Теннис, сквош, пинг-понг.

Вокруг да около «штучек».

Риэл-теннис.

Непосвященные могут только дивиться верности поклонников старинной игры, которые кортам на свежем воздухе предпочитают мрачные каменные строения вековой давности. Сторонники же риэл-тенниса иногда сверху вниз посматривают на любителей лаун-тенниса, считая их игру упрощенным вариантом своей собственной, забавой для народа. Риэл-теннис – джентльмен весьма почтенного возраста. Говорят, даже по самым скромным подсчетам ему не меньше восьми веков. А есть сведения, что уже и в XI столетии он был известен и любим в монастырях и монастырских школах.

Название real произошло в результате ряда лингвистических преобразований от английского royal (королевский). Судя по многочисленным литературным и документальным источникам, изображениям на гравюрах и картинах, сражения на кортах были излюбленной забавой королей Англии, Франции и других европейских государств, поэтому с XV века этот вид тенниса (тогда он был единственным) называли «игрой королей». Современное же звучание ( real англ. – подлинный, настоящий) позволяет шутникам называть по аналогии лаун-теннис «ненастоящим». У риэл-тенниса было действительно блестящее прошлое, у него был XVI век – «золотой» в истории игры, когда по всей Европе строились новые корты. В одном Париже в 1598 году их было около 1800.

Но уже в следующем столетии интерес к нему начал остывать. А сегодня количество кортов во всем мире в несколько раз меньше, чем когда-то в одной французской столице. Слишком дорого обходится их строительство, ведь стены и пол должны быть каменными, с трех сторон корт должен окружать особый навес, который называется пентхауз. Под этим навесом со стороны входа на корт находится галерея, на которой прежде сидели зрители. (Сегодня место для зрителей располагается со стороны подачи.) Определенное воздействие на судьбу риэл-тенниса оказала и политика: подчеркнуто аристократический характер игры сильно вредил ей в революционные эпохи. И появившийся в конце XIX века лаун-теннис оказался серьезным конкурентом королевской игры.

В королевской игре мяч не просто перебрасывается с одной стороны на другую. Игрок должен поразить специальные, наиболее уязвимые места площадки, такие как выигрышный хазард, или грилль на обороняющейся стороне, или деданс на подающей стороне. Любой удар, даже если он попадает рикошетом в боковую стену или поверх навеса, все равно возвращается на площадку. Фактически выбить мяч за пределы площадки невозможно. При подаче мяч должен хотя бы раз удариться о крышу пентхауза, прокатиться по ней, а затем упасть на принимающую сторону, ограниченную линией подачи. Если подача неудачна, подающий игрок имеет право еще на одну подачу. Но мяч подается только с одной стороны площадки, другая сторона является принимающей. Игроки меняются сторонами после каждого гейма. Счет в риэл-теннисе примерно такой же, как в лаун-теннисе: 15, 30, 40, равенство, преимущество, гейм (но система подсчета иная, более сложная). Поэтому справедливее было бы говорить, что лаун-теннис появился в результате видоизменения королевской игры, он был молодой ветвью, которая выросла из основного ствола риэл-тенниса. И новая ветвь эта взялась так быстро и интенсивно расти, что вскоре стала сильнее самого дерева. Сейчас обе игры продолжают существовать параллельно. Их отношения между собой – это отношения представителей разных сословий. У них разные ассоциации и разные чемпионаты. Почитатели королевского тенниса признают родственные связи только со сквошем. В Англии у этих игр общая ассоциация «The Tennis and Rackets Association» (TARA), и почти все риэл-теннис-клубы Соединенного Королевства имеют также корты для сквоша. Это выгодно экономически, т. к. интерес к сквошу сейчас быстро растет, да и по духу этот вид спорта оказался ближе риэл-теннису, чем изобретение майора Уингфильда – лаун-теннис.

В лаун-теннисе перемены происходят довольно быстро. Немногим более ста лет прошло со времени его появления, а уже изобретение новых покрытий для кортов сделало его название (от англ. lawn – газон, лужайка) не вполне соответствующим действительности.

В риэл же теннисе к традициям относятся очень бережно, сохраняя верность им даже в мелочах. Ракетки, а у них обязательно должна быть длинная деревянная ручка и изогнутая в одну сторону лопасть, по сей день делают вручную, и занимается этим во всем мире одна-единственная фирма – «Greys». В правилах веками практически ничего не изменялось, то же можно сказать и о строении корта. Названия частей корта сохраняются французские: деданс, грилль, хазард. Темные мрачные тона в оформлении помещений – это тоже дань традициям.

Внутренние стены корта нужно красить в черный цвет. Хозяева кортов изготавливают эту краску сами. Известен один старинный рецепт: «Возьмите полбочки бычьей крови, 14 бушелей (508,2 л) сажи, 10 желчных пузырей рогатого скота, чтобы развести сажу, и ведро вина, чтобы придать блеск составу. Перемешайте. Краску на стенах обновляйте дважды в год. Пол и потолок оставляйте их естественного цвета».

Члены риэл-теннис-клубов в большинстве своем любители. Многие из них стремятся соблюдать принципы джентльменства в спорте.

● Джентльмен никогда не играет там, где зрители платят за билеты.

● Он не стремится к победе, для него главное то, что называется fair play.

● Призы в этом виде спорта не могут быть в виде денег или представлять собой значительную материальную ценность – они чаще всего чисто символические.

Профессионалы в королевской игре тоже есть, но они никогда не играют на чемпионатах вместе с любителями, у них своя особая Ассоциация. Они работают при клубах: обучают игре, занимаются инвентарем, в частности, делают мячи, проводят клубные соревнования и сами выступают на крупных чемпионатах. Уже в 1578 году существовала гильдия профессиональных тренеров, они были владельцами кортов и не только учили, но иногда и прислуживали игрокам. Несмотря на большую, по сравнению с лаун-теннисом, сложность, у королевской игры немало сторонников. Более того, можно говорить даже о том, что в последние годы интерес к ней снова начал расти: строятся новые корты в Англии, США и других странах. Говоря об этой игре, нередко замечают, что игроки в риэл-теннис обладают физическими достоинствами тех, кто играет в лаун-теннис, и коварством шахматистов. В самом деле, в королевской игре больше степеней свободы, здесь возможны сложные тактические задумки, благодаря тому, что боковые стены тоже являются игровыми, и необходимо попадать мячом в определенные участки корта. Но можно ли предполагать, что эта игра когда-нибудь вновь станет столь же популярной и массовой, как в XV–XVI веках? Вряд ли. Этот вид спорта достаточно сложно популяризировать: строение кортов таково, что на них не может разместиться много зрителей, и проведение видеосъемки затруднено – королевская игра «нетелегенична». Однако многих поклонников риэл-теннис привлекает как раз своей элитарностью и, может, несколько чудаковатым, но благородным аристократическим характером.А в это время в России…Существует устоявшееся заблуждение, что теннис в Россию пришел в конце XIX века. Если речь идет о лаун-теннисе, то это правда. Но не надо забывать, что у лаун-тенниса были предшественники: риэл-теннис, о котором говорилось ранее, и игра с французским названием «жедепом». Поэтому мы можем вести счет теннисному веку в России и, в частности, в Санкт-Петербурге, начиная с XVIII века.Шумно подходят к высокому строению из красного кирпича, что расположено во дворе здания Двенадцати коллегий, нынешние студенты Санкт-Петербургского университета. Порой, перемахивая сразу через две ступеньки, поднимаются на второй этаж, в спортивный зал. Редко замечают они памятную доску на наружной стене здания, а если и замечают, то выведенное на ней крупными буквами «JEU DE PAUME – дом для игры в мяч» вряд ли может много им рассказать.Лет 200 назад благородные юноши – воспитанники Шляхетского корпуса, приходя сюда, либо доставали шпаги и упражнялись в фехтовании на первом этаже, либо быстро поднимались по высокой лестнице на второй, где находился корт. Глухо ударялся о темные стены маленький жесткий мячик, временами делал замечания тренер-француз, и выражение «jeu de paume» (жедепом), звучало здесь естественно и понятно.А между тем именно под этим французским названием появилась в России игра – предшественница современного тенниса. А само здание, построенное в конце XVIII века в строгом классицистическом стиле и долгие годы известное как Жедепом, было первой в нашей стране постройкой, возведенной специально для занятий спортом.Игра, которой увлекались отпрыски российских дворянских фамилий, представляла собой нечто среднее между современным лаун-теннисом и сквошем. Очевидно, это было то, что сегодня известно как риэл-теннис. Играли в жедепом только на специальных крытых кортах, потому что только первая подача подавалась через сетку, а остальные удары разыгрывались от всех четырех стен.Мода на игру пришла в Россию с опозданием… Лет на… 200. В Европе Золотым веком прадеда теннисных игр называют XVI столетие. Тогда увлечение жедепомом было общим для всей Западной Европы, но настоящий теннисный бум переживала Франция. Сэр Роберт Даллингтон, посетивший Францию в 1598 году, писал, что «вся страна буквально усеяна теннисными кортами. Во Франции теннисистов больше, чем посетителей английских пабов». Говорят, что во Франции в это время было принято желать не «bonjour» (добрый день), а «bonjoueur» (хорошей игры). Во второй же половине XVIII века, когда увлечение модной аристократической игрой достигло двора Екатерины II, теннисные страсти начали остывать во Франции, и были куда сильнее по другую сторону Ла-Манша. На островах жедепом называли ройал-гейм, или королевской игрой. Но дамы и кавалеры российского императорского двора усвоили именно французское название, уж очень сильно было в те времена влияние французской культуры.Первый жедепом, а так называлась не только игра, но и помещение, где располагался корт, был построен в Зимнем дворце в 1769 году. «Выписали» из Франции и monsieur Дюплеси, как тогда говорили, «мячефной игры мастера». Видимо, он пришелся ко двору, потому что контракт с ним продлевался. Более того, в соглашении оговаривалось, что он будет обучать игре не только наследников, но и воспитанников аристократического Шляхетского корпуса. Упражнения на корте вошли в учебную программу.Молодые люди осваивали теннисные премудрости на корте, выстроенном во дворе Меншиковского дворца, где в те времена размещалось учебное заведение. Но в последние годы царствования Екатерины II было принято решение о строительстве нового здания Шляхетного корпуса. Предполагалось построить гигантский по тем временам дворец, в плане представляющий треугольник, с внутренним двором. Однако, как пишет историограф А. В. Висковатов, «исполнение оказалось неудобным, постройка была остановлена, и дом оказался неоконченным». Из всего здания в 1793 году возвели только одно крыло, где в проекте было отведено место для жедепома. Это был лучший корт в столице, и даже наследники престола иногда приезжали поиграть на нем. Но в своем первоначальном статусе здание просуществовало немногим более полувека. В 1867 году оно было передано Петербургскому государственному университету и долго использовалось для иных целей.Вновь удары мяча в бывшем Жедепоме стали раздаваться в последнее десятилетие XX века, когда сюда переместилась кафедра физической культуры университета, и верхний зал оборудовали для занятий спортом. Играют здесь иногда и в теннис.