Слово о собаке.

Эта порода служебных собак — черный терьер, выведенная в школе служебного собаководства «Красная звезда», в 50—60-х годах путем скрещивания ризеншнауцера, ротвейлера и некоторых других пород.

Черные терьеры — собаки выше среднего роста, сильные, с массивным костяком и мускулатурой, крепкой грубой конституции. Собаки этой породы злобные, недоверчивые к посторонним людям, выносливые, хорошо приспосабливаются к различным климатическим условиям. Хорошо поддаются дрессировке. Шерсть грубая, жесткая, густая, плотно прилегающая. Волосы с надломом, покрывают все тело собаки. Хорошо развиты украшающие волосы. На морде они образуют на верхней губе жесткие щетинистые «усы». А на нижней — такой же структуры «бороду», над глазами — жесткие щетинистые «брови». Удлиненная шерсть на шее и холке образует «гриву».

Корреспондент газеты «Известия» в Афганистане Г. Устинов рассказывал в июле 1985 года:

«Не одну сотню хитроумно замаскированных зарядов обнаружили и обезвредили наши ребята. Только вожатый Александр Никитин с овчаркой Азой нашел 28 мин и три фугаса.

За время службы Саша вместе со своей помощницей обнаружил 24 мины. Сколько спасенных человеческих жизней, оставшейся невредимой техники… Причем Аза — далеко не рекордсменка, как, скажем, ветераны подразделения: Эльза, Инга. У них на счету сотни обезвреженных мин. Труженицы саперной службы…

До службы в армии Александр Никитин учился и жил в Стерлитамаке, закончил строительный техникум. В военкомате его спросили: «Животных любишь?» — «Конечно. Всю жизнь мечтал иметь собаку. Да родители не разрешали». «Ну, что ж, это дело поправимое. Будет у тебя своя собака».

Так Александр встретился с Азой. Досталась она ему щеночком. Сам разрабатывал у нее рефлекс на запах взрывчатки. Сначала, когда Азе было два месяца, учил ее ходить зигзагообразно, размещая приманку в шахматном порядке. Затем располагал кусочки мяса на взрывчатых веществах, на открытых минах, на заглубленных без маскировки и, наконец, на замаскированных. Полгода напряженной тренировки, и вот уже восемь месяцев такой же напряженной работы.

Аза очень подвижная, ласковая, обладает острым чутьем. И что особенно важно — собранная, во время поиска не отвлекается. На занятиях всегда серьезна. Вроде бы рутина, давно знакомые команды — «сидеть», «лежать», «рядом», «ко мне», а выполняет их со всей ответственностью, словно знает, что без постоянных тренировок быстро выйдешь из формы. Во время учебного розыска без труда находит все мины.

А в настоящем деле?

Там, конечно, труднее. Когда собака проедет сотни километров в бронетранспортере, от грохота, лязга, дорожной пыли, бензинового запаха чутье у нее притупляется. Надо дать ей отдохнуть, тогда работа пойдет… Хотя в Кунарском походе, где Аза показала себя хорошо, у нее выявился и один недостаток. Быстро уставала от жары (днем у нас под 60 градусов было). Поработаем максимум пятнадцать минут, потом начинает хитрить: садится там, где ничего нет. Сейчас буду больше тренировать ее на выносливость.

…Саша Никитин и вожатый Павел Котляров сидят в окружении новичков, ребят нынешнего весеннего призыва, и терпеливо отвечают на их расспросы:

А почему у наших собак такие нерусские имена?

Потому что все они — немецкие овчарки. Лучшая порода для розыска…

А почему эти имена «дамские»?

С псами работать тяжелей. У них вечная борьба за лидерство».

Многие воинские части во время Великой Отечественной войны содержали собак просто для души, для нервной разрядки и отдохновения. В эти тяжелые дни для многих советских солдат собака была частью их дома, другом и «лекарством».