условиях, когда появляется нужда соотносить схему питания с графиком инъекций инсулина и его дозировок.

Таким образом, с помощью системы хлебных единиц «начинающему» диабетику будет проще сориентироваться в продуктах питания. Когда и что ему лучше всего будет съесть, после инъекции какого из инсулинов допустимо будет сделать небольшое отступление от канонов диеты, каким продуктом удачнее всего получится скомпенсировать скачок или падение сахара – и т. д., и т. п. Растерянность при каждом случае, когда мы забыли, сколько именно в том или ином продукте углеводов, здесь будет излишней. Практический совет для диабетиков, которые все не находят в себе сил запомнить углеводные индексы продуктов, гласит: общий вес съеденного за один присест блюда не должен составлять более 200 г. Да, это очень мало. Зато соблюдение правила микроскопических порций спасет нас от недоразумений с сахаром даже при полной невозможности запомнить, что котлета – продукт очень калорийный, а спаржа – крайне легкий!

Кроме маленьких порций можно попробовать посильную разминку перед едой. Такая мера широко практиковалась в начале XX века. Тогда взаимосвязь диабета с неспособностью клеток усваивать глюкозу без инсулина уже была доказана, однако до выработки технологий успешной компенсации было еще шагать и шагать. Инъекционный инсулин тогда уже производился. Но без возможностей для его достаточной очистки о нужной частоте уколов оставалось только мечтать. Прием инсулина ограничивался двумя инъекциями в день. Да и даже с таким редким графиком устойчивость к нему (вкупе с целым рядом аллергических реакций) формировалась за год-другой.

Диабетики того периода сплошь и рядом получали рекомендации врачей выполнять приседания, отжимания, поднимать тяжести перед каждым приемом пищи. Как видим, этот метод, подходящий, правда, лишь больным диабетом II типа, не утратил актуальности и до сих пор. Жертвам «сладкой болезни», которые так и не пришли к консенсусу со спортом, он будет тем более полезен!

И наконец, еще один эффективный для большинства случаев способ подогнать свой рацион под условия компенсации. Он широко применяется и в диетологии вообще. А суть его состоит в том, чтобы сводить количество разных продуктов в одном приеме к минимуму. Проще говоря, приучиться составлять блюда так, чтобы за один прием мы съедали не более трех различных продуктов. Причем, считая за отдельный продукт то, что обычно называют добавкой, – соусы, заправку, салаты, подливку.

Как это выглядит на практике? Очень просто. Вспомним, как мы привыкли питаться всю жизнь? Издревле русская кухня установила за правило сочетание мяса с гарниром и салатом. В обед полагается еще и непременная тарелка борща с хлебом и сметаной, предваряющая прием более сытной пищи. А не запить все съеденное чаем с булочкой – это уже абсолютный mauvais ton в большинстве считающих себя цивилизованными домов.

Так вот, употреблять за один прием смеси из семи-восьми разных продуктов диабетику неразумно. Это гораздо более опрометчиво, чем даже время от времени позволять себе кусочек торта или шашлыка! И здесь абсолютно неважно, что наши предки питались веками именно так, и никак иначе. Наши предки, в отличие от нас, ежедневно исполняли любую рутинную работу по хозяйству вручную. Руками стиралось и отжималось белье, в руках носилась целыми днями вода из колодца, руками вычищался до блеска каждый квадратный метр жилища. Вместе с предметами интерьера, разумеется…

Так что каждый новый день жизни наших предков сопровождался физической активностью, от которой мы избавлены благодаря эффективным и высокоразвитым технологиям. А потому и рацион предыдущих поколений для нас все чаще оборачивается скорее вредом, чем благом.

И потом, чем сложнее блюдо, чем больше ингредиентов использовано при его приготовлении, тем сложнее подсчитать его углеводный индекс. Тем более что он в немалой степени зависит и от способа приготовления. К чему нам риск ошибки не мелкой, но весьма ощутимой? Простые блюда проще оценить по всем параметрам. А нашему желудочно-кишечному тракту проще их переварить. В том числе поджелудочной железе, которая обеспечивает пищеварительные функции тонкого кишечника. Опять-таки: не имея причин утверждать, что диетология как наука права всегда и во всем, мы можем с уверенностью констатировать тем не менее, что правило минимума ингредиентов – одно из наиболее удачных ее открытий!

Итак, диета является незаменимым методом борьбы с сахарным диабетом. Только с ее помощью пациент может сбалансировать свой рацион так, чтобы получать с каждым приемом пищи одинаковое количество глюкозы. Не менее важную роль диета играет и при решении проблем с набором лишнего веса, дозированием инсулина и подбором оптимального графика его введения.

Компоненты компенсации сахарного диабета: инсулин и способы его приема.

Все время при разговоре о сахарном диабете и мероприятиях, помогающих нам жить с этим недугом, мы вспоминаем об инъекциях инсулина. О том, что диабетики вынуждены принимать дозы этого гормона всю жизнь, по установленному графику, знает каждый, даже здоровый, человек. Но в действительности и инсулинов на свете существует великое множество, и число препаратов, облегчающих жизнь больного сахарным диабетом, далеко ими не исчерпывается.

Виды инсулина по источнику происхождения. Разница в побочных эффектах.

Сперва поговорим в этой главе об инсулине и обо всем, что с ним связано. Выше мы уже указали вскользь, что современные инсулины различаются по источнику происхождения. Инсулин бывает свиным, бычьим или человеческим. Первые два вида гормона могут быть как обычной, так и высокой очистки. Человеческий же инсулин, производимый трансгенной (с измененным генетическим кодом) бактерией, сам по себе не содержит фрагментов ДНК. Оттого очистке он почти не подвергается.

Помимо источника получения и степени очистки инсулины делятся также на «короткие» и «долгие». Последнее разделение возникло из-за существования простых и сложных углеводов. Углеводы всегда первыми используются организмом для получения глюкозы. После них идут белки, а жиры неизменно составляют для желудка только третью очередь. Однако не все углеводы перевариваются с одинаковой скоростью.

Как мы уже могли заметить по примеру с гречневой крупой и пшеничным хлебом, простые углеводы всегда расщепляются быстрее сложных. Различие в скорости достаточно велико, чтобы считаться потенциальным источником проблем для больного диабетом. Например, глюкоза из ложки сахара выделяется в кровь в течение 10–15 минут после его проглатывания. А вот ложка гречневой каши появится там в периоде до получаса. При от природы ускоренном метаболизме это время может оказаться и меньшим.

Особенную сложность разница в скорости расщепления тех или иных углеводов представляет для больных с инсулинозависимым диабетом. Эти пациенты буквально обречены на использование одновременно «короткого» и «долгого» инсулина. С первых же дней заболевания. В то же время у многих диабетиков, которые прошли длительный этап предиабета и были вынуждены прибегнуть к инъекциям, нужда в «коротком» инсулине может так никогда и не наступить.

«Долгий» инсулин необходимо колоть в среднем один раз в 6–8 часов, так как его препарат содержит включения, не позволяющие ему поступать в кровь слишком быстро. Этот вид инсулина хорош для создания постоянного его фона в крови. А вот «короткий» вводится разово, всегда незадолго до еды или начала занятий – обычно за полчаса. Он усваивается сразу весь и используется в качестве единичной меры – для сглаживания последствий гастрономической ошибки или грядущего физического напряжения.

Единожды выбрав инсулин определенного происхождения, следует остановиться на нем и не менять впредь без необходимости. Диабет не относится к числу заболеваний с хорошим откликом на смену препарата. Изменения здесь допустимы только в вопросе комбинирования инсулинов, разнящихся по срокам действия. «Долгий» инсулин можно сочетать с «коротким» – без каких бы то ни было ограничений в вариациях. Естественно, кроме ограничения, которое при неудачном раскладе заканчивается скачком/коллапсом глюкозы!

Суть вопроса с происхождением того или иного инсулина заключается в различии побочных эффектов от их применения. Не следует думать, что инъекции инсулина не обладают таковыми вообще. Инсулин животного происхождения нередко формирует со временем реакцию иммунного ответа. Почти как аллергию, только с менее заметными симптомами. Чем хуже он очищен, чем быстрее формируется реакция. Поэтому будет разумно с первых же дней предпочесть инсулин любой, так сказать, природы, но с высокой степенью очистки.

Первыми признаками появления иммунного ответа выступают местная липодистрофия и необходимость немотивированного повышения дозы. Липодистрофией называется картина, когда в месте укола эта самая прослойка либо истончается, либо, наоборот, уплотняется. Инъекция делается в слой подкожного жира – обычно в складку внизу живота. И помимо косметического дефекта это явление часто вызывает местное изменение чувствительности. Так, у впадин чувствительность снижена, а у шишек – увеличена. Но кроме всего прочего, липодистрофия может служить предвестницей скорого перехода на другой тип инсулина. В особенности если уже налицо эффект наращивания дозы. И тем более, если он наблюдается безо всяких видимых причин. То есть когда нагрузки не увеличивались, пациент не менял место жительства, не подвергался стрессу и не вносил корректив на уменьшение в свой рацион.

Неуклонно повышать дозу можно лишь до поры до времени, поскольку рано или поздно сработает точно такая же передозировка, что и в случае с наркотическими веществами. Поэтому при появлении любого из двух симптомов нам следует сперва провести небольшую работу над ошибками в технике инъекций. Однако убедившись, что мы колем инсулин теплым, игла стерильна, привычки растирать место укола (протирать его спиртом) у нас нет и наша жизнь не претерпевала никаких кардинальных перемен, мы можем смело приступать к подбору другого препарата.

В то же время ничего из сказанного выше не означает, что мы так уж сразу и рекомендуем всем диабетикам мира начинать с человеческого инсулина. И использовать его до конца дней, не опасаясь никакой иммунной реакции! В действительности выбор между провоцирующим иммунный ответ животным инсулином и гипоаллергенным человеческим не так очевиден, как нас хотят уверить некоторые специалисты.

У человеческого инсулина есть другое неприятное свойство. Долгое время оно считалось субъективным впечатлением, но было подтверждено экспериментально впоследствии. Началось все с того, что перешедшие на долгожданную новинку пациенты стали массово жаловаться на внезапное наступление гипогликемии. На животном инсулине эти приступы предварялись известными симптомами, оставляя больному время, чтобы съесть припасенный для таких случаев хлеб. Зато с переходом на человеческий инсулин они начали заставать пациента врасплох.

Поскольку первый ДНК-рекомбинантный инсулин начали производить в Швейцарии, поток сходных по смыслу жалоб не остался незамеченным. Были назначен и проведен ряд рандомизированных (когда каждый пациент получает назначение в ту или иную группу случайным методом) исследований. И они показали, что этот самый условно человеческий инсулин обладает странным свойством снижать интенсивность сигналов, проходящих по нейронам спинного и головного мозга.

Проще говоря, ДНК-рекомбинантный инсулин по неизвестным пока причинам притупляет и замедляет работу центральной нервной системы человека. Отсюда, собственно, и внезапность приступов: ослабленный, замедленный сигнал поступает в мозг уже тогда, когда уровень сахара достигает какой-то из критических отметок.

Проблема канцерогенности терапии инсулином.

Следует добавить, что отрицательным влиянием на деятельность ЦНС список претензий к человеческому инсулину не исчерпывается. Дело в том, что у всех больных сахарным диабетом в организме появляется, благодаря компенсации инсулином, дополнительный фактор риска заболеть раком.

Для чего клетка использует глюкозу? Для успешного протекания в ней обменных процессов, а также для деления. Само по себе деление клеток – явление нормальное. Они делятся постоянно – каждую минуту в организме человека зарождаются и отмирают мириады клеток. Суть же злокачественного перерождения тканей заключается в нарушении механизма деления. Клетки рака – это самые обычные клетки ткани. Просто недозревшие и размножающиеся со скоростью, которая превышает нормальную во много крат. Под микроскопом они так и выглядят – очень «молодо», с огромным, характерным для незрелых образований ядром.

Что происходит в организме здорового человека – то есть в среде с естественным уровнем инсулина, сахара и всеми условиями для нормального деления? Здоровый индивид садится за стол и начинает есть. К этому моменту в его крови присутствует фоновый запас глюкозы и некое количество инсулина. Уточним, что этот фоновый уровень достаточно низок, иначе мы бы не проголодались. Головной мозг, ранее подававший желудочно-кишечному тракту «голодные» сигналы, меняет тактику с появлением перспективы удовлетворения этих позывов. Процессы, относящиеся к грядущему акту пищеварения, ускоряются в несколько раз. Поджелудочная железа активизирует секрецию всех пищеварительных ферментов и выбрасывает в кровь дополнительную порцию инсулина.

Иными словами, у здорового человека сперва повышается уровень глюкозы в крови. И только после в ней увеличивается концентрация инсулина, чтобы эту глюкозу тут же распределить в клетках. Именно в таком порядке, так как эти два события находятся в отношениях причинно-следственной связи. Как мы уже и сами можем догадаться, в организме больного диабетом зато постоянно наблюдается порядок противоположный.

Диабетик сначала делает инъекцию инсулина (его уровень в крови растет) и только потом садится за стол (поднимается и глюкоза). По-другому у больного сахарным диабетом не получится. Ни при какой комбинации инсулинов, потому что тот же «короткий» препарат все равно вводится не позже чем за 20 минут до еды. Вот и выходит, что в его организме постоянно наблюдается невозможный в природе процесс появления следствия без причины.

Каким же образом эта аномалия может стать канцерогенным фактором? Здесь нам потребуется дополнительно вспомнить о том, что метаболизм обменом глюкозы отнюдь не исчерпывается. Человеческое тело не станет менять все свои алгоритмы работы только из-за вынужденных коренных изменений в одном из них.

Биологически наши клетки запрограммированы при выбросе в кровь инсулина тотчас активизировать процедуру его захвата рецепторами. Клеткам всегда мало глюкозы. Вернее, выражаясь образно, энергия с их точки зрения – такое полезное вещество, которого никогда много не бывает. Зато бывает мало. Благодаря этой же логике мы, например, набираем вес при переедании. Наше тело не знает понятия «лишние калории». Для тела они лишними не бывают. Даже на последних стадиях ожирения…

Итак, ежедневно в кровь диабетика сначала поступает сразу и много инсулина, а реакция захвата им всех наличных молекул сахара запускается только потом. То есть клетки его тела постоянно находятся в положении строжайшего режима. За ближайшие полчаса им нужно успеть, что называется, наесться до отвала, поскольку спустя это время в крови не останется ни глюкозы, ни инсулина. Они привыкают так поступать – из-за хронической нехватки глюкозы в перерыве между инъекциями. А значит, у них появляется почва для немотивированного деления. То есть деления в момент наличия для этого энергии, а не в момент биологической необходимости делиться. Плюс, при любом разговоре о свойственном даже хорошо скомпенсированному диабету высоком сахаре крови не следует забывать, что злокачественным клеткам буквально только этого и не хватало для роста.

Злокачественные ткани славятся своей феноменальной прожорливостью. Особенно падки они до глюкозы. Но если брать в целом, то им требуется для роста абсолютно тот же набор веществ, что и клеткам обычным. Поскольку вся злокачественная суть раковых клеток состоит в их стремительном размножении, легко догадаться, насколько больше им нужно.

Именно по этой причине опухоль любой локализации стремится сперва прорасти в ближайшие лимфатические и кровеносные сосуды. Именно ради запасов питательных веществ организма она без спросу выращивает внутри своих тканей строму – каркас из добавочных капилляров и лимфоузлов. И именно с этой целью, начиная от определенной стадии развития, она метастазирует либо в печень, либо в костный мозг. Ей нужны абсолютно все запасы организма, и она не успокоится, пока не поглотит их полностью.

Так что все время, пока нормальные клетки голодают из-за нехватки гормона – реагента, злокачественное новообразование вовсю пользуется высоким уровнем сахара в крови. Оно получает тем самым явное преимущество перед остальными тканями. И растет на отменно способствующем тому рационе вдвое быстрее. Что же до претензий по части организации оптимальных условий роста рака именно к человеческому инсулину, то речь не о том, будто он сам по себе провоцирует перерождение.

Нет, ни в чем подобном ДНК-рекомбинантный инсулин пока замечен не был. Просто этот инсулин усваивается организмом человека быстрее и полнее, чем инсулин животный. Он активнее стимулирует белки роста в клетках тела. Последнее происходит из-за несравнимо более высокой степени подобия им. А стало быть, под его воздействием клетки быстрее перестраивают свой, так сказать, распорядок дня под деление по принципу «когда можно» вместо «когда нужно». И формируется дополнительный «сбойный» фактор, способный обернуться злокачественным перерождением.

Именно по означенным выше причинам разговор о том, какой инсулин лучше, не имеет смысла даже начинать без выяснения истории болезни пациента. Если на момент обращения к эндокринологу больной является аллергиком, или его карточка содержит упоминания о лечении любых аутоиммунных заболеваний, показания к назначению гипоаллергенного человеческого инсулина налицо. Однако при отсутствии аномальных реакций иммунитета такой риск оправдан не всегда. Более того: если в ближайших поколениях родственников больного имеются случаи рака, это уже – прямое противопоказание к его использованию. Независимо от того, был ли случай с летальным исходом или все кончилось благополучно. Тем более человеческий инсулин не следует назначать больным с врожденными или приобретенными отклонениями в работе центральной нервной системы.

Когда же мы говорим о пациенте, в истории болезни которого нет ни одного намека, позволяющего сразу склониться к тому или иному решению, разумнее всего будет вспомнить, что лишний раз менять препарат нам и впрямь не резон. Это так. Но это совершенно не означает, что его не получится сменить при необходимости. Иными словами, выбрав изначально инсулин животного происхождения, мы спокойно сможем перейти на ДНК-рекомбинантный позже, при наступлении иммунной реакции. Если она вообще наступит, потому что этот сценарий далеко не обязателен.

Для того чтобы чувствовать себя достаточно защищенными от нее, нам следует соблюсти лишь одну бесспорную рекомендацию: выбрав животный инсулин, мы не обязательно допустили ошибку. Напротив, мы, вполне возможно, избежали заболевания несравнимо худшего, чем сахарный диабет. Но вот с чем мы точно можем ошибиться, так это с инсулином обычной очистки, который традиционно обходится несколько дешевле препарата с очисткой высокой.

Выбирая животный инсулин, нужно обязательно помнить, что чем лучше он будет очищен, тем меньше риск развития реакции иммунного ответа!

Современные методы контроля уровня глюкозы и введения инсулина. Достоинства и недостатки.

Рассмотрев все сложности, которые могут встретиться нам при подборе наполнителя для шприца, скажем несколько слов и о самих шприцах. К нашему счастью, шприц в традиционном понимании этого слова мы сможем по-прежнему использовать дома. Ради экономии средств и удобства экспериментов с дозировками/видами инсулинов. Однако брать баночки с препаратом и шприцы в гости, на работу, в институт или в кинотеатр никакой нужды в наше время нет. Громоздкая атрибутика, сопровождавшая диабетика везде, куда бы он ни отправился, утратила свою актуальность с появлением шприц-ручек. Эти компактные устройства для инъекций и впрямь больше похожи на шариковую ручку, чем на шприц. Только место кончика стержня в них занимает игла, а место самого стержня – сменный картридж с дозой инсулина.

Игла в шприц-ручках сохраняет стерильность при любых обстоятельствах, так как прячется внутрь прибора. Таким образом, шприц-ручку легко носить в обычной сумке или рюкзаке. Разумеется, никто не запрещает брать с собой какое угодно количество «порций» каких угодно инсулинов – на выбор пациента и с учетом его личных пожеланий. Зато шприц-ручка неудобна тем, что картриджи с дозой являются одноразовыми. И дозы в них стандартизированы. Поэтому в начале использования прибора диабетику следует непременно просчитать необходимое лично ему количество и состав «портативного набора».

Поскольку картридж повторному употреблению не подлежит, содержимое его поделить напополам невозможно и не всем диабетикам подходят дозы, образуемые одним или несколькими целыми картриджами, полностью отказаться от шприца они позволяют не всегда. В домашних условиях особые потребности лучше продолжать удовлетворять традиционными методами – просто из-за большей их гибкости. Шприц-ручка – это удобный портативный вариант. Но из-за нужды постоянно покупать новые картриджи и часто не одного вида, это удовольствие обойдется несколько дороже обычной бутылочки с месячным запасом шприцев в придачу. Тем более, если пользоваться только этим вариантом компенсации.

Кроме шприц-ручек к услугам современных диабетиков еще одно высокотехнологичное приспособление, появившееся на прилавках аптек сравнительно недавно. Приспособление, о котором мы говорим, это инсулиновая помпа. Данное нововведение представляет собой достаточно сложный прибор – с возможностями тончайшей настройки, цифровым управлением и большим диапазоном режимов работы. Помпа крепится стационарно, на теле. Подача инсулина осуществляется круглосуточно, автоматически, в точном соответствии с заданной пользователем программой. В случае необходимости помпа позволяет тут же, на ходу впрыснуть лишнюю дозу вручную или изменить настройки. При этом сам прибор компактен, мал и легок – его не получится спрятать разве что под латексным скафандром. Любые другие варианты одежды позволяют носить помпу совершенно незаметно для окружающих.

Неоспоримое преимущество инсулиновой помпы состоит в том, что она позволяет приблизить режим поступления инсулина в кровь к нормальному настолько, насколько это не удастся сделать никаким иным способом. Буквально только что мы коротко осветили круг проблем, связанных исключительно с такой малозаметной деталью, как перевернутый с ног на голову порядок поступления в кровь инсулина и глюкозы. А потому нам уже понятно, какими серьезными последствиями может обернуться для организма то, что видится нам не более чем пустяком, издержкой метода.

Так что широту возможностей инсулиновой помпы нельзя недооценивать. Очень многие больные инсулинозависимым диабетом получили шанс на по-настоящему эффективную компенсацию только с появлением этого прибора. Что до инсулиннезависимого диабета, то грамотно установленная помпа наверняка поможет тем, кому до сих пор не удавалось побороть ночную гипогликемию экспериментами с графиком уколов.

Природа резкого падения сахара во сне понятна: разрыв во времени между ужином и завтраком для здоровых людей вполне нормален, а для диабетика – велик. Оттого бороться с нею можно с помощью более или менее подходящей «длины» инсулина. Или жертвовать отдыхом ради лишнего приема пищи где-то посередине отведенного на сон отрезка. Инсулиновые помпы – это новое слово в решении вопроса. Ведь благодаря стабильности впрыскивания инсулина ужин легко «уплотнить» по гликемическому эквиваленту. В частности, так, чтобы, по крайней мере, пробуждение не начиналось с головокружения и тошноты.

Однако и недостаток, помимо высокой цены, у инсулиновой помпы есть. Он даже достаточно серьезен для того, чтобы использовать ее было рационально не всегда, а лишь в случаях, когда нам критически важно постоянство подачи инсулина или свобода движений. Помимо инсулинозависимых диабетиков помпой очень хорошо пользоваться спортсменам с этим заболеванием. Или неспортсменам во время плановой тренировки.

Проблема состоит в том, что инсулин подается помпой в ткани через закрепленный на постоянной основе катетер. А катетер – это, по сути, игла с трубкой, приклеенная пластырем. И он является деталью, не столь уж приятной в применении. Каждый раз, когда смещаются сами проколотые ткани или игла движется потому, что ее задевает одежда, нам больно. Так что упражнения на пресс удачнее планировать на день без помпы. Ведь именно складка внизу живота считается стандартным местом ввода катетера.

Помимо постоянного дискомфорта при малейшем движении насладиться работой помпы может помешать и естественно возникающее со временем в месте укола воспаление. Это происходит и из-за непрекращающегося подергивания иглы, и из-за невозможности поддерживать гигиену этой области в условиях вне дома. А раздражающее ткани длительное воздействие может привести даже к появлению очага липодистрофии…

Таким образом, не стоит слишком полагаться на то, что уже к концу дня у нас не возникнет самое искренне желание избавиться от истрепавшего нам все нервы прибора. Объективно, «продержаться» с помпой более суток сможет разве что пациент с особым иммунитетом к раздражителям такого рода. И прежде чем принять окончательное решение о покупке помпы (средняя цена прибора колеблется в пределах 3500–5000 долларов), уместно будет оценить реальность перспективы ее использования путем простого эксперимента.

Вместо катетера недешевого и сложного прибора можно закрепить, введя ее в жировую ткань на животе, обыкновенную иглу от одноразового шприца. И попробовать выполнить с этим импровизированным катетером весь норматив, ради которого мы изначально призадумались о приобретении самой помпы. Если этот уровень комфорта нас устраивает или, паче того, кажется гораздо лучшим вариантом, чем все, находящиеся в нашем распоряжении сейчас, можно смело оформлять покупку. Если же нет, нам, вовремя предупрежденным о последствиях, лучше оставить мысль о ее покупке.

Кроме помп и шприц-ручек уже довольно долгое время в медицинских кругах муссируются слухи о подготовке к выпуску инсулина в ингаляторах, употребляемого через вдыхание. Несомненно, такая форма приема произвела бы настоящий фурор среди больных «сладкой болезнью». Заболевание диабетом сопровождают постоянные уколы – то затем, чтобы снять показания по сахару, то для введения очередной дозы инсулина. Эти две неизбежные, повторяющиеся по несколько раз в день процедуры служат одним из мощнейших факторов дискомфорта. Новый способ введения инсулина за считаные месяцы сделал бы инъекции частью истории. Что ж, работы в этом направлении ведутся самым активным образом, и перспектива их скорого завершения – самая обнадеживающая. Даже несмотря на то, что пробный запуск технологии продемонстрировал недоработки настолько серьезные, что эксперимент пришлось признать неудачным.

Так или иначе, инсулин для ингаляций пока не запатентован как лекарственное средство. Это – технологии будущего. Потому современные варианты инсулиновой компенсации пока таковы, как мы описали. Следует добавить при этом, что для поддержания нормы сахара нам потребуется еще один прибор. Независимо от способа введения, которым пользуемся лично мы, и независимо от того, какой инсулин мы когда колем. Причем он обязательно должен быть под рукой – в любой момент времени, наравне с готовой дозой инсулина. Мы говорим, разумеется, о глюкометре – приборе для быстрого измерения уровня сахара в периферической крови.

Глюкометр – это далеко не инсулиновая помпа по сложности устройства и использования. Этот прибор в современном его виде снабжен электронным табло с подсветкой, на котором после каждого замера появляется сразу готовый результат. Замер производится через укол подушечки пальца встроенной в прибор иглой. Полученной капельки крови ему вполне достаточно для анализа.

Ухаживать за глюкометром несложно. Следует лишь своевременно заменять батарейку и дезинфицировать иглу после каждого замера. Следует понимать, что глюкометр на «севшей» батарейке, в зависимости от производителя, может просто замедлить работу или перестать показывать результат. А может и выдать ложный результат, что гораздо хуже. К появлению неверных показаний иногда приводит и наличие на игле остатков крови от прежнего анализа. Потому об обслуживании глюкометра следует заботиться так же тщательно, как мы бы заботились о кардиостимуляторе, например!

При выборе глюкометра нам следует ориентироваться скорее на точность его показаний и надежность работы, чем на симулирующие больший комфорт «надстройки». Так, индикатор заряда батареи станет полезной дополнительной функцией. Наличие у дисплея подсветки и крупных цифр также облегчит диабетику процедуру замера на сахар. Особенно с учетом прогрессирующей у каждого больного «сладкой болезнью» ретинопатии. В то же время всем понятно, что глюкометр должен измерять точно лишь глюкозу, а не атмосферное давление. Для замеров последнего существует отдельный прибор – барометр.

Так что лучше выбрать глюкометр без каких бы то ни было добавочных опций. Желательно с индикатором уровня заряда батареи. Максимум, с понравившимся нам дизайном корпуса! Техническое же усложнение этого прибора хороших плодов не принесет в любом случае, поскольку основное его назначение элементарно, и обеспечивается оно исполнением простейшего алгоритма. Все прочие функции только замедлят его работу, увеличат количество ошибок и умножат вероятность выхода глюкометра из строя.

Как можно видеть, современная аппаратура и лекарственные средства, окружающие диабет, пусть и не достигли совершенства, но явно к нему приблизились. Компенсационные процедуры значительно упростились, а вероятность осложнений – уменьшилась. Единственное, что здесь обязательно следует иметь в виду, это сочетаемость особенностей именно нашего диабета с теми или иными вспомогательными средствами.

Методы компенсации сахарного диабета: пероральные средства.

И напоследок поговорим в теме медикаментозной компенсации диабета о такой немаловажной ее статье, как вспомогательные препараты. Дело в том, что инсулин инсулином, но, во-первых, как мы уже знаем, с его назначением врач торопиться ни за что не станет. А во-вторых, нередко диабетику с «букетом» сопутствующих или отдельных проблем инсулин назначают только как основу целого комплекса компенсирующих мер.

Средства для искусственного снижения глюкозы: классификация, принцип действия.

Принимаемые перорально средства компенсации диабета делятся на несколько обширных групп. Первая из них стимулирует выработку инсулина островковыми клетками, а потому препараты этой группы назначаются исключительно пациентам с сахарным диабетом II типа. К их числу принадлежат, например, производные сульфонилмочевины – толбутамид и глипизид. А также натеглинид с репаглинидом, которые обладают быстрее проявляющимся, но и более быстротечным действием.

Следующая группа – это бигуаниды. Вещества данной категории обладают способностью снижать производство глюкозы в печени и всасывание ее кишечником. Тем самым бигуаниды способствуют уменьшению показателей сахара в крови. Самый известный препарат данной группы – метморфин. А своей известностью и широтой распространения он обязан свойству косвенно еще и увеличивать чувствительность клеток к инсулину. То есть компенсировать последствия ожирения и повышенной активности адипокинов.

Развитие современных технологий и фармацевтической индустрии позволило сделать также несколько новых шагов в области «неинсулиновой» компенсации диабета. Последние 15 лет ознаменовались изобретением лекарств, стимулирующих активность как белка – переносчика глюкозы (напомним, он зовется glut-4), так и парного ему рецептора на поверхности клетки. Из их числа, например, пиоглитазон и розиглитазон.

Кроме того, на данный момент сформирована еще одна группа препаратов последнего поколения, в основе действия которых лежит свойство угнетать активность одного из пищеварительных агентов. Того из них, который отвечает именно за выделение глюкозы из пищи. Агент этот называется альфа-глюкозидазой, а вещество – ингибитор его активности известно как акарбоза. Благодаря действию акарбозы полисахариды из пищи перестают разлагаться на моносахариды – собственно усвояемую клетками глюкозу. Что и ведет к снижению образования в кишечнике сахара, пригодного для усвоения клетками.

Вопросы актуальности применения – нужно ли нам нарушать еще один процесс?

Существуют ли здесь сложности с выбором? Несомненно, да. Даже несмотря на то, что выбор этот делать, собственно, не столько нам, сколько врачу. Начнем с самой простой арифметики: перед нами четыре группы веществ с различным механизмом воздействия. А видов сахарного диабета и сценариев его развития – не меньше десятка. Плюс, мы видим, что часть этих препаратов направлена не на стимулирование связанных с нашим заболеванием процессов, а, напротив, на угнетение какого-то из них.

На этом моменте у нас возникают известные сомнения. И они, надо сказать, вполне законны. Процесс усвоения глюкозы у нас уже нарушен. И ничего хорошего в этом нет. Следующим же шагом нам предлагается не попытка нормализовать патологию, а создать новую аномальную «зону» – только теперь в области выделения глюкозы из пищи. Этот ход должен, обязан настораживать не только пациента, но и врача. Тем не менее такое происходит не всегда, и специалисты часто не усматривают ничего противоестественного в том, чтобы на снижение усвояемости сахара «ответить» снижением его поступления в кровь.

Рассудим здраво. Можно ли ожидать, что появление еще одной аномалии улучшит наше состояние? Сам диабет с его помощью излечить не удастся – указанные препараты на это и не рассчитаны. Стало быть, изначальная проблема никуда не денется. Идем дальше, как говаривал знаменитый сыщик. Характерно ли для сахарного диабета противоположное по смыслу отклонение – когда уровень глюкозы не растет, а, напротив, падает до критической отметки? Да, и еще как! Даже у достигших пределов совершенства в искусстве компенсации больных утренние приступы гипогликемии – более чем распространенное явление!

А теперь представим себе, что будет, если у нас неожиданно наступит гипогликемия. Как уже говорилось, причин для этого столько, что все не сумеет учесть диабетик даже с многолетним стажем. Только наступит как раз во время курса акарбозы – ближе к его середине. Уже через неделю после начала курса концентрация препарата в крови достигнет отметки вполне достаточной для того, чтобы срочно съеденный кусочек хлеба или конфета нам не помогли.

В такой ситуации нам придется съесть в два раза больше, чем мы бы это сделали прежде, до начала курса. Если мы обладаем достаточными навыками компенсации, обморока удастся избежать. Если же наш стаж компенсации пока невелик или, напротив, удачен настолько, что ранее у нас приступов не бывало, исход может быть самым разным. Если мы носим с собой инсулин, небольшой запас углеводов и паспорт диабетика, все наверняка обойдется, и мы получим неприятный эпизод без длительных последствий. Другой вопрос, случилось бы нечто подобное, не принимай мы акарбозу? Кто здесь «неправ» больше – мы или принимаемый нами препарат?

Итого, по итогам минутной работы воображения мы можем сделать некоторые выводы и без помощи специалиста. Прежде всего, часть вспомогательных средств для борьбы с симптомами диабета способна приводить к прямо противоположным результатам. Главная задача компенсации состоит в улучшении поглощения глюкозы клетками. Контролировать и уменьшать объемы ее поступления здесь необходимо только с учетом общего снижения этой их способности и неравномерности поступления в кровь инсулина.

Именно неравномерность поступления инсулина приводит к потере гибкости, с которой его уровень регулируется в здоровом организме в зависимости от интенсивности затрат глюкозы. Сама глюкоза здесь совершенно ни при чем. В случае с инъекциями извне количество инсулина определяется не телом, но самим пациентом. А пациент производит измерения куда более грубыми методами, чем те, которыми пользуется организм. И появляется известная разница между тем, когда у тела возникает повышенная потребность в энергии и когда пациент готов ее удовлетворить. Колебания глюкозы в крови даже крайне внимательного диабетика неизбежны, как смена времен года. И как раз из-за неспособности человека предусмотреть все случаи изменения потребностей тела.

Между тем препараты, редуцирующие всасывание глюкозы из кишечника в кровь, учитывают лишь один из аспектов проблемы. Они рассчитаны на лечение гипергликемии – и только. Из чего следует, что эти средства отнюдь не являются универсальными для всех больных сахарным диабетом. Напротив, они показаны довольно узкому кругу лиц. А именно, пациентам с выраженным лишним весом, постоянно высоким уровнем сахара в крови и быстрой прогрессией сопутствующих симптомов – нефропатии и дегенерации сосудистой сетки.

Как уже было сказано, чаще всего в таких случаях речь идет о плохо скомпенсированном сахарном диабете. То есть о больном, который выслушал рекомендации врача, начал терапию инсулином – и не пошел дальше уже сделанных элементарных шагов, посчитав их достаточными. Случаи не нежелания, а невозможности понизить сахар, несмотря ни на какие меры, крайне редки. И львиная их доля приходится на предиабет, который стремительно превращается в диабет, но ни врач, ни пациент не спешат признать этот факт.

В последнем примере речь идет о психологической проблеме со стороны пациента. Пока он пьет таблетки без инъекций, сохраняется как бы иллюзия, что все это временно и скоро пройдет. А со стороны врача имеет место проблема профессиональная. Ведь именно профессиональный подход требует от него назначать инсулин только при неэффективности всех прочих мер. На самом же деле никакой психологии в выборе лечения не место.

И если говорить о рекомендациях относительно вспомогательных средств,

Однозначно рекомендуются все препараты и группы, направленные на активизацию угасших процессов. А именно, процессов выработки инсулина, деятельности белков – переносчиков и рецепторов глюкозы, расщепления глюкозы в митохондриях.

В то же время.

Любой разговор о назначении препаратов, угнетающих выработку глюкозы или гликогена, снижающих активность печени или желудочно-кишечного тракта, заслуживает самого осторожного подхода и строгой критики.

Строгость критики здесь обоснована – очень высокой вероятностью развития новых патологий при сохранении старых и еще более высокой вероятностью усложнения картины побочных эффектов. А также почти стопроцентной вероятностью, что на момент прихода к столь сомнительному решению уже всем очевидны наступление стадии диабета и необходимость инсулиновой компенсации!

Мы только что запомнили две новые для нас группы препаратов с весьма сомнительной степенью полезности – бигуаниды и все соединения, в составе коих значится слово «акарбоза». Однако не будем забывать, что целый ряд вспомогательных средств назначается для сглаживания симптомов не столько самого диабета, сколько его осложнений. А потому наш разговор нельзя считать оконченным без краткого обзора и этой линейки.

Препараты для снижения уровня холестерина – насколько оправдано их раннее назначение?

Разумеется, если мы попытаемся рассмотреть все средства борьбы с нефропатией, ишемией, хрупкостью сосудистых стенок и онемением конечностей, объем данной работы превзойдет рекорды, знакомые нам еще со школы. Ну, поскольку в серии книг «Семейный доктор» мы говорим только о том, что непременно нам пригодится на практике, постараемся все же блюсти меру и быть краткими.

Для того чтобы и без пояснений избежать большинства ошибок, нам, в принципе, нужно только всегда помнить, каких результатов мы хотим достичь в итоге. Все осложнения сахарного диабета имеют общую природу – постоянный высокий сахар в крови. Из этого следует, что наше желание отсрочить наступление осложнений может быть реализовано лишь одним путем – через стабилизацию уровня глюкозы.

Правильное решение проблемы заключается в снижении углеводного индекса потребляемых нами блюд и жесткий контроль над количеством глюкозы в каждом приеме пищи. Неправильное решение мы описали выше: начать прием акарбозы в расчете на то, что ее действие поможет нам скомпенсировать съеденный лишний килограмм-другой ванильного печенья. Притом печенья не диабетического, а обычного, сдобного. Эта мера действительно окажется действенной в одном случае – и имеет все шансы погубить нас тогда, когда печенья под рукой не окажется.

На очереди другой пример и другой тип ошибки – тоже весьма распространенной. Если первая состоит в недостатке предусмотрительности и ответственности, то вторая – в их избытке. Ответственный пациент сразу после постановки диагноза возьмется, естественно, за свое питание самым тщательным образом. Он начнет и физические нагрузки, и диету, и эксперименты с инсулином в попытке достичь оптимальных показаний глюкометра.

Следует отметить, что подобный подход эффективен практически всегда. На достаточное внимание к проблеме и тонко подстроенную под нужды организма терапию диабет реагирует хорошо. Настолько хорошо, что люди с этим заболеванием вполне могут добиваться успеха в мировом – не местного порядка! – спорте. Согласимся, что, допустим, великий Пеле (инсулинозависимый диабет I типа) явно не был подвержен сердечно-сосудистым осложнениям и нефропатии. Это значит, что и любому другому диабетику под силу оставаться здоровее многих здоровых десятки лет кряду.

При достаточных усилиях в направлении основной терапии диабетик, как правило, не нуждается в приеме дополнительных медикаментов. Если только у него нет врожденного порока сердца, первый инфаркт может настигнуть его гораздо позже, чем многих обладателей нормального, жизнеспособного инсулина. Тем не менее нередки случаи, когда эндокринолог рекомендует больному начать снижающие холестерин препараты едва ли не с первого полугодия на инсулине. Более того, как раз среди наиболее обязательной части пациентов находится больше всего сторонников этой превентивной меры!

Это и есть избыточность, о которой мы говорим. К роли холестерина в развитии пресловутого атеросклероза вообще вопросов существует гораздо больше, чем мы привыкли думать. Холестерин как вещество употребляется организмом далеко не только на то, чтобы засорять им простенки сосудов. Без его участия клетки не делятся вообще – отсутствует главная составляющая для строительства клеточных мембран. И эта стопроцентная гарантия против рака заканчивается остановкой роста, дегенерацией костей и массированным некрозом тканей. Обычно в случаях, когда в поединке человека с собственным телом побеждает человек.

Во-вторых, для составления личного мнения о холестерине нам следует знать, что налипшие на стенку сосуда атеросклеротические бляшки представляют собой отнюдь не кусок чистого холестерина. Это белковые контейнеры, в которых холестерин содержится наравне с пятью-семью другими нерастворимыми в крови элементами. Так что исчезновение из них только молекул холестерина никак не повлияет на то, будут образовываться в кишечнике эти контейнеры или нет. Они будут образовываться с прежней скоростью – ведь если даже холестерин исчез, другая часть начинки осталась и по-прежнему нуждается в доставке из кишечника в ткани.

Словом, даже не вдаваясь в подробности темы несложно заметить, что отдельные постулаты «противохолестериновой» теории противоречат здравому смыслу. Налицо нестыковка в самой логике процесса образования атероматозных бляшек. В лучшем случае вопрос с холестерином просто нуждается в доработке и пересмотре некоторых аспектов. В худшем же речь идет о допущенной когда-то давно ошибке, признать которую, отменив лишенное смысла и чреватое серьезными последствиями лечение, наука пока не решается.

Нас здесь интересует другое. А именно, риск допустить оплошность не только из-за претензий к самой теме опасности холестерина. У нас, может, и нет никакой нужды в дополнительной нагрузке на почки и печень, приходящей с новым набором препаратов. А с учетом соображения, что питание диабетика мало чем отличается от идеальной для профилактики сердечно-сосудистых заболеваний модели, можно даже смело утверждать, что ее у нас нет не предположительно, а точно.

В действительности все, что может помочь нам замедлить процесс разрушения сосудов, мы уже и так делаем. Так имеет ли нам смысл начинать противохолестериновую терапию задолго до того, как у нас возникнут симптомы атеросклероза? Ответ очевиден – разумеется, нет. Хорошо скомпенсированный сахарный диабет для организма представляет собой как бы промежуточную стадию между здоровым и болезненным состоянием. Ситуацией, когда баланс вполне достижим. Но поддержание этого баланса требует участия многих посторонних веществ. За счет их приема организм диабетика и так подвергается лекарственной нагрузке, незнакомой организму здорового индивида. Оттого следующей по значимости задачей компенсации выступает грамотное распределение этой нагрузки на органы. И в подобной ситуации увеличение ее за счет ненужных пока или в целом веществ вызывает сомнения.

Как следует и из всего, сказанного только что, компенсации диабета присуще некоторое количество сомнительных ходов. Как, впрочем, и любого иного неизлечимого на самом деле заболевания. Дело в том, что прогресс в лечении чего-либо происходит не только за счет прямых усилий фармацевтов, врачей, физиков, химиков, инженеров, наконец. Немалый вклад здесь принадлежит практическому применению препаратов и приборов. То есть опыту их использования не в лабораторных, а в реальных условиях, на тысячах различных пациентов. Достоверность получаемых таким путем данных несравнима с лабораторным тестированием. Потому такой элемент тоже необходим. Нам же для получения только положительных результатов просто следует выделить время на выяснение, где именно заложены требующие внимания моменты.

Компоненты компенсации сахарного диабета: физические нагрузки и их роль в обмене глюкозы.

О роли спорта в компенсации диабета мы если и не знаем наверняка, то уж точно догадываемся. Прямо или косвенно – в данном случае не имеет значения. Приведем мысли в порядок. Итак: клетки тканей используют глюкозу для поддержания обменных процессов и запуска процесса деления. Головной мозг использует ее для продолжения мыслительной деятельности коры. В частности, глюкоза участвует в образовании синапсов – временных связок между соседними нейронами. Мышечные волокна сжигают ее в процессе сокращений. Что еще? Пожалуй, все.

Роль физической активности в обмене глюкозы.

Почему при выборе между активной мыслительной и физической работой нам следует без раздумий предпочесть последнее? Вопрос хоть и забавный, но ответ на него существует, и в нем нет ни тени юмора. Больше всего в теле человека именно мышечных тканей. Все мы помним, что движение – это жизнь. И человеческий организм действительно идеально приспособлен для движения. С физиологической точки зрения человек является животным. Единственное, что кардинально отличает нас от населения лесов, это слой серого вещества толщиной в сантиметр, который покрывает полушария извилистыми складками. Называется этот слой корой головного мозга.

Иных существенных отличий от животных у нас нет. Кора требует от вверенного ей в управление тела сложной координации и ориентирования в пространстве, слаженности движений и поддержания равновесия. Для реализации таких двигательных программ в организме должны присутствовать полноценно развитые, обширные группы мышц. А также условия для совместной работы этих групп при необходимости. Так и выходит, что правило доминирования мышц над прочими видами тканей действительно даже для тех, кто с детства не выполнял движений сложнее самых обыденных.

Кроме того, что они всегда в большинстве, мышцы сами по себе требуют для работы больше энергии, чем голова. Иными словами, каждое сокращение мышечного волокна является процессом несравнимо более энергоемким, чем образование десятка синаптических связей. Потому регулярное участие в сеансах «мозгового штурма» и разгадывание головоломок никоим образом не заменит нам получаса на беговой дорожке.

Как мы и сказали ранее, в мышцах всегда содержится запас гликогена – на случай непредвиденных обстоятельств разного рода. Интенсивная нагрузка на одну или несколько групп мышц заставляет их израсходовать этот запас за считаные минуты. Пять-шесть сокращений – и в ход идет свободная глюкоза из кровотока. А после работы им потребуется пополнить энергетические «резервуары». Потому даже поев сразу по окончании тренировки, мы поднимем глюкозу крови совсем не так сильно, как это произошло бы (и обычно происходит) без нее.

Следует оговорить сразу две вещи. Во-первых, нагрузки как метод компенсации эффективны для больных диабетом I типа меньше, чем для инсулиннезависимых больных. А во-вторых, это связано с тем, что сам процесс выработки инсулина нагрузки не задевают никоим образом. Не тормозят и не стимулируют.

Для успешного выполнения мышцами поставленной перед ними задачи в крови должен присутствовать как известный запас сахара, так и инсулин. Уровень сахара в крови контролируется головным мозгом – рецепторами, расположенными вокруг снабжающих его кровью сосудов. Говоря проще, мозг, подобно глюкометру, снимает пробу крови на концентрацию глюкозы. Ему необходимо знать, каков ее уровень в крови, потому, что глюкоза требуется ему для работы. Не в таком количестве, как мышцам, но тем не менее. Слишком низкий сахар вызывает остановку деятельности коры и пациент впадает в кому. Оттого при тревожном снижении сахара мозг подает сперва «голодную» команду желудку и кишечнику. В них начинаются спазмы. Повышение же секреции пищеварительных агентов наступает не при чувстве голода, а позже – при появлении перед глазами пищи.

Так что на уровень секреции инсулина занятия спортом могут повлиять лишь косвенно: «голодные» мышцы, пользуясь превосходством, так сказать, в габаритах, поглотят львиную долю поступившей глюкозы, для усвоения которой хватило инсулина. Глюкоза крови упадет быстрее обычного. И через несколько таких эпизодов в организме, не полностью утратившем способность к саморегуляции, сработает вторичный механизм в духе «потребность в глюкозе возросла, значит, и инсулина понадобится больше».

Естественно, в случае с наследственным инсулинозависимым диабетом ничего подобного случиться не может. Зато пациентам с диабетом I типа регулярные занятия спортом помогают лучше сбалансировать уровень свободной глюкозы. Это значит, что сразу после еды он поднимается не так заметно – даже при ошибке во времени или дозировке гормона. А также то, что у физически развитого диабетика потребность обязательно угадывать с «коротким» инсулином заметно ниже, чем у его менее активных товарищей по компенсации.

Все до смешного просто: глюкометр выдал слишком высокий сахар, несмотря на достаточную дозу гормона? Очевидно, что глюкоза тут не «не может» усвоиться. Больше похоже на то, что она «не хочет». Ей некуда деваться – мозг не занят по-настоящему сложной для него задачей, мышцы тоже вялы и инертны. Благодаря похожему явлению у многих из нас еще задолго до стадии предиабета начинает расти уровень фоновой глюкозы. Буквально по 1–2 единицы в год, плавно, почти незаметно. Хронически заниженная потребность в энергии при избыточном ее поступлении повышает сначала планку среднего показателя сахара, а после – и все его показатели.

Что же касается отличия в спортивном подходе к таким ситуациям, то диабетик-спортсмен в экстренном случае может выполнить несколько быстрых приседаний. И все, никакую добавочную инъекцию ему делать не придется. А вот диабетику, подписавшему со спортом «пакт о ненападении», придется. Более того, вполне вероятно, что после добавочной инъекции ему придется еще и съесть совсем немного «медленной» глюкозы – чтобы сахар не снизился так же внезапно, как поднялся.

И у кого такими темпами будет стабильнее фоновый уровень?.. Четко определившись, какую службу нам могут или, напротив, не могут сослужить физические нагрузки, мы получаем полное право приступить к их правильной организации.

Первое знакомство со спортом: выбор места, времени и типа нагрузок.

Конечно, врачу легко прописать нам утреннюю гимнастику или аэробику трижды в неделю. Вот только с почечными коликами, приступами головокружения и возможными осложнениями на сердце выполнить его предписания не кажется таким уж простым делом. В реальности же мы можем сильно облегчить себе дебют на поприще спортивных достижений, если наметим его на начало упомянутого выше «медового месяца».

От того, как мы распорядимся этим периодом стремительного отката симптомов, может не зависеть ничего. Но может зависеть и буквально все, что произойдет с нашим организмом в последующие годы. Этого никогда заранее не угадать – ни пациенту, ни врачу. Факт тот, что если мы не сделаем первый решительный шаг навстречу спорту в момент возвращения хорошего самочувствия, в дальнейшем нам может и не хватить мужества на нечто подобное.

Однако окунаться с головой в работу на рекорд сразу тоже не следует. В особенности если до постановки диагноза наши взаимоотношения со спортом были прохладными. Тогда проблем у нас наверняка собралось куда больше, чем мы думаем. И виноват в них далеко не только наш диабет. К эффективной работе у нас сейчас не готова не только поджелудочная и сосуды, но и сердечные клапаны, и суставы, и позвоночник. Поэтому знакомство со спортом непременно следует начинать с постепенно возрастающих общеукрепляющих нагрузок. Что это значит?

Существуют нагрузки аэробные и анаэробные. Разделение здесь проводится с точки зрения того, как их исполняют мышцы. Аэробика – это когда мышца сокращается и расслабляется с такой скоростью, чтобы кровь успевала снабжать ее необходимыми порциями кислорода и глюкозы. Анаэробные нагрузки – вещь совершенно другая. При них сокращение и расслабление мышц происходит настолько быстро, что за ними не угонится никакая скорость тока крови. Кислород и глюкоза из крови просто не успевают поступить в волокна в достаточном количестве, поэтому мышца в такие моменты работает в анаэробном (бескислородном) режиме, подчистую сжигая собственные запасы гликогена.

Если говорить о том, какой вид нагрузок больше подходит больным сахарным диабетом, то это, несомненно, аэробика – бег, фитнес, лыжи, спортивная гимнастика и пр. Не рекомендуется останавливать свой выбор на плавании, и тому есть целый ряд причин. Да, плавание могло бы стать наиболее удачным выбором с точки зрения того, что оно наилучшим образом сказывается на кровотоке в конечностях и не требует постоянного, активного контакта с обувью/спортивными снарядами. Памятуя об особой уязвимости тканей кистей и стоп, мы не стали бы списывать этот аргумент со счетов, если бы не специфика занятий в водоемах общественного, так сказать, пользования.

Обычно больные сахарным диабетом склонны к заболеваниям верхних дыхательных путей. Да и состояние самих легких у них оставляет желать лучшего. По этой же причине диабетикам рекомендуется отказаться от курения. А при начале занятий спортом непременно компенсировать дефицит никотиновой кислоты более безопасным способом – никотиновым пластырем или покупкой капсул.

Занятия плаванием непременно будут сопровождаться и проглатыванием, и вдыханием воды из бассейна. Качество работы легких сказывается на достижениях в любом виде спорта. Это – один из главных задатков, по которым определяют будущего чемпиона. Но именно плавание содержит в себе ряд потенциальных угроз для их здоровья – в том и состоит вся суть противопоказания. И потом, едва ли чувствительной коже диабетика придется по вкусу длительное нахождение в воде, которая изобилует растворами дезинфицирующих добавок и индикаторов отдельных реакций.

Так что выигрыш здесь будет весьма сомнителен, а отдельные неприятности – вполне вероятны. Зато не следует отказываться от возможности поплавать в бассейне после тренировки любого иного рода. Плавание, контрастный душ и другие щадящие водные процедуры послужат прекрасной заменой массажу, которым диабетикам тоже не следует злоупотреблять. Последний совет, разумеется, имеет смысл, только если в наличии источник воды, соответствующий требованиям чувствительной кожи.

Противопоказания к анаэробным типам нагрузок.

Еще один запрет касается такого вида спорта, как бодибилдинг. Следует помнить, что он основан сплошь на анаэробных нагрузках и к тому же подразумевает набор мышечной массы. То есть с точки зрения обмена глюкозы этот вид спорта не вполне благополучен, и мы сейчас объясним, почему.

Анаэробные нагрузки мало подходят для стабилизации обмена глюкозы. Во-первых, сама механика работы в тренажере такова, что целевые мышцы при выполнении подхода испытывают короткую, но интенсивную нагрузку. После чего следует перерыв 2–3 минуты – и выполняется второй подход с тем же весом. Когда мышца работает, да еще столь интенсивно, она сжигает сахара столько, что подключенный к ней глюкометр, наверное, зашкалило бы на первых же секундах. А после счетчик так же внезапно замирает…

Вся суть работы на рост массы состоит в резких перепадах напряжения. Именно поэтому гипогликемия – явление, одолевающее бодибилдеров чаще, чем представителей других видов спорта. Не потому, что все они – будущие диабетики, а потому, что такова специфика данного вида спорта. А второй аспект «неблагонадежности» бодибилдинга состоит в его перспективах и конечных целях.

Как мы уже отмечали выше, наличие у диабетика упругих мышц в хорошем тонусе – это скорее положительный момент, чем отрицательный. В то же время об огромной, неоправданной никакой насущной необходимостью мышечной массе мы такого повторить не сможем. Дело обстоит просто: нормальная мышца, привычная к стабильной, ритмичной работе, будет употреблять глюкозу равномерно. И в количествах, которые несложно обеспечить самым обычным рационом. Зато сколько глюкозы способен в потенциале проглотить мясистый шар с окружностью трехлитровой бутыли, доподлинно не знает никто.

Когда же абсолютно все скелетные мышцы индивида образованы буграми плотных волокон, в совокупности они могут легко соперничать в аппетите на глюкозу не с одной опухолью, но с десятком. Содержание таких мышц с точки зрения энергетического баланса и запасов питательных веществ обращается настоящим авралом. Организм бодибилдера напоминает зону гуманитарного бедствия. Ему всегда чего-то не хватает, невозможность подобрать полноценный рацион вынуждает его глотать добавки пачками, все процессы протекают в ускоренном темпе. А скорость самого метаболизма достигает едва ли не скорости звука.

Нет, физически бодибилдер так же здоров, как и любой другой человек. Несмотря на просто патологическое с виду пристрастие к таблеткам и капсулам с биологически активными добавками. Просто его тело уже давно требует для поддержания этого здоровья в несколько раз больше питательных элементов, чем можно поглотить с пищей за сутки. Отсюда и странности гастрономических предпочтений у представителей данного вида спорта. Забегая наперед, скажем, что у нас будет еще возможность поучиться у них кое-чему. Но к особенностям метаболизма, которые вырабатывает занятие бодибилдингом, наш интерес точно не относится.

Столько инсулина, сколько нам понадобится в бодибилдинге, не завезет ни одна аптека в мире. А постоянство рациона с этим спортом совместимо еще меньше, поскольку у профессионалов «железного» спорта периоды набора массы чередуются с периодами так называемой сушки. Первый из них отменяет всякие ограничения в рационе. А второй, наоборот, требует сведения к минимуму всех компонентов рациона, кроме белков (аминокислот).

Как видим, баланса глюкозы с инсулином нам подобными методами в любом случае не добиться. Потому бодибилдинг – это не для нас. Тем паче, в первом полугодии после начала физической активности. Что еще нам следует непременно учесть, помимо особенностей видов спорта?

Вопросы снижения риска осложнений.

Прежде всего, естественным для всякого человека, но для нас – так тем более будет позаботиться об удобной и минимально травмирующей кожу экипировке. Начиная с кроссовок и заканчивая перчатками, буде мы намерены брать в руки снаряды с традиционно шершавыми рукоятями. Мы должны всячески избегать образования мозолей, волдырей и потертостей как на руках – ногах, так и по всему телу! Эти мелочи для людей здоровых могут сыграть с нами плохую шутку – и не одну!

Если только для этого есть малейшая возможность, первые полгода хорошо бы посвятить индивидуальным занятиям и наедине с инструктором. Особенно хорошо делать это дома. Мы должны понимать, что спортивные клубы стандартного профиля организуются и оборудуются с учетом потребностей людей здоровых. Или, по крайней мере, не имеющих существенных отклонений от нормы. В таких заведениях зачастую просто нет ни места, ни ресурсов для устройства комфортных условий людям с особыми потребностями – постоянными или возникающими периодически. Поэтому по степени медицинского комфорта обычный фитнес-клуб может нам подойти. Но только в случае, если мы уже достаточно хорошо владеем методиками компенсации и готовы к большинству возможных у нас внештатных состояний.

Но даже и тогда сохраняется вероятность некоторых открытий, которые в самом начале спортивной карьеры могут испортить нам всю картину. Необходимость публично, в ярком свете ламп продемонстрировать всю гамму наших физических недостатков имеет очень большое влияние на многих людей. Как больных, так и здоровых.

Не следует забывать, что спортзал есть спортзал: яркость освещения настраивает организм посетителя на более интенсивную работу, а обилие зеркал на стенах позволяет тренирующемуся контролировать, глядя в отражение, правильность амплитуды движений. Что же до контраста между сноровкой новичка и завсегдатая клуба, то он просто неизбежен. И тем более заметен, что мы находимся, как-никак, в единственном месте, где нам требуется блеснуть не красотой и умом, а силой и ловкостью. Как раз всеми отсутствующими у нас пока качествами!

С чего мы начнем? С аэробных упражнений. Если состояние здоровья позволяет, мы становимся на беговую дорожку или лыжи. Велосипед пока оставим, так как он отключает от участия в нагрузках верхнюю часть туловища, вынуждая ноги трудиться в ускоренном темпе. Велосипед очень любят желающие похудеть – особенно представительницы прекрасного пола, традиционно недовольные состоянием своих ног. Может статься, мы и придем к этим проблемам позже, но сейчас – не будем усложнять себе жизнь частностями.

Первые две недели каждую тренировку следует предварять 15 минут интенсивной ходьбы. А переходить на бег трусцой можно только с третьей недели. И то, если предыдущий этап прошел хорошо – без регулярных коллапсов давления, ритма, сахара и осложнений со стороны мышц или костей. В среднем для диабета хорошей считается картина с одним таким эпизодом в неделю. Во всяком случае, более двух раз в неделю мы не должны утрачивать контроль над собой. Эта частота приступов означает, что мы делаем что-то не так.

Разумеется, повышать сложность трассы на лыжах тоже торопиться не стоит. Подлинное состояние нашей сердечно-сосудистой системы и костей остается неизвестным. Поэтому не будем торопиться – изначально мы занялись спортом ради компенсации диабета, а не ради олимпийского золота. Так что рост нагрузок нам лучше распланировать с расчетом не до следующих соревнований, а до конца наших дней!

Чем хуже наше состояние здоровья, тем более долгим будет этап ходьбы вместо бега. Но если он затянется дольше чем на три месяца, в дальнейшем рациональнее всего будет отказаться от тренажера и перейти на простые долгие прогулки в ближайшем парке – не менее часа, ежедневно. Однако если организм откликается на дорожку явным привыканием к работе, мы поступим разумно, если вместо увеличения времени на ходьбу заменим ее пробежками в течение все тех же 15 минут. Это позволит быстрее приучить мышцы питаться, так сказать, по часам. А у больных диабетом II типа «распорядок дня» появится в том числе у поджелудочной железы.

Но ходьбой или бегом наши тренировки не должны исчерпываться. То, что ноги начали работать как им положено, это, конечно, замечательно. На ногах у нас расположены самые крупные мышцы тела – квадрицепсы. Это четырехглавые, мощные мускулы, образующие переднюю поверхность бедер. Плюс, косвенно улучшилось состояние всех мышц туловища, отвечающих за осанку и координацию движений при ходьбе/беге. Это послужит отличной основой для начала восстановительных мероприятий посложнее. Таких, как базовые упражнения, например.

Базовые упражнения выполняются с отягощениями. Все они когда-то были учтены в знаменитых советских «утренних гимнастиках». Приседания, отжимания, работа на абдоминальной скамье, маховые движения с гантелями в руках и утяжелителями на ногах, становая тяга. Те первые пару недель, когда мы делаем каждый шаг очень осторожно, прислушиваясь к ощущениям в теле, приседать следует только с собственным весом. Отжиматься – тем более. В это время нам больше пригодятся гантели и утяжелители для нижних конечностей. Скамью для работы с прессом не следует наклонять сильнее, чем на 30°. Что до становой тяги, то начинать нужно с 10 кг веса на грифе.

Само собой, что мы как никто нуждаемся в ритмичном, равномерном напряжении – расслаблении мышц. Потому неплохо будет либо выполнять упражнения «на счет», либо купить метроном – прибор, отбивающий четкий, равномерный ритм. На первых порах он сослужит гораздо лучшую службу, чем бодрящая музыка.

Просмотр телевизионных передач или прослушивание радио во время работы строго воспрещены!

И вообще, если мы обустроили себе миниспортзал дома, будет полезно обзавестись в нем такими атрибутами спортзала обычного, как яркое освещение и зеркала. Присутствие инструктора на первых порах очень желательно, даже если мы и сами знаем, что такое становая тяга. Потому что он сможет контролировать правильность выполнения упражнений гораздо объективнее нас. Но нам все равно придется учиться самоконтролю – для тренировок без него и для выработки безупречной техники. Так что одно другое ни в коем случае не исключает.

Одним из принципиальных отличий в особенностях нашего общения с тренером должно стать недопущение им такого же авторитарного тона, каким пользуются инструктора спортивных клубов. Речь идет не о возможных конфликтах, а о том, что наши личные ощущения и впечатления от физических нагрузок должны всегда стоять на первом месте. Если у нас появляется чувство из серии «что-то не то», упражнение следует прекратить, тактику – поменять, интенсивность – уменьшить, а время – укоротить. И неважно, что тренер против – он мог просто ошибиться, пойдя на поводу у профессиональных знаний и прежнего опыта работы. Ни то ни другое к нашему диабету прямого касательства не имеет…

Вообще, чем раньше у нас сформируется привычка самым тщательным образом вслушиваться в сигналы, которые подает нам тело при попытках заставить его сделать то или это, тем успешнее пойдет компенсация. Данное правило относится буквально ко всем неизлечимым заболеваниям – начиная от гемофилии и заканчивая ВИЧ. А у нас к тому же случай куда более легкий!

Не следует забывать, что сахарный диабет имеет примерно одинаковый для всех больных набор симптомов только при отсутствующей или безграмотной компенсации. Но по мере того, как пациент отвоевывает у болезни все новые рубежи, все сильнее отличаются от любого другого случая и ее проявления. Полное число вариаций этого заболевание не отразить ни в одной классификации. Потому что в нее пришлось бы внести буквально каждого больного – вместе со всеми имеющимися у него симптомами.

Именно навык прислушиваться к себе должен стать нам основной опорой при принятии решений в тех или иных ситуациях. Главное здесь – правильно понимать услышанное. В конечном счете в абсолютном большинстве спорных вопросов нам будет и удачнее, и важнее опереться скорее на собственное представление, чем на чужое. В нашем случае это не гордыня. Это – специфика заболевания, и не более того.

Так что чем более тонкими станут взаимоотношения с нагрузками, чем быстрее мы перестанем нуждаться в особых знаниях тренера, тем более успешными спортсменами мы станем. С какой скоростью должны улучшаться наши результаты? Мы не можем сказать наверняка. В спорте для этого существуют свои стандарты, а в компенсации диабета – нет. Наращивать нагрузки до тех пор, пока организм не перестанет откликаться на них резкими изменениями уровня глюкозы, недопустимо. Под резкими изменениями следует понимать скачок в любую сторону больше чем на 5 единиц. Такого не должно происходить ни во время работы, ни после нее. Конечно же, при условии, что в вопросах рациона, графика приема пищи и инъекций мы учли все грядущие перемены заранее.

Изменения, связанные с началом тренировок: что еще мы можем улучшить?

Что нам обязательно нужно предусмотреть по части питания? То, что расход глюкозы мышцами увеличится. Однако увеличивать калорийность пищи на первых порах нерационально, поскольку и лишнего веса на нас пока многовато, и глюкоза достаточно высока. Для начала нам требуется как раз, чтобы у мышц появился биологический повод для поглощения глюкозы из крови. Желание это делать возникнет у них позже, со временем. А сейчас с них хватит и того, что мы поменяем распорядок дня. Например, поставив один из обычных по калорийности приемов и инъекцию на такое время, чтобы концентрация в крови как глюкозы, так и инсулина пошла на уверенный подъем примерно к началу тренировки.

Нам должно знать, что у перехода от пассивного к активному образу жизни есть ряд последствий для всех обменных процессов – не только для «сладкой» его части. Решительно весь обмен веществ у нас неизбежно ускорится. Произойдет это из-за общего ускорения тока крови в сосудах – притом не только во время нагрузок, но и после их окончания. Сам секрет улучшения состояния сердечно-сосудистой системы с началом тренировок прост. Кровь не может прокачиваться по всей протяженности сосудов тела одним лишь сердцем. Сердце – насос на редкость мощный. Но мы ведь понимаем, что за счет сильной разветвленности и невероятной длины сосудистой сетки его усилий для этого не хватит ни при каких условиях. Это противоречит всем законам физики!

Как же тогда выходит, что кровь пульсирует не только в артериях, но и в мельчайших капиллярах? Отвечаем: за счет добавочного сокращения окружающих их тканей. В основном мышечных волокон, так как большинство ответвлений проходит внутри мышц. Их же у нас больше всего в организме!

Естественно, что упругие, с достаточным тонусом, эластичные волокна будут не только лучше выглядеть и исполнять свое прямое назначение. Косвенно они улучшат кровоток на проходящем рядом и внутри них участке кровеносной системы. Тем самым снизится нагрузка на сердечную мышцу и ее работа стабилизируется.

Явления аритмии, одышки, тромбоза глубоких вен и варикоза далеко не всегда связаны с вялостью и плохим развитием мышечной массы. Но точно так же верно и обратное утверждение: у большинства случаев инфаркта миокарда после 40 лет иных предпосылок не было. Это значит, что человек родился здоровым, без всяких отклонений в работе сердца. К развитию патологии у него привело отсутствие мышечного тонуса – вспомогательного механизма для работы данного органа.

Следовательно, начав заниматься спортом, мы должны быть готовы к тому, что чувство голода начнет одолевать нас чаще – по мере отступления чувства онемения в конечностях. Это не хорошо, но просто отлично! Тем более, аэробные нагрузки за счет своего свойства ускорять метаболизм так, чтобы успевать обеспечить мышцы кровью во время работы, весьма тому способствуют. Из-за чего их еще называют кардионагрузками, а зал с беговыми дорожками, лыжами и велосипедами – кардиозалом.

Кровоток ускорится и в промежутках между занятиями. Дело в том, что «рабочий» тонус мышц спадает не сразу, а со временем – таково его естественное свойство. В связи с чем нам, возможно, понадобится ввести еще один небольшой прием пищи в сутках. А значит, откорректировать в сторону повышения и инсулин. На первом этапе работы это вряд ли потребуется – довольно будет изменить только график. Но на фоне подъема самочувствия и сброса лишнего веса такой сценарий почти неизбежен.

Если пациент использует «короткий» инсулин перед едой, он может сделать дополнительные замеры по показаниям глюкометра. И использовать эти результаты при вычислении дистанции от приема пищи до начала занятий. Почти наверняка ошибка будет минимальной. В худшем случае пик концентрации придется не на первые 15 минут, а на середину работы. Последнее не страшно – просто дальше от идеала, чем хотелось бы.

Следующее пожелание к рациону занимающегося спортом диабетика относится к числу непреложных для всех спортсменов правил. Питательную ценность пищи, принятой после тренировки, лучше образовывать за счет белков, а не углеводов. Как мы помним, мышечные ткани строятся в основном из аминокислот – составляющих животного белка. А наши мышцы как раз поработали. То есть где-то внутри их волокон неизбежно погибло несколько клеток и образовался с десяток микроскопических разрывов волокна. Это совершенно нормально. Допустим, если бы мы не пробежались трусцой, а присели всего пять раз, зато со штангой, нагруженной полным весом (он составляет 200 кг), такие микротравмы исчислялись бы миллионами.

Но сколько бы их ни было, а мышцы теперь нуждаются в ресурсах для регенерации пострадавших волокон. Белки здесь придутся как нельзя более к месту. По мере роста нагрузок нам, возможно, не помешает увеличить дозу белков и в предваряющем тренировку приеме. А исключение в этом правиле составляет только один случай: почечная симптоматика и кетонурия.

При наличии симптомов усиленного распада белков нам противопоказана не только белковая пища и заменитель сахара аспартам, но и физические нагрузки в целом!

Итогом же наших рассуждений является вывод, что в самом начале занятий спортом для нас особенно важны вопросы психологического и физического комфорта. И это не столько потому, что у нас диабет, сколько потому, что он возник не сам собою. Потому, что почти наверняка мы никогда раньше не бывали в спортзале, полагая, что такое времяпрепровождение – определенно не для нас. И вдруг поняли, как мы ошибались. Тут и без посторонних насмешек довольно поводов для угрызений совести. Потому попробуем, по возможности, их избежать.

Компоненты компенсации сахарного диабета: пищевые добавки.

Только что мы поговорили о спорте и о том, как и зачем нам нужно им заниматься. Проблематику диетического рациона при сахарном диабете мы тоже осветили выше, в соответствующей главе. Казалось бы, о чем тут еще рассуждать? Раз мы не делаем попыток увеличить потребности и вес наших мышц до совместимого с жизнью максимума, введением добавочных порций белка и инсулина тему можно и ограничить, не так ли?

Нет, не так. Как мы и пообещали вскользь чуть раньше, пришло время вернуться немного назад и вновь обратиться к традициям «железного» спорта. В нашем случае, к традициям питания бодибилдеров. Дело в том, что диагноз «сахарный диабет» к этому моменту уже потребовал от нас очень многих перемен. Мы урезали питательность своего рациона, сократили или вовсе отказались от одного ряда продуктов, научились выбирать продукты из ряда совершенно другого и, наконец, приняли меры для ускорения своего обмена веществ с помощью спорта. Важность последнего шага для нас оказалась просто бесценна. Потому что именно интенсивный метаболизм позволил нам совершить настоящее чудо – возвратить нашим клеткам хотя бы часть былой чувствительности к собственному инсулину и снизить средний показатель сахара в крови.

Мы, конечно, потрудились на славу. Но все ли мы сделали, что могли? Дело в том, что нет. Разве скорость метаболизма определяется только скоростью кровотока? Для диабетика этот вопрос лишен смысла. Ответ у него всегда перед глазами: нет инсулина в крови – глюкоза не усвоится клетками, даже если пульс поднимется до 500 ударов в минуту.

Обмен веществ сплошь построен на взаимодействии друг с другом сигнального белка и белка-рецептора. Еще точнее, без правильного и своевременного формирования в организме всех нужных белков процесс обмена просто прекратится. Из чего следует, что одно только достаточное и своевременное поступление в организм нужных для белкового синтеза веществ может не только закрепить достигнутый результат, но и улучшить его!

Минералы и витамины: как не ошибиться с выбором препарата?

По сути все, за чем мы следили до сих пор, ограничивалось углеводным индексом. То есть в основном самими углеводами – сложными и простыми.

Ну, с частой оглядкой на жиры. Что до витаминов, то их количество в рационе возросло автоматически, за счет увеличения в меню доли фруктов и овощей.

Принимать их дополнительно нам и незачем, и не стоит: таблетки с препаратом часто содержат способствующую быстрому всасыванию глюкозу, что для нас нежелательно.

Как нам быть с минералами? Если в регионе, где мы проживаем, вода считается жесткой, может, дела на «минеральном фронте» у нас не столь уж плохи. И все же не помешает ввести в рацион минеральные комплексы – хотя бы дважды в неделю. Ориентирами при назначении себе минеральных добавок нам должны служить следующие соображения. Прежде всего, нельзя забывать, что минералов человеческому организму требуется сравнительно немного. Их суточная доза (по сравнению с теми же витаминами) ничтожна. А во-вторых, расход этих веществ в клетках протекает медленно. Чтобы стало окончательно ясно, о каких веществах идет речь, поясним: к минералам, употребляемым организмом, относятся железо, золото, цинк, селен, мышьяк – и т. д.

Из-за высокой вероятности передозировки и множества факторов, которые просчитать можно, но сложно, минеральными комплексами нам следует обеспокоиться. И не более того. При наличии выраженных проблем с почками желательно принимать их не чаще раза в неделю, так как это сочетание едва ли будет удачным. Аналогично, больным с уже сформированной патологией сердца настоятельно рекомендуется избегать калия и всех его источников.

Повышение концентрации калия в крови может спровоцировать инфаркт миокарда!

Именно по причине наличия противопоказаний и вообще очагов, так сказать, гиперчувствительности к составу пищи, нам хорошо бы научиться обходиться без комплексных препаратов. Заменить их индивидуально подобранными наборами и принимать так, как нужно нам. К сожалению, это не всегда возможно. Максимум того, что мы способны предпринять в этом направлении, это комбинировать отдельные вещества с комплексами, включающими как можно меньше пунктов.

Особого предупреждения заслуживают такие сочетания, как витаминно-минеральные и диабетические комплексы. Витаминно-минеральную добавку мы можем купить – но только одну. Сочетание двух и более наборов повышает риск передозировки одного или нескольких общих для этих комплексов веществ. Кроме того, эти смеси плохи тем, что в стремлении учесть абсолютно все пожелания всех покупателей производитель часто начинает совершать ошибки. Притом не всегда безобидные.

Самая распространенная оплошность – это сочетание в одном препарате веществ, взаимно исключающих друг друга по принципу воздействия на организм. Далее следуют неточности пропорций и дозировки. Случаи обнаружения в таких комплексах (уже после реакции организма и обращения к экспертам) двойной и тройной концентрации от указанной – отнюдь не редкость. Особенно часто такие, с позволения сказать, казусы встречаются в импортных, европейских наборах.

Западноевропейское законодательство в области лицензирования препаратов не считает превышение нормы содержания действующего вещества поводом для запрета на выпуск продукта. Единственным критерием, за которым там следят весьма строго, является доказанная эффективность фармацевтического средства. Отсюда и частое превышение норм – как в антибиотиках, так и в витаминах. Это объяснимо, раз формулировка «Ваши таблетки не действуют» обернется для фирмы-производителя куда худшими последствиями, чем формулировка «У меня от ваших таблеток прошла корь и началась желтуха». Если в их назначении указано лечение кори, а в списке побочных эффектов есть возможный отказ печени, производитель не понесет ответственности даже за летальный исход.

По означенным причинам комплексы лучше выбирать отечественные, с числом компонентов в переделах 5-10 наименований. А вот препаратов со словами «антидиабетический» и «для диабетиков» следует напрямую избегать. Диабет в том виде, в котором ежедневно наблюдаем на себе мы, и диабет такой, каким его представляет себе производитель комплекса, – это два совершенно разных заболевания. Что общего может иметь наш диабет с таким комплексом? Ничего или почти ничего.

Аминокислоты как залог нормы синтеза белков. Классификация, свойства особенно значимых веществ этого типа.

Установив все причины, по которым нам же будет проще сориентироваться в собственных нуждах, переходим к теме собственно аминокислот. Прежде чем идти за ними в аптеку, уясним для себя, на каких из них нам следует сделать особый акцент и как сделать оптимальный выбор.

Строго говоря, аминокислоты – это то, чего с переходом на диабетический рацион нам резко начнет недоставать и без учета занятий спортом, которые только усилят потребность в них мышечных тканей. Если помним, у нас не возникло претензий к мясу по его углеводному индексу – по крайней мере, к нежирным, вареным или тушеным его вариантам. Все потому, что белки не слишком калорийны. При распаде они выделяют совсем немного глюкозы. Особенно по сравнению с углеводами. Хотя надо заметить, что распадаются они с той же скоростью, что и простые углеводы вроде сахара, – за минуты.

Предложение ограничить мясо было связано с другими опасениями. Мясо является отличным источником холестерина. Как и все продукты, богатые животными жирами. Мы пообещали себе не вникать слишком глубоко в суть споров на тему того, поможет ли нашим сосудам хоть чем-нибудь полный отказ от холестерина. Но все же запомнили, что без этого вещества о хорошем состоянии мышц нам остается только мечтать.

Относительно мяса мы проголосовали за «золотую середину»: нежирное мясо дважды в неделю. И никаких фармацевтических дополнений для форсированного снижения холестерина. Однако два раза в неделю – это очень мало. Тем паче, если мы трижды в неделю заставляем свое тело прощаться с частью мышечных клеток, запуская пусть и слабо выраженный, но механизм гиперкомпенсации. Гиперкомпенсацией зовется свойство мышц расти. То есть заменять одну погибшую в процессе сокращений клетку двумя-тремя молодыми. И эти новые клетки мало того, что должны из чего-то возникнуть. Сформировавшись, они потребуют глюкозу для питания наравне с остальными клетками!

Частично мы сможем сгладить дефицит белков за счет яиц. Молоко же нам нельзя. Откуда нам добрать оставшееся количество? Сторонники вегетарианства в таких случаях указывают на сою и бобовые, которые действительно богаты белками и не содержат ни молекулы холестерина. Увы, приходится разочаровать убежденных «травоядных» людей и разочароваться, соответственно, самим. Отличие животного белка от растительного состоит не в том, что один вырастает в хлеву, а другой – на дереве. Оно в том, что разделение белков на полноценные и неполноценные гораздо ближе к сути вопроса, чем источник их происхождения.

Аминокислот, из которых строятся белки тела, всего 20. Двенадцать из них могут быть синтезированы самим телом. То есть из поступивших с пищей элементов – участников реакции. А восемь аминокислот в организме не вырабатывается – ни при каких условиях. Потому аминокислоты, входящие в состав дюжины производимых организмом, зовутся заменимыми. А те восемь, которые мы можем получить только с пищей, – незаменимыми. Белки, в состав которых входят все восемь незаменимых аминокислот, зовутся полноценными. А неполноценные – это те, в которых в наличии не все члены «большой восьмерки».

Так вот, в растительном царстве не существует источников полноценных белков. Ни фасоль, ни соя, ни горох не способны удовлетворить всех требований человеческого организма к этому элементу рациона. А стало быть – либо мясо, либо протеин в порошке, либо аминокислоты в капсулах. Что же нам предпочесть?

Ну, упомянутые представители бодибилдинга, конечно, не сумеют так сразу выбрать лучшее. Они и не станут выбирать, поскольку им одинаково хорошо подойдут все три источника. Разве что в отдельные периоды потребуется легкое смещение акцентов. А вот у нас есть повод задуматься. Стало быть, белок, распадаясь в желудке на набор аминокислот, выделяет некоторое количество глюкозы. Тогда логично, что прием аминокислот, не свернутых в молекулу белка, поможет нам избежать этого этапа.

Потому мы без колебаний останавливаем свой выбор на капсулах с желтоватой кристаллической начинкой, похожей на сахар, но на вкус превосходящей по кислоте даже лайм. Следующее, что нам крайне важно знать, это какие из 20 аминокислот будут для нас особенно актуальны.

Абсолютно каждая аминокислота обладает, помимо участия в строительстве молекул протеинов, собственным биологическим значением. Ее действие сказывается, когда этой аминокислоты в организме оказывается больше, чем необходимо для включения в молекулу белка. Для того мы и затронем свойства аминокислот, которые могут пригодиться нам сами по себе.

Первая из них известна практически всем, кто озабочен проблемой лишнего веса и хотя бы раз в жизни пытался усилить эффективность своей диеты с помощью жиросжигателей. Да, мы не ослышались: одна из аминокислот обладает выраженным свойством активизировать работу митохондрий клеток, увеличивая расход ими глюкозы в несколько раз. Называется эта аминокислота карнитином.

Карнитин вырабатывается и в самом организме человека. Так что эта аминокислота относится к числу заменимых. В природе ее можно обнаружить в знаменитых своими свойствами жиросжигателей фруктах – ананасах. Однако в этих целях ананасы лучше покупать свежими, так как большинство аминокислот распадается при температуре выше 70 °C – полностью или частично. А консервированные фрукты после закатывания крышки непременно пастеризуют в сиропе.

Следует также заметить, что при сахарном диабете употребление большинства жиросжигателей строго-настрого запрещено. Потому что эти вещества крайне негативно сказываются на артериальном давлении, на сердечном ритме и на уровне глюкозы в крови. Карнитин выступает едва ли не единственным исключением из этого правила. Он ускоряет расщепление глюкозы в клетках – иными словами, он увеличивает их потребность в ней. Если уровень инсулина в этот момент в крови достаточный, это также означает, что карнитин увеличивает чувствительность к нему рецепторов проголодавшейся клетки. Лучшего и желать не приходится, не так ли?

Следующим пунктом повышенного интереса для нас становится группа из трех особых аминокислот – валина, лейцина и изолейцина. Эти вещества, в отличие от прочих, имеют дополнительное ответвление в составляющей их цепочке атомов углерода. Оттого в комплексах аминокислот их традиционно используют только совместно. И обозначают аббревиатурой ВСАА.

Из валина, лейцина и изолейцина синтезируется 35 % аминокислот мышечных тканей. Это при том, что все три аминокислоты относятся к незаменимым! Но самое важное для нас их свойство состоит в наличии ряда взаимосвязей между этими веществами и процессом обмена глюкозы.

Во-первых, лейцин в организме распадается на две производные аминокислоты – глютамин и аланин. А уже аланин, пройдя множество метаморфоз, превращается в конечном счете в гликоген – глюкозу мышц и печени. Таким образом, лейцин является исходным материалом для гликогена. Именно по этой причине в составе означенной группы лейцина всегда больше, чем его непременных спутников – валина и изолейцина.

Кроме того, все три аминокислоты служат мышцам альтернативным источником энергии в момент, когда подходят к концу запасы гликогена – собственного и того, что в печени. Происходит это потому, что их химически проще расщепить за счет необычной структуры молекул.

Если мы уже немного запутались, повторим еще раз и по порядку. Итак, существует группа из трех аминокислот с отличной от остальных структурой молекул. Биологическое назначение у них разное. Так, валин отвечает в основном за процесс азотистого обмена в тканях, а изолейцин участвует в образовании белка гемоглобина. Напомним, гемоглобин – это красный белок крови, содержащийся в эритроцитах и способный насыщаться кислородом или углекислотой. Лейцин же запускает процесс образования гликогена в печени и мышцах.

Общим для них всех свойством является сравнительная простота расщепления в мышцах для пополнения запасов глюкозы. Последний механизм запускается по факту исчерпания более доступных ресурсов – при длительной или напряженной работе мышц.

Что из этого всего напрямую следует для нас? Прежде всего, то, что есть разница в показаниях к применению этой группы диабетиками с разным подходом к компенсации своей патологии. Только тут рекомендации отличаются в зависимости не от типа заболевания, а от образа жизни. Пациентам, компенсационная программа которых ограничена строгой диетой и инъекциями, аминокислоты этой группы способны, в потенциале, скорее навредить, чем принести пользу. За счет присутствия лейцина улучшится процесс пополнения гликогеновых, так сказать, хранилищ. Но при отсутствии скольконибудь заметных энергетических затрат это приведет к тому же, к чему приводит неконтролируемое поглощение фруктозы. Когда гликогена в печени и мышцах много, новые молекулы отправляются пополнять объем жировых складок, а не энергетические «депо» каких бы то ни было тканей.

Однако для диабетиков, взявших физическую активность за жизненное правило, ВСАА-группа незаменима не только в том смысле, что все три аминокислоты телом не вырабатываются и должны присутствовать в рационе. Но уже и в том, что употребление этой группы снимет на корню большую часть проблем с увеличением питательности рациона. И следовательно, не потребует увеличения числа инъекций. Аминокислоты, которые не являются углеводами, однако выполняют их функцию – это, согласимся, гораздо больше, чем мы рисовали в самых смелых мечтах!

И действительно, регулярное употребление связки валин – лейцин – изолейцин притупляет чувство голода после тренировки, ускоряет регенерацию мышц после нагрузок, помогает уравновесить требования рациона с требованиями желудка и стабилизировать естественные колебания глюкозы с началом/окончанием работы в зале. Потому в период уже упомянутой сушки бодибилдеры непременно включают эти три аминокислоты в свою диету. Пусть в целом мы и не разделяем их идеалов, данный конкретный пример компенсации, поданный представителями «железного» спорта, нам, безусловно, пригодится.

Самая близкая к этой группе по своей биохимической роли глютаминовая кислота. Она тоже охотно превращается с поступлением в организм в источник аденозинтрифосфорной кислоты. Только используется она в этом качестве не мышцами, а головным мозгом. Впрочем, в остальном мы не имеем оснований полагать глютамин особо показанным к применению веществом. Среди представителей бодибилдинга и пауэрлифтинга он крайне популярен из-за своего участия в азотистом клеточном обмене. Предполагается, что последний есть один из ключевых моментов в росте мышечной массы.

В то же время результаты поставленных экспериментов не подтверждают этого мнения. Согласно им, курс глютаминовой кислоты никак не улучшает показатели по скорости набора массы. Хотя заметно стимулирует мышечный тонус и реакцию за счет своих свойств нейромедиатора – вещества, ускоряющего прохождение импульса по нервным отросткам. Да и даже если бы подтверждали, нас этот факт не заинтересовал бы. Ведь ранее мы договорились, что тот же лишний вес – только не жировой, а мышечный – нам совершенно ни к чему…

Уж коль скоро мы упомянули о карнитине, будет несправедливо забыть о незаменимой аминокислоте, без которой синтез заменимого карнитина невозможен. Карнитин производится нашим организмом из лизина. Причем лизин значим для нас далеко не только этим.

Прямое биологическое назначение лизина – моделирование иммунитета к вирусным инфекциям. Особенно тем из них, что поражают кожные покровы – грибкам, папилломам, сыпи инфекционной этиологии и пр. Самое активное участие лизин, наряду с пролином, принимает в выработке вязкого вещества коллагена, от которого зависит эластичность абсолютно любой подверженной механическому растяжению ткани. О каких тканях речь?

В том и суть нашего интереса к лизину, что к растяжению/сжатию должна быть устойчива не только кожа, но и стенки кровеносных сосудов. Как раз к слою коллагена на этих самых стенках крепятся при травме тромбоциты. Так что прослойка данного белка не только должна быть – она там есть. У всех людей. И норма состава, количества, химической активности коллагена служит залогом здоровья сосудов.

Отсюда же и свойство лизина существенно замедлять дегенерацию глазного хрусталика по мере развития диабетической ретинопатии. А чистым бонусом от применения лизина мы получим, разумеется, снижение количества отложившихся на стенках сосудов холестериновых бляшек. Да и повышение прочности костей за счет улучшения усвоения ими кальция, за которое тоже отвечает лизин, при занятиях спортом нам отнюдь не повредит.

Незаменимая аминокислота фенилаланин, как мы уже упоминали при разговоре о сахарозаменителе аспартаме, для некоторых из нас может составить проблему. Фенилкетонурия (неспособность усваивать это вещество) – заболевание наследственное и сравнительно редкое. Но оно существует. Правда, о его наличии пациент узнает обычно после первой же попытки съесть содержащий фенилаланин продукт. Большинство диабетиков данным отклонением не страдает. А значит, фенилаланин может стать для них хорошим подспорьем в деле компенсации.

Дело в том, что фенилаланин напрямую участвует в синтезе гормона инсулина. Еще, конечно, и меланина, а также тирозина. Последнее вещество – это тоже нейронный медиатор, как и глютаминовая кислота. Но это, согласимся, далеко не так интересно. Зато очень интересно, что фенилаланин принимает активнейшее участие в производстве щитовидной железой гормона тироксина. А тироксин – это, по сути, основной регулятор скорости метаболизма глюкозы, так как повышением его концентрации достигается чувство пустоты в желудке.

Если точнее, то выброс тироксина в кровь провоцирует рост уровня адреналина. А уж адреналин, усиливая спазмы в ЖКТ, попутно запускает подъем секреции следующего гормона холецистокинина. И благодаря последнему к голодному урчанию добавляется то, что называется аппетитом.

Несложно угадать, к чему мы ведем. Здоровый аппетит появляется у нас тогда, когда уровень глюкозы в крови непозволительно низок. Фенилаланин лишь «подстегивает» всю цепочку отвечающих за усвоение сахара и позывы пополнить его запасы реакций. Само собой разумеется, что этим свойством аминокислоты тоже нужно уметь пользоваться. И начинать ее следует только после того, как мы досконально изучим особенности своего сахара, условий для его скачков/коллапсов, график и порядок компенсации инъекционным гормоном. Пока налицо явные, случающиеся не реже раза в неделю эпизоды утраты контроля над сахаром, с приемом фенилаланина желательно повременить. Однако при благополучной картине нечего и откладывать с началом курса.

Метионин налаживает выведение из крови и тканей продуктов распада. Для тех, кто занимается спортом, речь идет о таких отходах работы мышц, как метан, молочная кислота, углекислый газ, белки погибших клеток и прочие продукты окисления. Метионин также участвует в производстве целого ряда собственных антиоксидантов организма и существенно влияет на процесс жирового обмена в сторону его ускорения.

Действие липоевой кислоты более всего напоминает карнитин. Эта аминокислота тоже активизирует распад глюкозы в митохондриях и увеличивает чувствительность клеток к инсулину. И она же выступает хорошим нейромедиатором, позволяющим замедлить развитие болезни Альцгеймера.

Однако на этом список аминокислот, за присутствием коих в нашем меню нужно следить весьма тщательно, окончен. Среди элементов, здесь не упомянутых, бесполезных тоже нет. И их прием определенно не пойдет нам во вред. Просто именно в компенсации отдельных последствий диабета их роль не столь ярко выражена. Например, аминокислота триптофан, отвечающая за выработку серотонина в мозгу, придется особенно к месту в рационе человека, склонного к упадку духа, депрессии, лени…

Аргинин является превосходным иммуномодулятором, увеличивающим вес тимуса и стимулирующим его активность. Работа тимуса (вилочковой железы), по некоторым данным, служит решающим фактором в образовании злокачественных опухолей. Дело в том, что подвергшиеся малигнизации клетки, вполне вероятно, просто сформировались с дефектом или не погибли тогда, когда им пришла пора покинуть организм. За уничтожение таких клеток отвечает иммунитет. Но иммунитет образуется работой далеко не одних лейкоцитов. Это – полноценная, многоступенчатая система самозащиты организма, и состоит она из нескольких структур. Таким образом, точнее было бы сказать, что за своевременное уничтожение «бракованных» клеток отвечает определенная часть иммунной системы. Лейкоциты не могут проникать сквозь мембраны внутрь клеток. Такое под силу только Т-лимфоцитам – тельцам, которые продуцируются и обучаются именно в тимусе…

И хотя сахарный диабет – не рак, о канцерогенных факторах, имеющих к нему прямое отношение, мы говорили выше. Так насколько нам может здесь быть полезен стимулятор иммунитета, никак не влияющий на сам обмен глюкозы?

В конце концов, тот же самый цистеин, не связанный с метаболизмом глюкозы, входит тем не менее в состав а-кератинов. Эти соединения, наряду с коллагеновой прослойкой, обеспечивают здоровое состояние всех роговых клеток тела – будь то эпидермис, ногти или волосы. Плюс, цистеин от решения одолевающих нас неизбежных проблем не так далек, как кажется. Ведь помимо регулирования жизнедеятельности роговых клеток он служит мощным антиоксидантом. И способствует нейтрализации действия некоторых отравляющих веществ. Например, этилового спирта и табачных смол. А также проникающего излучения, которое по-другому зовется радиоактивным. И он же способствует выведению из клеток остатков любых лекарственных средств. То есть всего того, что мы будем принимать по ходу компенсации больше остальных людей – несмотря на все попытки этого избежать.

Таким образом, существует целый ряд пищевых добавок, вообще лекарством не являющихся. Но нам они могут послужить именно в этом качестве. Рацион большинства людей неполноценен. С точки зрения пропорций необходимых элементов мы часто заблуждаемся и преуменьшаем недостатки своей манеры питаться. Диабетики и здоровые – в совершенно равной степени. А между тем с развитием диабета рацион такого больного дополнительно теряет со стороны полноценности. И довольно многое. В такой ситуации нужда его организма в веществах совершенно обычных, без налета какой бы то ни было экзотичности, лишь обостряется.

Компоненты компенсации сахарного диабета: средства нетрадиционной медицины.

К этому моменту мы разобрались во многих новых для нас сферах человеческой жизни. Именно человеческой, поскольку ни одна из них не относится к числу прерогатив только больных сахарным диабетом. Физическая активность, диета, периодическая медикаментозная поддержка… Нужда во всех этих мерах возникает у любого человека – хотя бы раз в жизни. Повторимся: диабетика от абсолютно нормального, здорового индивида в наше время отличает далеко не столь многое, чтобы считать эту патологию чем-то сродни приговору. Единственные атрибуты, сопровождающие почти исключительно диабет, это глюкометр и инсулин. И то глюкометром часто обзаводятся люди, просто привычные заботиться о своем здоровье. То есть начинающие это делать, еще когда оно в полном порядке, а не с момента постановки диагноза.

Так что наше продвижение сквозь дебри закономерностей и тонкостей применения с пользой тех или иных методик, максимум, началось поздно по сравнению с более удачными сочетаниями. Но ничего непоправимого в этом нет. И коль скоро мы уже дали себе труд вникнуть в такой массив сложных представлений, мы имеем право на небольшой бонус за старания. Настало время его получить.

Как мы и упомянули вскользь выше, всех имевших несчастье заболеть неизлечимой в настоящее время болезнью одолевает одинаковый соблазн. Состоит он в желании поверить в чудо – в то, что исцеление возможно. Полное и окончательное избавление от недуга с помощью специальной панацеи – методики, препарата, молитвы, принципов квантовой физики или обращения к помощи сверхъестественных сил. Нам сложно оценить эффективность «закона притяжения», лежащего в основе этой самой квантовой физики и гласящего, что объективную реальность могут изменять не только физические действия, но и мысли, и эмоции. Но вот что уж точно срабатывает безотказно, так это наше желание поверить в невозможное. Стоит захотеть увидеть в опытном манипулянте целителя, как мы получаем такую возможность.

Наше же преимущество состоит в том, что теперь, сориентировавшись более или менее полно в действенных методах лечения, мы можем приступить к разбору сомнительных. И не рискуем быть при этом обманутыми. Попытки отличить полезные методики от бесполезных здесь неизбежно наталкиваются на древность самого заболевания. И следовательно, на нагромождение фактов истории борьбы с ним. Потому из всего исследования данная глава у нас станет самой полемичной и критичной по тону. Увы, при беседе о каком бы то ни было из серьезных и неизлечимых заболеваний таких вкраплений все равно не избежать.

Методики, ограниченные «эффектом плацебо».

Начнем с очевидных несоответствий в духе «квантовой физики», заговоров и заклинаний. В принципе, вера в помощь потусторонних сил тесно взаимосвязана с верой в существование вообще хоть чего-то определенного за пределами нашего пространства, времени и материи. Вера является делом сугубо личным, поскольку проверке или объективному доказательству ее постулаты не подлежат. Независимо от того, во что именно мы верим. Зато отдельные факты и закономерности течения диабета доказуемы. Любой желающий диабетик может проверить их на себе с целью убедиться, что в этом его медицина уж точно не обманывает. Разумеется, при полном понимании, что подобные эксперименты несут угрозу его жизни!

Основным таким доказанным утверждением выступает низкая или отсутствующая выработка инсулина островковыми клетками поджелудочной железы. А значит, любой эффективный метод компенсации должен обладать одним главным качеством: он должен либо стимулировать работу наших собственных островков Лангерганса, либо служить внешним источником инсулина.

Как уже было сказано, мы имеем полное право сомневаться или нет в том, что островковые клетки отказали, не выдержав негативного воздействия торсионных полей, или пали жертвой наведенной на нас порчи. Следовательно, и покупку нескольких кусков шунгита, употребление только талой воды или ношение медных дисков с «особыми» свойствами нам никто не посмеет запретить.

И действительно, пирамидки, кристаллы, диски для больных сахарным диабетом можно встретить на каждой выставке, посвященной теме компенсации. В свободной продаже… Эти предметы соседствуют с представленными для ознакомления техническими новинками, призванными продолжить миссию облегчения диабетикам неудобств, связанных с их проблемой.

Вот уж чем особенно хорош сахарный диабет по сравнению с другими опасными заболеваниями, так это скоростью наступления облегчения от эффективной терапии. Больной гемофилией не определит, насколько удачно он подвесил создающие целебный резонанс колокольчики, до тех пор, пока не поранит палец. Если он подвесил их не там, где надо, с порезанным пальцем придется срочно ехать в больницу…

Еще сложнее обстоят дела со злокачественными опухолями. Больной раком сможет судить о наступлении терапевтического эффекта только после окончания времени действия обезболивающего. Диабетический сценарий развивается неизменно быстрее, потому что быстрее падает или растет уровень глюкозы. Не поступила в означенный час порция инсулина – и приступ неутолимого голода вынудит пациента сперва уничтожить все запасы из холодильника, а после – побежать за шприцем!

Так что при непременном условии наличия в пределах досягаемости всего, что нам понадобится в случае наступления симптомов гипоили гипергликемии, проверка такого рода изделий на действенность может нести опасность только нашему кошельку. Ведь для того, чтобы его проверить, «чудо – приборчик» нужно будет сначала купить. Дабы предвосхитить все порывы такого толка, предупредим сразу: объективно, единственное, что здесь может сработать нам во благо, не предусмотрено в конструкции самого прибора. Зовется оно «эффект плацебо».

Именно из-за того, что эффект плацебо давно признан и подтвержден научно, мы не можем дать прямого противопоказания к применению шунгитовой воды, дисков из «секретных правительственных лабораторий» и создающих лечебные вибрации интерьерных украшений. Если у пациента явно выражена психологическая тяга к подобным решениям, ее удовлетворение способно принести неожиданное, действительно схожее с чудом облегчение там, где иных предпосылок к нему не было.

Как уже было сказано только что, обязательным компонентом таких опытов должно стать присутствие под рукой полного компенсационного набора. А именно, дозы принимаемого обычно больным инсулина и пригодных к употреблению приспособлений для ее ввода – шприца, шприц-ручки, инсулиновой помпы!

Практики и методики, позаимствованные из других культур.

На том и оставим эти изобретения в покое, обратившись к более основательно проработанным методикам. Например, таким, как экзотические лечебные системы. Утверждается, что сахарный диабет излечим с помощью средств тибетской медицины, хромотерапии (одно из направлений аюрведы – древнеиндийской системы врачевания), гимнастики цигун, акупунктуры и особых видов массажа.

Вот это уже – вещи, совершенно отличные от непонятного происхождения монеток да резонаторов. Здесь имеет место и вековая традиция, и налет экзотичности, и систематичность подхода. На деле же, из всех перечисленных методик лишь одна хромотерапия может позиционироваться как метод, разработанный для лечения – то есть устранения уже сформированной патологии. А все прочие изначально создавались как профилактические, но отнюдь не терапевтические системы. И ни один специалист, занимающийся подобными практиками всерьез, не станет утверждать обратное.

Элемент «лечебности» в позаимствованные у древних практики привнесла современность. Вполне возможно, что планировался этот ход не столько как шарлатанский, сколько как коммерческий. Свою роль здесь сыграло и соображение, что многим правилам, дошедшим до нас из глубины веков, впоследствии было найдено научное обоснование. И деятели нетрадиционной медицины наших лет предположили, что совмещение принципов высоких технологий с наработанными вековой практикой приемами будет удачно. То есть что оно сможет улучшить результативность обоих подходов.

На деле из этой идеи ничего нового не получилось. Но в основной массе случаев это нисколько не мешает преподносить приемы нетрадиционной медицины как альтернативу инсулину. И панацею от всех недугов, независимо от степени их сложности. Главный аргумент знахарей в таких случаях состоит в том, что области, которую представляют они, название «нетрадиционная» присвоили намеренно. С целью дискредитировать ее. Как может называться нетрадиционной практика с тысячелетней историей, а традиционной – практика, которой идет от силы третье столетие?

Это замечание, конечно, верно. Неверно то, что это соображение выдвигается на первый план при обсуждении вопроса эффективности метода. Разве правильность названия должна влиять на реальные результаты работы того или иного подхода?

Но едва ли кто-то попытался дискредитировать альтернативную медицину таким путем намеренно. Скорее, при распределении названий учитывалась именно эффективность воздействия. Самым же разумным для нас будет понимать под этим различием то, что есть на самом деле. А именно: существует огромная разница между системой здравоохранения и системой лечения. Потому что усилия первой полностью сосредоточены на предупреждении и профилактике, а второй – на исправлении уже случившегося.

Легко догадаться, что научная медицина неплохо лечит – достаточно действенно даже в случаях, когда излечить полностью не может. А вот профилактика ей дается куда хуже. Что неудивительно, поскольку основу медицинского вмешательства составляют лекарственные препараты. А прием внешних сильнодействующих веществ мало напоминает попытку наладить естественно проходящий в организме процесс. Гораздо больше похоже на попытку его заменить работой синтетического средства.

Гимнастикой цигун, дыхательными упражнениями, йогой, иглоукалыванием нужно заниматься, в идеале, всю жизнь. Компромиссный вариант – регулярно, на протяжении нескольких лет. Говорить всерьез о положительном влиянии методики на организм можно разве что с достижением сколько-нибудь значимого «стажа» ее применения. А курс из 10–15 занятий способен только улучшить состояние наших нервов за счет общей релаксации, так как она требуется на любом из означенных сеансов. Конечно, улучшив тем самым и наше общее самочувствие.

Опять-таки, увлечение отдельными получившими распространение в Европе восточными практиками диабетикам не возбраняется. Запрещено здесь только одно – отмена инсулина на время терапии. Неважно, по собственному почину или по рекомендации специалиста это произойдет – важно, каким будет результат.

И тем более не следует совершать еще одной ошибки – обращаться за помощью туда, где нас пообещают «снять» с инсулиновой иглы за неделю с помощью трав или комплексов упражнений.

Рассудим здраво: с диабетом I типа мы родились. Он неизлечим никаким способом, кроме вмешательства в генетический код пациента. Альтернативные операции включают подсадку донорских островковых клеток в тонкий кишечник и полную пересадку поджелудочной железы. В то же время известно, что такого рода операции дают лишь временный эффект. Островковые клетки в кишечнике продолжают продуцировать инсулин в течение нескольких дней. Обычно данная мера приносит облегчение на срок до двух недель.

Что же касается трансплантации, то здесь действуют те же правила, что и для всех донорских органов. А именно: даже при полном подавлении реакции иммунного ответа донорский орган изнашивается в десятки раз быстрее собственного. Срок жизни трансплантата ограничен пятью-семью годами. А в случае с поджелудочной железой он часто не превышает трех-пяти лет. Далее наступает точно такой же отказ островков Лангерганса и, следовательно, новый виток компенсации инсулином. Только на этот раз компенсация должна сопровождаться подавлением реакции отторжения донорского органа. Обычно такое сочетание оказывается губительным для пациента, так как диабет сам по себе создает осложнения – и со стороны верхних дыхательных путей, и со стороны всего ЖКТ. Сопутствующее подавление иммунитета приводит к множественным воспалениям и смерти больного. Оттого сама же медицина не рекомендует этот метод.

Диабет II типа формировался у нас годами противоестественного метаболизма, когда мы поглощали глюкозу, не расходуя ее. Диабет этого типа является просто попыткой организма приспособиться к особым условиям жизнедеятельности. А так как эти условия не изменялись на протяжении десятков лет, попытка временной компенсации переросла в биологическую привычку.

За неделю достигается отвыкание даже не от всех личных привычек индивида. Известно, что дети меняют привычки быстрее взрослых. Но инсулиннезависимый диабет в детстве появиться и не может. Взрослые же от курения отвыкают в периоде до полугода, а алкоголизм лечится иногда по несколько лет подряд. О каких двух неделях здесь может идти речь?

В нашем случае отучить от вредных привычек нужно вообще единицу организма, жизнедеятельность которой управляется не мозгом и сознанием, а множеством бессознательных, так сказать, химических реакций. Потому даже если сама по себе надежда на помощь этих методик в деле компенсации не лишена смысла, там, где нас пытаются обмануть, что называется, с порога, правды искать незачем.

Противопоказанные и разрешенные при сахарном диабете методы нетрадиционной медицины.

Прежде всего, мы должны знать, что известная эффективность этих методик влечет за собой и ряд противопоказаний. Именно за счет того, что они действительно могут повлиять на очень многие процессы в организме. Хотя заинтересованные лица обычно предупреждают, что обмен веществ ускорится, о последствиях они вспоминать не любят…

Так, пациентам онкологических диспансеров противопоказаны все методики, связанные с повышением температуры тела, а также акупунктура. Такие терапевтические системы заметно ускоряют кровоток, а с ним – и клеточный обмен, что ведет к улучшению питания злокачественной опухоли.

Больным сахарным диабетом акупунктура тоже нежелательна. Голова (включая лицевую часть), а также кисти и стопы являются излюбленными местами для вонзания мастером специальных игл. С точки зрения мастера стопы и кисти являются местами выхода на поверхность всех основных энергетических каналов тела – так называемых меридианов. Искусство иглоукалывания же состоит как раз в умении стимулировать ток энергии именно в этих меридианах. Через их раздражение иглой, естественно.

Зато с точки зрения больного сахарным диабетом способность тканей его конечностей к регенерации сильно нарушена. Достаточно сильно для того, чтобы место каждого укола после потребовало более тщательного ухода, чем обычно. И заживало даже при таком уходе гораздо дольше положенного. С учетом, что таких проколов на каждом сантиметре кожи может оказаться пять-семь, едва ли задача повышенной стерильности в дни восстановления покровов будет совместима с сохранением работоспособности.

Коль скоро прокалывать кожу нам нельзя, а отказываться от методики не хочется, удачнее будет попробовать неинвазивные ее разновидности. Как раз из тех, что были разработаны в наше время и европейскими специалистами. К числу таких модификаций относится цветопунктура – когда лазерная цветная указка освещает кожу, не требуя ее прокола. Или иные альтернативные способы точечного воздействия – слабый электрический импульс, например.

Кроме того, нам показаны водные процедуры – в том числе при участии различных добавок расслабляющего и тонизирующего свойства. Ограничение здесь следует соблюдать то же, в сущности, что действует для онкологических больных. Следует понимать, что само по себе повышение температуры тела может пойти нам на пользу. Тем, что оно ускоряет абсолютно все обменные процессы – в том числе расщепление глюкозы клетками. Однако только не при наличии у нас осложнений со стороны сердечно-сосудистой системы!

Если с помощью всего используемого компенсационного комплекса нам удается регулировать состояние сосудов настолько успешно, что мы спим крепко, давление у нас в норме и сердце работает как часы, все будет в порядке. Конечно же, все перечисленное выше должно сочетаться с сохранением прежней остроты зрения.

Если у нас дела обстоят именно так, включить в число общеукрепляющих мероприятий серные ванны, контрастный душ, походы в русскую баню вполне допустимо. Единственное нежелательное средство здесь – сауна. Там слишком жарко даже для многих здоровых людей. Да и реальную пользу она способна принести только тем, кто уже отчаялся побороть свой целлюлит. Состояние же сердечно-сосудистой системы она определенно не улучшает. А мнение, будто вместе с потом наше тело покидает множество продуктов распада, является скорее поверьем, чем медицинским фактом. Главное, устраивать себе водные процедуры нужно не чаще двух раз в месяц – то есть с частотой сугубо вспомогательной меры.

Употребление алкоголя во время или перед такими сеансами запрещено!

По той же причине проблем с кожей диабетикам не рекомендуется как сам европейский классический массаж, так и его экзотические разновидности – туйна (в целом схож с обычным массажем), гуаша (выполняется вообще скребками из различных материалов, вплоть до камня) и прочее. Единственный допустимый компромисс – способность массажиста обращаться с нашим кожным покровом нежнее, чем он обращался бы с папирусом эпохи древнеегипетских фараонов. Конечно же, не в ущерб действенности производимых им манипуляций. Тут нам как никогда прежде будет актуально поискать специалиста, уже работавшего с больными «сладкой болезнью». А потому осознающего всю серьезность данного требования.

Меры предосторожности при выборе методики лечения.

Нередко даже не вызывающее подозрений по части происхождения методов лечение требует приема веществ с несколько необычным составом. И степень его необычности может сильно разниться – от «особых» алтайских или тибетских сборов до экстракта крови марала и порошка оленьих пантов. Теоретически, если терапевт не требует от нас прекращения инъекций инсулина и приема препаратов, которые нам назначены помимо него, нашей жизни ничто не угрожает. На практике же все гораздо сложнее.

Организм диабетика и так испытывает существенную лекарственную нагрузку. Это неизбежно, потому что в отдельные периоды или постоянно мы будем принимать различные вещества. Вещества, входящие в прописанный врачом или разработанный нами компенсационный комплекс. И целью его будет наверняка не только секреция инсулина.

С этой точки зрения добавлять к массиву уже употребляемых средств незнакомые нашему организму соединения не всегда рационально. Тем более с оглядкой на их принадлежность к другому климатическому и экологическому региону. Даже если именно их «чужеродность» нашим тканям послужит залогом более высокой эффективности. Кроме того, в таких случаях всегда возникает вопрос истинного состава средства.

Последнее непременно следует проверять. И относиться с особым недоверием к веществам, которые подаются нам только в готовой к применению форме – то есть без упаковки. И тем паче к элементам ограничений в духе «принимайте только здесь, на дом оно не выдается». Чем явственнее клиника или специалист пытается контролировать наш доступ к информации о средстве и эпизоды нашего «общения» с ним, тем более тщательной проверки оно заслуживает.

Не торопясь отправлять в пищевод неведомо что, нам следует ознакомиться с составом предложенного продукта, напечатанным на понятном нам или хотя бы одном из международных языков. Продавец (в нашем случае – терапевт) обязан предоставить по первому требованию и упаковку для ознакомления, и сертификаты, подтверждающие качество, безопасность и точность состава средства. Все как с обычными лекарствами. Ибо риск того, что «эксклюзивный», да еще и «алтайский» сбор окажется на деле соломой с ближайшей обочины, достаточно высок. А в таком «сборе» не просто не обнаружится ничего «алтайского» – там будет в наличии вся таблица Менделеева. Включая тяжелые металлы, радиоактивные изотопы и, вполне возможно, несколько отсутствующих в ней элементов.

Отдельного упоминания заслуживают особенности приема таких средств, как экстракты оленьей крови, рогов, корень женьшеня и пр. Они продаются даже в аптеках. Правда, отдельно от лекарств, в особом уголке биологически активных добавок (сокращенно – БАДов). Да, панты (молодые, только выросшие оленьи рога), как и кровь, содержат множество полезных веществ. Но не следует забывать о двух нюансах. Первый: костный порошок есть костный порошок. Он очень плохо усваивается даже здоровым желудком. Эта пища недопустима к применению человеком, поскольку она не подходит даже домашним животным с чувствительным пищеварением!

Если мы в свое время всерьез обсуждали перспективу отравления метанолом, выделяющимся при распаде аспартама, то по поводу пантов мы можем дать лишь один совет. И он таков: принимать этот препарат в действительности не столько полезно, сколько чревато новыми осложнениями со стороны ЖКТ!

Есть еще и второе соображение, призванное умерить наш пыл. А именно: в экстракте оленьей крови (марал – это северный олень) полезных веществ остается даже меньше, чем в обычной кровяной колбасе. Колбасу просто сварили со специями и добавками. А разрушение в этом экстракте всего, что могло разрушиться, протекало, минимум, в два этапа – при подготовке препарата (включающей сушку и измельчение) и с течением времени, пока он хранился уже готовым.

Плюс, ради улучшения свойств порошка в него после непременно был добавлен разрыхлитель и средство для удержания влаги. Добавляли ли туда еще что-то (краситель, антиоксидант), мы сказать точно не можем. Но можем отметить, что эти вещества входят в рецептуру продуктов питания и лекарств совершенно на равных. Потому вероятность, что добавок с индексом «Е» там больше двух, весьма велика.

Кроме того, вспомним, что человека от животного с биохимической точки зрения отделяет отнюдь не так много, как кажется на первый взгляд. Нам, представителям племени, половина которого постоянно пользуется свиным или бычьим инсулином, не пристало сомневаться в этом сходстве!

Так что количество и концентрация в крови оленя каких-то воистину уникальных компонентов вызывает законные сомнения. Ни лечения, ни компенсации (если там и остался инсулин, в желудке он переварится), ни элементарной пользы эта добавка нам не принесет.

Основы вспомогательной компенсации диабета с помощью лекарственных трав.

Но мы забыли еще об одной системе врачевания – отечественной, называемой траволечением. Травничество использует целебные свойства растений нашего климатического пояса. Приемов для создания чисто внешнего эффекта у травников обычно немного. А общность региона дает нам уникальную возможность не просто обратиться за помощью к опытному специалисту, но самим освоить эти приемы. Что, конечно же, никак не получится сделать с растениями и иными препаратами, традиция изготовления которых принадлежит другой народности и культуре.

В ассортименте растений, использование которых может успешно заменить вспомогательную медикаментозную терапию, разобраться несложно. И мы начнем с вещества, которое не только обладает свойством снижать сахар крови, но и называется словом, очень похожим по звучанию на «инсулин». Речь идет об инулине, известная омонимичность которого с инсулином нередко порождает недоразумения и служит лишним соблазном для обмана потребителя.

Инулин по своей химической формуле вообще ничего общего с инсулином не имеет. И механизм влияния его на глюкозу крови совсем другой – косвенный, обеспечивающий сравнительно небольшой эффект. Инулина особенно много в цикории, полевом хвоще, одуванчике, зернах фасоли и топинамбуре. Попадая в желудок, его молекулы разрушаются, образуя фруктозу и не подлежащий дальнейшему усвоению остаток. Нам будет полезно знать, что фруктозы в инулине содержится 95 %. Хоть она и не требует присутствия инсулина, зато ей для усвоения нужна здоровая печень и наличие в жизни пациента физической активности для расхода запасов гликогена. Употребление этих овощей также подразумевает ограничения в приеме фруктозы в качестве заменителя сахара.

Но главное здесь не фруктоза. Гораздо важнее эти самые остатки молекулы, которые наш организм пропустит в кровь, так как они достаточно малы для проникновения в сосуды, а усвоить не сможет. С химической точки зрения они достаточно активны для того, чтобы связываться уже в кровотоке с молекулами неусвоенной глюкозы, кетоновыми телами, холестериновыми контейнерами. Словом, с любыми продуктами распада, взвешенными в крови и обладающими неусвояемостью – общим с этой инулиновой частичкой качеством. Разница здесь в том, что собственные продукты распада организму сложнее определить как подлежащие выведению, чем молекулу однозначно чужеродную. И благодаря способности остатка инулина работать индикатором молекулы продуктов распада быстрее опознаются как лишние. А стало быть, и выводятся быстрее.

Больным сахарным диабетом особо рекомендована к употреблению белокочанная капуста. Желательно в свежем виде. Главная ее особенность для нас заключается в высоком содержании в ее соке щелочных соединений. Эти соли, попадая в кровь, способствуют химической реакции, превращающей ее свободную глюкозу во фруктозу. Так как речь идет о соке, всасывается он очень быстро. При склонности к высокому сахару регулярное употребление капусты позволит, таким образом, понизить потребность в инсулине. Однако это же средство, как мы понимаем, увеличит нагрузку на печень, потребует перехода на другой заменитель сахара и превратит «желательность» десяти – двенадцати приседаний за сутки в их «обязательность».

Еще один крайне полезный продукт в рационе диабетика является не растением, но способом заготовки самых разных растений. Речь идет о молочной кислоте. Эта кислота образуется в результате процесса квашения овощей. И неважно, что именно мы квасим – огурцы, помидоры, капусту или вообще овощные голубцы с начинкой из десятка разных овощей. А суть благотворного воздействия этого вещества на сахар крови состоит в точно таком же его превращении во фруктозу, как мы описали выше.

Молочная кислота выделяется мышцами в процессе сокращений. Как результат сжигания ею кислорода. Это под ее воздействием болят натруженные накануне группы мышц. Кроме того, молочной кислотой богаты кисломолочные продукты. Но так как, напомним, последние богаты еще и трудноусвояемым белком казеином, и родственницей глюкозы лактозой, в качестве источника молочной кислоты они нам не подходят. Поскольку при квашении такие побочные продукты не образуются (и в изначальном составе продукта их тоже нет), этот вид консервации вполне для нас приемлем.

Помимо косвенно регулирующих сахар средств нам может понадобиться отдельная нормализация секреции желудочного сока и желчи. Дело в том, что такое заболевание, как сахарный диабет, просто не может не сказываться на работе всего желудочнокишечного тракта. При голодании клеток головной мозг отдает все стандартные для него в таких случаях распоряжения. А значит, желудок вырабатывает больше кислот, кишечник – больше щелочей, желчный пузырь – больше желчи.

Таким образом, чем на больший срок мы растянем стадию плохо скомпенсированного или латентного диабета, чем упрямее мы будем отрицать очевидное, тем более серьезными будут последствия. Органы пищеварения, как и поджелудочная, со временем привыкают выделять столько ферментов, сколько они выделяют нынче. С наступлением компенсации и снижением чувства голода откат может произойти, а может и не произойти.

Кроме элементарной привычки, здесь есть еще один фактор риска – избыточная компенсация. Мы уже предупреждали о ее возможных последствиях выше. Но помимо полного отказа островковых клеток в результате их истощения, существует опасность заработать себе отказ печени и холецистит путем приема некоторых снижающих холестерин препаратов.

Один из классов веществ, участвующих в терапии атеросклероза, заметно нарушает работу печени и желчного пузыря, приводя как к различным расстройствам, так и к полному отказу. Речь идет о статинах – препаратах, блокирующих производство холестерина в печени, а также секвестрантах желчных кислот, которые препятствуют всасыванию уже произведенной желчи. Да и фибраты, ускоряющие синтез самой желчи, частенько провоцируют образование камней.

Повторившись, что для профилактики эти препараты не подходят, мы можем добавить еще кое-что. А именно: случаи, когда их применение актуально, все же существуют. Стенокардия и предынфарктные состояния или восстановительный период после перенесенного приступа… В это время прием снижающих холестерин препаратов, как правило, и впрямь помогает предотвратить повторный приступ.

Так или иначе нам пригодятся знания о мочегонных, желчегонных и потогонных средствах. К числу таковых относятся спорыш, подорожник, шиповник. Крапива тоже будет полезна – и как хороший нормализатор желудочной секреции, и как мочегонное, и как противовоспалительное. Однако она обладает свойством повышать вязкость крови, потому при выраженных проблемах с сосудами ее применение недопустимо!

Вообще, больным сахарным диабетом следует завязать дружбу с натуральными противовоспалительными средствами – ромашкой, зверобоем, тысячелистником, подорожником, малиной и листом смородины. Кроме них существует даже ряд растений с противовоспалительным эффектом, по яркости ничуть не уступающим антибиотикам. К ним относится чистотел, лаванда, черемуха, кора дуба. Однако сильные свойства антибиотиков они проявляют не зря, так как все эти растения ядовиты. И их применение оправдано лишь в одном случае – необходимости погасить воспалительный процесс не более чем за сутки. Такие средства больше подходят диабетикам для контроля над состоянием кожи конечностей, чем для приема внутрь.

Проблема в том, что с переходом диабета в хроническую стадию повышается риск возникновения таких же хронических, вялотекущих воспалений – тканей поджелудочной и кишечника. Как правило, на седьмом-восьмом году компенсации воспалительные очаги уже сформированы. И неважно, насколько она успешна. Незаменим в таких видах пожизненной терапии поджелудочной также лен. Вернее, семя льна – и эффективное противовоспалительное, и обволакивающее средство, помогающее к тому же снизить скорость всасывания глюкозы стенками кишечника.

Антибиотики здесь не столько помогут, сколько навредят. Ведь их придется пить периодически, курсами, но в течение всей оставшейся жизни. Микрофлора кишечника от такой терапии гарантированно погибнет в течение двух-трех лет. И потом, антибиотики быстро вызывают привыкание, потому периодически их потребуется еще и менять. Словом, они нам совсем не подходят. А вот противовоспалительные отвары и настойки – как раз то, что нужно.

Единственное, о чем здесь следует помнить, это о том, что многие растения из разряда противовоспалительных средств ядовиты. Так, применение чистотела или лаванды при язве желудка и гастрите недопустимо!

В то же время далеко не все диабетики с приходом стабильности сахара нуждаются в снижении секреции желудка или кишечника. Скорее, наоборот, в повышении, поскольку диабетический рацион, с его ограничениями в продуктах и порциях, редко кому может показаться самой вкусной едой.

В таких случаях можно попробовать пряные и ароматные травы. Острых приправ лучше избегать. Нам здесь нужен только вкусный запах, а химическое раздражение слизистых желудка и кишечника – ход гораздо более сомнительный! Но следует помнить, что этот метод усиления аппетита – настоящая палка о двух концах.

С одной стороны, более аппетитное на вид и вкус блюдо лучше и быстрее усвоится. Эта закономерность действительна для всех без исключения людей в мире. Для нас важно то, что при наличии собственного инсулина мы будем каждый раз лучше стимулировать его выработку. А с другой стороны, и глюкоза из пищи будет поступать в кровь быстрее. Так что наличие в блюде возбуждающих аппетит приправ потребует более тонкой коррекции инсулином. Возможно, придется изменить график «коротких» инъекций.

Не забывая об угрозе развития ретинопатии и катаракты, воспользуемся некоторыми травами, способными увеличить сопротивляемость наших зрительных органов дегенерации. Здесь нам понадобятся растения, содержащие кремний. А это одуванчик и хвощ, которые мы уже добавляем в салат в качестве источников инулина. А кроме них – медуница и хорошее мочегонное спорыш.

Сами собой разумеются и некоторые правила приема растений в лечебных целях. Прежде всего, добавляемые в блюда травы должны быть свежими. Покупать высушенные и измельченные растения допустимо лишь с намерением сделать из них отвар или настойку. Делая салат из овощей и трав, желательно отказаться от привычки нарезать ингредиенты слишком мелко. Средней величины кусочки будут дольше расщепляться, медленнее выделяя глюкозу.

Тем более не следует превышать дозировок приема лекарственных трав!

Напротив, гораздо уместнее начинать курс с дозировки, составляющей половину от указанной к применению.

Как мы можем видеть, мир компенсации сахарного диабета пестрит предложениями не только бесполезными, но откровенно вредными. Эндокринолог в белом халате стремится назначить нам несколько лишних препаратов с тем, чтобы облегчение наступило «уж наверняка». Даже если именно из-за излишне активного давления поджелудочная после откажет окончательно. К примеру, те же стимуляторы секреции островковых клеток вызывают их истощение и гибель. И врачу, назначающему пациенту таблетки помимо диеты и нагрузок, это известно заранее.

Покупка же различных предметов, улучшающих картину энергетических полей организма или окружающего его пространства, может помочь нам разве что запуском эффекта плацебо. А львиная доля экзотических вспомогательных, но не лекарственных средств лишена вообще какой бы то ни было ценности…

Заключение.

Вот так незаметно мы и подошли к необходимости подвести некоторые итоги своих рассуждений. Разумеется, у нас не было возможности рассмотреть решительно все методы и приемы, с помощью которых больной сахарным диабетом мог бы достичь оптимальных результатов компенсации. Как мы уже неоднократно упоминали, сахарный диабет имеет множество разных проявлений. Его течение и особенности зависят от особенностей организма пациента настолько сильно, что любые попытки свести все варианты компенсации к единому знаменателю заранее обречены на провал. Потому подробности тех или иных методов каждому конкретному больному критически важно выяснить самостоятельно.

Какие общие моменты нам непременно следует подчеркнуть? Прежде всего, тот, что с наступлением диабета норма физической активности должна стать для нас нормой жизни. Из этого правила исключений нет, есть только варианты нагрузок – каждому по силам и возможностям тела. Работа мышц является краеугольным камнем всей компенсации не просто так. Именно она есть единственный естественный биохимический повод для клеток усваивать и расщеплять глюкозу. Энергетические затраты на реализацию программ роста и деления – ничто по сравнению с ее затратами на метаболизм веществ. Равно как и мышление, если брать его отдельно.

Выразимся иначе: в нашем организме обмен глюкозы определяется одним законом. И сформулировать его очень просто: энергия не расходуется – энергия не требуется. Лишенное возможности двигаться тело не нуждается в пище. А несоблюдение этого закона приводит к развитию сахарного диабета II типа.

Именно из-за невозможности обойти этот закон окольными путями назначение диеты способно послужить в лучшем случае паллиативной мерой. Мерой, эффект от которой вскоре угаснет сам собой. За наступившим облегчением последует откат. Это неизбежно потому, что у поджелудочной железы появится более комфортный, так сказать, график работы – но не повод к самой работе.

Тем не менее диета играет в деле компенсации если не первую, то вторую скрипку. Она и только она способна помочь нам сформировать график поступления глюкозы в кровь, хотя бы приблизительно равный количеству и графику поступления в кровь инсулина. Иными словами, без полноценной, тщательно выверенной диеты компенсация диабета с помощью инсулина теряет едва ли не всякий смысл. Без этого соотношения стабилизация сахара в крови невозможна, ускорение развития осложнений неизбежно, а смерть от инфаркта – неминуема.

Что касается необходимости компенсации инсулином, то сама по себе она темой обсуждения не является. Если уровня секреции собственного гормона достаточно для исчезновения симптомов диабета, необходимости в инсулине тоже нет. Если же это не так, инъекции инсулина следует начать незамедлительно, поскольку почки пациента уже страдают, а сосуды – разрушаются. Гораздо более проблемной выглядит тема выбора между препаратами животного и генно-модифицированного происхождения. И у тех и у других в наличии ряд противопоказаний. Притом значительно отличающихся как по механизму развития, так и по глубине последствий. Напомним, ДНК-рекомбинантный инсулин повышает риск заболевания раком благодаря своей способности лучше стимулировать белки деления в клетках. Животный же инсулин, при полном отсутствии канцерогенных свойств, часто провоцирует реакцию иммунного ответа. И дает новый виток инсулинорезистентности.

Выбор вспомогательных медицинских препаратов в случае с компенсацией диабета требует особой осмотрительности. Дело в том, что данное заболевание не только непредсказуемо, но и затрагивает широкий спектр процессов жизнедеятельности. А все это в совокупности дает иногда достаточно неожиданные последствия применения сильнодействующих средств.

Так, вещества, разработанные специально для регулирования отдельных аспектов обмена глюкозы, нередко превращают обратимое снижение секреции собственного инсулина в окончательный отказ островковых клеток. А предназначенные для предотвращения преждевременного развития атеросклероза средства могут сами по себе дополнительно нарушать работу желудочно-кишечного тракта. Плюс, не следует списывать со счетов и едва ли удачное сочетание общей высокой нагрузки на печень с действием этих средств, направленным на подавление некоторых ее функций.

На этом фоне наиболее безопасной выглядит вспомогательная терапия при помощи натуральных растительных препаратов и биологически активных добавок. По крайней мере, в случае отсутствия к моменту начала компенсации развитых побочных патологий. Средства этой категории можно считать наиболее подходящими для многолетней компенсации. Исключая случаи очевидных попыток обмана и склонности самого пациента к не имеющим под собой оснований трактовкам, разумеется.

Большинство биологически активных добавок не обладает изначальным лечебным эффектом. Но оказывает таковой при наличии в организме дефицита этих веществ. Что же касается действия лечебных трав, то оно, как правило, является накапливающимся. То есть начинает сказываться постепенно, по мере увеличения сроков терапии. Что и позволяет говорить о лучшем соответствии целям лечения. Лечения, рассчитанного в перспективе не разовой, но постоянной, до конца жизни пациента.

Оглавление.

Самое важное о диабете. Диабет в современном мире. Сахарный диабет: классификация по типам, механизмы развития. Симптомы и осложнения сахарного диабета. Учимся отличать риск заболеть от готового диагноза. Когда наше беспокойство можно начинать считать основательным? Симптомы сахарного диабета. Осложнения диабета в долгосрочной перспективе. «Медовый месяц», или ошибки первых дней: особенности начального этапа компенсации. Особенности и смысл назначения диеты. Причины назначения физических нагрузок при компенсации диабета. Особенности и проблемы выбора инсулина. Опасности и ошибки «медового месяца». Компоненты компенсации сахарного диабета: диета. Основные правила составления рациона диабетика: исключения. Основные правила составления рациона диабетика: нововведения. Заменители сахара и особенности их использования при сахарном диабете. Методы контроля над питательной ценностью рациона. Компоненты компенсации сахарного диабета: инсулин и способы его приема. Виды инсулина по источнику происхождения. Разница в побочных эффектах. Проблема канцерогенности терапии инсулином. Современные методы контроля уровня глюкозы и введения инсулина. Достоинства и недостатки. Методы компенсации сахарного диабета: пероральные средства. Средства для искусственного снижения глюкозы: классификация, принцип действия. Вопросы актуальности применения – нужно ли нам нарушать еще один процесс? Препараты для снижения уровня холестерина – насколько оправдано их раннее назначение? Компоненты компенсации сахарного диабета: физические нагрузки и их роль в обмене глюкозы. Роль физической активности в обмене глюкозы. Первое знакомство со спортом: выбор места, времени и типа нагрузок. Противопоказания к анаэробным типам нагрузок. Вопросы снижения риска осложнений. Изменения, связанные с началом тренировок: что еще мы можем улучшить? Компоненты компенсации сахарного диабета: пищевые добавки. Минералы и витамины: как не ошибиться с выбором препарата? Аминокислоты как залог нормы синтеза белков. Классификация, свойства особенно значимых веществ этого типа. Компоненты компенсации сахарного диабета: средства нетрадиционной медицины. Методики, ограниченные «эффектом плацебо». Практики и методики, позаимствованные из других культур. Противопоказанные и разрешенные при сахарном диабете методы нетрадиционной медицины. Меры предосторожности при выборе методики лечения. Основы вспомогательной компенсации диабета с помощью лекарственных трав. Заключение.