Секс для науки. Наука для секса.

Прелюдия.

В комнате сидит мужчина и что-то делает со своими коленками. 1983 год, кампус Калифорнийского университета, Лос-Анджелес. Мужчине — подопытному объекту — велено заниматься эти четыре минуты, прерваться, потом, после паузы, еще минуту. После чего можно надеть штаны, взять положенную плату и идти домой, а вечером, за ужином, он будет со смехом рассказывать эту забавную историю. Это исследование сексуальных реакций человека. Манипуляции с коленными чашечками не предполагают сексуального отклика, по крайней мере, на нашей планете, именно потому мужчина и занимается ими: это контрольное действие. (Перед этим мужчине было велено манипулировать более стандартным образом, в то время как исследователи делали свои измерения).

Я наткнулась на эту статью несколько лет назад, работая в библиотеке одного медицинского института. Раньше мне как-то не приходило в голову, что секс изучают в лабораториях, так же как сон, пищеварение или шелушение кожи, то есть как любой другой аспект человеческой физиологии. То есть знала, наверное, но как-то об этом не задумывалась. Я никогда не задумывалась, как это все происходит, с какими препятствиями и трудностями сталкиваются исследователи — удивленно поднятые брови, подозрения жен, сплетни коллег. Представьте, что уборщица, или какой-нибудь первокурсник, или президент Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе без стука откроет дверь во время сцены с коленками. В требовании, чтобы подопытный объект тискал свои коленки, нет ничего ни аморального, ни неприличного, но его очень трудно объяснить. А еще труднее найти финансирование под такие исследования. Интересно, кто их спонсировал? Кто добровольно участвовал в них?

Нет ничего удивительного в том, что, за несколькими достойными внимания исключениями, до 1970-х годов сексуальную психологию не изучали. Уильям Мастерс и Вирджиния Джонсон в конце 1950-х писали: «...состояние этой науки и поведение ученых по-прежнему определяет страх — они боятся общественного мнения, религиозной нетерпимости, политического давления, а более всего — фанатизма и предрассудков, причем не только вне, но и внутри профессионального сообщества». (И тогда они сказали: «Черт побери!» и построили пенис-камеру.) Английский секс-психолог Рой Левин, сейчас он на пенсии, рассказывал, что в предметном указателе его книги «Основы медицинской психологии», учебника, популярного в шестидесятые годы, не было таких слов, как «пенис», «вагина», «коитус», «эрекция», «эякуляция». Курсы психологии не затрагивали ни оргазма, ни полового возбуждения, словно секс был какой-то постыдной тайной, а не обычным биологическим явлением.

Одним из первых проектов Левина стало изучение химических свойств вагинальных выделений, единственной жидкости в человеческом организме, о которой не было известно практически ничего. Женская влага — первое, с чем встречается извергнутая сперма, и знания о ней необходимы, хотя бы с точки зрения возможности зачатия. Ему это казалось очевидным, но некоторым его коллегам-физиологам — нет. Левин вспоминает, как на конференции, где он представил свою работу, подслушал в мужском туалете мнение о себе двоих ученых коллег. Они, безусловно, были убеждены, что его почему-то возбуждает процесс расчета концентрации ионов в вагинальной жидкости. И что секс изучают только извращенцы.

Это общепринятое убеждение у одних вызывает настороженность по отношению к исследователям секса, а у других — повышенный интерес. «Именно так обо мне и думают, раз уж я этим занимаюсь», — говорит исследовательница Синди Местон из Техасского университета в Остине. То, что Местон — красивая блондинка, только осложняет дело. Если попутчик в самолете спрашивает о роде ее деятельности, ей приходится либо лгать, либо отвечать уклончиво: «Психофизиологические исследования». Большинство этим удовлетворяется. «А тому, кто настаивает на подробностях, я говорю что-нибудь типа: ну, мы используем различные визуальные и звуковые стимулы для изучения реактивности вегетативной нервной системы в различных контекстах. Обычно это помогает».

Даже если исследователь тщательно обосновывает цели и ценность проекта, связанного с сексом, его все равно подозревают в извращенности. В прошлом году я переписывалась по электронной почте с одной знакомой, которая изучала черный рынок органов умерших и завладела списком продаж одной компании, которая поставляет органы и ткани для исследований. В списке была в том числе и «вагина с клитором». Моя знакомая не поверила, что гениталии трупа предназначались для научных целей. Она решила, что исследователь заказал эту часть тела, чтобы заниматься с ней сексом. Я ответила, что физиологи, изучающие сексуальные расстройства, все еще многого не знают о женском возбуждении и оргазме, и что ученому этот препарат вполне может быть нужен. А потом, написала я этой женщине, если бы парень хотел трахнуть эту штуку, вы что, серьезно думаете, что он бы парился насчет клитора?

Самые первые штудии в области сексуальной физиологии возникали как побочный продукт исследований вопросов рождаемости, акушерства, гинекологии, венерических заболеваний. Причем даже работа в этих областях медицины вызывала издевательства, пренебрежение и подозрения. Гинеколог Джеймс Платт Уайт в 1851 году был исключен из Американской медицинской ассоциации за то, что пригласил студентов-медиков наблюдать женщину в родах (с ее согласия!). Его коллеги считали глубоко неприличным, чтобы врач-мужчина смотрел на женские гениталии[1]. В 1875 году доклад гинеколога по имени Эмо Нограт вызвал бурное неодобрение недавно образованного Американского гинекологического общества. А в 1970-х историк и сексолог Верн Булло попал в фэбээровский список особо опасных американцев за свою подрывную деятельность, которая заключалась, к примеру, в том, что он опубликовал научные записки о проституции или, будучи членом Американского союза гражданских свобод, боролся за исключение из числа уголовно наказуемых деяний орального секса и ношения мужчинами женского платья.

Лишь в последние полвека экспериментальная наука стала заниматься вопросами поиска лучшего, приносящего удовлетворение секса. Сексуальные дисфункции можно лечить лекарствами — значит, соответствующими исследованиями должны заинтересоваться фармацевтические компании. Труд это тяжелый и неблагодарный. При нынешнем консервативном политическом климате субсидии чрезвычайно скудны. Местон, чтобы удержать на плаву свою лабораторию, планирует искать финансирование на исследования проблем рождаемости, так как это проще, хотя они ее и не интересуют. Другие исследователи нарочно формулируют названия своих заявок на гранты как можно более расплывчато, употребляя, например, слово «психологический» вместо «сексуальный».

Эта книга посвящается мужчинам и женщинам, которые осмелились. По сей день они сталкиваются с невежеством, ограниченностью, категоричностью суждений, ханжеством. Их жизнь нелегка, но им за это и воздается.

Люди, пишущие научно-популярные книги о сексе, привлекают к себе ненавязчивое, но пристальное внимание. В моей первой книге говорилось о человеческих трупах, и в результате люди уверились, что я помешана на смерти. Теперь, когда я написала и о смерти, и о сексе, одному богу известно, что будут обо мне болтать.

Я действительно помешана — на своих исследованиях. Не постоянно, но периодически: книга за книгой, независимо от темы. Любое добросовестное исследование — для научных целей или для написания книги — своего рода помешательство. Оно может причинять неудобства. Оно может повергать в смущение. Я не сомневаюсь, что уже стала ходячим анекдотом в отделе межбиблиотечного абонемента публичной библиотеки Сан-Франциско, где я в течение двух последних лет заказывала статьи и научные работы с названиями «О функции стонов и гипервентиляции во время половых сношений» и «Анальное зондирование для мониторинга состояния сосудов и мышц в процессе сексуальных реакций». Прошлым летом в библиотеке медицинского колледжа я ксерокопировала журнальную статью под названием «Аутоэротическая смерть посредством пылесоса»[2]. Внезапно бумага застряла. Мне не хватило духа попросить служителя зала копировальных аппаратов о помощи; я просто тихонечко перешла к соседней машине и начала заново.

И это не только персонал библиотеки. Это друзья и родственники, это случайные знакомые. Это Фрэнк — управляющий здания, в котором я арендую маленький офис. Фрэнк добрый и милый человек, чье сложение и кажущееся добросердечие вызывают в памяти образ радостного медведя в рекламе туалетной бумаги Charmin. Однажды Фрэнк заглянул поболтать о том о сем — о разбитом автомате кока-колы, о странных запахах из школы косметологов, расположенной внизу... В какой-то момент я закинула ногу на ногу, пнув толстый том в твердом переплете, прислоненный к боковой стенке моего стола. Книга шлепнулась на пол обложкой вверх. «Атлас сексуальной анатомии человека», — гласило название, набранное крупным шрифтом. Фрэнк посмотрел вниз, я тоже посмотрела вниз, и мы вернулись к разговору о кока-коле. Но прежние отношения уже не вернулись.

Мне нравится думать, что я никогда не сворачиваю с дороги. Мне нравится думать, что пришлось пройти долгий путь, прежде чем я нашла тему, которой была бы настолько же поглощена, как, скажем, Уильям Мастерс. Мастерс уже умер, но в Сент-Луисе я познакомилась с сотрудником социальной службы, который когда-то работал с ним в одном здании. Этот человек поведал историю об одном очень тревожном случае из его практики. Однажды утром некий отец семейства позвонил и сказал, что ему уже наплевать, добьется ли жена права опекунства над их детьми. Поскольку, если это случится, он просто пойдет и перережет им глотки. Суд по их делу должен был состояться в следующий понедельник. Социальный работник хотел позвонить в полицию, но колебался, поскольку это стало бы нарушением конфиденциальности. В растерянности он обратился к единственному специалисту, которого сумел найти в то утро в здании (дело было в День благодарения), — доктору Мастерсу.

Мастерс предложил ему сесть с другой стороны огромного стола из палисандрового дерева, и социальный работник рассказал о дилемме. Мастерс внимательно слушал, глядя на собеседника из-под белых кустистых бровей. Когда тот закончил, на несколько секунд повисла тишина. Потом Мастерс сказал:

— А вы не спрашивали этого человека, не было ли у него проблем с эрекцией?

Несколько лет назад я писала для женского журнала, который допускал на свои страницы всякие непристойности, написанные от первого лица авторов вроде меня. В одном из ежемесячных выпусков была напечатана статья молодой женщины, которая страдала вагинизмом. Я ознакомилась с творением этой дамы — назовем ее Джинни. Статья была написана со вкусом и профессионально, и все же я не могла читать ее без содрогания. Лучше бы мне не знать о Джинни, ее парне и их мучениях из-за вагинального спазма[3]. Несколько недель спустя я повстречала Джинни на вечеринке сотрудников журнала. И пока мы болтали о работе, окуная в соус сельдерейные палочки, я все время думала: «Вагинальный спазм, вагинальный спазм, вагинальный спазм».

Секс — одна из немногих областей, где желание не знать чужих историй сильнее, чем желание скрывать собственные. Я бы скорее согласилась поведать своей матери — в мельчайших подробностях — о событиях одного лета, которое я провела, ночуя в отелях для пеших туристов в Южной Америке, чем услышать от нее, в ее семьдесят девять лет: «У твоего отца были проблемы с эрекцией». Это реальный случай — я спросила маму о шестилетней разнице в возрасте между мной и моим братом. Мне хорошо запомнился тот момент. Я чувствовала себя как Элви в «Энни Холл», когда он стоит на тротуаре Манхэттена, беседуя с престарелой парой о том, как им удается сохранять искру в супружеских отношениях, а пожилой муж отвечает: «Мы используем большое виброяйцо».

Я занималась изучением спазматических реакций целый год. В силу профессии я привыкла вести репортажи с места событий и описывать факты такими, каковы они есть. Но если факты связаны с испытуемыми в сексологических лабораториях, то это зачастую невозможно. Либо испытуемые проявляют щепетильность, либо исследователи, либо университетские наблюдательные комиссии, а иногда и те, и другие, и третьи. Бывает, что единственный способ получить доступ в мир лабораторного секса — самому стать добровольцем. Подобные вещи придают книге изюминку, но писать такие книги непросто. И это еще мягко сказано, поскольку я впутала сюда и своего мужа. Я решила пройти это испытание. Я представила, как эти строки читают Лили и Феб, и постаралась писать так, чтобы не оскорбить их чувств. Хотя испытание я наверняка провалила, я всё-таки надеюсь, что у вас не будет причин для отвращения.

Обещаю: никаких виброяиц.

Глава 1. Колбаски, дикобразы и сговорчивая миссис Г.

Первооткрыватели сексуальных реакций человека.

Альберт Шедл был первым в мире исследователем половой активности маленьких лесных зверушек. В библиотеке Института имени Кинси, который занимается изучением проблем пола, а также гендерными и репродуктивными исследованиями, в Блумингтоне, штат Индиана, вы найдете шесть бобин аудиозаписей, сделанных Шедлом, посвященных «копуляции и посткоитальным поведенческим реакциям скунсов и енотов» (рядом можно увидеть записи 1959 года: «Звуки, издаваемые во время гетеросексуального спаривания» и «Звуки, издаваемые в процессе мастурбаций» испытуемого №127253; возможно, это объясняет, почему никто не слушает енотов).

Шедл работал биологом в университете Буффало в 1940-х и 1950-х годах — еще до того, как биология постигла большинство тайн жизни на Земле. Нынешние биологи целыми днями глядят в микроскоп да программируют геномы, а вот ученые пятидесятых могли взять некоторых животных на заметку и наблюдать за их сексом. В своей статье о брачных обычаях дикобразов, написанной в 1948 году для Journal of Mammalogy, Шедл утверждает: «Многие факты об этих интересных животных еще только предстоит выяснить». Именно Шедл развеял миф о том, что дикобразы совокупляются, стоя друг к другу передом; на самом деле самка оберегает самца от своих игл, закинув хвост на спину, как щит.

Вот еще один факт, который обнаружил Шедл, наблюдая за дикобразами Приклсом, Джонни, Пинки, Мауди, Найти и Стариканом в вольере университета Буффало: один из самцов, будучи сексуально возбужден, «поднимается на задние ноги и хвост и идет к самке с эрегированным... до предела напряженным членом». (Почему мне кажется, что это был Старикан?) Затем следовало нечто, описанное Шедлом как необычный «душ из мочи», и тут я воздержусь от подробностей. Вдобавок влюбленный дикобраз может прыгать «на двух задних лапах и одной передней, второй передней держась за свои гениталии».

Если вы хотите разобраться в сексуальных реакциях людей, изучение животных, я думаю, не самый продуктивный для этого метод. Однако многие годы ученые, опасаясь социальной цензуры и проблем с карьерой, изучали секс именно так. Известное дело: перед тем как наука осмелится притронуться к человеку, она тренируется на животных. Науке потребовались многие годы, чтобы набраться храбрости и сделать сексуально возбужденного человека объектом исследования. Даже бесстрашный Альфред Кинси провел много лет в путешествиях, снимая научные фильмы о сексе у животных. Плодами одного особенно продуктивного полевого исследования в Сельскохозяйственном колледже штата Орегон стали 4,000 футов кинопленки поистине кобелиного фильма, где был запечатлен крупный рогатый скот, а также овцы и кролики, собственно кобелей там не было. Но поскольку сексуальные связи у животных в большинстве своем очень коротки, узнать удалось немного. По сути, выяснилось лишь, что в отношении секса люди — просто еще одна разновидность млекопитающих. «Все виды сексуального поведения, которые мы наблюдали или изучали у людей, можно найти и у животных», — писал коллега Кинси Уорделл Помрой, очевидно, никогда не ходивший на порносайты типа Yahoo Clown Fetish Group[4].

В сороковые и пятидесятые годы лишь немногие из ученых заходили дальше наблюдения за животными и изучения их в лабораториях. Я не хочу долго задерживаться на их экспериментах, поскольку: а) они дают мало информации о людях и б) они ужасны. Исследование, которое включает в себя «удаление глаз и обонятельных луковиц и вскрытие отверстия ушной улитки, с тем чтобы упразднить копулятивные реакции у самок кошки или кролика», могут кое-что рассказать нам о садизме человеческих существ, но не слишком много — человеческом коитусе.

Считается, что первым ученым, тронувшим большим пальцем ноги потенциально обжигающие воды исследований сексуальных реакций человека, был Уильям Мастерс (а также его помощница и ассистентка, впоследствии жена, Виржиния Джонсон). Однако задолго до того, как стали известны имена Мастерса, Джонсон и Кинси, Роберт Лату Дикинсон уже имел невероятную для того времени отлично организованную гинекологическую практику в Бруклин-Хейтс, Нью-Йорк. Начав в 1890 году с первичного осмотра каждого пациента, Дикинсон собрал подробные сведения об их сексуальной жизни. Его пациентками были в основном женщины средних лет, как правило, состоятельные, но некоторых он принимал на благотворительной основе. Многие истории шокирующе интимны.

Субъект 177.

1897-... В 16 лет... спала с другой девушкой, они взаимно мастурбировали, партнерша ласкала ее соски губами... Первый коитус в 17 лет. С этих пормастурбация вульварная, вагинальная, цервикальная, ласки молочных желез... Раздражение клитора вызывает сильное удовольствиелучше всего сначала клиторальное стимулирование, потом воздействие на шейку матки указательным пальцем другой руки... Клитор не очень большой, но эректильный; использовала прищепки и колбаски...

Во вступлении к одной из своих книг Дикинсон пишет, что его очень поддержали и ободрили «откровенные рассказы» некоторых пациенток. Эти женщины не только с легкостью говорили о своей сексуальности, но некоторые даже позволяли обследовать себя (при этом в комнате всегда присутствовала медицинская сестра).

Субъект 315.

1929 год. Через неделю после менструации испытывала оргазм: ноги скрещены, поглаживание двумя пальцами на площади около дюйма, 1-2 движения в секунду, давление не сильное, вместе с темпокачивание тазом, сжатие поднимающей мышцы и аддукция бедерритмично, раз в две секунды или менее. Второй оргазм: бедра не движутся; больше желания и чувства направлено на внешнюю стимуляцию, однако «мне нравится и внутрь тоже».

Может возникнуть искушение заклеймить Дикинсона как иконоборца-извращенца, но это далеко от правды. Просто он считал, что ущербный секс разрушил больше браков, чем что бы то ни было, и, «учитывая глубоко укоренившиеся брачные обычаи расы», необходимо что-то предпринять. Именно Дикинсон привлек внимание к клитору. Он был одним из первых сторонников клиторальной стимуляции и позы «женщина сверху». Проводя опыты и опросы, он развеял некоторые устойчивые мифы, связанные с клитором. Например, что его чувствительность зависит от размера или что хорошие девочки с ним не играют. «Мастурбация, — писал Дикинсон, — это нормальный сексуальный опыт».

Именно работы Дикинсона вдохновили Альфреда Кинси на дальнейшие сексологические исследования. Кинси в свое время продемонстрировал бесконечную энергию исследователя в изучении видообразования орехотворок. Биограф Кинси Джеймс Джонс пишет, что Дикинсон — которому тогда было за восемьдесят — дал Кинси первые контакты в сообществах гомосексуалистов и лесбиянок и предоставил десятки историй болезней «неортодоксальных»[5] пациентов, с которыми столкнулся за долгие годы работы.

Наконец, и да, в последнюю очередь мы должны поблагодарить Дикинсона за нововведение в оформлении потолка гинекологического кабинета в виде приятной для глаз картинки. Эта прелесть появилась после ужасного дня, когда Дикинсону случилось несколько часов провести в созерцании белого потолка над креслом в кабинете своего зубного врача. Возможно, я компрометирую свой возраст (и надеюсь, что только возраст), но в начале восьмидесятых ни один центр женского здоровья не обходился без картинки на потолке, изображающей перевитые секвойи, растущие снизу. Эта картинка была повсюду, и сейчас я просто не могу смотреть на секвойю без ощущения, что нужно убавить обороты и расслабиться.

Первым ученым-экспериментатором, кто сделал предметом официальных лабораторных исследований сексуальное возбуждение и оргазм, был Джон Уотсон. Уотсон наиболее известен как основатель появившегося в 1913 году направления психологии, получившего название «бихевиоризма». Он утверждал, что человеческое поведение, как и поведение животных, в сущности, являет собой череду реакций на внешние события и легко корректируется посредством наград и наказаний. Слава Уотсона в значительной степени проистекает из его стремления изучать человеческое поведение в лабораторных условиях. Большинство его работ посвящено детям и самая знаменитая связана с Маленьким Альбертом (не имеющим отношения к киногерою Жирному Альберту) — одиннадцатимесячным мальчиком, в котором он воспитал боязнь белых крыс. Впрочем, Уотсон с готовностью приводил в свою лабораторию и взрослых.

Уотсона раздражало нежелание науки исследовать сексуальность человека, как она изучает питание человека, или вращение планет, или сексуальность дикобразов. «Общепризнано, что это — самая важная сфера нашей жизни, — писал он. — Общепризнано, что именно это чаще всего разрушает счастье мужчины и женщины. И тем не менее научная информация об этом крайне скудна... [На эти вопросы] должны отвечать не наши матери и бабушки, не священники и церковь, заботящиеся о морали обывателя, не врачи общего профиля и даже не фрейдисты. Мы... хотим, чтобы на них ответили профессионально подготовленные исследователи секса...».

Первым научно подкованным профессионалом в области секса была, а может, и не была Розали Рейнер — девятнадцатилетняя студентка Университета Джонса Хопкинса, с которой Уотсон вступил в любовную связь. По словам друга психолога, Дика Коулмена, Уотсон и Рейнер «оценивали» и «фиксировали» физические реакции Рейнер, когда занимались сексом. Так эти двое стали первыми американскими исследователями (и первыми испытуемыми) в лабораторном изучении сексуального возбуждения и оргазма человека. Далее по словам Коулмена, жена Уотсона нашла записи и данные этих экспериментов, и они послужили главными доказательствами при бракоразводном процессе.

Биограф Уотсона Керри Бакли называет эту историю с судебным процессом инсинуацией. У Уотсона действительно был роман с Рейнер, и этот роман, по словам самого Уотсона, сломал ему жизнь. Он отказался порвать отношения с Рейнер, и тогда его попросили покинуть университет; с тех пор Уотсон больше не состоял на академических должностях. Бакли, однако, утверждает, что нет прямых свидетельств, подтверждающих слухи о сексуальных исследованиях, вынесенных на судебный процесс. Впрочем, адвокат миссис Уотсон предоставил в качестве доказательства любовные письма, которые на все лады цитировались в биографии Уотсона авторства Дэвида Коэна. Уотсон выражает свои чувства так, как это мог сделать только отец бихевиоризма: «Все мои реакции положительны и направлены на тебя. И точно так же — все и каждая из сердечных реакций». Бакли подвергает сомнению и тот факт, что Рейнер и Уотсон изучали свое собственное сексуальное возбуждение.

Впрочем, совершенно очевидно, что кого-то Уотсон да изучал. В 1936 году в подвале кампуса Университета Джонса Хопкинса была обнаружена коробка, надписанная именем Уотсона. Внутри обнаружилось четыре прибора. Один из них был расширитель, три других — непонятного назначения. Меж тем в конце 1970-х о коробке прослышал некий историк, работавший над статьей об Уотсоне для Journal of Sex Research. Он связался с ее обладателем и сказал, что хотел бы узнать мнение экспертов по поводу этих приборов. Их сфотографировали и отправили фото группе сексологов в Калифорнию. «Изогнутая трубка с сетчатым каркасом на конце, разумеется, является инструментом, который вводили во влагалище...» — начали ученые. Верю; хотя мне кажется, что венчик для взбивания яиц мог бы удостоится того же определения.

Удивительное дело. Уотсону предложили выбор между карьерой, престижной должностью и финансовой стабильностью, с одной стороны, и верностью своим «сердечным реакциям» — с другой, и он предпочел девушку[6]. Человеческое поведение не так уж предсказуемо, как представляют его бихевиористы.

Минуло десятилетие, прежде чем медицинская наука собрала волю в кулак и решилась применить свои методики для изучения человеческого секса. Шел 1932 год. Исследователи Эрнст Боас и Эрнст Голдшмидт предпочли не публиковать результаты своих изысканий в журнале. Открытия безо всякого шума появляются на странице 97 их книги «Сердечный ритм». Если хотите знать, что ускоряет или замедляет сердцебиение человека и насколько именно ускоряет или замедляет, — эта книга для вас. К примеру, знаете ли вы, что дефекация способна снизить частоту сердечных сокращений на восемь ударов в минуту? Или, что когда гетеросексуальный мужчина танцует с другим мужчиной (и здесь я представляю себе двух Эрнстов, отплясывающих искрометный фокстрот), то его сердце отбивает на двадцать ударов в минуту меньше, чем во время танца с женщиной? Авторы не включили в книгу данные о том, что делает с сердцебиением чтение «Сердечного ритма», но, по моим личным наблюдениям, оно сопоставимо с чем-то между «сидячим положением» и «сном».

Пациентка №69 согласилась на эксперимент с №2, в то время как ученые наблюдали за поведением его сердца. Эта же пациентка №69 занималась сексом со своим мужем, испытуемым №72, навесив на себя измерительные приборы. Боас и Голдшмидт использовали сердечный тахометр, который, судя по картинке, собран из деталей машины времени мистера Пибоди и контрольной панели бомбардировщика В-10. К подопытным подсоединили электроды, прикрепив их черными резиновыми лентами, охватывающими грудь. Боас и Голдшмидт прилагают фотографию обнаженной женской груди, охваченной черной резиновой сбруей, что привносит в их весьма пристойное во всех прочих отношениях исследование долю нежелательного эротизма. Голдшмидт помянул свою жену Дору в разделе «Благодарности», отметив ее вклад в «эксперименты, продолжавшиеся день и ночь», и мне хочется пойти дальше и рискнуть предположить, что Дора и есть №69, а субъект 72 — это ее муженек Эрнст.

Именно так ученые и поступали в то время. Объясняя суть своего нетрадиционного проекта сторонним людям, они рисковали быть сожженными на костре или подвергнуться остракизму. Так что они спокойно и тихо все сделали сами.

Кем бы ни была эта пара, частота их сердечных сокращений в процессе соития менялась от небольшой — около 80 ударов — до весьма впечатляющих 146[7], зафиксированных во время третьего из четырех оргазмов пациентки №69. Данные сексологических исследований Боаса и Голдшмидта 1932 года по многократному оргазму у женщин гораздо интереснее того достаточно очевидного факта, что сердце во время секса бьется чаще. Двадцатью годами раньше вывод Альфреда Кинси о распространенности многократных оргазмов был воспринят скептически — особенно той частью общества, которая до сих пор сомневалась, что женщина вообще способна испытывать оргазм. В какой-то мере это связано с социальным консерватизмом эпохи. В двадцатые и тридцатые люди были гораздо более раскрепощенными, нежели в сороковые и пятидесятые. В статье 1950 года, которую мне довелось прочитать, рассказывалось, как исследователи Г. Клумбис и Г. Клейнсордж привлекли к экспериментам женщину, способную доводить себя до оргазма по пять раз подряд. Однако авторы не изучали феномен многократного оргазма, речь шла всего лишь о кровяном давлении во время оргазма. Испытуемая — «наша гиперсексуальная женщина», как ее называли ученые, — была выбрана, как выяснилось, просто из-за продуктивности и эффективности ее «оргастических результатов». И также потому, что у нее это происходило без использования рук. (Только фантазия и воображение). Исследователи нашли способ проводить свои опыты, не предлагая людям заниматься сексом в лаборатории (рискованное предприятие в пятидесятых) и не поощряя мастурбацию. «Возбуждение и оргазм возникали без какого-либо физического вмешательства», — указывает Клумбис в первом же параграфе. Иными словами: все нормальноона не трогала себя.

Еще один способ обойти кажущуюся неуместность лабораторных прелюбодеяний — тщательно замаскировать процесс проведения опытов разными научными хитростями, чтобы происходящее вообще не выглядело как секс. Такой эксперимент описывает Р. Дж. Барлетт-мл. в работе 1956 года «Психологические реакции во время коитуса». Представьте себе кровать в маленькой «экспериментальной комнате». На кровати мужчина и женщина. Они делают знакомые движения — как и миллионы других пар в своих постелях по ночам. И тем не менее они совсем не похожи на эти пары. От их конечностей тянутся провода ЭКГ, и они напоминают двух распаленных марионеток, которые ухитрились сбежать с кукольного шоу и забраться в дешевый мотель. Их рты закрывает нечто вроде трубок для подводного плавания, снабженных клапанами. От каждого из загубников тянется длинный гибкий шланг, он проходит через отверстие в стене и исчезает в соседней комнате, где Барлетт измеряет частоту дыхания. Дабы увериться, что испытуемые не дышат через нос, носы «слегка зажаты». По обе стороны от кровати расположены кнопки, которые нужно нажимать, сигнализируя о «введении, оргазме и извлечении». Когда я впервые это прочитала, мне представилось что-то вроде клавиатуры банкомата с разными кнопками для разных функций. Потом я осознала, что кнопка всего одна. Я воображала, что она приделана к звонку, словно на какой-нибудь безумной викторине, где бесплотный голос в любой момент может попросить за вознаграждение в 500 долларов назвать имя кандидата в вице-президенты при Милларде Филлморе[8].

Я могу понять, почему Барлетт не включил фотографии в свою статью, напечатанную в Journal of Applied Physiology, но простить ему этого не могу.

В проекте Альфреда Кинси «Физиологические исследования сексуального возбуждения и оргазма» никаких ловушек под лозунгом уважаемого научного предприятия не было. Никого никуда не подключали и ни с чем не соединяли, кроме собственных партнеров. Опыты проводились на матраце, постеленном на сосновом полу в мансарде дома Кинси в Блумингтоне, штат Индиана.

Разумеется, Кинси более всего известен своими отважными научными изысканиями в области сексуального поведения. В 1940-х и начале 1950-х Кинси с коллегами Уорделлом Помроем, Клайдом Мартином и Полом Гебардом опросили 18,000 американцев относительно их сексуальной жизни и опубликовали полученные данные в двух инновационных, невероятно престижных, отлично продаваемых томах. Между тем Кинси, биолог по образованию, интересовался физиологией секса, а не просто поведенческими моделями испытуемых. В 1949 году, когда Институт Кинси переехал в более просторное здание, Кинси хотел организовать специальную экспериментальную лабораторию на базе этой организации. Он хотел, в общем-то, именно того, что Мастерс и Джонсон сделают через десять лет: наблюдать, фиксировать и распознавать реакции человеческого тела на сексуальную стимуляцию.

Эта лаборатория так и не была создана. Кинси, видимо, понимал, что выставлять подобное мероприятие на публичное обозрение слишком рискованно. Поэтому он решил действовать тайно. В мансарде дома Кинси были просмотрены и отсняты тридцать совокуплений — гетеросексуальных и гомосексуальных — и примерно такое же число «сессий мастурбации». Кинси нанял фотографа по имени Билл Делленбек и заплатил ему из бюджета института, по статье расходов «Изучение поведения млекопитающих» (не так уж сильно погрешив против истины).

Поскольку работа проводилась неофициально, Кинси и подопытных набирал в основном неофициально. Помрой рассказывает, что людей со стороны, в том числе нескольких «выдающихся ученых», которые посещали институт, снимали, только если они добровольно дали на то согласие и если им можно было доверять. Однако по большей части это был внутренний проект. Кинси хотел, чтобы Делленбек заснял «его хозяйство». Есть три способа прочитать эти слова, и все они верны. Делленбек снимал Помроя и Гебарда, занимавшихся сексом со своими женами, а временами — с женами других людей и вдобавок зафиксировал процесс их мастурбации. Он снял и самого Кинси, занимавшегося мастурбацией, — и даже момент, когда тот укомплектовывал «свое хозяйство» коктейльной палочкой[9]. Сам Делленбек, рассказывает другой биограф Кинси, Джеймс Джонс, мастурбировать в мансарде согласился неохотно, а снимать себя запретил категорически.

Читая об этих сессиях в мансарде, трудно отделаться от подозрения, что за всем этим стояло что то, выходящее за рамки исследовательской работы. Джонс называет Кинси вуайеристом. Однако отрывок, который он использует, чтобы подтвердить склонность Кинси к вуайеризму, мне кажется просто еще одним доказательством того, что Кинси был просто биологом, изучавшим секс так же одержимо, как он изучал орехотворок.

...Кинси, по сути дела, был на передовой. Его голова находилась лишь в нескольких дюймах от гениталий совокупляющейся пары... Перекрывая стоны и вздохи, Кинси тарахтел, отмечая различные признаки сексуального возбуждения по мере того, как пара двигалась через все стадии соития. По мнению Бича [его коллеги], ни один ученый не умел так остро подмечать детали. Ничто не ускользало от внимания Кинси — ни малейшие изменения в оттенке кожи женской груди, сопровождающие ее набухание в состоянии возбуждения, ни непроизвольное сокращение анальных мышц во время оргазма — Кинси видел все. В известном смысле все это выглядело очень научно и отвлеченно. Однако когда Бич взглянул пристальнее, ему показалось, что он увидел в глазах Кинси проблеск желания. И оно становилось все интенсивнее по мере того, как дело приближалось к оргазму.

Мне захотелось увидеть означенный блеск и сделать собственные выводы. Я вознамерилась посмотреть эти фильмы. Действительно ли Кинси там выглядит как ученый, поглощенный исследованием, или как Любопытный Том? Проводил ли он измерения, делал ли записи? Возможно, и мне удастся увидеть всё это. Я связалась с Шоном Уилсоном, очень доброжелательным заведующим библиотекой Института имени Кинси и спецхраном. Он ответил, что если от этих сессий в мансарде и остались какие-то записи, как утверждает в своей книге Уорделл Помрой, то в распоряжении института их нет. Сами же фильмы, сказал он, «недоступны». Полагаю, он имел в виду, что доступ к ним имеют очень немногие и, уж конечно, Мэри Роуч не входит в их число. В своем электронном письме Уилсон назвал отснятый материал «порнофильмом Кинси». Вполне подходящее определение, хотя и не очень отражает статус научной документации.

Кинси не издал свои наблюдения за коллегами как отдельную работу, но он включил эти данные во второй том своей книги о сексе, в главу «Физиология сексуальных реакций и оргазма». При чтении главы не возникает сомнений, что Кинси наблюдал происходящее натренированным глазом биолога. На то, что «анальный сфинктер ритмично открывается и закрывается» во время оргазма, обратил бы внимание и Любопытный Том, но только биолог отметит, что, когда человек возбужден, набухают мочки ушей, что «носовая перегородка выделяет больше слизи, нежели обычно». Кто, кроме биолога, станет документировать активность слюнных желез в процессе приближения оргазма? «Если во время нарастания эротической стимуляции рот человека открыт, — пишет Кинси, — слюна может даже разлетаться на некоторое расстояние».

Кинси не указывал среднее расстояние, которое преодолевает слюна, но я не удивилась бы, если б он подсчитал и это. Несколькими годами ранее он измерил среднее расстояние, которое пролетает сперма во время эякуляции. Через молодого человека, занимающегося проституцией и обладавшего широким кругом знакомых, Кинси привлек к исследованиям триста мужчин и заплатил им за позволение снять их на пленку во время мастурбации в доме приятеля Кинси в Нью-Йорке. «Некогда медики утверждали, что сила, с которой сперма атакует шейку матки, — пишет Кинси, — влияет на зачатие». Сам он полагал, что это полнейшая чушь, поскольку сперма редко фонтанирует или бьет струей. По большей части она просто выплескивается на ту поверхность, которая ближе всего. У трех четвертей мужчин она делала именно то, что и предполагал Кинси. У остальных же сперма извергалась на расстояние от нескольких дюймов до фута или двух (рекордсменка приземлилась на отметку восемь футов). Чтобы защитить восточные ковры, постелили не одну, а две простыни.

Изначально Кинси планировал заснять 2000 мужчин во время эякуляции. Поскольку Кинси был бисексуален, хотя и не афишировал этого, можно заподозрить, что он собрал всех этих мужчин, желая насладиться их созерцанием. Но зная Альфреда Кинси лучше, вы бы, напротив, увидели здесь типичный для него максимализм. В общей сложности команда Кинси проинтервьюировала 18,000 американцев по поводу их сексуальной жизни, однако ученый намеревался продолжать, желая получить выборку из 100,000 человек. Когда Кинси занимался орехотворками, он проехал 32,000 миль и собрал 51,000 экземпляров.

В изучении секса, в отличие, скажем, от инженерии или исследований генома, все, что делает ученый, несведущему или недалекому стороннему наблюдателю может показаться извращенным способом получать удовольствие. Между тем здесь все базировалось исключительно на логических выкладках. В том, что Кинси снимал на пленку геев — мужчин-проституток и их приятелей, — можно было видеть отражение его сексуальных пристрастий, а можно — разумный подход. Если бы в 1948 году вам понадобились триста мужчин, готовых показать свои гениталии перед камерой в обмен на быстрые деньги — к кому бы вы обратились? В главе о сессиях в мансарде Помрой поясняет, что команда Кинси просто «сочла, что проще всего договориться с гомосексуальными парами». Под «гомосексуальными» он имеет в виду мужчин. «У нас не было возможности разыскать лесбиянок», — пишет Помрой; не ясно, то ли их просто не оказалось под рукой, то ли он не силен был в канцелярской работе.

Приходится признать, что проект Кинси действительно был экстремальным. Я понимаю людей, подозревавших, что, возможно, биолог и впрямь, как утверждал Джонс, смешивал работу с удовольствием. Даже коллега Кинси Клайд Мартин (сейчас ему восемьдесят восемь) испытывал некоторое смущение в связи с этим «мансардным проектом». Мартин не захотел, чтобы его секс с женой был запечатлен на кинопленке — ни с женой, ни с кем бы то ни было еще. «Я был от всего этого не в восторге, — сказал он мне. — Я не принимал в этом участия. Тогда у меня была жена, и я очень любил ее»[10].

С другой стороны, именно Уорделл Помрой настаивает на научной чистоте проекта. «Дилетант едва ли способен представить, что можно наблюдать сексуальную сцену и не испытывать ни желания, ни возбуждения, ни отвращения или что там диктуют зрителю его моральные установки, — пишет он в своей книге «Доктор Кинси и Институт сексологических исследований». — Мы не испытывали никаких эмоций... Лично я не помню, чтобы хоть на миг ощутил сексуальное возбуждение, когда наблюдал сцены соития, и я уверен, что то же самое в полной мере относится и к Кинси...».

Чтобы быть честным по отношению к Кинси, следует сказать, что мужчины-геи были далеко не единственной специфической группой, которую он привлекал к исследованиям. Он наблюдал людей с заиканием, людей с ампутированными конечностями, с парализованными ногами и даже с церебральным параличом. Кинси хотел охватить весь спектр человеческой сексуальности — и не только. Он верил, что эти люди могут кое-чему научить нас в вопросах физиологии секса. И он был прав. Эти группы обратили внимание Кинси и всего научного сообщества на сложную и важную роль центральной нервной системы в сексе и воспроизводстве. Кинси заметил, что заики в приступе сексуального возбуждения могут на время исцелиться от своего недуга. Сходным образом временно пропадают фантомные боли в ампутированных конечностях. Снимаются даже мышечные спазмы, характерные для церебрального паралича. Кажется, что физические недостатки исчезают[11]. Организм идет к единственной цели, назначенной ему природой, — зачатию, сохранению генов, а все остальное вторично. Внешние раздражители утрачивают значение: слухом не улавливаются шумы, исчезает периферийное зрение. Этим иногда пользуются проститутки, работающие в паре с карманниками. Когда клиент распаляется, вор появляется из темноты и обшаривает его карманы так же спокойно, как если бы он был без сознания.

Самый драматический пример этого изменения апологической приоритетности — вызванное сексуальным возбуждением безразличие к боли и физическому дискомфорту. Какие бы недомогания вас ни мучили, в процессе хорошего секса все хвори куда-то пропадают. Простуда и мышечные боли, провозглашал Кинси, на время перестают вас беспокоить. Не имеет значения экстремальная температура, что оказалось очень кстати для пар, занимавшихся сексом в мансарде Кинси, где было в зависимости от времени года очень жарко или же очень холодно. Очень кстати пропадает рвотный рефлекс даже «у тех, кто сильно ему подвержен, когда предмет глубоко вводится в ротовую полость». (Ха-ха, предмет!).

Для изучения рамок этого феномена Кинси наблюдал и фиксировал на пленку садомазохистский секс. Это можно понять и все-таки вызывает у читателя некоторый неприятный осадок. «Данные экспериментов» Кинси указывают, что возбуждение может делать человека «менее чувствительным к тактильной стимуляции и даже к резким ударам и значительным повреждениям». Если есть порезы, пишет он, они меньше кровоточат. В его описании экстремальных температур фигурируют сигаретные ожоги. Кинси подчас умалчивает о происхождении этих физических повреждений, но чаще он прямодушен: «При флагелляции [порке] или других типах садомазохистского поведения реципиент может подвергаться жестокому наказанию, не отдавая себе отчета, что происходящее с ним — далеко не мягкая тактильная стимуляция». Разумеется, это большое облегчение для всех, кто читал сноску о зубной щетке.

В 1945 году Уильям Мастерс начал собственные исследования физиологии секса. Кинси тогда подвергался гонениям со стороны консерваторов. Фонд Рокфеллера, отчасти финансировавший работу Кинси, попал в поле зрения Конгресса. Началось расследование. В результате фонд отказался от финансирования проекта; Кинси умер менее двух лет спустя.

Учитывая политический климат, такой проект был очень смелым шагом со стороны Уильяма Мастерса — тогда гинеколога в университете Вашингтона в Сент-Луисе. Предполагалось, что это будет большое (около 700 участников) вполне легальное исследование сексуального возбуждения и оргазма, проводимое посредством наблюдений. Разумеется, получить разрешение и финансирование для подобной авантюры, какой она представлялась в 1954 году, было все равно что сделать это... ну, скажем, в 2007 году. Разумеется, Мастерс всеми силами постарался представить себя объективным и морально устойчивым ученым. Его сотрудница и союзница Виржиния Джонсон помогала отражать обвинения в непристойности (хотя, как говорил Мастерс, она была приглашена главным образом как своего рода «переводчик» — чтобы помочь ему понять женский субъективный сексуальный опыт). Если Кинси активно разыскивал людей, выходящих за рамки «общепринятого» с позиций американских воззрений, то Мастерс намеренно отсеивал «всех индивидов с социосексуальными отклонениями». (Его команда наблюдала геев и лесбиянок в лабораторных условиях, но не использовала их в проекте.) Все 276 пар, пришедших в его лабораторию, были гетеросексуальны и состояли в браке. Большинство из них работали или учились в университете. Работа проводилась под патронажем Фонда исследований по репродуктивной биологии — никаких упоминаний о сексе — и проходила в лабораторных условиях, среди научных инструментов и профессионалов в белых халатах.

И тем не менее суть неизменна: пары, вступающие в половую связь перед кинокамерой. Мужчины и женщины, мастурбирующие в присутствии других мужчин и женщин. Мужчины, тщательно изучающие — непосредственно или на экране — гениталии женщин в оргазме. Более того, здесь были проститутки для производственных испытаний. Мастерс и Джонсон опросили 145 работников сексуальной сферы и выбрали из них лучших в профессии — восьмерых женщин и троих мужчин «достаточно умных, имеющих разнообразный опыт в проституции, умеющих доступно излагать свои мысли и... склонных к сотрудничеству». Они должны были спуститься в лабораторию и помочь ученым отшлифовать технику исследований. Кинси избегал использовать женщин-проституток для наблюдений, поскольку, по его словам, они с готовностью и весьма убедительно имитировали оргазм[12].

Мастерсу же незачем было волноваться по этому поводу: к его подопытным подсоединяли приборы, измеряющие сердечный ритм и кровяное давление. По сути дела, детектор лжи. Сердечный ритм и кровяное давление, как выясняется, самые надежные индикаторы состояния организма и они не лгут.

В 1966 году Мастерс и Джонсон издали отчет по проекту «Сексуальные реакции человека», который разросся в книгу. Медицинские журналы отказались печатать работу, назвав ее порнографической. «Наша почта разбухла от возмущенных откликов, — вспоминал Мастерс во время беседы на встрече Сексологического общества в 1983 году. — Следующие полтора года мы нанимали дополнительно секретарей... которые просто отвечали на эти письма...».

Наконец злоба поутихла, а книга разошлась и стала бестселлером и классикой жанра. Трудно сказать, что стало этому причиной — одеяние формальной науки, которым Мастерс так усердно прикрывал свою работу, или просто тот факт, что времена изменились — 1966 год очень далек от 1954-го.

К сожалению, покров науки облегает так плотно, что книга под ней задыхается. Испытуемая пара — это «взаимодействующие элементы». Оргазм редко называется просто оргазмом, а обязательно «оргазменной фазой» или «оргастическим сбросом сексуального напряжения». Женщина, испытавшая оргазм в половине случаев соития, «получает 50% оргастического результата». Порнография называется «стимулирующей литературой», а если она не срабатывает — это «отсутствие эрективного результата».

Если же продраться через этот профессиональный жаргон и туманные рассуждения, обнаружится незаурядная основа исследования. Кинси — и все прочие ученые более раннего периода — упустили много интересного, происходящего промеж женских ног. Возьмем, к примеру, половые губы. Их не брали в расчет и игнорировали, считая просто упаковкой. Кинси отрицал роль больших половых губ в процессе соития. «Нет никаких доказательств, что от них есть какая-либо польза», — утверждал он. Мастерс и Джонсон заметили, что они все-таки участвуют в деле. В то время как другие места набухают во время возбуждения — из-за сильного прилива крови к тканям, — большие половые губы становятся более тонкими и плоскими. К тому же они отодвигаются от «вагинального отверстия»[13]. Мастерс предполагал — в характерной манере с наукообразными словами, — что это может быть «непроизвольная нейропсихологическая попытка устранить все внешние преграды на пути к предвкушаемому процессу введения». Они открывают путь для большого парня.

Никто не ожидал этого — возможно, потому, что их кузины имеют свойство сильно увеличиваться в размерах. Малые половые губы могут увеличиться в поперечнике в два-три раза против своего обычного размера. Вдобавок, как отмечали и Мастерс, и Дикинсон, они меняют цвет, становясь розовыми, ярко-красными, а иногда — у рожавших женщин — даже темно-бордовыми. Во всех 7,500 случаях у женщин, сексуальные реакции которых наблюдали Мастерс и Джонсон, возникало это «покраснение», если подопытная испытала оргазм. Если мужчина хочет знать, имитирует ли женщина оргазм, он может провести самостоятельные изыскания и обнаружить эти «сексуальные реакции кожи». Их, кстати, не надо путать с «сексуальными приливами» (красными пятнами, которые могут появиться на груди женщины, если она возбуждена). А «сексуальный прилив», в свою очередь, ничего не имеет общего с «позывом к опорожнению во время или сразу после сношения».

Здесь есть и еще кое-что, не замеченное никем, кроме Мастерса. В определенный момент соития клитор прячется. На пике возбуждения перед самым оргазмом, видимая часть клитора втягивается под его крошечную крайнюю плоть. Он исчезает из вида, потенциально создавая для партнера путаницу и замешательство с точки зрения клиторального стимулирования. Мастерс полагает, что, вероятно, клитор слишком чувствителен для прямого контакта. Покровы академического слога сдвигаются, как крайняя плоть, обнажая удобочитаемого автора в строках: «При непосредственных манипуляциях с клитором грань между стимуляцией и раздражением слишком тонка».

Мастерс и Джонсон не забывают в этом плане и о мужчинах. В главе, посвященной пенису[14], они описывают то, что называют «постэякуляционной чувствительностью головки члена». Для многих мужчин после эякуляции продолжение толчков тазом ради удовольствия своей партнерши, хотя и рыцарственно, но крайне неприятно. Решение проблемы гиперчувствительных головок, будь то пенис или клитор, — «озвучить» их. Говорите. На всем протяжении «Сексуальных реакций человека» исследователи поощряют открытое и прямое общение между партнерами. Неудивительно, что в итоге одиннадцатилетнего физиологического проекта они пришли к сексуальной терапии (давать, а не только брать). Их труды и терапевтические техники (как и сотни врачей, вдохновленных ими) — вот ответ всем, кто спрашивает, в чем смысл лабораторных исследований Мастерса и Джонсон. Трудно переоценить значение простых объяснений анатомических проблем неудовлетворенной пары. Представьте себе женщину, которая копит недовольство мужем из-за того, что он выходит из игры сразу, как только кончил (а она еще нет).

Стоит ей узнать, что ее муж вовсе не бесчувственный, а, напротив, слишком чувствительный, ее недовольство исчезнет или по крайней мере она будет винить что-то другое, а не его член.

А вот другой пример. Мастерс и Джонсон обнаружили, что во влагалищах возбужденных женщин происходят разнообразнейшие физические изменения. «Сильное возбуждение» заставляет вагину расширяться. Теоретически цель этого — создать «анатомический резервуар», чтобы удержать сперму возле отверстия матки и таким образом увеличить шанс зачатия. Однако эффект расширения может иметь и негативные последствия: «Слишком растянутое влагалище создает у женщины ощущение, что полностью эрегированный пенис “теряется в вагине”. Иногда из-за этого женщина ошибочно полагает, что пенис утратил твердость».

Кто-то из вас, возможно, спрашивает себя — некоторые в шутку, а некоторые и всерьез, — каким образом Мастерс проводил свое новаторское исследование влагалища. Двумя способами. Иногда испытуемых просили мастурбировать со вставленным во влагалище расширителем — так же поступал Дикинсон в предыдущие годы, — в то время как ученые внимательно наблюдали, что происходит внутри. Однако Мастерс не хотел ограничивать свои опыты возбуждением и оргазмом, полученным в результате мастурбации. Он желал знать, что происходит с шейкой матки и влагалищем во время традиционного секса. Очевидно, здесь возникают организационные проблемы. Вы не увидите ангар, если воздушный корабль внутри. Уильяму Мастерсу нужен был пенис, который мог бы видеть.

И он обеспечил себе таковой.

Глава 2. Свидание с фаллокамерой.

Может ли машина сделать женщину счастливой?

Позвольте объяснить простыми словами. Женщины приходили в лабораторию Мастерса и Джонсон и занимались любовью с механическим членом-камерой, которая снимала — изнутри — их физиологические реакции на этот процесс. Отснятый материал, как это называли ученые, представлял собой «сотни полных циклов сексуальных реакций». Выглядит как описание функций стиральной машины.

Фаллокамера[15] обнаружила во влагалище среди всего прочего источник вагинальной смазки. Он не имеет отношения к железам внутренней секреции, это плазма (прозрачный бульон, в котором плавают кровяные клетки), проникающая сквозь стенки капилляров во влагалище. Это возродило теорию всасывания спермы шейкой матки и выявило причудливый феномен вагинального натяжения (и к тому, и к другому мы еще вернемся позже).

По мне это хорошо в той мере, в какой выигрывает наука: это умеренно вызывающая и очень смелая демонстрация творческого подхода к решению проблем. Мы видим тут неопровержимые факты и развенчание мифов в той области человеческой физиологии, которой долго пренебрегали. Слава и тому, и другому.

Однако у меня вопрос: что это были за женщины, которые испытывали оргазм всего лишь от незамысловатых движений пластикового фаллоса? Около 70% женщин утверждают, что соитие без дополнительной клиторальной стимуляции с большой вероятностью обречено на неудачу. Уберите из уравнения предварительные ласки, любовь, желание — и оргазмы субъектов «искусственного спаривания» Мастерса и Джонсон выглядят прямо-таки ошеломляющим достижением.

Особенно если вы принимаете на веру то, что говорили Мастерс и Джонсон о вагинальном оргазме: его не существует. Они сравнили физиологические элементы оргазмов вследствие (клиторальной) мастурбации и вследствие соития и пришли к выводу, что все оргазмы были физиологически одинаковы. И все они, как они утверждали, обязаны своим существованием клитору. Меж тем, полагаю я, машина искусственного коитуса располагается довольно-таки далеко от клитора, поскольку ее нельзя оседлать или поместить сверху. (Субъекты либо лежали на спине, либо стояли на четвереньках, «по-собачьи».) Так что же приводило этих женщин в экстаз? «Сцепление члена с малыми половыми губами, — отвечают Мастерс и Джонсон. — Пенис, входя во влагалище, натягивает их, а они, в свою очередь, натягивают клитор».

В 1984 году сомнение относительно этого «лабиального [от лат. labium — губа] натяжения» как зачинщика женского оргазма выразила команда колумбийских ученых: Эли Алзат, врач, профессор сексологии в медицинском колледже при университете Калдаса, и его соавтор Мария Лади Лондоньо — психотерапевт с дипломом психолога[16]. Ученые пригласили к себе в лабораторию шестнадцать проституток, заплатив каждой по 16 долларов (что в несколько раз превышало среднюю ставку проститутки в Колумбии)[17] и тридцать две феминистки, которым ничего не платили. Целью их было изучение эротической чувствительности влагалища. Примерно так:

Исследователь, помыв руки, вводил свой смазанный маслом указательный и/или средний палец во влагалище подопытной и производил систематическое трение обеих стенок влагалища, используя среднее вплоть до сильного давление, направленное под углом к стенке влагалища и продвигаясь снизу к верхней его части.

Когда Алзат или Лондоньо находили эрогенную зону подопытной, которая в большинстве случаев располагается на передней стенке влагалища, но у некоторых — на задней стенке снизу, ученые воздействовали на это место, одновременно надавливая и поглаживая (я уже видела где-то описание такого приема, и там он назывался движением «иди сюда»). Более трех четвертей проституток, которых Алзат «тер» таким образом, испытывали вагинальный оргазм (Лондоньо же никого не довела до оргазма; девушки говорили: это потому, что она не так сильно давила, как Алзат). Из феминисток достигли оргазма лишь четверо. Вероятно, они чувствовали себя неуютно в ситуации, которая с феминистической точки зрения воспринимается как эксплуатация[18]. Или, может быть, они просто менее привычны к сексу с незнакомцами.

Алзат устраивал вагинальные оргазмы, но вы бы не смогли использовать пенис-камеру, чтобы воспроизвести их. Мужской орган в миссионерской позиции движется параллельно стенкам влагалища, не под углом. Желая доказать, что оргазмы испытуемых не были вызваны натяжением, создаваемым движениями пальцев ученого, Алзат и Лондоньо провели отдельный тест «симулированного сношения». На этот раз ничего не вышло.

В опыте принимали участие шесть нанятых женщин, легко достигавших оргазма посредством стимуляции их вагинальных эрогенных зон. Исследователь ритмично стимулировал нижнюю треть влагалища своими указательным и средним пальцами, копируя движения пениса во время коитуса, и продолжал делать это столько времени, сколько требовалось, чтобы вызвать оргазм при стимуляции эрогенной зоны влагалища. Хотя натяжение малых половых губ и было очевидным, все подопытные ощутили лишь легкое или среднее сексуальное удовольствие.

Само по себе движение пениса, без предварительных ласк или ласк в процессе соития, заключил Алзат, «неэффективный метод достижения женского оргазма».

Меж тем субъекты искусственного соития Мастерса и Джонсон не получали ничего, кроме толчковых движений. Как же так? Может, их заводила сама идея секса с машиной? Может быть, в механическом сексе есть что-то такое, чего мне не удалось понять? Уильям Мастерс умер, а Виржиния Джонсон — через своего сына — отвергла все мои попытки в тереться к ней в доверие. Я имею в виду просьбу об интервью (Джонсон восемьдесят один год, и она не может похвастаться крепким здоровьем). Впрочем, возможно, мне по крайней мере удастся увидеть фалломашину.

Мастерс и Джонсон насчет своей машины искусственного соития помалкивали. Насколько я могу судить, самый информативный напечатанный материал — это отрывок из книги «Сексуальные реакции человека».

Аппарат искусственного соития создан радиофизиками. Пенисы из пластика имеют те же оптические свойства, что и зеркальное стекло. Люминесцентное свечение позволяет наблюдать процесс и фиксировать его без искажений. Оборудование может быть подогнано к различным физическим вариантам размера и других особенностей влагалища. Скорость и глубина фрикций оговариваются и в полной мере контролируются испытуемой. По мере возрастания возбуждения их скорость и глубина увеличиваются, сообразно с требованиями испытуемой.

Кроме того, машина использовалась для тестирования контрацептивов барьерного типа, что имеет смысл, а также для «создания искусственных влагалищ», в чем смысла гораздо меньше. В этом последнем абзаце была ссылка на две работы приблизительно 1930 года авторства Роберта Франка и С. Г. Гейста — специалистов в области вагинальных патологий. Некоторые женщины (примерно одна из 5000) рождаются без влагалища, и гинекологи, в числе которых Франк и Гейст, поставили себе целью обеспечить им таковое. Прежде чем Гейст и Франк достигли успехов, были попытки сделать эрзац-вагину из тканей кишечника женщины или — что выглядит менее (или, возможно, более) привлекательно — из ее прямой кишки.

Франк и Гейст решили, что удобнее и безопаснее просто максимально растянуть девственную плеву, с которой женщина рождена. Для этого несколько раз в день на нее воздействовали трубкой из пирекса[19]. После того, как возникал «узкий канал, по крайней мере 2,5 дюйма длиной», женщины расширяли углубление, помещая в новоявленные влагалища пирексовые трубки все большего диаметра и оставляя их там, пока спали. Мастерс и Джонсон полагали, что несколько раундов с машиной искусственного соития могли бы ускорить этот процесс.

Работы Франка и Гейста, весьма занимательные и других аспектах, не изменили моего отношения к машине искусственного соития как к безыскусному и не возбуждающему партнеру. Мне по-прежнему хотелось увидеть ее. Этот аппарат упоминался и 1996 году в передаче телевидения А&Е, посвященной жизнеописанию Мастерса и Джонсон. Однако продюсеры сказали, что им не дали разрешения ни на съемки этой машины, ни на интервью с субъектами исследования, ни на демонстрацию материалов, снятых фаллокамерой.

Я отправила еще одно письмо сыну Виржинии Джонсон. Я писала, что хотела бы всего лишь взглянуть на машину искусственного соития или увидеть какой-либо отснятый ею материал. От Виржинии Джонсон не потребуется даже приветственного кивка головой вместо слов «доброе утро».

Нет ответа. Я снова позвонила. Скотт сказал мне «здравствуйте» таким тоном, каким обычно произносят «до свидания». Он сообщил, что все архивные материалы — в том числе и относящиеся к сессиям искусственного соития — «видимо, были уничтожены», дабы обеспечить анонимность субъектов исследований. А как насчет машины? Не должны же были уничтожить и ее!

Скотт ответил, что не хочет об этом говорить. Он сказал: «Нам действительно не хотелось бы в этом участвовать. Понимаете?» (Позже я узнала от сексолога Роя Левина, что перед смертью Уильям Мастерс сказал одному из его коллег, будто бы машина искусственного соития была демонтирована.).

Однако теперь вы понимаете, почему я заплатила 20 долларов за посещение мероприятия, разрекламированного следующим образом:

Секс для науки. Наука для секса

Как выясняется, Мастерс и Джонсон — не единственные жертвы секс-машин в этой местности. Есть целая субкультура, по всей стране существуют энтузиасты, которые обмениваются информацией в Интернете. После того как в 2006 году вышла книга «Секс-машины: фотографии и интервью», у них даже появилось собственное иллюстрированное издание. По случайному совпадению несколько дней спустя после угнетающей отповеди Скотта Джонсона знакомый редактор газеты переслал мне пресс-релиз о мероприятии «Секс-машины».

Теперь я могла узнать из первых рук, работает ли механический член и если да — то как.

Центр сексуальной культуры (ЦСК) не притягивает взгляда любопытного прохожего. Ни снаружи здания, ни в фойе нет никакой вывески. Это некоммерческий проект в «незамысловатой упаковке»[20]. Наконец, вы замечаете номер дома 298 под окном возле двери. Тут есть интерком со звонком, помеченным ЦСК. Если вы нажимаете на кнопку, вам отвечают просто-напросто «Да?». Предполагается, что вы сами объявите о цели своего визита — посещении мероприятия СЕКС-МАШИНЫ. Таков уж Сан-Франциско — не далее как две минуты назад человек в хлопковой рубашке спустился из своей квартиры на тротуар по раздвижной пожарной лестнице и потрусил прочь, и никто не счел это событие достойным особого внимания.

Время начинать, но гостей просят подождать в вестибюле за дверью, поскольку операторы машин не совсем готовы. Вскоре очередь заполоняет всю лестницу. Мы выглядим невинно и кротко. Если судить по внешности, это просто очередь в какой-нибудь Safeway или Starbucks. Невысокий мужчина с тростью и тоненькими, словно нарисованными карандашом, усиками пришел со старомодно одетой женщиной в матроске и бежевом плаще. Другой, с которым я разговаривала, — физик; одна женщина — журналистка. В целом пары и одиночки, которых я вижу, кажутся просто любопытствующими зеваками. В очереди несколько гомосексуальных пар, но сами машины, кажется, рассчитаны на гетеро.

Основатель центра — неугомонный и пылкий Кэрол Куин, исследователь сексуальной культуры, выходит, чтобы обратиться к присутствующим («Леди, джентльмены и все остальные!»), которые теперь прошли внутрь и расселись на стулья. Куин представляет Тимоти Арчибальда — фотографа, снимавшего секс-машины. Арчибальд одет в мешковатые оранжевые штаны, какие носят художники, и красную рубашку-шотландку. Он держит бутылку «Короны» и машинально поднимает руку, прикасаясь к своей обритой голове. С лица Арчибальда не сходит рассеянная улыбка. Нетрудно понять, почему создатели машин весьма любезно согласились позировать для него. Арчибальд — уважаемый фотограф, специализируется на изящных искусствах, его книга (без шуток, на самом деле) — это художественный фотоальбом. Никто не сфотографирован за использованием машины; фотографии — это портреты изобретателей (все они мужчины) у себя дома или в гараже, позирующих возле своих машин. Мой знакомый редактор газеты, который переслал мне пресс-релиз выставки, также подарил и экземпляр этого альбома, так что он нашел место в нашей гостиной рядом с другими книгами по искусству и пребудет там, пока родители мужа не приедут в гости.

Типичный сценарий, говорит Арчибальд, это женатый парень, «который любит что-нибудь мастерить». Он видит чью-то секс-машину, приходит в восторг и решает построить такую сам. «Он показывает ее своей жене, которая говорит “Чего?”, и потом продает ее на eBay». Только одна из представленных здесь машин предназначена для обычной продажи.

Кто-то включил самодельный аппарат, стоящий на полу подле Арчибальда. Кожух мотора размером с коробку для бутербродов, аппарат приподнят с одного бока, как проектор для слайдов. Окрашенный в телесный цвет фаллос бесшумно движется туда-сюда. Эротическая привлекательность невысока. Похоже на секс с хот-догом. Таково большинство подобных машин, и таким я представляю себе аппарат Мастерса и Джонсон: электромотор, приделанный к поршню, приделанному к фаллосу. Или, как говорит Арчибальд, «кустарное изделие с привинченным человеческим придатком». У более сложных моделей имеется — как и у машины Мастерса и Джонсон — пульт управления, позволяющий пользователю регулировать скорость и глубину проникновения. Некоторые из фаллосов могут вибрировать, но по большей части они просто движутся туда-сюда, туда-сюда.

Арчибальд заканчивает речь и предлагает задавать вопросы. Женщина в очках с проволочной оправой и зеленой футболке поднимает руку. «Мы видели много членов, входящих в отверстие и выходящих оттуда. Но большинство женщин не получают оргазм таким образом. Может ли какая-нибудь из этих машин уделить внимание клитору?».

Арчибальд признает, что эти машины представляют стереотипный мужской взгляд на то, как доставить удовольствие женщине. Ему известен только один аппарат (и сегодня он здесь не представлен), который воздействует на клитор. Еще одна женщина поднимает руку. Если так, то в чем здесь прелесть? «Вы хотите сказать, что трахаться с машиной — это эротично? Или тут все дело в регулярности фрикций»? Арчибальд смотрит на своих изобретателей. Ни у кого, похоже, нет убедительного ответа.

Ответ был у Уильяма Харви. В 1988 году, задолго до нынешнего, раздутого Интернетом бума секс-машин, этот человек получил патент на «терапевтический аппарат для облегчения сексуальной фрустрации у женщин, не имеющих половых партнеров». В отличие от аппаратов, стоящих здесь сегодня, Харви вполне доходчиво обозначил цель создания своей машины. «Вибраторы и вспомогательные средства... не могут удовлетворить истинные нужды женщины, у которой нет партнера и которая хочет не только полноценной кульминации или оргазма, но также ощущения, что на самом деле занимается сексом с партнером».

Партнер, которого изобрел Харви, принял форму ничем не украшенной металлической коробки размером с тостер, с моторчиком внутри и «постоянно эрегированным и тем не менее упругим и податливым искусственным членом», известным также, как «фаллоагрегат», выскакивающим из передней части коробки. Коробка устанавливалась на рельсы, по которым каталась туда-сюда, заканчивая каждый такт «быстрым толчком». Где-то в глубине души Харви, должно быть, понимал, что некоторые свойства настоящего партнера отсутствовали — скажем, тепло, или человечность, или руки, ноги, голова, душа. Харви не мог предоставить эти вещи, зато он сумел обеспечить «вид и ощущение мужских лобковых волос». В основании «фаллоагрегата» располагался широкий черный манжет из «материала, напоминающего мех или волосы». Для одинокой женщины, которая хочет не только полноценной кульминации или оргазма, но также и ощущения, что она действительно занимается сексом с обувной щеткой.

Мне хотелось спросить мистера Харви, сколько машин он продал одиноким женщинам и были ли женщины сексуально удовлетворены ими. Однако он уже не живет в городе, указанном в патенте 1988 года. Поиск в Интернете выявил дюжину Уильямов Харви. У одного был электронный адрес. Ничтоже сумняшеся, я отправила ему письмо, с вопросом, не тот ли он Уильям Харви, который имеет патент США номер 4722327 на «терапевтический аппарат для облегчения сексуальной фрустрации у женщин, не имеющих сексуального партнера». Ответ пришел на следующее утро: «Я не тот Уильям Харви, но ваш поиск представляется мне очень интересным».

Арчибальд выслушивает последний вопрос, и затем публике предлагают познакомиться с машинами. На вопрос о сексапильности отвечает Аллен Стейн — создатель сложного, водруженного на стул кошмара под названием Вибромолот. Стейн — привлекательный, крепкий мужчина, бывший инженер службы утилизации морских отходов, а ныне — «ведущий визуализатор» в компании, которая делает видео, демонстрирующее моделей в момент совокупления с секс-машиной. Стейн объясняет, что сайт привлекает людей, которые любят гетеросексуальную порнографию, но стесняются смотреть на голых мужчин, занимающихся сексом с голыми женщинами.

— Это, — говорит он, — порно для гомофобов.

Вдобавок Стейн рассказывает, что некоторые пары покупают секс-машины, поскольку их привлекает идея секса втроем, но они не готовы впустить в свою жизнь постороннего. (Подобные же опасения побуждают экспериментировать с машиной и некоторых мужчин-геев.) Стейн кладет руку на сиденье Вибромолота.

— Вот третий партнер, который абсолютно безопасен и ничем не угрожает вашим отношениям.

Вибромолот высотой восемь футов издает звуки, похожие на жалобы неисправной стиральной машины.

— Я ничего не знаю об этом, Ален.

Стейна спрашивают, знаком ли он с женщинами, которые спаслись от одиночества посредством повторяющихся механических фрикций. Стейн отвечает, что не поддерживает связи со своими клиентами, поэтому, если честно, не в курсе.

— Спросите ее, — говорит он.

Женщина в проволочных очках намеревается оседлать Вибромолот. Она сменила зеленую футболку на длинную, до пола, черную атласную ночную рубашку. Очки исчезли. Как выясняется, эта женщина — друг центра и какое-то светило в сексологических кругах Сан-Франциско. Возможно, она участвует в этом из симпатии к ЦСК, стараясь обеспечить до сих пор не реализованную часть мероприятия «демонстрация машин в действии». А возможно, просто любопытствует. Я не спрашивала.

Аллен показывает ей, как управлять машиной, а затем отходит в сторону, уткнувшись в свой телефон.

Мало кто обратил внимание, что женщина собирается оседлать машину (или наоборот; тут я не очень уверена). Публика разбрелась по залу, люди беседуют, держа пластиковые стаканчики с вином и разглядывая аппараты, словно скульптуры на открытии галереи.

Наконец вокруг Вибромолота собирается небольшая толпа. Женщина в ночной рубашке говорит, что ей шестьдесят восемь лет. Я бы дала пятьдесят. Она забирается на машину, венчающую гинекологическое кресло XIX века. На нем нет подставок для ног, а вместо них приделаны длинные ремни-стремена, куда следует вставлять ступни. Она отклоняется назад и протягивает пульт скромной на вид женщине, натуральной блондинке в босоножках на высоком каблуке.

— Постарайтесь меня удивить.

Аллен передает женщине в ночной рубашке нечто, по виду напоминающее микрофон.

— Это включено в стоимость покупки, — объясняет он зрителям.

Это уже выше моего понимания: леди пенсионного возраста, поющая под караоке, пока над ней трудится механический вибрирующий фаллос. Женщина помещает «микрофон» между ног. Это «магический жезл» — вибрирующий массажер от Hitachi.

Интереснее наблюдать за дамой, управляющей пультом от Вибромолота. Выражение ее лица напоминает мое собственное, когда я смотрю шоу о пластической хирургии или отдираю пластырь. Она, кажется, беспокоится, что может причинить вред. Женщина в ночной рубашке сообщает, что движения насадки телесного цвета Вибромолота отвлекают се. Она просит блондинку замедлить их и пытается сосредоточиться на магии жезла. Теперь женщина в ночной рубашке приближается к пику удовольствия. Наблюдение за ней вызывает не больше возбуждения или отвращения, чем созерцание чихающего человека.

Возвращаясь к первоначальному вопросу: мы не увидели секс-машины, которая могла бы полностью удовлетворить женщину — во всяком случае без помощи Hitachi. Впрочем, была одна дама, утверждавшая, что иногда «достигала оргазма с машиной». Эта женщина есть на фотографии в книге Арчибальда — она лежит, свернувшись на диване, в обнаженном виде, а безымянная машина припаркована на ковре у ее ног. «Она мне нравится, потому что я контролирую все, — цитируются слова женщины. — Будь на ее месте парень, он бы делал это ради себя, ради своего собственного удовольствия, а так все только для меня одной». Мастерс и Джонсон тоже заметили это. В одной из своих работ они пишут, что «основным препятствием для полноценной реакции женщины является то, что фрикциями управляет мужчина». Иными словами, фаллос — приятное дополнение к женскому наслаждению до тех пор, пока женщина имеет право высказываться на эту тему. Например, о скорости и направлении фрикций, или о глубине, или об оснащении[21].

В выборке Альфреда Кинси из 8000 женщин 20% сообщали, что они практиковали те или иные виды «вагинальных проникновений» во время мастурбации — хотя чаще всего это было лишь дополнение к клиторальной стимуляции. По мнению Кинси, многие из этих женщин вводили предметы себе во влагалище, поскольку их мужьям нравилось наблюдать за этим или потому что они просто не пробовали ничего лучше. Скорее всего, эти женщины обнаружили свою точку G (или женскую простату, эрогенную зону на передней стенке влагалища — или как вы там предпочитаете это называть), и вводили предметы не параллельно стенкам, как пенис в миссионерской позиции. Если вагинальная стимуляция не доставляет женщине удовольствия, то почему так популярны вибраторы так называемого «кроличьего» стиля (включающие и клиторальный, и вагинальный компоненты)?

Немного позже я нашла объяснение загадки секс-машины Мастерса и Джонсон в работе Леоноры Тейфер — профессора психиатрии в медицинском колледже при университете Нью-Йорка и противницы медикализации женской сексуальности. Ближе к концу книги «Сексуальные реакции человека», указывает Тейфер, Мастерс и Джонсон сообщают, что, выбирая женщин для своих опытов, они отдавали предпочтение тем, кто имел «позитивную историю... опыта коитального оргазма». Были отобраны отнюдь не случайные средние американки, а те, кто легко достигал оргазма.

Мари Бонапарт, правнучатая племянница коротышки в широкополой шляпе, сообщила, что нашла простой ответ на вопрос, почему некоторые женщины тотчас получают оргазм от самого сношения, а некоторые нет. И выяснила она это с помощью обыкновенной сантиметровой линейки.

Глава 3. Принцесса и ее горошина.

Женщина, которая передвигала свой клитор, и навязчивые мысли о вагинальном оргазме.

Жила на свете принцесса по имени Мари. У нее были длинные густые кудри и прекрасные карие глаза, а ее клитор располагался в трех сантиметрах от влагалища. Этот факт очень огорчал принцессу. Ей никак не удавалось испытать оргазм во время половых сношений, и она полагала, что виной тому был далеко отстоящий клитор. Принцесса Мари носила фамилию Бонапарт, и Наполеон приходился ей двоюродным прадедушкой. Она была страстной женщиной с доминирующим либидо, и все же секс не приносил ей удовлетворения. Эти проблемы были отчасти связаны с ее мужем, греческим принцем Георгом, латентным гомосексуалистом[22]. В первую брачную ночь муж, как писала Мари в своем дневнике, взял ее быстро и грубо, словно бы принуждая [самого себя] ...и извинился: «Я ненавижу это так же, как и ты. Но нам придется это делать, если мы хотим детей». Впрочем, нельзя считать причиной ее неудовлетворенности лишь принца Георга. Ласки премьер-министра Франции тоже не распалили Мари. Неудача постигла и адъютанта ее мужа, и еще трех любовников, которых имела принцесса за время своего брака с Георгом.

Мари, которая большую часть времени проводила во Франции, дошла даже до того, что стала искать научные подтверждения своей анатомической теории фригидности. Бонапарт не была врачом, но время от времени играла эту роль — и настолько убедительно, что в 1924 году опубликовала статью в медицинском журнале Bruxelles-Medical. Она воспользовалась псевдонимом А.Э. Найрани, но читатели, разумеется, почувствовали, что эту статью написал не рядовой сотрудник Bruxelles-Medical. Вот что было на журнальных страницах, где Мари описывала женщин, похожих на себя:

Несмотря на все усилия, все нежности и ласки, которые должны бы тронуть их сердца, они остаются полностью неудовлетворенными телесно. Ведь для таких женщин моменты, которые могли бы дать им величайшую радость, оборачиваются танталовыми муками. Экстатическая улыбка истинного удовлетворения никогда не сияет на лицах этих женщин, испытывающих настоящие пытки любви... И так как счастье для них недостижимо, в безнадежной погоне за ним они вынуждены бежать от любовника к любовнику до тех пор, пока не раздается похоронный звон колоколов старости.

Принцесса Бонапарт привлекла к работе знакомых врачей, опросила 243 женщины об их сексуальной жизни и провела измерения. Они попадали в одну из трех категорий — в зависимости от расстояния между влагалищем и клитором. Женщин с самым большим промежутком, более двух с половиной сантиметров (дюйм), Бонапарт обозначала как téleclitoridiennes. Они составили 21% ее выборки. Женщины этой категории, заявила она, неспособны к volupté, «нормальной чувственной реакции» во время полового сношения — то есть к оргазму. Слово téleclitoridienne обозначало просто «женщину с далеко расположенным клитором», но казалось более аристократичным и ассоциировалось с образом успешной женщины — в туфлях на высоких каблуках, в шерстяном костюме, отправляющую отчеты из своего дома в Биаррице. По крайней мере звучало оно лучше, чем «фригидная».

Более счастливые женщины назывались paraclitoridiennes («para» обозначает «рядом»). Эти женщины — 69% из выборки Бонапарт — имели клиторы, расположенные менее чем в дюйме от влагалища. Им, говорила Мари, почти наверняка гарантирована чувственная реакция от движений пениса внутрь и наружу. (Это не коррелирует с более современными данными, согласно которым женщины, имеющие вагинальный оргазм, составляют около 20-30%.) Оставшиеся 10% женщин Бонапарт именует mesclitoridiennes, чье расстояние между влагалищем и клитором составляет ровно один дюйм. Они находятся «на пределе фригидности» и могут получить или не получить оргазм, в зависимости от настроения, навыков своих мужей, их чувств относительно греческих спринтеров и все такое прочее.

Счастливее всех, полагала Бонапарт, кобылы и коровы. «Природа была добра к самкам домашних животных», — писала она в своей работе, поясняя, что их клиторы расположены «прямо на границе генитального отверстия». Учитывая, что у средней лошади или коровы любовная связь — дело нескольких секунд, эти создания в высшей степени нуждаются в клиторальной подпорке. Хорошо, что Бонапарт никогда не обращала внимания на интимные органы домашних свиней, у которых клиторы располагаются внутри влагалища.

«Если известное расстояние меньше ширины большого пальца, вы способны получить оргазм». Эта анатомическая запоминалка была написана не Мари Бонапарт, а Кимом Уолленом, профессором поведенческой нейроэндокринологии из университета Эмори. Уоллен проводит большую часть времени, изучая половые гормоны в Йеркесском национальном центре изучения приматов на базе университета Эмери, на окраине Атланты. Однако в последнее время он переключился на физиологию полового акта. Уоллен, главное действующее лицо главы 14, был первым человеком, рассказавшим мне о принцессе и ее клиторальных изысканиях. Его заинтриговали выводы Бонапарт, но сначала он не слишком в них поверил, поскольку наука статистики в 1924 году была довольно примитивна. Затем Уоллен просмотрел эти показатели сам. Выяснилось, сказал он, что расстояние между влагалищем и клитором великолепно определяет, какая женщина будет иметь оргазм при половых сношениях, а какая нет. Граница, как заметила Бонапарт, пролегает примерно на расстоянии в дюйм — ширина обычного большого пальца. Я спросила Уоллена, собирается ли он зарегистрировать «правило большого пальца» как торговую марку.

— Да, — сказал он с непроницаемым лицом. — И я намерен изготавливать на заказ и продавать небольшие линейки.

Бонапарт включила данные измерений только по 43 женщинам из 243, так что возможности Уоллена ограничились этими цифрами. Тем не менее данные настолько последовательны и непротиворечивы, что 43 оказалось более чем достаточно, чтобы говорить об устойчивой, статистически надежной связи. «Безусловно, достаточно устойчивой, чтобы быть достойной внимания». Уоллен намеревается самостоятельно провести большое исследование, как только у него появится время.

Сравнительно недавние исследования генитальных вариаций среди пятидесяти женщин подтвердили ранжирование расстояний, предложенное Бонапарт: от половины дюйма до почти двух дюймов, со средним значением около дюйма. Это исследование, проведенное британским гинекологом Джиллианом Ллойдом и его коллегами, не имело никакого отношения к оргазму. Ллойд пытался доказать, что женские гениталии очень разнообразны по форме и размеру[23]. Его целью было разубедить тех женщин, которые, скажем, беспокоятся о своих чрезмерно больших клиторах или слишком густых лобковых волосах. Порнография, говорит Ллойд, демонстрирует нам идеализированные, придирчиво «побранные изображения, которые вселяют в женщин комплекс неполноценности (и обогащают хирургов, уменьшающих половые губы).

Подобно Мастерсу и Джонсон, Уоллен полагает, что большинство так называемых вагинальных оргазмов, получаемых в процессе полового акта, — на самом деле клиторальные оргазмы. Однако, в отличие от Мастерса и Джонсон, он не считает, что женщины получают их с легкостью. Уоллен соглашается с Бонапарт в том, что женщины, способные испытывать оргазм такого рода, — paraclitoridiennes — это анатомически обособленная группа, чьи сексуальные реакции отличаются от реакций большинства других женщин. И, возможно, именно из-за них «изначально возникло понятие вагинального оргазма».

Я вызвалась заниматься статистикой в новом исследовании Уоллена. Он послал мне детальные инструкции и объяснил, как проводить измерения. Оказалось, это не так просто, поскольку Бонапарт (и Уоллен тоже) измеряли расстояние от клитора до уретры (мочеиспускательного канала), а не от клитора до влагалища (уретра расположена довольно близко к клитору и удобна как отправная точка для измерений). Клитор найти просто, но уретра иногда скрыта в преддверии влагалища, и ее бывает трудно увидеть. Я дважды писала Уоллену письма с уточняющими вопросами.

«Интересно, — написал он в ответ, — что вы дожили до своих лет и никогда не испытывали желания понять, как соединяются части вашего тела». Да, это верно. Но ведь вы даже не можете увидеть истинного положения дел без маленького зеркальца! Держу пари: мужчины лучше представляют внешний вид вульвы, нежели большинство женщин.

Если вы попытаетесь провести измерения сами, я рекомендую делать это, когда дома никого нет. Иначе есть риск, что кто-нибудь зайдет и застанет сцену с участием ручного зеркальца, мужниной рулетки и вас — полураздетой, сидящей на корточках. Никто не должен этого видеть. Нехорошо уже одно то, что вы вообще это читаете. Закончив, не забудьте убрать на место рулетку. Мой муж увидел ее возле стола и спросил:

— А что ты мерила?..

Бонапарт обнаружила также связь между ростом женщины и близостью расположения друг к другу элементов ее вульвы. У невысоких женщин промежутки меньше. Уоллен говорит, что у рослых женщин закономерность не такая очевидная, возможно, в силу неких причуд пубертатного периода, но общая тенденция, похоже, существует. Ну, и не надо забывать, что во времена Бонапарт женщины были заметно ниже ростом; в этой части уравнения Уоллен чувствует себя гораздо менее уверенно.

К тому времени, когда вы это читаете, анализ данных Бонапарт, проведенный Уолленом, скорее всего уже опубликован. Редактор журнала планирует выпустить пресс-релиз.

— Если вы это обнародуете, — сказала я Уоллену на прошлой неделе, — каково придется высоким женщинам? А вдруг мужчины решат, будто высоких трудно ублажить?

Уоллен полагал, что мужчины не станут особенно над этим задумываться. Вдобавок он верит — или по крайней мере надеется, — что женщины с большим промежутком между клитором и влагалищем, не получающие вагинального оргазма, испытают облегчение, узнав, что их проблема вызвана анатомическими (а не психологическими) причинами.

Основываясь на данных маленького забавного опроса (о котором, Уоллен, возможно, предпочел бы не упоминать), могу сказать, что Уоллен усматривал связь также между размером женской груди и расстоянием от клитора до влагалища: у женщин с маленькой грудью оно меньше. Сложите все это вместе — и вы поймете, что стереотипного американского мужчину ожидает плохая новость. Стереотипная идеальная женщина — высокая Барби с большой грудью — меньше других отзовется на простую мужскую долбежку.

Рой Левин имеет несколько иной взгляд на проблему вагинального оргазма. Левин — основатель лаборатории сексуальной психологии при университете Шеффилда и автор самых обсуждаемых работ (таких как «Вагина как она есть», «Влажный и сухой секс»[24], «Вокализация и человеческий секс»). К сожалению (для меня и для вас), Левин отошел от дел, поэтому мне не удалось наблюдать его за работой. Мне пришлось удовлетвориться лицезрением его во время ланча — менее зрелищная сцена, но тоже достойная внимания. Отец Левина был мясником, и семейная приверженность мясу живет до сих пор. Левин жадно поглощал телячью печень, которая была (по крайней мере насколько я помню) так же огромна, как его башмак.

Левин провел небольшое исследование эротической чувствительности женской уретры. Конкретнее, его интересовал участок плоти размером с ноготь большого пальца ноги, окружающий отверстие уретры, — периуретральная головка. У мужчин такая головка располагается на конце пениса и чрезвычайно эрогенна. Левин заметил, что при половом акте женская головка — как он ее называет — частично затягивается во влагалище: как правило, при каждом толчке она до половины исчезает внутри. Возможно, женщины, достигающие оргазма во время полового акта, предположил Левин, более чувствительны в этой зоне. (Да, я знаю, о чем вы подумали: здесь расстояние тоже может иметь значение; чем ближе головка к влагалищу, тем глубже она затягивается внутрь.).

Я спросила Левина, как он зафиксировал исчезновение головки. Я вообразила его в лаборатории с камерой и налобным фонариком, склонившимся над совокупляющейся парой. На самом деле он склонялся над телевизором. Левин проводил свои измерения, рассматривая кадры, вырезанные из порнофильмов.

— Эти ребята знают, как снимать подобные штуки, — сказал Левин, накладывая на тарелку английскую горчицу. — У них хорошее освещение, правильный ракурс, люди, которые знают, что куда направлять... ну, вы понимаете... «просто подними ногу чуть повыше, дорогуша».

Следующий шаг предполагал сравнение чувствительности этого участка вульвы у двух групп женщин — тех, кто испытывает влагалищный оргазм, и тех, кто не испытывает. Исследование может быть достаточно простым: всего-то и требуется, что набор волос фон Фрея[25]. Это кабанья щетина, а в наши дни — нейлоновые нити разной прочности, концы которых прикладывают к коже, чтобы определить тактильную чувствительность. Почему никто этого не сделал? Да потому, что теперь уже никто не получает финансирования на чисто физиологические исследования. В наши дни денежные гранты идут на изучение лекарств от женской сексуальной дисфункции (проблемы мужчин более или менее решились при помощи виагры и ее родственников).

— Невозможно получить деньги, пока практическая польза не станет очевидной, — сказал Левин. — Они хотят знать, как это поможет пациентам.

В данном случае, разумеется, речь о помощи не шла. Если выяснится, что чувствительность женской головки влияет на оргазм, тогда, как говорит Левин, «анатомия вполне может быть судьбой».

Мари Бонапарт не пожелала смириться с судьбой и предприняла радикальные меры. Принцесса передвинула клитор. Перемещение было осуществлено венским хирургом из окружения Бонапарт Жозефом Альбаном. Несомненно, идея принадлежала самой Мари. В ее более поздних работах есть фотографии процедуры — благословенно замутненные плохим качеством фотокопии, которая была в моем распоряжении, — обозначенные как операция Альбана-Нарьяни. Эта «простая» процедура, как называла ее Бонапарт в своей работе, предполагала следующее: подрезать поддерживающие орган связки[26], освободить его и пришить немного ниже. Видимо, Бонапарт и впрямь полагала, что это легко, если позволила Альбану — после тестирования на трупах — оттачивать свою технику на ней. Учитывая, что большая часть клитора скрыта под поверхностью, его перемещение, возможно, не такое простое дело, как казалось Альбану[27].

Хотя Бонапарт пишет, что позже подобные операции исцелили двух пациенток, для нее самой ничего не изменилось. Несколько лет спустя Альбан предложил повторить операцию. Бонапарт согласилась — и снова была разочарована.

Все это еще более печально, учитывая, что Бонапарт в своей собственной работе предлагает прекрасное решение проблемы téleclitoridienne без хирургического вмешательства: попробуйте другую позу. «Только изменение позы во время объятий — лучше всего сидеть лицом друг к другу — обеспечивает контакт между клитором и членом, доставляя женщине типа téleclitoridienne удовольствие, которое получают другие женщины. К сожалению, премьер-министр Бриан был человеком, у которого не посидишь на коленях.

Если бы Бонапарт почитала хоть одно из популярных в то время «брачных руководств», она бы нашла еще более многообещающие коитальные конфигурации. В плане секса 1920-е и 1930-е были оазисом раскрепощения и здравомыслия, расположенным между двумя участками бесплодной пустыни — викторианским усмирением плоти и консерватизмом пятидесятых. Жасмин Нойхаус в статье о брачных руководствах в «Журнале истории секса» приписывает этим переменам возникновение движения «за контроль над рождаемостью». Заточенный прежде в кандалы репродуктивности, секс внезапно вышел на сцену как приятное времяпрепровождение. Оргазм — в частности, женский — стал непременным условием женского здоровья и гармонии в браке. Десятки авторов — медиков и не медиков — наперебой стали предлагать советы, как этого добиться.

Среди этих авторов наиболее известен датский гинеколог Теодор Ван де Вельде. «Идеальный брак: психология и техника» — так называлась первая книга его трилогии сборников советов, направленных на выращивание «прекрасного цветка идеального брака» и на борьбу с «причинами взаимного отторжения». Последнее включает ферментированную клиторальную смегму («вызывающую особое отвращение»), дурной запах изо рта[28] и гнойный ринит. Эта книга, которая в Европе была переиздана более сорока раз, содержит двадцать пять страниц различных поз совокупления и напрямую обращается к téleclitoridiennes: «Если клитор расположен слишком высоко, женщина должна принять положение, которое увеличивает наклон пениса». Да, но наклон в какую сторону? Ван де Вельде в деталях описывает различные позы, рассматривает перспективы оргазма и зачатия в каждой из них, но его витиеватым описаниям остро не хватает иллюстраций. Передне-боковая поза, например, предстает как «наполовину боком, наполовину на спине, с соответствующей позицией мужчины наполовину боком, наполовину сверху, чего можно добиться посредством правильного расположения подушек». Одни только названия устрашают. Столкнувшись с заголовком «Вторая добавочная поза: поддерживающая (вариант [b])», все, кроме самых заинтересованных пар, могут наплевать на все и позволить «прекрасному цветку» увянуть. Увы, какой бы раскрепощенной ни была эта эпоха, она оказалась не готова к книгам для широкого круга читателей, с картинками, на которых люди занимаются сексом. Даже без иллюстраций «Идеальный брак» оказался в списке изданий, запрещенных католической церковью.

Первым, кто одержал победу на этом фронте, был наш герой — гинеколог, превратившийся в сексолога, Роберт Лату Дикинсон. Его «Атлас сексуальной анатомии человека» содержит двухстраничный разворот с четырнадцатью миниатюрными «диаграммами», снабженными краткими названиями-пояснениями: «подушка приподнимет бедра», «партнер поперек, диагонально». Рисунки были необычайно целомудренны — кровать под парой прорисована более детально, нежели безликие и лишенные индивидуальных черт тела. И все же иллюстрации вымарали из первого издания. Дикинсон попытался умиротворить своего издателя, заменив человеческие тела парой совокупляющихся роботов. Впрочем, пишет он, «эти уловки неожиданно возымели действие» и издатель наконец-то смягчился.

Не желая довольствоваться описанием вариантов вульварного оргазма — подразумевающего оргазм, который происходит во время коитуса, но обязан своим существованием стимуляции клитора, Дикинсон решил разобраться в причинах. На рисунке 147 его атласа схематически изображены отделенные от тела пенисы, соприкасающиеся с маленькими кнопками-грибочками клиторов, и стрелки, указывающие туда и обратно. Суть была в том, объяснил Дикинсон, чтобы найти позу, в которой лобковая кость мужчины прижата к женскому клитору и/или перемещается взад-вперед. Конечные точки движения «взад-вперед», которое Дикинсон называл «диапазоном», прорисованы в такой манере, что кажется, будто вульва снабжена тремя клиторами — как если бы над ней поглумился Йозеф Хальбан.

Дикинсон шел на корпус впереди своего времени, горячо одобрял женщин сверху и даже включил три варианта такой позиции в свои диаграммы. «Если женщина находится сверху, она может регулировать амплитуду движений и давление», — гласит подпись Дикинсона, стараясь быть настолько нейтральной, насколько это вообще возможно.

В отличие от Мари Бонапарт авторы брачных руководств того времени не видели причин, почему женщина — с далеко отстоящим клитором или любая другая — должна ограничивать свои сексуальные удовольствия одним только пенисом. Ван де Вельде был адвокатом куннилигуса — в той мере, в какой он остается прелюдией к коитусу, а не его заменой. И до тех пор, пока можно было рассчитывать на «безукоризненную чистоту и здоровье тел». И даже в этом случае он предпочитает подходить к нему окольным путем, через рассуждение о вагинальной смазке:

Самый простой и очевидный заменитель неудовлетворительной смазки — это естественная влага слюнных желез. Она всегда доступна. Правда у нее есть недостаток — слишком быстрое испарение... Во время затянувшихся генитальных манипуляций эта форма заменителя может быть применена к вульве не единожды, а много раз. И лучше, удобнее и быстрее всего делать это без помощи пальцев, а через так называемый «поцелуй генитальной стимуляции, или генитальный поцелуй» — нежная и мягкая ласка языком и губами... Острота удовольствия, которую он вызывает, и разнообразие тактильных ощущений наводят на мысль, что отсутствие природной смазки имеет свои плюсы.

Давая советы владелицам высоко поставленных клиторов, Ван де Вельде упоминает «очевидный метод комбинирования вагинальных фрикций фаллосом с одновременной стимуляцией клитора пальцем». Нойхаус цитирует его в работе «Сексуальная практика в браке» 1935 года: «Если мужчина не способен сдержаться и испытывает оргазм раньше своей жены, он обязан продолжать стимуляцию клитора, пока его жена не достигнет пика удовольствия». Отличное время, чтобы быть женщиной. Они получили избирательные права, они получили право контролировать рождаемость, и теперь у них были мужья, которые одаривали их генитальными поцелуями и работали пальцами. Сцена была подготовлена к приходу Альфреда Кинси. Результаты опроса, приведенные в его книге 1953 года «Сексуальное поведение женщины», задали вагиноцентристам такую порку, от которой те оправились с большим трудом. Только треть субъектов исследования сообщили, что легко и постоянно имеют оргазм при коитусе, да и у тех он сопровождался стимуляцией клитора половым органом или телом мужчины. Девяносто пять процентов сказали, что мужья практиковали «стимуляцию руками» до того, как пара приступала к совокуплению.

Однако, времена изменились. Пятидесятые — не двадцатые. «Сексуальное поведение женщины» было встречено градом возмущенных воплей и критики. Американских мужчин не устраивала сексуально искушенная (т. е. требовательная) женщина, и Кинси получил сильный отпор. Одним из самых крикливых участников крестового похода во славу вагины был Арнольд Кегель — изобретатель комплекса упражнений, названных его именем и представляющих собой сокращение мышц тазового дна. Изначально доктор Кегель назначал эти упражнения как средство от недержания, но пациенты сообщали о приятном побочном эффекте: они испытывали оргазм в процессе полового сношения, чего у них не бывало прежде. «Я, как и многие другие, полагаю, что исследование в физиологии мышц [тазового дна] предоставило нам более чем убедительное доказательство существования и важности вагинального оргазма», — гордо провозглашал Кегель в письме редактору Journal of the American Medical Association (JAMA), в котором он критиковал книгу Кинси. Кегель добавил, что треть женщин, сообщавших Кинси, что не испытывают оргазм в процессе соития, просто имели вялые мышцы тазового дна. Им надо только заняться кегелингом — шестьдесят сокращений по три раза в день, — и они смогут насладиться (если, конечно, у них останется свободное время) таким же вагинальным экстазом, которые испытывают женщины, имеющие лучший тонус. «Сосредоточившись на своих мышцах, пациенты в группе, кажется, забывают о клиторе», — сказал Кегель, возражая Кинси. Последний писал, что, когда его интервьюеры объяснили эффективность клиторальной стимуляции женщинам, признавшихся в мастурбации посредством «вагинального проникновения», они отказались от последнего.

Похоже, Кегель читал книгу Кинси не очень внимательно. Кинси мог развенчать влагалище, но не сбросить его со счетов. Пункт 5 в его списке «шесть или более источников удовлетворения, достигаемого глубоким вагинальным проникновением» — это стимуляция нервных окончаний тазового дна. Впрочем, правда и то, что Кинси считает более эффективным пункт 3 — «стимуляция мужскими гениталиями или телом, прижатым к... клитору» и остальным частям вульвы.

Негативная реакция на Кинси и общая волна консерватизма превратила пассивный вагинальный оргазм в священный грааль женской сексуальности. «Это стало критерием благополучной, “нормальной” женственности», — писала Каролин Гербст Льюис в Journal of Women’s History. Тенденция стала очевидной в новом урожае брачных руководств, где упоминания о клиторе сильно урезали. Не остались в стороне даже медицинские журналы. Льюис пишет, что некоторые врачи использовали недавно санкционированное медицинское обследование — профилактику добрачных венерических заболеваний в США (введенное в большинстве штатов в пятидесятых и шестидесятых годах), чтобы подготовить женщин к полноценным половым сношения. Женщину «уверяли, что она может испытывать такое же полное удовлетворение, как и ее муж», не давая при этом никаких советов о клиторальной прелюдии. По мнению врачей, главной помехой для вагинального оргазма был страх перед проникновением. В журнальных статьях врачам советовали, в случае плотной и неподатливой девственной плевы во время осмотра перед первой брачной ночью делать надрез или растяжение. Последнее можно было сделать пальцами или, как советовал один автор JAMA, «хорошо смазанной пирексовой трубкой». Опять эти пирексовые трубки.

Брачные руководства и добрачные исследования надолго исчезли к тому времени, когда официальный статус эрогенной зоны получили передняя стенка влагалища и точка G. В противном случае вы бы сочли поразительно неконсервативным совет женщинам, предпочитающим вагинальную стимуляцию: попробуйте по-собачьи. Цви Хох из Центра сексуальной терапии Рамбам[29] при Медицинском центре Хайфы (Израиль) опубликовал работу, описывающую как он обучил 64% группы из 56 женщин, не испытывавших коитального оргазма, достигать его посредством стимуляции передней стенки влагалища. Хотя большинство использовали свой палец, некоторым это удалось «задавая переднее направление в процессе полового акта». Эрнст Графенберг[30] — гинеколог, который в 1950 году первым написал об «эрогенной зоне» на передней стенке влагалища, расположенной параллельно уретре», — отстаивал также секс «a la vach» (по-коровьи), как лучший способ воздействия на эту точку. «Стимулирующий эффект данной разновидности соития, — писал он, — может быть объяснен... ритмичными движениями яичек, ударяющихся о клитор».

Добрачный визит к доктору был не такой уж плохой идеей. Есть некоторые пары, для которых разъяснения и откровенная беседа ставят все на свои места. Например, Роберт Лату Дикинсон пишет, что за несколько десятилетий своей практики он восемнадцать раз сталкивался с женщинами, которые сохраняли девственность, несмотря на то, что много лет имели половые сношения (вернее, то, что они за него принимали). «Мужья и жены, вполне разумные в других отношениях, полагали, что щель вульвы глубока ровно настолько, насколько она пропускает мужской орган». В одном из номеров JAMA 1956 года рассказывается о женщине, чей муж перепутал уретру с влагалищем. К тому времени, как доктор обнаружил это, женщина, ясное дело, имела некоторые проблемы с мочеиспусканием — ее уретра была так растянута, что «туда легко проходили два пальца». Автор этой работы выявил тринадцать подобных случаев, описанных в разных медицинских журналах. Все они могут объясняться слишком плотной, неподатливой девственной плевой.

Однако плева ни при чем в случае гея, который — как поведал Кинси его помощник Уорделл Помрой — намеренно растягивал свою уретру, чтобы вместить пенис любовника.

Даже Мари Бонапарт поддалась этой вагинальной пропаганде. В случае Бонапарт перемена общественного курса совпала с ее собственным карьерным движением. В 1925 году, через год после публикации статьи в Bruxelles-Medical, она познакомилась с Зигмундом Фрейдом и решила стать психоаналитиком. Фрейд не дружил с клиторами. Фрейдистская теория гласит, что взрослые женщины, которые получают сексуальное удовлетворение посредством клитора, застряли в детстве. «Фаллическая» фаза предполагает вступление в половую зрелость, когда женщина воспринимает назначенную ей природой роль пассивной самки. «С переходом к женственности, — писал Фрейд в “Новых вводных лекциях в психоанализ”, — клитор должен полностью или частично перепоручить свою чувствительность и главенствующую роль влагалищу».

Бонапарт пришлось до некоторой степени пойти на попятный в своей теории о местоположении клитора. Поскольку, если, как утверждал Фрейд, благовоспитанные клиторы в период половой зрелости должны передать чувственную функцию влагалищу, женщина теоретически больше не должна нуждаться в клиторе для получения сексуального удовлетворения, так что не важно, где он располагается.

В книге «Женская сексуальность» 1953 года Мари ссылается на свою статью в Bruxelles-Medical говоря, что с тех пор она сталкивалась и с фригидными paraclitoridiennes, и с téleclitoridiennes, без проблем достигающими volupté. (Роберт Лату Дикинсон в своем «Атласе сексуальной анатомии человека» также упоминает, что встречал исключения из «модели Бонапарт».).

Явно обеспокоенная, Бонапарт попыталась добиться лучшего понимания вопроса, опрашивая женщин, чьи клиторы были более чем далеки — они были удалены или присутствовали минимальные остатки. «Разве африканские женщины чаще и лучше “вагинализованы”, чем их европейские сестры?» — недоумевала Мари в «Женской сексуальности ». Фрейд отреагировал на ее интерес. Он рассказал, что в тех культурах, где удаляют клитор, это делается для того, чтобы в дальнейшем женщина могла полностью соответствовать своей природе[31]. Чаще считают, что это способ лишить женщину сексуального удовольствия и желания и удержать ее тем самым от супружеской измены.

В 1941 году, во время германской оккупации Франции, Бонапарт и ее семья были эвакуированы в Египет, и Мари получила возможность поговорить с парой женщин с клитородектомией. Эти женщины не были, по сути дела, полностью «вагинализованы».

Обе они — хотя и говорили, что имеют оргазм от полового акта, — тем не менее стимулировали свои клиторальные шрамы. Возможно, потому (скорее всего), что бóльшая часть этого органа скрыта.

Между нами говоря, Бонапарт необязательно было ехать в Африку, чтобы поговорить с женщинами. В Америке клитородектомия практиковалась с 1860-х до конца века. Эта практика была начата в Лондоне в 1858 году уважаемым акушером-гинекологом по имени Исаак Бейкер Браун. Браун написал книгу, где утверждал, что мастурбация — в смысле у женщин — приводит к истерии, эпилепсии и идиотии. Удаление клитора, утверждал он, только укрепляет здоровье. Зачастую он не сообщал пациенткам, что собирается с ними делать. Когда коллеги Брауна сообразили, чем он занимается, они проголосовали за его исключение из Лондонского акушерского общества, и репутации Брауна быстро пришел конец. К счастью, большинство его пациенток сохранили возможность заниматься мастурбацией тем способом, которым обычно это делали.

В то же время, увы, практика распространилась на Соединенные Штаты, где гинекологи радостно схватились за скальпели, проводя одну новаторскую хирургическую операцию за другой на ничего не подозревающих женщинах, которые выступили в роли гвинейских свиней. Практика эта на самом деле не нова, пишет историк Бен Баркер-Бенфилд. Весьма уважаемый акушер-гинеколог Марион Симс покупал рабынь с вагинальными фистулами[32], чтобы использовать в качестве материала для практической хирургии. Одна бедная женщина перенесла тридцать необоснованных гинекологических операций.

В конце концов Мари Бонапарт сделала вывод, что некоторые женщины просто рождаются с клиторальной ориентацией, а некоторые — с вагинальной, и тут уж ничего не поделаешь. Ни хирургия, ни психоанализ, как выяснилось, не могли исцелить болезнь, которой страдала Мари.

Альфред Кинси продемонстрировал самый здравый подход к загадке вагинального оргазма. Конечно, расположение клитора может иметь значение. И да, одни позы более подходящие, чем другие. Однако самое важное, заключил Кинси, — это степень вовлеченности человека в процесс. Кинси полагал, что способность к эротической реакции женщины, находящейся сверху, — это не просто вопрос «анатомических особенностей». Он настаивал, что «женщина, которая принимает такую позу, уже гораздо более раскрепощена и готова к сексуальной активности». Это она, будучи сверху, контролирует ситуацию, задает ритм движений, определяет их глубину, скорость и направление. «В самых молодых поколениях, — писал Кинси, — появляется все больше женщин, которые уже знают, что их активное участие в соитии может доставить удовольствие не только мужу, но и им самим». Может быть, Мари Бонапарт просто никогда не занималась этим.

Ким Уоллен, который недавно начал интервьюировать женщин по вопросам коитуса и оргазма, обнаружил, что Кинси прав. «Все женщины, которые постоянно испытывают вагинальный оргазм без явной клиторальной стимуляции, говорят: не важно, что делает парень, главное, чтобы он не кончал слишком быстро», — говорит Уоллен в своем письме. Он имеет в виду, что гораздо важнее собственные движения женщины. «По сути дела, иногда даже лучше, когда партнер просто лежит, удерживая вместе женские и свои бедра. Кинообраз яростного отчаянного совокупления не имеет ничего общего с тем, чего хотят эти женщины». «Ну... и да, и нет, — ответила я. — Иногда они хотят именно этого. Позлее, вы знаете... Ближе к концу». Бывали дни, когда, разговаривая с Уолленом, я чувствовала, что он зашел в тупик с темой вагинального оргазма (или ВО, как он это сокращенно называет).

— Если я что и могу сказать наверняка, — пробормотал он, — так это то, что женщины устроены слишком сложно.

Глава 4. Хроники всасывания.

Способствует ли оргазм зачатию и что в этом понимают свиньи?

Осеменители с ног до головы в белом: белые комбинезоны, белые башмаки, и сами они тоже белокожие, ибо дело происходит в конце долгой и темной зимы в Дании. Их зовут Мартин, Мортен и Томас, и до полудня им нужно осеменить двадцать свиноматок. Между осеменителями Эслевгардской фермы существует негласное соревнование — осеменить не больше свиноматок, чем остальные, но лучше. Чтобы получилось больше поросят.

Для победы требуется терпение и умение в такой области, о существовании которой мало кто знает: сексуальное возбуждение у самок свиней. Исследования департамента кормления и размножения Датского национального комитета по производству свинины показали, что сексуальная стимуляция при искусственном осеменении свиноматок приводит к повышению плодовитости на 6%. Это, в свою очередь, привело к разработке при поддержке правительства «Плана стимуляции из пяти пунктов» для крупных свиноферм вкупе с учебным DVD и красочными постерами на стены хлева. У той части датских фермеров, которые занимаются искусственным осеменением сами, — а их большинство — это вызвало некоторые затруднения. Прошли времена «борова на колесах», когда фургон с хряком в кузове и с мужчиной за рулем колесил по просторам Дании, обслуживая свиноматок и неизбежно развозя от фермы к ферме свиные болезни.

Мартин, Мортен и Томас в комнате отдыха едят хлеб с джемом, запивая кофе из узкого стального термоса. С английским у них затруднения, а я совсем не говорю по-датски. Поэтому мы зависим от Анне Марии Хедебоу, исследователя проблем производства свинины, чей коллега Мадс Тор Мадсен и разработал план стимуляции свиноматок. Атмосфера в комнате несколько натянутая. Я назвала Мортена Мартином, а хозяина фермы — «Boss Man», что по-датски звучит оскорбительно. В воздухе висит невысказанный вопрос: «А вы сами не возбуждаетесь, стимулируя свиноматок? И часто ли случается застать молодого работника, трахающего скотину?»[33] Со своей стороны, осеменители, должно быть, удивлялись, за каким чертом я к ним приехала.

Я не смогла внятно объяснить им этого, а вам объясню. Эта глава не о свинском сексе. Она о женском оргазме и о том, служит ли он каким-либо иным целям, кроме наслаждения. То, что в обществе свиноводов принято считать догмой — сокращения матки, вызванные стимуляцией и/или оргазмом, втягивают сперму внутрь и способствуют оплодотворению, — в медицинских кругах сотни лет было предметом живейших споров. И в наши дни вы нечасто услышите о маточном засасывании или, как еще говорят, всасывании маткой. И вот я думаю: может, свиньи знают что-то такое, чего не знаем мы?

Работа по производству свинины — это значит: производить поросят, как можно больше поросят. Эслевгардские свиноматки постоянно курсируют между «служебным» (осеменительным) сараем, загоном грудного вскармливания и загоном отлучения от сосцов, где они лежат, развалившись, бок о бок, сплошная свиномасса, холмы и горы свинины. Мы с Анне Марией стоим в служебном сарае. Здесь свиноматки распиханы по узким клеткам, отделенным друг от друга металлическими перилами. Это все равно что сидеть в универсамовской тележке для покупок, но они, кажется, в прекрасном расположении духа. Все должно происходить с хряком номер 433, бело-коричневого представителя породы дюрок с яйцами размером с боксерскую грушу.

Томас, держа четыреста тридцать третьего за хвост, завел его в длинный загон перед клетками двадцати возбужденных свиноматок. Номер 433 — хряк-приманка. Его присутствие воспламеняет свиноматок, подготавливает к тому, что им предстоит. Это не бесшумное присутствие. Хрюканье сексуально возбужденного хряка — настоящий саундтрек к фильму ужасов: глубокие горловые дьявольские звуки, напоминающие человеческую речь в замедленной записи.

Позже я прокрутила кассету в ускоренном темпе, чтобы послушать, не зазвучит ли речь, — а вдруг мне удастся расшифровать язык свиней? Звуки получились такие, словно кого-то рвет.

Хряк идет вдоль ряда из рыл свиноматок, просунутых сквозь прутья, и о каждое трется собственным. «Знаете, что он делает? — перекрикивает Анне Мария хрюканье и лязг металлических прутьев. — Он их слюнявит». В слюне хряка содержится феромон — вещество, которое возбуждает течную свиноматку для случки. Строго говоря, присутствие хряка необязательно, если купить Сциппи[34] — пластмассового кабанчика с дистанционным управлением, заряженного Boarmate — спреем с синтетическим запахом кабаньего пота. Мне рассказал об этом сотрудник Анне Марии Мадс, напоминающий Хавьера Бардема в датском варианте, если только такое возможно. Мадс, что весьма располагает к нему, имеет вкус к абсурду — наверное, при его работе иначе нельзя. Он вытащил для меня изображение Сциппи на экран своего компьютера. «Видите? Он прелестный, розовый и на колесиках. Очень милый. Еще он пахнет и хрюкает, в него встроен MP3-плеер. — Мадс ссутулился на стуле. — Мы купили одного на пробу, но он не работает, да и фермеры его не хотят». Теперь Сциппи живет в кладовке.

Тайминг у четыреста тридцать третьего выверен, как у политика, — он останавливается ровно на столько, чтобы каждый контакт казался персональным, и нигде не задерживается, чтобы никого не обидеть. Кажется, свиноматок не отвращает то, что нити вязкой слюны свисают с подбородка хряка, как борода Санта-Клауса.

Запах хряка тяжелый, противный. Анне Мария сказала, что, когда она возвращается на самолете с ферм северной Дании, бизнесмены, идя по проходу, часто спрашивают, свободно ли место рядом с ней. Анне Мария молода и красива. «Я отвечаю: свободно, но от меня пахнет. Они думают, что это шутка, и садятся рядом». И потом всю дорогу жалеют.

У Анне Марии короткие волосы, оттенка красного дерева, контрастирующего со стильными зелеными очками. Мы обе тоже в белых комбинезонах и башмаках — чтобы защитить свиней от микробов с нашей одежды, а нашу одежду — от их мерзкого запаха. Целый день после посещения фермы от моей ручки и блокнота исходил весьма ощутимый кабаний дух, а Анне Мария сказала, что ей каждый раз приходится мыть очки. А когда мы пошли обедать, пара, сидевшая рядом с нами, вдруг поднялась и пересела.

Красота и стильность Анне Марии приходят в противоречие со специальностью, которую она выбрала, — особенности практического ИО (искусственного осеменения). Ей доводилось выдаивать эякулят хряка — в количествах впечатляющих, более двухсот миллилитров (чашку); сравните с тремя миллилитрами мужчины — и она это делала собственной рукой. Ибо в отличие от жеребцов и быков[35] хряки не приемлют искусственной вагины (в том числе и потому, что их пенисы, как хвосты, загнуты колечком). Зоотехники — специалисты по искусственному осеменению должны сжимать этот орган рукой — сильно и безостановочно — до самого конца эякуляции: от пяти до пятидесяти минут. «Вы бы видели, какие мощные у них руки!» — вспоминает она мужчин и женщин, которые выдаивают кабанов регулярно.

Анне Марию обучали также пользоваться искусственными вагинами (для быков). Когда бык залезает на искусственную корову — этакую сверхпрочную гладильную доску с мехом, зоотехник, который сидит поблизости, быстро засовывает соответствующий орган в искусственную вагину. Тут важно не отвлекаться. «Наш инструктор заговорил с нами и ослабил внимание, и бык излился на рукав его куртки». К счастью для этого человека и его химчистки, излился всего восемью миллилитрами.

Мартин, Мортен и Томас должны поддерживать двадцать свиноматок в состоянии боевой готовности. Простейший индикатор — их уши; уши должны стоять торчком. Если все нормально, уши устремляются вперед и свиноматка выглядывает из-под них с выражением застенчивой радости. Прошу прощения у любителей маргарина, но на ум приходит девушка с пачки Blue Bonnet. Другой способ — сесть ей на спину; если позволит, значит, готова.

Пункты плана стимуляции имитируют довольно-таки грубые ухаживания хряка. Мартин просовывает руку (хряк же использует рыло) под паховую складку свиноматки, в то место, где ее задние ноги смыкаются с животом, и на дюйм-другой приподнимает ее от земли. Эту процедуру он проделывает четыре раза. Хряки не слишком нежны, и осеменители тоже. Мартин приподнимает свинью и роняет, заставляет подпрыгивать вверх-вниз, словно проверяя амортизаторы.

Потом, подойдя к ней сзади, он ритмично подталкивает снизу розовый мясистый бугор — ее вульву. Опять же, боров делает это своим рылом, а Мартин и Томас — кулаками. Мортен же, через две клетки от них, обрабатывает свиноматку коленом.

— Мортен! — я хочу спросить, не кажется ли ему, что это уж слишком.

Анне Мария наклоняется к самому моему уху.

— Это Мартин.

Мартин дает понять, что поначалу, пожалуй, казалось, но теперь уже нет. Как сказал владелец этой фермы Кай: «Именно так оно и бывает». Однако есть предел тому, что готов сделать фермер во имя увеличения количества поросят. Я спросила Анне Марию, не пробовали ли они стимулировать клитор свиньи.

— Мы думали об этом, но фермеров не заставишь прикоснуться к вульве. — А у свиней, у счастливиц, клитор расположен внутри вагины. — Так что мы решили: давайте пока о клиторе не упоминать.

Однако можно приобрести и специализированный вибратор для свиноматок. «Рефлексатор» создан датской компанией по производству товаров для сельского хозяйства, называемой MS. У Мадса есть один, спрятанный за рядом переплетов на книжной полке, и он достает его по первому же требованию. Последняя модель подверглась изменению — для того, чтобы от фермера не требовалось проникать внутрь свиньи, ибо даже в такой прогрессивной стране, как Дания, фермеры очень консервативны. Теперь специальный крючок позволяет «Рефлексатору» мягко висеть на тубе со спермой; вибрации идут по тубе, так что есть надежда, что (я цитирую Мадса) «больше никто не будет смеяться». Но все равно смеются. Мадс считает, что меньше 1% датских свинофермеров «рефлексируют» свиноматок.

В первоначальном плане стимуляции было не пять пунктов, а шесть, но шестой сочли, как выразилась Анне Мария, «чересчур». В учебном видеофильме — но не на постерах — есть такие кадры: красивый загорелый датчанин, лежа на свиноматке, прижавшись грудью к ее спине и опустив руку ей под брюхо, растирает ее молочные железы и теребит сосок[36]. Крупный план — золотое обручальное кольцо у него на пальце. Словно затем, чтобы уверить зрителя, что между этими двумя ничего неподобающего не произойдет.

Споры, есть ли взаимосвязь между сексуальным наслаждением и зачатием, ведутся с самого начала существования западной медицины. Знаменитый «отец медицины» грек Гиппократ считал, что женский оргазм так же, как и мужской, связан с выбросом семени, только глубоко внутри непостижимых женских недр. Считалось, что соединение мужского и женского семени и вызывает зачатие. Нет оргазма — не будет детей. Потом другой знаменитый грек, Аристотель, обратил внимание на то, что женщина может забеременеть и после интерлюдии без кульминации, то бишь оргазма. Хотя нет никаких письменных свидетельств ни о госпоже Гиппократ, ни о госпоже Аристотель, но я бы поставила несколько драхм на то, что последняя отличалась прекраснодушием.

К счастью для западных женщин, прижилась версия Гиппократа. Еще долго после развенчания понятия женского семени бытовало мнение, что одновременный оргазм увеличивает шанс зачатия. Оно сложилось скорее интуитивно: если для создания новой жизни семяизвержение мужчины необходимо, то, конечно, и женщина должна внести подобную лепту. В самом деле, врачи веками советовали высокопоставленным мужчинам ублажать своих жен. Автор брачного руководства Теодор ван де Вельде цитирует совет императорского врача Габсбургской императрице XVIII века Марии Терезе, которая долго не могла забеременеть: «Я придерживаюсь того мнения, что вульву Вашего Преосвященного Величества в течение некоторого времени перед совокуплением следует слегка возбуждать, щекотать». Очевидно, совет пошел впрок: в конечном итоге она родила шестнадцать детей.

По иронии судьбы (учитывая, что сегодня происходит на свинофермах), именно искусственное осеменение положило конец санкционированному медициной удовольствию. В 1777 году излишне пытливый итальянский ученый Лаццаро Спалланцани «нашел суку средних размеров... запер ее в квартире и унес с собой ключ», чтобы предотвратить оплодотворение более традиционным способом. Через двадцать три дня, когда она явно была в течке, он попытался оплодотворить ее искусственно следующим образом. Молодой кобель той же породы излил на ученого — у него случилось самопроизвольное семяизвержение — девятнадцать гранов семени. Семя было введено шприцем в вагину суки, и она через шестьдесят два дня «принесла трех резвых щенков»[37]. Этот эксперимент вызывает ряд вопросов. Кто позволил Спалланцани на двадцать три дня запереть потерявшуюся собаку в своей квартире? Он и в самом деле думает, что кто-то поверит, будто у кобеля случилась самопроизвольная эякуляция? Однако главное здесь то, что иголка маленького шприца вряд ли доставила суке великое наслаждение, и, таким образом, наслаждение можно считать не связанным — и уж, во всяком случае, не обязательным, — когда речь идет о зачатии.

В 1840 году вопрос о том, помогает ли оргазм зачатию, возник благодаря другой собаке неизвестной породы. Немецкий анатом Хаусманн убил суку в процессе случки и затем — предположительно через пару минут, чтобы дать сбитому с толку кобелю высвободиться, — взял скальпель и вскрыл ее. Хотя самец эякулировал всего минуту назад, семенная жидкость уже достигла матки. Это дало основание предположить, что через репродуктивные пути ее провели не хвосты сперматозоидов, а нечто другое. Наиболее вероятным вариантом он счел сокращения матки. А поскольку такие сокращения — признак оргазма, Хаусманн и предположил, что это своего рода форма собачьего блаженства, которая помогает втянуть сперму через шейку матки в саму матку. В этом есть смысл: оргазм вызывает выделение окситоцина, «гормона счастья», выделяющегося также при кормлении грудью, а окситоцин, как известно, вызывает сокращения матки.

Через пять лет открытие Хаусманна подтвердил второй эксперимент на собаках, в 1853 году — на морских свинках, в 1930 году — на крысах[38], в 1931 году — на кроликах и в 1960 году — на золотистых хомяках[39]. В каждом случае оказалось, что за секунды или максимум минуты сперма продвинулась на расстояние, которое сама по себе преодолевала бы значительно дольше. Но поскольку ни в одном из этих животных не предполагается анатомических реакций, сходных с женскими, эти эксперименты недоказательны в отношении человеческого оплодотворения.

Другой недостаток этих экспериментов в том, что ни один из ученых так и не смог сказать с уверенностью, привел ли к сокращениям матки, втягивающим сперму, оргазм самки или же какие-то другие аспекты процесса спаривания. К примеру, человеческая сперма содержит гормон простагландин, вызывающий мощные сокращения при попадании в женскую матку. (По этой причине врачи, которые лечат женщин от бесплодия, закачивая в матку порции спермы, используют сперму, «очищенную» от семени.).

Вот почему группа бесстрашных иллинойсских ученых в 1939 году пришла тому, чтобы самим сексуально стимулировать кроликов; они хотели взять семенную жидкость. Стимуляция осуществлялась «посредством пальца» — так они писали; этот оборот вызывает в воображении элемент специального лабораторного оборудования или бесплотный перст неизвестного происхождения, а никак не палец ученого из плоти и крови. По счастью, этим кроликам сохранили жизнь, ибо наблюдения велись флюороскопом. До начала стимуляции в вагину крольчихи впрыснули краситель. На экране флюороскопа было видно, как после стимуляции он от двух до пяти минут просачивался в матку.

Лучшее доказательство того, что сексуальный отклик у животных выражается сокращениями матки, дал старый эксперимент с пузырем воды в корове. В 1952 году уже другая группа ученых из Иллинойса ввела большие пальцы резиновых перчаток в матки четырех коров и наполнила их водой. Эти пузыри были соединены с устройством, регистрирующим движения коровьих маток при сжатии. Как и ожидали исследователи, мощные сокращения матки были зафиксированы, когда привели быка, чтобы он «поднялся, копулировал и эякулировал» (процесс, увы, занял менее пяти секунд по хронометру). Более удивительно то, что у всех четырех коров аппарат начал фиксировать маточные сокращения в тот момент, когда бык оказался в поле их зрения.

Что это значит? Значит ли это, что у коровы начинается умеренный оргазм, как только она просто кладет глаз на быка? Можно ли считать эти маточные сокращения оргазмом? И кто может с уверенностью сказать, что самки животных испытывают оргазм? Проверим на свиньях.

Осеменители работают бок о бок. Мортен чуть отстает. Сейчас он вводит трубку с семенной жидкостью в свинью, которой занимается. На лице у него сосредоточенность и смутное беспокойство — как у моего мужа, когда он просовывает проволоку в слив ванны. Убеждается, что вставил правильно, и поднимает пакетик с семенной жидкостью — как в капельнице. Потом вскарабкивается свинье на спину, дабы она приняла его вес за тяжесть хряка, и слегка подпрыгивает, имитируя его движения. Теперь на спинах у свиней сидят все трое. Это зрелище напоминает старинную карусель, где каждый, а не только тот, кто опоздал сесть на другое животное, вынужден кататься на свинье.

Пакетики с семенем опорожняются один за другим. Это происходит резко, рывком, иногда за несколько секунд, а иногда за несколько минут. Ключ ко всему — терпение. Со свиноматками нельзя спешить. (По этой причине в зоне осеменения нет часов.) Считается, что Томас имеет к свиньям особый подход. Он никогда не говорит здесь по мобильному, что иногда позволяет себе Кай. Он башмаками теребит сосцы свиней, а руками растирает им шеи и чешет за ушами, хотя это и не предписывается постером.

Мы с Анне Марией наблюдаем, как томасова свиноматка втягивает в себя содержимое пакетика с семенной жидкостью. Это происходит так стремительно, что ожидаешь услышать всасывающий звук, какой издает соломинка, когда молочный коктейль допит. Свиноматка выглядит спокойной и довольной, нет никаких признаков того, что она пребывает в неистово-экстатическом состоянии. Я спрашиваю Анне Марию, испытывает ли эта свинья оргазм.

— Этого мы не знаем, — отвечает она. — И хотите честно? Нам нет дела до того, испытывает ли она оргазм. Мы просто знаем, что такие сокращения улучшают проходимость семени и увеличивают плодовитость. — Должно быть, на лице у меня отразилась досада, потому что она спешит добавить: — Лично я думаю, для нее это было бы хорошо. Но это не влияет на экономику производства свинины».

Я внимательно слежу за свиноматкой Мартина, желая увидеть выражение ее рыла в момент, когда она втягивает семя. Не вижу никаких изменений. Анне Мария предостерегает от неверных предположений — говорит, что, когда свиньям очень больно, на их рылах ничего не отражается, так что, вероятно, не отражается и сильное наслаждение; или же мы не умеем его распознать. Человеческие лица и морды животных устроены совершенно по-разному. У нас рот и нижняя часть лица более подвижна и выразительна, чем у животных. А животные выражают свои эмоции скорее верхней частью головы, в частности, ушами.

В очень немногих научных работах рассматривается непосредственно вопрос оргазма у животных, ибо большинство исследователей, подобно Анне Марии, не видят в этом смысла. Однако нашелся один дипломник, который увидел; назовем его Карл Кендалл. В своей магистерской работе «Оргазм у самок приматов» Кендалл рассказывает, что он «стимулировал рукой окружающую клитор зону и вагину у нескольких взрослых, подросших и молодых самок шимпанзе». Что вышло? Оргазм. Почему он так решил? Почувствовал. «В процессе интравагинальной стимуляции[40] пальпировались сокращения перивагинальной мускулатуры по 0,8 секунды с интервалом в одну секунду. Среднее число пальцевых толчков (приблизительная скорость один-два в секунду), произведенных перед началом сокращений, — двадцать и три десятых». Что означает: обезьяны оргазмировали уже через десять-пятнадцать секунд движений пальцем. Казалось бы, быстро; но все же недостаточно быстро: самец шимпанзе эякулирует после пяти-семи секунд. Что означает, вероятно, что Кендалл доставил им редкостное наслаждение. К концу абзаца наукообразность несколько выветривается: «В одном случае... самка схватила руку экспериментатора и попыталась засунуть глубже в вагину».

Кендалл пишет, что его коллеге-женщине, наблюдавшей за одной из «экспериментальных сессий», не верилось, что обезьяна испытывает оргазм, ибо на физиономии животного не отражалось никакого наслаждения, даже когда он «пальпировал интенсивные вагинальные сокращения».

Вот и ответ. Самки животных могут испытывать оргазм при самой незначительной стимуляции, но это никак не отражается на их мордах.

Однако иногда отражается. Эндокринолог Д. А. Голдфут изучал короткохвостых макак, разновидность приматов, у самок которых иногда наблюдали такое же «лицо во время эякуляции» с округленным ртом, какое бывает у самцов. (Статья сопровождается фотографией; на ней — особь, выдувающая колечки дыма.) Интересно, что такое лицо чаще наблюдается у самок, взобравшихся на другую самку и совершающих фрикции.

Чтобы убедиться, что это выражение лица короткохвостых соотносится с оргазмоподобными сокращениями, а не просто является имитацией поведения самца, Голдфут поместил в матку особо ретивой «наездницы» датчик и пустил ее в загон к пяти другим самкам. В исследовании приведен график интенсивности сокращений матки у этой обезьяны. Те девять секунд, что ее «лицо во время эякуляции», на графике отмечены огромной высоты пиком.

Дополнительные свидетельства блаженства самки с самкой в животном мире предоставляет Альфред Кинси. Корова, взгромоздившись на другую корову, пишет он в статье «Сексуальное поведение человеческой самки», иногда «после серии фрикций на пике совершает резкое движение вперед... затем откидывается назад и застывает, словно испытывая оргазм»[41]. Источник данных по коровам для Кинси — наш старый друг доктор Шадл (Shadle), в то время лектор университета, к полному восторгу, в Буффало.

Хотя люди нередко бывают свиньями, свиньи — далеко не люди. Желая узнать, как сперма проходит в матку женщины и имеет ли к этому отношение оргазм, следует изучать скорее женщину, чем свинью и обезьяну. Каковое соображение не осталось без внимания гинекологов прошлого, и они делали что могли в этом направлении, пусть и не всегда удачно. Врач XIX века по имени Джозеф Бек писал в своей статье 1874 года «Как сперматозоиды проникают в матку?», что пытливым медицинским умам случалось делать вскрытие женщин, скоропостижно скончавшихся во время секса. Бек не пишет, отчего скончались эти женщины, но давайте считать — или во всяком случае надеяться, — что они умерли от сердечного приступа или от удара, вызванного мощным оргазмом, а не от удара по затылку чрезмерно любознательным ученым. Так же, как у хомяков, собак и крыс, оказалось, что сперма уже прошла в женскую матку.

Бек считал, что во время оргазма происходит своего рода всасывание маткой спермы и что это и двигает сперму к яйцеклетке. Единственный способ убедиться в этом, писал он, это понаблюдать за шейкой матки «в момент сексуального оргазма». Что он и сделал. Ему помогала тридцатидвухлетняя блондинка с выпадением матки (а также, добавляет Бек несколько невпопад, со стойким запором и угревой сыпью). Иными словами, у этой женщины шейка матки — ворота в матку — была на виду, прямо при входе во влагалище. Удобно, что эта женщина была такая «страстная по натуре», что сама предостерегла Бека, мол, поосторожнее при осмотре. Ибо она «весьма склонна... испытывать оргазм даже от легкого прикосновения пальца».

Бек обратил себе на пользу столь исключительное стечение обстоятельств. «Осторожно раздвинув ей губы левой рукой, так что шейка матки стала ясно видна в солнечном свете, я быстро три-четыре раза провел указательным пальцем правой руки между шейкой матки и лонной дугой, и почти сразу наступил оргазм, и вот что предстало моему взору... Внезапно, когда возбуждение достигло апогея, шейка матки открылась на целый дюйм, насколько я могу судить на глаз, и пять-шесть раз, будто бы судорожно вздохнула...» Подкрепляя теорию всасывания, Бек указывает, что шейка матки напомнила ему отвислую верхнюю губу и круглый рот пресноводной рыбы под названием прилипало.

Бек убедил себя, что «прохождение спермы в матку объяснено удовлетворительно, полностью и во всех отношениях, что не вызывает ни тени сомнения». При случае он цитирует своего знаменитого коллегу, гинеколога Мэриона Симса. Симс представлял себе шейку матки как «грелку из индийской резины», слегка сжавшуюся, чтобы вытолкнуть порцию своего содержимого, перед тем как подставить рот жидкости». «Только прислушайтесь! — восклицает тут Бек и добавляет, демонстрируя впечатляющий образчик профессиональной лести: — Воистину слова бессильны, чтобы выразить мое восхищение точностью его образов».

Коллеги Бека продолжают подтверждать его теорию, причем каждый из них припоминает свой вариант легко возбудимой блондинки с выпадением матки. То ли женщины изменились с начала 1900-х, то ли процедура осмотра гинекологом. Вот послушайте: некий доктор Верних пишет о пациентках, которые возбуждались «просто при виде... предварительных приготовлений к осмотру». И далее Верних передает рассказ своего коллеги доктора Лицмана: «Я сам недавно имел случай наблюдать, осматривая молодую и очень возбудимую женщину, как матка вдруг приняла вертикальное положение и опустилась в полость таза; как шейка матки... округлилась, размягчилась, легко впустив палец врача, и как при этом пациентка достигла высокой степени сексуального возбуждения, выражавшегося в учащенном дыхании и дрожании голоса».

Затем доктор Тэлми[42], который в номере New York Medical Journal за 1917 год рассказал о пациентке, которая во время осмотра вдруг села, воскликнула «Доктор, что вы делаете?», оглядела врача «с ног до головы», улыбнулась, сказала «Ну ладно» и снова легла. Как она объяснила позже, при осмотре она «испытала оргазм, такой же, как при любовном акте, и потому решила, что ее насилуют».

Я рассказала об этих мужских открытиях своему гинекологу Минди Голдман, ассоциированному профессору клиники акушерства и гинекологии Университета Калифорнии в Сан-Франциско. «Интересно...» — ответила Голдман по электронной почте, добавив, что за тринадцать лет ни разу не встречала женщину, которая бы таким образом реагировала на осмотр. Шейка матки, заметила она, достаточно нечувствительна к прикосновениям — настолько, что биопсию часто берут без анестезии. Согласно небольшому исследованию Альфреда Кинси, когда в шейку матки проникают палочкой для чистки ушей или металлическим зондом, 95% женщин этого даже не чувствуют.

Со своей стороны, Мастерс и Джонсон — решительные противники идеи всасывания. В своей работе «Сексуальные реакции человека» они обращают внимание на то, что сокращения матки при оргазме «имеют выталкивающий, а не всасывающий характер». Они начинаются с дальнего конца матки и идут к шейке, точно так же, как когда помогают выйти плоду или плаценте. Занимаясь изучением мастурбации как средства самолечения менструальных спазмов и болей в спине, ученые получили график этих выталкивающих сокращений. Пятьдесят менструирующих женщин мастурбировали с широко открытым гинекологическим зеркалом, что обеспечивало исследователям беспрепятственное наблюдение шейки матки. «В финальной стадии оргазма... было видно, как менструальная жидкость хлынула из шейки матки [открывшейся] под давлением. Во многих случаях давление было столь сильным, что первые порции менструальной жидкости буквально вылетали из вагины, даже не касаясь края зеркала». Надеюсь, на ученых были лабораторные очки.

Критики этой работы указывали на то, что маточные сокращения — малая перистальтическая версия тех, что происходят все время, не только во время оргазма, — меняют направление в процессе менструального цикла женщины. Ближе к моменту овуляции, когда женщина наиболее способна к зачатию, они направлены внутрь матки, во время менструации — наружу. Репродуктивная система умнее, чем мы думаем, и чрезвычайно целенаправленна. Гормоны не только задают направление маточных сокращений, они расширяют фаллопиеву трубу, в которой содержится яйцеклетка, чтобы туда попало больше семенной жидкости. Они даже управляют количеством и вязкостью спермы при ее выбросе. В период овуляции смазка шейки матки становится более обильной и приобретает тягучую консистенцию яичного белка, обеспечивая сперме нечто вроде веревочной лестницы в матку.

В следующем эксперименте Мастерс и Джонсон снабдили эскадрон мастурбирующих женщин, числом шесть, цервикальными колпачками, наполненными веществом, похожим на сперму — той же вязкости и плотности. Вещество было контрастное — то есть проявлялось в рентгеновских лучах. И если действительно во время оргазма матка его всосет, ученые смогут это документировать. Рентгеновские лучи включали во время оргазма и еще раз — через десять минут после оргазма. В итоге не обнаружилось никаких доказательств даже «слабого всасывающего эффекта». Опять-таки и у этой работы нашлись критики. Они говорили, что колпачок сделал всасывание невозможным.

Мастерс и Джонсон имели и другие причины сомневаться. Их киносъемки, сделанные дома, не показали ничего подобного вдыхающей, всасывающей или по-рыбьи открывшей рот шейке матки. Зато обнаружился странный побочный продукт поздней стадии возбуждения под названием «вагинальный тент», когда шейка матки начинает отодвигаться от стенки вагины, образуя пространство — или «семенной резервуар» — наподобие свода циркового шатра. По одной теории, такой тент возникает для повышения шансов зачатия. Создается карман, чтобы удерживать сперму в верхнем конце вагины, препятствуя тому, что одна группа исследователей назвала — словно они экономисты, а не сексологи — «потерями обратного оттока». Разумеется, если женщина не лежит на спине, резервуар опрокинется. Но Мастерс и Джонсон обратили внимание на то, что в этом случае шейка матки оттянута и не контактирует со спермой. А если шейка матки не контактирует со спермой, то вряд ли важно, совершает она всасывающие движения или нет. Соломинка даже не находится в напитке.

И возможно, если цель — зачатие, то и не надо. Секс-психолог Рой Левин указывает, что сперма прямо из пениса не готова оплодотворить яйцеклетку. Сперматозоидам нужно время, чтобы дозреть. Если все сперматозоиды будут немедленно втянуты в матку, яйцеклетке достанутся пустышки. «Исходя из этого, можно утверждать, — пишет Левин, — что оргазм, вызванный коитусом, несовместим с репродуктивными задачами».

Пора послушать современных экспертов по проблемам зачатия и оплодотворения. Что они могут сказать об оргазме и перемещении спермы? Американское общество репродуктивной медицины предлагает мнение на эту тему адъюнкт-профессора акушерства и гинекологии Университета Калифорнии, Сан-Франциско. «В течение последних тридцати лет я занимался проблемами бесплодия, — говорит Боб Нахтигелл. — И ни один мой пациент меня об этом не спрашивал».

А если бы спросил?

— Поскольку оргазм вызывает сокращения матки, можно согласиться, что потенциально он может быть полезен для транспортировки спермы.

— Можно, но вы не станете?

Он вздыхает.

— Ну, вы же знаете, как оно в науке. Думаешь, что знаешь много, пока не начинаешь задаваться базовыми вопросами — и тогда понимаешь, что не знаешь ничего. Я много знаю об искусственном оплодотворении, но понятия не имею, как ответить на ваш очень простой вопрос.

Так почему же никто не предпринял сравнительного исследования процента зачатий у женщин вследствие секса с оргазмом и без? «Потому что это не так просто, — отвечает Нахтигелл. — Надо произвести анализ спермы у каждого мужчины. Нужны физиологические доказательства того, был у женщины оргазм или не было. А поскольку мы знаем, что забеременеть можно и без оргазма, требуется опросить очень большое количество испытуемых, чтобы утверждать, что это не случайное попадание».

Существует, вероятно, и другая причина отсутствия такого сравнительного исследования. «К тому моменту, когда пара обращается к врачу — специалисту по бесплодию, — говорит Нахтигелл, — их сексуальная жизнь — это череда попыток. Близость, удовольствие, момент снятия стресса — все это осталось и далеком прошлом. Теперь это работа. Я ни в коем случае не хочу включать оргазм в стратегический план лечения бесплодия. Стоит только намекнуть на “Дорогая, если бы у тебя было больше оргазмов...”». Нахтигелл говорит, что бесплодие часто воспринимается как повод поставить под вопрос сексуальную идентичность партнера. «Смысл ведь всегда такой: “Ты все делаешь неправильно”. Пары этого просто терпеть не могут. Это очень болезненная тема»[43].

Во времена доктора Бека, да и Мастерса с Джонсоном, такой штуки, как магнитно-резонансное исследование, еще не было, а применение ультразвука в медицине только начиналось. И я задалась вопросом, помогают ли современные высокие технологии пролить свет на таинственный процесс зачатия — или хотя бы на что-нибудь, имеющее отношение к сексу. И если да, то как убедить человека заняться сексом перед лицом ультразвукового оператора или внутри магнитно-резонансной трубы.

Глава 5. Что там происходит?

Снимаем коитус изнутри.

Односпальная кровать, хотя лягут в нее двое. Кровать больничная, но пособлазнительнее обычных. Простыня гладкая и хрустящая, одеяло откинуто приглашающее, уголком. Два комплекта полотенец и больничные халаты аккуратно сложены в ногах. Все это очень похоже на последнюю трапезу приговоренного: слабые потуги на нормальность и приличия того, что в высшей степени ненормально и, по мнению многих, глубоко неприлично.

Впервые в истории — за закрытыми дверями отделения диагностики Лондонской кардиологической больницы — ученый пытается запечатлеть трехмерное движущееся ультразвуковое изображение (или четырехмерное (4D), если четвертым измерением считать время) человеческих гениталий в процессе соития. Джинг Денг, старший преподаватель медицинской физики Юниверсити колледжа при Лондонской медицинской школе, сделал себе имя на изобретении новой техники наблюдения анатомических структур в движении. На его веб-сайте есть потрясающее четырехмерное ультразвуковое изображение, к примеру, бьющегося сердца. Такого рода изображения позволяют хирургам предварительно изучить орган, который им предстоит оперировать, в движении и с разных ракурсов. Позволяют точно увидеть, в чем проблема и как лучше к ней подойти, перед тем как взять в руки скальпель. Статья Денга о получении изображения мускулатуры в процессе сморщивания губ, чтобы помочь пластическому хирургу выработать стратегию предстоящей операции на расщепленном нёбе, вышла в журнале Lancet — своего рода New Yorker среди медицинских журналов.

В последней своей работе Денг заснял четырехмерный «эрегированный пенис». Относительно изображений гениталий есть надежда, что высокие технологии сделают диагностику точнее и предоставят более детальные изображения для операций по поводу сосудистых или анатомических аномалий, таких как болезнь Пейрони, где рубец с одной стороны пениса становится причиной его искривления и болезненности во время эрекции.

Денг — первый, кто сделал движущиеся изображения внутренней сексуальной анатомии, но не первый, кто использовал ультразвук для изучения секса. В 2007 году группа французских ученых исследовала изображение клитора, когда женщина сжимала определенную мышцу в тазовой области (levator ani). Они заметили, что эти сокращения, которые, как считалось, начинаются рефлекторно в момент проникновения, притягивают клитор ближе к передней стенке вагины. «Это объясняет особую чувствительность точки G и ее роль в оргазме», — писала группа ученых. А без ультразвука об этом никто и не узнал бы.

В статье о пенисе Денг упомянул о том, что, возможно, сделает ультразвуковую съемку человеческого коитуса в режиме реального времени. Хотя первые несколько сканов будут лишь проверкой методики, станет понятно, добавят ли они что-то новое к знаниям о коитальной биомеханике. Донг рассматривает скан как потенциально полезный инструмент диагностики — например, при выяснении причин диспареунии (болезненных ощущений при сношении).

Я послала доктору Денгу мейл с просьбой разрешить мне приехать в Лондон и увидеть первый скан. Он ответил незамедлительно.

Дорогая мисс Роуч, благодарю вас за интерес к нашим исследованиям. Добро пожаловать в Лондон, я охотно побеседую с вами... Однако сделать новый скан очень трудно, в основном по причине невозможности найти подопытных добровольцев. Если ваша организация сможет уговорить какую-нибудь бесстрашную пару (или несколько пар) на это интимное (но не инвазивное) исследование, буду рад организовать и провести его.

Моя организация стала думать. Какую пару можно на это уговорить? А если говорить прямо, то кто захочет платить три-четыре тысячи долларов за перелет пары до Лондона и проживание в хорошей гостинице? Моя организация затруднилась ответить. Я позвонила мужу.

— Помнишь, ты говорил, что уже двадцать пять лет не был в Европе?

Эд насторожился. Совсем недавно мягкость натуры в сочетании с трогательным и безрассудным желанием помочь жене в ее работе привели его на семинар по взаимоотношениям Марса и Венеры, где пришлось рассказывать незнакомым людям о своих «любовных потребностях».

Я ринулась вперед.

— Что если я предложу тебе бесплатное путешествие в Лондон?

Эд благоразумно заметил, что хотел бы знать, в чем здесь ловушка.

Я стала читать ему памятку, присланную доктором Дентом. «Динамическое трехмерное ультразвуковое обследованиеэто неинвазивная безопасная техника, которая используется для клинических исследований жизнедеятельности ребенка в чреве матери. Мы изучаем возможности применения этой техники для получения новой информации о работе разных частей тела в процессе разнообразной деятельности...».

Эд поинтересовался, каких именно «разных частей тела». Я стала судорожно искать в информационном листе. Ну вот, например, этот абзац: «Для сканирования полового члена волонтера просят лечь на кровать лицом вниз и поместить пенис через отверстие в кровати в искусственную вагину. Эта “вагина” сделана из (безопасного) крахмального желе».

— Э-э, давай посмотрим, — сказала я. — «Волонтеров попросят поместить части тела, представляющие интерес...» Значит, это в основном части тела, представляющие интерес. Мы можем съездить на денек в Стоунхендж, посмотреть пару спектаклей. В одном играет Джереми Айронс, у него там длинная борода.

Эд не стремился ни в Стоунхендж, ни на Джереми Айронса. Но тем не менее согласился.

Задача простая и достойная: получение новой информации о работе разных частей тела в процессе разнообразной деятельности. В случае деятельности, известной как совокупление полов, такие попытки начались пять веков назад. В 1493 году художник, изобретатель и анатом Леонардо да Винчи сделал серию рисунков соединившихся нижних половин тела мужчины и женщины. Известные под названием «совокупляющиеся фигуры», эти поперечные разрезы, считалось, показывают взаимное расположение репродуктивных органов во время полового акта[44].

Леонардо[45] изучал анатомию на трупах. Когда я наткнулась на его совокупляющиеся фигуры, я подумала — ошибочно, вы бы возможно сказали даже, нелепо, — что Леонардо удалось уложить два трупа в миссионерскую позу, а потом рассечь по всей длине. Это предположение не так уж и притянуто за уши; анатом говорил об иссеченных трупах убийц, казненных через повешение (анатомировать позволялось только такие трупы), у которых часто в силу повешения, как писал Леонардо, «член был твердый».

Но совокупляющиеся фигуры рисовались не с трупов. В журнальной статье, прямо озаглавленной «О рисунках совокупляющихся фигур Леонардо да Винчи», южноафриканский анатом А. Г. Моррис указывает, что период препарирования трупов у Леонардо начался лет через двадцать после того, как были сделаны эти рисунки. Леонардо работал, основываясь на древних греческих и арабских медицинских текстах, весьма причудливых с анатомической точки зрения. Если бы он работал с анатомированными поясничными отделами трупов, он, вероятно, изобразил бы яичники и простату. И не стал бы рисовать трубку, соединяющую женскую грудь с маткой, что отражало средневековые представления о том, что грудное молоко получается из преобразованной менструальной крови (брр!). Неудивительно, что механика полового акта тоже изображена неверно. Пенис на некоторых рисунках Леонардо заталкивается прямо в шейку матки, которая раскрывается, подобно Пэкмену, чтобы принять его.

Еще один художник-ученый, направивший свои разнородные таланты на изучение секса, — гинеколог Роберт Лату Дикинсон. С 1890-х по 1930-е годы Дикинсон собирал материалы для своего эклектичного и шокирующего «Атласа половой анатомии человека». Вот он трупы использовал — готовые препараты, не целые тела, — но не по прямому назначению, а для того, чтобы, как он формулировал это, показать «...выраженный контраст между живым и мертвым. ...После смерти матка опускается, мошонка обвисает, анус широко открыт». Всегда, когда было возможно, Дикинсон собирал данные у живых. Он делал снимки матки в рентгеновских лучах и через несколько лет создал сто два гипсовых образца девственных плев, вульв и вагин всевозможных форм и во всех возможных состояниях[46].

Когда листаешь книги Дикинсона, кажется, что не было такого обследования или требования, которые смутили бы этого человека. Например: «Ничего, если я введу эту контрольную трубку в вашу вагину?» И контрольная трубка вводится несколько раз, под разными углами, исследуя на удивление разнообразный рельеф женской вагины. На рисунке 57 его «Атласа» мы видим три контура один внутри другого — как на эмблеме Человеческого общества (американской организации по защите животных. — Прим. ред.), где силуэт птицы заключен в силуэт кошки, а тот, в свою очередь, в силуэт собаки. Но вместо животных — «долгая постменопауза» внутри «девственности» внутри «периода мощных и разнообразных соитий». Последний — величиной с варежку взрослого человека.

Эта контрольная трубка также стала для Дикинсона способом решения проблемы, как зарисовать гениталии в ходе полового акта. Он предполагал, что стеклянная трубка будет придерживаться траектории пенисов, которые ей предшествовали. Таким образом, он сможет сказать, под каким углом к различным репродуктивным органам женщины идет пенис, и, включая свет в трубке и увеличивая ее длину, увидит, куда попадает ее кончик в процессе секса. Рисунок 91 показывает разрез вагины с трубкой внутри со словами «Контрольная трубка (дюйм и три четверти) демонстрирует движения пениса», написанными на ее стенке, как девиз на какой-нибудь линейке в магазине металлических изделий.

Дикинсон стремился опровергнуть утверждение, что в процессе секса мужской пенис движется прямо в шейку матки и что они сцепляются, как нарисовано у Леонардо. Среди его бумаг — рукопись статьи Марии Кармайкл Стоупс 1931 года, озаглавленной «Коитальное сцепление». Стоупс, известная как основательница первой в Англии клиники планирования семьи, явно занялась не своим делом[47]. У нее не было степени доктора медицины. Ее учили палеоботанике, а не анатомии. Тем не менее Стоупс заявляла, что наблюдала сорок восемь случаев, когда шейка матки широко открывалась и затем «смыкалась вокруг головки полового члена в результате напряжения от сексуального возбуждения». Первый случай, пишет она, это «непосредственное наблюдение за собой». Это ее утверждение, пользуясь ее терминологией, было осмеяно гинекологами, включая и Дикинсона, который исчертил восклицательными знаками поля ее статьи. И все же нельзя не восхититься женщиной, которая в двадцатые годы прошлого века во имя науки мастурбировала с гинекологическим зеркалом в соответствующем месте и с обыкновенным — между ног.

Дикинсон, имея в своем распоряжении контрольную подзорную трубу, обнаружил, что сцепление или по крайней мере его предвестник — контакт головки пениса и шейки матки — гораздо более редкое явление, чем предполагала Стоупс. Оно встречается у женщин с необычным расположением шейки матки или в позе «колени-грудь»[48].

Открытие Дикинсона наделало шуму в сфере изучения процесса зачатия. В то время многие врачи проповедовали, что если паре не удается достигнуть качественного сцепления, то результатом будет бесплодие. Теперь им пришлось искать другие обстоятельства, на которые можно было бы возложить вину. Создатели методик раннего контроля над рождаемостью тоже не проявили энтузиазма. Стоупс провозгласила, что поскольку пенис проникает в шейку матки и, таким образом, доставляет свой заряд прямо в матку, то наличие во влагалище противозачаточных средств, разрушающих сперматозоиды, вообще бесполезно. Это неверно. (Эффект от них хотя и ограниченный, но все же есть.).

Если бы шейка матки действительно открывалась и затем сжималась вокруг головки пениса, это причиняло бы много беспокойства всем, кто пользуется презервативами. В самом деле, Стоупс цитирует письмо к издателям British Medical Journal в котором доктор Морис Джей рассказывает, как к нему на прием пришла женщина, попавшая в невиданное и опасное положение. Она объяснила, что в ходе соития нечто внутри нее схватило и оторвало кусок мужнина презерватива и зажало так сильно, что она не смогла его высвободить. Осмотрев женщину, доктор Джей определил, что мертвая хватка исходила от ее собственной шейки матки. В этом письме Джей пишет, что два дюйма презерватива «были крепко зажаты шейкой матки», добавив, что «потребовалось некоторое усилие, чтобы их вытащить».

Письмо, опубликованное на следующей неделе, ставило под сомнение заключение доктора Джея. Загадочным захватчиком презерватива был объявлен мышечный спазм. Либо доктору Джею стоило освежить свои знания по гинекологии, либо у женщины действительно была чрезмерно цепкая шейка матки. Мое мнение — и вы уже сталкивались с ним много раз на этих страницах — анатомия и сексуальные реакции женщин не менее разнообразны и предсказуемы, чем погода.

Прошло восемьдесят лет, прежде чем Дикинсонову трубку, снимавшую коитус, вспомнили и стали развивать эту идею. В 1991 году голландский физиолог Пек ван Андель рассматривал магнитно-резонансное изображение рта и горла профессиональной певицы, когда она выпевала «а-а-а» внутри магнитно-резонансной трубы, столкнувшись, вероятно, с самой плохой акустикой в своей карьере. Снимок, как говорил ван Андель, вызывал в памяти Леонардовы совокупляющиеся фигуры, и он подумал, а не попробовать ли «получить таким же образом изображение человеческого коитуса».

Ван Андель собрал группу, в которую вошли гинеколог Виллиброрд Веймар Шульц, рентгенолог Эдвард Муйарт и бизнес-антрополог[49] Ида Сабелис. Антропологическая роль доктора Сабелис в отчете никак не пояснялась, однако, как видно из ее рассказа о проекте, в том, что она даром ела свой хлеб, ее не обвинишь.

Осенью 1991 года Пек позвонил моему партнеру Джаппу. Он замыслил нечто особенное — визуализировать с помощью современной электроники, что происходит, когда мужчина и женщина занимаются любовью... Пек решил, что это — задача для нас, потому что мы стройные и в прошлом занимались акробатикой...

После нескольких переносов эксперимент был назначен на 24 октября. Я волновалась. Вот сейчас это случится. Что скажут коллеги? Соседи, друзья, семья?.. И как все будет в этой стерильной белой трубе?.. И что делать, если кто-то из нас в этой штуке не сможет возбудиться?

Виллиброрд ждет нас в холле. ...Эдвард настраивает аппарат. Окошечко между магнитно-резонансной трубой и панелью управления закрыто голубыми створками. С чего же начать? Опять, как в первую беседу с Виллибрордом, с разговора о погоде? Пек... рассказывает о статье, которую он хочет написать. ...Еще одна чашка кофе, и я говорю: «Джапп, давай попробуем...».

Мы раздеваемся, ложимся на выкатную кровать, и Эдвард вдвигает нас в трубу. Мы лежим на боку лицом друг к другу. Места мало, выкручиваемся как можем. ...Есть первые снимки. «Теперь полежите тихо и задержите дыхание, пока я буду снимать!» ...Мы заходимся смехом, потому что... если задержать дыхание на несколько секунд, эрекция стрелой идет вниз...

В трубе становится тепло; это приятно, и нам раз за разом удается насладиться друг другом привычным способом. Когда микрофон возвещает, что мы можем кончать, — если получится, — мы разражаемся бурным хохотом и через несколько секунд достигаем цели. ...Хихикая, еще некоторое время лежим, остывая, потом заявляем, что хотим наружу, и вылетаем, как булочки из печи.

Все ликуют: получилось! Мы быстро одеваемся, чтобы посмотреть снимки в соседней комнате. Разумеется, некоторые смазаны — оттого, что мы двигались. Но есть картинки просто удивительной красоты — вот мы какие! Это, конечно, не фото на паспорт для ежедневного пользования, но все же снимок показывает так много, что у меня нет слов. Вот моя матка, а вот здесь, ясное дело, Джапп — именно там, где я его обычно ощущаю: под шейкой матки. Дня два после этого я чувствую своего рода гордость: мы попробовали и попытка удалась!

Все это чуть не сорвалось. Из-за отсутствия финансирования группа сначала вынуждена была пользоваться магнитно-резонансным аппаратом, принадлежавшим местной больнице при университете Гронингена. Это была старая модель — от пары требовалось почти минуту лежать совершенно неподвижно, а когда люди заняты этим делом, минута растягивается в вечность. Все мужчины, кроме одного, потеряли эрекцию. Только Иде с Джаппом удалось «адекватно изобразить коитус» в магнитно-резонансной трубе высотой всего двадцать дюймов. Шульц считает, что успехом они обязаны тем, что когда-то были уличными акробатами-любителями: они привыкли к сценическому волнению и физическому напряжению.

В конце концов группа получила разрешение работать в куда лучше оснащенной клинике, чей магнитный резонатор требовал всего двенадцати секунд неподвижности. Увы, примерно в это же время какой-то голландский таблоид пронюхал об этом проекте. Газета состряпала душераздирающую историю, цитируя пациентов, которые якобы в состоянии, представляющем угрозу для жизни, вынуждены были ждать очереди на магнитно-резонансное исследование, потому что аппарат оккупировали отвратительные сексологи. Вскоре после этого пришло письмо от директора клиники, отменившего свое разрешение.

Тем временем в местной больничке Шульца появился магнитный резонатор с меньшим временем экспозиции, и группа перенесла операционную базу назад в Гронинген. Но даже при том, что время выдержки уменьшилось втрое, мужская эрекция не выдерживала. Еще шесть лет проект пролежал на полке, пока на сцену не появился «божий дар», как выразился Шульц, — «виагра». Наконец, в 1998 году еще две пары, как первопроходцы Ида и Джапп, вступили в клуб «Высота двадцать дюймов», и в престижном British Medical Journal команда опубликовала статью об этой работе[50].

Чем же обязано человечество Иде и Джаппу, если не считать интригующей связи между уличной акробатикой и эректильной функцией? Человечество выиграло право на погрешность в отношении параметра, которым оно склонно хвастаться, — а именно длина пениса. До магнитно-резонансного исследования Шульца мало кто отдавал себе отчет в том, какая часть пениса прячется под поверхностью кожи. «Корень» чуть ли не в два раза длиннее «свободной части». Так что если ваша эрекция измеряется, скажем, шестью дюймами, смело говорите, что десять. Я поддержу.

По меньшей мере эта работа положила конец сентиментальной чуши насчет сцепления пениса с шейкой матки. Кроме того, мы узнали, что пенис — корень и стебель вместе — во время совокупления «имеет форму бумеранга» (Леонардо изображал его прямым, как палка). Форму, но не траекторию. Если вырвать пенис с корнем и швырнуть в воздух, он в вас не вернется. Скорее он больше не захочет иметь с вами дела — и кто его упрекнет?

Но о самом ошеломляющем на сегодняшний день открытии в области секса, сделанном благодаря сканированию гениталий в режиме реального времени, читаем в Journal of Ultrasound in Medicine, который опубликовал письмо в редакцию Исраэля Мейцнера под названием «Сонографическое наблюдение внутриутробной “мастурбации”». Письмо Мейцнера иллюстрируют два снимка, в подробностях показывающие семимесячный плод. На первом — крохотная ручонка, изготовившаяся к действию. На второй — через секунду — ручонка «обхватывает пенис движением, напоминающим мастурбацию». Это продолжается минут пятнадцать, в течение которых Мейцнер стоит в полном обалдении, но не документирует внутриутробный оргазм плода[51].

К счастью, отделение ультразвуковой диагностики не скоро закрывалось. Покуда сканировали последних записанных на этот день пациентов, мы с Эдом получили получасовую отсрочку. Мы бродили по коридору и в конце его обнаружили дверь с надписью «Зона отдыха». «Ого!» — сказал Эд. За дверью мы нашли кафе и заказали чай. Эд смотрел на носки собственных ботинок. Он волновался по поводу своей способности, как выразился Шульц, «исполнить адекватно». Впрочем, он принял «божий дар», так что все будет хорошо.

«Пора идти», — мрачно произносит Эд. К нам приближается доктор Денг в брюках защитного цвета и в белом лабораторном халате. Его возраст трудно определить. Его седеющие волосы торчат, как у молодого, во все стороны. Хотя он приехал в Лондон десять лет назад, по-английски он говорит осторожно, с минимумом украшательств. Англия оставила в его речи след лишь изредка мелькающими «блистательно» и «ура». Такие вещи, как юмор и сарказм, похоже, от него ускользали, а может быть, он просто полностью поглощен своей задачей. Доктор Денг показал нам, где можно переодеться.

— Относительно позы, — говорит он, когда мы возвращаемся уже в больничных рубашках. Он хочет, чтобы мы лежали на боку, как ложечки. (Примерно это же значилось и в инструкции: нас попросят ввести пенис в вагину сзади.) — Я думаю, лучше будет повернуться лицом к стене, — продолжает доктор Денг, а не к нему. Так получится более романтично, — добавляет он. На стене висит картина, изображающая приморский город на холмах. Словно, глядя на нее, мы сможем убедить себя, что перенеслись на побережье Амальфи или что доктор Денг туда перенесся: тоже неплохо. — Я сейчас выключу свет.

— А где же свечи и тихая музыка? — спрашивает Эд.

— О, прошу прощения, — отвечает доктор Денг с явным огорчением. Вдруг он просветлел. — Я могу включить свой ноутбук. У меня есть саундтрек к «Собору Парижской Богоматери».

Его усилия трогательны, хотя и бесполезны. Сделать эту ситуацию романтической, сексуальной и даже просто нормальной невозможно. Она все равно останется медицинской процедурой — процедурой, которую нужно пройти.

Доктор Денг скрывается за дверью и возвращается с большим конвертом, который и протягивает Эдду. В конверте — экземпляр английской версии журнала Maxim.

— Вот, очень эротично, — говорит он Эдду. Вероятно, исходя из того, что родная жена в мешковатой больничной рубашке и старых носках не эротична никоим образом.

И вот наступает момент — как в плохих ужастиках, — когда человек с явно дурными намерениями закрывает дверь на ключ. И зрителям пора бояться за героя. То есть бояться за нас. Доктор Денг защелкивает замок. Я лихорадочно нанизываю одну фразу на другую: «Какая у вас удивительная машина, почему вы заинтересовались рентгенологией, нет ли поблизости хорошего паба, он нам понадобится».

Хотя доктор Денг и не велит нам лечь, похоже, именно это сейчас случится.

Эд притворяется, что с головой ушел в журнал. Я подначиваю его: «Ну что, Джапп, будем мы что-нибудь делать?».

Мы укладываемся в указанную позу, а доктор Денг смазывает ультразвуковым гелем ультразвуковой зонд. Гель лучше проводит ультразвуковые волны, чем воздух. Ультразвуковой гель на вид, на ощупь и (по своему действию) напоминает продукт, эвфемистически называемый персональным лубрикантом.

Доктор Денг начинает с того, что делает несколько снимков. Он перегибается через Эда и прикасается к моему животу ультразвуковым зондом. Его рука покоится на бедре Эда — странно интимное прикосновение в ситуации, во всех остальных смыслах начисто лишенной интимности. Чтобы он сделал эти снимки, мы должны на несколько секунд застыть неподвижно, как викторианцы, позирующие для дагерротипа, только вовсе не в викторианских позах.

— Теперь пожалуйста определенные движения, — говорит доктор Денг. И добавляет на случай, если мы не поняли, на случай, если Эд увлечется созерцанием локтя или захочет салютовать флагу. — Внутрь и наружу.

Доктор Денг сообщает, что доволен результатом.

— Гораздо яснее, чем я думал. Очень... Хм, вы не могли бы немного подождать? Мы сохранили слишком много данных. — Доктор Денг должен перезагрузиться. К счастью, на это уходит всего несколько секунд. Потому что Эд тоже чувствует настоятельную необходимость перезагрузиться.

Эд поддерживает расхлябанный ленивый ритм. При этом они с доктором Денгом беседуют о детях. Я мысленно делаю заметки. Точнее, половина меня. Я себя чувствую, как секретарша в скабрезной французской комедии, которая тихо сидит за столом, держа в руках какое-то письмо, а под столом мальчишка-рассыльный уткнулся лицом ей между ног.

— Вы так молодо выглядите, а ребенку уже пятнадцать, — говорит Эд. — Сколько же вам лет?

— В августе исполнится сорок пять.

-— А младшему сколько?

— Всего два с половиной. Теперь можете эякулировать.

Насколько я понимаю, единственная причина делать снимки реальных людей, занимающихся сексом, состоит в том, что от ученых не требуется вставать с места, выходить, покупать в «Калифорния Экзотик Новелтиз» искусственные члены и гибкие пластиковые вагины, нести их в лабораторию и совокупляться друг с другом. В 2003 году группа эволюционных бихевиористов Университета штата Нью-Йорк в Олбани опубликовала работу, озаглавленную «Человеческий пенис как орудие доставки спермы». Ученые выдвинули теорию: форма головки полового члена с венчиком возникла в ходе эволюции, чтобы выдавливать семя соперника, перед доставкой собственной. (Единственная доисторическая девушка была, наверное, фантастически неразборчива.) Это вполне соответствует тому малоизвестному факту, что последняя порция мужского эякулята содержит естественные спермициды — не для того, чтобы убить собственных солдат, разумеется, а для того, чтобы обезвредить семя того, кто придет следом.

Но в «Калифорния Экзотик Новелтиз» искусственная человеческая сперма не продается, и потому ученые из Олбани изобрели ее сами. Попробовали несколько рецептов, и «три сексуально опытных мужчины сделали экспертное заключение». Вот рецепт-победитель, выбранный судьями.

Человеческая сперма.

7 миллилитров воды комнатной температуры, 7,16 грамма кукурузного крахмала.

Крахмал залить водой и размешивать в течение пяти минут.

Получится один эякулят.

Искусственная сперма посредством шприца впрыскивается в вагину, предварительно смазанную лубрикантом (теперь уже из «Калифорния Экзотик Новелтиз»). Перед включенной видеокамерой были введены и удалены три различных фаллоса, в том числе и контрольный — без венчика на головке. Чтобы увидеть, сколько семени соперника удастся выдавить каждому фаллосу, вагину[52] взвешивают до и после. Результаты подкрепляли теорию группы: оба правдоподобных фаллоса (покупатели «Калифорния Экзотик Новелтиз» называют их «донгами») вытеснили 91% семени, тогда как контрольный донг без утолщения оставил после себя 65%.

Описание эксперимента занимало еще страниц шесть, но, честно говоря, я дочитала только досюда:

Секс для науки. Наука для секса

На мой взгляд, то, что происходило в смотровой доктора Денга, имеет к сексу примерно такое же отношение, как улыбка перед камерой к настоящей улыбке. Это был холодный, зажатый, судорожный секс. Во всем, кроме движений задействованных частей, это было совсем не похоже на то, что происходит между мужем и мною, когда нет с одного бока незнакомого мужчины, а с другого — ультразвукового зонда. Ультразвуковые съемки, хотя, без сомнения, и приносят определенную пользу, имеют весьма отдаленное отношение к сложному и разнообразному телесно-духовному действу, которое мы называем сексом. Секс — это гораздо больше, чем сумма его движущих частей.

Но нельзя упускать из внимания и эти части. Если части не работают как надо, результат оказывается спорным. А у восемнадцати миллионов американских мужчин части не работают так, как должно или по крайней мере как работали когда-то. Далее: местами прекрасный, местами ужасный, неизменно сюрреалистичный мир науки об эрекции.

Глава 6. Тайваньская операция и кольцо для пениса.

Творческий подход к импотенции.

Мужчина, которому оперируют пенис, — прямая противоположность мужчине с фиговым листом. Он весь, от макушки до пят, скрыт хирургической простыней, на виду только член. Член сиротливо торчит из маленького квадратного выреза в ткани, залитого ярким светом хирургических ламп. Выглядит это куда менее неприлично, чем когда взгляду смотрящего есть на чем остановиться: родинки, волосы на груди, колени, соски, адамово яблоко. А так все взоры упираются в данный орган.

Но мужчина, даже если он импотент, может не стесняться под взглядом Гэн Лун Су. Доктор Су, который практикует на своей родине, на Тайване, уже двадцать один год работает хирургом-урологом. С чем бы ни пришел к нему пациент, можно не сомневаться, что у доктора Су бывали случаи и похуже. Видал он члены и поменьше, и поскрюченней, и еще более красные, и еще более вялые. Он видел даже пенисы с имплантами, вдетыми в крайнюю плоть, словно в стоячий воротничок. В этом году он восстанавливал пенис, оторванный во время представления цзю ян шень гун — весьма таинственного боевого искусства[53], «Он попытался поднять пенисом сто килограммов!» — воскликнул вчера доктор Су, когда мы на лифте спускались в вестибюль.

Доктор Су организовал в Тайпее Научный центр восстановления потенции микрохирургическим путем, где он изучает и проводит хирургическое лечение импотенции. Эта операция, состоящая в сшивании и удалении некоторых кровеносных сосудов пениса, не пользуется популярностью больше нигде в урологическом сообществе, но доктор Су считает, что если она сделана правильно и тщательно, то помогает 90% мужчин с эректильной дисфункцией, называемой на профессиональном жаргоне урологов ЭД, к пущей досаде Эдов всего мира.

Пенис, оказавшийся под прожектором в это утро, неправильно функционирует последние восемь из сорока семи лет жизни пациента. Пациент пробовал виагру, но с ограниченным успехом. Орган, такой беззащитный, одиноко сидит внутри небольшого кожистого мешочка. Ловлю себя на том, что волнуюсь за него, как за пятикурсника перед сольным концертом.

Как только анестезия подействовала, доктор Су стал «стягивать перчатку» с бедного органа. Слова «снимать кожу», наверное, точнее, но звучат малоприятно — я предлагаю образ аристократа, который, вернувшись из оперы, изящным движением высвобождает свои пальцы из лайковых перчаток. Доктор Су делает надрез, погружает в него скальпель и скользит им под кожей.

— Помните ночной рынок? — спрашивает он. Вчера вечером доктор Су водил меня на Хуаши-стрит, на рынок, славящийся отвратительными шоу, которое устраивают поставщики лекарственных змей. В отличие от представлений со змеями в Марокко или в Индии тайваньских змей не зачаровывают. Наоборот. С них снимают кожу живьем, выпускают кровь и превращают в тушенку.

Доктор Су работает скальпелем, отделяя кожу от розовой мякоти под ней.

— Очень похоже на ночной рынок!

Доктор Су говорит по-английски с величайшим энтузиазмом и несколько причудливым синтаксисом. Временами непонятно, но по большей части очень мило. Вчера он повез меня и свою коллегу Эллис Вен смотреть достопримечательности города Тайпея.

— О’кей, — вскричал он, когда мы вылезли из машины. — Будем получать новые впечатления!

Он терпелив, вежлив, заботлив и щедр. Когда мы оказались на парализующей полуденной жаре, он предложил нам солнцезащитные козырьки и бейсболки, взяв себе ту, что осталась: с надписью «Китайские молодежные лагеря» и с изображением розового кролика.

Су немного со странностями, по его собственным словам. Однажды он ввел себе катетер Фоли, «просто чтобы почувствовать, что же чувствует пациент». Он сам лечит себя иглоукалыванием и порой расхаживает по своей клинике с иглами, торчащими из половины головы. Я услышала, как он использует перевод одного из имен Чан Кайши («главная правота»), говоря о курватуре пениса[54]. Сегодня он оперирует в синих сплошных пластиковых очках, как у сварщика. Он объясняет, что несколько лет назад у него был удар, после чего он стал очень чувствителен к яркому свету и блеску. И до сих пор лицо у него частично парализовано. Но это заметно, только когда он улыбается — одной стороной лица, как у маски.

Следующий этап операции доктор Су называет «маневр туда-сюда». Хотя точнее будет не «туда-сюда», а только сюда. Пальцами в перчатках он вытаскивает середину пениса из покрывающей его кожи через трехдюймовый надрез. Этот вынутый из кожи отрезок — точь-в-точь червяк (кожу на головке пениса он оставил, не снимал). Я спросила доктора Су, что если бы «маневр» делали без анестезии. Он ответил: «Так можно пытать шпиона».

В течение следующих трех часов доктор Су одну за другой высвобождает вены, пережимает кровоток, зашивает. Начинает он с самой глубокой дорсальной вены — она самая толстая. Мало-помалу он освобождает ее от семенных канатиков, вытаскивает, туго натянув, и отводит от пениса — так малиновка вытаскивает червяка из земли.

Чтобы понять, почему удаление вен помогает пенису сохранять эрекцию, прежде всего нужно представлять, как все там происходит. Эрекция — это приток крови. Именно кровь — становой хребет твердого пениса. Впрочем, выяснилось это не сразу. В Средние века считалось, что восставший мужской член наполнен сжатым воздухом — этакий дирижабль в миниатюре. Прорыв к истине совершил Леонардо да Винчи. Трупы для анатомических изысканий обычно принадлежали казненным убийцам. Казнили их через повешение, отчего у мертвых преступников возникала эрекция, и, расчленяя трупы, Леонардо заметил, что их пенисы, по его словам, «наполнены большим количеством крови».

Кровь поступает в две цилиндрические камеры — пещеристые тела, — расположенные вплотную друг к другу, как баки горючего у водителя. Эти камеры представляют собой гладкую мышечную ткань с тысячами крошечных полостей — наподобие губки. Когда гладкая мускулатура расслабляется — а она это делает по приказу ферментов, выделяющихся по сигналу мозга при сексуальной стимуляции, — она увеличивается в размере. (Гладкая мускулатура, в отличие от мускулов наших рук и ног, управляется автономной нервной системой, вот почему мужчины не могут просто приказать своему члену «Встать!» или «Вольно!».) Когда гладкая мускулатура расслабляется, кровь заполняет полости губчатой ткани. Препараты типа виагры усиливают этот процесс посредством блокирования вещества под названием PDE-5, которое препятствует расслаблению гладкой мускулатуры. То есть устраняют препятствие. И такие препараты называются ингибиторы PDE-5.

Итак, мы достигли эрекции, как говорят специалисты по эректильным дисфункциям. Достижение, достойное уважения, но этого недостаточно. Эрекцию, как мотоцикл или газон, нужно поддерживать в хорошем состоянии. Кровь, заполнившую две эрекционные камеры[55], нужно там удержать, не то эрекция увянет. Это мудрено, поскольку камеры по всей своей поверхности покрыты дренажными венами. Что удерживает кровь от оттока по этим венам? Чудо пассивной закупорки вен. Остановимся на этом поподробнее. Эти дренажные вены пролегают снаружи эрективных камер, но внутри тугой внешней мембраны (называемой оболочкой), которая защищает эректильные ткани. Когда камеры наполняются кровью, они плотно прилегают к оболочке — которая тоже растягивается, но не настолько сильно, — и таким образом пережимают оказавшиеся между ними вены. Если все идет хорошо, кровь остается там, пока посторгазменный химический сигнал не прикажет гладкой мускулатуре прекратить расслабляться.

Часто мужчина импотент лишь потому, что эректильные ткани не расширяются настолько, чтобы пережать эти вены, и часть крови беспрепятственно вытекает. В результате — «Как шина! Сдулся!». Доктор Су полагается на живой язык метафор и аналогий, чтобы растолковать различные функции и дисфункции мужских гениталий. В одном, особенно цветистом объяснении сегодня утром были задействованы новогодняя елка и слоновий хобот. Еще был пловец, который нырял, и самолет, который взлетал. Я чуть не сползла под стол.

Самое распространенное объяснение эректильной дисфункции — то, что эректильные ткани просто стареют. «С возрастом мы теряем эластичность гладкой мускулатуры, наши ткани становятся неподатливыми», — говорит Джерри Брок, профессор урологии Университета Западного Онтарио, возглавляющий Journal of Andrology. Вследствие старения возникает фиброз: часть гладких мышц заменяется соединительной тканью, не обладающей эластичностью молодой мышечной ткани. Когда эректильные ткани теряют растяжимость, они уже не могут в должной мере разбухать и плотно прилегать к стенкам оболочки. Следовательно, вены не пережимаются и кровь вытекает. А если некоторые из них перевязать, а часть удалить, это предотвратит или по крайней мере замедлит отток.

Поскольку самая крупная из этих дренажных трубок, дорсальная вена, проходит прямо под кожей фронтальной поверхности пениса, можно осуществить некое подобие операции доктора Су, просто пережав орган эластичной повязкой или зажимом. Каковых приспособлений в довиагрическую эру было просто удивительное количество, причем задолго до того, как понятие кольца для члена вошло в обиход. В разделе колец для эрекции[56] столько патентов, что в забавной книге Хоуга Левинса «Американские секс-машины: Скрытая история секса в патентном ведомстве Соединенных Штатов» им отведена целая глава, где Левин прослеживает эволюцию этих колец от изящных стальных зажимов эпохи металлических машин 1900-х до модели 1989 года с дистанционным управлением — ручным пультом, а между ними в том числе и обзор на две странички «Патенты на кольцевые зажимы для пениса в послевоенные годы». Надо сказать, что очень немногие из ранних патентов содержат слова «пенис» или «эрекция». Чаще используются невразумительные заглавия типа «Вспомогательная накладка для анатомических органов». Один патент 1900 года уклончиво назван «Находка для мужчин». Собственно, описания столь же туманны. Зажим 1897 года предназначен для надевания на мужской орган, который «не может исполнять своего предназначения», при этом сразу и не поймешь, чтобы помочь ему или чтобы наказать.

Доктор Су — не первый хирург, понявший, что ограничение венозного оттока — ключ к возвращению потенции. Некий доктор Джо Вутен перевязал дорсальную вену мужчины кетгутом еще в 1902 году. Вероятнее всего, коллег Вутена удержал от того, чтобы взять в руки скальпель, риск занесения инфекции — ведь пенициллин еще не открыли, — но, может быть, и удручающее заключение статьи Вутена в Texas Medical Journal за тот год: «Сейчас после операции прошло уже около четырех месяцев, и пациент сообщил мне... что впервые за три года совершил коитус с полным удовлетворением и был уже готов прекратить попытки».

Технику этой операции отточил в конце 1980-х годов наставник и научный руководитель доктора Су профессор урологической хирургии Университета Калифорнии в Сан-Франциско Том Лю[57]. К сожалению, длительные наблюдения показали, что со временем эффект ослабевает — от 62% успешных случаев после первых трех месяцев до 31% — через четыре года. Почему? Логично предположить, говорит Брок и остальные, что тело стремится компенсировать разрушенные или заблокированные вены: создает новые и/или расширяет оставшиеся. В итоге Лю перестал этим заниматься, а вслед за ним и другие.

Все, кроме доктора Су. В 2005 году в Journal of Andrology были опубликованы результаты опроса 21 пациента Су, перенесших операцию по удалению вен в 1986 году. С ними связались и попросили заполнить тот же опросный лист, что они заполняли перед операцией: международный показатель эректильной функции. Средний показатель перед операцией был десять (из двадцати пяти возможных), а после операции — девятнадцать. Су не нашел доказательств того, что их пенисы вырастили себе новые вены.

— Видите разницу? — говорит доктор Су, который уже закончил усекновения. — Уже! Смотрите, как налился кровью.

Орган действительно стал заметно толще, чем в начале операции. Доктор Су говорит: многие его пациенты признавались, что после операции пенисы у них все время слегка набухшие. И добавляет, что многим это нравится, так они себя чувствуют увереннее.

— Так и у этого парня. Как бейсбольная бита!

Почему доктор Су смог вылечить стольких мужчин, в то время как другие вполне компетентные урологи, пытавшиеся делать такую операцию, по большей части добивались лишь временного улучшения? «Всю свою жизнь я не могу ответить на этот вопрос, — говорит Джерри Брок. — Я присутствовал на операциях Гэна — он отлично работает. Все по-честному, он просто великий. Но мне психологически тяжело понять и принять тот факт, что его результаты настолько отличаются от результатов других хирургов». Возможно, тайваньские пациенты более вежливы — или более застенчивы, — чем западные. Возможно, пациенты доктора Су молчат о том, что эффект от операции с годами сходит на нет.

Опять-таки существует возможность, что доктор Су просто делает эту операцию лучше всех. Немногие урологи так же трепетно погружаются в анатомические глубины пениса, как Гэн Лун Су. Он публикует работы, посвященные оболочке, глубокой дорсальной вене, периферическим связкам. Он имеет постоянно действующее право на «остатки» препаратов анатомической лаборатории Тайваньской адвентистской больницы — «Все пенисы, пожалуйста, мне!». Несколько лет назад уборщик лаборатории выбросил коробку с 73 пенисами, которые доктор Су собирал годами и хранил в холодильнике. Он по сей день с болью вспоминает об этом.

Каждый раз, когда лаборатория получает труп, доктор Су планирует подробный осмотр дренажных вен пениса, чтобы понять, какие именно и на сколько процентов осуществляют дренаж. Он хочет выяснить, какие следует удалять, а какие почти не делают погоды в смысле эрекции. Возникает вопрос: бывает ли эрекция у мертвецов? Бывает. Я сама видела — на DVD: запись предыдущей исследовательской операции[58] доктор Су выслал мне еще перед моей поездкой на Тайвань. Только вместо крови был физиологический раствор, закачиваемый более или менее с той же скоростью, с какой сердце качает кровь при нормальной эрекции.

Однажды мы с доктором Су совершили прогулку к храму, стоящему высоко на холме, над его домом. Он сказал, что регулярно пешком поднимается на вершину холма (две мили), останавливаясь, чтобы пропустить очередные носилки, а поднявшись, пятнадцать раз бегает туда-обратно по ступеням, ведущим к дверям храма. Потому что считает, что обязан помочь как можно большему числу мужчин, и не хочет, чтобы жизнь его стала короче из-за слабого здоровья.

Гэн Лун Су выполняет высокую миссию. Он знает, как лечить ЭД, и хочет, чтобы его метод применяли во всем мире — но это не в его силах. Пока другие хирурги не смогут добиться тех же результатов, скорее всего, такую операцию не будут делать нигде, кроме его клиники.

Гэн Лун Су полон типичного для современных урологов энтузиазма лечить медикаментозными и хирургическими методами то, что долгие годы считалось проблемой психологической. Мейка Лоу в «Восхождении виагры» рассказывает, как урология стащила импотенцию из-под носа психологии. (Профессор социологии Лоу снискала мое неизменное уважение тем, что для своего выпускного проекта гендерной тематики работала официанткой в «Хутерс».) Со времени расцвета фрейдизма и далее в пятидесятые и в шестидесятые считалось, что причины импотенции — в нарушении душевного здоровья. Пенисы становятся вялыми от неврозов, глубоко запрятанного беспокойства, приступов паники, навязчивых идей. Если вам нужна помощь, обращайтесь к психиатру.

В 1980-е ситуация начала изменяться. Поворотной точкой Лоу считает публикацию Объединенной американской медицинской ассоциацией (JAMA) дискуссионной статьи, озаглавленной «Не всякая импотенция является психогенной», а также появление вакуумных насосов и имплантов, которых раньше терапевты в глаза не видели и в руках не держали. Близилась эра медикаментозного лечения импотенции.

Точки над i расставила виагра. В 1998 году компания Pfizer — с кадровым подкреплением искушенных в рекламе урологов — предприняла массированную кампанию под лозунгом воодушевляющего нового подхода к импотенции. Только теперь это называлось не импотенцией, а эректильной дисфункцией. Позорное пятно психической болезни было смыто. Импотенция превратилась в нестыдную чисто биологическую проблему, снимаемую безвредной пилюлей. С мужчиной все в порядке, это с оборудованием что-то не так. Компания хитроумно объявила три категории ЭД: слабую, среднюю и сильную. И черт побери, теперь уже получалось, что она у каждого порой случается в какой-то мере, даже у Боба Доула. И нечего смущаться. Урологи, в большинстве своем консультанты Pfizer, стали появляться на ток-шоу и толковать об ЭД как о деле совершенно обычном — как предыдущий гость мог толковать о поваренной книге без блюд с пшеничной мукой.

На самом деле существует множество психологически обусловленных случаев импотенции, и отличить их достаточно легко. Если мужчина импотент в медицинском смысле — скажем, из-за повреждения гладкомышечной ткани или из-за проблем с нервами — тогда у него не бывает эрекции во сне. Если же проблема чисто психологическая, то бывает. Вот почему иногда это диагностируется проверкой ночной эрекции при помощи таких штуковин, как система определения жесткости «Риги-скан плюс» (с петлями самопроверки).

Когда-то для наблюдения за пенисом во время сна нанимали медсестру. Следующее поколение «средств наблюдения за ночным возбуждением», как это официально называется, делалось в виде ленты из старомодных почтовых марок с перфорацией — ею оклеивали перед сном проблемный орган: разорвется за ночь или нет. Преимущества «теста с почтовыми марками»[59] в том, что он проводится в домашней обстановке и, к счастью или к сожалению, уже без участия дамы в белом халате.

Даже когда пациент молод и физическое состояние его эректильных тканей вряд ли может быть проблемой, урологи склонны, не прибегая к «Риги-скану», прописывать лекарства типа виагры. Я спросила Ира Шарлипа, пресс-секретаря Американской урологической ассоциации и профессора урологии Университета Калифорнии в Сан-Франциско, почему таким мужчинам прописывают лекарства, если их проблема, вероятнее всего, психологическая. «Такие пациенты попадают в порочный круг, — ответил он, — когда беспокойство, что эрекции не случится, и создает проблему». С помощью ингибитора PDE-5 этот порочный круг разрывается. «Мы используем его как мост. Но в то же время я всегда рекомендую всем таким пациентам поработать с сексопатологом или с психологом, если у них есть такое желание».

Мейка Лоу приводит слова медицинского эссеиста Франца Александера относительно преобладания медицинского — а не психологического — подхода к недугам, подобным импотенции. «Александер говорит, что неприятие медициной психо-социальных факторов возвращает к давним дням, когда медицина воспринималась как колдовство, изгоняющее бесов из тела»... Медицина XX века «старалась забыть свое темное прошлое».

И это очень плохо, как мы сейчас выясним.

В Средние века считалось, что мужчина становится импотентом, потому что его проклял бес или ведьма, выступающие как полномочные представители дьявола. Согласно «Маллеус малефикарум» (Malleus Maleficarum) — руководству по ведению судебных процессов над ведьмами с перечислением методов снятия проклятий и заговоров 1491 года издания, — ведьмы могут наслать как импотенцию, так и бесплодие. Некоторые проявляют весьма изощренное понимание мужской физиологии. Если импотенция достигается простым «подавлением энергии данного органа», то бесплодие требует от ведьмы «предотвратить приток семени к данному органу... посредством закрытия семенных протоков, чтобы не допустить семя к гениталиям».

Ведьмы же без знаний в области андрологии использовали более простой способ — заставляли пенис исчезнуть. Авторитеты, цитируемые в «Маллеус малефикарум», не сходятся в том, действительно ли данный орган исчезает или индивидуум под воздействием колдовства пребывает в убеждении, что он исчез. Автор цитирует безымянного почтенного отца-доминиканца, который на исповеди услышал от одного из своих прихожан, что тот под воздействием колдовских чар «потерял свой член». Пастор посоветовал ему снять одежду и поискать недостающий орган.

Автор «Маллеуса» пишет о странном явлении, когда пенисы сосредотачиваются в птичьих гнездах, которое он считает доказательством того, что они исчезают буквально. «Что тогда думать о тех ведьмах, что... порой собирают мужские члены в больших количествах, по двадцать-тридцать штук, и кладут их в птичьи гнезда или запирают в сундук, где они шевелятся, как живые, едят овес и кукурузу, как многие видели и повсеместно рассказывают?» На этот вопрос я не могу ответить. Могу лишь пожалеть о том долгом изнурительном пути, который проделали юридические издания после 1491 года.

Рекомендации по лечению импотенции показывают, что средневековые авторитеты все же, возможно, подозревали, что ее причина скорее психологическая, нежели сверхъестественная. Мужчине, на которого было наложено это проклятье, неизменно советовали подумать, кто мог его наслать. А потом попытаться найти «разумный подход» к подозреваемой персоне, сесть и поговорить. «Смягчите ее ласковым словом». После чего пенис обычно восстанавливается. В качестве запасного варианта книга советует проклятому «применить силу».

В поздние 1700-е в импотенции стали обвинять уже не сверхъестественные силы, а самого мужчину. В 1760 году увидела свет тоненькая, но весьма пагубная, в высшей степени шарлатанская книжонка под названием «Онанизм, или Трактат о болезнях, причиняемых мастурбацией». Это искусное соединение беспристрастности и морализаторства распространилось, подобно вирусу, в медицинских кругах всей Европы и Соединенных Штатов Америки. Импотенция объявлялась болезнью благоприобретенной. Несущая семя сперма считалась живым источником жизненной энергии[60]. Предполагалось, что ее количество конечно, подобно каменному углю или выплатам по медицинской страховке, и горе тому мужчине, который расточает ее без пользы. Мастурбация и случайные связи — особенно с «уродливыми» женщинами, которые вытягивают жизненные силы быстрее, чем красивые, — ведут ко всякого рода телесным скорбям. (Вливание спермы в любимую женщину не иссушает жизненные соки, потому что, как выразился автор трактата «Онанизм» Самюэль Тиссо: «радость душевная... восстанавливает потери».).

Онанизм и иже с ним — чрезмерное сладострастие, мастурбация и воздержание, согласно американскому врачу Джозефу Хоуи, стали особенно актуальны век спустя, причем не менее истерически — граждане боялись, что мастурбация вызывает не только импотенцию, но и слепоту, болезни сердца, безумие, глупость, потливость ладоней, «гнойные прыщи на лице», кислую отрыжку, «зловонные ветры из гузна», налет на языке, сутулость, дряблость мускулов, круги под глазами и нетвердую походку. Викторианская версия нынешней антикокаиновой кампании, где крупным планом — угреватые щеки и серые зубы, ибо суетные соображения суть сила куда более мощная, чем медицина.

Все это Тиссо воплотил с наибольшей силой в описании воздействия «самополлюции» на часовщика, которого он обозначил инициалами Л. Д.: «Бледная водянистая кровь то и дело капает у него из носа, постоянное слюнотечение; подверженный приступам поноса, он непроизвольно испражняется в постель; у него постоянное семяизвержение...» Ага, а эти часы, что вы продали мне, они всегда стоят? Об импотенции и говорить нечего. Стоит помастурбировать несколько месяцев, и вы превратитесь в человека, с которым в постель не ляжет никто и никогда.

И тогда рецепт лечения проблем с эрекцией прост: завязывай с мастурбацией! Не расточай жизненные соки впустую! Страшно то, что расточать эти самые соки запрещалось даже непроизвольно, во сне. Ночные поллюции также предписывалось прекратить. И здесь уж одной силы воли недостаточно. Требуется техническая поддержка. Требуется, как это сформулировало Патентное ведомство США, «устройство для предотвращения и контроля непроизвольного семяизвержения»[61].

Простейший вариант — «Колючее кольцо для пениса». Изобретенное в 1850-е годы, оно представляло собой регулируемое расширяемое металлическое кольцо, надеваемое перед сном на пенис. И если пенис спящего восставал, кольцо раскрывалось шире, обнажая металлические шипы, которые при дальнейшей эрекции вонзались в плоть и будили спящего. В позднейших высокотехнологичных вариациях расширяемое кольцо соединялось со звонком будильника или — гнойные прыщи! — электрошоком. Было и приспособление, контролировавшее длину, а не толщину. На головку члена надевался колпачок, придававший ему вид собачьей морды в наморднике. От него с двух сторон шли цепочки с зажимами, которые крепились к лобковым волосам. Я передаю слово Джеймсу Боуэну, владельцу патента США номер 397106, пусть сам опишет, что происходит далее. «Когда приближается поллюция, устройство поднимается вместе с органом и зажимы достаточно больно тянут за волосы».

Многие из этих патентов включают также и приспособления для использования днем, вплоть до механизмов с замком и ключом. Ибо на самом деле покупатель, которому они предназначались, был отнюдь не кающийся мастурбатор, но озабоченный родитель или, еще чаще, — безумный воспитатель сиротского приюта. Наделенный законным статусом псих, готовый на всех надеть противорукоблудное устройство, причиняющее, по словам Рафаэля Сонна, изобретателя «механического футляра для пениса», сильную физическую боль и, возможно, увечья. Патент Сонна читается как руководство для действа в духе маркиза де Сада — с «тисками для членов», «сжимающими элементами», зубцами, вилками и тупыми стержнями «ударного типа».

По счастью, родителей онанистов младше восьми лет призывали применять менее радикальные превентивные меры. Просто привязывать ручонки к изголовью кровати, а штанишки шить без карманов. Выбросить деревянных лошадок, убрать канаты из школьных гимнастических залов. Одним из главных кайфоломов в крестовом походе против мастурбации был американский врач Уильям Робинсон. В его «Практическом исследовании причин, симптомов и методов лечения импотенции и других сексуальных расстройств у мужчин и женщин» 1916 года есть большая глава о предупреждении преждевременного пробуждения сексуального инстинкта у детей. «Я настоятельно советую родителям не позволять детям смотреть чувственные музыкальные комедии и постановки непристойных водевилей, — поучает Робинсон, сам, видимо принадлежащий к тому самому тупо-ударному типу. — Многие мои пациенты говорили, что их первая мастурбация случилась, когда они смотрели музыкальное представление».

Мысленная мастурбация тоже не приветствовалась. «Очень редко бывает, — пишет Робинсон, — чтобы людям, посвятившим все свое время строгому умственному труду, не приходилось платить за это сексуальной слабостью или импотенцией». И далее описывает случай известного математика, которого при каждой попытке полового сношения увлекала какая-нибудь абстрактная математическая проблема, отчего попытка и проваливалась». Несколько противоречивый совет, приведенный в книге «Мастурбация: История великого террора», дошел до нас по милости доктора Кроммелинка, который рекомендовал запоминать трудные отрывки исторических и философских текстов, когда одолевает желание помастурбировать.

Кажется, что любая деятельность — сон, мышление, поглощение пряной пищи, посещение представлений с тетушкой Мэйм — приведет неосторожного представителя мужского пола на неверный путь «самополлюции». И нельзя облегчиться без угрызений совести. Кроммелинк призывает джентльменов избегать прикосновений к своим гениталиям, чтобы ненароком не возбудиться, — даже во время мочеиспускания. «Мочитесь быстро, не трясите пенисом, пусть лучше несколько капель мочи попадут в штаны».

Тем же, кому не удавалось обуздать свои импульсы философскими трактатами и другими противорукоблудными мерами, угрожало суровое лечение. Робинсон, между прочим, пишет, что в двух или трех случаях он прикладывал к детским гениталиям докрасна раскаленный прут. Джозеф Хоуи лечил шестидюймовым шприцем в уретру («Нет лучше шприцев доктора Бумстеда!»).

Горькая ирония состоит в том, что регулярное семяизвержение выполняет важную биологическую функцию. Сексолог Рой Левин объяснил мне, что, если сперма застаивается в организме больше чем на неделю, начинают развиваться разнообразные аномалии: прекращение или уменьшение ее выработки, усыхание, сморщивание и искривления члена, отсутствие эрекции. Все это ведет к подавлению сексуальной функции в зародыше. Левин считает, что мужчины так часто мастурбируют именно поэтому: такова стратегия эволюции. «Если регулярно спускать, то вырабатывается свежая сперма». Таким образом повышается вероятность успешного оплодотворения, заложенная в наших генах.

Впрочем, если цель — зачатие, то сперма не должна быть слишком свежей. Ежедневные мастурбации могут понизить количество сперматозоидов на эякуляцию. Нужно дать им немножко времени, чтобы восполнить ряды. Оптимальной для зачатия Левин считает пятидневную сперму.

Тяжела была судьба импотента во Франции на рубеже XVI-XVII веков. Это была эпоха судебных процессов над импотентами. В сравнении с судьями на этих процессах времен Реформации доктор Бумстед — просто Фея Драже. Когда теологи придают браку статус святыни, импотенция, соответственно, становится уже не просто источником фрустрации, но настоящим преступлением. А поскольку считалось, что импотенция возникает от неумеренного расходования семени, то из этого делался вывод: если мужчины не хватает на собственную жену, значит, он слишком много внимания уделяет чужим. Или уж во всяком случае неумеренно мастурбирует.

Как бы то ни было, но эрекция мужчины входила в юрисдикцию суда по той причине, что импотенция являлась законным основанием для развода. Женщине, желавшей разорвать ненавистный брак, достаточно было обвинить в ней мужа — пусть и безосновательно. И если жена выигрывала процесс, мужчину не только штрафовали и запрещали жениться повторно, но и заставляли вернуть приданое семье жены. Действия представителей закона, которые влекло за собой обвинение, являли собой зрелище более сюрреалистическое, чем Майкл Джексон в пижаме, хотя и здесь подсудимый тоже был, так сказать, в пижаме.

Мужчина, чтобы выиграть процесс, должен был доказать свою способность, как говорят в наши дни, достигать эрекции и поддерживать ее на должном уровне. Это предполагало визит — а зачастую два, три, четыре визита — целой группы «экспертов» и проверяющих: человек пятнадцати врачей, хирургов и всякого рода законников с дощечками для письма и в пенсне.

Подсудимого проверяли на дому, а не в зале суда, но едва ли это было менее оскорбительно. В условленный час группа приходила и ждала за дверями спальни, пока обвиняемый не крикнет, что готов к осмотру. Проверяющие входили и выстраивались вокруг кровати, а обвиняемый, откинув одежды, демонстрировал то, чем обладает. Они были строгие критики. «По прибытии мы нашли его в состоянии эрекции, — говорится в одном отчете, который Пьер Дармон цитирует в своей книге «Дело об импотенции», — но этого было недостаточно для выполнения супружеского долга». Откуда же они это узнали? Наклонились и пощупали. «Потрогав восставший член, мы установили, что он вялый».

Умножая оскорбления, проверяющие, отвлекшись от своей непосредственной задачи, начинали отмечать и комментировать не имеющие отношения к делу анатомические особенности или физические недостатки. «В заднем проходе мы увидели распухшие геморроидальные узлы» — читаем в отчете о некоем Жаке Франсуа Мишеле. А у другого подсудимого, отчет о котором тоже приводится в книге Дармона, — барона д’Аржантона, не было «видимых cullions (яичек), но было нечто похожее на кошель без единого соверена... который он старательно прятал, таким манером, словно у него ничего нет, кроме члена, да и тот гораздо меньше, чем обычно бывает у мужчин...».

Часто подсудимые прибегали к чрезвычайным мерам. Маркиз де Жевр нанял театральную труппу, чтобы перед самым приходом проверяющих посмотреть у себя в будуаре непристойный водевиль. Остальные просто мухлевали. Месье Мишель, тот, что с распухшими геморроидальными узлами, «открыл себя только с левой стороны, а в это время пальцами правой руки нажимал на корень пениса». Жаль, что Роберт Барри тогда еще не родился. В 1907 году Барри получил патент на потайную шину для пениса, которая вытягивала сникший орган вдоль тонкого прута между двумя металлическими кольцами, одно, скрытое «в складках крайней плоти», а другое — в лобковых волосах, «таким образом демонстрируя на первый взгляд естественный и неоскорбительный вид, дабы отвести подозрения... противоположного пола».

Около 1550 года возникла не менее абсурдная идея. Медицинский эксперт, довольно-таки известный, вынес заключение, что сама по себе эрекция не может считаться достаточным доказательством потенции. Теперь обвиняемому надо было доказать перед лицом шеренги проверяющих, что он способен взобраться на жену и кончить, как выразился доктор, «в соответствующее отверстие». И гениталии жены вызывали теперь самое пристальное внимание суда. «Женщину подробно осматривали, чтобы выяснить, раскрылась ли она больше, чем при предыдущем осмотре... (и случилось ли истечение спермы, и куда, и какого рода)».

Ситуация напоминала то ли изнасилование, то ли бурлеск — ведь если муж успешно выполнит свою задачу, то жена проиграет процесс. «Муж жалуется, что его половина не позволяет ему осуществить половой акт и не впускает в себя, жена отвергает это обвинение и клянется, что он засунул в нее палец и только таким образом заставил ее открыться».

К счастью, в 1677 году настал конец всему этому. Государственный прокурор объявил эту практику неприличной и оскорбительной, и конгресс отправил такие суды, как говорится, в «соответствующее отверстие».

В то утро пациент доктора Су подвергся публичному осмотру — хоть и не французским судом над импотенцией, но все же. Мужчина лежал на виниловом операционном столе, руки за головой. Я выглядывала из-за спины доктора Су, делая вид, что я тоже отсюда. Если бы не седины, больше тридцати пяти пациенту не дашь. Он выглядит одновременно и интеллектуалом, и атлетом — мечта любой мамочки. По ходу дела он болтает с доктором Су, который переводит для меня. «Каждое утро он чувствует возбуждение, набухание. Сексом он пока не занимался, но... Никакого давления, никакой боли». На пациенте свободные хлопковые шорты, которые доктор Су велит ему опустить. Я хватаю журнал со стола доктора Су и делаю вид, что читаю. Журнал издает Тайваньская ассоциация андрологов; ее эмблема — вариация на тему кадуцея медслужбы армии США со змеей и мечом[62]: пенис, окруженный с флангов свободно парящими яичками.

Без тени смущения мужчина спускает штаны. Может быть, думает, что я медсестра. Может быть, у них на Тайване это иначе. Может быть, население относится к сексу и наготе как к само собой разумеющемуся, в отличие от нас, в Штатах. Я заметила, что в гостиничных номерах в Тайпее на тумбочке лежат презервативы, как в американских — Библия. Вчера вечером я, сидя перед телевизором и переключая каналы, наткнулась на местный телемагазин. Мужчина в бейсболке скучным голосом рассказывал о мобильном телефоне Nokia, на экране появлялись данные. Но фоном рассказа о великолепных качествах этого телефона звучала песня — взволнованный настырный женский голос: «Я не знаю, как тебя зовут, но это не важно. Давай скорей как следует потрахаемся — безумно, грязно, долго!».

И я подошла к пациенту. На вид он был слишком молод, чтобы испытывать проблемы со старением эректильных тканей. Может, у него психологические проблемы? Может, лучше применить терапию? Кто знает. Может быть, он не хочет разбираться с таинственными силами собственных эмоций, предпочитая пожертвовать венами.

Стремление сделать импотенцию проблемой физиологической, а не психологической, объяснимо. Но осторожнее! Не всегда можно доверяться науке. Во всяком случае первое широкомасштабное хирургическое лечение импотенции оказалось грандиозным фарсом.

Глава 7. Продавцы яичек.

Если два — хорошо, может, три еще лучше?

Если вам восемьдесят два года и у вас шестьдесят четыре жены, то тут уж никакое подспорье не будет лишним. Для Камиль-паши, визиря (важного чиновника) Оттоманской империи, таким подспорьем стало яичное консоме. Каждый день паша пил бульон, сваренный из яичек молодых и здоровых представителей копытных. Пристрастие визиря к этому мерзкому супу привлекло внимание Скевоса Зервоса — акушера при гареме паши. Зервос наблюдал за евнухами из гарема и задумался, почему удаление яичек делает мужчин женоподобными. Так он начал развивать теорию о семенниках как ключе к мужской состоятельности длиною в жизнь.

В промежутках между принятием родов Зервос принялся экспериментировать. Он пытался восстановить силы пожилых кроликов и собак, пересаживая яички от более молодых особей престарелым. В 1909 году Зервос опубликовал работу, трогательно названную «Любопытные эксперименты с половыми органами самцов». Он стремился популяризовать свои технологии — так, чтобы они наконец стали доступны для всех мужчин.

Визирь был не в восторге. Он обвинил Зервоса в организации заговора, утверждая, что тот желает восстановить мужскую силу его евнухов. Страшась за свою жизнь, Зервос бежал в Афины. Там в 1910 году в первый и отнюдь не в последний раз яичники обезьяны были пересажены человеку. Зервос рекламировал свою технологию как средство для лечения импотенции и старческой немощи.

Пошла молва. В 1916 году пересадка яичек распространилась уже достаточно широко. Профессор мочеполовой хирургии при чикагском Колледже терапии и хирургии Г. Фрэнк Лайдстон в первой из двух статей для JAMA подчеркнул благотворное влияние тканей третьего яичка. В этом случае речь шла о человеческом семеннике, имплантированном в мошонку вдобавок к тем двум, которыми мужчину наделила природа[63]. Хотя возрастание «сексуальной силы» и появление «мощной и продолжительной эрекции» чаще всего назывались в числе положительных результатов, по мнению Лайдстона, секреция этой вспомогательной половой железы помогает справляться со многими проблемами пожилого возраста — высоким давлением, старческим бессилием, атеросклерозом. В числе прочего Лайдстон описал случай излечения двадцатидвухлетнего молодого человека, который, помимо других недугов, страдал от следующих бед: «неразборчивый почерк, бессвязные рассуждения об архитектуре». Кажется, нет такой болезни, которую не одолело бы дополнительное мужское яичко.

Изначально Лайдстон обращал внимание на мужчин, чьи собственные железы были явно недоразвиты или дефектны. Например, семнадцатилетний юноша без малейших признаков половой зрелости, с яичками «размером с небольшую лимскую фасолину». Или мужчина двадцати одного года, страдающий от «не дающего ни удовольствия, ни удовлетворения коитуса», с яичками «размером с турецкий боб». Сначала Лайдстон ассоциировал сморщенные мужские половые железы с орехом, но затем мудро обратился к семейству бобовых для характеристики размеров; возможно, сравнение с «орехом» ему казалось неприличным. Когда дело пошло на лад, Лайдстон начал расширять круг пациентов, оперируя также и мужчин с яичками нормального размера. Одним из первых он провел операцию на себе.

С поиском пациентов у Лайдстона проблем не было, а вот найти доноров было сложнее. Хотя единственное яичко, как и одинокая почка, способно выполнять обязанности своего отсутствующего собрата, редкий мужчина согласится заняться благотворительностью, отдавая собственные половые органы. Не имея возможности сделать запас яичек дееспособных молодых мужчин, Лайдстон нашел прекрасный выход: яички мертвых молодых мужчин. Видимо, у него был приятель в городском морге, и в то время молодые мужчины в Чикаго, ставшие жертвами несчастных случаев, рисковали заплатить за свою неосторожность вдвойне. Чаще всего невольные доноры описываются как «погибшие в результате несчастных случаев». Два несчастных подростка — один в 1918 году, другой в 1915-м — умерли от «размозжения» головы. Возможно, кто-нибудь заинтересуется, не бродил ли, случайно, Г. Фрэнк Лайдстон по темным аллеям чикагского Саут-Сайда, вооруженный чем-то побольше и потяжелее турецкого боба.

Лайдстон настаивал, что, взяв яички мертвых мужчин, нужно провести операцию немедленно, пока орган не начал разлагаться. Однако с течением времени сам стал нарушать собственные же правила. Яички первых доноров считались негодными, если операция не проводилась в течение шести часов; а позже органы могли пролежать на льду тридцать шесть или даже сорок восемь часов. Серж Воронофф — французский врач, занимавшийся трансплантацией половых органов, не допускал подобного промедления. Эмигрант родом из России полагал, что пересадку надо производить в считаные секунды, чтобы изменения в клеточной ткани не подорвали жизнеспособности органов. Воронофф мечтал, что когда-нибудь будут созданы специальные клиники, где «пациенты находятся в полной готовности к пересадке требуемых органов от жертв несчастных случаев, которые доставляются незамедлительно».

В Америке ближе всего к подобной возможности подошли в камерах смертников тюрьмы штата Калифорния Сан-Квентин. Тюремный врач Сан-Квентина Лео Стэнли провел 30 экспериментов (ниже я расскажу о них подробнее), отрезая половые органы только что казненных заключенных и пришивая их пожилым или «преждевременно состарившимся» местным обитателям.

Меж тем Серж Воронофф, не имевший контактов в тюрьмах или моргах, был вынужден воспользоваться альтернативным источником свежих тестикул. Воронофф обратился к приматам — обезьянам. В основном это были шимпанзе, иногда бабуины. Возможно, вам будет интересно узнать, что тестикулы бабуинов гораздо больше, чем у их популярных на телевидении сородичей. Они настолько большие, что Воронофф разрезал их пополам, прежде чем пересадить пациентам.

Вторая часть книги Вороноффа 1925 года «Омоложение посредством пересадки тканей» — это перечисление конкретных примеров. Стареющие мужчины высокого общественного положения платили обаятельному французу астрономические суммы, чтобы им в мошонки хирургически вживляли обрезки органов шимпанзе. Помимо этой инновации в медицине, Воронофф первым придумал делать медицинские фото «до и после». «До» всегда сидят, в то время как многие «после» на снимках в движении. Семидесятилетние мужчины в шарфах и гетрах идут или прыгают по лужайке, демонстрируя обретенную мужскую силу.

Однако, по свидетельствам пациентов, многие операции Вороноффа закачивались провалом. «Мужская слабость едва-едва отступила», — отмечал один. «Сам я стал немного активнее, а вот сексуальная функция улучшилась совсем чуть-чуть. Вот и все», — ворчал другой. «Мне все хуже и хуже», — говорил третий.

Воронофф, вероятно, тосковал по тем давним дням экспериментов в трансплантации, когда никто из пациентов не жаловался и не публиковал отрицательных отзывов, поскольку не смели. Начав свою карьеру в 1913 году, Воронофф взял яички более чем сотни молодых баранов, разрезал их и пересадил части «несчастным старым особям», которые после этого «передвигались как молодые, сделались воинственны и агрессивны... полны энергии и мужской силы». По своему обыкновению, Воронофф отобрал некоторых животных и сфотографировал. Впрочем, когда они глядят на меня с неподвижных картинок, я не вижу никакой разницы между «до» и «после». Милая деталь: Воронофф давал своим пациентам клички, но не таким способом, как принято у именовать домашних животных. Он называл их по принципу, принятому для обозначения духов, или в данном случае скорее как нелепое название линии одеколона: Старый баран № 12, Старый баран № 14 и т.д.

Лео Стэнли из Сан-Квентина больше повезло с подопытными. В 1922 году он опубликовал работу по эндокринологии, где подвел итоги более 1000 операций по пересадке яичек. Доноры были разными: 20 казненных заключенных Сан-Квентина и партия разнообразных копытных — в том числе козлы, бараны, кабаны и олень.

Результаты оказались прямо-таки изумительными. Сорок девять из 58 астматиков сообщили об улучшении, равно как и трое из четырех диабетиков и трое из пяти эпилептиков, а также 81 человек из 95 страдающих от «сексуального истощения» и 12 из 19 импотентов. Два последних недуга впечатляют более всего, учитывая, что Стэнли имел дело только с мужским контингентом тюрьмы. Еще более поразительный факт: 32 из 41 мужчины сказали, что они стали лучше видеть, а 54 из 66 угреватых сообщали об «уменьшении количества прыщей» — видимо, они ежедневно их пересчитывали. Доктор Стэнли не сказал лишь об одной вещи, которую упомянул Дэвид Гамильтон, автор работы «К вопросу о половых железах обезьян»: люди, принимавшие участие в опытах, были досрочно освобождены или же получили деньги. Возможно, они в какой-то мере были вынуждены сказать доктору то, что он хотел услышать.

Сергей Воронофф тоже сообщал об успехах своих пациентов, и это производило странное впечатление: он и хвастался, и проговаривался. «У 26-55% пациентов, — писал он, — физическая и ментальная реабилитация сопровождались полным восстановлением сексуальной активности». Так как же? У 26% или 55%?

Не суть важно. Тестикулярное безумие было в полном разгаре. В 1920 году в барах подавали напиток под названием «Обезьяньи железы», а магазины в Париже продавали пепельницы с нарисованными плачущими обезьянками, прикрывающими причинное место, и надписью: «Нет, Воронофф, ты меня не достанешь!» К 1924 году около 750 профессиональных и не очень медиков вовсю орудовали гонадами[64]. Среди них были не только заблудшие и обманутые, но и откровенные шарлатаны.

Особенно отличился Джон Бринкли, хирург из Канзаса с поддельным дипломом доктора медицины и собственной радиостанцией. «Человек стар настолько, насколько стары его половые железы» — таков был слоган Бринкли, широко разрекламированный радиостанцией KFKB. Каждое воскресенье дюжина или больше мрачных мужиков из самых отдаленных уголков приезжала на железнодорожную станцию Милфорд, чтобы чудесная операция Бринкли восстановила их сексуальную силу с помощью козлиных семенников.

Было время, когда Бринкли использовал за неделю до сорока тоггенбургских козлов, живших в загоне за зданием клиники. Он предлагал пациентам лично выбрать донора, как посетители китайского рыбного ресторана выбирают рыбу из аквариума.

На слушании его дела в суде, описанном в статье «Удивительная карьера Джона Бринкли», предприимчивый знахарь был вынужден признать, что такая операция не только бесполезна (иммунная система пациента атакует непрошеного гостя, разрушая ткани животного и в конце концов абсорбируя их), но зачастую и опасна. Инфекция была обычным делом, и пациенты нередко становились бесплодными. Не говоря уж об ущербе для доноров, которых скармливали койотам, когда они лишались своего козлиного достоинства.

В наши дни единственные семенники животных, которые имплантируются людям, — это силиконовые протезы под названием «Ньютиклс», предназначенные для кастрированных домашних питомцев. Силикон одобрен Управлением по контролю над продуктами и лекарствами как материал для имплантатов женской груди и кучи других разнообразных частей человеческих тел, но никто не заплатил миллионы долларов, которые понадобились, чтобы создать имплантаты яичек (для пациентов, больных раком), одобренные управлением, — в основном потому, что случаи рака яичек слишком редки, чтобы дело того стоило. Посему мужчины с ампутированными яичками могут заказать «Ньютиклс»[65] и сделать пластическую операцию, чтобы установить их на место. До тех пор, пока мужчины помалкивают о том, что покупают протезы себе, а не своим домашним животным, у производителя нет никаких проблем. Сейчас Neuticle делает искусственные тестикулы самых разных размеров — от моделей, предназначенных для кошек, до бычьих. Есть надежда, что эта линейка покрывает практически все соответствующие человеческие нужды.

Вы, возможно, задаетесь вопросом, зачем кастрированному псу протезы яичек. На сайте Neuticle цитируются слова некоего ветеринара, который утверждает, что этот продукт полезен для «самооценки питомца». Я позвонила изобретателю «Ньютиклс» Грегу Миллеру, чтобы поговорить об поразившем меня пассаже относительно самооценки животных, и он поведал о том дне, когда кастрировал своего бладхаунда Бака.

— Я никогда этого не забуду. Его только-только привезли от ветеринара, он проснулся и начал вылизываться. Посмотрел вниз, а потом снова наверх — на меня. Он понял, что их больше нет. И долго пребывал в депрессии.

Миллер признает, что успешные продажи продукции «Ньютиклс» (по всему миру было продано 157,000 пар) объясняются скорее причудами мужчин — владельцев домашних животных, нежели нуждами самих животных. Этот факт подтверждается нередкими попытками заказать размер L для, скажем, гончей.

Насколько я могу судить, первыми продавцами генитальной продукции были китайцы (в их случае половые железы не пересаживали, а высушивали и делали из них пилюли или настойки). Китайская «Наука о лекарственных веществах» 1597 года, авторства натуралиста Ли Ши Ченя, называет пенисы собак, диких котов и выдр лекарством от импотенции. Некоторые виды выдр считаются более эффективными, чем иные. «Для охоты за ними женщины идут в лес, выдра чует их и прыгает на женщину, и ее невозможно оторвать иначе, чем задушив до смерти. Пенис такого животного считается очень ценным». Я решила: это потому, что такое поведение говорит о необычайной смелости и мужской силе; или, возможно, потому, что при удушении имеет место очень мощная эрекция. Затем, однако, мне пришлось подкорректировать свою теорию, поскольку Ли завершает свой пассаж следующей загадочной фразой: «Особенно ценится пенис животного, найденного мертвым, прицепившимся к дереву». Не исключено, что Ли был не очень хорошо осведомлен о физиологии выдр. «Пресноводная выдра, — пишет он, — всегда является самцом и... спаривается с гиббоном».

Тигриный пенис как лекарство для слабеющего либидо — более позднее добавление к китайской фармакопее. В отчете Earthtrust (группы, наблюдающей за соблюдением прав животных) 1993 года описывается ресторан в Тайчунге, Тайвань, продающий посетителям-мужчинам суп из тигриного пениса по 320 долларов. «Из одного пениса получается восемь порций супа», — любезно объяснил метрдотель иностранному телерепортеру. Однако в китайской «Науке о лекарственных веществах» нет ни слова о тигрином пенисе. Здесь описываются целебные свойства тигриных костей, мяса, жира, крови, желудка, яичек (для лечения золотухи), желчи, глазного яблока, носа, зубов, клыков, кожи, усов и фекалий, а вот пениса нет. Сходным образом, рог носорога[66] является лекарством от брюшного тифа, головной боли, карбункула, «гнойных нарывов» и противоядием от «болезнетворных испарений ручьев», но не от импотенции.

Интересно заметить, что тигриный пенис часто добавляется в крепкое вино или бренди — что само по себе может иметь смысл, если человек страдает от повышенной тревожности. «Непосредственно перед сексом, — говорится в заметках Earthtrust, — человек должен выпить и заморить червячка». Судя по всему, я слишком долго сидела над «Наукой о лекарственных веществах», поскольку, прочитав это, представила себе человека, принимающего червячка, словно аспирин. Не такой уж неправдоподобный способ: похожая на червя голотурия, как и почти все другие создания на земле, формой напоминающие пенис, по слухам, является афродизиаком[67].

Что до меня, я начала с рецепта, приписываемого Аристотелю. Видимо, под влиянием какого-то античного каталога съедобных птиц автор начинает свой перечень восстановителей потенции с «фазанов, вальдшнепов, горных жаворонков, дроздов, черных дроздов, молодых голубей, воробьев, куропаток, каплунов». Наконец, дичь уступает место главным возбудителям эрекции: «водяной кресс, пастернак, артишок, репа, спаржа, засахаренный имбирь, желудь, лук-порей, моллюски». Все это должно употребляться «на протяжении значительного времени». В какой-то момент их эффективность, вероятно, подвергалась сомнению — когда люди начинали страдать ожирением и секс интересовал их уже не так сильно, как следующая порция горных жаворонков.

У доктора Су есть приятель, который владеет в Тайпее магазинчиком, торгующим средствами традиционной китайской медицины, и доктор любезно согласился доставить меня туда для полевого исследования. Никаких мошонок в продаже не было, а разновидность пениса оказалась только одна — оленья. Очень похоже было на олений рог, но доктор Су настойчиво твердил, словно диктуя письмо: «Пенис оленя». Хозяин исчез в задней комнате и вернулся со стопкой закрытых крышками картонных коробок, словно продавец обуви времен моей юности. Морские коньки, окаменевшие устрицы, обломки оленьего рога, зубы динозавра. «Просто потому, что они твердые», — фыркнул доктор Су. Последнее лекарство, которое принес хозяин, было связкой сухих листьев, заостренных, как птичьи клювы, и перевязанных красным шнуром. «Козел ест этот лист и спаривается сто раз в день», — перевел доктор Су. Хозяин протянул мне пучок листьев.

— Спасибо, — сказала я, — но на самом деле мне это не нужно. — Я обернулась к доктору Су. — Объясните ему, что я просто провожу исследование.

Какой-то мужчина весело оглядел магазин и подошел к нашей группе.

— Попросите его «Формулу императора», — посоветовал он.

Доктор Су объяснил, что один император из династии Цин в поисках средства от импотенции или, может быть, просто проводя исследование отправил 400 молодых мужчин и женщин на труднодоступный остров и велел им «попробовать все листья и позабавиться». Мужчина и доктор Су обменялись несколькими словами по-китайски. Мужчина смотрел на меня и улыбался.

— Я просто провожу исследование...

Доктор Су успокоился, удостоверившись, что я поняла беспомощность традиционной китайской медицины в лечении эректильной дисфункции.

— Ни одна формула, — сказал он, — не сравнится с виагрой.

Виагра здесь, на Тайване, имеет интересную историю (и интересное название «вэр эр ган», которое мне переводили различными способами — «мощный и твердый», «крепкий и прочный как сталь» и — мое любимое — «крутой и горячий»). За неделю до того, как таблетки должны были официально поступить в продажу — неофициально, на черном рынке, они к тому времени уже продавались и пользовались спросом — защитники прав женщин вышли на улицы Тайпея, протестуя против их появления в магазинах. «Виагра нарушила семейную гармонию и привела к внебрачным связям, поскольку жены не могли удовлетворить сексуальные запросы своих мужей», — приводит слова одного защитника женского здоровья малазийская Sunday Sun. Цитируется также некий гинеколог из тайваньского адвентисткого госпиталя, где работает доктор Су. Этот гинеколог призывал врачей не выписывать виагру, пока пациент не предъявит письменное разрешение от жены.

Позже я узнала, что выпуск виагры в США вызвал сходный протест у фракции женщин Америки. Мейка Лоу, автор книги «Восход виагры», цитирует пять или шесть писем к Энн Ландерс. Эти настроения более или менее похожи на те, что сопровождают товары неизвестных марок в Абилине, штат Канзас: «Пожалуйста, передайте этим самодовольным ученым и большим фармацевтическим компаниям, что надо искать лекарство от рака, а не разрушать жизнь миллионов женщин, которые заслужили отдых». Хотя Ландерс отвечала, что такие женщины представляли маленький процент почты по поводу виагры, эти письма предполагают, что подключение небольшой терапии было бы не такой уж плохой идеей.

Разумеется, тайваньский Pfizer в любом случае остался на плаву. Его доходы — здесь и главным образом в Китае — были именно что крутыми и горячими. Может быть, единственное место, где виагра обернулась разочарованием — это национальный заповедник Волонг в провинции Сычуань. Волонг является домом для небольшой сокращающейся популяции панд, а также панд, обитающих в неволе, которые служат исследовательским целям. В неволе панды размножаются с большим трудом. Некоторые ученые расценивают это как проблемы либидо; около 60% пойманных панд не выказывают интереса к спариванию. Другие ученые, кажется, считают, что самцы страдают эректильным расстройством, поскольку в 2002 году панду средних лет по имени Чжуан-Чжуан лечили виагрой. «Никакого результата», — цитирует ВВС слова заместителя директора Ванга Пенгьяна.

Исследователь из Волонга Го Фэн, на которого также ссылается ВВС, не согласен со своим коллегой. «Нельзя сказать, что виагра не действует на панд. Просто данная конкретная особь ни на что не способна. Последние несколько лет мы неоднократно давали шанс Чжуан-Чжуан, но он просто не может этого делать».

Выделять Чжуан-Чжуан не совсем честно, поскольку самцы панды вообще неуклюжие любовники. По словам зоолога Чена в Inside China Today: «Самцы гигантской панды не знают, что и как. Иногда они забираются на голову самки и начинают тыкать».

Желая просветить бестолковых самцов панд, сотрудники Волонга соорудили видеоинструкцию, которую средства массовой информации радостно окрестили «пандовым порно». ВВС даже отозвалась об отснятом материале как об «откровенном», хотя, учитывая густой мех животного и его маленький пенис[68] (в эрегированном состоянии он размером с большой палец мужчины), трудно представить, чтобы панды сумели увидеть на пленке много деталей. Больше похоже на знак типа «Верх здесь». Исследователи, не вдаваясь в подробности, сообщают об «улучшении».

Панды не единственные, для кого виагра не сотворила чуда. Около четверти опробовавших ее мужчин по-прежнему испытывают проблемы с эрекций. Что же можно предпринять? Совершим небольшую экскурсию в операционную доктора Су. Есть несколько способов. Можно вводить вызывающие эрекцию препараты прямо в пещеристые тела, если пациент согласен, чтобы его член истыкали иголками. Применение лекарства быстро вызывает впечатляющий стояк, который обычно продолжается несколько часов. Иногда член стоит гораздо дольше, превращая своего владельца из Геркулеса в Приапа[69] и требуя неприятного визита к врачу. Более новый и более щадящий способ введения этих препаратов — уретральные свечи, известные как MUSE (Medicated Urethral System for Erection). Вдобавок существует вакуум-констрикторное устройство, также известное как помпа для пениса. Оно состоит из пластиковой трубки, в которую человек помещает свой вялый член, а насос откачивает воздух из трубки. Образуется вакуум, в результате чего кровь приливает к органу и задерживается там при помощи сжимающего кольца. Помпа для пениса была изобретена специалистом по пневматике по имени Геддингс Осбон, который сам частенько испытывал трудности с эрекцией и в результате подошел к пневматике творчески.

О том, насколько сильно виагра потеснила на рынке компанию Osbon ErecAid, свидетельствует печальный слоган: «Сделайте свой второй и последний выбор». В одной журнальной статье прошлого года утверждалось, что насосы для пениса ориентированы в «основном на пожилых пациентов, которые лишь изредка занимаются сексом».

Далее есть еще иглоукалывание. Доктор Су представил меня человеку, который лечит расстройство эрекции — в основном преждевременную эякуляцию — акупунктурой. Су сказал, что у 44% мужчин, лечившихся иглоукалыванием, отмечается улучшение. Это не так впечатляюще, как может показаться, поскольку 38% сообщат об улучшении, если дать им плацебо.

Акупунктура как средство от импотенции чаще встречается в сельском хозяйстве. «Простое применение иглы успешно справляется с импотенцией», — пишет автор работы, посвященной лечению «надорвавшихся» племенных быков. Хотя тут не до конца понятно, чья импотенция имеет отношение к делу — быка или того человека, которого он пнул по яйцам за то, что тыкал иглой в его орган.

Самый простой, безопасный и понятный способ лечения эректильной дисфункции — это укрепление мышц тазового дна. Гинеколог Арнольд Кегель был первым, кто обнаружил благоприятные эффекты тонизирования мышц тазового дна. Поначалу считалось, что упражнения Кегеля могут принести пользу только женщинам[70] — они предназначались для лечения недержания и помогали женщинам иметь более продолжительный и/или более интенсивный оргазм. Кегель, недолго думая, окрестил их упражнениями Кегеля и понес в массы, тем самым навсегда связав свое имя с проблемами половых органов и поставив крест на всех прочих ярких аспектах своей карьеры. В 2005 году группа профессоров из университета Западной Англии писали в BJU International (British Journal of Urology), что упражнения Кегеля могут излечить эректильную дисфункцию. По прошествии трех месяцев занятий кегелингом два раза в день группа мужчин-импотентов показала значительное улучшение в сравнении с контрольной группой. «Независимая слепая оценка», за организацию которой я не могу поручиться, определила, что 40% импотентов, в сравнении с контрольной группой, снова обрели нормальную эрекцию. Еще у 35% наступило улучшение. В статье говорится, что упражнения Кегеля более эффективны для молодых мужчин, чья эректильная дисфункция связана не с обычной разбойничьей бандой в виде диабета, атеросклероза и фиброза.

Это впечатлило и озадачило меня, и я заказала видеоматериалы с инструкциями, которые упоминались в статье. Они были созданы одним из авторов статьи Грейс Дори и физиотерапевтом по имени Кевин Формен. Видео начинается со вступления доктора Формена (доктора философии, а не медицины). На нем галстук персикового цвета, и он сидит на фоне простого однотонного занавеса. Ни стула, ни стола не видно. Нет даже одинокого цветка в горшке, который мог бы оттенить доктора Формена и его галстук. В искаженной крикливой цветовой гамме доктор Формен розов, словно пасхальный поросенок.

Доктор Формен объясняет, что одна пара мышц тазового дна идет вдоль пениса, как натяжные тросы, и позволяет пенису подниматься. Другая мышца тазового дна охватывает орган, и когда она сжимается, возрастает давление на дорсальную вену, что помогает удержать кровь внутри пениса. Стимулирование этих мышц должно, в теории, помочь мужчине обрести сильную, продолжительную эрекцию.

Часть видео «как это сделать?» начинается довольно-таки невинно — с анатомических рисунков в альбоме для рисования. Зрителей просят «напрячься», как если бы вы пытались воспрепятствовать мочеиспусканию, и одновременно «сжать задний проход, словно сдерживаясь от пускания ветров». Я узнаю эти особые эвфемистические фразы из некоего буклета-инструкции для пациентов миссис Дори (мне прислали каталог, где они перечисляются): «Предотвратите это! Руководство для мужчин и женщин с утечками из заднего прохода».

Внезапно кадр меняется, и теперь мы видим голые мужские бедра на фоне мятой белой простыни.

Он лежит на спине, подняв колени; бедра разведены, задний проход хорошо виден. Разумеется, лицо мужчины за пределами кадра. Аннотация видео из каталога утверждает, что упражнения демонстрируют «мужские модели», но я подозреваю, что это сам Формен. Бюджет так мал, что не хватило даже на цветок в горшке — где уж заплатить моделям. Хотя, возможно, я и ошибаюсь.

Голос за кадром выдает мышцам тазового дна пошаговую инструкцию. В какой-то момент раздается звонкое восклицание: «Сжать! Сжать! Сжать!». Моему мужу на кухне послышалось: «Бежать! Бежать! Бежать!». Он заходит в комнату, глянуть, что я тут смотрю, полагая, что это какой-то неимоверно пафосный низкопробный фантастический фильм.

— Ого! — говорит Эд, увидев задницу доктора Формена.

— Обратите внимание, как поднимается мошонка, — продолжает голос за кадром. Затем модель демонстрирует упражнения в позиции стоя, и здесь приближение камеры становится просто невыносимым. Мы с Эдом откидываемся назад, на диванные подушки.

— Сжать! Сжать! Сжать!

Вторая часть называется «Капли после мочеиспускания».

— Речь идет о каплях мочи, которые вытекают после того, как вы помочились, — объясняет доктор Формен.

На экране появляется нижняя часть мужчины, облаченная в широкие трусы и выходящая из туалета. Проблема цвета усугубляется тем, что под трусами на нем ярко-розовое трико. Камера приближается, демонстрируя влажное пятно на ширинке.

— Вылиться может так много, что хватит на полную рюмку для яйца, и выйдет большой конфуз.

Интересно, это примерная оценка или доктор Формен нанял модель, чтобы накапать в рюмку для яйца?

Учитывая открытия Формена, странно, почему упражнения Кегеля не пропагандируются урологическим обществом. «Это только одно исследование», — ответил представитель урологической ассоциации Ира Шарлип, когда я спросила его об этом. В самом деле, изучение базы данных медицинских журналов PubMed не выявило попыток распространить кегелинг в Западной Англии. Что, видимо, весьма досадно. Общий поиск в Интернете дал несколько сайтов самопомощи, где кегелинг называется способом контролировать преждевременную эякуляцию — об этом доктор Формен также упоминает.

Кегелинг, как мне кажется, принадлежит к категории отрубей, молитв и витаминов, которую можно охарактеризовать: «Вреда не приносит. Может помочь». Конечно, его стоит попробовать, прежде чем двигаться к последнему рубежу, к последнему средству: искусственной эрекции.

Глава 8. В поисках утраченной эрекции.

Трансплантаты, имплантаты и прочие пенисы, как последний шанс.

Пластический фаллопротез AMS 650 — прибыльный товар, пользующийся стабильным спросом. Едва ли можно найти работу лучше, чем быть торговым представителем компании AMS. Единственный недостаток — в вашу рекламу придется включить фразу «совершенно незаметен и практически не пружинит». Только представьте, как вы произносите: «Повышенная жесткость уменьшает возможность сгибания во время полового акта». А рабочее время, вероятно, по большей части, вы будете проводить в обществе незнакомых мужчин, приставляя к своей ширинке силиконовый фаллопротез.

Для представителя AMS, посетившего кабинет доктора Су в Исследовательском центре микрохирургии по восстановлению потенции, это был обычный рабочий день. Только на сей раз «незнакомцами» были я сама и коллега доктора Су — всезнающая Элис Вен. Элис служит мне переводчицей. Представитель AMS демонстрирует, как можно восстановить эрекцию при помощи нескольких элементов протеза, каждый из которых помещается в пещеристое тело полового члена. Все происходит гораздо быстрее, чем обычно. Вы просто придаете пенису нужное положение, как лампе на гибкой ножке.

Существуют не только пластические, но и надувные протезы. В этом случае вы не загибаете пенис, а накачиваете. Хирург имплантирует небольшой резервуар, наполненный солевым раствором[71] (или воздухом) позади лобка. Содержимое резервуара закачивается при помощи нагнетающей помпы, которая устанавливается в мошонку и подсоединяется к протезу пластиковой трубкой. Надувные модели более популярны, поскольку — в отличие от пластических протезов — они увеличивают объем пениса, как это происходит при обычной эрекции. Большинству мужчин такой вариант представляется наиболее естественным, за исключением, конечно, необходимости работать мошонкой как насосом.

«И кто именно накачивает пенис?» — спрашивает Элис с явным страданием на лице. Ответ — да кто угодно. Любой, кто захочет. Сам мужчина, его партнерша. А в исключительных случаях — даже совершенно незнакомые люди. Сексолог Синди Местон рассказывает, как однажды Ирвин Гольдштейн, который тогда работал в Центре медицинской сексологии Бостонского университета, попросил ее накачать пенис одному из его недавно прооперированных пациентов. «Я приехала в Бостон на конференцию. Из-за простуды пришлось пропустить утреннее заседание. Ирвин был в восторге от надувного протеза, который он недавно установил. “Ты должна это видеть, Синди!” И он потащил меня в свой кабинет. Там был огромный мужчина без штанов. “Ну же, Синди, надуй его”, — говорил Ирвин. “О нет, Ирвин, не сегодня» — отвечала я...”.

Кто устанавливает себе имплантаты? «Протезирование не так уж распространено, — говорит Гольдштейн, уролог и один из редакторов Journal of Sexual Medicine (на данный момент установлено 250,000 фаллопротезов AMS). — Но это терапия третьей линии». Иначе говоря, врачи сначала прибегают к менее радикальным методам лечения. Протезирование показано мужчинам, чья эректильная ткань необратимо повреждена и замещена фиброзной. Так как если бы этого не было до операции, то случилось бы после нее. Фаллопротезы при их установке обычно разрушают эректильную ткань.

Но, несмотря на это, пациент с имплантатом может испытывать оргазм и эякулировать. «Жесткость, которая приобретается благодаря имплантату, не имеет ничего общего с желанием и оргазмом», — объясняет Гольдштейн. Эрекция, оргазм и эякуляция — это три независимых друг от друга процесса. Мужчина может испытать оргазм — и даже множественный оргазм[72] — без семяизвержения; а может испытать оргазм и эякуляцию без эрекции. Протезирование имеет отношение только к эрекции. Гольдштейн: «Если вы умеете играть на пианино до установки имплантата, сможете и после».

Большинство пациентов — мужчины старшего возраста. Через двадцать минут доктор Су установит AMS 650 семидесятилетнему мужчине. Назовем его мистер Вонг. Причина операции находится здесь же, в холле: новая жена, сорокалетняя миссис Вонг.

Впервые имплантат — простая хрящевая полоска — был установлен страдающему импотенцией пациенту в 1952 году. Пациент характеризуется (на сей раз в Journal of the South Carolina Medical Association) как «двадцатитрехлетний чернокожий ветеран Второй мировой войны». По иронии судьбы, молодой человек стал импотентом потому, что был полной противоположностью импотента. За три месяца до описываемых событий он обратился в госпиталь для ветеранов с эрекцией, которая не спадала уже два дня и две ночи. Врачи дренировали пещеристые тела, и в результате операции на эректильной ткани появился шрам, так что она перестала оправдывать свое название. Дальше — хуже: когда он вернулся в госпиталь с жалобами на импотенцию, врачи просто отказались ему верить. Они заставили его мастурбировать у них на глазах. Когда же это «не вызвало никаких визуальных или тактильных признаков эрекции», доктор Бафорд Чаппел назначил пациенту первую операцию фаллопротезирования. Чаппел не уточнил происхождения хрящевой ткани. Не сказал он и о том, знал ли пациент, что является подопытным кроликом.

Создается впечатление, что вывод Чаппела: «Он сохранил способность эякулировать, хотя и получает меньше наслаждения от полового акта, чем до операции» — попытка подсластить пилюлю. Чаппел приложил к отчету изображение пениса, который «теперь находится в полуэрегированном состоянии, что позволяет пациенту комфортно носить повседневную одежду». Судя по рисунку, сложно вообразить, что с таким членом удобно носить что-то, кроме халата, да и то если человеку удобно постоянно ходить с эрекцией, не думаю, что это случай афроамериканца из Южной Каролины в 1952 году.

Сегодня мы с Элис планируем присоединиться к доктору Су в операционной. Мистер Вонг лежит с закрытыми глазами. Операцию проводят под местной анестезией, усиленной акупунктурой. Пенис пациента в хороших руках: доктор Су уже установил более ста фаллопротезов. «Точнее говоря, сто восемнадцать, — говорит он, тщательно моя руки до самых локтей в раковине, установленной в углу операционной. — И всего две экструзии». Глаза Элис над хирургической маской округляются. «Вы хотите сказать, что протез...».

Доктор Су держит руки прямо перед собой, сестра надевает на них перчатки (не могу спокойно писать это слово с самой шестой главы). Он кивает. Да, он имел в виду, что имплантат иногда пробивает головку члена. Это может случиться во время бурного секса в некоторых позициях. «Вот почему мы говорим пациентам: никаких “женщина сверху”».

«Ох...» — выдыхает Элис.

Су делает короткий надрез там, где были бы лобковые волосы, не будь пациент выбрит перед операцией (таким образом можно скрыть послеоперационный шрам; но иногда имплантат вставляют и через головку). Затем он берет стальной стержень того же диаметра, что и протез. Этот стержень, так называемый дилататор[73] Гегара, используется для того, чтобы расширить каждое из пещеристых тел для установки имплантата. Он проходит внутрь без особого труда, хотя и не так легко, как хотелось бы: застревая то там, то тут, требуя сильного нажима.

Медсестра достает второй имплантат — для другого пещеристого тела. Этот входит внутрь гораздо сложнее. Установка протеза происходит в два этапа. Один конец погружают в надрез так, что снаружи остается несколько дюймов — как знамя над завоеванной территорией. Доктор Су сгибает выступающую часть посередине, а затем вставляет свободный конец в разрез и продвигает его к головке[74] члена, выпрямляя протез по мере того, как он входит. Кажется, протез застрял. Из окровавленного надреза торчит петля размером с дюйм. Романист Мартин Эмис однажды сравнил попытки импотента совершить половой акт с попыткой засунуть устрицу в парковочный автомат.

Доктор Су вытаскивает протез и начинает все заново. Элис отворачивается. Поразительно, но мистер Вонг спит! На этот раз имплантат входит беспрепятственно, и доктор Су зашивает надрез. Теперь пенис снова выглядит как пенис, но при этом длиннее и толще, чем час назад. Доктор тестирует его: надо убедиться, что протез изгибается как надо и удерживается в позиции эрекции. Он придает члену хорошо известную всем форму, затем отпускает руку. Пенис стоит, податливый, как ножка пластилинового человечка. Затем доктор опускает его. Это напоминает домашние тренажеры, которые можно хранить под кроватью в сложенном виде. Теперь мистер Вонг владеет тайной мгновенной эрекции. Его гидравлика перенастроена на работу по принципу тумблера: либо ВКЛ, либо ВЫКЛ.

Сегодня мистер Вонг принес в жертву природную способность своего детородного органа к сокращению. Теперь его уже никто не назовет сморщенным! Только большим или выдающимся. Боевое знамя мистера Вонга будет всегда наготове. Жаль, что у него нет белья, которое создает «значительное поддерживающее давление». Я позаимствовала формулировку у группы изобретателей, которые были перечислены в патенте, выданном на «трусы мужские с карманом для пениса»[75]. В патенте нигде не сказано, что у одного из изобретателей — носящих, между прочим, общую фамилию, — был установлен полужесткий фаллопротез, который вздымал брюки неприличным бугорком. И что другой изобретатель оказывал «значительное поддерживающее давление», чтобы хоть как-то помочь товарищу. Я представляю себе, что стоит за этим так называемым карманом для пениса? Просто интересуюсь.

Пенис мистера Вонга ничем не отличается от любого другого эрегированного члена. Но я ловлю себя на мысли: а каков он на ощупь? Как пенис, налившийся кровью, или как пенис, в который вставили две силиконовые палки?

— Можно потрогать?

Элис смотрит на доктора Су, а доктор — на пациента, чью голову скрывает занавеска из зеленой хирургической ткани. Он уже очнулся, но он не понимает по-английски, а его промежность все еще под анестезией. Он никогда ни о чем не узнает. Доктор Су отходит от операционного стола и достает из коробки пару латексных перчаток.

— Мэри, вы проделали долгий путь. Делайте все что хотите.

На настоящий пенис не очень похоже. Но по ощущениям не хуже. Это что-то... из области бионики.

Несмотря на отсутствие ощущения «стали»[76] настоящей эрекции, внутри пенис тверд, тверже обычного. И он останется таким, пока не кончат оба партнера. Вполне понятно, что теми, кто разочаровался во всех других возможностях, установка имплантата может восприниматься как долгожданное решение проблемы. Так ли это на самом деле? И что скажут дамы?

В одном исследовании говорится, что 76% мужчин удовлетворены твердостью своих новых пластичных органов. Другое приводит данные опроса 350 мужчин с надувными протезами: довольны 69%. В третьем, со сходной выборкой, довольны оказались 83% мужчин и только 70% опрошенных партнерш. «Это потому, что они скучают по позе наездницы», — подытоживает Элис Вен. Наиболее распространенная жалоба: имплантат причиняет боль и выглядит ненатурально. Некоторые женщины отмечали, что кончик пениса был холодным (так называемый синдром холодной головки).

Очевидно, что степень удовлетворения протезом зависит от его типа и марки. Менее очевидно, что результат зависит и от того, какая из жен принимала участие в опросе... В исследовании, озаглавленном «Удовлетворение от пластического фаллопротеза на Ближнем Востоке», приводится мнение мужчин, проживающих в Ливии, Египте, Судане, Йемене, Алжире и Саудовской Аравии и имеющих две или три жены. Таблица 4, в отличие от других подобных таблиц, приводит мнение мужчин и женщин в отдельных колонках. По горизонтали таблица разделена на две части: «Двоеженство» и «Троеженство». И если в шести из девяти опрошенных семей мнение мужчин и женщин в среднем совпадают, свидетельства остальных говорят о бурях, сотрясающих семейные шатры.

Взять, например, семью №4. Мужчина говорит, что удовлетворен протезом, как и одна из его жен. Две другие жены называют себя, соответственно, «неудовлетворенной» и «очень неудовлетворенной»; до такой степени, что «хотели бы убрать протез». Я так и представляю себе этих жен: заговорщически перешептываются и прячут под чадрами кухонные ножи... Добавьте к общей картине семейного неблагополучия то, что 64% мужчин скрывали факт операции от своих жен — возможно, потому, что 94% не были предупреждены хирургами о «ненатуральности» будущей эрекции. И последний штрих: всего через пару лет после перенесенных этими мужчинами операций в большинстве упомянутых стран стала доступна виагра.

Невнимательный читатель, возможно, сделает из вышесказанного вывод, что полигамия приводит к эректильной дисфункции. Совсем наоборот! В 2005 году антрополог Бен Кемпбелл проделал долгий путь от Бостонского университета до самых отдаленных границ Кении: чтобы побеседовать с представителями народности ариаал об их эректильной функции. Он обнаружил в том числе, что у мужчин с большим количеством жен ниже уровень эректильных расстройств, связанных с возрастом. Разумеется, это не значит, что еще одна жена спасет вас от эректильной дисфункции. Скорее всего, это говорит лишь о том, что мужчина, чей пенис находится в рабочем состоянии, способен обеспечить многочисленным женам нормальную сексуальную жизнь. Разве может импотент завести гарем? Для этого надо быть либо безумцем, либо, возможно, ливийцем.

Вместо того, чтобы чинить неработающий член, не лучше ли приделать пациенту новый? Если можно пересадить лицо или пришить руку, почему не трансплантировать пенис? Хирурги думают об этом. Датский хирург Бьорн Фолкмер написал мне по электронной почте, что эта тема обсуждалась несколько месяцев назад применительно к молодому пациенту, чей пенис был частично ампутирован при удалении злокачественного образования. Проблема только одна, сказал Фолкмер: пещеристые тела могут отреагировать на травму выработкой плотной, неэластичной фиброзной ткани, которая и является одной из причин импотенции. Травматичной будет и реакция иммунной системы, неизбежная при любой пересадке чужих органов. Иммунодепрессанты смогут уменьшить проблему, но не снять ее. Но в данном случае хуже всего то, что иммунодепрессанты, защищающие новый пенис, сделают пациента беззащитным перед раком.

Но если вы стали импотентом потому, что кто-то отрезал вам член, микрохирургия может помочь. Наиболее опытного в данном вопросе хирурга следует искать в Таиланде, где с начала 1970-х годов примерно сто мстительных тайских жен, вдохновившись широко освещенным в прессе случаем 1973 года, отрезали пенисы своим неверным мужьям, пока те спали. Мужчины, которым был доступен хирург, способный пришить отрезанный кусок, получали способность вновь волочиться за юбками уже через несколько месяцев. Хотя, возможно, и не с таким успехом: прооперированный пенис становится короче, частично теряет подвижность и способность к полной эрекции.

Главной проблемой тайских пациентов была инфекция. Две женщины бросили отрезанные пенисы в унитаз, заставив мужчин рыться в поисках утраченного достоинства в септической канализации. Удивительно, но оба пениса были найдены, отмыты, отмыты еще раз и пришиты на место. Но чаще женщины выкидывали члены в окно. Согласно статье «Хирургическое вмешательство в связи с участившимися случаями ампутаций фаллоса в Таиланде», все восстановленные пенисы были «поражены обширной инфекцией».

И все же это лучше, чем обнаружить, что член сожран домашним скотом. В Таиланде многие сельские дома стоят на сваях: в поисках тени под домом собираются многочисленные свиньи, куры и утки. Как ни странно, наибольший ущерб тайским кастратам наносят не свиньи, а утки. В статье не приводится точное количество пенисов, проглоченных этими птицами, но, как замечает автор, случаев было достаточно, чтобы возникла народная поговорка: «Пойду-ка я домой, а то уткам будет чем поживиться».

Случается, что кастрат и кастрирующий оказываются одним и тем же человеком. Так, в том же Таиланде некий мужчина, чья жена пожаловалась на его неудачу в постели, пошел в ванную и отрезал себе член опасной бритвой. Примечательно, что все тайки, за редчайшими исключениями, пользуются кухонными ножами, в то время как таец потянулся к опасной бритве. А один крестьянин взялся за косу. Раскаявшаяся жена отправила мужа и его член в больницу, последний, подобно экзотическому блюду, был завернут в банановый лист.

Небольшую, но вызывающую тревогу группу случаев самокастрации составляют увечья, нанесенные в приступе религиозного экстаза. В Новом Завете есть примечательный пассаж, прославляющий целомудрие (Мф. 19:12). В нем Иисус перечисляет различные виды евнухов: «Ибо есть скопцы, которые из чрева матернего родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царствия Небесного». В 1985 году мужчина из Австралии, тридцати одного года, присоединился к последней категории. Случай тем более трагичный, что этот человек был целомудреннее многих священников. Он никогда не занимался сексом, у него не было возлюбленной (а также возлюбленного). Жил он в доме родителей, где, как гласит судебный отчет, «каждую свободную минуту проводил в своей комнате, читая Библию».

За исключением тех пяти или десяти минут, которые он, терзаясь страшным чувством вины, посвятил мастурбации. Беспокоясь, что у него отберут ключи от Царствия Небесного (или поменяют замок... или как там это работает), он решил искупить свой грех. Воспользовавшись навыками, полученными на ферме отца, где он еще мальчиком кастрировал быков, молодой человек вскрыл свою мошонку лезвием, отрезал яички и бросил их в унитаз. Составитель судебного отчета отмечает, что избавление от яичек говорит о решимости; многие самокастраты из числа сомневающихся приносят отрезанные органы с собой в больницу. В то время как этот мужчина не сделал попытки найти яички и не выразил сожаления по поводу содеянного. Он также отказался от заместительной гормональной терапии тестостероном и, без сомнения, стал звездой церковного хора.

Закончу свой рассказ историей одного индийского государственного служащего, пятидесяти одного года от роду. Этот мужчина заявил врачам скорой помощи, что отрезал себе пенис, дабы избавиться от половой невоздержанности. Один из врачей, описавший случай для журнала Indian Journal of Psychiatry, предположил, что причиной является более серьезное психическое расстройство, поскольку пациент ранее прыгнул в колодец — что свидетельствует о попытке самоубийства. Однако, учитывая склонность индийца к радикальным методам, возможно, он просто хотел пить.

Ампутация пениса не излечивает от невоздержанности. Но для одного семидесятилетнего мужчины она стала лекарством от импотенции. Новый рабочий орган был фантомом. Ложные ощущения ампутированной конечности часто бывают у людей, перенесших ампутацию руки или ноги. В силу особенностей нашей нервной системы восприятие конечности нередко остается после операции. Иногда такое происходит при мастектомии — пациенткам кажется, что удаленная грудь набухает в зависимости от фазы цикла — и при пенектомии (в семи из двенадцати случаев, согласно одному опросу). У В.С. Рамашандрана из Калифорнийского института мозга и восприятия (что в Сан-Диего) однажды был пациент с фантомным аппендиксом. Ему было очень больно, и он едва мог поверить, что хирург уже удалил настоящий.

В случае семидесятилетнего пациента фантомная эрекция была настолько сильна, что мужчине пришлось нагнуться и проверить «не выросло ли там чего». О сладость победы с привкусом горечи! После двух лет импотенции ощутить, как встает член, которым нельзя воспользоваться... Такая вот урологическая аллюзия на рассказ О’Генри о женщине, которая отрезала свои длинные локоны, чтобы купить мужу в подарок на Рождество цепочку от часов, не зная, что ее супруг продал часы, чтобы подарить ей гребни.

Фантомные эрекции прекратились, когда старичок с ампутированным членом в возрасте семидесяти четырех лет получил пулю в спину и его парализовало ниже пояса.

Глава 9. Дамский недомерок.

Клитор — это пенис в миниатюре?

Женщина на магнитно-резонансном изображении видна практически насквозь. Мужчина за пультом видит размеры ее сердца и содержимое матки, видит, увеличивала ли она грудь, уменьшала ли желудок, видит ее мочевой пузырь и знает, заглянула ли она в туалет перед осмотром.

Кен Маравила, профессор рентгенологии Вашингтонского университета, знает все про Мег Коул[77] (содержимое мочевого пузыря — полчашки). А скоро узнает, насколько ее возбуждает видеофильм «только для взрослых», который он выбрал ей для просмотра во время магнитно-резонансного исследования. Но, собираясь на магнитно-резонансное исследование, предусмотренное страховкой, не думайте, что все проходят лечение по методу Маравилы. Только подопытные.

Маравила не занимается собственно изучением секса; это для него побочная область. Его больше интересует то, что магнитно-резонансное исследование может точно измерить, сколько крови содержится в тканях женского клитора. Как и у мужчин, сексуальное возбуждение у женщин сопровождается притоком крови к гениталиям. То есть все просто: количество крови в клиторе дает яркую картину того, что Мастерс и Джонсон трогательно назвали «доведением до готовности». Маравила установил, что в женском клиторе крови в среднем в два раза больше, если женщина смотрит порно, а не, скажем, хронику приземления космического спутника.

«Мэри, мы не употребляем слова “порно”, — мягко уточняет Маравила. — Мы говорим: эротическое видео». Или, чтобы совсем уж было не к чему придраться, видео для визуальной эротической стимуляции — ВЭС. Шестидесятилетний Маравила — стройный, изящный мужчина с наголо обритой головой. О сексе он говорит легко, но очень чувствителен к слову «порнография». Маравилу можно понять: сначала совет по общественным вопросам университета завернул его заявку, и ему пришлось долго убеждать совет, что его интерес чисто научный и с вуайеризмом не имеет ничего общего.

Из многочисленных способов измерить женскую страсть магнитно-резонансное исследование — наименее болезненный: ничего никуда не надо вводить, накладывать, присасывать, подобно банкам, и прочее. Самое целомудренное сексологическое исследование. Коул лежит на спине, а на бедрах покоится радиочастотный датчик — как согревающая накладка. Ей выдали подушку и одеяло, потушили свет. Напоминает полет в Европу первым классом «Британских авиалиний» — максимальный комфорт в предлагаемых обстоятельствах.

Коул страдает тем, что в «Руководстве по диагностике и статистике душевных болезней» (Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders) называется расстройством женского сексуального возбуждения (РЖСВ): она регулярно хочет секса, но ее тело не откликается на ласки. Точнее, не откликается так, как ей хотелось бы. Если бы с точки зрения Коул это не составляло проблемы, то и проблемы с точки зрения «Руководства» в этом не было бы. Часть диагноза в том, что это состояние причиняет «явные страдания или трудности в межличностном общении».

РЖСВ — это женская версия ЭД (эректильной дисфункции). Это не ООЖ (отсутствие оргазма у женщин) и не ГСЖ (гипоактивность сексуального желания, или понижение либидо)[78]. Чтобы окончательно запутаться, есть еще женская сексуальная дисфункция, или ЖСД, но это скорее общее название для всех этих заболеваний или их сочетаний. Чаще всего женщины жалуются на гипоактивность сексуального желания (ГСЖ), и позже мы о нем поговорим. А также о том, как это происходит у обезьян. Не переключайтесь.

Реже всего встречается расстройство женского сексуального возбуждения. Трудно найти женщину, страдающую РЖСВ и только РЖСВ. Координатору данного исследования Джоанне Хог пришлось опросить 140 женщин, чтобы найти добровольцев, которые составили группу подопытных. Неожиданно многих она нашла, поместив объявление на спортивных страницах Seattle Times. «Раньше я давала объявление в кулинарном разделе, — говорит она, — но многие женщины говорят, что о нашем исследовании они узнали от мужа». Мужчин сексуальный отклик ясен волнует зачастую больше, чем самих жен.

Коул совсем не похожа на типичную холодную женщину. Она не выглядит консервативной или заторможенной. Ровно наоборот. Когда я вошла, она болтала с Хог о секс-шопах Сиэтла. Ее друг ведет класс по безопасному эротическому связыванию, спонсируемый местным управлением полиции. «Люди калечат себя постоянно, — говорит она. — Видимо, у полицейских это отнимает слишком много времени». Если у такой женщины, как Коул, проблемы с возбуждением, то есть смысл поискать физиологическое объяснение.

Хог сидит рядом с Маравилой в пункте управления — он так и называется: «пункт управления», как в кино про Джеймса Бонда. Привлекательная серьезная англичанка: брючки в тонкую полоску, конский хвост. По сигналу Маравилы она нажимает на кнопку конвейера, который задвигает Коул в магнитно-резонансный аппарат. Конвейер, как в замедленном кадре, несет ее вперед ногами к магниту[79]. Джеймс Бонд, плывущий к крутящемуся полотну пилы.

Для этого эксперимента Хог подобрала недвусмысленно эротические клипы. Я спросила, где она их взяла, ожидая, что, ну, не знаю, в каком-нибудь специальном каталоге видеоклипов для исследовательских целей. «В секс-шопе», — подмигнула Хог. Джоанна Хог подает в бухгалтерию для оплаты куда более интересные квитанции, чем мы с вами.

Маравила выводит на экран изображение клитора Коул. Оно не имеет ничего общего с тем, что мы обычно себе представляем при слове «клитор». Это потому, что сейчас мы видим этот орган полностью, а не его десятую часть, открытую глазу. Маравила показывает мне подводную часть айсберга. «Вот ножка», — говорит он, указывая на пару расходящихся от верхушки ответвлений, похожих на косточку в куриной грудке. «А вот головка», — говорит он, как будто у Коул пенис. В каком-то смысле это так. Своего рода предварительный проект.

Помню, много лет назад мне сказали, что клитор[80] — это рудиментарный пенис. Феминистка во мне — невеликая и по большей части спящая — вдруг проснулась и обиделась на такое определение. Меня возмутила сквозящая в нем убежденность, что у мужчин-то эта штука настоящая, а у женщин так, уменьшенная копия, этакое жалкое подобие.

Но дело обстоит именно так. Как мужской, так и женский зародыш начинает жизнь с органом, приближающимся к клитору; потом мужской вырастает в пенис, а женский остается примерно таким, как был. И даже у взрослых эти два органа имеют много общего. Клитор, как и пенис, заканчивается чувствительным, с множеством нервных окончаний, дающих наслаждение, бугорком, называемым головкой. Как и пенис, клитор имеет стержень с двумя растяжимыми камерами, называемыми пещеристыми телами, а также крайнюю плоть, совсем как у пениса, и если ее отодвинуть, обнаружится чуть-чуть смегмы. Роберт Лату Дикинсон, первооткрыватель женской смегмы, в своем «Атласе анатомии половой системы человека» описывает ее как «крошечные твердые гранулы, белые и блестящие». В тексте есть иллюстрация величиной с ноготь: три таких гранулы, помещенные рядом с клитором, — для масштаба. Рисунок датируется 1928 годом и подписан аккуратным детским почерком Дикинсона: «Смегма».

И еще — клитор увеличивается, когда его владелица возбуждается, хотя и не столь быстро и не до такой величины, как пенис. Мастерс и Джонсон засняли тысячи клиторальных эрекций: вызванных вибратором, пальцами, «стимулирующей литературой», половым сношением. Конечно, заснять клитор в ходе совокупления в миссионерской позиции проблематично, но в этом случае использовался аппарат искусственного коитуса.

Мастерс и Джонсон сосредоточились на головке — чувствительной горошинке в видимой части клитора. Эта пара обнаружила, что, хотя головка порой и увеличивается почти вдвое, около половины клиторов если и разбухают, то глазу это незаметно.

Магнитно-резонансное исследование дает совсем другую картину. Работа Маравилы показала, что, если учесть объемы крови, поступившие в скрытую часть айсберга, возбужденный клитор, как правило, увеличивается в размерах вдвое[81].

Учитывая анатомические параллели между пенисом и клитором, логично предположить, что возбуждение у женщины, как и у мужчины, — это проблема притока крови. В самом деле, в журналах по сексуальной медицине можно найти работы по клиторальному приапизму, ночным клиторальным эрекциям[82] и да, по «клиторальной эректильной недостаточности». Ученые, которые придумали этот термин, что неудивительно, урологи. Они предположили, что если у пожилых женщин возникают проблемы с возбуждением, то, возможно, в этом виноваты засорившиеся сосуды — как и в случае с престарелыми мужчинами. Чтобы проверить это предположение, они выделили небольшую группу крольчих с атеросклерозом и стали сравнивать вагинальный и клиторальный приток крови до и после. Как и предполагалось, животные с атеросклерозом демонстрировали весьма вялый отклик на стимулирование учеными гениталий крольчих.

И далее как средство улучшить способность женщин возбуждаться предлагаются физические упражнения. Что имеет смысл. Упражнения заставляют кровь бежать быстрее. «Так что если у вас случится роман, — говорит Синди Местон, которая проводила это исследование, — то ваш отклик будет и быстрее, и сильнее». Впрочем, Местон допускает, что женщины в хорошей физической форме просто менее зажаты. Чем меньше волнуешься о том, как выглядит твое тело, тем легче отдаешься возбуждению.

Если эректильная недостаточность клитора действительно существует, то вы можете подумать, что те же средства, которыми спасаются от эректильной дисфункции мужчины, годятся и для женщин (и крольчих, черт бы их побрал!). И так думаете не только вы. На заре чудовищного успеха виагры в излечении эректильной дисфункции компания Pfizer обратила взор также и на женщин. Объединившись с урологами и сексологами всей страны, фармацевтический гигант открыл массированную исследовательскую кампанию, чтобы ответить на вопрос: так же ли важен для женского сексуального довольства приток к крови к гениталиям, как для мужского? Или, говоря цинично, найдет ли виагра рынок сбыта в лучшей половине человечества.

Ответ оказался отрицательным — через восемь лет и три тысячи подопытных. Виагра действительно увеличивает приток крови к тазу, но большинство женщин даже не замечает этого. Исследователи подтвердили то, о чем большинство из них и так догадывались: женская эрекция, в гораздо большей степени, чем мужская, наряду с физиологией связана с психологией. Вот почему визит в лабораторию женской сексуальной психофизиологии Синди Местон был предопределен.

Прежде чем мы туда попали, я чувствовала, что должна поговорить о женской пенис-помпе: поскольку лишь Управление по контролю над продуктами питания и лекарственными препаратами США поддержало лечение от нарушения женской эрекции.

Формально прибор называется аппаратом клиторальной терапии «Эрос». Его можно получить по рецепту, и состоит он из маленького моторчика в пластмассовом корпусе размером с кусок мыла. К нему прикреплена гибкая присоска, надеваемая на клитор. Мотор включается, и приспособление начинает работать. Естественно, относительно мужского полового органа идея в том, чтобы накачать кровью вялый пенис (и удерживать ее там с помощью эластичного бандажа, окружающего основание органа). Так достигается его достаточная плотность для секса. Для проникновения пениса в вагину, он должен быть достаточно плотным, чтобы совершать толчки силой один или два фунта[83]. Это можно сравнить с силой, потребной, чтобы открыть приоткрытую кухонную дверь. Даже мужчине незачем открывать кухонную дверь собственным пенисом — а женщине проникать клитором и вовсе никуда не надо. Так зачем ей насос для клитора?

Заранее приношу извинения, но этим вопросом требовалось заняться.

Глава 10. Вибратор по рецепту.

Мастурбируйте на здоровье!

Если вы позвоните в офис компании NuGyn, что в Спринг-Лейк-Парке, штат Миннесота, скорее всего, трубку снимет Курт Ольсон. Нет, Ольсон не секретарь. Вместе с коллегой он изобрел аппарат клиторальной терапии «Эрос». А по телефону он отвечает просто потому, что компания маленькая, и еще потому, что ему нравится общаться с людьми. Болтая со мной, Курт пересказал мне несколько таких телефонных бесед. В конце каждой истории он делал паузу, а потом восклицал: «Здорово, правда?» По словам Курта, и раньше, и сейчас женщины спрашивают, где у них клитор[84]. «Они пытались качать на других местах. Вот ведь народ, Господи Иисусе!».

Я задаю Курту вопрос, который, к моему удивлению, ему еще не задавали. Почему он решил, что этот мир ну никак не обойдется без женской помпы для пениса?

«Ну... — говорит Курт. — Однажды мы с моим боссом составляли список того, что может потребоваться для реализации нашего нового продукта». Компания Urometrics, владелец NuGyn, производит приборы для диагностики мужской эректильной дисфункции. «Эрос» — их первый эксперимент в области женских сексуальных расстройств, и на первый взгляд они не вполне осознали разницу. «Мы просто решили восполнить пробел. Существовала пенис-помпа для мужчин, а для женщин ничего не было».

«Но, Курт, — возразила я, — женщинам не нужна эрекция, чтобы заниматься сексом. Так зачем им эта штука?».

Курт говорит, что эрекция тут ни при чем. «Приток крови вызывает оргазм, так что может быть эффективнее накачивания — для усиления этого притока?» Итак, надо ли пользоваться помпой, чтобы усилить возбуждение перед половым актом, подобно тому, как используются вибраторы? Или же ее регулярное применение способно изменить физиологию и сделать вас более возбудимой, так что вам будет легче ощутить желание, даже тогда, когда «Эрос» останется лежать в своем шелковом мешочке? Иными словами, лечит ли он фригидность? Думаю, это и было их целью.

Мой собеседник соглашается. Да, они думали скорее «о физиологических изменениях, чем о простой стимуляции». Он предполагает, что регулярное нагнетание крови в нужное место способствует устранению фиброза эректильной ткани, который и вызывает импотенцию. Дженнифер Берман, уролог из Лос-Анджелеса и приглашенный эксперт-сексолог на ТВ, принимавшая участие в клинических тестах «Эроса», также склоняется к мысли, что он применим в долговременной терапии. «Его можно применять в отрыве от полового акта, — говорит она. — Так же, как вы отжимаетесь или прыгаете со скакалкой, вы используете и “Эрос”».

Я спрашиваю у Курта, можно ли одолжить «Эрос» на время, чтобы посмотреть, как он работает. «На время? — Он явно разочарован. — А если мы не хотим, чтобы вы нам его возвращали? Как насчет того, чтобы оставить его себе?».

Согласно инструкции, после минуты использования «Эроса» надо сделать минутный перерыв. Потом снова минута с «Эросом». Этот цикл следует повторить от трех до пяти подходов. «Эрос» возбуждает не по-детски. Заявляю со всей ответственностью: любая женщина, выполнившая один-два таких цикла, быстро потеряет всякое желание следить за секундами и высчитывать, сколько подходов она уже сделала и когда надо прекратить. «Эрос» сделает вас тунеядкой от мастурбации. Но улучшит ли он качество секса, который у вас будет с кем-нибудь, кроме него самого?

В статье 2002 года говорится, что индекс женской сексуальной функции существенно вырос после трех месяцев применения «Эроса»: у фригидных женщин и у контрольной группы без выявленных сексуальных расстройств. Однако индекс женской сексуальной функции высчитывается в том числе и по ответам на следующие вопросы: сколько раз за последние четыре недели вы чувствовали возбуждение во время полового акта или других действий сексуального характера? Как часто вы ощущали увлажнение половых органов во время полового акта или других действий сексуального характера? Как часто вы достигаете оргазма во время стимуляции или полового акта? Так вот, если женщина считает игры с «Эросом» действием «сексуального характера» и использует это приспособление четыре раза в неделю, как предписывает инструкция, ее индекс, разумеется, возрастет.

Несмотря на явные недочеты в исследованиях, едва ли можно серьезно возражать против того, чтобы попробовать «Эрос» — у него нет побочных эффектов, а интенсивность «терапии» соответствует стандартной дозе самоудовлетворения: примерно раз в день.

Но этот проклятый ценник! Четыреста долларов! Почему женщина должна отдавать такие деньги за этот отсос?

— Курт?

— Да, мэм?

— А можно использовать маленький пылесос? Курт считает, что он может оставить синяки. Возможно, последствия будут более трагичными. Как для одного мужчины из Флориды, которого нашли мертвым на столе в его же гостиной — после того, как соседи сообщили о том, что «пылесос уже давно работает без перерыва». Остановка сердца и ожоги в «местах непосредственного контакта». К отчету, опубликованному в American Journal of Forensic Medicine and Pathology[85] и озаглавленному «Использование пылесоса в случаях аутоэротической смерти», прилагается фотография умершего, упавшего на пылесос эпохи семидесятых: рука обвивает корпус аппарата, словно возлюбленную... И это было не первое их свидание. Как-то раз жена этого человека удивила его своей мастурбацией с пылесосом, впрочем, наверняка не так сильно, как он удивил ее.

Любой тип полового возбуждения вызывает приток крови к интимным местам. А что, если женщины с сексуальной дисфункцией будут использовать обычный вибратор четыре раза в неделю? Или просто собственный палец? Ха! Похоже, мы открыли дешевое, простое, безопасное, доступное и исключительно приятное средство борьбы с женской сексуальной дисфункцией!

Я позвонила Дженнифер Берман. «Хм... — сказала она. — С технической точки зрения это возможно. Но не могу ответить на вопрос, что лучше: “Эрос” или мастурбация».

Тогда я отправила мейл Арно Мундту, профессору гинекологической онкологии Чикагского университета. Его имя значилось на другом клиническом исследовании «Эроса». «Уважаемый доктор Мундт, — писала я, — если более частый приток крови к клитору (вульве), вызванный “Эросом”, способствует увеличению возбуждения, выделению смазки, наступлению оргазма и т.д., не может ли обычная мастурбация рукой или вибратором производить сходный эффект?» Нет, я не забыла добавить вначале пару любезностей.

«Хороший вопрос, — значилось в ответе. — Я передам его Мэрианн».

Мэрианн Шредер — сексолог, работающий в больнице Чикагского университета, и главный автор интересующего меня исследования.

«Вы задали очень интересный вопрос, — сказала она. — Не поверите, но эта проблема еще не изучалась». Она напомнила мне о том, что случилось с последним человеком, лоббировавшим идею мастурбации как полезного для здоровья действия. Джойслин Элдере, руководитель службы здравоохранения США, была уволена тогдашним президентом Биллом Клинтоном после того, как в речи по случаю Всемирного дня борьбы со СПИДом заметила, что мастурбации «возможно, следует обучать».

«Представляете, что будет, если я подам заявку на финансирование проекта, в названии которого есть слово “мастурбация»?” А затем, сама того не подозревая, доктор Шредер привела решающий, самый весомый довод против исследований мастурбации. «Это, — сказала она, — очень щекотливое дело».

Но далеко не всякому, кто занимается мастурбацией профессионально, приходится считаться с позицией правительства. Не все получают исследовательские гранты. Некоторые специалисты по мастурбации получают деньги от продаж вибрирующих трусиков и силиконовых фаллоимитаторов. Я решила встретиться с Марти Такером, директором и основателем второго по величине производства секс-игрушек в мире. Я наткнулась на его имя, просматривая патент 56936002: устройство для сексуальной стимуляции с эффектом аспирации. Возможно, Марти сможет ответить на мой вопрос о пользе само-стимуляции — с «эффектом аспирации» или без.

Есть образы, которые запечатлеваются в памяти на всю оставшуюся жизнь, хотите вы этого или нет. Вот, например: мужчина в синей спецовке идет по цеху, держа в руках охапку огромных искусственных пенисов шоколадного цвета. Он так нагружен, что это уже смешно. Так Одри Хепбёрн в какой-то романтической комедии 1960-х выходит из Бергдорфа с такой кучей покупок, что ее за ними не видно. Очень хочется подставить ему ножку, не из вредности, а просто чтобы посмотреть, как пенисы взмывают в воздух и падают вокруг нас дождем.

Марти Такер показывает мне цех компании Topco. Он размером с футбольное поле, а шум стоит такой, будто разыгрывают Суперкубок. Марти кричит, перекрывая шум:

«А тут у нас вагины!» — он делает плавный жест рукой, привлекая мое внимание к длинному, узкому отсеку, заваленному объектами, которые едва ли имеют хоть какое-то отношение к человеческой анатомии.

«Вагины?».

«Вагинальный продукт. Игрушка для мастурбации, — он берет одну. — Трубка в которую ты входишь вот с этой стороны и остаешься вот тут». Он использует местоимение «ты» в смысле «твой пенис», где «ты» означает, во-первых, человека с пенисом, который, и это во-вторых, покупает товары фирмы Topco. «Там есть привод, который вращает кольцо с бусинами, массирующее уздечку»[86]. О своих товарах Марти говорит откровенно и профессионально, как будто это какие-нибудь автозапчасти или кухонные принадлежности. Он объясняет: «Это просто продукт. У тех, кто тут работает, вырабатывается иммунитет к таким вещам. Они возбуждают не больше, чем цепочка для часов или портмоне».

Мы остановились, чтобы посмотреть на группу женщин в латексных печатках. Их задача — втирать тонкую пленку с красной краской в яички и головку больших пенисов естественного цвета, «для большей реалистичности». Реализм? Зачем он нужен этим огромным — до комичности — фаллосам с венами, похожими на тропические лианы? Работая, женщины болтают и смеются. Их движения ненамеренно эротичны: ручное окрашивание головки — чем не умелая ласка секс-работника? Женщины — латиноамериканки лет тридцати-сорока, как большинство работников Такера. Если вы окажетесь на парковке, то увидите четки и иконки с Девой Марией, висящие на зеркалах заднего вида. Я спрашиваю у Марти, знают ли семьи этих женщин, чем они занимаются.

Марти понижает голос. «По моему опыту, они об этом не рассказывают. О том, что работают с пенисами длиной десять дюймов. У нас есть один участок, где девушки пришивают волосы к вагинам. Я спросил как-то у одной: “А ваши родители знают, чем вы занимаетесь?” Она ответила: “Нет, я просто сказала, что работаю с пластмассой”».

Мы проходим в небольшой кабинет — тут тихо и можно разговаривать. Голые стены, если не считать шесть фотографий фабрики Topco с высоты птичьего полета. Лишенные всякой индивидуальности 12,000 квадратных футов промышленной зоны Честворта, Калифорния.

Такер выглядит так, как и должен выглядеть в соответствии со своей должностью: как директор успешного международного производства. Монограммы на его манжетах вышиты так причудливо, что едва читаются. На безымянных пальцах обеих рук по внушительному кольцу с бриллиантом, темно-синий костюм, галстук с узором в виде маленьких иностранных флагов. В речи явственно слышится нью-йоркский акцент.

— Итак, чем могу вам помочь?

Я отправила Марти подробное письмо с вопросом о сравнительных достоинствах клиторальной аспирации и вибрации, а также о том, может ли женщина, регулярно практикуя один способ или сразу оба, повысить свою сексуальную восприимчивость. Тем не менее у него возникло впечатление, что я собираюсь что-то написать о нем самом. Возможно, и стоило бы.

Пришлось снова живописать свою миссию. Марти выслушал. «О’кей. Насос позволяет нагнетать больше крови и сделать клитор более чувствительным». Он рассказывает об игрушке, патент на которую я уже упоминала. Оказывается, она очень просто устроена: на пенис или фаллоимитатор надевается кольцо, а вместе с ним прикрепленная к нему присоска. «Мужчина надевает кольцо, и, когда он проникает внутрь партнерши, присоска оказывается напротив клитора». Марти произносит клитóр, в рифму со словом «мотор»[87]. Игрушка больше не продается. Спрашиваю у Марти, есть ли основания полагать, что, регулярно вызывая приток крови в промежности — аспирацией, вибрацией или любой другой разновидностью мастурбации, — можно усилить женскую сексуальную восприимчивость или (слово дня!) оргастичность? Ему предоставляется отличная возможность разрекламировать свои игрушки как терапевтические инструменты, но он не поддается искушению. Просто говорит, что никогда не слышал о подобном эффекте.

По пути в приемную мы вновь останавливаемся в цеху, у печи, в которую отправляют гипсовые заливочные формы. Подсобный стол напоминает картину Джексона Поллака: весь в каплях и потеках жидкой пластмассы. Шум стоит оглушительный: лязганье, бренчание, вздохи пневматических устройств.

«Тут у нас анусы!» Марти говорит, что моделью был один порноактер. Порнозвезды приходят в Topco, где в специальной комнате работники снимают слепки со всех зон, куда можно проникнуть. В том числе это их лица, которые можно приобрести отдельно или вместе с телом куклы. Наиболее известные актеры получают отчисления с каждого проданного отверстия.

Марти держит руку на остывающем в форме слепке: это ягодицы, обращенные вниз. «Смотрите, материал еще теплый и мягкий». С изнанки слепок выглядит невинно и съедобно, как шоколадный десерт. С трудом удерживаюсь, чтобы не откусить кусочек.

Терапевтический эффект мастурбации — вовсе не современное открытие. На самом деле идея довольно стара. Еще во времена Гиппократа женскую сексуальную фрустрацию лечили генитальным массажем. За отсутствием батареек и каталога Topco, врачу, следующему заветам Гиппократа, приходилось делать его своими собственными пальцами (или пальцами повитухи).

На протяжении многих столетий медики в своих трактатах обращались к состоянию сексуального расстройства, расплывчато определяемого из-за вопиющего непонимания женской анатомии и сексуальности, как истерия. Истерию в числе прочего предлагали лечить мануально. Древние греки, как известно, считали, что женщина вырабатывает собственную сперму, высвобождающуюся во время кульминации, и смешение женской и мужской спермы лежит в основе зачатия. Молодые вдовы, лишенные сексуальной разрядки и, следовательно, обреченные на застой женского семени, были, как считалось, особенно предрасположены к истерии, или к бешенству матки. Вдовцам повезло больше, благодаря регулярному высвобождению спермы в ходе ночных поллюций. Идея пережила века. Одри Экклс в своей книге «Акушерство и гинекология в Англии эпохи Тюдоров и Стюартов» цитирует одного врача: «Большею частью это болезнь вдов; ...когда семя застаивается, оно портится и испускает в мозг нечистые испарения». Его не менее чокнутый коллега по имени Мобрей пишет в том же духе: «По причине долгого удержания, оно [семя] может превратиться в яд, или ядовитый гумор...».

Логично, что в качестве лекарства предлагалось доведение до оргазма. Хотя никто не называл вещи своими именами. Глава LXVIII книги «Аэтий Амидский: гинекология и акушерство в VI веке нашей эры» описывает следующие способы высвобождения женского семени: «Зачерпнув пальцами [разные масла], повитуха принялась... осторожно и долго тереть это место». После чего «[было] исторгнуто густое и тягучее семя, и женщина немедля освободилась от горестного недуга». Возможно, Аэтий спутал с семенем вагинальную смазку. Гинекология была лишь побочным интересом Аэтия (более известного по своим работам о глазе, ухе и носе), и это заметно. Женщина, которая пришла к нему за контрацептивами, получила предписание носить кусочек кошачьих внутренностей во флаконе из слоновой кости, привязанном к левой ноге. Впрочем, такая вещь действительно может помешать вам забеременеть — как если в наши дни вы станете носить обувь Birkenstock.

При всей их неуклюжести, генитальные манипуляции для борьбы с истерией были предпочтительнее другого метода: лечения зловонием. Это терапевтическое направление было обусловлено верой в то, что истерия связана с блужданием матки: вонь была призвана подтолкнуть матку и вернуть ее в нормальное положение. В те времена матка воспринималась скорее не как орган, а как самостоятельное существо, способное метаться в женском теле, подобно барсуку в клетке. Вот что предписывает Аэтий Амидский: «Поместить у ноздрей сосуд со старой мочой». Соран Эфесский в трактате «О женских болезнях» описывает растирание носа пациентки «раздавленными постельными клопами». Начиная с эпохи Тюдоров начинает высоко цениться «дым, полученный из наростов на лошадиных ногах». В конце концов, закрадывается подозрение, что древние гинекологи были далеко не такими заботливыми и желающими помочь, как их современные коллеги.

Дурные запахи приходили и уходили, но «тазовый массаж» пережил викторианскую эпоху и дотянул до первой половины XX века. Первые вибраторы продавали не женщинам, а врачам, чтобы облегчить их работу. В зависимости от умений эскулапа и скованности женщины ручной труд по вызову оргазма в медицинском кабинете занимал примерно полчаса. Вибратор был даром свыше, позволившим сократить рутинную работу до нескольких минут.

Рэйчел Майнс, из тех историков, в которых мир нуждается больше всего, написала на эту тему книгу. «Технология оргазма» полна потрясающе интересных сведений, но вот настоящий перл: «Нет никаких свидетельств того, что врачи-мужчины получали удовольствие, делая гинекологический массаж». Это была (и нередко остается до сих пор) такая работа, пишет Майнс, «за которую никто не хотел браться». Я-то представляла себе доктора, который заводится, наблюдая реакцию пациентки... Но Майнс не нашла этому подтверждений. Она утверждает, что большинство терапевтов даже не понимали, что «кульминация» процедуры и есть оргазм.

Когда производители вибраторов, наконец, наладили выпуск домашних моделей, их реклама была предсказуемо туманной. Если некоторые газеты непрозрачно намекали на истинное предназначение предмета («подарит вам пьянящее ощущение полноты жизни»), остальные наводили тень на плетень рассказами о некой неопределенной пользе для здоровья. В книге Майнс перепечатана реклама 1916 года: женщина держит вибратор у щеки, а надпись гласит, что он «приносит успех в делах и общественной жизни». Пара вибраторов марки «Стар» рекламировались в 1922 году так: «Что за приятные попутчики! ...Идеально для путешествия на выходные».

Даже сейчас женщинам, стесняющимся покупать секс-игрушки, вибраторы продаются как массажеры. Небольшая компания Wahl, производящая электроприборы, продает на своем сайте комплект из трех массажеров без малейшего пояснения (подсказку дает Google: первым сайтом, найденным по запросу «Массажеры Wahl», будет nitetimetoys.com).

Как гласит выложенная на сайте биография Джона Вала, покойный был не просто президентом компании, но и одним из активистов прихода католической церкви Богородицы. А его брат Рэймонд Вал — католический прелат. Нет, я не утверждаю, что существует связь между католицизмом и секс-игрушками. Просто хочу сказать, что у меня есть идея нового толкования одного места из книги Исайи (49:2): «И соделал Меня стрелою изостренною...».

Почему же страдающим от истерии не советовали просто пойти домой и мастурбировать два раза в неделю? Потому что, как я уже говорила в главе шестой, мастурбация веками считалась занятием стыдным: опасным занятием, которого надо было избегать.

Но сейчас, в эпоху сексуальной просвещенности, должен ли гинеколог рекомендовать мастурбацию при половых дисфункциях? Оргазм — пропуск в мир сексуального здоровья? Я позвонила Синди Местон, в чью лабораторию мы недавно обращались. Ответ был положительным. Ее аспирантка Лиза Дон Хамильтон недавно завершила исследование, посвященное уровню тестостерона у женщин, имеющих постоянных партнеров. Тестостерон — наиболее тесно связанный с половым влечением гормон. Его иногда прописывают женщинам, жалующимся на снижение либидо. Уровень тестострона у женщин был значительно выше в те дни, когда они занимались сексом, — по сравнению с днями, когда их партнеры отсутствовали. (Участницы исследования обещали не мастурбировать во время проведения эксперимента.) «Создается впечатление, что секс сам по себе обладает терапевтическим воздействием, — говорит Местон. — Чем чаще им занимаешься, тем больше получаешь удовольствия и тем чаще хочешь им заниматься. Думаю, что расхожий совет “используй, не то потеряешь” в полной мере применим к женщинам».

Местон согласна с тем, что микростимулятор за $25 из магазина Марти Такера, скорее всего, будет не менее эффективен, чем «Эрос» за $400. Однако она замечает, что есть женщины, которым будет неловко лечиться мастурбацией — с игрушкой или без нее, — не говоря уж о том, что врачи тоже могут стесняться ее прописывать. Для них, говорит Местон, «использование медицинского прибора, одобренного Управлением по контролю за качеством пищевых продуктов и лекарственных препаратов, позволило бы преодолеть табу».

Табуированность мастурбации также, по всей видимости, объясняет взлет продаж некоторых шарлатанских кремов и масел, которые продаются по Интернету как средства для возбуждения женщины. И хотя иногда они содержат специи или экстракты перцев, создающих ощущение легкого покалывания, говорит Местон, без руки не обойтись. «Обычно эти средства сопровождаются примерно такой инструкцией: “Нанесите на клитор и половые губы и тщательно втирайте в течение некоторого времени. Убедитесь, что вы действительно хорошо втерли мазь...”».

В 1999 году где-то в Израиле один мужчина начал икать и не смог остановиться. Он перепробовал все глупые советы своих друзей. Высовывал язык и тер небо палочкой для чистки ушей. Пробовал хлорпромазин, метоклопрамид и средства от метеоризма. Ничего не помогало. Мужчина тревожился все больше. Он не мог спать, на мог сконцентрироваться на работе. На четвертый день, все еще икая, он занялся сексом с женой. На всем протяжении акта его состояние не менялось, и вдруг, после семяизвержения, икота пропала. Журнал Canadian Family Physician опубликовал отчет об этом случае под заголовком «Половой акт как потенциальное средство лечения продолжительной икоты». Одиноким страдальцам рекомендовалось «попробовать мастурбацию»[88].

Есть ли другая, не относящаяся к сексу, польза от оргазма? Барри Комисарук и Беверли Уиппл, сексологи из Университета Ратджерса, отвечают положительно. В их хорошо написанной, обстоятельной работе «Наука оргазма» говорится, что люди, регулярно испытывающие оргазм, менее подвержены стрессу и реже страдают от сердечных заболеваний, рака груди, рака простаты и эндометриоза.

Судя по всему, они и живут дольше. Британский исследователь Дж. Дэви Смит и двое его коллег подсчитали, что за десятилетний период риск смерти среди мужчин, испытывавших оргазм два и более раз в неделю, была на 50% ниже, чем у мужчин, испытывавших оргазм реже, чем раз в месяц. Очевидно, что исследователям пришлось учесть такие факторы, как социальное положение, курение и возраст. Среди католических священников — по сравнению с их протестантскими коллегами, не связанными обетом безбрачия, — выше уровень ранних смертей. Эту информацию, пусть и без ссылки на источник, я нашла в статье, озаглавленной «Сексуальная восприимчивость как физическое упражнение» (журнал Sports Medicine за 1990 год). Автор, психолог по имени Доркус Батт[89] из Университета Британской Колумбии, утверждал, что мышечная сила, тонус и напряжение, сопровождающие оргазм, сходны с таковыми «в прыжках, гимнастике, теннисе и футболе». Еще одна причина, по которой католической церкви следовало бы смотреть сквозь пальцы на то, что святые отцы занимаются сексом... или прыгают.

Возможно, пишет Батт, оргазм является «исходной формой физических упражнений», однако это не значит, что секс — лучшая зарядка. В 1984 году психиатр Джозеф Болен пригласил в лабораторию Медицинской школы при Университете Южного Иллинойса десять женатых пар. Он измерил уровень сердечной активности, расход энергии и потребление кислорода у мужчин во время занятий пятью разными видами сексуальной активности: прелюдия, половой акт (один раз в миссионерской позе, другой раз — в позиции «женщина сверху»), фелляция и мастурбация. Болен пришел к выводу, что секс был в лучшем случае «слабым или средним по интенсивности» упражнением. Следует, однако, учитывать то, что «маска, применявшаяся для измерения потребления кислорода, препятствовала поцелуям... а кардиоэлектроды и манжета тонометра стесняли движения тела». Должно быть, секс в лаборатории доктора Болена был далеко не таким буйным, как обычно.

Люди с травмами позвоночника могут получить от оргазма дополнительную пользу. Если вы, допустим, парализованы или страдаете рассеянным склерозом, то после оргазма вы можете почувствовать уменьшение ригидности ног и мышечных спазмов — все вместе это называют спастикой. Альфред Кинси отметил это в ходе обследования эпитимианума у мужчин с церебральным параличом. Судя по всему, благотворный эффект оргазма продолжителен. Исследователи обнаружили, что после сеанса ректальной электроэякуляции спастические явления в ногах исчезают в среднем на восемь часов.

Вам, должно быть, интересно, кто первым до этого додумался? В конце концов, электроэякулятор[90] был создан для использования в сельском хозяйстве. Техник-осеменитель вызывает с его помощью семяизвержение у быков и жеребцов — чтобы получить сперму для искусственного осеменения коров и кобыл. Мужчины с травмами позвоночника — зачастую они не могут эякулировать обычным способом — проходят процедуру электроэякуляции по сходным причинам. Все началось в 1948 году. Группа докторов из Госпиталя Администрации по делам ветеранов имени Кушинга, что в Массачусетсе, в надежде добыть сперму для искусственного оплодотворения жен парализованных ветеранов, решила использовать портативный прибор для электротерапии «Макинтош-5005». Электричество было популярнейшим средством терапии с начала XX века до середины 1940-х.

Рэйчел Майнс описывает рекламу одного такого прибора, демонстрирующую «электроды для каждого мыслимого телесного отверстия». Вероятно, врачи из госпиталя Кушинга знали, что эякуляция является распространенным побочным эффектом ректальной электротерапии.

Увы, несмотря на то, что врачи смогли получить[91] сперму от всех восемнадцати мужчин, только две женщины забеременели. Отчасти из-за того, что при парализации мышцы, поддерживающей яички, последние не могут опускаться, отдаляясь от тела, для охлаждения, и сперма перегревается.

В 1981 году британский сексолог Джайлс Бриндли предпринял новое исследование электроэякуляции — во благо репродуктивной медицины. Чтобы понять, какие нервные волокна наиболее чувствительны к стимуляции, он экспериментировал поначалу на бабуинах и резусах. Поскольку мода на электротерапию давно прошла, Бриндли сам сделал эякулятор: электрод, прикрепленный к указательному пальцу перчатки. С этого момента бабуины получили передышку, и Бриндли перешел к экспериментам на себе[92]. Поскольку позвоночник у Бриндли был здоровый, он смог почувствовать боль, которой не чувствовали парализованные, и остановился, когда уровень напряжения составлял всего четверть от необходимого для вызова эякуляции[93]. Бриндли предпринял 256 попыток электроэякулирования 84 мужчин с травмами позвоночника. Четырнадцать женщин были искусственно оплодотворены, но из-за низкого качества спермы забеременела только одна. Но женщины не сдавались. В статье Бриндли в разделе под многообещающим заголовком «Домашняя электроэякуляция» говорится о десяти женщинах, которые научились проводить процедуру в домашних условиях.

В ходе проводимого Бриндли исследования некоторые пациенты отмечали, что несколько часов спустя стихают спазмы в ногах. Эта информация дошла до ветеринара и специалиста по осеменению скота Стива Сигера. Будучи одним из тех, кто не пренебрегает новыми идеями, он получил грант на научное исследование эффективности электроэякуляции как средства для снижения спастики ног как у мужчин, так и у женщин. И это сработало. Такова история о том, как ректальная электростимуляция стала достойным средством терапии мышечной спастики у людей с травмами позвоночника.

В наши дни есть другая, менее пугающая и более дешевая альтернатива. Техника называется «чрескожная механическая стимуляция нервов», то же самое «прикладывание вибратора к внутренней части пениса». Но не всякого вибратора, а только высокоамплитудного вибратора, произведенного компанией FertiCare[94] и именуемого «Персональный пенильный вибратор». Или, если вам случится выбрать испанскую версию сайта, — El vibrator del pene. Внимательный читатель воскликнет: «Если парализованные ничего “там” не чувствуют, как они могут ощутить возбуждение и испытать оргазм?!» Это одна из многих загадок, разрешенная в лаборатории сексуальной физиологии Алабамской медицинской школы. Остальные загадки носили более глобальный характер. Что такое оргазм? В какой части тела вы его ощущаете? Могут ли его испытывать покойники?

Глава 11. Идеальный оргазм.

Кому нужны гениталии?

Маркали Шипски — эксперт в такой области, где экспертов не так уж много. Я объясню, что это за область, и вы поймете, почему эксперты в ней малочисленны. Профессор Шипски, сотрудница медицинского колледжа при университете Алабамы, — авторитетный специалист по проблемам секса у людей с повреждениями и заболеваниями спинного мозга. Большинство людей и даже большинство докторов медицины чувствуют себя неуютно, обсуждая с паралитиком, скажем, вопрос о том, как осуществлять половой акт с катетером в пенисе. Шипски прекрасно умеет вести подобные разговоры[95], и она рада, что я приду в лабораторию, как раз когда там находится ее подопытная.

Мало что способно смутить доктора Шипски. Для своего фильма «Сексуальное возрождение: секс после повреждения спинного мозга» она умудрилась разыскать четыре пары, которые согласились откровенно рассказать («...и здесь есть свой метод») о том, как они занимаются сексом, и даже показать это перед камерой. Они приняли участие в исследовании, поскольку — как и Шипски — знали, что повреждение спинного мозга может разрушить сексуальную жизнь пары и что сложно найти врачей, готовых предложить конструктивное решение этой проблемы.

Шипски обратилась к вопросам сексологии сравнительно недавно. Много лет она занималась частной практикой в области реабилитационной медицины (ее пациентами были Кристофер Рив и Бен Верин)[96]. Некоторое время спустя ее внимание привлек на удивление большой процент пациентов, которые утверждали, будто по-прежнему способны иметь оргазм. Несколько десятков лет медицинское сообщество — состоящее по большей части из физически полноценных — полагало, что люди с пара- и квадриплегией не могут его испытывать. Делалось логическое предположение: если спинной мозг человека поврежден выше той точки, где нервы от гениталий присоединяются к позвоночнику, то нервные импульсы никак не могут пройти мимо повреждения и достичь мозга. Таким образом — следовал вывод — такой человек не способен достичь оргазма.

Между тем несколько крупных исследований показали, что 40-50% мужчин и женщин испытывают его. Шипски решила изучить это. Она нашла людей с разными видами повреждений позвоночника, чтобы понять, можно ли тут найти какую-нибудь систему.

Пациенты с поврежденным спинным мозгом предоставляли уникальную возможность для исследования человеческого оргазма. Изучив множество людей — у одних повреждения в верхней части позвоночника, у других в нижней, у третьих посередине, — можно, в конце концов, обнаружить сегменты нервной системы, решающие для оргазма. И определить, что же такое оргазм. В недавно вышедшей статье по этому вопросу приведен список из более чем двадцати противоречивых дефиниций. Имея точное определение оргазма и понимание того, как он происходит, можно — будем надеяться — выяснить, почему иногда он не происходит. Изучение пациентов с повреждениями спинного мозга может принести пользу и здоровым людям.

О репутации Шипски среди физически неполноценных красноречиво говорит тот факт, что более сотни мужчин и женщин с болезнями позвоночника посетили ее лабораторию, чтобы принять участие в исследовании. Если вы не обладаете предельной сексуальной раскованностью, мастурбировать и доводить себя до оргазма в лаборатории, будучи прицепленным к измерителям сердечного ритма и кровяного давления, — предложение, мягко говоря, трудновыполнимое. Еще хуже, если у вас вдобавок поврежден позвоночник: тем, кто может достичь оргазма, для этого нужно в среднем в два раза больше времени. Хотя подопытные Шипски остаются в одиночестве за закрытой дверью, до них долетают звуки и голоса из соседней комнаты. Они знают, что снаружи находятся люди, которые измеряют их показатели и наблюдают за ними, пока они не кончат.

Сегодня утром эти люди необычайно деструктивны. А все потому, что среди них нахожусь я. И еще поскольку коллега Шипски Паула Спат сказала, что, если залезть на стол и прижаться носом к зеркальному стеклу, можно кинуть взгляд на то, что делается внутри. На мне юбка, совершенно не приспособленная для лазания по офисной мебели. Я потеряла равновесие и пнула монитор Паулы. Он свалился с компьютера, на котором стоял, по пути сшибив кучу безделушек. Паула отскочила и издала некое высокочастотное восклицание, которое наверняка было слышно по ту сторону стены. Вряд ли меня теперь еще когда-нибудь пригласят...

Женщина, которую я буду называть Гвен, находится в лаборатории, укрытая одеялом. Если не считать контейнера в углу, где лежит оборудование для мониторинга физического состояния, лаборатория напоминает уменьшенную копию гостиничной комнаты: здесь есть кровать с симпатичным покрывалом и пестрые декоративные подушки, стул, прикроватный столик, репродукции в рамках и телевизор для просмотра эротических фильмов. Для облегчения задачи Гвен, здесь имеется Eroscillator-2 Plus — вибратор, рекомендованный доктором Рут Вестхаймер и усовершенствованный доктором Филипом Вугом — изобретателем первой электрической зубной щетки[97].

Пока Гвен мастурбирует, Шипски объясняет, что они успели выяснить до моего прихода. Все ее подопытные прошли обследование, выявляющее степень повреждения, его вид и точное расположение на позвоночнике. Одна теория гласит, что люди, способные иметь оргазм, — это те, чей спинной мозг поврежден не полностью. В том смысле, что он не окончательно разрушен и какие-то нервные импульсы от половых органов еще проходят и достигают мозга. Другая версия: оргазм испытывают те люди, у которых спинной мозг поврежден ниже точки, где нервы гениталий соединяются с позвоночником.

Как выяснилось, обе эти причины могут иметь значение, однако ни одна из них не является решающим фактором наличия или отсутствия оргазма. Его испытывают пациенты с повреждениями в верхней части спинного мозга, но также и те, чей спинной мозг совершенно недееспособен. Согласно данным Шипски, лишь одно определенно препятствует оргазму: полное повреждение вплоть до крестцовых нервных окончаний в основании позвоночника. Здесь болезнь затрагивает так называемую крестцовую рефлекторную дугу — более известную как орган, отвечающий за кишечник и мочевой пузырь. Эта дуга является частью автономной нервной системы, которая контролирует работу наших внутренних органов. «Автономной» — значит находящейся за пределами осознанного контроля. Скорость, с которой бьется сердце, перистальтические движения пищеварительной системы, дыхание и, в известной степени, сексуальные реакции — все под автономным контролем.

Шипски объясняет, что, когда вы повреждаете спинной мозг, первым делом блокируются пути соматической, а не автономной нервной системы. Соматические нервы передают ощущения кожи и сознательные движения мышц, и импульсы движутся через спинной мозг. Однако нервы автономной системы более сложны, и не все они проходят исключительно через позвоночник. Блуждающий нерв, например, идет напрямую от внутренних органов к мозгу; исследователи Университета Ратджерса Барри Комисарук и Беверли Уиппл установили, что блуждающий нерв действительно достигает шейки матки, и этим объясняется, каким образом пациентки с поврежденным спинным мозгом получают оргазм. Иначе говоря, автономные нервы, кажется, отвечают на вопрос, почему люди, страдающие квадри- и параплегией, зачастую испытывают такие ощущения как менструальные спазмы, бурление в кишках, боль от аппендицита. И оргазм.

«Вдумайтесь в это, — говорит Шипски. — Оргазм — не поверхностное, а внутреннее ощущение». Шипски регулярно спрашивает подопытных с повреждениями позвоночника, в каких местах они стимулировали себя и где ощущали оргазм. Из девятнадцати женщин, которые стимулировали клитор, только одна сообщила, что и оргазм она чувствовала именно там. В случае остальных это была целая анатомическая гамма: «от низа живота до пальцев ног», «в голове», «влагалище и ноги», «везде», «от талии и вниз», «сперва в животе, потом в груди, потом во влагалище».

Странно думать об оргазме как о рефлексе, наподобие коленного. Шипски уверяет меня, что психологические факторы тоже имеют место. Так же, как эмоции воздействуют на сердечный ритм и пищеварение, они влияют и на сексуальные реакции. Шипски определяет оргазм как рефлекс автономной нервной системы, который может быть либо поддержан, либо запрещен мозговым сигналом (мыслями и чувствами).

Определение крестцового рефлекса прекрасно сочетается с одной вещью, на которую я наткнулась на сайте ведомства по патентам и товарным знакам США: патент 3914136 — методика «искусственно вызываемого мочеиспускания, дефекации или сексуального возбуждения» посредством присоединения электродов к «крестцовой области на противоположных сторонах позвоночника». Держатель патента предполагал, что его метод поможет не только людям с поврежденным спинным мозгом, но и людям с эректильной дисфункцией или запорами.

Однако тут следует соблюдать осторожность. Нервной системе не всегда можно доверяться в подобных делах. В BJU International публиковалась история о человеке, который обратился к своему врачу за советом относительно «оргазма, вызываемого дефекацией». Первые десять лет, говорится в статье, он наслаждался возможностью проделывать подобный любопытный неврологический фокус, но теперь ему семьдесят, и это его утомляет. Ужасно, но обратная ситуация тоже имеет место: вызванная оргазмом дефекация была замечена Альфредом Кинси «у некоторых людей».

В электронике есть термин, обозначающий путаницу на разных каналах связи, — перекрестные помехи. Сигнал, идущий вдоль одной цепи, сбивается с пути и создает неожиданный эффект на соседней. Именно из-за перекрестных помех при телефонном разговоре иногда слышатся тихие голоса чьей-то чужой беседы. Перекрестными помехами в нервной системе человека объясняется не только оргазм, возникающий во время походов в туалет, но также и то, почему сердечная боль временами ощущается в плече, и почему во время родов некоторые женщины испытывают оргазм или — реже — позывы к дефекации. Оргазмы от кормления грудью (или предварительных ласк сосков) — еще один пример перекрестных помех. Одни и та же группа нейронов в мозгу получает сенсорный ввод и от сосков, и от гениталий. Это нейроны, «отвечающие» за приятные ощущения; именно они участвуют в процессе выделения окситоцина — «гормона радости» (окситоцин ответственен и за оргазм, и за рефлекс выделения молока у кормящих матерей).

Любопытный факт, связанный с рефлексами позвоночника: мозги не требуются. Чтобы доказать это, достаточно взглянуть на курицу, которая бегает по скотному двору после того, как ей уже отрубили голову. Совсем уж странно: даже живым быть не обязательно. Рефлекс спинного мозга, известный как синдром Лазаря, пугал докторов веками. Если воздействовать на правильное место на позвоночнике свежего мертвеца или же трупа с еще бьющимся сердцем (то есть человека, чей мозг уже мертв, но он еще подключен к аппарату искусственного дыхания ради сохранения органов, предназначенных для трансплантации), то он вытянет руки, а потом поднимет их вверх и скрестит на груди.

Часто ли мертвецы двигаются? Группа турецких ученых в клинике университета Акдениза в течение трех лет ставила опыты на пациентах с мертвым мозгом; в 13% случаев им удалось инициировать движение при помощи позвоночных рефлексов (корейские исследователи два года спустя увеличили эту цифру до 19%). В большинстве случаев мертвые просто судорожно подергивали пальцами рук и ног или же вытягивали руки или ноги, но два турецких трупа успешно продемонстрировали синдром Лазаря.

Рефлекторные движения могут сильно обеспокоить медиков в операционной во время извлечения органов. Настолько, что около 2000 года в Англии даже поднялась шумиха: прозвучало требование, чтобы трупам с бьющимся сердцем делали анестезию. Нью-йоркский врач и юрист Стефани Манн — автор многих статей по вопросам этики обращения с людьми в случае смерти мозга и вегетативном состоянии, утверждает, что, хотя иногда и кажется, будто мертвецы с бьющимся сердцем испытывают боль, на самом деле это не так. «Разумеется, они не чувствуют боли, как вы или я. Анестезия нужна, скорее, для спокойствия врачей, нежели для трупа».

Манн сказала — в ответ на мой вопрос, — что мертвецы с бьющимся сердцем могут иметь оргазм. Если к спинному мозгу поступает оксиген, который одновременно воздействует на крестцовые нервы, а вы используете соответствующий раздражитель — теоретически это возможно? Да. Хотя тело ничего не почувствует.

Я говорю Шипски, что нужно заняться таким исследованием.

— Уж вам-то комитет по защите прав человека даст на него разрешение.

«О’кей, — слышится голос Гвен по интеркому. — Я кончила». У нее мягкий, вибрирующий алабамский акцент. «О’кей» звучит как «у-кай». Паула велит Гвен спокойно полежать несколько минут и смотрит на монитор. Она следит за резкими понижениями сердечного ритма и кровяного давления, которые свидетельствуют о том, что оргазм наступил и прошел.

Перед отъездом Гвен согласилась уделить нам несколько минут. Она сидит в кресле и спокойно смотрит на нас. Если б вы не знали, чем она тут занималась, то ни за что не догадались бы. Она аккуратно причесана, одежда в полном порядке. Только сердцебиение на момент начала эксперимента (117 ударов в минуту) выдает ее напряженное состояние.

В 1999 году Гвен диагностировали рассеянный склероз (Шипски начала собирать данные об оргазме и сексуальном возбуждении таких пациентов немного раньше в том же году). Красота Гвен и ее манера держаться могут создать неверное представление о серьезности ее состояния. Она говорит, что все время чувствует усталость и боль в суставах. Ее кисти и ступни иногда покалывает, временами они немеют. Гвен не могла отличать горячее от холодного, и ей приходилось просить мужа, чтобы тот проверял воду в ванной для их ребенка. У людей с рассеянным склерозом болезнь затрагивает спинной мозг, что влияет на их подвижность и чувствительность кожи. Также у них повреждена автономная нервная система. Болезнь Гвен повлияла на функции ее кишечника и мочевого пузыря, равно как и на сексуальные реакции — крестцовый триумвират.

— Я ничего не чувствую внутри, — объясняет она. — Не могу определить, что проникновение произошло, как вы бы тут сказали. А иногда не ощущаю и стимуляцию клитора.

Однако прошло лишь шесть минут, когда она нажала кнопку интеркома. Сила вибрации, предназначенная вызывать к жизни рефлекс оргазма, — это загадка и, как мы видели в главе 10, случайная благодать. Иногда вибрацию даже не нужно использовать в обычных местах. Люди с повреждениями спинного мозга могут развивать альтернативные эрогенные зоны — в местах, расположенных выше на теле, чем их повреждения (исследователи называют это «гиперчувствительными зонами» или — реже — «сверхчувствительными зонами»). Применение вибратора в этих местах может вызвать сильные ощущения. Такие эффекты документировали Шипски, Барри Комисарук и Беверли Уиппл в Институте реабилитации имени Кесслера в Майами, где все трое работали. «Я испытываю во всем теле такие же ощущения, как во влагалище», — говорила одна подопытная — женщина, страдающая квадриплегией, которая только что получила оргазм (что доказывали изменения в ее кровяном давлении и сердцебиении), применяя вибратор к шее и груди. В книге Комисарука и Уиппл «Наука оргазма» приводится описание «коленного оргазма», который испытал молодой (здоровый) мужчина, прижав вибратор к ноге. «Четырехглавая мышца была напряжена, и это напряжение все более возрастало... В момент оргазма нога, повинуясь разгибающей мышце, брыкнула... и последовал громкий стон» (дабы окончательно раскрыть интригу, надо добавить, что молодой человек был мертвецки пьян).

Я спрашиваю Гвен, как она решилась принять участие в исследовании Шипски.

— Когда я впервые услышала об этом от своего невролога, — начинает она, — первая мысль была: “Да, я хочу это сделать”. А потом начала размышлять, как все оно будет выглядеть, и подумала: “Даже не знаю, хочу или нет”. Но потом мы обсудили все с мужем и решили, что это может мне помочь».

Гвен забирает вибратор домой. Исследование, частью которого она является, включает в себя лечение посредством сравнения двух моделей, ставших звездами последней главы, — «Ферти Кеар» (модифицированный наконечником Вуга) и «Эрос». Есть надежда, что вибротерапия (иначе: аспирация/вибрация) может помочь восстановить крестцовую рефлекторную дугу и женщины с повреждениями позвоночника получат шанс легче достигать оргазма.

Гвен берет сумочку. Спрашивает, есть ли у нас еще вопросы.

У меня есть один.

— Когда вы были внутри, вы слышали громкий треск?

— Угу. И разговор.

— Простите.

Мы с Шипски перекусываем в пригородном ресторанчике Бирмингема, где парочки пьют вино, обедают и, кажется, не знают, что сказать друг другу. А может быть, они подслушивают. Я бы подслушивала на их месте.

Разговор за едой повернулся к теме оргазма, происходящего без участия половых органов. Из тех, что пробуждают вас от сна. Из тех, который некоторые эпилептики[98] испытывают как раз перед приступом (и из-за этого порой не принимают свои препараты). Такие «тем не менее оргазмы» ощутили десять женщин в лаборатории Беверли Уиппла и Барри Комисарука в Университете Ратджерса. Среди информантов Альфреда Кинси были люди, которые «получали оргазм при поглаживании бровей, или — если им нежно дули на волоски в другой части тела, или при надавливании на зубы». Хотя в этих случаях предварительно гладили или дули на другие части тела, а брови и зубы тут помогали в самой малой степени, Кинси сделал вывод, что эти действия «обеспечивали дополнительный импульс, необходимый, чтобы довести человека до оргазма».

Я принесла с собой копию статьи, посланной в British Journal of Psychiatry, под названием «Спонтанные оргазмы — чем они объясняются?». Автор задавался этим вопросом, желая помочь пациентке — сорокапятилетней вдове, арабке, матери трех детей, которая «горько жаловалась на повторяющиеся неконтролируемые оргазмы». Они происходили везде, в любое время, до тридцати раз в день, «без какого-либо сексуального контакта». Это разрушило ее общественную жизнь, и она по понятной причине была вынуждена «отказаться от посещения храмов и религиозных церемоний».

Оторвавшись от статьи, я поднимаю голову и вижу, что официант стоит рядом, держа мой гумбо[99] и ожидая, когда я уберу бумаги. Немного раньше он принес чай со льдом, а Шипски в этот момент как раз описывала бульбокавернозный рефлекс, который определяет, повреждена ли крестцовая рефлекторная дуга. Чтобы проверить это, нужно просунуть палец в прямую кишку пациента, а другой рукой стиснуть кончик пениса либо тронуть клитор. Если палец ощутит, что прямая кишка сжимается, значит, рефлекс работает... Официанты в Бирмингеме не таковы, как в Сан-Франциско, где я обычно обедаю. Этот просто сказал: «Кто заказывал без сахара?».

Шипски объясняет негенитальный оргазм следующим образом: вы провоцируете тот же рефлекс, просто делаете это иными способами. «Нет причины считать, что импульсы не могут исходить от мозга, а не от половых органов». В случае пациентов-эпилептиков и женщины из Аравии сигнал был нейрофизиологическим, а в случае людей Кинси — физиологическим.

Не только оргазм, но и сексуальное возбуждение отражает это двунаправленное разделение. Тут повреждения спинного мозга снова помогли исследователям провести границу между двумя системами: здесь «рефлекторное возбуждение», а здесь — «психогенное возбуждение». Если вы покажете эротические фильмы человеку с полным повреждением спинного мозга, находящимся в верхней части позвоночника, он скажет, что эти кадры возбуждают его, однако психогенный сигнал не сможет пройти вниз по позвоночнику. Таким образом, никакой эрекции (или выделения смазки) не гарантируется. Однако эти больные могут испытывать возбуждение от физической или «рефлекторной» стимуляции их половых органов.

Повреждения, расположенные в нижней части позвоночника, создают обратную дихотомию: человек может возбудиться только от просмотра (чтения или слушания) чего-то эротического. Физическое «рефлекторное» возбуждение блокируется повреждением. Здоровые мужчины и женщины реагируют на оба типа сигналов (хотя у женщин, как мы увидим в следующей главе, мозг и половые органы зачастую не в ладах друг с другом). Оргазм у них может быть спровоцирован одним типом сигнала или же их комбинацией. Барри Комисарук называет второй вариант «смешанным оргазмом». Это может объяснить, почему оргазмы какого-то одного типа — вагинальный, клиторальный, негенитальный — все ощущаются немного по-разному.

Есть еще один — отличный от всех прочих — оргазм, о котором мне хотелось спросить Шипски: тот, который испытывают дети, лазая по канату в спортзале. Шипски не принадлежала к числу подобных детей.

— Никогда о таком не слышала.

Мы недоуменно взираем друг на друга. Я объясняю, что дело тут не в контакте с веревкой, а, скорее, в подъеме тела. Шипски отвечает, что в этом есть смысл, поскольку известны оргазмы, возникающие от сдавливания головки полового члена или сжатия ягодичных мышц. Кинси пишет, что он интервьюировал нескольких мужчин и «некоторое количество» женщин, которые использовали эту технику, чтобы испытать возбуждение и которые «могут получить оргазм случайным образом, без прикосновений к половым органам».

Шипски подозревает, что это может быть нечто вроде «оргазма без помощи рук», который удалось испытать женщинам в лаборатории института Ратджерса. Она не знает, что за три недели до нашего совместного обеда я ходила в суши-бар с одной из этих женщин — Ким Эйрс. Ее контактную информацию мне дал Барри Комисарук. Она приехала в город навестить друзей и согласилась встретиться со мной, чтобы поговорить о своих уникальных способностях. Эйрс — высокая, энергичная женщина за сорок, у которой за плечами сотрудничество с порнографическими изданиями, «служба сопровождения» и Гарвард, где она работала с тогдашним президентом Лоуренсом Саммерсом. Эйрс освоила технику «свободных рук» в 1995 году на семинарах, где обучали вызывать оргазм посредством дыхательных упражнений и управления энергетическими потоками. Руководила ими работница сексуальной сферы, превратившаяся в сексуального гуру, — Энни Спринкл[100]. Ей потребовалось два года, чтобы овладеть этим навыком. Теперь Эйрс может делать это легко и по заказу, что и демонстрирует на семинарах, во время бесед, а также, временами, на уличных скамейках возле суши-баров.

Это ничуть не походило на сцену в духе «Когда Гарри встретил Салли». Прохожие ничего не заподозрили. Эйрс закрыла глаза, сделала несколько медленных глубоких вдохов, и примерно через минуту лицо ее порозовело, а тело содрогнулось. Если б вы не присматривались, то вполне могли подумать, что это просто бегунья, присевшая на скамейку, чтобы перевести дыхание.

Как и оргазмы подопытных Шипски, оргазмы Эйрс и других добровольцев Комисарука были подтверждены посредством мониторинга сердечного ритма и артериального давления. Удостовериться определенно, что человек ощутил оргазм, — гораздо сложнее, чем полагают Мастерс и Джонсон. Эти двое описывали якобы выдающее оргазм сокращение мышц, но Шипски обнаружила, что так бывает не у всех женщин[101]. Резкое ускорение сердцебиения, его быстрый спад и понижение систолического кровяного давления после оргазма являются гораздо более достоверным физиологическим маркером. Эйрс подпала под этот стандарт.

Шипски права, утверждая, что по крайней мере некоторые из оргазмов, вызванных силой мысли, произошли не без помощи напряжения мышц. В конце своей работы Уиппл и Комисарук пишут, что некоторые женщины производили «энергичные мускульные движения»; они полагают, что другие, возможно, делали это более незаметно. Интернет-статья типа «как это делается» за авторством Энни Спринкл предлагает стиснуть мышцы тазового дна с целью «стимулировать клитор и точку G». (Несколько лет назад Арнольд Кегель пришел к выводу, что люди, усердно занимающиеся кегелингом, достигают оргазма быстрее.).

Сама Эйрс, впрочем, описывала процесс в терминах чакр и энергетических потоков, а не мышечной пластики. Она говорила, что приводит себя в измененное состояние сознания; и в этом есть смысл, поскольку кажется, все люди впадают в подобное состояние во время оргазма. Сканирование показывает, что более высокие умственные способности отступают и на первый план выходят более примитивные системы. На пике такого измененного состояния люди имеют тенденцию терять ощущение времени. В 1985 году сексуальный психолог Рой Левин пригласил в свою лабораторию двадцать восемь женщин и засек время их оргазмов. После того, как они кончили, он попросил их оценить, как долго продолжался оргазм. Все женщины, за исключением только трех, назвали время, которое было заметно меньше реального, — в среднем тридцать секунд. Оргазм, кажется, является состоянием сродни тому, какое описывают люди, похищенные инопланетянами: они возвращаются, их волосы в беспорядке, и некий промежуток времени начисто выпал у них из памяти.

Как живется тем, кто может вызвать оргазм несколькими секундами мысленных усилий? Эйрс утверждает, что она редко делает это в публичных местах.

— Иногда во время долгих перелетов, — сказала она. — Последний раз такое случилось, когда я каталась на трамвайчике в Диснейленде.

Дома, по ночам, этого не происходит.

— Обычно, когда я прихожу домой, я уже слишком устала.

Глава 12. Разум превыше вагины.

Сложная природа женщины.

Женская вагина вполне приспособлена для приема посетителей. Даже язык анатомии, именуя этот орган, не избежал «жилищной» терминологии: вход в него называется «преддверием влагалища». Снимайте пальто и располагайтесь... Около 1910 года гинеколог Роберт Лату Дикинсон заметил удивительную вместительность влагалища; в качестве измерительного прибора он использовал собственные пальцы. Объем девичьего влагалища — «один палец»; размер замужней женщины — «два пальца». После того, как пошли дети, это уже «три пальца». И так далее, вплоть до субъекта № 163, чье преддверие (и приемная) графически изображены в дикинсоновском «Анатомическом атласе человеческого пола» вместе с погруженной туда рукой врача.

Нет причин бояться и визита акрилового вагинального фотоплетизмографа. Зонд маленький, у него нет острых углов. Он ничего не делает там, внутри, — лишь испускает пучки света на стенки влагалища. Так измеряется степень сексуального возбуждения: количество отраженного света сообщает, сколько крови находится в капиллярах; чем больше света, тем сильнее возбуждение. Нет никаких причин отказываться от исследования на фотоплетизмографе в Лаборатории женской сексуальной психофизиологии. Так что я сказала «да». У меня не было возможности понаблюдать за процессом зондирования кого-нибудь другого, сказавшего «да», в силу правил комиссии по надзору над экспериментами с участием человеческих субъектов.

Лаборатория женской сексуальной психофизиологии — часть кафедры психологии Техасского университета в Остине. Цель тамошних ученых проста, но многогранна: распутать клубок сложных взаимоотношений тела и разума, касающихся женской сексуальности. Вы не представляете, насколько сложная штука это женское сексуальное возбуждение. Если дама одаряет вниманием кого-то или что-то, ее мозг посылает сигнал: открыть капилляры в сокровенных женских углублениях! Кровь устремляется к стенкам влагалища, наполняя расположенные там капилляры. Здравствуй, смазка! Уж это-то нам всем известно. Однако тот факт, что женщина немного увлажнилась, еще ничего означает: она может и не осознать, что чувствует возбуждение. В отличие от мужчины. Если у мужчины эрекция, он почти всегда скажет, что сексуально возбужден. Поскольку напряжение члена ощутить проще, нежели сырость преддверия. А возможно это потому, что мужчины лучше чувствуют самые легкие физиологические изменения. Исследование 1992 года показало, что мужчины более точно, чем женщины, улавливают перемены в своем сердцебиении и кровяном давлении.

И наоборот: если женщина не увлажнилась, это не обязательно значит, что она не возбуждена. Как говорил Дикинсон о вагинальной смазке: «Ошибочно считать наличие слизи единственным признаком... готовности принять в себя самца... Не следует упускать из виду, что существуют женщины, способные к сильной страсти и мощному оргазму, которые при этом выделяют мало слизи или не выделяют вовсе». Иными словами, порой существуют загадочные противоречия между телом и мозгом.

У женщин корреляция между изменениями на физиологическом уровне и их собственной оценкой сексуального возбуждения крайне мала. Настолько, что некоторые исследователи задаются вопросом: можно ли опираться на одни только физические параметры, чтобы сделать хоть какие-нибудь выводы? Нарушения в сексуальном возбуждении у женщин редко диагностируются фотоплетизмографом; они могут быть выявлены только на основе жалоб самой пациентки. Таких пациенток в основном и исследуют.

Лаборатория женской сексуальной психофизиологии основана Синди Местон. В течение последних семнадцати лет Местон занимается женскими проблемами и выясняет, как можно помочь. Возможно, даже дольше, если принять в расчет период ее жизни, предшествовавший занятиям психологией, когда Местон ездила по Канаде как агент по продаже швейных машин[102]. «Я приезжала в город и проводила демонстрацию швейных машинок, а также давала советы в передачах на местных радиостанциях. Дамы звонили и говорили: вот, я шью на Ultrasuede, и у меня убегают стежки, что делать? А я отвечала: «Что ж, вам нужна игла Schmetz восьмого размера с кожаным мундштуком...» Местон пыталась сказать мне название одной из этих передач, но ее разобрал такой смех, что пришлось подождать. Наконец она перевела дыхание: «Строчим[103] и обметываем с Синди».

Лаборатория женской сексуальной психофизиологии находится на втором этаже строения с еще более длинным названием — «Здание Сары М. и Чарльза М. Сия». В университете пылали таким энтузиазмом относительно нового здания, что во время строительства установили поблизости веб-камеру, и все желающие могли наблюдать и записывать процесс двадцать четыре часа в сутки.

Сочетание щедрости Сия и художественного вкуса Местон при оформлении интерьера сделали научную лабораторию похожей на вестибюль гостиницы W Hotel. Комната участников № 1 (волонтеры здесь называются участниками, а не подопытными) невелика — помещение с мягким светом, современными ковровыми покрытиями и лиловым кожаным шезлонгом. На стенах — ню Модильяни в рамах и плоский экран для просмотра неизбежных эротических фильмов.

Тут не всегда было так мило. В старой лаборатории эротическое кино крутилось на древнем телевизоре с испорченным регулятором громкости. Однажды случайно вышло так, что Местон с одной из своих студенток проводили исследование сексуального возбуждения, а за стеной, на кафедре психологии, шли занятия по психологии отношений родителей и детей.

— Телевизор орал, — рассказывает Местон. — Мы не могли убавить звук, и все эти стоны и охи были отлично слышны за стеной!

Вагинальный зонд фотоплетизмографа, который я буду... держать?.. удерживать?.. носить?.. в данный момент упакован в сумку с молнией и лежит на столе подле лилового кресла. Студентка, которая сегодня проходит практику, объясняет, как вставить зонд, и обращает мое внимание на прелестный керамический горшочек. В другом месте и в другое время в нем могли бы лежать пакетики сахара, но сейчас там лежат пакетики с «персональным лубрикантом». Студентка не разглашает суть опыта: участники должны оставаться в неведении, чтобы их осведомленность не повлияла на результаты. Моя задача проста: сидеть и спокойно смотреть видеофильмы — первая серия нейтральная, потом начинаются эротические. Тем временем фотоплетизмограф испускает пучок света и измеряет мою физическую реакцию на то, что я вижу (позже я узнаю, что была контрольным субъектом в исследовании влияния тревожных расстройств на сексуальные реакции).

— О’кей, — говорит студентка. — Скоро увидимся.

Она выходит из комнаты и закрывает дверь. Я вынимаю зонд из сумки. Светодиод и какие-то провода заключены в округлый, в форме пули, кусок прозрачного акрила. «Тампон Золушки», — делаю я запись. Несколькими неделями позже буду тупо смотреть на эту заметку, не в силах вспомнить, что она означает. Шнур представляет собой упругий кабель, одетый в пластиковую оболочку, который ведет к компьютеру. Я следую данным мне инструкциям, и теперь кабель свисает кольцами перед моим стулом. Я чувствую себя велосипедным замком.

На столе — консоль, похожая на переключатель автоматической коробки передач. Когда начнутся фильмы, я должна двигать индикатор вверх-вниз, сообразно с тем, что чувствую. Этот прибор называется «измеритель возбуждения», Синди Местон сама его изобрела. Когда появились данные клинических испытаний виагры и выяснилось, что эта маленькая синяя таблетка не может заставить женщин ощутить возбуждение, Местон решила переосмыслить методологию. Зонд фотоплетизмографа снимает информацию шестьдесят раз в секунду. Но психологические данные — мнение самой женщины о том, насколько она возбуждена, — брали у каждой по одному разу, после просмотра. «После окончания опыта обычно дают анкету, где надо ответить, насколько вы были возбуждены. Заметили вы это, или то, или еще что-то? Что на самом деле имеет в виду женщина, когда говорит: “Это была четверка”? Называет ли она высший балл? Или как-то высчитывает среднее от того, что чувствовала целых пять минут назад?» Местон разработала «измеритель возбуждения» — прибор, позволяющий испытуемым сообщать о своем состоянии по мере просмотра фильмов.

Используя новый прибор, Местон обнаружила, что действительно существуют женщины, у которых мозг и тело работают слаженно. Сейчас в ее исследовании участвуют три группы женщин: одна с расстройством сексуального возбуждения, одна с расстройством оргазма и контрольная. Пока что реакции всех трех на просмотр эротических фильмов, зафиксированные фотоплетизмографом, были похожи. Женщины, чей разум не коррелировал с телом, отличались от прочих тем, что не замечали своего физического возбуждения, независимо от его интенсивности.

— Некоторых женщин, не страдающих дисфункцией, эротический фильм возбуждал крайне мало, но они отслеживали эти перемены, обращали на них внимание. В случае таких женщин могла бы помочь виагра, усилив эти сигналы. Однако есть женщины, которые имеют нормальную физическую реакцию, но не отдают себе отчета, что возбуждены; они готовы к сексу либо когда чувствуют эмоциональную связь с партнером или любовь, либо занимаясь каким-то особенным видом секса. Тут виагра бесполезна.

Местон говорит, что, хотя виагра официально не считается лекарством, пригодным для использования женщинами, врачи все равно часто ее выписывают — в основном потому, что больше выписать нечего.

Виагра — не единственное средство, которое рекомендуют женщинам, не способным достичь состояния сексуального возбуждения. Уролог из Лос-Анджелеса Дженнифер Берман сказала мне, что некоторые врачи выписывают небольшие дозы риталина. Лекарства вроде риталина помогают человеку концентрировать внимание, в результате ему проще осознать изменения, происходящие в его теле.

— Это дает женщине возможность сосредоточиться на непосредственной задаче, — сказала Берман, ухитрившись (хотя она, разумеется, не имела ничего такого в виду) представить секс как работу.

В той же самой категории курьезных примеров средств, повышающих сосредоточенность и делающих секс более приятным и насыщенным, находится марихуана. Как пишет Барри Комисарук в «Науке оргазма», «немалое количество людей сообщают, что марихуана усиливает их ощущения и обогащает сексуальный опыт». По понятным причинам никто не производил клинических исследований влияния марихуаны на сексуальное возбуждение и оргазм. Очень жаль.

Идея о роли сосредоточенности вполне соответствует тому, о чем писали Мастерс и Джонсон еще в 1970-х. Они придумали понятие «зрительство» — для обозначения склонности человека наблюдать за собой во время секса. Не в эротическом смысле — «зеркало-на-потолке», а с оценивающей, критической позиции. Вместо того чтобы сосредоточиться на сладостных ощущениях прелюдии, акта, на всех приятностях, происходящих с ее телом, «зрительствующая» женщина беспокоится о своем внешнем виде или образе поведения. Исследование Натали Дав и Майкла Вайдермена показало, что женщины, отвлекающиеся на подобные вещи, — по сравнению с теми, кто полностью сосредоточен на сексе, — менее сексуально удовлетворены. У них реже бывают полноценные оргазмы, они зачастую имитируют их. Уже сам по себе вопросник поразителен. Женщины должны были оценить, насколько верны для них те или иные утверждения. Например, утверждения типа: «во время секса я постоянно волнуюсь, что партнер почувствует отвращение, увидев меня без одежды». Или: «занимаясь сексом с партнером, я уделяю слишком много внимания тому, как я двигаюсь».

Не обязательно женщина отвлекается во время секса именно на это. В ее мозгу вертятся тысячи вещей: работа, дети, проблемы с одеждой. Один из методов лечения без лекарств — это научить женщину переключаться и обращать больше внимания на физические ощущения. Практика, называемая «психическая вовлеченность». Пилотное исследование (то есть подготовительное исследование, проводящееся без контрольной группы) Лори Бротто и двух ее коллег из университета Британской Колумбии обещает интересные результаты. Восемнадцать женщин, не способных ощутить сексуальное возбуждение, участвовали в тренинге на «психическую вовлеченность». После тренингов, по их отзывам, они стали испытывать значительно большее возбуждение во время полового акта.

Если это кого-нибудь утешит: даже у крыс есть проблемы с сосредоточением во время секса. Приведу здесь мое любимое высказывание Альфреда Кинси из его книги «Сексуальное поведение женщины»: «сырные крошки, лежащие перед совокупляющейся парой крыс, могут отвлечь самку, но не самца».

«Самый большой город Тихоокеанского побережья России — Владивосток, и хотя он находится в Сибири, но на юге, вследствие чего вода не замерзает там круглый год...» Я смотрю нейтральный видеофильм. Вот эти самые незамерзающие воды. Вот памятник в гавани. Если веб-камеры Здания Сия до сих пор работают и если одна из них находится в этой комнате, то кто-то где-то может оказаться в большом смущении. «Кажется, она смотрит исторический канал без трусов».

Наконец нейтральный фильм заканчивается. Вместо звуков барабанчика вступают гобой и клавесин. Мужчина в белом парике, с искусственным загаром стоит у стола, на нем мундир и капитанская шляпа. На столе лежит большой конверт. Наезд камеры — конверт крупным планом. «Совершенно секретно», написано на нем. Затем приходит женская особь с волосами густо напомаженными и совсем уже искусственной кожей. Похоже, она собирается соблазнить капитана и украсть конверт.

Трудно представить, что на мои физические реакции может повлиять хоть что-то из того, что эта парочка способна сделать друг с другом. Однако ученые не даром едят свой хлеб. Серия исследований Мередит Чиверс и ее коллег из Центра лечения наркомании и восстановления психологического здоровья в Торонто показала, что мужчины разборчивее женщин в плане своих реакций на порнографию. Женщины — и гомосексуальные, и гетеросексуальные — немедленно ощущают возбуждение (как показывает фотоплетизмограф) в ответ на фильм о сексе. Невзирая на то, кто в нем действует — мужчины ли, женщины ли, натуралы, гомосексуалисты, красивые ли у них волосы или так себе. Мужчины же, вопреки распространенному мнению, склонны реагировать весьма сдержанно: их возбуждают только те фильмы, которые соответствуют их сексуальной ориентации и интересам. Мужское возбуждение обычно определяется «фаллометрическим» прибором, который по напряжению определяет изменения окружности пениса. В то время как гетеросексуальных женщин (и гомосексуальных мужчин) возбуждает фильм о двух мужчинах, занимающихся сексом, гетеросексуальные мужчины в большинстве своем равнодушны. Впрочем, мужчина-натурал обычно реагирует на фильм о женщинах, занимающихся сексом, — отчасти потому, что видит двух голых женщин.

Чиверс была поражена «фундаментальностью различий» механизмов сексуального возбуждения у женщин и мужчин. Желая протестировать этот феномен, Чиверс отважно провела дополнительное исследование, во время которого мужчины и женщины смотрели — плюс к обычным разновидностям сценариев человеческого секса — фильмы о спаривающихся карликовых шимпанзе (бонобо)[104]. И здесь снова — женские гениталии реагировали (хотя не так интенсивно, как при наблюдении за людьми), а мужские нет.

И происходит это невероятно быстро. «Автоматически», — как сказал один исследователь. Или, если обратиться к манере изложения Мастерса и Джонсон: «В считаные секунды сексуально возбужденная женщина может выделить достаточное количество смазки для готовности к коитусу». Их группа действительно наблюдала за этим при помощи пенис-камеры. Мастерс и Джонсон описали этот эффект в «Сексуальных реакциях человека» как «феномен потения... сродни тому, что мы видим на покрытом испариной лбу». Удивительно: на иллюстрации изображено поперечное сечение влагалища с каплями в форме слезинок. Однако они не висят на стенках, а просто возникают, чтобы оросить внутреннее пространство влагалища, словно бы сквозь него прошел летний ливень[105].

Женские половые органы могут реагировать на все сексуальные сцены без разбору, но сами женщины зачастую утверждают, что увиденное никак на них не повлияло. Основываясь на чувствах женщин, можно сказать, что они довольно придирчивы в отношении порнографии. В ходе изучения этого вопроса немецкой исследовательницей Эллен Лаан женщины говорили о значительно более высоком уровне сексуального возбуждения (субъективного) во время просмотра порнографических фильмов с участием женщин же. В результате ученые начали использовать фильмы, специально предназначенные для женской аудитории[106]. Тот фильм, что смотрела я, — один из них. Как бы ни был этот капитан непривлекателен, он, разумеется, притягивал внимание. Целую минуту я наблюдала крупный план его языка, который делал свое дело, в то время как указательный палец двигался внутрь и наружу — пусть и неэротично, на манер швейной иглы Schmetz. Актриса, со своей стороны, изо всех сил старалась изобразить экстатический восторг, хотя каждые несколько секунд я видела ее полуоткрытые глаза, словно она жульничала во время игры в прятки.

Данные фотоплетизмографа, снятые во время просмотра фильмов, в исследовании Лаан не имели существенных отличий от данных Чиверс. Подопытные Лаан предпочитали фильмы с участием женщин и находили их более возбуждающими, но их тела говорили иное.

Если все так, то женский мозг слушает сердце, а не капилляры на стенках влагалища. Чиверс осторожно указывает: «сексуальная реакция женщин на сцены спаривания животных еще не означает, что они латентные зоофилы». То же и с изнасилованием. Из работы Роя Левина я узнала, что жертвы изнасилований иногда сообщали об ощущениях физического возбуждения, хотя их эмоциональное состояние было смесью страха, ярости и отвращения. Это согласуется с тем, о чем я говорила в предыдущей главе, — с тем, что выяснила Маркали Шипски, изучая женщин с повреждениями спинного мозга. Увлажнение от «рефлекторного возбуждения» (физическая стимуляция половых органов) может произойти абсолютно без субъективного эмоционального возбуждения. Левин также указывает, что наш страх вызывает выброс адреналина, а адреналин увеличивает приток крови к половым органам. А это, в свою очередь, вызывает увлажнение (или эрекцию, в случае мужчин).

Независимо от механизмов, которые могут объяснить, а могут и не объяснить физическое состояние жертв изнасилования, защита насильника в суде, основанная на том факте, что жертва испытывала сексуальное возбуждение, «не имеет, — цитирую Левина, — никакой юридической силы, и факт возбуждения не должен приниматься во внимание».

Игровой автомат «фруктовая машина» — прекрасный пример опасности попыток делать выводы о сексуальных предпочтениях человека, основываясь только на измерениях его телесных реакций. В 1950-1960-х годах в лаборатории медицинского центра военного ведомства Канады правительство запустило секретный проект, целью которого было найти простой и достойный доверия физический индикатор сексуальных пристрастий человека. Джон Саватски, автор книги «Люди в тени: служба безопасности КККП», утверждает, что была поставлена задача удалить гомосексуалистов из Канадской королевской конной полиции и других департаментов государственных служб — но сделать это надо было научно, так, чтобы никто не пострадал на основании одних только слухов. Чаша яда с вишенкой наверху.

Решили взять за основу реакцию зрачков. А также хитроумное изобретение, прозванное «фруктовой машиной». Эксперименты показали, что зрачки человека расширяются, когда он заинтересован в том, что видит. Подобная техника в прошлом использовалась продавцами пищевых продуктов для тестирования привлекательности разных видов упаковок.

Служба безопасности Канады прослышала об упаковках и решила взять эту технику на вооружение для выявления сексуальных предпочтений. Если зрачки мужчины расширяются, когда он смотрит на голого мужчину, подумали они, то это должно указывать на интерес к мужской упаковке.

Проблемы начались буквально сразу. Ученые не могли провести тесты, поскольку военное ведомство провозгласило, что у них геев нет, а конные полицейские отказывались выступать в качестве испытуемых. Как оказалось, это было довольно мудро с их стороны. Ученые забыли принять во внимание разницу яркости картинок на экране. Когда экран становится темнее, зрачки зрителя, само собой, расширяются, чтобы впустить внутрь больше света — независимо от того, кого или что он видит. Таким образом, если рекрут из конной полиции смотрел на изображение темно-коричневой лошади, оператор «игрового автомата» был вынужден сделать вывод, что конника и его коня связывает нечто большее, нежели охрана национальной безопасности.

После «игрового автомата» проект на многие годы лег на полку. Затем у кого-то появилась блестящая идея измерить изменения окружности мужского члена — а не зрачков, — когда испытуемый смотрит на голых людей. Даже фаллометрия (как иногда называют эту методику) не является надежным индикатором сексуальных предпочтений. Сильно мотивированный мужчина — например, обвиняемый в педофилии — может научиться контролировать реакцию половых органов на изображение того, что он считает эротичным.

Он может также — после некоторых тренировок — развить совершенно новые виды предпочтений. В 1968 году исследователи С. Рэчмен и Р. Дж. Ходгсон использовали классический способ Павлова, чтобы создать фетиш из женских сапог. Пятеро мужчин были присоединены к фаллометрическим приборам. Снова и снова ученые демонстрировали мужчинам изображения обнаженных или провокационно одетых женщин, а затем — изображение пары высоких, до колен, отороченных мехом сапог. Наконец это сработало: у троих субъектов сапоги сами по себе поднимали члены не хуже, чем женщины. Двое остальных также возбуждались от созерцания черных сапог на высоком каблуке и «золотистых босоножек», хотя к тому не было никаких предпосылок.

Ни у кого из мужчин не наступила эрекция от вида «коричневых сандалий».

Несколько лет назад Синди Местон, одна из бывших учениц Рэчмена, решила узнать, можно ли воссоздать подобный эффект у испытуемых-женщин (склонность к фетишизму у женщин гораздо менее выражена, нежели у мужчин). На этот раз объектом-фетишем был назначен голос заведующего кафедрой психологии университета Британской Колумбии Тони Филлипса. Местон взяла фрагмент ролика из старого фильма о профориентации студентов и проигрывала его снова и снова, в то время как женщины смотрели на эротические картинки. «Добро пожаловать на кафедру психологии...» К сожалению — для доктора Филлипса по крайней мере, — попытка оказалась неудачной.

Если вы хотите раскрыть тайны женского сексуального возбуждения — того, что женщины замечают и ценят, — возможно, стоит обратить внимание на мозг. После того как виагра была признана непригодной для женщин, фармацевтические компании переключились от лекарств, которые влияют на приток крови к гениталиям, на лекарства, работающие напрямую с мозгом. Самая яркая звезда на этом небосводе — бремеланотид, прозванный «лекарством Барби», потому что он: а) стимулирует клетки, которые заставляют кожу загорать; б) подавляет аппетит и в) поднимает либидо. Как и в случае с виагрой, сексуальные свойства бремеланотида были обнаружены случайно. Лекарство тестировалось как средство для загара без солнца (под наименованием меланотан). Применить его для загара не удалось: «повсюду веснушки» и «появились бородавки» — вот жалобы, отправленные субъектами исследования на www.melanotan.org. Однако некоторые женщины, участвовавшие в исследовании, сообщили, что ощущают более сильное сексуальное возбуждение, нежели обычно. Что ж, если лекарство может заставить женщину с «черными точками на лице» чувствовать себя сексуальной, то у него есть будущее.

Майкл Перельман, руководитель Программы человеческой сексуальности из медицинского колледжа Корнеллского университета в Нью-Йорке, недавно провел испытание бремеланотида. Двадцать семь женщин-волонтеров в состоянии постменопаузы, страдающие расстройством сексуального возбуждения, прошли лечение: один раз с плацебо, второй — носовым впрыскиванием бремеланотида. Каждый раз, не зная, что им дают, они заполняли вопросники — один сразу после лечения, другой — днем позже. Лекарство вызывало значительное изменение в восприятии женщинами собственного сексуального возбуждения, а также увеличение сексуальной активности, которые наступали в течение двадцати четырех часов после принятия бремеланотида. Сейчас проводится третья фаза клинических испытаний (финальная стадия в процессе одобрения лекарства Управлением по контролю над лекарствами).

Другой претендент, представленный на рассмотрение на последней встрече Международного общества изучения женского сексуального здоровья, — лекарство, воздействующее на центральную нервную систему, под названием флибанзерин. Изначально оно тестировалось как антидепрессант. Поскольку уменьшение либидо — обычный побочный эффект антидепрессантов, исследователи наблюдали за сексуальными ощущениями субъекта. В данном случае они с удивлением обнаружили, что флибанзерин скорее увеличивал, нежели подавлял женское либидо. К этому моменту флибанзерин также должен был пройти третью фазу испытаний.

Управление по контролю над лекарствами обычно настороженно относится к препаратам, влияющим на мозг. Особенно если они используются для того, что некоторые медики называют изменением стиля жизни. Поэтому (а также потому, что никто пока не понимает механизма работы флибанзерина) процесс апробации может затянуться.

Лекарства приходят и уходят: пилотные исследования, большие надежды, фанфары, тишина... На предыдущих конференциях звездой программы был апоморфин. И где он теперь?.. Я спросила Синди Местон, что с ним стряслось. Она рассмеялась: «Он вызывает тошноту».

Глава 13. Что сказал бы Аллах?

Головокружительная карьера Ахмеда Шафика.

Доктор Ахмед Шафик носит костюм-тройку; в кармашке у него золотые часы, на лацкане — алмазная булавка, а на носу — толстые темные очки в прямоугольной оправе, какие были в моде во времена Насера. Доктор Шафик владеет больницей в Каире и живет в особняке с мраморными стенами. Он был номинирован на Нобелевскую премию[107]. Но все это не имеет для меня большого значения. Шафик покорил мое сердце, опубликовав в журнале European Urology результаты своего исследования влияния полиэстера на сексуальную активность. Ахмед Шафик одевал лабораторных крыс в синтетические трусы.

Всего было семьдесят пять крыс. Они носили трусы в течение года. Шафик обнаружил, что те, кто носил синтетику или смесь синтетики с хлопком, занимались сексом заметно реже, нежели те, чьи подштанники были из хлопка или шерсти. (По мнению Шафика, полиэстер способствует образованию каких-то вредных электростатических полей в половых органах и вокруг них. Увидев изображение крысы в штанах, я пришла к выводу, что есть и другое объяснение: тому, кто нелепо одет, труднее добиться взаимности в любовных делах.

Доктор Шафик опубликовал пять работ, посвященных синтетике, и двинулся дальше. Если вы распечатаете список статей Шафика (для этого вам понадобится большой рулон бумаги, потому что статей у него 1016 штук), то затруднитесь определить, какова же специализация доктора. Он занимался урологией, андрологией, сексологией, проктологией. Если вы спросите его самого, что он пишет в графе «Профессия» в налоговой декларации, он широко улыбнется и сообщит: «Я — Ахмед Шафик!».

Он работает не покладая рук. Хотя Шафику уже семьдесят три года и он отказался от преподавания, расписание его все равно остается очень плотным — тут и хирургические операции, и исследования — первое обеспечивает финансирование для второго. (В плане хирургии, насколько я могла понять, он специализируется на диктаторах с проблемами мочеполовой системы. Шафик утверждает, что работал с Кастро — хотя это было давно — и с Мобуту Сесе Секо.) Самостоятельно финансируя исследования, Шафик может потворствовать своим эзотерическим интересам[108] и отдаваться проектам, для которых нет очевидного практического применения и которые не отличаются привлекательностью в глазах общественности. В этом смысле доктор, как замечает его офис-менеджер Марго Йехия, достойный наследник исследователей XIX века, когда наукой занимались просто ради того, чтобы понять мир.

Работа Шафика многогранна, но не беспорядочна. Красной нитью через все его исследования проходят рефлексы. Только в области сексологии Шафик водрузил флаг первооткрывателя на территории двенадцати новых рефлексов. Если вы взглянете на секс через знаменитые черные очки Ахмеда Шафика, то увидите нечто большее, нежели пару, удовлетворяющую жажду любви, а то и просто похоть — движениями своих тел. Вы увидите мышцы, реагирующие без осознанного содействия или согласия своего владельца на физическую стимуляцию. Когда пенис, например, определенным образом соприкасается с шейкой матки — это стимуляция. В ответ женская приводящая мышца рефлекторно сокращается, сводя вместе бедра, и тем самым (возможно, это некий защитный механизм) ограничивает глубину мужского проникновения.

И еще. Когда нижняя треть женского влагалища расширяется — как это происходит во время проникновения — запускается несколько рефлексов. Вагинально-пещеристый рефлекс, например. На бумаге это название может звучать чересчур научно или загадочно, но именно он лежит в основе удивительной физической синергии мужской и женской анатомий во время секса. Когда пещеристые мышцы рефлекторно сокращаются — что они и делают при введении, — это увеличивает приток крови к клитору.

Такой эффект был зафиксирован в 1995 году группой французских ученых; воспользовавшись ультразвуковым сканированием Доплера, они пронаблюдали, как происходит приток крови к клитору, когда во влагалища десяти женщин-волонтерок вводили пневматические зонды[109]. Помимо того, что вагинально-пещеристый рефлекс влияет на клитор — как выяснил Шафик, — он заставляет сжиматься мужскую дорсальную вену, помогая удержать кровь в пенисе и поддерживая его в твердом состоянии.

Шафик опубликовал работы обо всех восьмидесяти двух анатомических рефлексах, которые он обнаружил и которым придумал названия. Поскольку другие физиологи редко пытаются повторить опыты Шафика, реакция сообщества врачей, изучающих сексуальные рефлексы, довольно-таки скептическая. Как сказал Рой Левин: «Этот человек вывел больше рефлексов, чем я съел горячих обедов!» Впрочем, Левин признает, что в целом изучение сексуальных рефлексов оказалось полезным и поучительным. По крайней мере оно «помогло понять, что женская репродуктивная система — это не просто пассивный трубопровод... но реагирующий, активный канал».

Поскольку разные виды стимуляции вызывают уникальные рефлекторные реакции, каждый из них следует изучать отдельно. Например, для того, чтобы сымитировать эрегированный пенис, расширяющий влагалище, Шафик помещает на кончик катетера воздушный шарик в форме презерватива, вводит его и надувает. Стимуляция шейки матки производится посредством стержня с губчатым концом в форме головки пениса. Рефлекторная реакция на эти манипуляции определяется при помощи электродов, помещенных в мышцы влагалища, шейки матки, уретры и что там у вас еще есть.

Тут надо упомянуть, что Шафик ухитрился найти в мусульманской стране дюжины женщин, которые согласились на то... скажем, чтобы в них проникал надувной пенис. Как ему это удалось?

Скоро я узнаю. Хотя в этом году не планируется важных исследований, Шафик организовал для меня возможность увидеть демонстрацию вагинальных рефлексов во время полового акта. Как это действует и на ком он будет их демонстрировать, пока не ясно.

Мое первое утро в Каире. Я бреду в музей, расположенный неподалеку от отеля, — Музей сельского хозяйства. Я всего лишь туристка, единственный взрослый посетитель, из последних сил плывущий против течения в бурном потоке вопящих жизнерадостных школьников. Музей, видимо, был построен примерно в 1930-е годы и счастливо избежал современных усовершенствований в музейном дизайне. Насекомые здесь представлены не в естественной среде обитания (как, например, долгоносик хлопковый на хлопке), а в житейских ситуациях, как у людей: «Медведка у себя дома», «Уховертка — заботливая мать»[110]. Штатный таксидермист, должно быть, в какой-то момент уволился или сошел с ума, потому что некоторые чучела кажутся не набитыми, а надутыми. Нечто вроде пузыря, напоминающего гиену, висит на стене возле лестницы — тело раздуто, лапы торчат из боков в разные стороны.

Я иду вниз по лестнице, в главный выставочный зал; здесь выстроен макет египетской деревни в натуральную величину: пластмассовые манекены мужчин в джеллабах, они перебирают зерно и идут за плугом. Ко мне подходит музейный смотритель. Он не говорит по-английски, но и без того ясно: он хочет мне что-то показать. Смотритель указывает на низкую деревянную дверь, укрытую за пыльной диорамой, изображающей продавцов фиников. Мы одни в узком зале с оранжевыми стенами, который, видимо, когда-то был частью музея. Вдоль стен выстроились витрины со сценами из деревенской жизни. Тут женщины. Женщины, которые ткут, гадают, расчесывают волосы своим детям. И внезапно я понимаю: здесь, как и в реальной жизни, женщины укрыты от мужских глаз.

Если даже манекены египтянок защищены и спрятаны, ума не приложу, как Ахмед Шафик убедил дюжины женщин из плоти и крови задрать юбки во имя науки?

Я даю гиду чаевые и иду домой вздремнуть. Около двух снова выхожу, пешком, собираясь разыскать больницу Ахмеда Шафика, которая, как мне известно, расположена где-то поблизости. Я уверена, что можно просто попросить первого встречного указать мне правильное направление — так же, как вы можете спросить любого в Рочестере, штат Миннесота, как пройти в клинику Майо. Однако больницы в Каире — некий междусобойчик, они принадлежат семьям и небольшим общинам врачей и неотличимы (для неарабского зрителя) от многоквартирных домов. Я быстро и всерьез заблудилась.

К счастью, телефон-автомат (фирмы Ringo) еще не исчез из Каира, и с помощью верного фактотума[111] Шафика Марго я вовремя прибываю на первую встречу с человеком, который на досуге одевает лабораторных крыс в штанишки.

Первая встреча с Ахмедом Шафиком оставляет потрясающее впечатление. Меня усаживают на диван в кабинете, и вот он сам появляется в дверях. Резко тормозит и протягивает руки, словно благословляя меня:

— Добро пожаловать! Добро пожаловать в Каир!

Затем подходит и трясет мою руку. Это широкое рукопожатие с размахом, которое начинается, как удар в гольфе, — сверху, от плеча — и заканчивается звонким шлепком ладоней.

Демонстрация рефлексов назначена на следующий день, а сейчас мы пьем кофе и беседуем. Я спрашиваю Шафика, как ему удается заниматься подобными исследованиями в мусульманской стране.

— В первую очередь, — начинает он, — я здесь не публикуюсь. Я публикуюсь там. Особенно в наши дни. Я не знаю почему, но сейчас во всех арабских странах консерваторы поднимают голову. Все выше и выше! — Он ссылается на недавнюю предвыборную активизацию «Мусульманского братства».

Шафик добивается согласия женщин тем же способом, каким я отблагодарила смотрителя в сельскохозяйственном музее: деньгами. Эти женщины — проститутки, и он платит им за участие в экспериментах. Вдобавок к наличным он обеспечивает бесплатное медицинское обслуживание им и членам их семей.

— Я знаю одну даму, и она помогает мне. Но все непросто.

Исследования проводятся в «специальных квартирах», где также имеются игровые столы.

— Я иду туда в час или в два ночи. И всю ночь работаю.

Тут есть риск: проституция в Египте запрещена. Министерство внутренних дел достаточно озаботилось этой проблемой, чтобы завести целый отдел по борьбе с проституцией. Хотя в законах ничего не сказано относительно покупки женщины с целью проникнуть в нее посредством воздушного шарика, но не так-то просто объяснить это сотрудникам отдела в два часа ночи.

Шафик соглашается связывать меня — по электронной почте — с одной из его подопытных. Я пишу ей через несколько недель после возвращения домой, а Шафик служит передаточным звеном: он отправляет ей мои вопросы и мне — ее ответы. Эта женщина воспринимает «специальную квартиру» как пристанище для проституток. Название — равно как и возраст подопытных — наводит на мысль о своего рода пансионате для престарелых профессионалок. На самом деле все не так. Проститутки в Египте старше, чем в Штатах, многие из них — разведенные представительницы среднего класса или даже высшего общества, оставшиеся без средств к существованию. Воспитанные во времена, когда женщины не получали образования, они обращаются к проституции как одной из немногих возможностей держаться на плаву и оплачивать обучение своих детей.

Однако это не случай разведенной, с которой переписывалась я. Она делает это «просто чтобы заниматься сексом». Мне прежде не приходило в голову, что в религии, которая запрещает секс вне брака, проституция может привлечь любую вдову или разведенную. Впрочем, она решила улечься с воздушным шариком доктора Шафика не поэтому. Моя собеседница говорит, что видела доктора по телевизору и решила, что ее участие может каким-то образом помочь женщинам. «Я рада, что мое участие хоть и маленький, но вклад в науку. Приятнее всего было, когда профессор Шафик показал мне результаты опытов, напечатанные в журнале». Она явно высоко ставит Шафика, относясь к нему как к «всемирно известному хирургу и ученому». Настолько, что в какой-то миг мне даже представилось, что ответ на мое письмо писал он сам — не она!

Я прошу женщину описать эксперимент, и она отвечает, что была «очень испугана видом электрических аппаратов... и мыслью, что иголки будут втыкать в половые органы, и шариками, которые нужно засунуть во влагалище и там надуть». Что же касается самого теста, она просто сказала: «Мне было неприятно».

Религиозные запреты и законы вынуждают медиков-исследователей в мусульманских странах принимать экстремальные меры защиты.

— Все еще более сложно, — говорит Шафик, — если вы хотите изучить мертвеца.

У Шафика французский акцент, а ударение он ставит на предпоследний слог — мертвéца. В его устах слово звучит необычно и как-то стильно — словно название какой-нибудь крутой машины. Тойота Мертвеццц. Из-за исламских законов в мусульманских странах не существует традиции отдавать трупы на благо науки. Иногда Шафик прибирает к рукам невостребованные тела людей, не имеющих родственников, но чаще он просто дает на лапу могильщикам. Шафик словно бы между делом замечает, что, закончив анатомировать труп, он грузит его в свой фургончик и отвозит обратно на кладбище.

Беседа сходит на нет, и в этот миг меня осеняет! Я вдруг осознаю, что брюки доктора Шафика — отличные, шикарные брюки глубокого синего цвета павлиньих перьев — синтетические. Я ничего не могу с собой поделать: я наклоняюсь и щупаю ткань брючины пальцами.

— Полиэстер!

— Да-да, — признает Шафик. Я невежливо прыскаю. — Да, но я скажу вам... — Он поднимает указательный палец. — Я скажу вам! Под ними не полиэстер. Белье — никогда!

А я скажу вам: в любом исследовании Ахмеда Шафика больше работающих технических приспособлений, чем во всем Каире. Банкоматы выплевывают мою карточку, словно хрящик. Телефонные звонки из моего номера в отеле принимает дежурный клерк, который переписывает номера и потом соединяет меня с абонентами — так что я чувствую себя Клодом Рейнсом из «Касабланки», организующим ночную вылазку. Вот на переходе горит зеленый свет для пешеходов — этого беспрестанно мигающего зеленого человечка иногда можно видеть в просветах между летящими машинами...

Направляясь на встречу с доктором Шафиком на следующий день, я стараюсь вообразить, как оно все там, в обители проституток. Мне представляются мужчины, раскинувшиеся на подушках и покуривающие кальяны, и женщины с блестящими волосами в прозрачных шароварах, низко спущенных на бедра. В этой картине трудно найти место для доктора Шафика с катетером и надетым на него презервативом.

Мы встречаемся в кабинете доктора. Когда я прихожу, там царит странно подавленное настроение.

— Мэри, мне очень жаль, — говорит доктор Шафик таким голосом, каким обычно сообщают родственникам, что операция прошла не так, как планировалась. — Я уточнил в том доме, куда собираюсь... можно ли привести туда вас. Я звонил им вчера вечером. Они отказались! Даже проститутки в наши дни очень боятся. Я говорю вам: религиозные люди поднимают головы. Выше и выше! Секс — сейчас, в этой стране — происходит в большой тайне. Женщина и ее влагалище — нечто категорически недозволенное!

Нечто подобное я уловила еще вчера. Группа работников с каирского англоязычного телевидения пришла снять сюжет о докторе Шафике. Они взяли интервью и у меня, спросили, зачем я пришла, но предупредили, чтобы я не использовала в ответе слово «секс».

— Скажите «половые отношения», — посоветовал один журналист. — Пусть это звучит научно.

Вместо обители проституток мы отправляемся на нижний этаж больницы. Видимо, кто-то из сотрудников согласился стать субъектом для демонстрации. Доктор Шафик попросил меня подождать в коридоре за дверью палаты. В палате слышны раздраженные голоса, галдящие по-арабски. Дискуссия прекращается, и доктор Шафик открывает дверь. Женщина в голубом хирургическом халате стоит в углу, скрестив руки на груди.

Доктор Шафик оттаскивает меня в сторонку.

— Мне очень жаль, но наша волонтерка, на которой я хотел показать вагинальные рефлексы... Она отказалась!

Я чувствую одновременно смятение и облегчение. Никому не придется терпеть надувные катетеры из-за меня. На место женщины в голубом доктор Шафик рекрутировал молодого человека, тоже одетого в халат. Он сидит на краю больничной кровати и выглядит несколько обеспокоенным. Я окидываю мысленным взором кипу сексологических работ доктора Ахмеда Шафика, лежащую на столе в моем номере, и пытаюсь припомнить, какие из них имеют отношение к мужчинам.

Мне хочется надеяться, что доктор Шафик не собирается демонстрировать двигательный рефлекс полового члена. Когда кончик пениса стимулируется — скажем, при прикосновении к шейке матки или при введении во влагалище (или в любое другое отверстие, если уж на то пошло), — несколько мышц рефлекторно сокращаются. Среди них — анальный и уретральный сфинктеры. Сближение этой парочки... впрочем, пусть скажет доктор Шафик: «...препятствуют истечению мочи или кала во время секса». Огромное тебе спасибо, двигательный рефлекс! В процессе опытов доктор Шафик использовал «стальной стержень... покрытый губкой», чтобы стимулировать головку полового члена испытуемого. В данный момент доктор держит серебристую телескопическую указку. Хотя созерцание подобных вещей вызывает тошноту, это все-таки не настолько омерзительно, как демонстрация любого из двух связанных с эякуляцией рефлексов, о которых Шафик опубликовал статьи.

Шафик внес весомый вклад в изучение процесса эякуляции. В 1998 году он поставил необычный эксперимент, дабы определить, что же все-таки ее инициирует. Одна теория гласила, что эякуляция происходит, когда в простатическом отделе уретры скапливается достаточно семенной жидкости, чтобы создать давление определенной силы на ее стенки. Предшествующее оргазму образование семенной жидкости и выделение большого ее количества из семенников, семенных везикул и простаты называлось поллюцией; та самая поллюция, которая создает ощущение неуклонной «неизбежности эякуляции». Исследование Шафика поставило под сомнение теорию давления. Он ввел маленький, способный увеличиваться шарик в уретру субъекта и обнаружил, что расширение уретры, сравнимое с тем, которое обычно бывает во время поллюции, не вызвало пресловутого сокращения мышц, неизбежного при эякуляции. Рой Левин полагает, что начало эякуляции — момент, когда «сумма всех позитивных возбуждающих стимулов становится больше, нежели сумма негативных, угнетающих стимулов».

К счастью, Шафик имеет в виду нечто, не имеющее отношения к эякуляции, — нечто под названием кремастерный рефлекс. Он объясняет, как кремастерная мышца автоматически поднимает и опускает яички, чтобы охладить или согреть их, в зависимости от температуры (оптимум для образования спермы — 35,0 градусов по Цельсию)[112]. Не Шафик открыл этот рефлекс. Он хорошо известен, и это не та вещь, ради которой человек помчится в Каир. Я думаю, он демонстрирует мне его, просто чтобы показать хоть что-нибудь.

Шафик что-то говорит мужчине на кровати, тот встает и спускает штаны. Потом задирает рубашку, и держит ее так, что руки оказываются прижатыми к торсу. Голова мужчины повернута вбок, и он стоически смотрит в пространство. Невзирая на обстоятельства, в его позе есть что-то благородное, почти наполеоновское. Демонстрация заканчивается через минуту, и молодой человек уходит. Позже, в кафе в вестибюле, он пройдет мимо моего столика, и мы притворимся, что не узнали друг друга.

В плане секса Египет сегодня таков же, какими были США в 1940-е и 1950-е. После демонстрации я провела некоторое время, разговаривая с Саффой эль-Холи — египетской журналисткой, которая приехала взять у Шафика интервью. В прошлом году, рассказала мне эль-Холи, она сделала четыре передачи о сексе. Там зрителям предлагалось писать и задавать вопросы. Хотя было ясно сказано, что все авторы останутся анонимными, зрители часто заводили себе почту на hotmail только для того, чтобы задать вопрос. Эль-Холи общалась с женщинами, у которых «было два оргазма за восемь лет, и они не совсем понимают, о чем это». И с мужчинами, которые обвиняли в своей импотенции собственных жен. Или — хуже того — пытались сделать так, чтобы жены вовсе не испытывали оргазма — тогда, если они (мужчины) когда-нибудь станут импотентами, женам будет все равно. Как сказала эль-Холи: «Если вы никогда не ели киви, то никогда и не захотите киви».

Хотя статьи Шафика написаны для научных журналов, он спокойно изъясняется в разговорных терминах и часто делает это на телевидении. Я спросила доктора, не случается ли так, что люди, слышавшие, чем он занимается, сторонятся его, считают странным или аморальным?

— Да, да, конечно, — был ответ. — Но это меня не пугает. Это вызов.

Равно как Шафика мало трогает его низкий рейтинг в мировом сообществе исследователей секса. Некоторые ученые, с которыми я общалась, не слыхали о нем вовсе. Отчасти потому, что Шафик не посещает конференции по сексологии. И еще потому, что он лишь изредка отвечает на письма. «Он не командный игрок», — говорит Рой Левин, который давным-давно пытался переписываться с доктором. Обмен идеями и конструктивная критика, которые лежат в основе западной науки, раздражают Шафика. Он удовлетворяет собственное любопытство в каком-то вопросе, а затем движется дальше. Как говорит он сам: «Я всегда никогда не хочу идти назад».

Хотя изоляция Шафика может скомпрометировать его науку — или по крайней мере ослабить его международные позиции, — доктора хвалят. Он один из немногих людей в Египте, кто публично говорит о сексе, и в этой роли Шафик даже более значим, чем в амплуа нестандартного исследователя. Если бы никто на египетском телевидении не говорил о сексе, тогда никто не стал бы говорить об этом в кафе, или в спальне, или в кабинете врача. Непонимание и невежество очень распространены. Если пятьсот неудовлетворенных женщин видят доктора Шафика по телевизору, может быть, десятеро отважатся поговорить со своими мужьями. И, может быть, одна или две съедят больше киви.

Глава 14. Обезьяны, ваш выход!

Гормоны: их таинственная власть.

Homo sapiens — один из немногих видов, представители которого беспокоятся, как бы их не увидели во время секса. Черной антилопе нет до этого дела. Динго открыто выставляет спаривание напоказ. Шимпанзе мастурбирует, глядя вам прямо в глаза. Для всякой твари, отличной от вас, меня и еще шести миллиардов ищущих уединения Homo sapiens, совокупляться — все равно что чистить манго или чесать за ухом. Секс — это всего лишь одно из дел, которыми время от времени занимаешься. Нынче утром, сидя на смотровой площадке над просторным вольером резус-макак в Национальном центре изучения приматов им. Йеркса в компании исследователя Кима Уоллена, я наблюдала полдюжины совокуплений обезьян. И более чем уверена, что неловко было мне, а не макакам.

Мы встретились здесь с Уоленом не для того, чтобы обсуждать различия в сексуальной жизни людей и обезьян, а наоборот, потому что порой в ней наблюдается удивительное сходство. Уоллен, которого мы уже встречали в третьей главе, — профессор поведенческой нейроэндокринологии из Университета Эмори. Он исследует сексуальное влечение и гормоны, которые на него влияют. Проект Уоллена — изучение женской сексуальности — предполагает тестирование различных комбинаций гормонов, чтобы понять, как они влияют на либидо. Гормоны даются резусам — не потому, что обезьяны жалуются на сниженное либидо, а потому, что это делают женщины. И еще потому, что обезьяны и женщины имеют одинаковые гормоны, которые влияют на них во многом сходным образом.

Независимая женщина полагает, что она никому не подчиняется и не делает ничего вопреки своей воле. И чаще всего это действительно так. Однако бывают моменты, когда наступает определенный гормональный пик и фертильность оказывается на максимуме. Когда женщина вдруг ловит себя на таком поведении, которое способно озадачить ее. Гормоны начинают действовать, словно невидимые веревочки марионетки. А женщина пребывает в замешательстве, оказавшись ночью в неожиданном месте. Или укоряет себя за постыдный флирт с гостиничным посыльным. Или вдруг целуется с человеком, которого считала просто другом... Ее гены желают, чтобы она забеременела, а гормоны — их волшебная палочка.

Это подтверждают десятки исследований. Ученые Станислоу и Райс попросили 4,000 женщин описать первый день в менструальном цикле, когда они отследили возрастание сексуального желания, — и пик этих дат пришелся на середину цикла. Женщины, имеющие постоянных партнеров, бывают инициаторами секса в середине цикла гораздо чаще, чем в любые другие дни месяца — при условии, если, не желая забеременеть, они используют надежные средства контрацепции. Если же женщина не предохраняется, она, напротив, обычно избегает секса в середине цикла. К тому же по мере приближения овуляции женщины мастурбируют гораздо чаще, нежели в другие дни. Уберите эти гормоны — что и происходит при менопаузе — и пики середины цикла исчезнут, уровень либидо выровняется.

На примере обезьян можно увидеть подлинную демонстрацию силы гормонов, поскольку самок не волнует ни беременность, ни «что подумают друзья». Обезьянам не нужен уик-энд, они не ждут, когда скинут еще два фунта или когда сосед по комнате свалит из города. Здесь, в обиталище резусов, только гормоны определяют, кто и когда будет заниматься сексом. Их влияние на самку животного иногда просто поражает. Если до овуляции еще далеко, самки макак-резусов не общаются с самцами, по большей части просто избегают их. Однако когда самки фертильны, они преследуют самцов постоянно, становясь инициаторами около 80% спариваний.

Прямо сейчас, в вольере под нами, кукловод схватился за ниточки застенчивой худой самки по кличке Пейдж. Пейдж в течке первый раз. Все то время, пока мы здесь, она охотится за Кейстоуном — крепким, кичливым альфа-самцом стада. Вычислить альфа-самцов нетрудно: они в полтора раза больше, чем самки, а их хвосты рассекают воздух, словно хлыст дрессировщика львов. Дабы никто не забыл, что Кейстоун — альфа-самец, он примерно раз в десять минут выкидывает какой-нибудь фортель, желая напомнить о своем статусе. То он скачет вверх-вниз, как баскетболист, — и так пять-шесть раз подряд. То вспрыгивает на сетчатую ограду и трясет ее. Для резусов это то же самое, что для людей показать приемы каратэ или покрутить машину вокруг своей оси на автостоянке.

Ким Уоллен — в человеческом сообществе — не годится на роль альфа-самца. Он женат уже двадцать пять лет. Он говорит «фу ты», когда пропускает выезд со скоростной автострады. Сегодня на Уоллене брюки из хлопчатобумажного твила и туристические ботинки. Рубашка чуточку слишком пестрая, а на галстуке заметны два пятнышка от рыбного супа, который Уоллен ел на обед. На фото на сайте Эмери он стоит, прислонившись к стволу огромного дерева. Возможно, поэтому одна женщина как-то раз написала ему: «Вы выглядите как человек, который любит пешие прогулки».

В небе над нами кружит коршун, обезьяны орут и верещат. Примерно такие же звуки издает толпа, когда Джордж Клуни выходит на красный ковер, получив «Оскара». Мы наблюдаем, как Пейдж мало-помалу, исподволь, подбирается к Кейстоуну.

— Они делают вид, что просто прогуливаются, но каждый раз, остановившись, оказываются немного ближе друг к другу. Это похоже на «брачные танцы» подростков: вы интересуетесь парнем и, так сказать, околачиваетесь поблизости, надеясь, что он нечаянно вас толкнет, а он приближается, чтобы вы его нечаянно толкнули.

Уоллен рассказывает, что иногда они с коллегами развлекаются тем, что идут в бар и там, исходя из поведения мужчин и женщин в начале вечера, стараются угадать, кто окажется с кем к концу.

— Животные ведут себя точно так же...

Пейдж уже в четырех-пяти футах от Кейстоуна; она подбирает камень, будто бы только ради него и пересекла сейчас вольер.

Откуда же робость и колебания? В случае Пейдж дело в ее низком ранге в стаде. Если она будет выставлять свои намерения напоказ, она рискует тем, что самки более высокого ранга могут ее поколотить. Вдобавок взрослый самец резуса (если вы — самка резуса) кажется вам огромным и грозным.

— Вообразите себя вот этой крошечной юной самочкой, — говорит Уоллен. — Еще недавно вы были подростком, никогда не имели дела с самцами. И вдруг в один прекрасный день просыпаетесь и говорите: «Надо же, а этот парень, оказывается, очень симпатичный».

Пейдж только что уселась в футе от Кейстоуна, на вершине сооружения для лазания. В мире обезьян это расценивается как заигрывание. Исследователи приматов называют такое поведение «провоцирующая близость». Я всерьез за нее болею. Уоллен наклоняется ко мне.

— Если вглядеться, иногда можно увидеть, как у них руки дрожат...

Самка более высокого ранга по кличке Разиня набросилась на Пейдж.

— Если у Пейдж нет достаточно сильной мотивации... — иными словами, позыва, вызванного гормонами, — то это — иными словами, секс, — никогда не произойдет, — говорит Уоллен.

Если ликвидировать сложную, доставляющую массу проблем социальную структуру, которая существует в Центре Йеркса (или в природе), гормоны не будут так много значить. Одинокий самец и одинокая самка обезьян, посаженные в один вольер, быстро доберутся до сути дела[113]. Подобная ситуация исключает риск.

То же самое можно наблюдать и у женщин. Секс, сопряженный с риском, чаще привлекает их, когда воздействие гормонов достигает своего пика. Исследователи М. Беллиз и Р. Р. Бейкер заметили, что секс, который женщины имели со своими любовниками, изменяя мужьям, тоже учащался по мере приближения к пику фертильности. В то время как секс с мужьями распределялся произвольно по дням всего месяца. Гормоны, как выясняется, вызывают дополнительный импульс, необходимый для того, чтобы пойти на риск быть застигнутым на месте преступления.

— Смотрите! — кричу я Уоллену. Тот как раз отвернулся и разговаривает со студентом-практикантом, который, присоединившись к нам, заносит данные наблюдения в ноутбук. А Кейстоун тем временем встал на задние ноги самки, словно на ходули. — Они начинают!

— Но это не Пейдж, — отвечает Уоллен, — это Текила.

Текила — бета-самка. Ее уважили как самку высокого ранга. Тем временем Пейдж расположилась возле кормушки, утешаясь кормом для обезьян. Однако все время косит глазом в сторону Кейстоуна. Как только Текила отходит, Пейдж снова идет в наступление. Она останавливается возле Кейстоуна и тянется к нему рукой.

В социальном лексиконе резусов это означает скрытое ухаживание или «презентацию»[114]. Более явное приглашение к сексу — размахивание хвостом, которым самка то и дело касается самца, или легкое похлопывание по земле перед ним. Приматологи долго не хотели признать, что инициатором секса является самка резуса (до Джейн Гудолл все приматологи были мужчинами), потому что эти приставания к самцу казались слишком уж... ну... нахальными.

— Очень стойкое было предубеждение, если все закрывали на это глаза, — говорит Уоллен.

Первым зафиксировал шлепок ладонью как приглашение к сексу К. Р. Карпентер, стоявший у истоков приматологии. Это было в 1940-х годах, но работы Карпентера много лет игнорировались.

Я отвлеклась записать что-то, а когда снова подняла взгляд, Кейстоун и Пейдж уже спаривались. Хотя мы долго ждали этого момента, наблюдение за процессом оказалось не слишком вдохновляющим. Обезьяны занимаются сексом так, как мы качаем воду в бочку или взбиваем подушку: серия коротких, повторяющихся действий, без каких-либо эмоций или страсти. Нельзя сказать, что так уж интересно.

В следующие несколько минут Кейстоун то и дело пристраивается к Пейдж, но после нескольких быстрых толчков как бы теряет интерес и отходит. Уоллен объясняет, что для резусов характерны такие неоднократные «подходы» и неоднократные введения. Кейстоун будет входить в самку пять-десять раз, прежде чем кончит.

— Сейчас он ее седлает. Вот введение. Три толчка тазом. Теперь слезает.

Если центр когда-нибудь лишится финансирования, Уоллен сможет найти себе работу в качестве спортивного комментатора.

Возможно, такая «вороватая» копуляция — способ передать свои гены, в то же время избежав угрозы жизни, то есть драки с другим самцом. Чем незаметнее ты это делаешь и чем меньше привлекаешь внимания, тем дольше проживешь.

Другая стратегия — эякулировать очень быстро: раз-раз — и готово, пока другие самцы не сообразили, чем ты там занимаешься. Чемпионы в этом смысле — шимпанзе. В одной работе, посвященной преждевременной эякуляции, говорилось, что шимпанзе кончает в среднем через семь секунд после того, как оседлает самку[115]. Как предполагает автор, именно этим объясняется малая агрессивность самцов шимпанзе во время брачного сезона. Странно раздражаться из-за любовной связи, которая требует меньше времени, чем съедение банана.

Этот же автор сообщает, что у человеческого самца средний промежуток времени между введением и оргазмом составляет две минуты — что помещает его где-то посередине между шимпанзе и орангутангом (одиннадцать минут). Британский сексолог Рой Левин считает, что две минуты — это предел нормального; по его мнению, среднее время полового акта для мужчины составляет от двух до пяти минут (или, если хотите, от 100 до 500 фрикций). В последние годы в работах, посвященных преждевременной эякуляции, две минуты не дотягивают всего тридцати секунд до категории «вероятной преждевременной эякуляции»[116]. Возможно, у нашего автора навязчивая идея преждевременной эякуляции? «Если раньше преждевременная эякуляция была обычным явлением... почему в наши дни она считается дисфункцией?.. — пишет он. — Если быстрая эякуляция нормальна, тогда преждевременная эякуляция сама по себе еще не клинический случай, разве что она уж слишком преждевременна — то есть происходит еще до введения». Автор предлагает привлекать больше внимания к «нежным прикосновениям, страстным ласкам, мягким поглаживаниям, возбуждающим исследованиям» — всему тому, что мужчины делают лучше орангутангов — вместо того чтобы уязвлять их самолюбие просьбами кончать не слишком быстро. Что ж, это все прекрасно, но как бы там ни было, последнее слово за дамой.

Сексуальное желание — это состояние, чем-то похожее на голод. Обычно вы отправляетесь подзакусить задолго до того, как появляется физическое ощущение дискомфорта. Если вы одинокая женщина в середине цикла, то можете внезапно обнаружить себя на табурете у стойки бара или на крыльце дома, куда поклялись никогда больше не подниматься. Если выразить это словами юной Пейдж (переданными устами Кима Уоллена), «не знаю, что я здесь делаю, но я здесь».

Уоллен откидывается на стуле, закинув ноги на ржавую оградку. «Не понимаю, что может быть привлекательного в макаках, — говорит он. — Самцы вытворяют с самками такое, что лично мне кажется крайне непривлекательным». И наоборот. А все из-за половых гормонов приматов. «Гормоны заставляют людей воспринимать других как более привлекательных по сравнению с тем, как оценили бы их, находясь в нормальном состоянии». Гормоны — это природный эквивалент трех бутылок пива.

Но только не в том случае, если вы сидите на противозачаточных таблетках. У людей гормональная контрацепция выравнивает месячные пики и спады в природном уровне гормонов, и — как следствие — делает то же в отношении либидо. Противозачаточные пилюли генерируют среднюю дневную норму гормонов — этого достаточно для того, чтобы ваш организм перестал вырабатывать свою собственную, неравномерную, колеблющуюся в течение цикла дозу. Хотя уровень эстрогенов в пилюлях достаточно высок, чтобы препятствовать овуляции, он ниже, чем во время природного пика середины цикла. Как отмечает уролог и автор сексологических рекомендаций Дженнифер Берман: «Пилюли приводят нас в состояние, подобное менопаузе».

«Противозачаточная таблетка содержит эстроген и прогестерон, но она влияет и на тестостерон. А ведь именно тестостерон — в большей степени, чем любой другой гормон, — отвечает за женское либидо. В особенности надо отметить, что пилюля поднимает в крови уровень глобулина, связывающего половые гормоны (ГСПГ), а также протеина, который, соединяясь с тестостероном, нейтрализует его. Даже после того, как пилюля выводится из организма, либидо может не восстановиться. В 2006 году уролог Ирвин Гольдштейн провел исследование, во время которого наблюдал за уровнем ГСПГ и свободного (несвязанного) тестостерона у женщин, принимавших таблетки, и у женщин, которые прекратили прием. ГСПГ не уменьшался, когда испытуемые переставали принимать таблетки, а уровень тестостерона — и предположительно либидо — не восстанавливался.

Почему же снижение либидо не указывается в качестве побочного эффекта гормональных противозачаточных средств? «Комиссия по контролю над лекарствами не считает, что вопросы поведения — и особенно сексуального поведения — сфера ее компетенции», — говорит Уоллен. А почему врачи не сообщают об этом женщинам перед тем, как выписать рецепт?. В какой-то мере потому, что не так много женщин, сидящих на пилюлях, жалуются на низкое либидо. Одна из четырех — по статистике, которая мне известна. Для многих женщин возможность не беспокоиться насчет беременности важнее, чем низкое либидо в середине цикла; ведь тогда они имеют больше секса, а не меньше. Пилюли не мешают наслаждаться сексом, не меняют реакций — они просто приглушают драйв. Многие женщины вообще ничего не замечают, другие готовы заплатить эту цену.

Менопауза — это природный, более жесткий аналог приема таблеток. Уровень эстрогена и тестостерона падает, унося с собой и либидо. В 2004 году компания Procter & Gamble предложила решение для женщин со слабеющим сексуальным желанием в постменструальный период: тестостероновый пластырь под названием Intrinsa. Когда же Комиссия по контролю за лекарствами попросила представить больше данных о безопасности, компания пошла на попятный. Очевидно, из осторожности — после скандалов, связанных с постклимактерической заместительной гормональной терапией. Однако в июле 2007 года Европейская организация экспертизы лекарственных препаратов (аналог Комиссии по контролю над лекарствами) пошла навстречу производителю и одобрила пластырь Intrinsa для применения женщинами с расстройством сексуального желания (низким либидо). Американкам, которые хотят его попробовать, нужно всего лишь заглянуть в ближайшую аптеку.

Тестостероновый пластырь был предметом яростных споров на встрече Международного общества изучения женской сексуальности в 2007 году (проведенной, как ни забавно, в Диснейуорлд). Презентация эндокринологами своего детища вызвала много обеспокоенных криков со стороны ученых и их спонсоров из фармацевтических компаний. Их общий смысл хорошо выразил один из участников конференции: эндокринологи «превращают обычный феномен среднего возраста в болезнь».

Ах, если бы макаки-резусы могли прочитать некоторые научные работы, на которые они вдохновили людей! Например, о шестидесяти двух замужних американских женщинах, которые в течение трех месяцев перед тем, как отправиться в постель, мазали себе грудь синтезированными «половыми феромонами» резус-макак? Как выяснилось, эти растирания не вдохновляли мужей чаще заниматься сексом со своими женами. Они вообще ни на что не вдохновляли. Разве что вызывали желание смыть с себя поскорее свой позор.

Так зачем же шестьдесят две американки это делали? Краткий ответ: им заплатили за исследование (по доллару в день; на дворе был 1977 год). Развернутый ответ: ученые, наблюдавшие за обезьянами, решили, что причина столь частых сексуальных контактов макак-резусов в период овуляции у самки — не влияние гормонов, толкающих ее к спариванию, а то, что в организме самки есть некие феромоны — химические соединения, которые вызывают у самца сексуальное влечение. Феромоны — обычное дело в соседних царствах животного мира: у насекомых, например, у грызунов и у некоторых представителей рода свиней; однако сексуальное влечение, вызванное запахом, у приматов до сих пор известно не было.

Наличие у резусов — и, как следствие, у людей — феромонов пытались обнаружить английские ученые, а также исследователи, занимавшиеся поведенческой нейроэндокринологией. В 1971 году Ричард Майкл объявил, что в вагинальной секреции самок генерируется некое вещество, обоняемое самцами. Именно это заставляет самцов становиться инициаторами секса (впрочем, таких было не очень много; критики указывают, что 50% данных составили всего два самца). Майкл называл предполагаемые феромоны резусов «копулинами»[117] — слово, которое я не могу написать, не воображая при этом расу маленьких похотливых существ, загруженных на борт космического корабля «Энтерпрайз».

Другие эндокринологи тоже скептически отнеслись к заявлению Майкла. Д.А. Голдфут и трое его коллег из Висконсинского регионального центра изучения приматов изготовили «лаваж» — это прелестное французское слово обозначает жидкость, полученную при промывании влагалища самки резуса в течке — и увлажнили этой субстанцией тазовые части «нейтральных» (то есть не производящих гормоны) самок. Суть эксперимента: если «копулин» действует, самцы попытаются спариваться со смазанными лаважем нейтральными самками. Самцы не стали.

Работа Майкла с феромонами получила тем не менее широчайшее освещение в прессе. К сожалению. Поскольку таким образом сформировалось абсолютно неверное понимание того, что же такое женские гормоны и сексуальное поведение женщины. Подразумевалось, что, когда дело доходит до секса, самка примата — это просто пассивный сосуд, не принимающий важного участия в процессе.

Однако я не держу зла на доктора Майкла, потому что его работа вдохновила ученых на крайне занимательное научное исследование. В 1975 году группа ученых из Центра химии Монелл в Филадельфии взялась за изучение изменений в степени «приятности» запахов женского влагалища на протяжении месячного цикла. Естественно, женщин попросили на время исследования исключить из рациона лук, чеснок и спаржу; не вполне понятно почему, но также рекомендовали не есть брокколи, брюссельскую капусту, кочанную капусту, чили, карри, кислую капусту и ананасы. Ученые предполагали, что во время фазы овуляции запах может быть более приятным, чем в другие дни цикла. И действительно: испытуемые находили его несколько более привлекательным и менее интенсивным, чем в другое время. Однако, по словам авторов исследования, «данные эксперимента не подтверждают, что... запахи выделений вагинальной секреции особенно приятны для человеческих самцов»[118].

Был и еще один претендент на роль сексуального феромона человека: вещество под названием андростенон, обнаруженное в подмышечных потовых выделениях мужчин. Андростенон давно известен как сильный сексуальный феромон свиней; когда свинья в течке чувствует его запах, она готова к спариванию с самцом. Итак, его присутствие в секреции мужского тела породило бурю предположений. Его влияние на женщин не доказано, но это не повод прекращать попытки... Много лет физиологи и эндокринологи проводили различные эксперименты, нанося содержащий андростенон состав на различные предметы в местах общего пользования. Например, брызгали на двери туалетных кабинок из баллончиков Boarmate — синтетической аэрозольной версии андростенона.

В какой-то момент опыты, казалось, увенчались успехом. М. Д. Кирк-Смит и его коллега из Бирмингемского университета в Великобритании распылили Boarmate на сиденье стула в приемной дантиста, каковой считался среди женщин-посетительниц «непопулярным». Цель была проста: посмотреть, будут ли женщины отныне чаще усаживаться на этот стул. За «популярностью» стульев втайне присматривал служащий. Выяснилось, что Boarmate работает: женщины садились на стул значительно чаще, чем до того, как на сцену вышел Кирк-Смит со своим баллончиком.

Так что же этот опыт со стулом дантиста доказал нам в плане отношений мужчин и женщин? Ничего, говорит Джордж Прети, который отказался участвовать в этом исследовании и раскритиковал методологию. Суть его критики в том, что выделения секреции человеческой подмышки, похоже, не привлекают ни одного представителя нашего вида — кроме разве только исследователя-физиолога.

Несмотря на неубедительность свидетельств эффективного воздействия андростенона на половое поведение человека, в скором времени еще кое-кто запатентовал средство на базе андростенона. Уинифред Катлер работала с Джорджем Прети. Их пути разошлись, когда Катлер принялась помещать на обложки мужских журналов рекламу Athena Pheromone 10X («Повысьте октановое число вашего лосьона после бритья»). Катлер опубликовала работу, где утверждала, что мужчины, добавляющие 10X в свой одеколон, чаще встречались с женщинами и занимались сексом по сравнению с контрольной группой. Прети, в свою очередь, заявил, что Катлер не продемонстрировала твердых доказательств подобного факта. И до сих пор никакое количество 10X не может свести эту пару вместе, даже на рабочих совещаниях.

Для клиентов Катлер у меня есть идея получше: прекратите пользоваться одеколоном вовсе. Женщин одеколон не привлекает. Если не верите мне, вот цитата из пресс-релиза чикагского Фонда исследований вкуса и запаха: «Мужские одеколоны, несомненно, понижают приток крови к влагалищу». Директор фонда Эл Хирш присоединял женщин к вагинальному фотоплетизмографу, предварительно надев на них хирургические маски, пропитанные разными запахами или комбинациями запахов (дабы удостовериться, что женщин не возбуждает само по себе наличие маски, Хирш надел на контрольную группу маски, не пахнущие ничем).Кроме запаха одеколона женщин отталкивал запах вишни и «жаренного на углях барбекю». В топе запахов, привлекающих женщин, загадочным образом оказались огурец и конфеты фирмы Good’n’Plenty. Утверждалось, что эти запахи увеличивают приток крови к влагалищу на 13%[119].

Хотя вопрос о существовании человеческих феромонов остается открытым, секс, кажется, причастен к тому, как женщины и мужчины реагируют на запах гормонов друг друга. Исследовательница Иванка Савик из стокгольмского Каролинского института предложила гетеросексуальным женщинам и гомосексуальным мужчинам вдохнуть запах определенного гормонального компонента мужского пота. После этого их гипоталамус просветили на импульсном электротермическом сканере мозга — предполагая наличие сексуальной реакции, а не только реакции мозга на запах. Те же результаты Савик получила, когда попросила гетеросексуальных мужчин и — во время второго исследования — лесбиянок вдохнуть запах похожего на эстроген вещества, найденного в женской моче. Савик подчеркивает, что вещества, изготовленные из пота и мочи, — в отличие от настоящего феромона — не спровоцировали никаких изменений в поведении. Кроме, может быть, решения никогда больше не принимать участия в исследованиях Иванки Савик.

Глава 15 «Люди, которых изучают в парах».

Лаборатория большого секса.

Начиная эту книгу, я лелеяла наивную мечту найти команду ученых, работающих над разгадкой секрета изумительного, самозабвенного секса. Ученых, которые работали бы по ночам, в лаборатории без окон, оснащенной по последнему слову техники, — людей с пронзительным взглядом и неопределимым акцентом. Неделя за неделей ученые присоединяют пары к своим приборам, производят измерения, расспрашивают, снимают на видео. Данные анализируются, видеозаписи тщательно просматриваются, и вот в один прекрасный день кто-то из исследователей удовлетворенно кивает.

Я подозревала, что тайны, раскрытые в этой лаборатории, должны быть связаны не столько с движением крови по капиллярам или расстоянием между влагалищем и клитором, или с гормонами, сколько с самой парой в постели и с тем, что чувствуют друг к другу эти два человека. Ибо эти чувства вдохновляют их и расцвечивают яркими красками то, что происходит между ними. Без этих чувств можно сыграть увертюру и дальше, крещендо, по нарастающей, но такая музыка не вознесет на вершину блаженства.

И вот месяца за два до того, как я взялась за этот труд, мне удалось отыскать такую лабораторию. В 1979 году Уильям Мастерс и Виржиния Джонсон опубликовали «Гомосексуальность в перспективе» — книгу, которой я не читала и ничего не слышала о ней. В течение пяти лет Мастерс и Джонсон наблюдали и сравнивали в своей лаборатории совокупления гетеросексуальных, гомосексуальных и «амбисексуальных» пар (этот последний термин ученые придумали для обозначения тех немоногамных сексуальных оппортунистов, которые ведут напряженную половую жизнь, одинаково охотно занимаясь сексом и с мужчинами, и с женщинами).

Стремясь сохранить личности подопытных в тайне, ученые и впрямь назначали сеансы исследований на поздний вечер или на выходные, когда в здании никого не было. Кое-что даже превзошло мои ожидания: если одни испытуемые занимались сексом со своими супругами или постоянными партнерами, то другие — с незнакомыми людьми. Более того, этих незнакомцев они выбирали не сами: партнеров им назначали Мастерс и Джонсон. Эти мужчины и женщины приходили в лабораторию, беседовали с исследователями и, после короткого инструктажа, принимались за дело — с человеком, которого прежде не знали. А Мастерс и Джонсон наблюдали.

Я узнала об этом проекте из колонки о здоровье в The New York Times. Джейн Броди рецензировала книгу через неделю после ее выхода в свет. Подзаголовки в статье были туманными и слишком обтекаемыми[120]: «Люди, которых изучают в парах» — так звучал один из них. Все равно что озаглавить марш миллионов как «Люди, идущие группой». В конце абзаца, где речь шла о протоколах исследования, Броди просто отметила: «Некоторых людей назначали партнерами». Случайный читатель, увидев это, мог бы ошибочно решить, что речь идет о танцах. Я немедленно заказала эту книгу.

Как обычно, то есть как большинство сексологов, Мастерс и Джонсон не слишком распространялись о мелких и неважных деталях. Могу сказать, что термостат устанавливался на 25,5 градуса — видимо, потому, что пары были голыми и, разумеется, не накрывались одеялом. Еще мне известно, что некоторые участники опытов просили включить музыку, однако не знаю, какую именно, — так же, как не знаю, какая «стимулирующая литература» использовалась, чтобы возбудить субъектов исследования в «Сексуальных реакциях человека» двадцатью годами раньше.

Ученые рассказывали, что многие мужчины и женщины, которым предстояло заниматься сексом с назначенными партнерами, волновались — они опасались, что партнеры не сочтут их привлекательными. Странное дело, но обратная ситуация никогда не возникала: никому не приходил в голову вопрос, сочтет ли он сам притягательным человека, чьи гениталии собирается испытать почти всеми мыслимыми способами — мануально, орально и коитально[121]. Заразиться чем-либо было невозможно, однако всех субъектов исследования предварительно проверили на наличие венерических заболеваний, а про СПИД тогда еще толком не знали. У исследователей была только одна проблема. Они в первое время боялись, что испытуемые могут приударить за ними и/или завести какой-нибудь разговор — не знаю, какой именно. Ученые обозначили это как «проблему изучения подопытных, стремящихся к социальным взаимодействиям» с исследователями.

В отличие от «Сексуальных реакций человека» этот проект не был ориентирован на изучение физиологических механизмов возбуждения и оргазма. Все, что наблюдали Мастерс и Джонсон у своих гетеросексуальных испытуемых в пятидесятые годы XX века (часть этих людей принимала участие и в более поздних исследованиях), было в равной степени применимо к гомосексуальным парам. Когда у них перед глазами прошло «множество циклов сексуальных реакций» геев и лесбиянок, они быстро сделали вывод, что возбуждение и оргазм — это возбуждение и оргазм, независимо от того, сколько пенисов у пары — один, два или ни одного.

Большой раздел книги посвящен сравнению «функциональной эффективности» и «неудач» у разных групп: геи в сравнении с натуралами в сравнении с амбисексуалами, постоянные партнеры в сравнении с назначенными. Таблица за таблицей — с названиями вроде «Функциональная эффективность амбисексуалов при манипулятивной стимуляции и совокуплении». Таковы уж Мастерс и Джонсон (что не преминули заметить их критики): механизаторы секса, одержимые идеей «эффективной стимуляции» и низводящие страсть до безличных физических манипуляций.

Однако в конечном счете ученые отложили в сторону секундомеры и таблицы и обратили взгляд на волонтеров-испытуемых. Кого же они увидели? Живых людей. Это и был эффективный секс — искусный, результативный, направленный на достижение цели, не отягощенный никакими запретами и с очень малым процентом «неудач». Тут не было значимой разницы между изучаемыми группами. По сути дела, любой, кто соглашался на исследование Мастерса и Джонсон, — гей или натурал, человек, имевший постоянного партнера или не имевший, — обычно достигал оргазма, по собственным словам, в 100% случаев. И в самом деле, зачем бы людям, знающим, что в сексе они вяловаты, подписываться на этот проект?

Однако эффективный секс не был изумительным сексом. Лучшее, что происходило в лаборатории Мастерса и Джонсон, — любовные игры между парами геев и лесбиянок. И вовсе не потому, что они практиковали какие-то особые сексуальные техники, а просто потому, что эти люди не спешили. Они самозабвенно, всецело отдавались друг другу — и сексу. Они «старались двигаться медленно... и задерживаться на... [каждой] стадии стимуляции партнера, шаг за шагом наращивая напряжение, чтобы вдоволь насладиться всей полнотой блаженства...» Они заводили друг друга, «явно стремясь продлить удовольствие партнера на высшей точке сексуального возбуждения».

Еще одно различие: то, что делала лесбиянка со своей партнершей, ничуть не менее возбуждало и ее саму. Ее заводили не только, скажем, ласки груди, но и реакция партнерши. Гетеросексуальные пары Мастерса и Джонсон никак не могли постичь, что пытаясь завести и раззадорить партнера, ты сам возбуждаешься точно так же, как когда испытываешь это на себе. «Лесбиянки не только лучше удовлетворяют своих партнерш, но и раскрепощены... в гораздо большей степени, нежели мужья со своими женами». Как правило, гетеросексуальный мужчина «настолько озабочен своими собственными ощущениями, что, кажется, совершенно не интересуется, насколько сильно сексуальное возбуждение партнерши. Нашлось очень немного примеров, когда муж вполне осознавал степень сексуального возбуждения своей жены и помогал ей продлить ее удовольствие... а не пытался поскорее довести ее до кульминации».

Та же критика относится и к гетеросексуальным женщинам: «Ориентация на достижение цели, попытки просто поскорее довести дело до конца... гетеросексуальные женщины демонстрируют столь же часто, как и их партнеры-мужчины». Женщины не обращают внимания ни на соски своих мужей, ни вообще на что-либо, кроме пениса. В то же время гомосексуальные мужчины ласкали все тело партнера. Подобно лесбиянкам, геи умеют раззадорить партнера. В отличие от жен: «Жена достаточно редко отслеживает предоргазменное состояние мужа... и удерживает его на этом высочайшем уровне сексуального возбуждения...».

Мастерс указывает, что гетеросексуальные пары находились в менее выгодном положении, поскольку не обладали дополнительным преимуществом — так называемой «гендерной эмпатией». Стремление сделать для партнера то же, что вы сделали бы для себя, хорошо работает, только если вы гомосексуальны. «Поскольку быстрое, сильное трение было основной техникой мужской мастурбации, — писал Мастерс, — тот же механизм применялся мужчиной во время воздействия на клитор женщины-партнерши». Более легкие и нежные прикосновения лесбиянки оказались «в целом более уместны...». Очевидно, по сходным причинам гетеросексуальные женщины — как говорили их мужья исследователям, — «сжимали пенис недостаточно сильно».

Впрочем, такое отсутствие эмпатии не является непреодолимым. Надо просто спокойно и открыто говорить о своих ощущениях. Еще одно большое и важное различие, обнаруженное Мастерсом и Джонсон между гетеро- и гомосексуальными парами, состояло в том, что геи чаще и свободнее говорили о том, что им нравится, а что нет. Казалось, гомосексуальные мужчины и женщины чувствуют себя в мире секса гораздо более непринужденно. Мастерс приводит такой пример реакции женщины, когда гетеросексуальный мужчина вводил в нее палец: «Хотя многим женщинам это не нравилось, и они были явно недовольны... лишь двое попросили своих мужей прекратить».

Мне думается, что гетеросексуальные пары с 1979 года проделали большой путь. Повсеместное освещение секса и сексуальных исследований в СМИ — так же, как появление на телевидении, на радио и в газетах огромного количество «просветителей по вопросам секса», — сняли запреты, которые мешали парам открыто говорить друг с другом о своих сексуальных отношениях. Мало-помалу исследования обнажают все «как», «почему», «почему нет» и «как лучше» в вопросах возбуждения и оргазма. Чем больше ученые, эксперты и журналисты говорили о сексе, тем проще становилось об этом говорить и всем остальным. Когда упрощается общение и возрастает количество информации, исчезают табу и укореняется доверие.

К сожалению, если люди и помнят хоть что-то о «Гомосексуальности в перспективе» — так это вторую часть книги, где Мастерс и Джонсон расхваливают свои терапевтические методы, помогающие гомосексуалистам превратиться в гетеро. Ученые из колеи вон лезут, убеждая читателей, что тщательно отбирали клиентов, принимая только тех, кто стал гомосексуалистом после травмирующего опыта секса с противоположным полом (например, изнасилование или жестокое обращение). И вместе с тем уверяют, что никого из обратившихся к ним гомосексуальных мужчин и женщин они не заставляли стремиться к гетеросексуальности. Впрочем, как сказал один критик, многих, вероятно, стоило бы настроить на то, что не надо следовать ей.

Так или иначе, отдадим должное Мастерсу и Джонсон. А также и Альфреду Кинси, и Роберту Дикинсону, и Старикану, и всем остальным, с кем мы встречались на этих страницах. Лабораторные исследования в области секса никогда не были легким, безопасным или хорошо оплачиваемым занятием. Опыт за опытом — каждый отдельный результат может показаться мелким или ничего не значащим, но обобщение всего освоенного, нестройный дуэт науки и массовой культуры сделали нашу жизнь немного счастливее. Все они заслужили того, чтобы снять перед ними шляпу и не только.

Благодарности.

Изучение секса в чем-то похоже на секс: например, те, кто им занимается, лучше себя чувствуют без внимания публики. Ученые, которые допускали меня в свои лаборатории, делали это, рискуя своим финансированием, приватностью, академическим положением, своим душевным здоровьем, наконец. Я глубоко признательна тем, кто сказал «да», тогда как спокойнее было бы сказать «нет». Это Джинг Денг, Анне Мария Хедебоу, Гэн Лун Су, Барри Комисарук, Рой Левин, Кен Маравила, Ахмед Шафик, Маркали Шипски и Марго Йехия. Я чрезвычайно обязана Киму Уоллену за его неоценимый вклад даже не в одну, а в две главы этой книги. И, конечно, Синди Местон — моей наставнице в исследованиях в области секса — за ее помощь во всем, за ее гостеприимство и веселость нрава.

Ким Эйрс, Дженнифер Басс, Ирвин Гольдштейн, Стефани Манн, Роберт Нахтигелл, Майкл Перельман, Анна Пиг, Кэрол Куин, Хэролд Рид, Арлен Шейнер, Ира Шарлип, Марти Такер, Элис Вен — спасибо вам всем за то, что любезно уделили мне время.

Это третья моя книга, которая выходит в издательстве W. W. Norton, и тому есть веские причины. Список нортоновцев, которым я чем-то обязана, это практически весь список внутренних телефонов издательства. Не могу не выделить несколько имен жирным шрифтом: Джил Бялоски (карандаш, которым она вносит правку, нужно отлить в бронзе, когда она уйдет на пенсию, чему я, со своей стороны, буду всеми силами препятствовать); Эрин Ловетт и Уинфрида Мбеве (мне жаль авторов, чьи книги выпускает кто-нибудь другой); а также Билл Русин, человек, рожденный распространять книги. Благодарю вас всех за преданность, креативность и энтузиазм.

Вне стен Norton не могу не пропеть хвалу фотокуратору Дейрдре О’Двайер. Мой агент Джей Мандель заслуживает дополнительных 15%, а мой муж Эд, безусловно, заслужил медаль.

Библиография.

Прелюдия.

Allgeier, Elizabeth Rice. “The Personal Perils of Sex Researchers: Vern Bullough and William Masters.” SIECUS Report, March 1984, pp. 16-19.

Глава 1. Колбаски, дикобразы и сговорчивая миссис Г.

Boas, Ernst Р., and Ernst F. Goldschmidt. The Heart Rate. Springfield, 111.: Charles C. Thomas, 1932.

Buckley, Kerry W. Mechanical Man: John Broadus Watson and the Beginnings of Behaviorism. New York: Guilford Press, 1989.

Cohen, David. J. B. Watson, the Founder of Behaviorism: A Biography. London, Boston: Routledge & Kegan Paul, 1979.

Dickinson, Robert Latou. Atlas of Human Sex Anatomy. Baltimore:Williams & Wilkins, 1949.

Gathorne-Hardy, Jonathan. Sex: The Measure of All Things. Bloomington: Indiana University Press, 2000.

Jones, James H. Alfred C. Kinsey: A Public/Private Life. New York: W. W. Norton, 1997.

Kinsey, Alfred C., et al. Sexual Behavior in the Human Female. Philadelphia: W. B. Saunders, 1953.

Klumbies, G., and H. Kleinsorge. “Circulatory Dangers & Prophylaxis During Orgasm.” In Sex, Society and the Individual Bombay: International Journal of Sexology, 1953.

Magoun, H. W. “John B. Watson and the Study of Human Sexual Behavior.” Journal of Sex Research 17 (4): 368-378 (1981).

Masters, William H., and Virginia E. Johnson. Human Sexual Response. Boston: Little, Brown, 1966.

Pomeroy, Wardell. Dr. Kinsey and the Institute for Sex Research. New York: Harper & Row, 1972.

Глава 2. Свидание с фаллокамерой.

Alzate, Heli, and Maria Ladi Londono. “Vaginal Erotic Sensitivity.” Journal of Sex and Marital Therapy 10 (1): 49-57 (1984).

Archibald, Timothy. Sex Machines: Photographs and Interviews. Los Angeles: Daniel 13/Process, 2005.

Frank, Robert T. “The Formation of an Artificial Vagina Without Operation.” American Journal of Obstetrics and Gynecology 14:712-718 (1927).

Levins, Hoag. American Sex Machines: The Hidden History of Sex at the U.S. Patent Office. Holbrook, Mass.: Adams Media, 1996.

Tiefer, Leonore. “Historical, Scientific, Clinical, and Feminist Criticisms of ‘The Human Sexual Response Cycle’ Model.” Annual Review of Sex Research 2:1-23 (1991).

Глава 3. Принцесса и ее горошина.

Barker-Benfield, Ben. “Sexual Surgery in Late-Nineteenth-Century America.” International Journal of Health Services 5 (2): 279-298 (1975).

Bertin, Celia. Marie Bonaparte, A Life. New York: Harcourt Brace Jovanovich, 1982.

Bonaparte, Marie. “Les Deux Frigidités de la Femme.” Bulletin de la société de sexologie 1:161-170 (1932).

Fisher, С. M. “Phantom Erection After Amputation of Penis.” Canadian Journal of Neurological Sciences 26 (1): 53-56 (1999).

Freud, Sigmund. New Introductory Lectures on Psychoanalysis. New York: W. W. Norton, 1965.

Hoch, Zwi. “Vaginal Erotic Sensitivity by Sexological Examination.” Acta Obstetricia et Gynecologica Scandinavica 65: 767-773 (1986).

Levin, R. J. “Wet and Dry Sex — The Impact of Cultural Influence in Modifying Vaginal Function.” Sexual and Relationship Therapy 20 (4): 465-474 (2005).

Levin, R. J. “VIP, Vagina, Clitoral and Periurethral Gians — An Update on Human Female Genital Arousal.” Experimental and Clinical Endocrinology.9% (2): 61-69 (1991).

Lewis, Carolyn Herbst. “Waking Sleeping Beauty: The Premarital Pelvic Exam and Heterosexuality During the Cold War.” Journal of Womens History 17 (4): 87-110 (2005).

Lloyd, Jillian, et al. “Female Genital Appearance: ‘Normality’ Unfolds.” British Journal of Obstetrics and Gynaecology 112: 643-646.

Mondaini, N., et al. “Penile Length Is Normal in Most Men Seeking Penile Lengthening Procedures.” International Journal of Impotence Research 14: 283-286 (2002).

Narjani, A. E. [Marie Bonaparte]. “Considerations sur les causes anatomiques de la frigidite chez la femme.” Bruxelles-Medical No. 42, Ap. 27: 768-778 (1924).

Neuhaus, Jessamyn. “The Importance of Being Orgasmic: Sexuality, Gender, and Marital Sex Manuals in the United States, 1920- 1963.” Journal of the History of Sexuality 9 (4): 447-473 (2000).

Velde, Theodoor H. van de. Ideal Marriage. New York: Random House, 1930.

Zeigerman, Joseph H., and Jay Gillenwater. “Coitus per Urethram and the Rigid Hymen.” Journal of the American Medical Association 194 (8): 167-168 (1965).

Глава 4. Хроники всасывания.

Beck, Joseph. “How Do the Spermatozoa Enter the Uterus?” American Journal of Obstetrics and Diseases of Women and Children VII (3): 353-395 (1874).

Fox, C. A., and Beatrice Fox. “A Comparative Study of Coital Physiology, with Special Reference to the Sexual Climax.” Journal of Reproduction and Fertility 24: 319-336 (1971).

Gallup, Gordon G., Jr., Rebecca L. Burch, and Steven M. Platek. “Does Semen Have Antidepressant Properties?” Archives of Sexual Behavior 31 (3): 289-293 (2002).

Goldfoot, D. A., et al. “Behavioral and Physiological Evidence of Sexual Climax in the Female Stump-Tailed Macaque.” Science 208:1477-1478 (1980).

Kinsey, Alfred C., Clyde, E. Martin, and Wardell, B. Pomeroy. Sexual Behavior in the Human Male. Philadelphia: W. B. Saunders, 1948.

Kunz, G., et al. “The Dynamics of Rapid Sperm Transport Through the Female Genital Tract: Evidence from Vaginal Sonography of Uterine Peristalsis and Hysterosalpingoscintigraphy.” Human Reproduction 11 (3): 627-632 (1996).

Levin, Roy J. “The Involvement of the Human Cervix in Reproduction and Sex.” Sexual and Relationship Therapy 20 (2): 251-260 (2005).

Levin, Roy J. “The Physiology of Sexual Arousal in the Human Female: A Recreational and Procreational Synthesis.” Archives of Sexual Behavior 31 (5): 405-411 (2002).

Madsen, Mads Thor, Johnny Mathiasen, and Dorthe Ronn 01esen.“Effect of Human Stimulation of Sows on Oxytocin in the Blood During Artificial Insemination.” National Committee for Pig Production, Report No. 532, January 11, 2001.

Perry, Enos. The Artificial Insemination of Farm Animals. New Brunswick: Rutgers University Press, 1952.

Spallanzani, Lazzaro. Dissertations Relative to the Natural History of Animals and Vegetables. London: J. Murray, 1789.

Talmey, B. S. “Birth Control and the Physician.” New York Medical Journal June 23,1917, pp. 1185-1192.

VanDemark, N. L., and R. L. Hays. “Uterine Motility Responses to Mating.” American Journal of Physiology 170: 518-552 (1952).

Yamonaka, Herbert S., and A. L. Soderwall. “Transport of Spermatozoa Through the Female Genital Tract of Hamsters.” Fertility and Sterility 11:470-474 (1960).

Глава 5. Что там происходит?

Deng, Jing, et al. “Real-Time Three-Dimensional Ultrasound Visualization of Erection and Artifi cial Coitus.” International Journal ofAndrology 29: 374-379 (2006).

Foldes, P., and O. Buisson. “Clitoris and G Spot: An Intimate Affair.” Gynecologie obstetrique & fertilite 35: 3-5 (2007).

Gallup, Jr., Gordon, et al. “The Human Penis as a Semen Displacement Device.” Evolution and Human Behavior 24 (4): 277-289 (2003).

Meizner, Israel. “Sonographic Observation of in Utero Fetal ‘Masturbation’” Journal of Ultrasound in Medicine 6 (2): 111 (1987).

Morris, A. G. “On the Sexual Intercourse Drawings of Leonardo da Vinci.” South African Medical Journal 69: 510-513 (1986).

Sabelis, Ida. “To Make Love as a Testee.” Acceptance speech for 2000 Ig Nobel Prize, www.improbable.com/airchives/ paperair/volume7/v7il/sabel-speech-7-l.html.

Schultz, Willibrord Weijmar, et al. “Magnetic Resonance Imaging of Male and Female Genitals During Coitus and Female Sexual Arousal.” British Medical Journal 319:1596-1600 (1999).

Глава 6. Тайваньская операция и кольцо для пениса.

Berardinucci, D., et al. “Surgical Treatment of Penile Veno-Occlusive Dysfunction: Is It Justifi ed?” Urology 47 (1): 88-92 (1996).

Chen, Shyh-Chyan, et al. “The Progression of the Penile Vein: Could It Be Recurrent?” Journal of Andrology 26 (1): 53-59 (2005).

Darmon, Pierre. Trial by Impotence: Virility and Marriage in Pre-Revolutionary France. London: Chatto & Windus, Hogarth Press, 1985.

Howe, Joseph W. Excessive Venery, Masturbation, and Continence: The Etiology, Pathology, and Treatment of the Diseases Resulting from Venereal Excesses, Masturbation, and Continence. New York: E. B. Treat, 1896.

Institoris, Heinrich. Malleus Maleficarum. New York: Benjamin Blom, 1970 (originally published 1491).

Levin, R. J. “Masturbation and Nocturnal Emissions: Possible Mechanisms for Minimising Teratozoospermie and Hyperspermie in Man.” Medical Hypotheses 1:130-131 (1975).

Levins, Hoag. American Sex Machines: The Hidden History of Sex at the U.S. Patent Office. Holbrook, Mass.: Adams Media, 1996.

Loe, Meika. The Rise of Viagra: How the Little Blue Pill Changed Sex in America. New York: New York University Press, 2004.

Stengers, Jean, and Anne Van Neck. Masturbation: The History of a Great Terror. Translated by Kathryn Hoffmann. New York: Palgrave Macmillan, 2001.

Tissot, М. Onanism; or, А Treatise upon the Disorders Produced by Masturbation. New York: Garland Publications, 1985 (originally published 1766).

Vale, J. A., et al. “Venous Leak Surgery: Long-Term Follow-Up of Patients Undergoing Excision and Ligation of the Deep Dorsal Vein of the Penis.” British Journal of Urology 76 (2): 192-195 (1995).

Wooten, Joe S. “Ligation of the Dorsal Vein of the Penis as a Cure for Atonic Impotence.” Texas Medical Journal XVIII (1) : 324-329 (1902).

Глава 7. Продавцы яичек.

Androutsos, Georges. “Skevos Zervos (1875-1966) et les premieres greffes testiculaires du singe a l’homme.” Histoires des sciences medicales 37 (4): 449-456 (2004).

Aristotle (?). Aristotles Masterpiece; or, The Secrets of Generation. London: printed by the booksellers, 1755 (reprinted 1986).

BBC News (online). “Pandas Unexcited by Viagra.” September 9, 2002, World: Asia-Pacific.

Dorey, Grace. “Pelvic Floor Muscle Exercises for Erectile Dysfunction.” BJU International 96 (4): 595-597 (2005).

Gittings, John. “The Demise of the Panda.” Guardian (London), June 12,2002.

Hamilton, David. The Monkey Gland Affair. London: Chatto & Windus, 1986.

Highley, Keith. “The Market for Tiger Products on Taiwan: A Survey.” Earthtrust Taiwan report, March 1993.

Lee, R. Alton. The Bizarre Careers of John R. Brinkley. Lexington: University Press of Kentucky, 2002.

Lin, J. H., W. W. Chen, and L. S. Wu. “Acupuncture Treatments for Animal Reproductive Disorders.” Web-Journal of Acupuncture. (Not dated or numbered; use site search engine.).

Lydston, G. Frank. “Sex Gland Implantation.” Journal of the American Medical Association 66 (20): 1540-1543 (1916).

Lydston, G. Frank. “Further Observations on Sex Gland Implantation.” Journal of the American Medical Association 72 (6): 396-398 (1919).

Read, Bernard E. Chinese Materia Medica: Animal Drugs. From the Pen Ts’ao Kang Mu by Li Shih-chen, 1597. Taipei: Southern Materials Center, 1976.

Stanley, L. L. “An Analysis of One Thousand Testicular Substance Implantations.” Endocrinology 6: 787-794 (1922).

Sun (Malaysia). “Viagra No Joy for These Women.” March 21, 1999, p. A36.

Voronoff, Serge. Rejuvenation by Grafting. New York: Adelphi Co., 1925.

Глава 8. В поисках утраченной эрекции.

Bhanganada, Kasian, et al. “Surgical Management of an Epidemic of Penile Amputations in Siam.” American Journal of Surgery 146: 376-382 (1983).

Carson, Culley C. “Penile Prosthesis Implantation: Surgical Implants in the Era of Oral Medication.” Urological Clinics of North America 32:503-509(2005).

Chappell, Buford S. “Relief of Impotency by Cartilage Implants: Presentation of a Technic.” Journal of the South Carolina Medical Association, February 1952, pp. 31-34.

Dunn, M. E., and J. E. Trost. “Male Multiple Orgasms: A Descriptive Study.” Archives of Sexual Behavior 18 (5): 377-387 (1989).

Fisher, С. M. “Phantom Erection After Amputation of Penis: Case Description and Review of Relevant Literature on Phantoms.” Canadian Journal of Neurological Sciences 26:53-56 (1999).

Gray, P., and B. Campbell. “Erectile Dysfunction and Its Correlates Among the Ariaal of Northern Kenya.” International Journal of Impotence Research 17: 445-449 (2005).

McLaren, Robert H., and David M. Barrett. “Patient and Partner Satisfaction with the AMS 700 Penile Prosthesis.” Journal of Urology 147: 62-65 (1992).

Mishra, Baikunthnath, and Nilamadhab Kar. “Genital Self Amputation for Urinary Symptom Relief.” Indian Journal of Psychiatry 43 (4): 342-344 (2001).

Salama, N. “Satisfaction with the Malleable Penile Prosthesis Among Couples from the Middle East: Is It Different from That Reported Elsewhere?” International Journal of Impotence Research 16:175-180 (2004).

Waugh, A. C. “Autocastration and Biblical Delusions in Schizophrenia.” British Journal of Psychiatry 149: 656-659 (1986).

Глава 9. Дамский недомерок.

Karacan, Ismet, Constance Moore, and Sezai Sahmay. “Measurement of Pressure Necessary for Vaginal Penetration.” Sleep Research 14: 269 (1985).

Karacan, I., A. L. Rosenbloom, and R. L. Williams. “The Clitoral Erection Cycle During Sleep.” Psychophysiology 7: 338 (abstract), (1970).

Kolata, Gina. “Pfizer Gives Up Testing Viagra on Women.” New York Times, Science Times/Health, February 28, 2004.

Laan, Ellen, et al. “The Enhancement of Vaginal Vasocongestion by Sildenafi 1 in Healthy Premenopausal Women.” Journal of Womens Health and Gender-Based Medicine 11 (4): 357-385 (2002).

Loe, Meika. The Rise of Viagra: How the Little Blue Pill Changed Sex in America. New York: New York University Press, 2004.

Maravilla, Ken, et al. “Dynamic MR Imaging of the Sexual Arousal Response in Women.” Journal of Sex and Marital Therapy 29 (s): 71-76 (2003).

Park, K., et al. “Vasculogenic Female Sexual Dysfunction: The Hemodynamic Basis for Vaginal Engorgement Insuffi ciency and Clitoral Erectile Insuffi ciency.” International Journal of Impotence 9: 27-37 (1997).

Глава 10. Вибратор по рецепту.

Aetios. Aetios of Amida: The Gynaecology and Obstetrics of the Vlth Century, A.D. Translated and annotated by James B. Ricci. Philadelphia: Blakiston, 1950.

Bohlen, Joseph G., et al. “Heart Rate, Rate-Pressure Product, and Oxygen Uptake During Four Sexual Activities.” Archives of Internal Medicine 144:1745-1748 (1984).

Brindley, Giles. “Electroejaculation: Its Technique, Neurological Implications, and Uses.” Journal of Neurology, Neurosurgery, and Psychiatry 44: 9-18 (1981).

Butt, Dorcus S. “The Sexual Response as Exercise: A Brief Review and Theoretical Proposal.” Sports Medicine 9 (6): 330-343.

Davey Smith, G., S. Frankel, and J. Yarnell. “Sex and Death: Are They Related? Findings from the Caerphilly Cohort Study.” BMJ (Clinical Researched.): 315:1641-1644 (1991).

Eccles, Audrey. Obstetrics and Gynaecology in Tudor and Stuart England. Kent, Ohio: Kent State University Press, 1982.

Horne, Herbert H., David P. Paul, and Donald Munro. “Fertility Studies in the Human Male with Traumatic Injuries of the Spinal Cord and Cauda Equina.” New England Journal of Medicine 239 (25): 959-961 (1948).

Imami, Riazul H., and Miftah Kemal. “Vacuum Cleaner Use in Autoerotic Death.” American Journal of Forensic Medicine and Pathology 9 (3): 246-248 (1988).

Klotz, Laurence. “How (Not) to Communicate New Scientific Information: A Memoir of the Famous Brindley Lecture.” BJU International 96 (7): 956-957 (2005).

Maines, Rachel P. The Technology of Orgasm: “Hysteria,” the Vibrator, and Women’s Sexual Satisfaction. Baltimore: Johns Hopkins University Press, 1999.

Peleg, Roni, and Aya Peleg. “Case Report: Sexual Intercourse as Potential Treatment for Intractable Hiccups.” Canadian Family Physician 46:1631-1632 (2000).

Schroder, Maryann. “A Clinical Trial of the Eros Therapy for the Treatment of Sexual Dysfunction in Postmenopausal Women.” Paper presented at March 2002 annual meeting of the Society for Sex Therapy and Research.

Soranus. Soranus’ Gynecology. Translated and annotated by OwseiTemkin. Baltimore: Johns Hopkins University Press, 1991.

Глава 11. Идеальный оргазм.

Brackett, Nancy L., et al. “An Analysis of 653 Trials of Penile Vibratory Stimulation in Men with Spinal Cord Injury.” Journal of Urology 159 (6): 1931-1934 (1998).

Chuang, Yao-Chung, et al. “Tooth-Brushing Epilepsy with Ictal Orgasms.” Seizure 13:179-182 (2004).

Dosemeci, L., et al. “Frequency of Spinal Reflex Movements in Brain-Dead Patients.” Transplantation Proceedings 36 (1): 17-19 (2004).

Komisaruk, Barry R., Carlos Beyer-Flores, and Beverly Whipple. The Science of Orgasm. Baltimore: Johns Hopkins University Press, 2006.

Komisaruk, Barry R., et al. “Brain Activation During Vaginocervical Self-Stimulation and Orgasm in Women with Complete Spinal Cord Injury: fMRI Evidence of Mediation by the Vagus Nerves.”.

Brain Research 1024: 77-88 (2004).

Levin, Roy, and Gorm Wagner. “Orgasm in Women in the Laboratory — Qualitative Studies on Duration, Intensity, Latency, and Vaginal Blood Flow.” Archives of Sexual Behavior 14 (5): 439-449.

Sexuality Reborn: Sexuality Following Spinal Cord Injury. Videocassette.

Produced by Marca L. Sipski, Craig Alexander, and Mary Eyles. The Kessler Rehabilitation Research and Education Corp., 1993.

Sipski, Marca L., and Craig J. Alexander. Sexual Function in People with Disability and Chronic Illness. Gaithersburg, MD: Aspen Publishers, 1997.

Sipski, Marca L., and Craig J. Alexander, Raymond Rosen. “Sexual Arousal and Orgasm in Women: Effects of Spinal Cord Injury.” Annals of Neurology 49 (1): 35-44.

Sipski, Marca L., and Craig J. Alexander. “Spinal Cord Injuries and Orgasm: A Review.” Submitted for publication.

Van Der Schoot, D. K. E., and A. F. G. V. M. Ypma. “Seminal Vesiculectomy to Resolve Defecation-Induced Orgasm.” BJU International 90: 761-762 (2002).

Whipple, Beverly, Barry R. Komisaruk, and Gina Ogden. “Physiological Correlates of Imagery-Induced Orgasm in Women.” Archives of Sexual Behavior 21 (2): 121-133 (1992).

Women’s Sexuality After SCI: Understanding the Changes and Finding New Ways to Respond. Videocassette, 18 minutes. Marca L. Sipski & University of Miami School of Medicine, 2003.

Глава 12. Разум превыше вагины.

Chivers, Meredith L., et al. “A Sex Difference in the Specifi city of Sexual Arousal.” Psychological Science 15 (11): 736-744 (2004).

Dove, Natalie L., and Micheal W. Wiederman. “Cognitive Distraction and Women’s Sexual Functioning.” Journal of Sex and Marital Therapy 26: 67-78 (2000).

Down, J. Langdon H. “Influence of the Sewing Machine on Female Health.” British Medical Journal, January 12, 1867, pp. 26—27.

Hamilton, Lisa Dawn, and Cindy M. Meston. “The Effect of Sexual Activity on Testosterone in Women.” Presentation at the 2006 meeting of the International Society for the Study of Women’s Sexual Health.

Janssen, Erik, Deanna Carpenter, and Cynthia A. Graham. “Selecting Films for Sex Research: Gender Differences in Erotic Film Preference.” Archives of Sexual Behavior 32 (3): 243-251 (2003).

Levin, Roy J., and Willy van Berio. “Sexual Arousal and Orgasm in Subjects Who Experience Forced or Non-consensual Sexual Stimulation: A Review.” Journal of Clinical Forensic Medicine 11: 82-88 (2004).

Rachman, S., and R. J. Hodgson. “Experimentally Induced ‘Sexual Fetishism’: Replication and Development.” Psychological Record 18: 25-27 (1968).

Rellini, Alessandra H., et al. “The Relationship Between Women’s Subjective and Physiological Sexual Arousal.” Psychophysiology 42:116-124 (2005).

Sawatsky, John. Men in the Shadows: The RCMP Security Service. Toronto: Doubleday Canada, 1980.

Глава 13. Что сказал бы Аллах?

Busch, David, and James R. Starling. “Rectal Foreign Bodies: Case Reports and a Comprehensive Review of the World’s Literature.” Surgery 100 (3): 513-519.

Levin, R. J. “Do Women Gain Anything from Coitus Apart from Pregnancy? Changes in the Human Female Genital Tract Activated by Coitus.” Journal of Sex and Marital Therapy 29 (s): 59-69 (2003).

Shafik, Ahmed. “Effect of Different Types of Textiles on Sexual Activity.” European Urology 24: 375-380 (1993).

Shafik, Ahmed. “The Peno-Motor Reflex: Study of the Response of the Pubo rectalis and Levator Ani Muscles to Gians Penis Stimulation.” International Journal of Impotence Research 7: 239-246 (1995).

Shafik, Ahmed. “Vaginocavernosus Reflex: Clinical Significance and Role in the Sexual Act.” Gynecologic and Obstetric Investigation 35: 114-117(1993).

Shafik, Ahmed. “Vagino-Levator Reflex: Description of a Reflex and Its Role in Sexual Performance.” European Journal of Obstetrics and Gynecology 60:161-164 (1995).

Shafik, Ahmed, et al. “Flaturia: Passage of Flatus at Coitus. Incidence and Pathogenesis.” Archives of Gynecology and Obstetrics, August 16, 2006 (epub).

Глава 14. Обезьяны, ваш выход!

Cutler, Winnifred В., Erika Friedmann, and Norma L. McCoy. “Pheromonal Influences on Sociosexual Behavior in Men.” Archives of Sexual Behavior 27 (1): 1-13 (1998).

Doty, Richard L., et al. “Changes in the Intensity and Pleasantness of Human Vaginal Odors During the Menstrual Cycle.” Science 190:1316-1317.

Goldfoot, D. A., et al. “Lack of Effect of Vaginal Lavages and Aliphatic Acids on Ejaculatory Responses in Rhesus Monkeys: Behavioral and Chemical Analyses.” Hormones and Behavior 7: 1-27 (1976).

Kirk-Smith, M. D., and D. A. Booth. “Effect of Androstenone on Choice of Location in Others’ Presence.” In Proceedings of the Seventh International Symposium on Olfaction and Taste. London and Washington: IRL Press, 1980.

Levin, Roy J. “Smells and Tastes: Their Putative Influence on Sexual Activity in Humans.” Sexual and Relationship Therapy 19 (4): 451-462 (2004).

Martin, David E., and Kenneth G. Gould. “The Male Ape Genital Tract and Its Secretions.” In Reproductive Biology of the Great Apes. Edited by Charles E. Graham. New York: Academic Press, 1981.

Michael, R. P., and E. B. Keverne. “Pheromones in the Communication of Sexual Status in Primates.” Nature 218: 746-749 (1968).

Morris, Naomi M., and J. Richard Udry. “Pheromonal Infl uences on Human Sexual Behavior: An Experimental Search.” Journal of Biosocial Science 10:147-157 (1978).

Simon, J., et al. “Testosterone Patch Increases Sexual Activity and Desire in.Surgically Menopausal Women with Hypoactive Sexual Desire Disorder.” Journal of Clinical Endocrinology and Metabolism 90 (9): 5226-5233 (2005).

Tutin, Caroline E. G., and Patrick R. McGinnis. “Chimpanzee Reproduction in the Wild.” In Reproductive Biology of the Great Apes. Edited by Charles E. Graham. New York: Academic Press, 1981.

Wallen, Kim. “Desire and Ability: Hormones and the Regulation of Female Sexual Behavior.” Neuroscience and Biobehavioral Reviews 14: 233-241 (1990).

Wallen, Kim. “Risky Business: Social Context and Hormonal Modulation of Primate Sexual Desire.” In Reproduction in Context edited by Kim Wallen and J. E. Schneider. Cambridge: MIT Press, 2000.

Wallen, Kim. “Sex and Context: Hormones and Primate Sexual Motivation.” Hormones and Behavior 40: 339-357 (2001).

Wysocki, Charles J., and George Preti. “Facts, Fallacies, Fears, and Frustrations with Human Pheromones.” Anatomical Record Part A: Discoveries in Molecular, Cellular, and Evolutionary Biology 28 (1):1201-1211 (2004).

Глава 15. «Люди, которых изучают в парах».

Masters, William Н., and Virginia Johnson. Homosexuality in Perspective. Boston: Little, Brown, 1979.

Примечания.

1.

В это трудно поверить, но врачи викторианской эпохи практиковали женскую гинекологию и урологию без осмотра. Даже катетер вставляли вслепую — руки врача орудуют под простыней, а взгляд благопристойно устремлен в сторону. К счастью, обладателям степени доктора медицины разрешалось рассматривать гениталии трупов и тренироваться на них — так врачи учились профессии «по Брайлю».

2.

Там не имелась в виду последующая уборка. См. гл.10.

3.

Кстати, предлагаю вашему вниманию новейший способ использования ботокса. Поскольку то, что парализует мимические мышцы, столь же эффективно парализует и мышцы влагалища.

4.

Насчитывает 642 члена.

5.

Например, педофила, который баловался инцестом (семнадцать родственников, включая бабушку) и скотоложеством. То, что Кинси включил в «Сексуальное поведение женщины» наблюдения этого человека за оргазмами несовершеннолетних, а также молчаливое приятие его поведения, поставило его в непростое положение, из которого он так и не нашел выхода.

6.

Уотсон женился на Рейнер и остаток жизни работал в рекламной компании. Коэн пишет, что это было агентство Уолтера Томпсона и он занимался там изучением рынка. Могущественный Джон Уотсон мотался по городкам на берегу Миссисипи и расспрашивал их жителей об их отношении к резиновым сапогам. И, сдается мне, это не так уж сильно отличается от работы психолога.

7.

Возможно, вам будет приятно узнать, что, согласно данным вскрытия трупов людей, умерших от сердечного приступа во время секса, это происходит довольно редко. В 1999 году группа немецких исследователей изучила 21,000 отчетов о вскрытии и обнаружила только 39 случаев. Не исключено, что вам будет приятно (или неприятно) узнать, что «большинство таких скоропостижных смертей приходится на половые акты с проститутками».

Сексолог Леонард Дерогатис предупреждает, что статистика вскрытия вводит людей в заблуждение. Если человек умирает, занимаясь сексом со своим супругом (а не в комнате мотеля, в постели с незнакомцем), обычно нет причин делать вскрытие. Как пишет Дерогатис в статье «Коитус и сердце: пересмотр концепции»: «Если учесть, что супружеский секс имеет место, скажем, в три раза чаще, чем беспорядочные половые связи, тогда эти 39 смертей отражают более близкие к истине 156. По оценке Дерогатиса, в США ежегодно происходит около 11,250 связанных с сексом смертей, что соотносимо с гепатитом С, раком мозга и пищевыми отравлениями.

8.

Вопрос каверзный! У Филлмора не было вице-президента, и он никогда не был избранным президентом. Он пришел к власти после смерти Закари Тейлора и, несмотря на значительные усилия, не сумел остаться на второй срок. Некоторые его высказывания наводят па мысль, что виной тому были его неблестящие ораторские способности. Последние слова Филлмора (после того, как он попробовал суп) были: «Этот продукт питания отличается хорошими вкусовыми качествами».

9.

Более известно, как Кинси использовал для этой цели зубную щетку (щетинистый конец). Именно это, помимо прочего, заставило Джонса представить Кинси мазохистом, движимым демонами своего консервативного воспитания. Прошлый директор Института имени Кинси сказал другому биографу Кинси, Джонатану Гаторну-Харди, что тот рассматривал уретральное введение просто как особый способ самостимуляции, а что до всего остального, то это лишь предположения. В итоге Гаторна-Харди пригласили на празднование пятидесятилетия института, а Джонса — нет.

Кстати, зубная щетка в этом смысле вещь опасная, но не такая уж необычная. В сборнике «Урологические казусы» 1948 года упоминается «пожилой мужчина с корсажной булавкой», которую из него извлекли. И другой мужчина, умерший от заражения крови после введения ветки от рождественской елки. А также фермер, который «потерял крысиный хвост» в собственном хозяйстве. И всему находится объяснение. Человек, засунувший в себя набор из трех стальных трехдюймовых хирургических пинцетов, например, настаивал, что №2 и №3 попали туда при попытке достать №1 и №2 соответственно. История не выдержала проверки, когда выяснилось, что все три были обращены внутрь противоположным концом. Как бы ни были вопиющи эти случаи, все они бледнеют перед историей мужчины из Хьюстона, которого привезли в больницу с бачком из общественного туалета на пенисе. «Пациент пытался совокупиться с отверстием в бачке», — отчитывается Б. Г. Байер, доктор медицины. Вот один из редких, блистательных моментов, когда урология приближается к высокой комедии.

10.

Короткий и тяжелый роман Мартина и Кинси стал достоянием публики после выхода в свет двух биографий Кинси. Стоит заговорить о гомосексуализме, Мартин поспешно меняет тему, но, похоже, не питает ненависти к своему бывшему начальнику. «Должен сказать, что работа с человеком вроде Кинси необычайно возбуждает», — сказал он, не слишком подбирая слова.

Мартин направил свой недюжинный талант на собственные исследования — в Университете Джонса Хопкинса. Но если Кинси использовал свои данные, чтобы сделать людей терпимее и расширить понятие сексуальной «нормальности», Мартин, наоборот, пытался связать промискуитет с болезнью. Его исследования помогли найти связь между заболеваниями, передающимися половым путем, и раком шейки матки.

11.

Полностью здоровые люди, которых Кинси тоже изучал, под влиянием сексуального возбуждения приобретают дополнительные физические возможности. «Сгибание тела пополам, необходимое при аутофелляции [оральном самоудовлетворении] по мере приближения к оргазму становится доступным для многих мужчин». Или, согласно статье в Hustler 2001 года, аутофелляция становится возможной в позе йоги «плуг» (из положения лежа на спине, ноги поднимаются и закидываются за голову). Можно увидеть и другие примеры, посмотрев Blown Alone или другие видео с участием необычайно гибкой порнозвезды Ала Айнганга. В «Википедии» говорится, что богу Гору было велено заниматься аутофелляцией «каждую ночь, ибо поглощение собственной спермы удерживает звезды на местах». Только богам и достаточно подобных оправданий, чтобы выйти сухими из воды.

12.

Как он об этом узнал? Не так, как вы подумали. Они с коллегой иногда прятались — с позволения девушек — в спальнях борделя, проводя наблюдения. По крайней мере, я думаю, что они прятались. Возможно, они провертели дырку в стене или соорудили что-то более высокотехнологичное, но мне нравится представлять себе эту парочку, выглядывающую из-за бледных велюровых занавесок. Вот такая я извращенка.

13.

Вам понадобится поэтажный план, чтобы отслеживать все эти вагины в «Сексуальных реакциях человека». Там есть вагинальные этажи, вестибюли, платформы. Словно люди не занимаются сексом, а ходят по магазину стройматериалов.

14.

Она называется «Пенис».

15.

Вы не сможете купить фаллокамеру вроде той, что была у Мастерса и Джонсон, однако вам доступен так называемый Персональный вагинальный фильмоскоп. ПВФ описан в патенте как «видеокамера, вводимая во влагалище, которая позволяет “одинокой женщине в комнате” увидеть в реальном времени изображение ее шейки матки или ее сексуальных реакций на телеэкране или мониторе компьютера». Фраза «одинокая женщина в комнате» или «одинокая женщина в доме» повторяется девятнадцать раз, придавая грустный оттенок сухим техническим патентным бумагам. Я наводила справки и выяснила, что ПВФ был продан организации под названием «Школа Одиночек» — без сомнения, alma mater одинокой женщины.

16.

К несчастью для Лондоньо, это означало, что если Алзат писал после своего имени «доктор медицины», то она фигурировала в печати как «дипломированный психолог».

17.

Которая в 1976 году составляла 2,5 доллара. Я узнала это из статьи Алзата «Бордельная проституция в Колумбии». Этот факт выявлен посредством интервью и «личного наблюдения» (!).

18.

Алзат настаивал, что эти встречи «этически приемлемы до тех пор, пока ученый не имеет сексуальной заинтересованности в субъекте исследований». Только в безумном мире сексологии мужчину, пальцы которого находятся в женщине и который сообщает: «Гипервентиляция... ритмичные движения тазом, вокализация и потение», — не сочтут сексуально вовлеченным.

19.

Первый визит пирекса в полости человеческого тела, но не последний. Пирекс прочен и, ломаясь, не раскалывается и не крошится. Это свойство сделало его популярным у создателей безопасных искусственных членов и вставок в анальное отверстие. Жаропрочная посуда — это только верхушка пирексового айсберга. Из пирекса часто делают мензурки и пробирки, а также курительные трубки, водопроводные трубы и телескопические зеркала обсерватории на Маунт-Паломар. Изначально пирекс был придуман как стекло для фонарей в поездах: обычное стекло перегревается, а затем растрескивается, если на него попадает снег. Однажды Бэсси Литтлтон, жена ученого из Коринга, испекла пирог в пирексовой аккумуляторной банке, что положило начало созданию специальной посуды для выпечки. На веб-сайте пирекса можно увидеть фото 1956 года, где изображены Бесси и ее муж Джесс, «воссоздающие сцену этого кухонного открытия», приуроченную к пятидесятилетию пирекса. Компания не планирует воспроизводить сцену изобретения пирексовой анальной пробки для последующих празднований.

20.

Вдобавок к книжным обозрениям и выставкам ЦСК спонсирует сексуальные симпозиумы и «практические занятия по данной теме» (например «Сексуальный клубный этикет», «Безопасный секс», «Стимуляция точки G», «Позы и игрушки для крупных людей»), а также проводит ежегодное мероприятие по сбору средств под названием Мастурбатофон.

21.

В 1998 году женщина в Салине, штат Мичиган, получила патент на «декоративное покрывало для пениса», намереваясь «повысить сексуальное возбуждение мужчины и женщины перед соитием». Патент включает три страницы рисунков, в том числе пенис, облаченный в прозрачный наряд, пенис в костюме смерти и пенис, одетый так, чтобы походить на снеговика. Я пыталась позвонить сотруднику, указанному в патенте, Майклу Брауну, но он покинул Патентное ведомство США. И кто может его винить?

22.

Мари не знала о наклонностях принца, когда выходила замуж. Первые подозрения у нее появились при виде рисунков греческих атлетов, которые Георг вешал на стены в своей комнате для переодевания. А затем подтвердились, когда он решил выступить судьей соревнований гимнастов на Панэллинских играх. Мария уже родила первенца и жаловалась в своем дневнике, что, пока она целыми днями сидела дома, а маленький Петр сосал ее грудь, Георг пропадал невесть где и тоже что-то сосал.

23.

Ширина одной малой половой губы может колебаться от менее чем трети дюйма до двух полных дюймов. Гинеколог и сексолог Роберт Лату Дикинсон упоминает пациентку, чьи малые половые губы вместе растягивались на ширину до девяти дюймов.

24.

В некоторых частях Африки, Гаити и Индонезии влажное гостеприимное влагалище не приветствуется. Мужчины считают это непривлекательным или болезнью, и женщины используют всевозможные высушивающие вещества, чтобы обеспечить «сухой секс», который предпочитают мужчины. «Всевозможные» это значит: мелко разорванные газеты, вата, каменная соль, детергенты, кора и высушенные экскременты животных. Я была ошеломлена, пока не прочитала главу Роя Левина о суперабсорбентных тампонах, которые — как выяснилось по итогам одного исследования — могут высушить слизистую влагалища настолько, что она начинает шелушиться.

25.

Макс фон Фрей — австрийский психолог, который изобрел аппарат искусственного кровообращения за некоторое время до того, как это сделал американец Джон Гиббон. В конечном итоге создателем машины стал считаться Гиббон, в то время как имя фон Фрея ассоциируется с калиброванной свиной щетиной. Мир жесток.

26.

Похожий прием использовался и для удлинения пениса. Однако орган, высвобожденный таким образом, в эрегированном состоянии может качаться из стороны в сторону и/или уныло обвиснуть. Любому, кто задумывался о подобной операции, следует знать, что согласно проведенному в 2002 году в Италии исследованию, в группе из 67 мужчин, желающих сделать операцию, все до единого имели пенисы нормального размера (от 1,6 до 4,7 дюйма в расслабленном состоянии). «Нормальность» определяли довольно-таки устрашающим способом — измерением 3000 итальянских солдат. В эпидемии комплексов, связанных с пенисом, авторы обвиняют наделенных непомерными аппетитами порнозвезд.

27.

Гораздо легче передвинуть неоклитор. Это технический термин, обозначающий клитор у новоявленных женщин после операции по смене пола. Он делается из пришитых в нужном месте тканей головки пениса. Просят ли трансгендерные женщины о более близком расположении? «Нет, — говорит Гарольд Рид из Центра половой хирургии имени Рида в Майами. — Их интересует внешность». Они стараются выглядеть нормальными. Что до клитора, то Рид размещает его в дюйме над уретрой. Золотая середина — лучший выбор.

28.

Это необязательно относится к дыханию с запахом спермы. Ван де Вельде утверждает, что «легкий запах семени» иногда определяется в женском дыхании в течение часа после сношения, и в этом случае данный эффект может быть очень возбуждающим для мужчины. Или в другой ситуации, если мужчине нравится запах спермы. Осведомленность Ван де Вельде о сперме может заставить кого-то поднять брови: «Сперма здорового юного европейца имеет свежий, бодрящий запах; у зрелых мужчин он более резкий. По своему типу и интенсивности этот характерный запах спермы очень похож на запах цветов испанского каштана ...иногда свежий растительный, а иногда — довольно резкий...». Возможно, негативное отношение Ван де Вельде к браку («это болото разочарований и застоя») было результатом чего-то более серьезного, нежели просто его неприязнь к первой жене.

29.

Никто в Израиле не потешается над столь ироничной, казалось бы, ситуацией: центр сексуальной терапии в госпитале под названием Рамбам. Рамбам — это сокращение от рабби Моше Бен Маймон (также известный как Маймонидес). Хотя теперь он ассоциируется у меня исключительно с половым сношением по-собачьи, Рамбам — как его здесь называют — был знаменитым средневековым иудейским философом.

30.

Буква «G» в «точке G» происходит от Графенберга. Это понятие было внедрено популяризатором точки G, исследовательницей Беверли Уиппл. Уиппл обдумывала, не назвать ли ее «точкой Уиппл», но отказалась от этой идеи ради блага своих детей и других ни в чем не повинных Уипплов.

31.

В качестве альтернативы можно привести одну культуру, где у мальчиков отрезают соски, чтобы сделать их более мужественными. Бонапарт цитирует слова лишенного сосков представителя племени джанджеро, сказанные им во время разговора с антропологом Керулли: «Мы делаем это потому, что не хотим ни в каком виде напоминать женщин». В журнале не упоминается об этой практике, однако джанджеро описаны как жестокие охотники, по слухам, развлекающиеся человеческими жертвоприношениями. Так что предполагаемое удаление сосков — это для них, видимо, детские игры.

32.

Фистула — это ненужный канал, который возникает между двумя в норме отдельными полостями тела. Как и в случае теноров, существует три известные вагинальные фистулы. Паваротти вагинальных фистул — это везиковагинальные, соединяющие мочевой пузырь с влагалищем, отчего моча может попадать туда, где ей не следует быть. То же относится к уретральной фистуле. Еще более неприятна ректовагинальная фистула (иногда возникает как осложнение при родах), из-за которой газы и фекалии могут выходить из влагалища. Петь тут не о чем.

33.

Я деликатно не задала этого вопроса, а вот Альфред Кинси задал. Согласно его знаковому исследованию 1940 года об американских мужчинах, 26-28% деревенских парней старшего школьного возраста «имели определенный опыт с животными, достигая оргазма». В некоторых местностях, «где социальные запреты на это дело были менее строги», эта цифра доходила до 65%. Наиболее предпочтительные партнеры — телята, ослы и овцы, вероятно, потому что они подходящего роста. Отдельных упоминаний о свиньях нет, если не считать слов «практически все млекопитающие, которых держат на фермах, входят в этот список, а также некоторые крупные птицы, такие как куры, утки и гуси».

34.

Или, если не хватает чувства юмора, просто флакон Boarmate. Один двухсекундный пшик в пятачок, если самка в течке, совершает чудеса. До последнего времени в Сети можно было загрузить аудиофайл Boarmate, где какой-то англичанин очень серьезно, в манере Алистера Кука, рассказывает о «спрее с запахом кабаньего пота».

35.

Для которых, если деньги не проблема, можно использовать искусственную вагину Nasco Master — «самую лучшую из всех искусственных вагин», отличающуюся «нужной степенью жесткости». Или же для жеребцов — миссурийскую искусственную лошадиную вагину Nasco, («кожаный чемоданчик позволяет без труда переносить вагину...»). Мужчины, конечно, просто берут журнал — и вперед. Синтетическая вагина существует — ее называют сингина, — но ее используют преимущественно для научных исследований, связанных с тампонами. Адман Джерри Делла Фемина, который когда-то занимался рекламой тампонов, в своей книге шутит: «А если рекламная кампания пройдет особенно хорошо, то пригласите сингину на ужин».

36.

Вот в чем еще схожи люди со свиньями — и те, и эти ласкают груди. Никакие другие самцы на этой планете не делают ничего подобного.

37.

Люблю научные труды XVIII века: их человечность и читающееся в них опьянение торжеством первооткрывателя до сих пор не поблекли. Вот строчка Спалланцани: «Так я преуспел в оплодотворении сего четвероногого; истинно говорю: никогда и ни от чего не получал я большего удовольствия, с тех пор как занялся экспериментальной философией». Так и слышишь, как хлопают пробки шампанского, а под ногами визжат щенки.

38.

Поскольку самец крысы залезает на самку несколько раз, прежде чем у него происходит эякуляция, такой эксперимент требовал глубоких знаний в области сексуальности грызунов. Некий безымянный младший научный сотрудник учился «безошибочно» распознавать то, что он назвал «знаком эякуляции». Никак не связанный ни с крестным знамением, ни со «Знаком Зорро», «знак эякуляции» — это «глубокий конечный толчок», за которым следует «период инерции», когда самец без движения лежит на спине самки, не давая ей выскользнуть из-под него во имя науки.

39.

Мне кажется, трудно не заподозрить в этих ученых некоторого садизма. Особенно показательны здесь хомячки, о которых в статье говорится, что «совокупившаяся самка была убита ударом в затылок». Кто ударил хомячиху? И какое надо использовать орудие, чтобы нанести «удар» по такой малюсенькой головке?

40.

С помощью пальца.

41.

Для тех, кто сомневается, что бисексуальность существует у домашних животных, позвольте процитировать с. 100 «Искусственного осеменения домашних животных». В пункте 4 раздела, посвященного использованию коровы-приманки, чтобы возбудить быка и взять у него сперму, читаем, что «для сексуальной стимуляции самцы не менее действенны, чем самки, а для некоторых быков — и более». Еще о возбуждении быков: идея тройственного союза. «Даже два соблазнителя, неэффективные поодиночке, вместе могут вызвать возбуждение».

42.

Этому не стоит доверять. Тэлми утверждает, что женщина, не получающая спермы, — не важно, оттого, что не занимается сексом, или оттого, что ее мужчина пользуется презервативом, — страдает «от настоящей жажды спермы» и «в конце концов получает нервный срыв». Смешно. Или нет? В 2002 году группа психологов Университета штата Нью-Йорк в Олбани выпустила работу под названием «Имеет ли сперма антидепрессивные свойства?». Из 293 опрошенных коллег-студенток те, кто занимался сексом без презервативов, оказались менее подвержены депрессии, чем те, кто презервативами пользовался, и чем женщины, обходившиеся совсем без секса. Женские депрессии не связывались ни с наличием/отсутствием любовных отношений, ни с приемом противозачаточных таблеток. Глава университета по научно-исследовательской работе Гордон Гэллап-мл. отнесся к этой статье, как он мне сказал, «в высшей степени скептически».

43.

Особенно она болезненна, если пациент, страдающий бесплодием, — зоотехник-осеменитель. Анне Мария Хедебоу рассказывала об одном своем коллеге, который подался за океан, чтобы усыновить ребенка. «Представляете, как его дразнили!».

44.

Возможно, они также показывают отвращение Леонардо к совокуплению. Анатом А. Г. Моррис описывает один из таких рисунков, как «небрежно нацарапанную иллюстрацию... в углу страницы, заполненной чертежами и набросками подъемных кранов, блоков и рычагов». Словно Леонардо решил поработать над сексом, но отвлекся на инженерию — сценарий, который, без сомнения, с точностью до наоборот проигрывается в тетрадях бесчисленного множества студентов инженерных колледжей. «Совокупление, — писал Леонардо, — неуклюже и отвратительно». Говорят, он так и не познал женщины.

45.

Ученые (и профаны, подобные мне) — сокращенно называют его Леонардо, а не да Винчи, потому что да Винчи — это не фамилия. Да Винчи отсылает к месту, откуда он родом: из Винчи, городка в Тоскане. В какой-то момент эти топографические отсылки стали восприниматься как обычные фамилии, как у не менее возвеличенного Леонардо Ди Каприо.

46.

Неутомимый Арлен Шейнер из Нью-Йоркской академии медицины раздобыл для меня часть этой коллекции. Фотографии пришли на мой электронный адрес («Надеюсь, вы хорошо провели День благодарения. Прилагаю в подарок несколько дикинсоновских вагин»), и потрясли меня до глубины души. Отливки помещены в роскошные сводчатые ниши, словно барельефы святых на стенах часовни. Когда будете в Бруклине, загляните в архив Государственного университета Нью-Йорка и попросите показать вам дикинсоновы вульвы. Впрочем, лучше не надо.

47.

Кое-что насчет Марии Кармайкл Стоупс. Ее популярное и очень противоречивое руководство по интимной жизни «Супружеская любовь» было написано, когда она была еще девственницей. И то ли она что-то поняла неправильно, то ли ей не удалось последовать собственным советам, но ее замужество, случившееся в 1911 году, через три года было аннулировано как фиктивное.

48.

Вероятно, вы, как и я, представляете себе женщину с подтянутыми к груди коленями. Но, дойдя до рис. 155, я поняла, что Дикинсон имел в виду совсем не это. На рисунке женщина стояла на коленях в несколько модифицированной «собачьей» позе, прижавшись грудью и одним ухом к полу, словно прислушиваясь к отдаленному стуку копыт.

49.

Бизнес-антрополог — тот, кто, помимо прочего, помогает корпорациям избегать межкультурных недоразумений. Например, такого: компания PepsiCo опубликовала в китайском Readers Digest рекламу, которая гласила: «Pepsi поднимет ваших предков из могил» вместо предполагавшейся ранее «Оживи с Pepsi».

50.

Статья «Магнитно-резонансное изображение мужских и женских гениталий в процессе соития» в 2000 году получила Шнобелевскую (она же Игнобелевская, она же Антинобелевская) премию в области медицины. (Ежегодная Шнобелевская премия — пародия на Нобелевскую.) Эта награда, кроме всего прочего, предоставила группе Шульца счастливую возможность неформально пообщаться с врачами шотландской скорой помощи, чья работа о ранениях ягодиц, причиненных туалетами, — «Коллапс туалетов в Глазго» — в том же году завоевала Шнобелевскую премию в области здравоохранения.

51.

Самый ранний оргазм, зафиксированный наукой, — оргазм трехлетней девочки, который подсмотрела ее мать, — и доложила о ее поведении Альфреду Кинси. Кинси по глупости добросовестно — год стоял 1953-й — включил подробное описание в книгу «Женское сексуальное поведение». Хотя он никогда не видел этого ребенка, так же как и других людей, описанных в его книге, его обвинили в педерастии, и это обвинение преследовало его долгие годы.

52.

Веб-сайт California Exotic Novelties дает пять страниц искусственных вагин, причем многие сделаны по шаблонам отверстий реальных порнозвезд. Значит, возможно, что на страницах «Эволюции человеческого поведения» появится, допустим, Алексис Аморе.

53.

Мировой рекорд в нем принадлежит Ту Цзинь-Шеню, который в октябре 2000 года вместе с еще двумя сподвижниками протащил грузовую платформу через всю парковку в Тайпее с помощью собственных пенисов. Для тех, кто заинтересуется этим искусством или захочет открыть собственную службу фаллодоставки, MartialArtsMart.com продает видеофильм Ту Цзинь-Шеня «Железная мошонка».

Я несколько запуталась, потому что в Taipei Times эта техника фигурировала под названием инь дяо гун или «кунг-фу гениталий» — пятый из девяти загадочных кунг-фу. Загадочный кунг-фу номер шесть позволяет «через соломинку втягивать воду в мочеточник и далее в мочевой пузырь», что, впрочем, не слишком прояснило для меня вопрос.

54.

Удобное слово для обозначения изгиба пениса. Доктор Су говорит, что редко видел, чтобы пенис стоял совсем прямо. На самом деле он сказал буквально следующее: «Большинство мужчин — коммунисты! С левым уклоном». Второй распространенный тип: изгиб вниз; таковы японцы. У третьих — вправо. У четвертых — вверх! Как у слона!

55.

На самом деле есть еще и третья, которая лежит под ними, но она не столь важна и мы не будем ее касаться. Точно так же не будем касаться эректильных тканей, выстилающих изнутри нос, которые порой распухают, когда владелец носа сексуально возбужден. Они тоже насыщаются кровью. Назальная гиперемия — это эрекция внутри носа.

56.

Разумеется, в качестве кольца для члена можно использовать любое. В Китае (я видела) продают для этой цели кольца из кожи с хвоста животных. Роберт Дикинсон отметил в одной из своих работ веки овцы — с ресницами, для французской щекотки в овечьем исполнении. Описан также случай использования отверстия для ручки в головке кузнечного молотка.

Проблема в том, что при отсутствии застежек их не снимешь. В Сан-Франциско вызов скорой помощи по этому поводу — дело обычное настолько, что на телетайпе Пожарной службы есть даже специальное сокращение для соответствующего заказа. Спасательное подразделение службы обзавелось даже маленькой циркулярной пилой, сконструированной специально для этой цели, и время от времени устраивает показательные тренировки. Это тяжело — из-за отсутствия на манекенах-тренажерах для оказания первой помощи гениталий, которыми можно было бы манипулировать, и категорического отказа мужского персонала сыграть роль якобы жертвы.

Эта сноска посвящается бывшему сотруднику спасательной службы Кэролайн Пол, которая собственными руками освободила четыре пениса, в том числе и из кузнечного молота, за что пенисовладелец не сказал ей даже спасибо.

57.

В 1988 году Лю стал лауреатом премии «Золотой цистоскоп», которая в устах доктора Су превратилась в премию «Золотой мочевой пузырь». Заглянув для проверки в Google, я обнаружила впечатляющий каталог золотого медицинского оборудования: премия «Золотой расширитель», «Золотой пинцет»... Американское ринологическое общество награждает премией «Золотой ларингоскоп». Существует по меньшей мере три премии «Золотой стетоскоп». Американское же общество анально-ректальной хирургии вручает ежегодную премию «Ментор», вообще не вдаваясь в подробности.

58.

Поскольку этот мужчина умер всего несколько часов назад и его лицо закрывала хирургическая простыня, это видео было не страшнее записи других операций доктора Су. К тому же его сопровождает спокойный саундтрек, похожий на безобидную инструментальную музыку, обычно звучащую в торговых моллах.

59.

Почтовая служба США не только знала об этом, но и одобряла такую практику. Не пресс-секретарь Марк Сондерс подчеркнул, что для замученной американской почтовой службы это хоть и скромный, но источник дополнительного дохода. «Голову даю на отсечение, что эти люди потом не наклеивают эти марки на конверты». Сондерса интересует проблема соответствия марок задаче. «Например, недавно мы выпустили серии “Выдающиеся морские пехотинцы” и “Куклы «Маппет-шоу”», и обе они для этой цели ну совершенно не годятся».

Еще Сондерс думает, что иные марки, например с Гретой Гарбо, могут счесть издевательством. Я спросила его, а вообще-то почтовая служба все еще продает перфорированные ленты марок? «Да, — бесстрастно ответил он. — Мы выпустили новую марку с собакой, которая себя вылизывает».

60.

Концепция семени как источника жизненной силы восходит к фараоновым временам Древнего Египта. Когда всетворцу, богу Атону, понадобилось создать пару богов-помощников, он стал мастурбировать. Из его семени появился бог воздуха Шу и, по нисходящей, богиня влаги Тефнут. Эта и другие легенды детально отображены в нескольких иллюстрированных эротических папирусах, о которых я узнала из работы уролога А. А. Шокейра «Половая жизнь в Египте времен фараонов с точки зрения уролога». В статье Шокейра приводятся рисунки, изображающие мастурбацию Атона — он это делает ртом и, как обычно, изображен в профиль.

Наибольшую известность получил Туринский эротический папирус, пребывающий в непосредственной близости от Туринской плащаницы. Чтобы не перепутать — на этом папирусе изображены люди, занятые сексом на колеснице, а также в позе «Геба и Нут». Последнее изображение Шокейр включил в свою работу; подпись гласит, что «Мужчина несет на плече мешок и берет ее сзади».

61.

Но чаще Патентное ведомство для обозначения антимастурбационных устройств изобретало эвфемизмы. Самым распространенным было «Хирургическое приспособление». Или «Санитарное устройство», словно швабра или защитный экран способны сдержать непроизвольные сексуальные импульсы.

62.

Кадуцéй (лат. caduceus), или керикион (др.-греч. κηρύκειον, κηρύκιον, ῥάβδος или σκῆπτρον) — жезл глашатаев у греков и римлян; название жезла Гермеса (Меркурия), обладавшего способностью примирять.

Секс для науки. Наука для секса

Эмблема медицинской службы армии США.

63.

Мошонка обладает свойством сильно растягиваться, что делает ее отличным кандидатом для использования при пересадке кожи. Исследователи из Ожогового института храмовников в Галвестоне, штат Техас, дошли даже до того, что окрестили эту волосатую сумку «спасителем жизней».

В Интернете можно наткнуться на картинки, изображающие мужчин с мошонками размером с огромные надувные мячи, распространенные в дни моей юности. Однако такие «побочные эффекты» сильно превосходят нормальные возможности растяжения мошонки. Эти мужчины страдают слоновой болезнью, и если вы заботитесь о своем душевном спокойствии, то не будете набирать в Google запрос «мошонка» и «слоновая болезнь».

64.

Гонады — органы животных, продуцирующие половые клетки — гаметы. Женские гонады называются яичниками, мужские — семенниками.

65.

Также они могут — если им нравится вызывать пересуды — заказать у Neuticle бейсболку или банный халат. Последнее предполагает загадочный сценарий, где владелец Neuticle внезапно распахивает халат для обозрения. Недавнее добавление в линию сопутствующих товаров — фартук для барбекю. Он непопулярен у покупателей.

66.

В прошлом браконьеры, промышляющие добычей носорогов, были более изобретательны, чем их современные «коллеги», и менее жестоки. Ли пишет, что они «ломают гнилую деревянную изгородь, к которой животное любит прислоняться. Когда зверь падает, он не может быстро подняться, и его легко убить». Впрочем, ничто не сравнится в оригинальности с тактикой охотников на лесного лангура. Это животное скалится, «когда видит людей», при этом его верхняя губа задирается аж выше глаз. «Тут подбегает охотник, пригвождает его губу ко лбу и душит зверя». Впрочем, не волнуйтесь: возможно, это неправда. Ли также пишет, что это животное десяти футов ростом и ступни обращены задом наперед. Чем больше вы читаете Ли, тем больше задумываетесь о его компетентности как натуралиста. Один из самых длинных его пассажей — об очищенных жидких фекалиях человека, которые подготавливаются, помещаются в горшок и закапываются в землю для ферментации. «Чем дольше они там остаются, тем лучше». Как насчет того, чтобы они остались там навсегда?

67.

Но только не в том случае, если вы на нее наступите. Голотурия при нападении выбрасывает органы своего желудочно-кишечного тракта через анальное отверстие (а потом выращивает новые). Учитывая, что главный враг голотурии — это азиатская кухня, такое самопотрошение — по сути дела, лишение себя кишок и избавление повара от лишних забот — даже уже и не самозащита.

68.

Факт, распространившийся далеко за пределы заповедников панд. В словаре городского сленга Urban Dictionary имеется статья «пандовый член» (в значении «маленький член», написанная автором по имени Лю. Пример, приведенный Лю, гласит: «Девушка сказала, что у Мэтью Рида пандовый член». Словарь городского сленга отвергает дефиниции, которые содержат полные имена людей, не являющихся знаменитостями. Это может навести на мысль, что дискредитация панд относится к звезде спорта или шоу-бизнеса по имени Мэтью Рид, а не к Мэтью Риду, свадебному фотографу, или Мэтыо Риду, помощнику профессора, изучающему взаимодействие хиноидных компонентов с клеточными макромолекулами, или любому из тысяч Мэтью Ридов, которых можно отыскать в Google.

69.

Я всегда считала Приапа богом чего-то мужского — то ли войны, то ли громких воплей, то ли гонок на колесницах. Но на самом деле он был богом плодородия и садов. На одном сайте по мифологии он назван «защитником полей и садов». Явно обеспокоенный таким девчоночьим определением своей деятельности, Приап взялся носить одежды с такими разрезами, чтобы все видели его огромный огурец. Пойманных за ограблением его сада немедленно подвергали содомии. «Если схвачу тебя... — гласит эпиграмма в «Приапее» Смитерса и Бёртона, — натяну так, что забудешь, как устроен твой анус». Мифологическая энциклопедия гласит, что за пределами Рима Приап «никогда не пользовался особой популярностью».

70.

С тех пор кегелинг сделал шаг вперед и предлагает тренажер для поднятия тяжестей посредством влагалища. Суть такова: если вы хотите привести в порядок мышцы, то недостаточно просто сжимать и расслаблять их — нужно увеличивать нагрузки. Я заказала себе этот женский персональный тренажер — для общего образования. К нему прилагалась инструкция, в которой призывали не пугаться его веса. Я и не испугалась. Меня устрашил размер. Достаточно сказать, это единственный в мире тренажер, для которого требуется вагинальная смазка. По инструкции его следует ввести и напрячь мышцы так, чтобы тренажер углублялся в вас до тех пор, пока снаружи не останется только кусочек стали размером с дверную ручку, словно вы рожаете какую-то железку. Свой тренажер я использую как пресс-папье.

71.

А кто скажет, что это не естественно, пусть посмотрит на самцов акул. Их копулятивные органы также эрегируют при посредстве соленой воды. Перед спариванием птеригоподии хищника наполняются морской водой.

72.

В 1989 году группа психологов Южного медицинского центра Университета штата Нью-Йорк опросила двадцать одного мужчину, каждый из которых регулярно достигал этого эффекта. У одних так получалось всегда, другие приобрели данную способность со временем. Последние делились на тех, кто научился сам, используя техники, широко представленные в Интернете, и тех, кто обнаружил это случайно. Так, пятидесятидевятилетний стендовый стрелок, продолжая совершать фрикции после оргазма — чтобы удовлетворить жену, — внезапно испытал оргазм еще раз. «Дублет!» — вскричал он. «Дублет» — описанный авторами статьи как термин стендовой стрельбы, обозначающий выстрел по двум мишеням из двуствольного оружия, событие еще более редкое, чем множественный мужской оргазм.

73.

Дилататоры используются в медицине с начала XIX века под названием «бужи». Существуют бужи для каждого трубчатого органа. Цервикальные бужи, уретральные, пищеводные, вагинальные. И даже носоглоточные. Не только анальные, но и неоанальные — для расширения искусственного заднего прохода. Гегаром звали человека, который изобрел этот конкретный дилататор. Точнее говоря, его звали Эрнст Людвиг Альфред Гегар. И если есть в мире имя, обозначающее «анальное расширение», то это оно.

74.

Прошу прощения у моих читателей-мужчин. Мне никогда не ощутить во всей полноте, какой дискомфорт могут вызвать у вас эти строки. В качестве утешения могу лишь пообещать никогда не наблюдать за установкой одноразового эректора внутреннего введения (и никогда об этом не писать). А ведь это еще один способ пробудить безжизненный пенис! Патент №4869241 дает описание жесткой, полой (чтобы могло выходить семя) трубки, спроектированной так, чтобы она входила в уретру «скользящим движением». Обладателем этой самой уретры! Владелец патента Джон Фридман явно слеплен из более крутого теста, чем мой муж Эд. Когда я зачитала ему фразу «трубка скользящим движением вводится в уретру», он тут же инстинктивно скрестил ноги.

75.

Достойный претендент на звание самого постыдного в мире интимного предмета, но первое место уже занято дезодорирующей и звукоизолирующей анальной прокладкой. В этом патенте дана яркая картина неизбежного упадка, постигающего мышцы нашего сфинктера: чем старше мы становимся, тем хуже они сокращаются. Абсорбирующий слой, говорится далее, «улавливает звуки газоотделения». Словно потом предполагается удаляться в уединенные места и выпускать пленников на волю! Анальную прокладку не следует путать с предыдущим изобретением — анальной салфеткой, а ту, в свою очередь, с салфеткой столовой.

76.

Я не преувеличиваю. Удельная жесткость коллагеновых волокон, окружающих пещеристые тела эрегированного члена, сравнима с жесткостью стали. Я узнала это в 1999 году, когда брала интервью у Дианы Келли, работавшей в Корнеллском университете, — единственного в мире эксперта по биомеханике пениса млекопитающих. Волокна расположены в два слоя, перпендикулярных друг другу, что предохраняет эрегированный член от сгибания или вздутия при сжатии. Но если приложить достаточно силы, пенис может деформироваться. Это то, что называется «перелом полового члена». Слово «перелом» подразумевает разрыв пещеристых тел, а не перелом кости. У человека нет костей в пенисе. Они есть у собак, бурундуков, ондатр и многих других млекопитающих. Все они представлены в прекрасной коллекции пенисов Смитсоновского института, которая, увы, пылится в отдаленном хранилище. Самая большая кость принадлежит моржу. Эскимосы называют ее «оосик» и используют как боевую палицу.

77.

Имя изменено.

78.

И не ГОА (гиперактивность образования аббревиатур) — болезнь, которая в сообществе сексологов приобрела масштабы эпидемии.

79.

Не столь медленно входят в магнитно-резонансную трубу вещи, которые могут намагнититься. Они подвержены реактивному воздействию и, оказавшись слишком близко, резко отрываются от земли и со скоростью больше 40 миль в час стремятся к огромному магниту. Таковыми вещами в прошлом были стремянки, тележки из прачечной, напольные вешалки, а в июле 2001 года — канистра с кислородом, которая попала в голову шестилетнему мальчику, лежавшему в трубе, — со смертельным исходом.

80.

Будем использовать именно это слово, потому что заменить его практически нечем. В статье о мужском и женском генитальном сленге, по материалам его изучения пятью университетами Великобритании, респонденты продемонстрировали 351 способ обозначения пениса (например, одноглазый молочник, епископ, жилистая палочка, тюбик с кремом и только три — для клитора: горошинка, бутончик и человечек в лодочке). Авторы статьи считают это отражением безразличия общества к женскому наслаждению, что само по себе, возможно, и верно, но мне-то просто кажется, что не хватает нужных синонимов. Человечек в лодочке, кстати, почти совсем не употребляется, так как по эту сторону Атлантики накрепко связан с персонажем рекламы чистящего средства для унитаза.

81.

Разумеется, клитор не извергает семя. Но у некоторых женщин — согласно опросу 1990 года, в котором приняли участие 1292 женщины, таковых набралось 40% — во время оргазма, как у мужчин, уретра выделяет некую субстанцию, особенно если оргазм происходит от стимулирования в области G-точки. Природа такой «эякуляции» была предметом оживленных дебатов — моча иль не моча? — и различных научных изысканий. Одна женщина провела домашний эксперимент: проглотила таблетку, которая окрашивала мочу в ярко-синий цвет, а затем посмотрела пятна от выделений, которые, как она свидетельствует, были или бесцветными, или бледно-голубыми. Группа исследователей собрала образцы «этих выделений» и попросила других ученых охарактеризовать их. О щедрости духа этих добровольцев говорит то, что выделения они нюхали и пробовали. (Большинство пришло к выводу, что выделения «не имеют вкуса мочи», без дальнейших уточнений, как распознать этот вкус. Один уподобил их вкус вкусу обезжиренного молока.) Химический анализ женского «эякулята» не дал однозначного результата. Две лаборатории заключили, что образцы полностью совпадают с мочой, четыре нашли значительные различия. По крайней мере одна обнаружила присутствие ПАП — энзима, обнаруженного в простатическом компоненте семени. Женщины действительно имеют рудиментарную простату в области G-точки на передней стенке вагины — некоторое количество протоков и желез, окружающих уретру. И вполне возможно, что у одних женщин выделяется моча, а у других — простатическая жидкость или их смесь. Дебаты продолжаются.

82.

У женщин они тоже бывают. Наука не сразу это открыла. Невозможно же просто нанять студента-выпускника, чтобы он всю ночь сидел и наблюдал, как это сделали в 1944 году, когда наука подтвердила, что во сне мужчины обязательно испытывают эрекцию, от трех до пяти раз за ночь. Средний клитор слишком мал, чтобы оценить масштабы его увеличения. Что нужно, так это несколько от рождения крупных клиторов с отменной способностью к набуханию и мощная жажда знаний. В 1970-м трое ученых из Университета Флориды соединили все это и устроили лабораторию сна. В результате оказалось, что у женщин во время сна такое же количество эрекций, как и у мужчин в контрольной группе, и, так же как у мужчин, они обычно происходят в фазе быстрого сна.

83.

За эти сведения мы должны поблагодарить трех ученых из Хьюстона. В 1985 году трио присоединило прибор для измерения давления к концу плексигласовой палочки в форме пениса, которую вводило небольшой группе женщин-добровольцев. Мне кажется, что если они хотели добиться поверхностной фрикции, имеющей место в реальном совокуплении, то гладкий и скользкий плексиглас — плохая замена коже пениса. Хотя, когда вы ставите в своей лаборатории эксперимент с проникновением в коллег, поверхностная фрикция менее важна, чем, скажем, рассмотрение внутренних фрикций подопытных.

84.

Согласно исследованиям, такие женщины встречаются редко. Так, в опросе, посвященном восприятию гениталий, принимали участие пятьдесят женщин, которые должны были оценить размер своего клитора. Одним из вариантов ответа был «Я не знаю, где у меня клитор». К счастью, ни одна не поставила галочку в этом месте.

85.

Что происходит с журналами по патологии и аутоэротическим смертям? В каждом номере обязательно найдется фотография погибшего по неосторожности в результате аутоасфиксии: дурацкие трусы, черная полоса скрывает глаза. Создается впечатление, что порой такие отчеты печатают исключительно для колорита: как, например, отчет о смерти молодого австралийца, причиной смерти которого стал «кабачок в дыхательных путях». Этот случай содержит больше вопросов, чем ответов. Хотел ли он усилить оргазм, придушив себя овощем? Или то был случай гиперболизированной пародии на фелляцию? (Мы знаем, что кабачок был выращен на грядках его жены. Трогательная деталь, да?).

86.

Богатый нервными окончаниями клочок плоти с внутренний стороны пениса, там, где тело пениса встречается с головкой. «Наряду с головкой и яичками это самое чувствительное место, — говорит Марти. — Остальную часть можно не принимать во внимание».

87.

Загляните в словарь, например, в онлайновую версию словаря Merriam-Webster и нажмите на маленькую иконку с динамиком: приятный женский голос произнесет «клѝтор». Слушайте столько раз, сколько сочтете нужным. Тот же голос скажет «шейка матки» и «сосок». В то время как слова «вагина», «вульва» и «оргазм» (а также все слова, относящееся к мужским половым органам) произносит приятный мужской голос. Отдает сексизмом! Я выбрала слово «домохозяйка» — говорит женщина. Равно как и в случае «девушки», «стюардессы» и «цветка». Однако та же самая женщина проговаривает слова «полузащитник», «доктор», «президент» и «пожарный». Ложная тревога. Кто-нибудь, озвучьте фразу «впустую потеряла полчаса»!

88.

Или, если они следуют предписаниям натуралиста XVI века Ли Ши-Чена, — высушенный на солнце и истолченный в порошок волчий надгортанник. Средство от икоты, предложенное Ли в его фармацевтическом трактате, вероятно, вполне эффективно: за время, нужное для поимки волка и высушивания его надгортанника, даже самый упорный приступ икоты непременно пройдет.

89.

Ничего не скажу по поводу Батта (Батт — по-английски означает “задница”), но имя Доркус было в свое время вполне популярным. В начале XX века был популярный журнал для «мастеров иглы и вышивания» под названием Dorcus.

90.

Не худшая вещь, которая может оказаться в прямой кишке. Работа «Инородные тела в ректуме: случаи из практики и обзор мировой литературы» включает перечень объектов, которые врачи на протяжении многих лет находили в прямой кишке пациентов. Хиты: замороженный поросячий хвостик (один из семи случаев с женщинами — на 202 с мужчинами), баллончик спрея для тела («удерживаемый в заключении» тридцатисемилетним юристом), корнеплод пастернака, банан (в презервативе), тупой нож, бычий рог, батон салями, ювелирная пилка и пластмассовый шпатель. Богатые находки в одной кишке перечислены в разделе «Коллекции». Иные перечни вполне могут служить названиями для натюрмортов: «Масленка и картофель», «Два яблока», «Четыреста два камня». Другие, пожалуй, нет: «Ручка зонта и клизма», «Лимон и тюбик кольдкрема». А один случай рисует картину тихого вечера в Балтиморе: «Очки, ключ от чемодана, табакерка и журнал».

91.

«Получить» — расхожий эвфемизм. Парализация затрагивает и сфинктер уретры, который препятствует попаданию спермы в мочевой пузырь. Таким образом, эякуляция, спровоцированная электричеством, часто бывает «ретроградной»: сперма растекается по укромным уголкам, пока кто-нибудь ее не «выдоит».

92.

Его фирменный стиль. В 1983 году на конгрессе урологов Бриндли читал лекцию о новом средстве об импотенции — папаверине, который, будучи введен непосредственно в пенис, вызывает мощную эрекцию. Он начал с того, что показал аудитории — человек восемьдесят урологов с женами, большинство в вечерних туалетах по случаю официального приема в честь участников конгресса — серию фотографий своего собственного пениса после инъекции различных доз. Затем он признался, что пять минут назад ввел себе папаверин. Туго натянув ткань костюма, Бриндли продемонстрировал очертания своего накачанного лекарством члена. Не удовлетворившись результатом, он снял штаны, продемонстрировав, — цитирую слова Лоуренса Клотца, видевшего все своими глазами, — «длинный, тонкий и отчетливо эрегированный пенис». Впоследствии отчет Клотца об этом событии был опубликован в BJU International за 2005 год. «Он сделал паузу, словно взвешивая свой следующий шаг. Напряжение в зале достигло критической отметки. Затем он сказал со всей серьезностью: «Я хотел бы предоставить уважаемым слушателем возможность самим удостовериться в степени набухания». Со штанами, спущенными до колен, спустился в зал. ...Когда он приблизился, покачивая эрегированным пенисом, четверо или пятеро женщин в первых рядах всплеснули руками... и закричали. ...Их крики, казалось, глубоко поразили профессора Бриндли, который быстро надел штаны... и закончил лекцию».

93.

Возможно, именно этим объясняется нехватка отзывов об эякуляторах на сайтах, посвященных альтернативному сексу. Я нашла лишь одно упоминание эякулятора Бейли в ньюсгруппе «Механический секс» на Yahoo. «Звучит заманчиво, — говорилось в посте. — Даже потрясающе. У кого-нибудь есть информация?» Эд Лихай, помощник вице-президента компании Western Instruments, где производятся эти эякуляторы, сказал, что ему не известно о продажах этих приборов просто для удовольствия, хотя он и получил недавно заказ на три эякулятора для скота от одного лос-анджелесского продюсера порнофильмов. Вероятно, последний искал способы повысить продуктивность своей команды.

94.

«Высокоамплитудный» значит, что части, которые быстро движутся туда-сюда, проходят более длинный путь в каждом направлении. В «Сравнительном анализе 653 попыток пенильной вибростимуляции мужчин с травмами позвоночника» вибраторы FertiCare превзошли вибраторы Oster и Sunbeam. Для меня было сюрпризом, что упомянутые небольшие, но весьма почтенные компании по производству электротоваров делают вибраторы. Они не кричат об этом на каждом углу. Легче найти остеровский маникюрный набор для животных или устройство для изготовления лепешек арепа, чем их же вибратор.

95.

«Катетер можно отогнуть назад вдоль пениса и прикрыть то и другое презервативом».

96.

Верин пришел на реабилитацию после того, как его сбила машина на Тихоокеанском шоссе (хотя он не был парализован). Шипски пригласила Верина выступить на презентации книги «Сексуальное возрождение», что он сделал в высшей мере почтительно и безо всяких танцев.

97.

Доктор Вуг давно знал, что женщины используют его изобретение в качестве вибратора. Время от времени по состоянию возвращенных зубных щеток, проходивших контроль качества, можно было понять, что они «явно использовались подобным способом», — сказал его сын Лайонел Вуг который занимается маркетингом в компании Advance Response. В некий момент в голову Вугу-старшему пришла светлая мысль, и он приступил к работе над вибратором. «Принцип тот же самый, — сказал Лайонел, — вы хотите стимулировать ткань, не повреждая ее». Лайонел поведал мне историю об эскимосах и о том, как у них начинали портиться десны, когда они, передвигаясь от поселения к поселению, ели обработанную пищу вместо сырого мяса. Интенсивное пережевывание, объяснил он, стимулирует рост костей и сохраняет десны здоровыми. Электрическую зубную щетку Вуга Broxodent использовали моряки на атомных подводных лодках. «Они ели очень много консервированной пищи, — объяснил Вуг, — и зубная щетка помогала им поддерживать здоровье десен». Подобные щетки также популярны и среди мужчин — возможно, именно по этой причине. Как говорит Лайонел Вуг: «Надо жевать».

98.

Самый интересный случай — женщина из Тайваня, которая пару раз в неделю ощущала оргазм (а вслед за тем происходил несильный, не слишком убедительный припадок), когда чистила зубы. Сам по себе запах зубной пасты не инициировал его, также это не была зубная паста какой-то одной конкретной марки. Ничего не происходило, когда она касалась своих десен палочками для еды или водила по ним пальцем, имитируя движения зубной щетки. Невролог из Мемориального госпиталя Чан-Гун, заинтересовавшись этим случаем, дал женщине зубную щетку и пасту и присоединил к электроэнцефалографу. И вот через тридцать восемь секунд «высокоспециализированной стоматочувствительной стимуляции» — как мы назвали чистку зубов — это произошло. Женщина, чья история появилась в 2003 году в статье «Эпилептические припадки», вовсе этому не радовалась. Она полагала, что ею овладели демоны, и вскоре ограничила оральную гигиену простым полосканием рта.

99.

Гумбо или Гамбо (англ. gumbo, транскрипция «гамбо», транслитерация «гумбо») — блюдо американской кухни, распространённое в штате Луизиана. Представляет собой густой суп со специями, похожий по консистенции на рагу. В состав гумбо входят: овощи, мясо, курица, колбасы, ветчина или морепродукты.

100.

Весьма преуспевшая в обеих сферах деятельности, Спринкл имеет докторскую степень в области человеческой сексуальности, а также место в Аллее славы звезд «взрослых фильмов» в Эдисоне, штат Нью-Джерси. Эта аллея славы была идеей Майка Дрейка, менеджера эдисоновского магазина порнотоваров Playtime. Дрейк также следил за наполнением капсулы времени «для взрослых» от Playtime, в которой находится изготовленная из киберкожи копия влагалища Спринкл, с автографом. Другие предметы, предназначенные смутить жителей земли 2069 года, — это вибростимуляторы для сосков, вибратор Decadent Indulgence с вращающимися шариками и стимулятором клитора в виде птички, а также набор «анальных бусин».

101.

Она выявила это, воспользовавшись перинеометром — специальным прибором, измеряющим сокращение мышц влагалища, который был сконструирован Арнольдом Кегелем, чтобы определять силу мышц у женщин, занимавшихся кегелингом. Кстати сказать, Кегель изготовил гипсовые слепки женских влагалищ «до» и «после», желая показать, что регулярные занятия кегелингом сделали их более упругими и менее «зияющими» — если использовать терминологию коллеги Кегеля Мэрилин Фитиан. «Следовало вытащить гипс, прежде чем он окончательно затвердеет», — сказала мне Фитиан во время интервью несколько лет назад. Иными словами, он застывал там, и никакая сила мышц тазового дна не могла вам помочь. «Нужно было разломать его внутри влагалища», — говорила Фитиан, которой тогда было за семьдесят, и она по-прежнему занималась кегелингом.

102.

Если вы думаете, что между сексом и швейными машинами нет никакой связи, подумайте получше. Первые швейные машинки приводились в движение ножной педалью, и жалобы медицинского характера от швей были обычным делом. Почему-то викторианская медицина полагала, что ритмичное качание педали возбуждает женщин и тропой порока ведет их к распутной мастурбации. И причина их жалоб в этой неумеренной мастурбации. Как писал Дж. Лэнгдон Доун в British Medical Journal в 1876 году: «Меня поразило сходство некоторых представленных мне эффектов с теми, что я наблюдал в Эрлсвуде как связанные с пристрастием к мастурбации». Эрлсвуд — имеется в виду Королевская больница Эрлсвуда для умалишенных (где Доун был врачом, не пациентом... я надеюсь).

103.

Один из сленговых синонимов мастурбации. Вероятно, в этом и была причина ее смеха. — Прим. ред.

104.

Соглашаясь на участие в исследовании сексуального возбуждения, вы даже не предполагаете, что можете увидеть. На конференции по проблемам секса, в которой я участвовала, один ученый представил технику определения возбуждения под названием «термография». Дабы убедиться, что несексуальные реакции вроде смеха не вызывают увеличения температуры тела, половые органы субъектов наблюдались посредством термографии, пока они смотрели отрывки из фильма про мистера Бина.

105.

Художественные описания вагинального увлажнения исторически гиперболизированы. На старых японских гравюрах оно выглядит так, словно выплескивается из садового шланга. Дикинсон пишет в своем «Атласе», что мужчины, игравшие женские роли в классических греческих комедиях, изображались в любовных сценах с «бурдюками, наполненными жидкостью», висящими между ног.

106.

Фильмы порнорежиссера Кандиды Рояле — фавориты лабораторий изучения сексуальности. Местон нравится один фильм о парне, у которого на эрегированном пенисе можно увидеть татуировку, раскрывающую смысл жизни. Увы, ему не удается поднять его (и он никому не рассказывает, что там написано). Так что сонм красоток, озабоченных экзистенциальными вопросами бытия, старается сделать эту запись полноразмерной.

107.

Имена номинантов на Нобелевскую премию (как я выяснила, связавшись с нобелевским фондом, чтобы удостовериться, есть ли там Шафик) хранятся в тайне в течение пятидесяти лет. Вы спокойно объявляете себя номинантом, и никто не может возразить, разве что после вашей смерти. Добавьте этот пункт в свое резюме прямо сегодня!

108.

Например, кто еще стал бы финансировать изучение «выделения газов в процессе коитуса»? Флатурия — как музыкально называет ее Шафик — отличается от крайне смущающих «пукающих» звуков, возникающих из-за прослойки воздуха между пенисом и влагалищем во время коитуса. В случае флатурии во время секса кишечный газ «с шумом выходит» из анального отверстия. К счастью, такое бывает редко — это беда женщин со слабым анальным сфинктером.

109.

Хотя рефлексы вроде вагинально-пещеристого могут усилить страсть женщины, они не способны создать ее на пустом месте. Восемь из десяти француженок «остались равнодушны» к воздействию надувного зонда.

110.

Самка уховертки известна своей материнской дотошностью. Она неистово моет яйца слюной, которая содержит противогрибковое вещество. Если кто-нибудь (хотя мне непонятно, кто бы это мог быть) залезает в ее норку и разбрасывает яйца, она тщательно собирает их обратно в кучку. Однако, если это случается слишком часто, она съедает яйца. Даже у уховертки может лопнуть терпение.

111.

Фактотум — (устар.) доверенное лицо, исполняющее разнообразные поручения.

112.

Как отмечают сексопатологи, образование сперматозоидов проходит наиболее эффективно при температуре на 3-4°С ниже нормальной температуры тела.

113.

Так же, как и люди. В 1973 году исследователи поместили группу молодых людей, которые прежде не встречались, в абсолютно темную комнату, сказав им, что каждый уйдет сам по себе и никогда не увидит остальных. Иными словами: никакого осуждения, никаких условностей. Затем включили инфракрасные камеры. 90% молодых людей к кому-нибудь притронулись, 50% кого-нибудь обняли и не указанное точно число людей принялись «целоваться». Когда эксперимент повторили в освещенной комнате, не произошло ни одного физического контакта. Юноша, который признался в том, что обнимался и целовался с незнакомкой по имени Бет, сказал: «Так мы выражали “любовь” друг к другу. Прежде чем я покинул комнату, мы решили “передать нашу любовь дальше”, так что... место Бет заняла Лори»...

«Люди испытывают сильное желание быть ближе друг к другу, — заключают авторы. — Однако социальные нормы таковы, что выражать чувства себе дороже. Возможно, эти традиции пережили свою полезность». Ох, что-то я сомневаюсь в этом.

114.

Визит в Йерксовский центр навсегда изменит ваше восприятие корпоративной Америки. Когда я летела домой, женщина, сидевшая сзади, говорила о презентации, которую она планировала совместно с мужчиной по имени Марк. А ее сосед по креслу только что закончил серию демонстраций на региональном совещании по сбыту.

115.

Дамы, не связывайтесь с шимпанзе. Мало того, что они быстро кончают, так они еще и хотят делать это постоянно (первое место по частоте спариваний среди приматов). И вот как они уведомляют вас о своем стремлении: призывая самку, самец сидит на земле коленями вверх, его ноги широко разведены (далее цитирую «Репродуктивную биологию высших приматов»: «чтобы продемонстрировать свой эрегированный пенис». Есть альтернативная стратегия ухаживания: самец шимпанзе трясет перед вами ветку.

116.

Эта категория была определена экспертом по преждевременной эякуляции (ПЭ) Марселем Уолдингером и охватывает промежуток от одной до полутора минут — так называемое время ожидания внутривлагалищной эякуляции (ВОВЭ) — высоконаучный способ сказать, сколько времени он будет там находиться, пока не сделает свое дело. «Безусловная» преждевременная эякуляция — это эякуляция, происходящая менее чем через одну минуту (для лечения ПЭ используются определенные антидепрессанты — в том числе и такие, которые пара принимает за несколько часов до секса). Вы мало что услышите о противоположной ситуации — задержке эякуляции. Возможно, потому что многие годы она называлась «запоздалой эякуляцией», а кто согласиться признать, что страдает чем-то подобным?

117.

Вскоре после своего открытия Майкл запатентовал вещество, имеющее такой же химический состав, как и «копулины», утверждая, что оно вызывает сексуальное влечение. Джордж Прети — исследователь из Центра химии Монелл в Филадельфии — рассказывает, что в 1970-е годы парфюмерные компании добавляли синтезированный обезьяний феромон в свою продукцию. Возможно, вам это кажется отвратительным? Тогда спешу сообщить, что другой эрзац-возбудитель сексуального желания под названием Realm был сделан из частиц кожи, которую соскребали... — цитирую Прети, — «с внутренней части гипсовых повязок, которые носили травмированные лыжники».

118.

Прети и его команда, ясное дело, не имели в виду армию любителей грязных трусиков. Поиск в Google по запросу «грязные трусики» выдает около 78,000 результатов. Большая их часть — это предложения о продаже оных трусиков, сайты с несколькими фото или ссылки на PayPal. В «Википедии» говорится, что некоторые японские секс-шопы оказывают такую услугу, как обмен трусиков для девочек, которые носят их день-другой, а потом меняют на новые по дороге в школу. «Чем грязнее трусики, тем они дороже», — сообщает «Википедия», тем самым еще более дистанцируясь от своего чопорного конкурента — энциклопедии «Британиика».

119.

Хирш полагает, что эффект тут точно по Павлову: «запах огурца или Good’n’Plenty... может вызвать в памяти картины загородного дома бабушки». Но с чего бы женщинам возбуждаться? И зачем использовать карамель Good’n’Plenty вместо обычной лакрицы?

120.

За исключением одного: «Изнасилование: фантазия для двоих». Мастерс и Джонсон составили список из пяти наиболее часто встречающихся сексуальных фантазий гомо- и гетеросексуальных мужчин и женщин. Насилие оказалось на первом или втором месте у всех четырех групп. Гетеросексуальные мужчины и лесбиянки представляли себя попеременно в роле насильника или жертвы. В случае группового изнасилования — я не перестаю умиляться — гомосексуальные мужчины иногда «исполняли дополнительную функцию инициатора или организатора».

121.

Но не ректально. Анальному сексу, который Мастерс и Джонсон на звали «ректальным совокуплением», было посвящено отдельное небольшое исследование. Наблюдались двенадцать пар: пять гомосексуальных и семь гетеросексуальных (в трех из семи гетеросексуальных пар партнеры были незнакомы). Ученые изучали сокращения анального сфинктера (вывод: главным образом, поначалу это просто больно) и пытались выяснить, вызывает ли сексуальное возбуждение появление ректальной смазки (нет, не вызывает).

Оглавление.

Секс для науки. Наука для секса. Прелюдия. Глава 1. Колбаски, дикобразы и сговорчивая миссис Г. Глава 2. Свидание с фаллокамерой. Глава 3. Принцесса и ее горошина. Глава 4. Хроники всасывания. Глава 5. Что там происходит? Глава 6. Тайваньская операция и кольцо для пениса. Глава 7. Продавцы яичек. Глава 8. В поисках утраченной эрекции. Глава 9. Дамский недомерок. Глава 10. Вибратор по рецепту. Глава 11. Идеальный оргазм. Глава 12. Разум превыше вагины. Глава 13. Что сказал бы Аллах? Глава 14. Обезьяны, ваш выход! Глава 15 «Люди, которых изучают в парах». Благодарности. Библиография. Прелюдия. Глава 1. Колбаски, дикобразы и сговорчивая миссис Г. Глава 2. Свидание с фаллокамерой. Глава 3. Принцесса и ее горошина. Глава 4. Хроники всасывания. Глава 5. Что там происходит? Глава 6. Тайваньская операция и кольцо для пениса. Глава 7. Продавцы яичек. Глава 8. В поисках утраченной эрекции. Глава 9. Дамский недомерок. Глава 10. Вибратор по рецепту. Глава 11. Идеальный оргазм. Глава 12. Разум превыше вагины. Глава 13. Что сказал бы Аллах? Глава 14. Обезьяны, ваш выход! Глава 15. «Люди, которых изучают в парах». Примечания. 1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 15. 16. 17. 18. 19. 20. 21. 22. 23. 24. 25. 26. 27. 28. 29. 30. 31. 32. 33. 34. 35. 36. 37. 38. 39. 40. 41. 42. 43. 44. 45. 46. 47. 48. 49. 50. 51. 52. 53. 54. 55. 56. 57. 58. 59. 60. 61. 62. 63. 64. 65. 66. 67. 68. 69. 70. 71. 72. 73. 74. 75. 76. 77. 78. 79. 80. 81. 82. 83. 84. 85. 86. 87. 88. 89. 90. 91. 92. 93. 94. 95. 96. 97. 98. 99. 100. 101. 102. 103. 104. 105. 106. 107. 108. 109. 110. 111. 112. 113. 114. 115. 116. 117. 118. 119. 120. 121.