Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков.

Список аббревиатур

СЦМС (Соответствие центровым мужским стандартам) – упражнение, которое помогает выделить негласные правила поведения.

ВП (внешний периметр) – состоит из ребят, которые в глазах сверстников вообще не принадлежат к социальной системе: анархисты, шутники, политики, успешные фанаты какого-либо одного предмета или вида спорта и те, у кого вообще нет навыков социального общения.

СПОР (Сценарий и Подготовка к Обязательному Разговору) – метод перенаправления негативных эмоций в конструктивное русло, когда вы с кем-то ссоритесь или о ком-то беспокоитесь.

БПЧИ – боязнь пропустить что-нибудь интересное.

1. Пора войти в Мир мальчиков.

Как у всех нормальных родителей, голова у меня по утрам просто пухнет – ведь дел невпроворот. 12 апреля 2011 года я проснулась с мыслью: «Пора написать книгу о мальчиках». Много лет я мечтала выпустить дополнение к книге о девочках «Queen Bees and Wannabes» («Королева улья, или Как выжить в Мире девочек» [1] ). Учителя и родители постоянно спрашивали: когда, ну когда?! А я отвечала: как только, так сразу. Оставалось понять, когда это «только» наступит… Так уж вышло, что я сама мать двоих мальчиков. И смех и грех: как может автор книг о девочках воспитывать сыновей?!

Я всегда помогала мальчикам, за что неизменно получаю от них благодарственные письма. Правда, опубликовать наши диалоги до сих пор не решалась. Встречаются среди их бед не особо серьезные, вроде: «Как сказать девочке, что она мне нравится?», или: «Как сказать девочке, что она мне не нравится?», или: «Как сделать, чтобы меня не дразнили мелким?». Встречаются проблемы и посерьезнее, например: «Наш тренер обзывает одного мальчика педиком, остальные ему поддакивают. Мне противно, но из-за родителей я боюсь уйти из команды. Отец всегда, всегда меня в чем-нибудь винит, говорит, что я лентяй и врун. Всякий раз, как он отчитывает меня, хочется орать, но я просто молчу и улыбаюсь. Мама оправдывает отца, а я так больше не могу. Что делать?».

Я все боялась, что для мальчиков не удастся написать столь же вдохновенную книгу, как для девочек. Боялась, что не знаю мальчиков достаточно хорошо. Что они не станут делиться сокровенным. Мальчики – они ведь сложнее, чем мы привыкли думать. За их сдержанными ответами типа: «Все нормально» кроется куда больше, чем слышится, однако я сомневалась, что смогу удовлетворить справедливые чаяния одновременно самих мальчиков, их родителей и тех, кому есть до мальчиков дело.

Я ждала знака.

И получила его, когда меньше всего ожидала. Весной 2011 года я встретилась с президентом Cartoon Network Стю Снайдером и вице-президентом Эллис Кан, чтобы обсудить сотрудничество в ходе их кампании «Скажи школьному насилию “Нет!”». Со мной на встречу отправилась Эмили Гибсон, которая всегда помогает мне выработать стратегию работы с новыми партнерами. Как обычно, Эллис сразу взяла с места в карьер:

– Стю, ваша затея мне не по душе. Наверное, потому что ваш основной зритель – мальчики, а Розалинд больше известна как автор книг для девочек. Зачем она вам?

Стю не растерялся и сразу же выдал:

– Я по ее глазам вижу, что она хочет работать с нами.

Что он такого увидал в моих глазах? Что показалось ему необычным?

– Я смотрю ей в глаза и буквально читаю в них: мальчики, – пояснил Стю. Что он имел в виду? Потом до меня дошло: взгляд, о каком я писала в одной из своих книг «Queen Bee Moms and King Pin Dads» («Мамы Девочек-королев и папы Вожаков»). Взгляд этот сообщает всем окружающим:

«Дома меня в знак любви расстреливают из пистолета с присосками. Мне периодически пишет и звонит директор школы. Как-то я нажала “отклонить вызов”, не желая выслушивать, что там учудили мои сорванцы. В своих идиотских выходках они в любой момент могут разбить или сломать что-нибудь ценное, пораниться. Могут пренебречь гигиеной, и начнется такое, что любого другого взрослого на моем месте стошнит. Но раз уж я мама этих детишек, приходится отчитывать их, лечить их царапины и ушибы или вести к тому, кто – качая головой и недоумевая от их глупости – точно сможет их “подлатать”. И да, эти юные нарушители все уберут за собой – уж я их заставлю!».

Наутро после возвращения из Атланты, я проснулась с намерением засесть за написание новой книги.

КАК Я СТАЛА «ЭКСПЕРТОМ ПО ВОСПИТАНИЮ» Я не только автор книг по воспитанию девочек – я еще почти двадцать лет проработала в различных школах. Потом основала Owning up, некоммерческую организацию, в которой учащимся средних и старших классов преподавали основы социальной справедливости и этики лидерства – по мною же разработанной методике. Позднее на основе этого опыта я стала работать со школьными администраторами и педагогами. И через восемь лет такой практики написала книгу для родителей девочек – о том, как видят мир их дочери и как им помочь вырасти и повзрослеть. Я писала о девочках, потому что наше понимание дочерей, связь между их дружбой и личностным развитием оставляли желать лучшего. К 2000-м годам много было написано о самооценке, о том, как следить за внешностью, но среди массы литературы я не находила ничего для широкой аудитории, что рассказывало бы о групповом поведении девочек. О конфликтах в среде девочек незаслуженно забывали: они якобы надуманны, девочки просто вредничают… Девочек не учили с достоинством решать проблемы. Их приучали мириться с негласными правилами того, что я для себя называю Миром девочек; в результате они не умели адаптироваться в обществе как настоящие девушки и женщины. Сейчас уже и не вспомнить, в связи с чем это произошло, однако перед выходом книги «Королева улья» в журнале New York Times появилась статья обо мне, озаглавленная «Дрянные девчонки». Спустя несколько дней позвонил мой литагент и сообщил: со мной хочет поговорить некая Тина Фей – она якобы желает купить права на книгу. Я понятия не имела, кто такая Тина Фей, у меня совсем недавно родился старший сын Илайджа, и я уставала настолько, что в конце дня без сил падала на диван перед телевизором. Нет, я отнюдь не прыгала от радости: мол, ура, мою книгу собираются экранизировать! К тому моменту я успела пресытиться вниманием прессы и индустрии развлечений. Мне даже пару раз предлагали продать права на биографический фильм – думали, получится невероятно захватывающая история о женщине, которая, не успевая менять испачканную ребенком одежду, отчаянно ищет средства для скромной некоммерческой организации. Впрочем, на звонок я ответила, и за двадцать минут Тина Фей меня уломала. Если уж кто и был способен взяться за безумный проект – а именно, превратить в полноценный фильм книгу по воспитанию, – то это Тина Фей. Я лишь попросила ее не снимать глупый фильм. Тина обещала постараться, и я ей поверила. Я не просто сразу распознала в ней умного человека – я поняла, что нами движут одинаковые принципы: работая на публику, работай по полной. (К слову, двенадцать лет родительского опыта научили меня терпимее относиться к посредственностям.)Популярность моих книг о девочках росла, и меня все чаще стали спрашивать о девчачьих проблемах. Было приятно и вместе с тем – нет. О мальчиках-то забывали. Проблемы насилия в их среде и стрельбы в школах становятся все острее, а мы только и рассуждаем, что о подростковом суициде да об отсутствии контроля за распространением оружия. Да, эти проблемы тоже важны, но к означенным выше вопросам отношения практически не имеют.

МАЛЬЧИКИ МНЕ ВСЕ ЖЕ ПОМОГЛИ Всякий раз, садясь за книгу, я прошу помогать мне тех, о ком я пишу. Помню, как сомневалась: раскроют ли мальчики свои потаенные чувства, мысли? Поделятся ли самым сокровенным опытом? Станут ли отвечать на вопросы? Бескорыстно вычитывать по двадцать страниц черновиков (за старания я обещала написать рекомендательные письма в колледж)?Как ни странно, ребята помогли. Согласились даже легче, чем я ожидала. Сперва я обзвонила школы – общественные, частные, приходские, международные, маленькие, большие, городские и сельские, а потом стала ждать, затаив дыхание. Ожидание оказалось недолгим – практически моментально отовсюду ответили согласием. Через несколько недель я выступала с презентацией в средней школе и в самом конце попросила добровольцев откликнуться. Невероятно, но мальчики сами выстроились в очередь (девочки, кстати, тоже). Так я стала поступать после каждой презентации, во всех школах. Больше всего поразило, что первыми в очередь вставали «золотые мальчики» – спортсмены и самые успешные в социальном плане (теперь я отлично их понимаю). Ими, правда, список не ограничивался: мальчики ко мне подходили разные; обращались и по электронной почте, и через «твиттер». Через месяц набралось 160 добровольных помощников, внесших посильный вклад в создание вот этой самой книги. О причинах они скажут сами.

...

Мой долг – помочь людям в трудностях, через которые я прошел сам.

Матиас, 16 лет.

...

Хочу стать частью чего-то большего, что поможет изменить взгляд на наш пол и моих сверстников, а еще мне кажется, что Мир мальчиков слишком долго находился в тени.

Виктор, 17 лет.

...

Иногда кажется, что работая над этой книгой, я помогаю себе даже больше, чем остальным.

Грант, 15 лет.

...

Эта книга должна просвещать, обучать и направлять мальчиков в их естественной среде. В нашем Мире случается такое, о чем говорить не принято, на что взрослые закрывают глаза. Надеюсь, мой вклад поможет изменить взгляд на взаимоотношения мальчиков.

Коди, 18 лет.

Как только проект стартовал, начались бесконечные споры, дебаты, смех и порой слезы – когда мальчики делились чем-то особенно болезненным. Я поняла, как сильно заблуждалась все эти годы. Иногда мне присылали истории, читая которые я рыдала в голос: такие они были смешные и глупые. Я давала ребятам прочесть о проблемах их сверстников, и они начинали спорить, как лучше помочь совершенно незнакомым людям, а потом писали мне, спрашивали: чем все в итоге обернулось? Делились со мной сокровенными чувствами, мнениями – лишь бы помочь другому.

Своим опытом, интересами и тревогами я попросила поделиться и родителей. Они расскажут истории – забавные и поучительные, которые напомнят, что вы не одни на нелегком пути воспитания порой таких несносных молодых людей.

В книге встречаются и тяжелые моменты. Они могут возмутить вас до глубины души. Читать подобное всегда нелегко. Воспитание – настолько тяжелый процесс, что иногда опускаются руки. Если и с вами такое случается, прошу, не закрывайтесь от мира и не казнитесь.

Не обязательно любить в вашем сыне или его приятелях всё. Вы имеете законное право возмущаться и негодовать, если сын не замечает, как вы ради него убиваетесь. Вы имеете полное право злиться, когда ребенок, который еще недавно вас обнимал и целовал, вдруг поворачивается к вам спиной. Можете со спокойной душой мечтать, как было бы чудесно и замечательно, если бы не приходилось каждые выходные возить сына на футбол или бейсбол. То, что вы плачетесь друзьям в жилетку, не делает вас плохим родителем. Напротив, держа негатив в себе, вы вскоре превратитесь в одного из тех взрослых манекенов, которые механически улыбаются и на все расспросы отвечают: все в порядке, дети у меня просто золото… Воспитывать из мальчика достойного мужчину – тот еще труд, беспощадный и унизительный.

КАКИМ ВАС ВИДЯТ ДЕТИ? Я часто слышу от родителей: дескать, мы неустанно напоминаем сыновьям, как важны в жизни честность и прямота, а они, вырастая, совершенно не проявляют желаемых черт характера. Как правило, родители винят в этом окружающих. Да, они прививают сыновьям ценности вроде честности и прямоты… забывая учить, как именно следует применять эти ценности. Мало сказать ребенку: «Будь честен!» или «Поступай правильно!» – ведь случаются ситуации, когда «поступать правильно» страшно. Ситуативность в воспитании решает куда больше, чем сама установка на честность и прямоту. Важнее показать на примере, что такое честность в затруднительной ситуации. В книге есть примеры конкретных конфликтов, с помощью которых вы поймете, как заставить ценности работать в реальной жизни. Тут мы переходим к созданию образца для подражания – тому, о чем родители и педагоги так часто рассуждают и чему так мало сами уделяют внимания. Наши дети не глупы и не наивны – они видят цинизм взрослых, видят, что́ мы по-настоящему ценим, и верят далеко не словам, а действиям. Они всегда сумеют раскусить притворство, и если мы хотим являть собой идеальный пример для подражания, то придется поработать над собственным поведением. Неважно, кто вы: родитель, педагог, дядюшка, тетушка, школьный администратор или тренер – следите за тем, как вы проявляете гнев, печаль, как принимаете поражение, как выражаете любовь и нежность, как признаете ошибки. Не расходятся ли ваши слова с действиями?Мальчики все подмечают. С виду они могут показаться циничными и безразличными, но не обманывайтесь: мальчикам не все равно – им очень хочется быть детьми сильных, уверенных и достойных родителей, которые не боятся признавать трудности жизни и противостоять им.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МИР МАЛЬЧИКОВ В этой книге я опишу типичные тенденции и сложности, возникающие в процессе воспитания мальчиков, и дам рекомендации: как достучаться до сыновей, как поддержать их в борьбе, как помочь лучше понять мир и свое место в нем. Для начала надо уяснить негласные правила Мира мальчиков, а заодно то, как их понимает, скажем, мальчик, который обладает силой и запугивает вашего ребенка (или наоборот), или когда мальчику можно снять «социальную маску» и быть собой. Поняв эти правила, вы сможете лучше почувствовать проблемы сына. Каково это, когда над тобой издеваются? Что стоит за нападками? Или – что бывает нелегко принять – почему ваш сын жесток к окружающим? Отчего он лжет и действует украдкой у вас за спиной? Войдите в Мир мальчиков – и вы поймете, что движет вашим ребенком.Мальчики по-разному реагируют на проявления своего Мира, и я использую типовые модели (вроде Королевы улья или Мозга), потому что с их помощью легче описывать поведение детей. Я не навешиваю ярлыков на самих мальчиков, а только обозначаю модели поведения. Чтобы книга принесла пользу, вам придется соотносить прочитанное с поведением вашего сына, руководствуясь при этом критическими соображениями. В одних случаях я могла ошибиться, а в других ваш ребенок реагирует совершенно иначе, чем написано у меня. Впрочем, куда важнее идеального соответствия вашего чада приводимым мною типажам будет тон ваших с ним бесед о его Мире. Можно вообще не принимать мою терминологию – главное, чтобы книга помогла наладить честный диалог.

ПОКА ЧИТАЕТЕ – ПОМНИТЕ ОБ ЭТОМ… Я «воспитатель по воспитанию» и мать, а значит, трезво мне удается мыслить, только когда речь идет не о моих детях. Если дело касается моего собственного ребенка, то логика отказывает. Я машинально злюсь, расстраиваюсь, пугаюсь и воображаю себе худшее: ребенок не извлечет урок из полученного опыта, у него до конца дней останется психологическая травма, все его станут ненавидеть… и т. д. и т. п. Зато применительно к чужим детям рациональные, хладнокровные решения и методы приходят на ум сами собой. Это вовсе не значит, что мать из меня никакая. Просто когда моему родному сыну приходится туго, верх берут инстинктивные реакции. Со временем я научилась сдерживаться, пережидать приступы страха, гнева и паники, а потом обращаться за советом к тому, кто любит и знает моих мальчиков.Время от времени я буду просить вас делать то же самое. Порой наши страхи и любовь не позволяют действенно помогать сыновьям. Для меня, матери и автора этой книги, одним из самых сложных уроков стало то, что родительский страх иногда сильно отдаляет нас от детей. Эта книга призвана сблизить вас, создать и научиться пользоваться системой поддержки, которая так нужна вам и вашему сыну.

ЭТА КНИГА – ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕХ ВОЗРАСТОВ Может, она попала вам в руки после того, как вашего сына непонятно почему друг не пригласил на вечеринку. Или после того, как вам в два ночи позвонил разгневанный родитель, застукавший вашего паренька в спальне у своей дочери. Если же вы еще не обзавелись собственным ребенком, и главы книги, предназначенные для взрослых, слишком уж сильно раздражают, – смело пропускайте их. Успеете еще прочитать, когда придет время!

ЧИТАЙТЕ ЭТУ КНИГУ, КОГДА МОЖЕТЕ Книга составлена так, чтобы ее было удобно читать. В принципе не возбраняется – и даже наоборот, приветствуется – засесть за нее и прочесть от корки до корки. Однако такой метод подходит не всем, поэтому я расположила материал в таком порядке, чтобы он попадался вам на глаза именно тогда, когда вы в нем нуждаетесь. А еще книга оформлена так, чтобы ее было удобно читать, пока вы ждете ребенка с тренировок, или сидите на стадионе, или у двери в кабинет директора школы. У вашего сына есть друг, который дурно влияет на него, и вы хотите разобраться, не вызывая конфликта? Откройте главу 4. У вашего сына есть подружка, и она строчит ему по 100 эсэмэсок в день? Прочтите главы 16–17.Бо́льшая часть глав дает детальный анализ и описание того или иного аспекта Мира мальчиков. В книге также есть места, озаглавленные «Проверьте багаж!» и «Осторожно – мина!». «Проверьте багаж!» значит, что вам предстоит ответить на некоторые вопросы – это поможет разобраться с вашими собственными реакциями на те или иные явления. «Осторожно – мина!» – о том, что родители говорят и делают из самых благих побуждений, но в итоге лишь отдаляют этим себя от ребенка. Как и в реальной жизни, мины зарыты у вас под ногами, и вы не видите их, пока не подорветесь. Некоторые могут заранее решить, будто разделы про мины в их случае практически бесполезны, мол, их ребенок даже в ответ на невинный взгляд или вопрос закрывается, закатывает глаза, делает вид, что не слышит, занят телефоном, или вовсе уходит… Поверьте, способы наладить конструктивный диалог есть! Я дам конкретные пошаговые методики преодоления распространенных жизненных ситуаций, выбранных моей редколлегией (юными добровольцами).

ЕСЛИ СЫН ЗАСТУКАЛ ВАС ЗА ЧТЕНИЕМ ЭТОЙ КНИГИ Если вы принадлежите к числу родителей, которые читают все книги по воспитанию подряд, то возможен такой расклад: разок взглянув на мою книгу, ваш сын сразу же закатит глаза и скажет что-нибудь вроде: «Мам! Я все равно не стану ничего с тобой обсуждать». Впрочем, сынок может закатить глаза, даже если это первая приобретенная вами книга по воспитанию. Вот вам совет – скажите ребенку: «Тут написано, что почти все родители засыпают ребенка вопросами сразу после школы или тренировки. Автор учит определять, когда тебе нужно больше личного пространства». Если сын смеется и говорит: «Правда, что ли? Дай взглянуть», у вас есть несколько опций. Покажите ему книгу, но не забудьте упомянуть, что я написала и другую, специально для мальчиков: The Guide: Managing Douchebags, Recruiting Wingmen, and Attracting Who You Want («Руководство по выживанию»). Я выпустила «Руководство», предвидя, что мальчикам потребуется книга, написанная только и только для них. Тех же родителей, чьи сыновья не воспринимают этакое новшество в штыки и искренне идут на контакт, хочу попросить: посочувствуйте нам, остальным. Педагоги, тренеры, советники из числа преподавательского состава, работающие с мальчиками, дядюшки, тетушки, дедушки и бабушки, пригревшие под крылом племянника или внука – я благодарна вам за то, что вы нашли время прочесть мою книгу! Надеюсь, на ее страницах вы найдете советы, как вырастить из ваших подопечных достойных, эмоционально стабильных и сильных мужчин. Не забывайте: вы очень важны для своих мальчиков!Я сама видела, как связь, возникающая между взрослым и ребенком, меняет жизнь обоих. Не удивляйтесь моей настойчивости: мальчикам нужны поддержка и мудрое руководство. Очень прошу – не тяните с ответами на вопросы в «багажных» секциях книги. Обязательно поразмыслите над тем, как жизненные ситуации, перечисленные в главе Х, влияют на ваши с сыном отношения. Кто бы вы ни были, надеюсь, что эту книгу вы прочтете не зря.

Прежде чем перевернуть страницу, запомните и выучите наизусть следующее: 1. Мальчики намного умнее, чем кажется. 2. У мальчиков могут быть по-настоящему сложные проблемы с друзьями и в семье. 3. Обычно мальчишки говорят: «Все нормально!», когда в жизни у них совершенно противоположная ситуация. 4. Некоторым мальчишкам нравятся смерть и разрушение. Это вовсе не делает их маньяками и подлецами.5. Некоторым мальчикам не нравятся смерть и разрушение. Это вовсе не делает их слабаками и чудиками.

В одном лишь я не сумею помочь: отучить вашего сына разбрасывать по дому грязные носки. Если знаете, как это сделать, – подскажите! А тем временем поднимите усталый взгляд и запаситесь мужеством, терпением, пониманием, искренностью и самодисциплиной – этого мальчики от нас и ждут.

2. Почему Бэтмен не улыбается?

...

Мальчики совершенно не похожи на девочек, они конфликтуют иначе. Для них если что-то кончено, то кончено навсегда. С ними куда проще.

...

У вас мальчики?!! Ну надо же, а пишете про девочек! Ну, это вам сильно повезло! С мальчишками труднее, чем с девочками, пока они маленькие, но когда повзрослеют, с ними так же легко, как и с девчонками.

Вышесказанное я слышала столько раз, что уже сбилась со счета. Многолетний опыт работы с мальчиками убедил меня: то, что мы принимаем за «легкость» в воспитании – на самом деле результат нашего невежества. Если вы хоть раз забирали сына из школы и спрашивали его, как прошел день, то понимаете, о чем речь. Если нет, позвольте объяснить.

Четырнадцатилетняя девочка пятнадцать минут распинается перед вами, изливая душу, а потом, повысив голос, жалуется, что вы «не понимаете» ее беды. Значит, перед тем, как она убежала к себе и зарылась лицом в подушку, вы услышали хотя бы одно имя и несколько эпитетов – то есть, получили смутное представление о том, почему дочь так расстроена. Проблемы мальчиков минуют родительский радар из-за того, что вы о них просто не слышите. И то, что вы поначалу принимаете за «легкость», оказывается вашей собственной невнимательностью. Вы ни о чем не догадываетесь… пока «беда» не свалится вам на голову, – и тут уже начинаете сомневаться в умственном здоровье – своем, ребенка и того, кто принес дурные вести. Итог нерадостный: вы сидите за столом на кухне напротив сына, который опасно раскачивается на стуле и на все ваши осторожные вопросы отвечает: «Да нормально все, не бойся!» Закончится разговор ровно тем, с чего начался. И вы расстроитесь еще больше.

За двадцать лет работы с подростками я поняла: если мальчик не приходит к вам с проблемами, это еще не значит, что проблем нет. Взрослый же ошибочно полагает, будто все хорошо, и вот почему: мальчики, в отличие от девочек, не требуют к себе внимания, а мы не учим их рассказывать о тревогах и переживаниях, как учим этому девочек. Мы совершенно не задумываемся над тем, чего требует современная культура – да и мы сами – от наших сыновей и как эти требования формируют их эмоциональную жизнь, самооценку и социальную ориентацию. Замечаем мы мальчиков лишь тогда, когда они терпят неудачи либо действуют на первый взгляд безрассудно, эгоистично или пугающе.

В результате бо́льшая часть мальчиков вырабатывает в себе холодность и отчужденность по отношению к важнейшим жизненным коммуникациям, потенциальным профессиональным успехам. Это подход «неудачников», этим эпитетом зачастую характеризуют некоторых мальчиков. Мы же балансируем между двух огней. С одной стороны, злимся и обвиняем сына в «лености», а с другой – отмахиваемся от проблемы как от «типичного мальчишеского поведения» (читай: не заслуживающего внимания).

В буднях мальчиков проблем не меньше, чем у девочек, и они не менее сложны; жизненный опыт усваивается мальчиками так же прочно. Беды мальчиков обманчиво просты, и мы не умеем замечать сигналов тревоги. Как ни тяжело, приходится признать: в отчужденности мальчиков близкие играют самую активную роль. Не обманывайтесь: под маской напускного безразличия наши сыновья отчаянно ищут смысл жизни и тех, на кого можно положиться в трудную минуту.

Помните ли вы момент, когда узнали, что станете родителями сына? Отложите книгу и напрягите память – испытайте заново те же чувства, вспомните, о чем подумали и что говорили вам люди. Расскажу о своих переживаниях. Я тогда была на пятом месяце беременности; гуляла по парку и увидела ватагу десятилетних шалопаев. Они вопили и кидались друг на друга. Глядя на них, я думала: совсем ведь пустоголовые. Родители мужа полюбили меня куда больше, потому что я готовилась подарить им внука. Знающие люди предупреждали, что с тишиной в доме придется распрощаться и мне следует начать откладывать деньги, потому что мальчишка быстро перебьет все ценное и нужное. (Кстати, у моих сыновей действительно есть сберегательные счета, из которых я вычитаю деньги за причиненный дому ущерб.).

Теперь посмотрим на родителей девочек. Узнав, что у них будет дочь, почти все понимают: в нашем обществе у нее могут возникнуть проблемы с самооценкой. По мере того как девочка взрослеет, ее родители начинают волноваться и даже худо-бедно разговаривать с ней о внешности, дрянных девчонках, школьном насилии, расстройствах питания, личной безопасности, негативных женских образах в поп-культуре и сексуальной уязвимости. Родители девочек получают большую поддержку: конференции, книги, семинары – по любым вопросам и поводам.

Что немаловажно – ведь родителям и педагогам известны эти проблемы Мира девочек, – мы априори блокируем нездоровые сообщения. Просто не принимаем их. Вы когда-нибудь видели, на что способны мамочки-блогерши, если какой-нибудь производитель имеет наглость предложить девчачью футболку с девизом: «Ненавижу алгебру!»? Мы воспитываем в дочерях здоровый образ мышления, записываем их в «бойцы культурного фронта», так что даже в самом раннем возрасте многие девчонки уже могут, скрестив руки, прочитать оппонентам целую лекцию: мол, если мне нравится розовый и лиловый, это не мешает мне любить и другие цвета вроде синего и зеленого. Все это здорово помогает сегодняшним девочкам, и преимуществ у них куда больше, чем, скажем, у предыдущего поколения. Успокаиваться, конечно, рано, однако девочки уже понимают: сложная и неоднозначная культура не просто пытается привить им ложные ценности в плане сексуальности и чувства собственного достоинства. В этой же самой культуре они находят и поддержку, силы раскрыть свой потенциал.

С мальчиками все иначе: мы не рассматриваем мальчиковую культуру критически. Мы либо сами в нее вовлекаемся, либо просто не замечаем ее. Мы не видим в мальчиках сложных и тонко устроенных личностей. Нам в голову не приходит, что мальчик, который любит пострелять из пистолета с присосками (в семь лет), поиграть в страйкбол (в одиннадцать) или рисовать автоматы-пистолеты (в тринадцать и более), может зачитываться романтическими приключениями. При этом почему-то принято считать, что «мальчики не читают». Принимая эту точку зрения, мы усугубляем проблему, способствуем отчуждению сыновей.

Приведу конкретный пример. Если у вас семилетняя дочь, вы наверняка знаете: девочки в ее возрасте часто переживают по поводу внешности, особенно если у них, по сравнению с подружками, большая грудь или есть лишний вес. Если девочку пригласили на праздник с купанием в бассейне, то вы легко поймете, если она переживает по поводу одежды и купальника. Ей не обязательно признаваться взрослым языком: «Девочки могут быть жестоки к ровесницам, которые развиваются быстрее. Я очень переживаю, что грудь у меня начала расти раньше, и вообще думаю о том, чтобы не идти на вечеринку». Если вы – отец и сразу ничего не поняли, то супруга в две секунды все вам объяснит.

Теперь представьте, что у вашего семилетнего сына «банки» (мужские груди), а его пригласили на точно такую же вечеринку. Недели за две до праздника он как бы случайно просит купить ему плавательную футболку, но при этом даже мельком не упоминает, что футболка нужна ровно к этому празднику. Само собой, вы делаете в уме пометку: купить плавательную футболку… когда-нибудь – и не покупаете ее. Приходит время ехать в гости, а сына не оторвать от приставки. Вы уже накричали на него раза четыре, а он все играет и играет. Наконец, он залезает в машину мрачнее тучи. Вам кажется, что он злится, потому что его оторвали от видеоигры. Вы едете в гости, отчитывая отпрыска за его поведение, и раздражаетесь еще больше оттого, что он вас не слушает. Он же в это время от души желает задире, который будет дразнить его из-за «банок», сломать на тренировках руку и вместо праздника отправиться в больницу, где ему без анестезии будут вставлять спицы в кость.

Часа через два вы заезжаете за сыном с твердым намерением помириться. Жизнерадостным тоном спрашиваете, как он повеселился. Сын отвечает: «Нормально». Вы бодро интересуетесь, кто еще пришел на праздник. Сын отвечает: «Так, мальчишки из нашей школы». Не проходит и двух минут, как вы уже снова злитесь, потому что ваш отпрыск вас явно игнорирует. А сын на вас не злится. Ну, разве что самую малость – ведь вы не купили ему плавательную футболку, которую он просил. На самом же деле он чувствует себя униженным, потому что задира не сломал руку и праздник не пропустил. Он даже сфотографировал вашего ребенка без рубашки и показал фото остальным мальчишкам, которые смеялись и дразнили вашего сына: «Девчонка, девчонка!». Дома сын засядет за кровавую видеоигру и начнет крошить врагов самым жестоким из доступных способов, а вы снова разоретесь на него: мол, хватит этих страшных игр! – и станете беспокоиться, что пристрастие к насилию на экране делает из него извращенца и маньяка.

Ваш сын режется в игры не без причины. В виртуальном мире он прячется от унижения, чувства неполноценности из-за собственного тела и глубоко укоренившегося страха, не дающего излить душу родителям.

Мы считаем, что мальчиков воспитывать просто, потому что они молчат, – и в итоге приговариваем их к пожизненному недопониманию. Если мы недооцениваем трудности сыновей, то они не увидят в нас источник поддержки, как бы сильно мы их ни любили. Наоборот, мы сами станем для наших мальчиков неотъемлемой частью проблемы. Вы можете не верить мне – но поверьте сыновьям.

...

Я не стану рассказывать родителям о своих проблемах – это бессмысленно: отец только бесится, орет и все усложняет.

Итан, 14 лет.

...

У нас в классе есть девчонка, которая меня натурально бесит. На прошлой неделе она сплетничала: кто кого у нас в классе любит. После уроков она постоянно меня дразнит. Я не выдержал и облил ее водой. Ну конечно, меня потащили к директору, а ее нет. Родители меня убить хотят. А девчонка снова взялась за старое. Потому что знает: ей все сойдет с рук. ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ?

Эван, 13 лет.

...

Когда мать злится на меня, то говорит, что я весь в отца. Папу она терпеть не может. Представляете, каково это? Тебя будто ножом режут. И это человек, с которым я должен делиться проблемами!

Шон, 16 лет.

В дополнение к сказанному мальчиками хочу привести результаты одного исследования – оно наглядно показывает, как мальчики принимают вызовы судьбы.

• На 100 девочек в возрасте от 6 до 14 лет с нарушениями обучаемости приходится 160 мальчиков с той же проблемой. • На 100 девушек-самоубийц в возрасте от 15 до 19 приходится 549 юношей-самоубийц того же возраста.• 100 % «школьных стрелков» – мужчины («Заключительный доклад Секретной службы и результаты исследований проекта “За безопасность школ”»).

В добавление к этой статистике могу заметить, что 70 % произносящих речь на школьном выпускном вечере – девушки. Мои коллеги из приемных комиссий в колледжах рассказывают: количество абитуриентов по сравнению с абитуриентками сократилось настолько, что на каждые восемь молодых специалисток приходится всего два специалиста. Восемь против двух. Публично этого никто не признает, но проблему обсуждают в узком кругу. Последний раз, когда я общалась с членами приемных комиссий (в том числе и из университетов «Лиги плюща»), мне задали вопрос: «Стоит ли принимать в студенты юношу, который хорошо сдает экзамены по предметам обязательной программы, но заваливает или кое-как вытягивает предметы из дополнительной? Можно ли принять его из-за нехватки парней, пусть даже из него вряд ли выйдет продуктивный член сообщества?» Так что пока все ждут положительных тенденций в области межрасовых отношений, настоящая проблема остается незамеченной. Если вы все еще не верите мне, взгляните на приведенный ниже график:

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

...

Общая статистика поступления в вузы.

В этом контексте комментарий Уилла (десятиклассника из Джорджтауна, одного из моих помощников) выглядит совершенно логичным и обоснованным:

...

На дополнительные занятия нас, парней, всегда ходило пятеро. Пятеро парней среди девчонок. У меня полно приятелей, которые вполне могли бы пройти те же курсы, но они не хотят – им проще стать лучшими среди посредственностей. Они боятся соревноваться с девчонками, предпочитая оставаться неучами.

Мы обязаны исправить положение – ради мальчиков. Мы обязаны исправить положение – ради девочек, которые растут среди этих мальчиков. Даже если у вас не сын, а дочь, вы ведь не хотите, чтобы она мирилась с трусливыми, умственно неразвитыми, эмоционально ущербными, незрелыми юношами. Еще хуже, когда к чувству незащищенности у мальчика примешиваются заносчивость и высокомерие. В этом случае мы имеем дело с парнем, которому проще унижать девушек, нежели относиться к ним достойно. Он и ему подобные даже не сознают, насколько глупо они выглядят. Например, мальчиковое братство, «элита» – как они себя называют – Амхерстского колледжа (небольшой вуз на юге, где, как принято считать, подобное обычно и происходит) заказало к шашлычной вечеринке особые футболки с принтом: свинья, покуривая сигару, жарит на вертеле женщину – и подписью: «Жарим жирных с 1847 г.». Парни сами не поняли, чем так плохи футболки – им все объяснила студентка того же Амхерста Дана Блогер:

...

Они уподобили женщину скотине или, скорее, существу, которое даже ниже скотины, ведь она не просто заменила свинью на вертеле, а свинья сама ее жарит. Женщина тут воплощает кусок мяса – без мыслей, чувств и достоинства, без мнения. Гиперсексуализация ее тела увязывает жестокость с сексом, закрепляя таким образом понятие, что жестокость сексуальна, а сексуальность жестока. Я отнюдь не берусь утверждать, что подобный образ спровоцирует непосредственно насилие по отношению к какой-либо женщине, однако обесчеловечивание – первый шаг к оправданию насилия.

Авторы «свинячьей идеи» попытались отмазаться: мол, футболки они заказали «по пьяни» и никого не хотели обидеть [2] .

Я же просто повторю: два против восьми.

Ставки высоки для всех. Даже для парней, заказавших оскорбительные футболки.

В книге для девочек я просила читателей честно ответить на вопрос: не прикладываете ли лично вы руку к тому, чтобы усложнить жизнь девочек? Теперь я спрашиваю вас о том же, но по отношению к мальчикам. И хотя некоторые психологи и специалисты в области социального поведения вроде Билла Поллока, Джеймса Гарбарино, Леонарда Сакса, Майкла Гуриана, Майкла Томпсона, Джексона Катца, Дона Макферсона и Майкла Киммела проделали титаническую работу в исследовании по выявлению проблем мальчиков – давление их Мира на эмоциональное состояние по-прежнему в открытую не обсуждается. Общество не признает, что мальчики ведут изощренные игры, бои за власть, многих беспощадно унижают и среди них немало тех, кто стесняется собственного тела. Мы не замечаем, когда некоторые из мальчиков злоупотребляют своей силой и собирают союзников, толпу, для того чтобы властвовать над остальными. Нам очень трудно разглядеть, как наше собственное поведение по отношению к мальчикам запускает пагубные процессы с новой силой. Главный вопрос: когда это мальчики-мажоры, члены братства, которые в восемь лет наверняка подписывали открытки на День матери: «Мамочка, я тебя люблю!», превратились в таких сумасбродов? Догадывались ли родители, что их дети так очерствеют? Я уверена, что в амхерстском братстве нашлись ребята, которым идея с футболками пришлась не по душе, но они промолчали. Почему же?

ПОЧЕМУ БЭТМЕН НЕ УЛЫБАЕТСЯ Вы наверняка не говорите своему сыну: «Если у тебя серьезная беда и ты призна́ешься, что расстроен и встревожен, мне будет за тебя стыдно, потому что ты растешь тряпкой». Однако по какой-то причине к юношескому возрасту почти у всех мальчиков так или иначе в голове формируется именно эта мысль. Откуда она? Ведь не внушают же им ее с детства! Или внушают? Вспомните, с какими игрушками и во что играл ваш сын в возрасте 5–6 лет. Я не собираюсь спорить и утверждать, будто мальчикам следует позволять играть в куклы, а не в машинки, или о цветах детской одежды. Просто ответьте: были ли у него фигурки Бэтмена или Человека-паука? Вы помните, когда у вашего сына появился первый костюм Супергероя? Кто его ему подарил? Ваш мальчик прыгал с дивана в воображаемом полете? Нападал на вас из-за угла? Помните, как счастлив он был ощущать себя всемогущим Супергероем?Когда вы ребенок и носитесь по комнате в подаренных бабушкой плаще и маске Бэтмена, это опьяняет. Вы герой, и вам не надо никого слушаться. Свобода и власть неограниченные – в пять лет, когда вы не распоряжаетесь еще собственной жизнью, это вдвойне здорово!

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

Теперь представьте Бэтмена наполненным радостным трепетом. Представьте его влюбленным. Получилось? Эмоциональный диапазон Бэтмена – где-то между суровой сосредоточенностью, отстраненностью от всего мирского и злобой. Неважно, насколько ему больно – страдать некогда! Он свирепеет и, стиснув зубы, беспощадно расправляется со злодеем. Если ему нужен совет или он особенно сильно упрямится, то верный помощник Альфред тут как тут, всегда знает, что сказать – и Бэтмен неизменно успокаивается, остывает. Образ Альфреда учит мальчиков, что окружающие должны замечать, когда им плохо, знать, почему им плохо и научить их с этим справляться. Видя, что окружающие не замечают его проблем, мальчик сдается. Он боится признать, что испытываемые им чувства – «слабость», которую Бэтмен никогда не показывает. Когда имеешь дело с мальчиком, у тебя будто в распоряжении всего одна серебряная пуля – на то, чтобы убить причину его расстройства. Теперь представьте, что вам одиннадцать, и хотя Бэтмен по-прежнему крут и актуален, вы с друзьями начинаете зависать вот с этим типом…

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

А теперь вам тринадцать – пора восхищения вот этим героем. На первой иллюстрации – персонаж Halo 4, одной из самых популярных игр среди мальчиков всех возрастов. На второй – персонаж Assassin’s Creed, не менее популярной игры у учеников средних и старших классов.

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

Показывая эти картинки мальчикам в самом начале своих презентаций, я слышу в ответ натуральный рев. Мальчишки кричат от восторга. Неважно, что передо мной старшеклассники – они подскакивают с мест, машут руками. Я спрашиваю, помнят ли они, во что облачен их герой – они широко улыбаются и на какой-то миг вновь становятся пятилетними мальчишками. Затем я задаю им тот же вопрос, что задала чуть выше вам: как поведет себя герой Halo 4, если его родители со скандалом разведутся? Как поведет себя герой Assassin’s Creed, если на него нападет хандра? Или его друзья вдруг начнут распускать сплетни о девушке? В определенные моменты жизни мальчикам свойственно хотеть геройствовать: самодостаточность, умение подняться после падения совершенно точно необходимы, но эти же герои – которые никогда не показывают грусти или страха – постоянно стимулируют в мальчиках стремление ограничивать спектр своих эмоций, сдерживать «недозволенные» чувства. Эти герои не показывают, как мужчина должен вести себя в момент морально-этического конфликта, когда он разрывается между друзьями и честью.Как бы ни любили мальчишки этих героев (да и всю поп-культуру в целом), их одних не хватит на то, чтобы определить и сократить эмоциональный диапазон. Взрослые в окружении мальчиков должны питать и усиливать этот диапазон. Тут мы подходим к следующей проблеме: многие из нас довольно убедительно умеют притворяться и врать. Я сбилась со счета примеров, когда родители говорят мне, мол, мы не хотим, чтобы наш ребенок убивал в себе чувства, а сами велят ему: «Соберись, следи за собой». Другие родители при мне никак не реагировали, когда физруки обзывали их сыновей «мочалками», «педиками», «бабами» или говорили, будто дети «бегают так, будто у них песок из одного места сыплется». Я знаю случаи, когда учителя и прочие школьные работники наказывали мальчиков за хмурый вид, воспринимая его как оскорбление в свой адрес. Не заблуждайтесь: не выступая в защиту сына, мы как бы посылаем ему сигнал о том, что либо согласны с обидчиком, либо бессильны перед ним. Тогда с какой стати сыну в дальнейшем просить нас о помощи?

СИЛА ТОЛПЫ Все мы хотим быть частью чего-то, и это не изъян характера, а инстинкт. Самые лучшие результаты достигаются совместной деятельностью. Праведная гордость за нацию, наше наследие, религию, семью, школьное товарищество возникает от того, что мы ценим принадлежность к группе. Печальная правда, однако, и то, что потребность быть частью группы может стать причиной самой отъявленной жестокости. Она заставляет нас молчать при виде несправедливости, участвовать в общей травле тех, кого толпа сочла неугодными и заслуживающими наказания. Эта потребность – наша ахиллесова пята. Я говорю о том, как сохранить нравственность и моральную ориентацию в толпе. Почему? Конфликт неизбежен – рано или поздно кто-то злоупотребит силой. Если такое случается, каждый индивидуум в толпе, основываясь на личном опыте и истории, принимает решение, как ему себя вести. Именно такой выбор закладывает основу коллективного и индивидуального этического наполнения, моральной стойкости, индивидуального голоса и социальной грамотности. Понять это принципиально важно.Большинство мальчиков, пока их ценят и принимают в коллективе, толком не задумываются о том, что значит быть достойным и этичным. Жизнь внутри «стаи» учит их понятиям дружбы и того, кого толпа принимает, а кого – нет. Толпа влияет на прилежание в школе, поведение в обществе, уважение к женщинам (включая родную мать) и девочкам, на выбор времени и способа проявления собственной сексуальности, реакцию на ситуации вроде травли, попойки и принятия наркотиков.

...

У каждой «стаи» своя мораль, и ты должен ей следовать. Если не согласен – тебя выгоняют.

Брайан, 16 лет.

В такие моменты мальчику предстоит моральный выбор, который во многом определит, как он будет вести себя на протяжении жизни. Стоит ли молчать, когда кого-то травят или исключают из «стаи»? Какова цена несогласия? Какова цена молчания? Является ли несогласный предателем? Стоя́т ли месть или стремление «проучить кого-то» за причиненным человеку унижением? Есть ли что-то важнее этого?

СООТВЕТСТВИЕ ЦЕНТРОВЫМ МУЖСКИМ СТАНДАРТАМ Групповая динамика имеет четкие негласные правила. Понимать их и механизм их возникновения критично для понимания мальчиковой социальной динамики. Для начала я бы хотела определить, что для нас есть культура. В словаре дается такое определение: «Характеристика взглядов и поведения определенной социальной группы». Я бы сказала так: это интуитивное понимание того, как должен мыслить и действовать человек внутри сообщества. Да, все мы одновременно принадлежим к нескольким сообществам, и самое крупное, влиятельное из них – национальная культура. Информационная среда засыпает нас сигналами о том, что в обществе ценится, а что – нет. К меньшим культурам относятся соседи, национальность, религия, экономический класс; все они руководствуются собственными принципами, которые принимают и/или усиливают ценностные сигналы от национальной культуры. Однако почти все культуры – неважно, большие или малые – ревностнее всего следят за тем, играют ли отведенные им роли мужчины и женщины. Если ты родилась девочкой, будь добра действовать по Х-образцу; если мальчиком – по Y-образцу. Очень часто это разделение социальных ролей по половому признаку управляет нами, будто нити кукловода. Мальчики реагируют на правила по-разному. Одним по-настоящему нравится пить «кул-эйд», вторые плюются, третьи сохраняют нейтралитет. Правда же такова: прежде чем составить мнение, мальчик должен пройти через «бетономешалку» культурных сигналов, определяющих его мысли, речь и поступки. Теперь вернемся в класс, где мальчишки вскакивают с мест при виде Бэтмена или другого супергероя. Я спрашиваю, является ли он образцом для поведения юноши? Неудивительно, что мальчишки – за редким исключением – отвечают «нет». Потом я задаю такой вопрос: «Опишите человека, который влияет на людей или имеет высокий общественный статус. Его все должны “знать”. К его мнению прислушиваются, с ним соглашаются. Как он выглядит и как себя ведет?»Ответы мы записываем на доске, на центральной части:

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

Далее я прошу: «Опишите человека невысокого статуса. Его, скорее всего, дразнят, унижают, игнорируют. На кого он похож? Как он ведет себя?» Ответы записываю на доске, на боковушках :

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

Это упражнение я называю «Соответствие центровым мужским стандартам» (здесь и далее использовано сокращение СЦМС), оно помогает выделить негласные правила поведения. Даже когда правила СЦМС выписаны на доске, мальчикам трудно признать, как сильно они влияют на их жизнь. Кого-то огорчает их несправедливость; кого-то приводит в ярость пункт «деньги». В том-то и смысл: выше всех в социуме стоит тот, у кого больше денег, пусть это и несправедливо. Затем я спрашиваю мальчиков, как они поведут себя в следующих ситуациях:

1. Есть компания из четырех друзей. Одного из них постоянно дразнят, ему это противно, но он молчит и терпит. 2. Звезда спорта хочет покинуть команду, но не находит в себе сил сделать этого. 3. Юноша не признаётся друзьям, что усердно занимается и получил пятерку за тест. 4. Юноша не признаётся друзьям, что подруга постоянно его унижает.5. Юноша старается в школе изо всех сил, но боится признаться окружающим, как это его тяготит.

Тут уж мальчики соглашаются, что они в ловушке правил СЦМС. Это упражнение не научит тому, как повысить социальный статус или обрести свое место в толпе. Нет, оно лишь заставляет понять, как незримые путы правил удерживают в рамках дозволенных эмоций. Они же не дают просить о помощи. Ущерб от них огромный: эти правила учат мальчика следовать ЦМС и презирать того, кто идет иным путем. Это упражнение показывает, как власть и привилегии работают там, где один человек верит, будто у него есть право невозбранно говорить за всех. Как обличенные властью унижают других и почему они выбирают те или иные инструменты унижения. Все потому, что вы сами верите: СЦМС дает больше власти над теми, у кого нужных качеств – а следовательно, и силы – не хватает. Такое разделение закладывает основу для прочих унизительных «-измов»: сексизма, расизма, снобизма и безотчетной ненависти к тем, кто как-то отличается от большинства (кому не хватает СЦМС).Случается, «золотые» мальчики (и зачастую их родители), как и прочие привилегированные группы, не понимают истоков своих привилегий: власть ослепляет. Многие родители искренне верят, будто прививать сыновьям ЦМС – значит готовить сына к будущим великим свершениям. Им и в голову не приходит, что у этой практики своя цена: мальчик или окажется под страшным гнетом родительских ожиданий и, удерживаясь в заданных рамках, будет искать одобрения свыше. Или же он поверит в то, что соответствие норме якобы ставит его выше остальных (в этом он не признается, однако его поведение скажет само за себя). Как говорят Брэд и Джек (читай ниже), внутренний конфликт сводит с ума.

...

Странно, как прежде все мы пытались соответствовать этим критериям, зато теперь, в девятом классе, мне будто приходится выбираться из западни, в которую я сам себя загнал. Я вижу, как мои друзья убиваются, пытаясь соответствовать ожиданиям окружающих.

В восьмом классе я посещал католическую школу, где истинной верой была гомофобия. Самый крутой парень в классе обозвал меня геем; спор ему я проиграл, подмочив себе репутацию до конца года. Потом перешел в другую школу и перестал заниматься всем мало-мальски интеллектуальным и немужским: забросил шахматы и больше не писал для школьной газеты, начал играть в хоккей и вести себя как герой фильма «Зверинец» Блуто. Готов поспорить, что каждый второй парень в старших классах поступает точно так же. Это, конечно, не оправдание, но ведь никто ничего не хочет менять. Через два года мне поступать в колледж, и уж там-то мне успех обеспечен. Между тем, лишь мама, подруга и шестилетняя сестренка (а теперь и вы) знают мою страшную тайну: я веду себя как тупой мужлан только половину своего времени.

Помните, каждый мальчик – это личность. Вашему приятелю, например, может быть совсем не до правил СЦМС. Вероятно, он плевать на них хотел и все же продолжает взаимодействовать с толпой, которая всех и вся судит по этим самым правилам. Ваш друг тонет в потоке сигналов о том, каким должен быть настоящий мужчина.

К сожалению, простейший способ сойти за своего – это унижать и обижать девочек, а заодно и мальчиков, которые не действуют по правилам СЦМС. Взрослые сами подливают масла в огонь, день-деньской «мотивируя» сыновей к усердной работе, равняя слабость и отсутствие успехов с женственностью. Сами того не сознавая, мы покрикиваем на мальчиков: «Что ты подаешь, как девчонка?», или: «Кричишь, как баба!», или: «Не хнычь! Ты ведь мужчина!» (то есть слезы – это плохо, это слабость и удел девочек). Кто-то в свое оправдание скажет: «Ведь так оно и есть: мальчики подают лучше девочек. Девочки визжат громче мальчиков и плачут чаще». Таким образом, мы заставляем мальчиков проводить в уме параллель между несостоятельностью и девочками.

Столь же унизительна гомофобия. Она по-прежнему душит мальчиков, буквально затыкая им рты перед лицом насилия (хотя за последние лет десять многое изменилось). Не менее важно и то, что мальчики смело третируют сверстников, обзывая их «педиками» или «девчонками» в присутствии взрослых (зато свои расистские наклонности осмеливаются проявлять только среди приятелей, но об этом позднее), потому что многие родители и учителя по-прежнему смотрят на такое поведение сквозь пальцы.

Впервые услышав слово «гей» (или его синонимы) на игровой площадке, классе в четвертом, мальчики сразу смекают: оно унизительно. В средних классах они уже более-менее понимают, что значит быть геем в контексте их Мира. Им надо срочно избавиться от всего «гейского»: не носить махровых разноцветных носков, не смотреть канал «Дисней», не обижаться на подлости и не защищать тех, кто носит махровые разноцветные носки или смотрит диснеевские мультики. В старших классах эта динамика набирает такие обороты, что большинство мальчиков даже не сознают, в какие тесные рамки себя загнали. Они видят, как кого-нибудь дразнят за несоответствие «моде», за жалобы на подлость окружающих или – в студенческие годы – наблюдают, как младший приятель спаивает первокурсницу, чтобы развлечься с ней, и молчат, потому как иначе их заклеймят геями [3] .

...

На прошлой неделе десять моих близких друзей гнобили парня, который не соответствовал меркам ЦМС: толстый, неряха, слабак. Я велел друзьям прекратить его задирать; восемь меня послушались, двое сказали: «Да че ты как педик?».

Карл, 16 лет.

Глупо и бессмысленно равнять с гомосексуалистами тех, кто выступает против злоупотребления силой и социального неравенства. Иначе гетеросексуалов можно определить как безучастных к чужим страданиям и склонных к групповым унижениям. Выходит, лишь геи способны воспротивиться толпе? Это не только несправедливо, поскольку у геев те же проблемы в жизни, что и у натуралов, но и оскорбительно по отношению к последним.

Особенно иронично, что гомофобия подавляет в мальчиках мужество: не то, которое требуется для ответа на прямой вызов, а то, которое требуется, чтобы встать и выступить в защиту ближнего. Пятнадцатилетний Уилл проверил это на себе:

...

Я знаю много геев, у нашей семьи полно друзей голубых, и самое печальное – то, как у меня в школе парни употребляют слова вроде «педик» и «голубой». А самое страшное – если я выступлю в защиту геев, я сам как бы стану геем.

Спасибо, Уилл. Защитники животных – не животные. Так и защитники геев – не обязательно сами геи. Мэтт, 16 лет.

А ведь мы могли бы это остановить! Говоря «мы», я имею в виду родителей, педагогов, прочих школьных воспитателей – вообще всех, кто работает с детьми. Надо лишь быть честными в своем поведении. Да, многие родители – сами часть проблемы, но еще больше тех, кто молча стоит в стороне.

Самое простое определение пассивного наблюдателя – это человек, который присутствует при некоем событии, не принимая в нем участия. В реальности все намного сложнее. Фактически пассивные наблюдатели занимают сторону злоупотребляющего силой, поскольку верят: если они выступят против него, то потеряют место в группе. Если наблюдатель хранит молчание (которое некоторые определяют как нейтралитет), то «пассивность» выглядит как поддержка задиры или же сообщает: я бессилен остановить беспредел.

Да, выступить против задиры нелегко, и это еще мягко сказано. Возразить человеку ЦМС, попытаться изменить что-либо в расстановке сил, – ужасно. Мальчики впитывают это знание чуть ли не с молоком матери. Нам, взрослым, это знание тоже не чуждо.

Позвольте привести пример. Представьте, что вы развозите мальчиков по домам после тренировки. Ваш сын сидит на переднем пассажирском сиденье: ловит радиоволну на приемнике или в телефоне, ищет песню, которая понравилась бы всем. Остальные обсуждают прошедший день, и все идет хорошо, пока один из мальчиков не произносит: «Майк, ты в баскетболе – чисто даун! Мяч кидаешь, как педик!» Вы машинально напрягаетесь и смотрите в зеркало заднего вида, следите за реакцией детей. Думаете: вроде бы надо что-то сказать. В голове проносится сразу несколько мыслей. Зачинщик поступил плохо, высказавшись так об однокласснике, но ведь ребята постоянно кидаются подобными словечками. Вот и остальные дети смеются; высказавшись, вы можете вызвать неловкость у собственного ребенка. Воспитывать чужих детей тоже неправильно, или – что еще хуже – из-за ваших высказываний сын может впасть в немилость одноклассников… Короче, момент упущен.

Такое поведение родителей и убеждает детей в том, что взрослые поощряют травлю или попросту не в силах остановить ее. У детей рождается чувство, что в трудных ситуациях вы просто не желаете быть родителем. А ведь разрулить ситуацию, которую я описала выше, можно. Сделайте глубокий вдох, обдумайте свои слова, остановите машину и, отстегнув ремень безопасности, обернитесь к мальчикам. На умоляющий взгляд сына внимания не обращайте. Посмотрев каждому мальчику в глаза, скажите примерно следующее:

...

Вы: Ребята, называть людей даунами и педиками неприемлемо .

Джош: Так мы же не в прямом смысле. Майк не против. Майк, ты ведь не обиделся, что мы тебя назвали дауном?

На испепеляющие взгляды сына внимания не обращайте.

Майк: Все нормально. Джош просто шутит.

Вы: Все равно, нельзя обзывать людей педиками и даунами. Да, я не могу контролировать вашу речь, но для меня вежливость очень важна. Хотите пожаловаться родителям – пожалуйста.

Джош смотрит на вас как на сумасшедшего, а ваш сын пялится в окно, будто он и не ваш сын вовсе.

Вы: Всем все ясно? Вот и славно. Какую мы радиостанцию слушали?

Перед тем как закрыть этот вопрос, учтите три важных момента. Во-первых, Майку ничего не оставалось, кроме как согласиться с Джошем. Во-вторых, очень важно закончить подобную разъяснительную беседу предложением пожаловаться на вас родителям. Не только потому, что вы так ловко «переводите стрелки», а еще и потому, что уязвленные детки могут прийти домой и соврать маме с папой, будто вы «взбесились и наорали на них». В-третьих, многие родители боятся, что подобное обращение с чужими детьми аукнется их собственному ребенку. Не бойтесь: мальчишки не травят приятеля только потому, что у него строгие родители, которые не боятся поучать чужих детей. Травлю провоцирует целый набор факторов: если ваш сын зубрила, подхалим или не умеет общаться. А еще задиры должны уважать вас и побаиваться, понимая: дурного поведения вы им не спустите. Сегодня это – унижение сверстника в вашей машине, завтра – тусовка у вас в доме в ваше отсутствие. Они должны воспринимать вас всерьез.

Если, побывав в подобной ситуации, вы все же смолчали – не волнуйтесь, у вас еще будет шанс исправиться. Раз совершив ошибку, вы обязательно столкнетесь с новым затруднением, над которым предстоит поработать, – такова прелесть воспитания мальчиков. А можно и поговорить с сыном после: мол, знаешь, сынок, вчера, когда мы ехали в машине, произошло кое-что неприятное… давай потолкуем об этом.

ЧТО, ЕСЛИ ОКРУЖАЮЩИЕ ПЫТАЮТСЯ НАВЯЗАТЬ ВАМ И ВАШЕМУ СЫНУ ЦМС? Точнее даже не «если», а «когда». Родители девочек часто сталкиваются с ситуациями, когда их дочерей пытаются вогнать в рамки или вмешаться в процесс их воспитания. Например, если кто-то из родственников говорит вашей дочери: дескать, следи за фигурой, вы для начала пошлете такого родственничка подальше, а после поговорите с дочкой на тему лишнего веса. За сыновей мы вступаемся реже. Например, кто-то из родни постоянно обращается к вашему чаду почти как к профессиональному боксеру, или в продуктовом магазине ваш сынок хватает коробку с хлопьями, на что добрая тетя делает замечание: «Вы посмотрите, какой силач!»; или сын со слезами выбывает из игры на бейсбольной площадке, и чужой папаша из благих побуждений замечает ему: «Что ты ревешь! Только девчонки ревут!» Вы одномоментно сталкиваетесь сразу с двумя проблемами: а) вашего сына загоняют в рамки, и б) с этим надо что-то делать. Я вовсе не предлагаю кидаться с криками на свою родню или тетю в магазине, мол, не загоняйте моего ребенка в рамки! Или стискивать ребенка в объятиях и грозить чужому папе пальцем со словами: «Не смей запрещать моему сыну плакать! Пусть плачет, если хочет!» Однако молчать тоже нельзя. Знаю, что выступать никому неохота, особенно отцам (по крайней мере, большинству отцов). Для начала заранее обдумайте свои реплики. Не ждите, пока случится неприятный эпизод – думать будет некогда. Вот вам несколько вариантов: «Мам, я знаю, ты любишь внука, но не надо постоянно твердить, какой он крутой. Может, поговоришь с ним о том, что у него действительно хорошо получается?»; постороннему я бы ответила: «Спасибо, но знаете, чем мой ребенок хорош? Он просто потрясающе рисует животных!» Да, собеседник сочтет ваш ответ странным и нелогичным, зато ваш сын услышит, как вы хвалите его за дело, он будет знать – самый близкий человек ценит в нем личность, то, в чем он и правда силен. Почему просто не отмахнуться от упреков? Если речь идет о бабушке или дедушке, которые видят вашего ребенка раз в год, – тогда можно и не обращать внимания. Но если замечание делает тот, с кем сын контактирует ежедневно, вам нельзя молчать, потому что этот человек напрямую участвует в воспитании вашего ребенка. Если это отец другого мальчика, ответьте ему: «Мой сын расстроен, дайте ему отдышаться», потому что в лице вашего ребенка он упрекает всех мальчиков. Если вам неудобно, поговорите с тренером команды. Если помощи не хватило, откройте главу 14. Дело это непростое, и необязательно вступать в каждую схватку. Если сегодня вы слишком устали, чтобы отвечать – не мучайтесь, шанс еще появится! Гордитесь, если вы не молчите. Я слишком часто вижу, как родители молчат или искренне верят, будто вписываться в рамки – залог самоуважения. Их сыновья легко теряют себя. Проявите смелость, и сын поймет: и у вас, и у него есть жизненная позиция. Он тоже будет этим гордиться.Цель моей книги и всей работы с мальчиками – дать им действенную методику противостояния стереотипам, чтобы будущие мужчины росли самостоятельными, сильными и эмоционально полноценными личностями. Пусть мальчики восстанут и заново откроют себя, обретут силы взрослеть. Да, им будет нелегко, а порой и очень неприятно. Однако вооружившись верными целями, навыками и поддержкой, они разовьют в себе способность понимать мотивы собственных поступков и поступков окружающих. Научатся предотвращать конфликты, им не стыдно будет смотреть на себя в зеркало. Они начнут самостоятельную жизнь именно такими, какими хотят быть. Огонь в их сердцах не угаснет, и им не придется мириться с собственной посредственностью и посредственностью окружающих. Ведь ставки очень высоки: наши сыновья заслуживают правильных и полезных отношений, свободы заниматься тем, что им интересно, что вызывает у них здоровый азарт, чувство собственной нужности, ощущение, что у них есть связь с социумом, что они являются действующей и полезной частью чего-то большего. Именно этими четырьмя критериями и измеряется полнота счастья. Если мы позволим нашим мальчикам достигать этих целей, они вырастут настоящими мужчинами, и мы будем ими гордиться.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Что обеспечивало мальчикам высокий социальный статус во времена ваших детства и юности? Просили ли вы о помощи, когда вас унижали сверстники или взрослые? Если да, то что обычно происходило?

3. Популярность и толпа.

Девочки часто спрашивают: «Почему популярные девочки популярны? Они ведь даже никому не нравятся…». От мальчиков я такого вопроса ни разу не слышала. Не то чтобы они не обращали внимания на популярность и социальный статус – просто суть обоих понятий для них кристально ясна: быть популярным не значит нравиться людям. Тебя просто все знают и стараются с тобой не пересекаться. У девочек борьба за социальное превосходство довольно напряженная, чего не скажешь о мальчиках – у них межгрупповые процессы протекают куда спокойнее, потому как мальчики им покорны. Только не обманывайтесь – сила социального статуса никуда не делась. Социальные структуры у мальчиков столь же значимы, особенно когда возникает конфликт на почве злоупотребления силой. В этой главе мы рассмотрим, как популярность и статус влияют на общие социальные иерархии Мира мальчиков, а также – как мальчики ведут себя в отдельных группах.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

В чем вам довелось участвовать? Почему? Вам понравилось? Бывало, что вы не совершали некоторых действий из страха утратить социальный статус? На что вы нацеливаете сына?

АНАЛИЗ.

Почти все опрошенные мною ребята считают, что существует некая элита, составляющая 10 % от общего числа мальчиков. Элита полностью подходит под стандарты ЦМС. За ней хвостом следуют 75 % сверстников (так называемые середнячки), затем 10 % тех, кто держится ближе к дну и при этом составляет крепкую группу, – и 5 % составляющих внешний периметр (ребята, которые умудряются вращаться вокруг и тех, и других, и третьих). Каждая группа мальчиков общается с соответствующей группой девочек, иногда смешиваясь друг с другом, однако большую часть времени группы мальчиков взаимодействуют весьма ограниченно.

ЭЛИТА Итак, те самые 10 % ребят, что соответствуют ЦМС. Это не личности, это винтики в машине, и для них характерны четыре признака. Первый: они выглядят (но не являются) успешными в каком-либо «правильном» виде спорта: футболе, баскетболе, регби, хоккее или водном поло. Второй: прическа, манера одеваться, держаться на людях, походка и чванливая речь – у всех них одинаковые. Этот имидж становится социальной униформой. Третий: родители настолько вкладываются в статус сыночков, что поддерживают их имидж, отмахиваются от их проделок или горячо их отрицают. Четвертый, пожалуй, самый главный: жгучее желание этих ребят оставаться в числе топовых 10 %.Элитные группы оформляются к седьмому классу; в восьмом всем уже отчетливо видно, кто входит в эти 10 %. У ребят из топ-группы могут быть друзья, которые в «элиту» не вошли. Дружба постепенно сходит на нет, но ее можно при необходимости воскресить (например, если ребята – родственники, если их родители дружат, или их семьи общаются, или они вместе посещают занятия, на которые не ходит больше никто из топ-группы). Вот что говорит один из школьников:

...

Они вечно строят из себя крутых и в школе смотрят на всех с таким видом, будто хотят сказать: «Я такой серьезный, меня все достало. На обычный вопрос: “Привет, как дела?”, они отвечают тупым “Приветкакдела!”». Они считают, что общаться с другими ребятами – ниже их достоинства.

Итан, 16 лет.

...

У них словно культ. Каждый год пара таких выпускается… и рожает новых. Это замкнутый круг.

Огаст, 18 лет.

...

У себя в школе я как раз вхожу в элиту, но если честно, мне за это место приходится бороться. Я ведь не тупой качок, который играет в футбол и получает призы. Мне вечно приходится поступать и держаться так, как мне совершенно несвойственно, но надо соответствовать имиджу. У нас (десятипроцентников) крутые тусовки, бухло, клевые телки, и если бы не борьба за место в элите, я слился бы с толпой, и учеба стала бы просто невыносимой. Хочется на все забить и не напрягаться из-за статуса. А напрягаются все парни, что бы они там ни говорили.

Себастиан, 17 лет.

БОЛЬШИНСТВО.

Если ребята из числа десятипроцентников стесняются общаться с ребятами не из элиты, то ребята из большинства свободно общаются с представителями соседних групп. Большинство как раз и состоит из набора различных групп, по 5–10 человек в каждой. Невзирая на социальный статус, эти мальчики также подвержены давлению общественных норм и стандартов, определяющих мужественность, так что они тоже могут стесняться общения с другими, но… не переживают из-за СЦМС, как десятипроцентники. Парень из большинства действительно начинает заботиться о соответствии нормам, лишь когда собирается пробиться в элиту. Родители таких парней отнюдь не намерены вкладываться в повышение их социального статуса или направлять их на путь СЦМС.

...

Ребята, входящие в 75 %, гораздо более открыты переменам, так что я стараюсь общаться с ними: сегодня в обед можно посидеть за одним столом, завтра легко пересесть за другой. Они не трясутся из-за границ и территории, как «элитные».

Уилл, 15 лет.

...

Я в блатной группе. Не в самой блатной, но и не в средней. То, что я сейчас скажу, вам может показаться странным, но для меня это очень важно: в десятом классе я занимался в театральном кружке, и ребята пригласили меня на тусовку. Это было просто невероятно! Кто-то мне потом сказал, типа меня позвали только потому, что я из блатных, но я-то знаю: это не так. Ребятам из кружка нравится общаться со своими. Когда меня пригласили, я почувствовал, что стал одним из них.

Хантер, 17 лет.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Что писали вам одноклассники в школьных ежегодниках?

Если у вас нет ежегодника, то представьте: что о вас думали сверстники, когда вы еще были подростком?

Есть ли в окружении вашего сына ребята, с которыми ему было бы полезно (или вредно) дружить из-за их социального статуса?

Что говорит на этот счет ваш сын?

НИЗШАЯ СТУПЕНЬ.

Взрослые зачастую полагают, что ребята с низшей ступени – жалкие, одинокие, подавленные личности, объект вечных преследований. Это не так. Суть травли у мальчиков – добиться власти внутри одной группы или наказать мальчика из внешнего периметра (см. дальше). Ребята с низшей ступени знают о своем низком социальном статусе, о том, что в глазах других они странные, но им плевать на это, если у них есть хотя бы один верный друг. Многие считают, что верных друзей им обеспечивает отсутствие амбиций и стремления повысить социальный статус. Предположение, конечно, спорное, зато внутри группы эти ребята больше привязаны друг к другу, между ними нет постоянного соперничества.

Между тем их родители открыто негодуют, вмешиваются, пытаясь исправить социальное положение сына. Когда такое происходит с отдельно взятым мальчиком, он либо (даже понимая благие намерения родителей) обижается, мол, папа с мамой считают его неудачником, либо начинает слепо ценить социальный статус, забывая, что и кто ему на самом деле нравится. Да, порой ребята с низшей ступени чувствуют себя ущербными: у них нелады с девчонками, и им кажется, что, став «круче» и популярнее, они избавятся от проблем. Однако даже в этом случае вмешательство родителей – последнее, чего хочет мальчик. Ничто так не смутит его, как сама мысль, будто родители стараются найти ему подружку или повысить его популярность.

...

Родители часто не понимают разницы между ребятами с низшей ступени, у которых свой круг друзей, и одиночками, у которых с друзьями беда. Сравнивать их нельзя: одиночке и правда может потребоваться помощь родителей – у парня же с низшей ступени все хорошо.

Уилл, 15 лет.

ВНЕШНИЙ ПЕРИМЕТР.

Внешний периметр (ВП) состоит из ребят, которые в глазах сверстников вообще не принадлежат к социальной системе: анархисты, шутники, политики, успешные фанаты какого-либо одного предмета или вида спорта и те, у кого вообще нет навыков социального общения. К ВП я причисляю многих людей, которые наделены совершенно разными характеристиками и могут стоять на разных ступенях социальной лестницы.

Мальчик может выйти в ВП, потому что, понимая правила СЦМС (даже если называет их иначе), не видит смысла в социальной иерархии и имеет верных друзей за пределами школы. Такой паренек исключительно хорошо сливается с фоном: остальные ребята просто не знают, что с ним делать, и потому как бы не замечают его.

Есть в ВП и мальчики негибкие, с весьма ограниченной способностью заводить и поддерживать отношения. Им и впрямь невдомек, как знакомиться с другими людьми и понимать знаки, которые для прочих членов социума просты и понятны. Таких ребят игнорируют или третируют как чудиков (о них читайте в главе «Ничейная земля»).

...

В прошлом году Рику, нашему шестнадцатилетнему сыну, поставили диагноз: легкая форма синдрома Аспергера [4] . Он уже преодолел множество проблем, таких как гиперчувствительность, но с общением у него по-прежнему беда: ему трудно, он словно не дорос до контактов со сверстниками. Я постоянно плачу – ведь наш сынок такой одинокий.

Кэти.

...

Мне тяжело заводить друзей, поэтому приходится держаться за имеющихся. У меня сейчас есть друг, и он меня ко всем ревнует. Как мне быть? Я запутался.

Майкл, 16 лет.

...

В девятом классе я делил комнату в общаге с одним парнем, у которого реально были проблемы с общением: он просто вынуждал других ненавидеть себя. Я пробовал поговорить с ним, но он даже слушать не захотел, ему плевать было на добрый совет.

Нед, 16 лет.

Чуть ниже, в главе «Ничейная земля» мы отдельно рассмотрим жизненные проблемы, с которыми сталкиваются социально неприспособленные ребята. Даже если у вашего ребенка нет таких проблем, все равно прочтите эту главу – ваш сын наверняка учится в одной школе с такими неприспособленными ребятами, и ему волей-неволей приходится участвовать в их травле.

Случаются любопытные исключения из правил, когда социальные группы ребят взаимодействуют: чаще всего, если они вместе выпивают или курят травку. На следующий день после отправки этой части книги мальчикам-редакторам я получила по электронной почте письмо от шестнадцатилетнего Брайана:

...

Вчера я лично во всем убедился! У нас в школе есть типичные социальные группы, которые днем стараются не пересекаться. Зато вчера один мой кореш (раздолбай) рассказал перед тусовкой, что он вместе с двумя хипстерами, качком, музыкантом, двумя драгдилерами и еще одним раздолбаем забили косяк. Я сперва машинально подумал: травка?! ничего себе! Зато позже опомнился: качок, это который типа крутой и не общается с теми, кто не в стае, сам пошел тусоваться с хипстерами, а они – с ним?! Ого!

Брайан, 16 лет.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

К какой «стае» вы относились в средних классах?

К какой «стае» вы относились в старших классах?

Что вам это дало?

Хотелось ли вам выйти из компании и хватило ли на это мужества?

БОСС И МИНЬОНЫ.

Я показала в общих чертах, как взаимодействуют мальчиковые «стаи». Теперь мы подробнее изучим устройство группы, посмотрим, кто какую роль в ней играет. Внутри отдельно взятой группы почти у каждого мальчика есть лучший друг, от трех до пяти близких знакомых, с остальными же он просто взаимодействует как с членами «стаи», но не общается один на один. Мальчики заверили меня, что внутри всякой группы – несмотря на статус – можно выделить одни и те же роли. Ниже приведен список этих ролей. Если читая их характеристики, вы узнаете в какой-либо своего ребенка, значит, вы определили его место в социальной структуре.

Вот они, эти роли:

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

В средних классах СЦМС буквально вынуждает мальчика взять на себя одну из ролей: она проявляется и закрепляется за ним, когда он начинает взаимодействовать со сверстниками. В старших классах ребята попадают в ловушку своей роли, правда, большинству старшеклассников играть ее постоянно не приходится. Вот, посмотрите: всякому, даже юноше с самым высоким социальным статусом, иногда приходится унижаться, чтобы угодить кому-то, кто стоит еще выше. Однако по-настоящему стоит обратить внимание на то, что у ребят постарше (и у мужчин) роль проявляется, если в группе возникает конфликт. В такие моменты она является «во всей красе», и мальчики ведут себя, как их запрограммировало СЦМС. Теперь рассмотрим внимательнее эти роли.

МОЗГ Харизматичен и от природы чувствует человеческие слабости. Это позволяет ему эффективно унижать людей на глазах у окружающих. В группе он определяет, что смешно, что глупо и т. д., и у него есть право отвергать противоположное мнение (это относится ко всему, начиная от цвета кроссовок и заканчивая реальными политическими вопросами). Он не слишком разговорчив с девочками, но умеет заполучить и удерживать их внимание (причем делает это с таким видом, будто оно ему безразлично). В средних классах решает, когда всей «стае» покинуть столовую. В старших классах становится первосортным спорщиком; особенно хорош в спорах с девочками – он умеет заставить их чувствовать себя глупыми. Его любят взрослые, уважающие СЦМС. Несмотря на название роли, Мозг отнюдь не походит на расчетливого и сверхумного главаря; важна лишь его способность влиять на окружающих. Трудно сказать, сколько в мальчике от реального «Мозга», пока его авторитет не окажется под угрозой: в этот момент из пофигиста он превращается в самоуверенного, воинственного политика.

...

Если Мозг плохо отзывается о ком-то, то этого человека будут ненавидеть все. Если кто-то плохо отзовется о Мозге, на его слова никто не обратит внимания.

Райан, 11 лет.

...

Он ловко умеет опустить кого-нибудь за глаза.

Макс, 15 лет.

...

У него такой вид, будто он всегда знает, что делать.

Райан, 14 лет.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ?

Власть и контроль.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? Хотя сам Мозг никогда никому этого не скажет, он ощущает давление – ведь ему надо удерживать позиции. Он не станет рисковать имиджем, ни за что не призна́ется, если чего-то не понимает. Его связи не прочны, потому что он удерживает при себе друзей исключительно страхом и властью.

ПРАВАЯ РУКА На первый взгляд, Мозг и Правая рука похожи, однако последний гораздо коммуникабельнее и всем нравится. Он интересуется делами окружающих и тем, какую из этого выгоду могут они с Мозгом извлечь.

...

Именно его уважает Мозг: Правая рука может говорить ему правду в глаза и не бояться получить за это по морде. С первого взгляда его в толпе не выделишь, однако именно с ним Мозг общается чаще всего.

Иэн, 17 лет.

...

Его любят больше, чем Мозг. Плюс он всё обо всех знает. Скажем, народ собрался на тусовку. Правой руке сразу пишут эсэмэску о том, где все зависают. Затем он докладывает Мозгу; тому остается сказать: «Ага, пошли», и вся группа отправляется тусоваться.

Кейт, 14 лет.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ?

Покровительство Мозга.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? Он неотделим от Мозга и потому лишается индивидуальности.

ВЫШИБАЛА Как и настоящий вышибала в клубе, он крупный, высокий, имеет угрожающий вид и готов пожертвовать собой, исполняя обязанности. Роль проявляется к седьмому классу: такой мальчик не умеет отстаивать свою позицию в спорах и не способен понимать мотивацию чужих поступков. Мозг и Правая рука всегда могут уговорить его взять на себя вину за них, ведь он рад доказать свою преданность. По их приказу он может оскорбить ребят из другой группы, а девочкам наговорить пошлостей. Девочки в этой социальной группе не любят Вышибалу, а он не понимает почему. Вообще, в ситуациях с девочками он всегда лишний или же его сводят с кем-нибудь столь же социально уязвимым.

...

Вышибала высокий – по сравнению с остальными. Он силен, но силу использует редко. По-моему, ему на это мозгов не хватает. К учебе относится наплевательски, непонятно, что у него вообще в голове происходит.

Оливер, 16 лет.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ?

Социальный статус и власть, которые без Мозга и Правой руки ни за что бы не получил.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? Уважение окружающих и возможность вести здоровую общественную жизнь. Слепая преданность не позволяет ему видеть, как им манипулируют. Прочие ребята не любят Вышибалу, не любят находиться рядом с ним.

ВСЕ ТРОЕ ИМЕЮТ СЛЕДУЮЩИЕ ОБЩИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ: Они ведут себя вызывающе, так что об их прибытии или присутствии тотчас становится всем известно. Обожают делать окружающим замечания расистского, сексистского, гомофобного толка и смеются, когда им велят прекратить (другие мальчики, девочки или взрослые). Любят по мелочи нарушать школьные правила, как будто власть взрослых на них не распространяется. Обожают демонстративно входить в кабинет директора школы, чтобы потом прилюдно посмеяться над «глупыми жалобами» других ребят, их родителей или учителей. В крайнем случае могут даже попытаться отомстить кому-либо из взрослых или изначальной жертве оскорблений.Мало уважают (или не уважают вовсе) женщин на руководящих постах или мужчин, не соответствующих ЦМС.

ЗАВОДИЛА Если в группе возникает напряженная ситуация, он всегда снижает градус накала. Рад отвлечь на себя внимание, подурачиться. Любит спорить, но не воспринимает дебаты серьезно или глубоко лично. На хвастовство или агрессию со стороны других членов группы отвечает хвастовством отчетливо абсурдного и нереального характера. С ним окружающие чувствуют себя спокойно. Юмором он располагает к себе людей.

...

Если он пытается вести себя серьезно, от него отворачиваются и говорят: «Хватит». От него ждут только шуток.

Тоби, 18 лет.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ?

Чувство принадлежности к группе и защищенности в ее пределах. Он член «стаи», и за место в ней ему не надо отчаянно бороться или совершать дурацкие поступки.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? Ему приходится поддерживать определенный имидж, чтобы не быть исключенным из группы. Его редко воспринимают всерьез.

СОВЕСТЬ Боится попасться, ему страшны последствия проделок. Настойчиво призывая к ответственности, он начинает бесить других ребят – словно старая занудная нянька. Если же он в группе давно, с его присутствием мирятся.Из-за стремления всегда и во всем следовать правилам Совесть ответственно подходит к школьным заданиям и порядку, его могут заставить помогать с уроками / выполнять их вместо друзей. Порой он устает от образа безотказного друга и совершает нечто, лишь бы доказать – на потеху друзьям, – что никакой он не белый и не пушистый. Ему всецело доверяют и используют как дымовую завесу для взрослых и представителей власти. Например, он за всю компанию может ответить полицейскому: «Простите, офицер, я знаю, что мои друзья сильно шумят. Хорошо, мы убавим громкость музыки. Нет, сэр, я не пил».

...

Я в нашей группе Совесть, и меня это бесит: я разрываюсь на части, когда остальные ребята «косячат», а мне за них оправдываться.

Билл, 16 лет.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ?

Учителя, администраторы и родители считают его хорошим мальчиком, оказывая ему больше доверия, нежели остальным.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? Иногда его исключают из компании. Ребята не станут посвящать его в некоторые планы: он постоянно нудит, если они затевают нечто глупое, подлое или опасное.

БОКСЕРСКАЯ ГРУША Почти в каждой группе есть мальчик, которого все любят и при этом нещадно унижают. Старший брат может сказать: «Моего братишку бью только я». Если кто-то чужой обидит Грушу, ребята вступятся за него горой. С кем бы он ни отправился на свидание, ребята его изведут. Несмотря на все это, Боксерская груша терпеть не может конфликты и хочет со всеми ладить.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ? Немного: есть друзья, но цену за эту дружбу он платит высокую.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? Он не видит иного выхода, кроме как принять такое отношение.

МУХА [5] Вьется у границ группы – либо большой социальной, либо отдельной мальчиковой «стаи». Он отказывается признавать, как сильно всех раздражает; если его родители состоятельны, он пытается купить друзей или завоевать признание хвастовством. Какое-то время ребята терпят Муху, однако постепенно накапливается раздражение, которое, в конце концов, вырывается наружу. Исключая Муху из «стаи», ребята не ощущают за собой вины – по их мнению, он виноват сам.

...

Быть Мухой – отстойно. Родители не видят или не хотят замечать, что их сын – Муха. Они продолжают тратить деньги и думают, что он нам нравится. Муха не нравится нам, мы его используем. Родители не видят разницы.

Крис, 15 лет.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ?

НИЧЕГО.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? МНОГОЕ.

ЗАСТУПНИК На такого мальчика не распространяются правила СЦМС, хотя при этом он обладает положительными центровыми качествами. Пользуется уважением. Он спокойно воспринимает критику; не заставляет окружающих бросать ради него своих друзей и сам не бросает никого в пользу более выгодной компании. Он вмешивается, если кого-то унижают, спокойно общается и с теми, кто соответствует ЦМС, и с остальными. Оставаясь при своем мнении, он все же прислушивается к чужим советам.

ЧТО ОН ОБРЕТАЕТ? Окружающие искренне любят и уважают его.

ЧТО ОН ТЕРЯЕТ? Он рискует остаться в гордом одиночестве и навлечь на себя гнев окружающих за то, что поступает по совести или не соответствует ЦМС. Бывает, что он чувствует себя старше сверстников, он чужой среди своих.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Ни в коем случае не сообщайте сыну, кого вы в нем распознали, даже если на сто процентов уверены в своей правоте! Просто сделайте в уме пометку. Если хотите знать его мнение – дайте прочесть эту главу и спросите: заблуждается ли автор в целом или по поводу отдельных пунктов или в принципе знает, о чем говорит?

Потом спросите, на чем основано его заключение. И еще: ни под каким соусом не употребляйте слов типа «клика» или «отряд»! Ваш сын тотчас же решит, что вы считаете его девчонкой (самой «бесючей» в его классе).

БУНТ ПРОТИВ ЦЕНТРОВЫХ СТАНДАРТОВ.

Социальные роли – не пожизненные. Мозги, бывает, осознают истинную цену заносчивости, Груши учатся держать удар, Мухи понимают, что люди полюбят их, если не навязывать себя. А Заступникам, как ни странно, надоедает роль морального оплота: постоянно строить из себя поборника справедливости – утомительно.

В то же время я признаю: у мальчика, которому вы это читаете, в жизни могут быть свои, совершенно уникальные обстоятельства и друзья. Он может ходить в школу, где все ребята равны и не отличаются по уровню достатка родителей; в школу, где в коридорах звучит речь на двадцати пяти языках; в крохотную школу, где он всем и каждому знаком с пяти лет; или в огромную школу, где большинство знает его лишь по документам. От проявлений власти никуда не деться, они есть везде. Всегда будут те, кто посередине. Отщепенцам порой придется противостоять власть имущим, тем, у кого больше влияния. У всех на глазах сверстники будут попадать в ловушку СЦМС или кого-то будут преследовать за несоответствие стандартам. Ваш сын должен знать, что делать в такие моменты.

Проанализировав СЦМС, популярность и групповые динамики в любом конкретном случае, легко увидеть, что они «наследственные»: мальчик как бы повторяет судьбу кого-либо из окружающих его мужчин. (Другой вопрос, призна́ют ли они это, вспомнят ли.) Впрочем, нынешнее молодое поколение относится к социальной структуре Мира мальчиков уникальным образом. Хотя сегодня по инерции популярным стереотипом успешного парня продолжает оставаться качок, по сути, он уже утратил монополию на популярность. Высокий социальный статус обретают музыканты, скейтеры, хипстеры и даже драгдилеры. Особенно в крупных разнотипных школах, где гораздо больше одной социальной иерархии. Тут юношу подстерегает опасность: неважно, что он делает или что от него требуется, дабы получить высокий статус – сам статус может запросто опьянить его. Почему? Да потому что большая власть быстро убеждает, что с окружающими можно поступать как угодно. Сами по себе популярность и общественное влияние – это не зло (так же как и футбол или лакросс). Зло – когда юноша зазнаётся и ставит себя над другими. Будучи гордым родителем успешного и соответствующего стандартам сына, вы легко можете забыть, как трудно ему в будущем вырасти в достойного, обладающего моральными принципами мужчину, каким бы вы хотели его видеть.

ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ? Чуть позже мы уделим этой проблеме много времени, однако сейчас примите как данность следующее:

НЕ ОТМАХИВАЙТЕСЬ ОТ ЕГО ПРОБЛЕМ Ваш сын будет вести себя как злой или трусливый человек, пожиная плоды собственных неверных решений. Если хотите, чтобы он выжил в подростковый период, необходимо признать: его ждут сложные ситуации этического характера, и вы скорее всего будете удивляться тому, как он из них выходит.

ОН ВСЕГДА НАЙДЕТ ОПРАВДАНИЯ СВОИМ ПОСТУПКАМ Хорошими его решения вам, может, и не покажутся, но на момент выбора вашему сыну они казались идеальными.

С ДРУЗЬЯМИ ОН ВЕДЕТ СЕБЯ ИНАЧЕ, ЧЕМ С ВАМИ Надейтесь на это! К четвертому классу ребенок уже должен понимать: при взрослых надо быть паинькой – не то что с друзьями. При вас он не обязательно станет подхалимом; просто будет следить за речью, почаще говорить «спасибо» и не пересказывать услышанные по дороге из школы грязные анекдоты. Просто признайте: ваш сын в кругу друзей может быть тем еще пошляком.

ДЛЯ ВАС И ДЛЯ ДРУЗЕЙ У НЕГО РАЗНЫЕ ЛИЧИНЫ Ваш сын старше двенадцати лет все еще спит с любимой плюшевой игрушкой? А его друзья об этом знают? Вы и друзья вашего сына знаете его с разных сторон. Не с лучших или худших. Просто с разных.

ПРИДЕТСЯ ОПИРАТЬСЯ НА ИНФОРМАЦИЮ ИЗ ВТОРЫХ РУК Либо на то, что скажут другие родители, учителя, тренеры, либо на то, что вы подслушали из разговоров ребят. Ваше влияние на сына ограничивается тем, что вы можете сделать до и после. Свидетелями того или иного происшествия будут лишь его сверстники. Даже проверяя каждый вечер его эсэмэски и посты в социальных сетях, вы не получите полной картины. Ваш сын должен сам уметь постоять за себя – опираясь на вашу моральную поддержку, а не на физическое присутствие.

Теперь, когда вы ознакомились с мальчиковыми социальными структурами, мы подробнее рассмотрим конкретные конфликты, возникающие в среде сверстников, и я объясню вам, как помочь своему ребенку. Нам необходимо пересмотреть наше общение с сыновьями и свои, казалось бы, знания о них, дабы мальчики слушали нас, уважали и обращались к нам за помощью. Самое большое препятствие у нас на пути – это убедить сына, что приоткрытый нами занавес над Миром мальчиков вовсе не усложнит его жизнь. Если вы хотите продуктивных и позитивных отношений с сыном, внимания с его стороны, вам придется серьезно пересмотреть собственное отношение ко многим явлениям. Это не так-то просто, однако именно этим мы сейчас и займемся.

4. Напролом сквозь стену.

...

Нам приходится мысленно отгораживаться от мира, иначе мы рискуем сойти с ума. Все мальчишки притворяются другими, особенно перед родителями и незнакомцами.

Рафаэль, 17 лет.

...

Иначе как криками с моим сыном-подростком разговаривать не получается: когда говоришь нормальным голосом, он воспринимает мои просьбы, требования и решения как мысли вслух.

Алиша.

Уже по тому, как он открывает дверцу машины, вы знаете: сын в дурном настроении. Вы, как любящий родитель, спрашиваете: «Все нормально?», добавляя: «Хочешь поговорить?», однако ребенок бурчит: «Нет, все нормально». Стоит надавить на него – и он отворачивается к окну, откидывает спинку сиденья назад и замыкается в себе.

Воспитывать мальчиков – занятие неблагодарное. Когда ваш сын зол или расстроен, то ощущение такое, будто вам нужно очень быстро и при минимуме вводной информации подобрать ключевые слова. Если они подобраны неверно, то на его лице можно прочесть: «Вот поэтому я и не делюсь с тобой переживаниями. И никогда не поделюсь вообще».

Шансы найти «верные слова» равны шансам выиграть в лотерею. Вот только не выиграть в лотерею не так страшно: вы теряете всего пару долларов, и никто не смотрит на вас как на дурака. Зато делая ошибки в воспитании сына, вы чувствуете себя полным идиотом, да и ставки слишком высоки: ведь, возможно, вашему сыну действительно нужны помощь и утешение.

В этой главе я раскрою общие методы «чтения» ребенка. Овладев ими, вы сможете более эффективно интерпретировать его слова и язык тела. Однако прежде чем объяснить, когда, как и зачем сын вообще с вами разговаривает, я перечислю причины, по которым он с вами НЕ разговаривает:

• Он думает, что беседа с вами в лучшем случае не принесет пользы, а в худшем все испортит. • Не хочет вас злить. • Не хочет, чтобы вы злились на того, из-за кого у него проблемы, потому что иначе вы запретите ему общаться с этим человеком и придется общаться с ним втайне от вас. • Он не хочет, чтобы вы считали, будто он не разбирается в людях. • Не хочет неприятностей. • Не хочет вас беспокоить. • Не хочет вмешивать вас в дело из страха навлечь на себя публичное унижение. • Хочет сам во всем разобраться, чтобы вы впредь не лишали его этой привилегии. • Не хочет, чтобы вы лишали его средств связи с внешним миром.• Разве сами вы, по возможности, не избегаете конфликта?

После ознакомления с этим перечнем разумно предположить, что смысла надеяться на честное общение с сыном нет вообще. Ведь он всегда найдет логичное оправдание тому, чтобы не делиться с вами чем-либо мало-мальски проблемным. Мальчиков надо убеждать, что, хотя взрослых необязательно посвящать во все детали своей личной жизни, однако совсем не дурно хотя бы иногда впускать нас в свой Мир. Вдруг нам да удастся как-то помочь? Впрочем, тут-то и кроется загвоздка: у мальчиков есть веские причины отгораживаться от нас. Как ни печально, ответ возникает сам собой, когда мы глядимся в зеркало. Мы якобы пытаемся наладить с сыновьями эмоциональный контакт, однако в повседневной жизни даже близко к этому не подходим. Мы не находим времени, чтобы взглянуть на этих юных созданий. Мы контролируем каждый шаг ребенка, осуждаем его, узурпируем власть над ним, наставляем… Ирония судьбы: отталкивая нас, мальчики на самом деле стремятся к взаимодействию. Просто они не знают, как об этом попросить, и боятся, что в ответ на просьбу мы заткнем им рот.Для начала давайте взглянем на распространенную ситуацию между детьми и родителями. На претензию типа: «Мне стыдно с тобой!». Полезно смущать сына «по-хорошему»: когда вы требуете признать свои чувства к нему, показываете, как вести себя достойно в трудные минуты, проявляете эмоции по-взрослому, уважительно высказываетесь о ком-то (когда сын предпочел бы не слышать вашего мнения) и не боитесь выглядеть глупо.

ПРИМЕРЫ СМУЩЕНИЯ «ПО-ХОРОШЕМУ»: • Подпевать радио (даже когда везете приятелей сына). • Обнимать и целовать сына на людях. • Поправлять ему упавшую на глаза челку. • Просить прощения от его имени за глупое поведение.• Сопровождать его на школьный бал и следить за соблюдением порядка.

...

Помните шестой фильм про Гарри Поттера? Там был момент, когда из-под воды в пещерном озере выныривает рука и хватает Гарри. Моя мама, увидев это, от неожиданности заорала на весь кинотеатр. С нами была подруга, и она решила, что это такой спецэффект. А еще я терпеть не могу брать маму на спортивные мероприятия: на стадионе она тоже орет во все горло. Я стараюсь не обращать на это внимания, а она кричит еще громче.

Брайан Т. С.

Впрочем, это не единственный способ смутить ребенка, и вот тут-то начинаются трудности посерьезней. Порой мы не понимаем, когда сын обращается к нам с настоящей просьбой: мы отметаем жалобы, потому что его, видите ли, смущает все, что бы мы ни делали. Как ни трудно признавать, у наших сыновей есть право возмущаться, когда мы обсуждаем их личную жизнь. Они не хотят, чтобы их клеймили как нудных и угрюмых подростков. Они хотят уважения к своим тайнам, а это значит, что обращаться с ними прилюдно следует уважительно. Вот вам примеры того, как родители смущают детей, и если вы узнаете в них себя, то, думаю, согласитесь: у мальчиков есть все основания от вас отгораживаться.

ПРЕДСТАВЛЯЯ СВОЕГО СЫНА, ВЫ НАЗЫВАЕТЕ ЕГО НЕДОСТАТКИ Вообразите, как пятнадцатилетний сын представляет вас людям: «Это моя мама, Розалинд. Она такая стесняшка». Что же удивляться, когда пятнадцатилетний мальчик, которого мама представила мне именно таким образом, убежал к себе в комнату? Да, он, может, и скромник, но что бы на его месте сделал другой? Научите сына представляться – и он сам назовет свое имя и создаст желаемый образ.

ЧРЕЗМЕРНАЯ ОТКРОВЕННОСТЬ.

...

Просто поразительно, как рано сегодня начинается половое созревание! Сын готов вспылить по любому поводу!

Не следует рассказывать о физическом развитии сына, о последней вашей ссоре, его достижениях или провалах, как будто без этого обществу отпрыска не представишь. («Здравствуйте, это мой сынок Джон. Его команда победила на соревнованиях штата. Мы так им гордимся!») Под обществом я подразумеваю: людей в очереди, на вечеринках, незнакомцев, с которыми вы случайно заговорили, и даже хороших знакомых – если ваш ребенок находится поблизости. Если вам и вправду необходимо обсудить какую-либо проблему с третьим лицом, поговорите с ним наедине, не в присутствии сына. Помните: представляться ваш ребенок должен сам.

Если вы признаете свою вину хотя бы по одному из приведенных выше пунктов, отправляйтесь к своему чаду и скажите: «До меня дошло, что порой я лишаю тебя возможности высказываться самому. Отныне буду держать себя в руках, а если у меня не получится, вежливо напомни мне: “Мам/пап, все хорошо, дальше я сам”. Обещаю тут же замолчать. Если я рассказываю о тебе что-то лишнее – одерни меня».

Да, все мы даем слабину и болтаем о сыновьях, но можно ведь иногда и промолчать? У вас есть хобби? Интересное занятие? Вы можете рассказать что-нибудь о себе, не упоминая при этом детей? Это ведь так здорово! В свою очередь, сыну приятно иметь интересного родителя, у которого есть свои увлечения.

НЕЛОВКИЕ МОМЕНТЫ Это когда вы временно срываетесь, выказывая себя или озабоченным и/или настырным, самоуверенным родителем. Если честно, я еще не встречала взрослых, которые бы никогда не срывались. Ключ к успеху – в том, чтобы вовремя одернуть себя.

ПРИМЕРЫ СРЫВОВ: • Выкрикивать оскорбления в чужой адрес на поле или со скамьи стадиона. • Сплетничать о чужих детях.• Подойти к другому родителю, тренеру, педагогу, вожатому в лагере и сразу, без представлений, не введя его в курс дела, заявить о некой проблеме, которую надо обсудить. (Я и сама так поступала, обрывая потом себя на середине тирады: «…ох, что это со мной? Простите, давайте заново. Доброе утро! Можно с вами поговорить?»).

ЗАЧЕМ ВООБЩЕ С НИМ РАЗГОВАРИВАТЬ?

...

Пытаюсь наладить общение, однако у меня чувство, будто я хлопаю дверьми. Тогда я жду, пока сын раскроется сам, и обращаюсь с другим вопросом, думая, что до этого спрашивал неправильно… и снова ничего не выходит.

Джеймс.

Джеймс не одинок в своей беде. Много отцов (и матерей) делились со мной схожими переживаниями. Естественно, мы хотим наладить общение с родным сыном, чтобы обе стороны чувствовали себя уютно в процессе коммуникации. И просить сына поделиться какими-то деталями (абсолютно любыми) собственной жизни – это не сверхъестественное требование. Вы ведь не просите выкладывать все подчистую – хватит и небольших фрагментов. Однако надо быть честными: поводов для разговора у родителей куда больше, нежели простое желание наладить приятный диалог или помочь сыну, если у него выдался трудный день. Вот вам четыре основных повода:

1. Искреннее любопытство: мы хотим знать, что происходит у него в жизни. 2. Мы привлекаем его внимание, когда требуется что-нибудь сделать. 3. Обеспокоенные, мы хотим его разговорить.4. Мы уверены, что ребенок собирается совершить (или уже совершил) глупый, дурной или опасный поступок. Мы хотим знать все, дабы минимизировать ущерб или привлечь ребенка к ответственности.

Все эти поводы переплетаются и вредят отношениям. Наши, на первый взгляд, незначительные ежедневные беседы не проходят бесследно и имеют огромный смысл, ведь они – фундамент отношений. Не прислушиваясь друг к другу в пустяковых разговорах, в серьезных мы тем более не станем прислушиваться. Помните, я призывала: «Слушайте друг друга». Мы ведь не проповедники! Слушать – значит быть готовым измениться под влиянием услышанного. Хотите добрых отношений с сыном – слушайте и цените его слово. Проблемы у него те же, что и у вас в его возрасте, просто сын живет совершенно в другом мире. Вы совершали общие для подростков ошибки и хранили их в тайне; у вашего ребенка такой возможности нет. Если вы оказывались в неловком или унизительном положении, ваш позор и не думали выставлять напоказ, на потеху публике. Успокойтесь и вспомните момент из жизни, который вы хотели бы сохранить в тайне. Защиты нет, тайны нет – такова реальность вашего сына. Это не то чтобы плохо, просто ваш ребенок растет в эпоху, когда личное и общественное понимаются иначе.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Остерегайтесь комментариев вроде: «Пойди в школу и пообщайся с друзьями. Это легко, вот увидишь». Ни один мальчик не захочет слышать подобного и не почувствует себя лучше, не поверит, будто такие комментарии полезны или имеют хоть что-то общее с реальностью.

ПОВОД ПЕРВЫЙ: МЫ ПРОСТО ХОТИМ ЗНАТЬ, ЧТО У НЕГО ПРОИСХОДИТ.

Все мои редакторы-мальчики хотели, чтобы взрослые прочли конкретно эту часть книги. Неважно, что произошло, но если родители начинают заваливать сына вопросами, он моментально выключает слух и отвечает односложными, пустыми фразами, какие только способен придумать, лишь бы взрослые отстали. Не имеет значения, выходец ли мальчик из бедной или богатой семьи, ходит он в общеобразовательную, частную или приходскую школу, двенадцать ему или восемнадцать, какой он национальности и вероисповедания, – стоит спросить его о подобных ситуациях в семье, как он начинает пародировать родителей. Причем с таким жаром, с каким на проповеди верующий вскакивает и кричит: «Аминь, братья! Сей муж глаголет истину!» [6].

Поверьте, я неоднократно пыталась объяснить мальчикам, что родители руководствуются самыми благими намерениями. Мы ведь любим своих сыновей и хотим знать, что творится у них в жизни. А еще мы убеждены, будто узнав всю их подноготную, сумеем укрепить отношения. Однако послушайте самих мальчиков. Вопросы начинаются, стоит нам увидеть сына. Забираем ли мы его из школы, из секции или ловим, когда приходим домой с работы – наши вопросы сыновья воспринимают как реальную физическую атаку.

...

Каждый день, как я возвращаюсь из школы, мама сходу спрашивает: «Расскажи мне пять новостей». Пять!.. Как она меня достала.

Джейк, 16 лет.

Ну, положа руку на сердце, сами-то вы можете вспомнить пять событий сегодняшнего дня? Когда Джейку не удается припомнить пять событий в школе, создается впечатление, будто он что-то утаивает. От этого ему становится тошно; одновременно он раздражается, не желая ранить чувств матери.

Взгляните на картину в целом. Ваш ребенок в школе – часть сложной социальной картины, в которой также участвует множество других ребят и взрослых. Он взаимодействует с Мозгами, Вышибалами, с теми, кто ему нравится и кого он ненавидит, представителями власти, которые пользуются своим положением с различной степенью профессионализма; при этом он еще как-то умудряется учиться и посещать внеклассные занятия. Подобные нагрузки изматывают эмоционально и физически. Чтобы справиться с ними, ваш сын создает собственную уникальную броню и носит ее целый день.

Когда он после занятий садится в машину, меньше всего ему хочется вступать с вами в напряженный разговор. Ему надо тихо сбросить давление, разрядиться: не думать, не говорить, а молча послушать музыку по радио или просто смотреть в окно. Это вовсе не дает ему права становиться грубияном или весь день играть в видеоигры, переписываться с кем-то по телефону или сидеть в наушниках. Я лишь хочу, чтобы вы взглянули на ситуацию его глазами – так и вам, и ему будет легче чувствовать себя комфортно в компании друг друга.

Ваша цель – устранить напряжение в первые минуты разговора. Если получится, ребенок сам расскажет, как у него прошел день в школе. Попробуйте не задавать вопросов при встрече и позволить ему самому выбрать радиостанцию (в разумных пределах, конечно же: вы не обязаны слушать то, от чего вас воротит). Если сын не заговорил в первые несколько минут, ознакомьтесь с предложением Уолтера:

...

Я бы охотно ответил, если бы мама спросила о чем-нибудь несложном, о чем ей самой приятно услышать. Например: «Даю минуту на то, чтобы ты… перечислил лучшие и худшие моменты за день! Время пошло!» Я сразу настроился бы на разговор, да и маме было бы полезно задавать разные вопросы, а не один и тот же: «Приветкакдела?» Однообразие убивает интерес.

Уолтер, 14 лет.

САМЫЕ РАСПРОСТРАНЕННЫЕ И БЕСПОЛЕЗНЫЕ ВОПРОСЫ РОДИТЕЛЕЙ:

При встрече, сразу после школы : «Как день прошел? Что нового узнал? Что интересного?».

Когда забираете/встречаете сына после тренировки : «Как позанимался? Что делали? Трудно было? Успехи есть? Победил? Старался?».

Когда забираете сына после вечеринки (в начальных и средних классах) : «Что делали? Хорошо/весело провел время? Кто еще приходил?».

Когда забираете/встречаете сына после вечеринки (в старших классах) : «Кто еще пришел? Взрослые были дома? Ты с ними поговорил? Ты ведь прилично себя вел?».

Когда просто встречаете сына, возвращаясь вечером домой : «Куда ходил? Что делал? Кто еще с тобой был? Повеселились?».

Самое подходящее время для разговора с маленькими мальчиками – когда они ложатся в постель: свет погашен, и у них есть еще несколько минут перед сном. С ребятами постарше говорить тоже лучше ночью. Да, это тяжело, ведь после половины десятого у взрослых глаза слипаются, а у подростка сна ни в одном глазу. Однако хотя бы раз в две недели попробуйте не спать до десяти и заглядывать к нему в комнату для беседы.

...

Родителям можно с нами разговаривать – за ужином, но только не о девчонках, особенно если рядом наши братья и сестры. И без вопросов перед школой: с утра я вообще никакой. Так что перед сном – самое время.

Райан, 18 лет.

ИНОГДА ОНИ ТОЛЬКО ПРИТВОРЯЮТСЯ СПЯЩИМИ.

...

Садясь в машину, я сразу надеваю наушники и притворяюсь, что сплю. Неохота обижать маму, но своими вопросами она реально напрягает.

Джастин, 14 лет.

...

Я притворяюсь спящим, это моя основная уловка. Всякий раз, когда мама с папой приходят домой, я закрываюсь от них. Они не умеют нормально разговаривать – постоянно орут друг на друга.

Тайлер, 14 лет.

...

Для этого и придумали шумоподавляющие наушники.

Томас, 14 лет.

Если вы желаете установить связь с сыном, то выучите главное правило: не навязывайте ему разговор. Можно пообщаться во время занятий чем-либо или на прогулке, не ставя целью разговор как таковой. Если вы делаете что-нибудь вместе, мальчики (и девочки, кстати, тоже) чувствуют возникшую между вами связь. Наладить плодотворный диалог можно без лишних напрягающих слов, если просто отправиться с сыном на прогулку или рыбалку, поработать над чем-то вместе, сыграть в баскетбол, бейсбол, послушать музыку в машине или просто посидеть с ним в одной комнате. Не бойтесь молчания. Телевизор, телефоны… все это производит столько фонового шума, что мы забываем, как хорошо побыть в тишине.

И запомните: если сын еще слишком молод, чтобы водить машину, вы можете стать его ключом к любимым игрушкам. Скажем, ему не нравятся мультики, а больше по душе собирать модели самолетов. Предложите съездить в самый лучший магазин игрушек. По дороге туда и обратно разговаривать вообще не обязательно, равно как и покупать что-либо. Поездка самоценна сама по себе.

Если вы прежде ничего подобного не совершали или же пытаетесь наладить отношения после ссоры, то приготовьтесь к агрессивной реакции со стороны сына. Например, вы предлагаете отправиться на собрание любителей комиксов, а он фыркает: «Ну его на фиг», будто комиксы ему совершенно неинтересны, и вообще идея глупая, хотя в кладовке у него горы графических романов. Или же отвечает со злобой: «С каких пор тебе интересны комиксы? Помириться хочешь, заманиваешь?», или: «Зачем ехать с тобой, если можно с друзьями?».

Никто не обвинит вас в слабости, если после такого отказа вам захочется опустить руки, но не вздумайте сдаваться. Как бы трудно вам ни было, попробуйте зайти с другой стороны: «Я не собираюсь мозолить тебе глаза и лезть в душу. Просто было бы здорово узнать то же, что и ты. Сразу меня во все посвящать не обязательно, можно и потом».

Нежелание сына проводить с вами время – это тоже своего рода болезненный отказ. Вы можете просить его об этом, просто избегайте шаблонных фраз типа: «Нам надо проводить больше времени вместе». Не говорите: «Я хотел бы побыть с тобой» или (что еще хуже): «Мне кажется, я мало уделяю тебе внимания». Вместо этого скажите: «Хочешь пойти пообедать?» Вот вам конкретное начало и конец предложения. Плюс вы накормите сына. Если же у вас сын подросток, то обед – хорошее время побыть вместе (лучше ужина, потому что на вечер у него могут быть планы). Если спросите, нет ли у него планов на вечер, а он ответит: «Ну-у, я не знаю… там видно будет», не воспринимайте это как личное оскорбление. Он просто не уверен, у него БПЧИ – боязнь пропустить что-нибудь интересное. Это, конечно, не повод для него отказываться от взятых на себя ранее обязательств, но и вы поймите его мотивации.

Если, приняв на вооружение этот совет, вы несколько раз «спонтанно» предложите сыну какое-нибудь совместное времяпрепровождение, а он всякий раз будет отвечать вам «нет», то надо сменить стратегию. Скажите: «Ты всегда такой занятой – давай спланируем что-нибудь совместное заранее». Если уж и на этот раз он оттолкнет вас, то тут вы вправе усадить его и выведать, что же, в конце концов, происходит.

ЕСЛИ ОН ПОСТОЯННО ЗАКАТЫВАЕТ ГЛАЗА Если ваш сын – мастер закатывать глаза и тяжело вздыхать, это раздражает. Корень его поведения в том, что он чего-то от вас добивается: либо желает что-либо сделать, либо хочет, чтобы вы уважали его мнение. Вот какое решение проблемы я предлагаю. Скажите: «Майлз, расклад такой. Ты хочешь от меня того-то, но если ты и впредь будешь вздыхать и закатывать глаза, когда я с тобой разговариваю, то от меня ничего не получишь – твое поведение действует мне на нервы. Если же мы поговорим нормально и ты не станешь закатывать глаза, – то есть шанс прийти к соглашению. А так, твое дело труба. Попытайся. Теперь давай извинись, подумай над моими словами и когда будешь готов, продолжим беседу».Да, порой сын закатывает глаза по другому поводу – если это вам от него что-то нужно. У подростков талант воспринимать простые задания так, будто им предстоит совершить подвиг Геракла. Впрочем, до тех пор пока они не отвечают откровенной грубостью, закатывание глаз и отсутствие рвения можно игнорировать. Как бы сильно это ни раздражало, дети лишь пытаются втянуть вас в спор и сачкануть. Если же им действительно хочется обсудить какой-нибудь вопрос, согласитесь на это – но не ранее, чем они выполнят поручение. Я всегда так поступаю со своими ребятами: назначаю дискуссии на более позднее время, потому что желание поспорить у моих мальчиков возникает именно тогда, когда нам пора куда-нибудь ехать.

ПОВОД ВТОРОЙ: ВАМ НУЖНО ЕГО ВНИМАНИЕ Теперь перейдем к такому сценарию: ваше настроение из приподнятого становится хуже некуда. Испортить его себе легко – стоит войти и застать сына на диване. Я знаю, каково это – сама не раз возвращалась после долгого рабочего дня, нагруженная пакетами с продуктами, а сын встречал меня, сидя на диване и уставившись в телевизор. Разве воспитанный ребенок на его месте не должен вскочить с места и броситься вам помогать? Что за свинтуса вы вырастили? Похоже, он всеми силами добивается, чтобы на него наорали. Ах, да он даже не думает шевелиться! Собака не выгуляна, мусор не вынесен, и грязные носки, запах которых ощущается с порога, валяются рядом с грязными ботинками, а на ваш приход ему наплевать. Само собой, вы взбешены. И вот вы уже сыплете вопросами типа: «Ты сделал уроки? Как контрольная? Ты принес форму, которую три раза забывал? У тебя на следующей неделе экскурсия!» Ваш тон красноречиво свидетельствует: «Да мне премия положена за то, что я тебе с ходу не влепила подзатыльник!»Как бы тяжело ни было (а это очень тяжело, сама знаю), взгляните на ситуацию с его точки зрения.

...

Представьте, что каждый день, когда вы возвращаетесь с работы, я засыпаю вас вопросами типа: «Что сегодня сделал на работе? Осталось что-то незавершенным? Не успел разобраться с почтой? В офисе с тобой хорошо обращались? Тебе вроде завтра большой проект сдавать?» Вам-то охота просто упасть на диван, включить телевизор и ни о чем не думать. Вот и нам так же.

Люк, 16 лет.

...

Мама постоянно гоняет меня: «Дайон, сделай то! Дайон, сделай это!» И вот когда я думаю, что все уже сделано, и сажусь отдохнуть, она снова гонит меня куда-то. Я спрашиваю: «Ты не могла сразу попросить?» И знаете, что она отвечает? «В тот момент я еще об этом не думала».

Дайон, 16 лет.

Давайте взглянем на картину в целом. Прямо сейчас вам плевать на его школьную жизнь. Вы лишь хотите, чтобы он оторвал зад от дивана и помог с покупками, выгулял бедную собаку. В такие моменты просто не обойтись без юмора и смекалки. Например, подойдите к сыну и положите ему покупки на колени. Предоставьте выбор: либо выгулять собаку, либо почистить ковер, на который она сходила по нужде. Вот чего точно не надо – так это разыгрывать из себя мученика. Эта роль пассивно агрессивна, вы только лишний раз расстроитесь, а сын сочтет вас занудой. Даже если вы заставите его разобрать покупки, такая стратегия потом аукнется – сын утратит к вам уважение. Лишитесь его – лишитесь авторитета. Так что свалите продукты ребенку на колени, остыньте после рабочего дня и приготовьте ужин; потом проверьте домашнюю работу сына, уберите (с его же помощью) стираное белье в шкаф и рухните без сил на диван.

АЛГОРИТМ ВОЙНЫ ЗА ВЛАСТЬ Знакомый диалог?

...

Отец: Мусор вынес?

Сын: Да, вынес.

Отец: А контейнер крышкой потом накрыл?

Сын: Накрыл.

Отец: А оставил его где? Не на тротуаре?

Отец: Лужайку постриг? Сын: Как раз собирался. Отец: Неужели? Весь день собираешься. Сын: Пап, говорю же: все сделаю. Отец: Траву покосил? А провод потом правильно смотал? А когда косилку заправил, колпачок на баке закрутил?Сын: Да, пап, я все сделал.

Как и в машине, эта беседа начинается сразу же, как только вы встретились: она больше напоминает допрос, и ребенок всеми силами старается закрыться от родителя. Отгородиться от него.

Поймите меня правильно: наши мальчики должны сами решать свои проблемы и развивать в себе чувство ответственности, да и нам надо спросить себя – эффективно ли мы общаемся с ними. Вот, послушайте, что говорит семнадцатилетний Уилл:

...

Я пришел домой после тренировки, меня ждет гора «домашки», а тут отец говорит: вынеси мусор. Я отвечаю: ладно, только попрошу брата помочь рассортировать его. Отец замечает: «Этак ты за месяц не управишься». Глупо же! Отец постоянно упивается властью; ему сло́ва не скажешь – в душу плюнет.

Просьба вынести мусор – проста и естественна. Скорее всего, Уилл однажды пообещал что-то сделать и забыл. Возможно также, что Уилл и его отец по-разному понимают слова «скоро» и «через минуту». Тем не менее вот такие игры с властью подрывают отношения родителя с сыном. Очень многие мальчики отвечают на агрессию старших гневом, разочарованием и в конце концов отчужденностью, потому что постоянно слышат в свой адрес эпитеты типа: лентяй, неблагодарный, безответственный. Если мы хотим, чтобы мальчики слушали нас, нужно принять причины, по которым они нас слушать не желают.

Может показаться, что отец Уилла не уважает своего ребенка. Многие с этим не согласятся и скажут, мол, как отец, он имеет право требовать от сына то, что считает нужным, и делать какие угодно замечания. Вас в детстве учили уважать родителей? Если вам все еще непонятно, к чему я клоню, или кажется, будто я выгораживаю Уилла, взгляните на ситуацию под таким вот углом. На латинском уважение звучит как «respectus», и образованный от него глагол «respecto» означает «считаться с чьим-либо мнением» или «восхищаться». Когда же родители велят детям уважать старших – на самом деле они требуют подчинения. Что поразительно, дети интуитивно понимают истинное значение этого слова и очень часто видят, что взрослые уважения просто недостойны. Не только общественные фигуры вроде лицемерных политиков и спортсменов, но и те взрослые, с которыми они общаются каждый день. Это учителя, тренеры, члены духовенства… Наши дети знают: поступки взрослых не обязательно хороши только потому, что совершают их взрослые. Из-за попыток такого внушения среди подростков крепнет убеждение, что среди взрослых мало по-настоящему достойных уважения людей. Я вас еще не убедила? Представьте самого худшего начальника, какой у вас когда-либо был. Идиота, на которого тошно работать. Как он к вам относился? Уважал ли? Или, пользуясь положением, не уважал вообще никого из тех, кто ниже по служебной лестнице? Думаю, верно последнее. И такое отношение, когда вас ни во что не ставят, вам не особенно нравилось, да? С чего же оно должно нравиться вашему сыну?

Многие мальчики, само собой, восстают против лицемерия. Если они бунтуют против родителей, то борьба за власть вспыхивает по любому поводу: по малому ли, большому, известному или новому – неважно. Мальчик злится и копит в себе гнев. Когда же он, наконец, взрывается, то выходит, что ведет он себя, как незрелый молокосос, и от этого бесится еще больше. Ему необходимо знать, как грамотно выстроить диалог, чтобы ему потом не пеняли на плохое поведение. Чтобы потом не замкнуться в себе.

...

Мне часто приходилось стискивать зубы и отвечать: «Думай что хочешь». Если ты по глазам не понимаешь, как сильно я зол, то мне больше не за что тебя уважать, и я тебе не верю. Только и можешь, что портить мне жизнь.

Чарли, 24 года.

Поразительно, насколько многие отцы забывают, каково это – быть мальчиком. Они словно не верят, что мальчики могут испытывать глубокие чувства или переживать из-за отношений в семье. Особенно печально, что родители вроде отцов Уилла и Чарли не замечают, что злят своих сыновей и что сыновья давно перестали их слушать. Еще печальнее тот факт, что эти отцы искренне желают наладить хорошие отношения с детьми и вырастить их ответственными, хотя попытки осуществить это лишь отдаляют детей еще больше.

ПОВОД ТРЕТИЙ: ВАМ КАЖЕТСЯ, ЧТО ЧТО-ТО НЕ ТАК Если цель беседы – выяснить у сына информацию, узнать его мысли и чувства или дать ему совет, ваша задача – показать, что вы просто слушаете его, не осуждая (заметьте: я не запрещаю при этом составлять собственное мнение), знаете, что посоветовать и как утешить. Сумев заложить такую основу для беседы, вы достигнете второй цели: поможете сыну научиться мыслить критично, трезво смотреть на вещи и разбираться с возникающими в жизни проблемами. Не достигнув первой цели, о второй можете и не мечтать.К сожалению, ваш сын не придет за утешением сам. Чем старше он становится, тем меньше хочет вовлекать вас в свои проблемы (зачастую потому, что считает вас основным их источником). Сын не скажет, что хочет поговорить. Он лишь будет посылать вам слабые сигналы о помощи. Вот на что стоит обратить внимание:

• Он крутится вокруг вас, не говоря ни слова. • Притворяется больным и хочет остаться дома, тогда как физически с ним все хорошо. • Вы собираетесь куда-то по делам, а он вдруг вызывается поехать с вами. • Он просится посмотреть с вами телевизор. • Во время беседы как бы невзначай упоминает о своей проблеме. • Ведет себя как маленький.• Торопится спровадить из дома всех, кроме вас.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Если заметили за сыном нечто подобное, не надо сразу кидаться к нему и спрашивать: «Что не так?» или: «Тебя что-то тревожит?».

ЕСЛИ ОН СООБЩАЕТ О ПРОБЛЕМАХ С КЕМ-ТО.

Бывает, что вашему ребенку кто-то доставляет неприятности. В этих ситуациях родители должны что-то говорить. Есть несколько фраз, произносить которые не стоит. Хотя именно такие ответы мальчики чаще всего слышат от родителей, учителей и тренеров. Моя добровольная редколлегия накидала несколько примеров, и я попытаюсь донести до вас, как эти самые ответы взрослых выглядят для ребят.

Он тебе завидует, вот и бесится. Пустой ответ, поскольку ребенок не знает, что с этой информацией делать. Даже если вы говорите правду, задира не прекратит унижать вашего сына.

Он просто из плохой семьи, пожалей его. У некоторых мальчиков и правда проблемы в семье, но это не дает им права срываться на сверстниках.

Ты уверен? Может, ты все не так понял? Похоже, что вы не верите сыну или считаете его чересчур впечатлительным.

Поговори с ним. Как? Что он скажет задире? Что если вашего сына не слушают?

Просто не обращай внимания. Отойди в сторону. Когда сын обращается к вам за помощью, он наверняка уже пытался не обращать на задиру внимания или отойти в сторону. Он потому и пришел к вам, что ему нужна ваша помощь.

Сделай вид, что тебе все равно. А дальше? Долго ему терпеть издевательства с безразличным видом? Вечно? Есть у него или нет право переживать из-за травли?

Он недостоин твоего внимания. Забудь. Читай: не можешь забыть об этом – значит, ты слаб.

Сам дай ему по морде. Об этом мы поговорим подробнее в главе «Лобовая атака», однако сейчас я скажу: как бы сильно ни было искушение дать по морде, драка – не выход. Ваш сын знает об этом.

Вот что можно сказать, если сын сообщает о проблеме: Мне жаль, что так получилось. Спасибо, что поделился. Давай обмозгуем твою ситуацию.

Необязательно говорить то же самое и в том же порядке. Просто в нужный момент употребляйте подходящие фразы. И еще запомните: ваш сын, скорее всего, начнет издалека, желая проверить, не разозлитесь ли вы. Например, он приходит и говорит: «Тут эти парни меня типа достали». Чем тише и беззаботнее он сообщает об этом, тем больше вы должны обратить на его слова внимания. Ответить же предлагаю так: «Расскажи-ка поподробнее. Не хотелось бы неправильно понять ситуацию». Мальчики очень тщательно выбирают, к кому обратиться за помощью, и не без причины. Прямо сейчас отвлекитесь от чтения и подумайте: кому ваш ребенок верит и почему? Одно скажу точно: мальчики не разговаривают с тем, кто относится к ним свысока или реагирует слишком резко. И неважно, насколько у вас благие при этом намерения.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не говорите: «Чего же ты тянул и сразу ко мне не пришел?» Сыну в вашем голосе послышится обвинение, даже если обвинять вы его ни в чем не хотели. Если вам и правда нужен ответ на этот вопрос, выждите несколько часов и после обратитесь с такими словами: «Эй, я тут поразмыслил над твоим рассказом… наверное, у тебя была причина так долго отмалчиваться».

Важно позволять сыну испытывать широкий спектр эмоций. Мамы, если ваш мальчик так зол, что хочет выпустить пар – поколотить подушку или портфель, запереться у себя в комнате и прокричаться или врубить на полную катушку музыку, засесть за жестокую видеоигру – не останавливайте его. Пусть бьет кулаком по стене, это тоже нормально (если, конечно, он при этом никому не угрожает). Потом, остыв, он сможет освоить азы оштукатуривания… Многие женщины пугаются (и не без причины), когда мужчины при них выражают гнев, однако вашему сыну требуется здоровый выход для накопившихся отрицательных эмоций – без страха, что вы сочтете его жестоким или неадекватным.

Папы, вы тоже позволяйте сыновьям переживать разные эмоции – даже страх, растерянность и беспомощность. Приглядитесь к себе – как вы сами реагируете в трудные моменты?

Что если сын скажет: «Мам, пап, вы только пообещайте не вмешиваться…»? Вот один из тех сложных моментов, когда понимаешь: ребенка воспитывать – тот еще геморрой. Здравый смысл подсказывает, что слово надо дать – иначе сын не раскроет душу, и вы не сможете ему помочь. А если он сообщит нечто такое, что непременно потребует вмешательства? Придется нарушить обещание? Скажите сыну так: вы бы и рады дать слово, однако ему (или еще кому-то) может потребоваться помощь опытного специалиста. Пообещайте, что, если уж и обратитесь за помощью, ваш сын первым об этом узнает и вместе с вами сможет выбрать лучшего, на его взгляд, помощника. Опыт показывает: если уважать ребенка, позволяя ему участвовать в процессе, он не перестанет общаться с родителями, когда они примут решение, которое ему не совсем по душе. Именно в такие моменты мы показываем сыну: обратиться к кому-то за помощью – не признак слабости, тут нечего стыдиться. Напротив, такое умение позволяет получить одновременно утешение и поддержку, в которых он нуждается.Вот краткий перечень того, что надлежит помнить на крайний случай. Если он окажется полезным, занесите его в записную книжку на телефоне или носите с собой в бумажнике.

• Спросите себя: так ли критична данная ситуация? Ранят ли/убьют кого-то, если вы не вмешаетесь? Если нет, станьте примером социальной грамотности и достойного поведения. • Определите: уместно ли сейчас разговаривать с ребенком? • Выразите свои чувства: «Мне очень жаль, что так получилось». • Спросите сына: он просто делится наболевшим или ему нужен совет? • Не говорите, что бы вы сделали на его месте.• Будьте готовы измениться после того, что услышите.

Осуждение.

...

Мои родители все делят на белое и черное: разговаривая с другими родителями, они судят моих друзей, выявляя плохих и хороших.

Джей-Ди, 16 лет.

...

Мама постоянно критикует моих друзей. Она считает себя правой и верит доносам других родителей. Но я-то знаю ребят, а мама – нет. Мои слова ничего не изменят, поэтому я вообще ничего ей не рассказываю о своей жизни.

Энтони, 15 лет.

Родители общаются с сыновьями без слов: выгнутые брови, скрещенные на груди руки, вздохи – все это ясно говорит, что вы думаете об увлечениях вашего сына и его приятелях. Сами того не замечая, вы уже задаете наводящие вопросы, допрашиваете ребенка, и он торопится бежать от вас. Вы слышите только пустые односложные ответы, примеры которых я приводила ранее, в начале главы.

Если вам не нравится кто-то из приятелей сына – он об этом наверняка знает. Он даже может согласиться с вашими доводами, но ведь чем-то этот человек вашему ребенку приглянулся. Может, он преданный друг, а может, с ним весело проводить время, или у него в семье проблемы, и ваш сын – не прощая приятелю дурного поведения, – принимает во внимание его жизненные обстоятельства. Поскольку вы не видите положительных черт этого человека, а сын не сообщает вам о них, легко подумать, будто ребенок слеп и вы просто обязаны указать ему на темную сторону друга. Такая стратегия вам точно аукнется: сын подумает, будто вы считаете его наивным, а все ваши суждения основаны на неверном представлении о ситуации.

Сдерживаться порой очень тяжело, поэтому, во-первых, будьте честны с собой относительно собственных целей и поводов для разговора. Например, ваш ребенок много лет водил дружбу с мальчиком, который вам ни капли не нравится. В прошлом году сын, наконец, перестал общаться с ним, и вы несказанно обрадовались – однако последние три раза, что вы забирали ребенка из школы, он снова терся рядом с этим пареньком. Дальше следует ситуация, о которой рассказывали мне юные редакторы.

...

Вы: Ты в последнее время опять стал часто общаться с Джейсоном.

Сын: Хоть немного помолчи.

Вы: Я просто не хочу, чтобы он опять утянул тебя за собой на дно.

Сын: Мам, хватит переживать! (Тут он достает из кармана телефон.).

Вы: Я же за тебя волнуюсь. Последний раз он обошелся с тобой очень плохо, и ты сильно переживал. Не хочу, чтобы это повторилось.

Сын: (вздыхает и, не глядя на вас, принимается за игру на телефоне): Мам, давай не будем, а? Джейсон нормальный пацан. Не разводи паранойю.

Вы: Дорогой, я твоя мать. Моя обязанность – оберегать тебя. (Он совсем не обращает на вас внимания.) Тоби, ты меня слушаешь или нет? (Ноль реакции. Вы закипаете от гнева.) Смотри на меня, пожалуйста, когда я с тобой разговариваю!

Сын очень медленно поднимает на вас пустой, усталый взгляд. Вы оказались перед непроницаемой стеной эмоционального и физического отстранения.

Мне еще говорят, что с девочками трудно! Да я бы с радостью променяла эту невыразительную мину на истерику и хлопанье дверьми.

Что делать? Если вы женщина, легко представить, будто вы спорите с посторонним эмоционально отчужденным мужчиной. Если же вы отец, может показаться, будто сын бросает вызов вашему авторитету (впрочем, то же самое справедливо и если вы – мать). Попытка помочь и разговорить сына на предмет того, о чем вы имеете полное право волноваться, закончилась плачевно. Сыну кажется, что его не слушают. Вам кажется, что не слушают вас. Вы пытаетесь заставить сына последовать совету, дабы он не повторял ваших ошибок молодости, а он стремится от вас отстраниться. Если сын увидит в вас всезнающего, категорично настроенного родителя, он не станет вас слушать, не будет уважать, и даже если у него с Джейсоном серьезные проблемы, вам он в них не признается. Может случиться так, что сын назло вам станет общаться с Джейсоном чаще обычного. Никто из родителей или тех, кто работает с мальчиками, не застрахован от подобного сценария – хотя бы один неудачный разговор да случится. Однако вы можете изменить динамику, не пускать ее на самотек. Можете – стоит только увидеть проблески надежды на успех.Во-первых, поймите: ваша цель – не «выведать, в чем дело», а сообщить сыну о своем недоверии к Джейсону. Может, вы и правы, Джейсон плохо влияет на вашего сына, однако разговаривая с ребенком так, как показано выше, вы лишь усугубите проблему. Сын не захочет говорить ни о Джейсоне, ни о ком-либо еще из друзей, потому что чувствует: вы не идете на контакт. Ваш разговор сводится к тому, чтобы подтвердить собственные подозрения и навязать их сыну. Подобные намерения мальчики распознают враз и закрываются, как на их месте закрылся бы любой взрослый. Оставьте собственные намерения и позвольте говорить сыну. Вот примерный сценарий того, как следует вести себя, если описанный выше диалог уже состоялся:

...

Вы: Привет, Тоби, я бы хотела продолжить вчерашний разговор.

Сын: Это обязательно?

Вы: Вообще-то я хочу извиниться. Подумала тут над своими словами и поняла, что не слушала тебя. Я не могу указывать тебе, с кем общаться, и у тебя, наверное, есть свои причины снова дружить с Джейсоном. Хотелось бы выслушать твою версию. Поделишься?

Если начинаете с нуля:

...

Вы: Ты не против, если мы поговорим о Джейсоне?

Сын: Мам, я и так знаю, что ты скажешь. Давай не будем.

Вы: Так, и что же я хочу сказать?

Сын: Ты не доверяешь Джейсону.

Вы: С чего ты взял?

Сын: Все из-за того, что случилось в прошлом году. Ты думаешь, будто он наркоман. Теперь все нормально. (Тоби озирается, словно отчаянно ищет выход.).

Вы: Хочешь, чтобы я отстала? Приведи доказательства: что у Джейсона изменилось?

Сын: Не знаю, просто… все хорошо. Нам, правда, надо говорить об этом? У меня еще куча «домашки».

Вы: Можно подробнее? А то я не очень понимаю.

Сын (вздыхает): Ладно… Он больше не хвастается и не унижает меня как раньше.

Вы: Уже кое-что. На случай, если он вдруг станет прежним… ты уже подумал, как с этим справишься?

Сын (снова вздыхает): Типа того.

Вы: Не хочу, чтобы тебя застали врасплох.

Сын: Ты ведь от меня не отвяжешься?

Вы: Нет, конечно.

Сын: Иногда ты меня так достаешь.

Вы: Сама знаю.

Или вот как предлагает действовать пятнадцатилетний Итан:

...

Стоит мне собраться гулять, как мать говорит: «Ты уверен, что тебе стоит водиться с этими ребятами?» Говорит таким тоном, чтобы я вспомнил ее слова сразу, как увижу друзей. Мать твердит, будто доверяет мне, но порой мне кажется, что она врет и хочет заранее возложить на меня вину – чтобы я уж точно не обманул ее доверие. Матери такие коварные!

Ни одна из этих стратегий не выглядит надежной в трудной ситуации: нет гарантии, что сын перестанет общаться с сомнительными, на ваш взгляд, друзьями. Однако гарантии нет при любом раскладе. Ребенок должен сам установить границы общения – исходя из собственного горького опыта. Такова тяжкая правда жизни. Если границы раз за разом нарушаются, он поймет: лучше порвать с дружбой, чем терпеть унижение или боль.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Будьте крайне осторожны в своих суждениях и оценках, потому что все мы склонны к предвзятости. Например, вам нравится друг вашего сына, ведь он «из такой замечательной семьи». Откуда вам знать? По его милой внешности? По тому, какое впечатление производит его семья? По тому, что этот мальчик вписывается в правила СЦМС, а его родители – в соответствующие стандарты взрослого поведения? Вспомните, как часто нарушителями порядка оказываются те самые «милые ребята», а взрослые постоянно твердят: «Он ведь из такой замечательной семьи!» То-то и оно! «Милым ребятам» все сходит с рук.

СОЮЗНИК.

Вашему сыну может быть куда комфортнее общаться не с вами, а с кем-нибудь еще из взрослых. Даже если у вас с сыном замечательные отношения, а он тем не менее желает говорить с другим человеком, не воспринимайте это как отказ от общения с вами или как признак того, что вы плохой родитель. Я таких собеседников называю «союзниками». Это может быть родственник, которому доверяет ваш сын (старший брат или сестра, тетушка или дядюшка), сосед, учитель, священник, тренер или школьный психолог. Если сын обращается к кому-нибудь за советом, можете гордиться – он проявляет трезвое суждение. И еще он в хороших отношениях с другими взрослыми.

Хороший Союзник: 1. Имеет свое мнение, но не имеет предубеждений. 2. Честен; говорит то, что трудно принять.3. Надежен; у него найдется время выслушать вашего сына.

С вашей стороны тоже будет правильным обратиться к Союзнику. Вероятно, ваш сын когда-нибудь окажется в ситуации, которая у вас вызовет такой ужас, что вы не сможете мыслить трезво. Если сыну слишком неловко, или его проблемы сводят вас с ума или пугают, а ваше вмешательство только все усугубит, обратитесь за помощью к Союзнику. В выигрыше окажетесь и вы, и сын.

Руководство для разговора с ребенком: • Не стройте из себя «злого полицейского», сходу задавая миллион вопросов с целью выявить, насколько правдиво он говорит, или заваливая его вопросами типа: кто там был, где находились взрослые, чем он занимался и проч., проч. Факты выяснятся со временем; важнее эмоциональная искренность вашего сына – ее и поддерживайте. • Не форсируйте запоминающийся момент. Если, вступая в беседу с сыном, вы ожидаете, что он полностью откроется вам, поблагодарит за обращение и обнимет – то ставите слишком высокую планку. Сама природа беседы для сына может быть такой напряженной, что потом сил ему хватит лишь на то, чтобы запереться у себя в комнате и включить музыку. • Не употребляйте сленговых словечек, которые слышите от сына. Для подростка нет никого глупее, чем взрослый, который пытается поспеть за молодежной модой. Все равно сленг меняется столь быстро, что за ним не уследишь. Тем не менее некоторые родители искренне верят, будто, употребляя сленг, они становятся ближе к своим детям. Неправда. Этим они вызывают у подростка ощущение, будто из кожи вон лезут ради контакта. Если сын употребляет непонятные слова, попросите его объяснить их значение. Он, может, и посмеется над вами, зато так вы покажете, что слушаете его и стремитесь понять. • Выборочно делитесь историями из своей молодости. Только не начинайте со слов типа: «Вот когда я играл в футбол…», «Когда я учился в школе…» или «Когда я поступал в колледж…». Вы ведь делитесь опытом в ответ на то, что он вам рассказывает. • Старайтесь не распространяться о своих «взрослых» приключениях, соблюдайте границы. Цель таких откровений – показать сыну, что вы отлично, по собственному опыту, понимаете, через что он прошел. Не надо читать ему проповеди или переводить разговор на себя. • Если сын не спросит, то не объясняйте, как вы сами разобрались бы с проблемой. Вы – не он. Может, вы более экстравертны и наловчились отбивать атаки, тогда как сын более интровертен. Если ребенок делится проблемой, а вы говорите ему: «Надо было сделать так-то…» или: «Что же ты не поступил вот так-то?..», выходит, что вы недовольны его действиями – как бы он себя ни повел. • Не пугайте его, произнося фразы типа: «Любой поступок сегодня влияет на твою жизнь в будущем», «Мы о твоей судьбе говорим». Мальчики и так обеспокоены своим будущим. • Не пытайтесь решить его проблему: порой сын просто хочет выговориться, и прямо сейчас ему помощь не требуется. Лучше спросите: «Ты просто душу изливаешь или тебе нужна помощь? Неважно, если ты потом передумаешь. Мне надо знать, что тебе нужно сейчас». Если вы не уверены, что у вас хорошо получается решать проблемы, спросите совета у своей второй половины или ближайших родственников. Только не спорьте, если они ответят утвердительно, мол, да, решать проблему придется все-таки вам. • Если сын все же спросит совета, не надо «переводить стрелки» и говорить: «Что бы ты хотел от меня услышать?» или: «А как, по-твоему, будет лучше?». Да, вы хотите, чтобы ребенок сам умел решать проблемы и думал своей головой, но сейчас-то он спрашивает вашего мнения! Вы для него взрослый, и он ждет совета. • Позвольте ему быть хозяином своих поступков (дурных и добрых), пусть не боится совершать ошибки. Если только ваш ребенок не задумал чего-то, что навредит ему или окружающим, сам факт, что инициатива принадлежит ему, означает, что сын становится самостоятельным. Ободрить его на этом пути куда важнее, чем добиться принятия верного (на ваш взгляд) хода. • Умейте принимать молчание. Вы родители своему сыну, а значит, если вы обсуждаете трудный или неудобный вопрос, он может ответить далеко не сразу. Тишина контакту не помеха. Можете спросить позже: «Что-то ты замолчал, когда мы заговорили о том-то. Не скажешь, в чем дело?»• Не смейтесь над ним. Допустим, вы решили посмеяться над проблемой сына из лучших побуждений, чтобы показать: мол, эта ситуация – еще не конец света. Ребенок же решит, что вы над ним издеваетесь. Оставьте язвительные комментарии, вместо них задавайте поддерживающие вопросы. Папы, вас это особенно касается! От смешного до печального один шаг: вдруг сын не оценит юмора и пожалеет, что вообще обратился к вам?

ПОВОД ЧЕТВЕРТЫЙ: ВАМ НАДО УЗНАТЬ, ЧТО ТАКОГО ДУРНОГО НАТВОРИЛ ВАШ РЕБЕНОК Мы ступаем на очень тонкий лед – особенно если ваш сын социально грамотен, имеет хорошую память, коммуникабелен и настойчив. Эти характеристики важны для будущего успеха в жизни, однако очевидно и другое: порой родители жалеют, что сын у них такой умный и решительный. Помню, когда мне только пришла в голову мысль написать эту книгу, я всем твердила: мальчики намного умнее, чем мы привыкли считать. Они такие же расчетливые, как и девочки, хотя окружающие смеются над тем, что некоторые мальчишки не в состоянии даже зашнуровать ботинки. Мальчикам плевать на шнуровку ботинок. На самом деле их заботит, как скрыть от нас то, чем – и с кем – они занимаются.Мальчики пугающе смекалисты в том, как смутить, очаровать, отвлечь или даже запугать взрослых – особенно матерей, – чтобы те не лезли в их дела. Но прежде чем вы прочитаете об этом, остановитесь и передохните. Четвертая глава выдалась долгая, а мне нужно, чтобы вы на свежую голову восприняли, почему и о чем лгут мальчики. Отложите книгу, выпейте чашечку кофе, бокал вина или погуляйте с собакой. Когда будете готовы – возвращайтесь.

5. Ложь и разведка боем.

...

Мы врем о том, кто нам нравится, чем мы занимались прошлой ночью и как у нас дела. Это глупо.

Дэниел, 13 лет.

...

Мальчики врут обо всем: о школе, друзьях, семье… обо всем. Это возбуждает. Ты будто живешь другой жизнью, становишься кем-то другим. И еще лгуны до некоторой степени чувствуют себя неуязвимыми. В результате в голове у них рождаются убеждения типа: «Да что она мне сделает?» или: «Все равно никто не узнает». Жаль, но в нашем коллективном сознании поговорка «Семь раз отмерь, один – отрежь» теряет силу убедительности. Быть мальчиком – все равно что гулять по парку развлечений: ты дурачишься и смеешься, даже если тебе страшно.

Майкл, 16 лет.

...

Если взять отношения «мальчики – родители», то мальчикам вообще свойственно врать больше, чем девочкам. Все потому, что мы глупостей совершаем больше, чем девочки, и не хотим о них говорить родителям.

Макс, 15 лет.

В нашем мире сами понятия честности и правды находятся под гнетом культуры. Мы давно привыкли к тому, как финансисты и политики искажают правду, размывая грань между нею и откровенной ложью.

Одна мамочка убеждала меня: «Очень важно учить сына честности. Честность – наша самая большая семейная ценность. Мой сын – честный мальчик». (Примерно то же я слышу от родителей по всей стране.) Женщина «поделилась» со мной соображениями, когда мы готовились к съемкам программы о мальчиках и вранье. У меня возникло странное впечатление, когда позже ее сынок врал напропалую перед скрытыми камерами; я прямо вся извертелась в кресле. Как учитель я знаю: дети и подростки врут гораздо чаще, чем думаем мы, родители. Однако еще ни разу при мне – и на глазах у матери – не разрушался образ честного сыночка.

Та мать далеко не исключение, напротив, она типичный представитель родителей, которые, по понятным причинам, определяют искренность как достоинство, связывают ее с семейными ценностями и пытаются привить эту веру детям в надежде, что те не станут лгать. Однако дети и подростки лгут. В одной из моих любимейших книг по воспитанию «Мифы воспитания» [7] По Бронсона и Эшли Мерримен говорится, что, несмотря на старания родителей воспитать в детях «честность», 96 % детей лгут родителям. Если вы убеждены, что ваш ребенок – из оставшихся четырех процентов, проверьте себя и… оставьте иллюзии. Кстати, никто не подсчитывал, какой процент родителей врет своим детям. Я столько обманывала своих сыновей, каждый раз имея на то серьезный повод!.. С точки зрения самих детей, они лгут нам по той же самой причине – у них на то веские основания.

Понять, почему мальчики лгут, трудно; вы либо верите, что у вас с сыном отличные отношения (да и потом, он же «славный мальчик»!), либо же, напротив, считаете, что он постоянно лжет и верить ему не стоит. В любом из этих случаев вы сами вредите отношениям и под еще больший удар подставляете веру в необходимость пестовать в себе честность и прямоту. Ситуация, мягко говоря, сложная, поэтому запомните следующее:

• Чтобы стать хорошим вруном, необходимо быть социально грамотным, общительным и предотвращать возможные «утечки» (нестыковки, раскрывающие ложь). Если вспомнить социальные роли, то Мозгу, Правой руке и Заводиле лгать почти не составляет труда. Вышибала с Мухой будут запинаться. Совесть, Боксерская груша и Заступник при вранье будут нервничать или же спокойно соврут, а потом во всем признаются. • На различные типы лжи и реагировать следует по-разному. Например, ради оправдания недостойного поведения ребенок лжет совсем не так, как если бы он пытался скрыть проблемы. • Не принимайте его ложь на свой счет. • Если вы все же принимаете ложь близко к сердцу, то ваши гнев, возмущение и расстройство не позволят научить сына тому, что честность вознаграждается. Напротив, он научится таиться и лгать еще больше.• Своим друзьям и родителям мальчики лгут совершенно по-разному. Казалось бы, это очевидно, однако если родители застанут сына за враньем перед друзьями, то просто не узнают его.

Как чаще всего – и вполне логично – родители предупреждают сыновей? «Если ты где-то ошибешься или оступишься, то лучше скажи обо всем честно». Этой фразой родители как бы взывают к уважению: мол, чти семейный моральный кодекс, и корректно сообщают, дескать, ложь только усугубит ситуацию. С некоторыми мальчиками такое прокатывает, но с большинством из тех, с кем я работала, – нет. По крайней мере не тогда, когда они решают соврать. Почему же? Ответ станет ясен, если взглянуть на ситуацию глазами подростка. Награда за честность абстрактна и далека: родительская гордость и чувство собственного достоинства. Награда же за вранье – конкретна и приходит немедленно. Скажем, сын разбил окно соседу и рассуждает так: «Скажу правду – родители взбесятся, придется объясняться, и еще меня заставят отвечать за проступок. Если соврать – не надо будет терпеть упреков от старших, меня не заставят платить за разбитое окно из карманных денег или извиняться перед этими чудиками соседями».Говоря детям: «Скажи правду, и тебе ничего не будет», мы забываем, как именно себе представляют наказание дети. Признаться вам, все объяснить, а после в вас разочароваться и еще пойти просить прощения у малознакомых соседей – вот как понимают наказание дети. Если же вы мыслите точно так же, то поймете, отчего ложь представляется детям столь привлекательной.

...

Для меня это как рулетка: если попадусь, меня накажут, заставят прибрать за собой, лишат десерта и всякое такое. Если мама не раскроет лжи, то мне ничего не будет.

Ли, 12 лет.

Если ваш сын скрывает, что разбил окно, это вовсе не значит, что он лгун. И он не слабохарактерный. Помните: врут 96 % мальчиков. Я не оправдываю ложь. Я только прошу понять причины, по которым сын лжет – чтобы вы могли достойно реагировать на его ложь, а он уяснил для себя: будущие результаты, которые дает честность, перевесят сиюминутную выгоду от сокрытия или искажения правды с целью избежать наказания. К тому же беседы с мальчиками научили меня вот чему: наша реакция на их вранье и наши ложные обвинения – это прямое отражение наших отношений сейчас и в будущем. Поэтому настоящий вопрос звучит так: видят ли дети, чего мы добиваемся, и насколько серьезно они нас воспринимают?

...

Для меня ложь – самый простой выход из положения, но после вранья остается чувство вины, которое трудно преодолеть. Особенно если ты единственный, кто знает правду.

Гэб, 14 лет.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Вспомните свою самую страшную ложь родителям. Почему вы тогда соврали? Вскрылась ли правда?

Врали ли вы когда-нибудь при ребенке? Я говорю не о случаях, когда теща/свекровь подает на ужин цыпленка и вы притворяетесь, будто блюдо – объедение, хотя на вкус оно как подметка. Ну, вы меня понимаете.

Вы когда-нибудь лгали за сына?

КАК УЗНАТЬ, ЧТО ОН ЛЖЕТ?

Некоторые родители верят, что стоит заглянуть ребенку в глаза – и правда польется из него ручьем под воздействием этакого детектора лжи. Однако хороший лгун легко пройдет тест: он собран, хладнокровен и, несмотря ни на что, будет стоять на своем.

...

Когда ты спокоен, врать легко. Я просто не отвожу глаз.

Сет, 15 лет.

Родители зачастую не видят, когда их дети лгут – они только думают, что видят. Наловчившись во вранье, ребенок спокойно пройдет «тест взглядом», а родители будут думать, будто он говорит правду. Но хуже всего, когда родители не верят правдивым словам детей и обвиняют их во лжи. Детей бесит то, что взрослые не видят разницы. По иронии судьбы, стоит родителям раз уличить ребенка во лжи, как они ошибочно начинают считать его лжецом. Такая фатальная ошибка не просто портит отношения с ребенком – она негативно сказывается на атмосфере в семье в целом.

...

Мама думает, что старший брат – честный парень, хотя он постоянно врет. Просто он умеет врать, а я всегда попадаюсь. Врун из меня никакой. Когда брат соврет, я подхожу к нему и спрашиваю: «Зачем врешь?», и он отвечает: «Потому что умею». Он меня бесит. Так и хочется сдать его маме, но она и слышать ничего не желает. А когда она думает, что я лгу, мне только остается что сказать: «Ну, вру так вру, будь по-твоему, наказывай уже». Злюсь на нее и поэтому ничего не рассказываю.

Аарон, 15 лет.

Чтобы сразу все прояснить, скажу: Аарон – славный мальчик, ведет себя вдумчиво и порядочно, однако убежденность его матери, будто она раскусила, кто из них с братом лжец, а кто честный, имеет далеко идущие последствия. Аарон не просто знает, что она не права; он чувствует, что мать не станет его слушать и не считает достойным человеком. Он отстраняется от нее: улыбается, пожимает плечами, и эти жесты мать принимает за признаки неуважения и наплевательское отношение. Если ребенок думает, что его априори считают лжецом, он либо оправдает эти ожидания, либо перестанет общаться с родителями. Вероятнее всего, он все же начнет врать, потому что терять в этой ситуации ему вроде бы нечего.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Что-нибудь из слов Аарона показалось вам знакомым? Вы используете «проверку взглядом»?

Вы делаете выводы заранее, еще не спросив, врет сын или нет? Если у вас больше одного ребенка, считаете ли вы, что один честней другого? На чем основана такая оценка?

ПОЧЕМУ МАЛЬЧИКИ ВАМ ЛГУТ.

ПРИЧИНА ПЕРВАЯ: САМООБМАН.

...

Когда родители спрашивают, убрался ли я у себя в комнате, я вру: да, мол, убрался – и закрываю дверь в комнату, ухожу в школу. Все равно ведь уберусь потом.

Джейк, 13 лет.

Почему мальчики лгут, если понимают, что вы легко можете вычислить обман? Доктор философии Энтони Вульф называет вранье в подобных ситуациях «ложью на будущее». То есть мальчик лжет, будучи искренне уверенным, что позже он непременно выполнит поручение. Заявив: «Я погулял с собакой», «Я убрался в комнате», «Я сделал уроки», мальчик не считает себя лгуном: ведь в конце-то концов он обещания выполнит! Поняв эту концепцию и тем самым увидев путаницу в голове у моих мальчиков относительно времени и пространства, я стала значительно реже на них кричать. Нет, мне по-прежнему приходится напоминать им о делах по дому и уроках, зато я больше не считаю, что они намеренно пытаются вывести меня из себя.

ПРИЧИНА ВТОРАЯ: ДОЗИРОВКА РОДИТЕЛЬСКОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА Мальчики считают, будто родители слишком бурно реагируют на неприятности и спешат в них разобраться. На их взгляд, лучшая стратегия – держать вас в относительном неведении: то есть дозировать информацию, которую вы от них получаете. На что они только ни идут, лишь бы свести к минимуму вмешательство родителей в свою школьную жизнь, внеклассные занятия и увлечения… С точки зрения родителей, такое поведение не имеет смысла: ведь кто как не мы – люди, которые желают своим чадам лишь добра – смогут помочь и указать нужное направление? Однако реакция родителей на проблемы вызывает у ребенка еще бо́льшие страх, расстройство и гнев.

...

Если родители узнаю́т, что у меня что-то не получается, они говорят: «Жить становится труднее. Давай, старайся, хорошая работа на дороге не валяется. Не то смотри, получишь плохую работу или жизнь не удастся». Ну, как тут не врать? Не хочу я такого слышать.

Макс, 15 лет.

...

Когда я прихожу домой и сообщаю, что сделал «домашку» еще в школе, мать сразу говорит: «Нет, не сделал. Все ты врешь! Иди учи уроки». Спасибо, мама!

Энтони, 15 лет.

Почему мальчики лгут, если заранее знают, что их раскусят? Ответ Дрэ как нельзя лучше выражает их общее мнение. Когда он высказался, все в редколлегии принялись согласно кивать головами:

...

Пусть лучше меня хорошенько отругают один раз, чем орут каждый день. Если я говорю правду, меня запирают дома каждые выходные.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Никогда не стройте разговор по такой схеме:

Сэм [одноклассник вашего сына] получил пятерку, а ты – тройку. Как такое возможно? Ведь твои друзья справились! Не мог лучше подготовиться?

С твоим братом/сестрой таких проблем не было. Занимался бы больше – преуспел бы.

Твой брат схватывает все на лету, но если ты как следует позубришь, то и у тебя учеба пойдет не хуже.

...

Родители никогда не вникают в ситуацию. С таким же успехом и я могу упрекать: «Что, не могли больше денег заработать?», или: «Трудно было получить повышение?», или: «Что ты натворил такого, что тебя сократили?».

Дилан, 14 лет.

ПРИЧИНА ТРЕТЬЯ: ЗАЩИТА.

Наверное, вы знаете об этой причине и думаете, будто суть ее в том, чтобы уйти от ответственности за проступок? Об этом мы еще поговорим, но сейчас речь о другом. Мальчики лгут, чтобы защитить себя или друзей, либо – в некоторых случаях – оберегают кого-то от правды. Мальчики часто боятся, что окружающие (и вы в том числе) раскроют их подлинную сущность; боятся вашей оценки и осуждения.

...

Я вру родителям о своем друге. Он хороший парень, но постоянно влипает в неприятности: у него проблемы в семье, отец пьет и не ночует дома. Мои родители не разрешат дружить с ним, если узнают правду, хотя мы просто зависаем у него в комнате и нам здорово.

Райан, 13 лет.

...

Мне приходилось врать родителям, скрывать, что я гей. Это было очень тяжело, но больше я от них не скрываюсь. Прежде я думал, что они не примут меня таким, какой я есть, однако я признался и чувствую себя отлично. Мальчики и девочки нетрадиционной ориентации скрывают свои истинные чувства из страха непринятия.

Иэн, 17 лет.

ПРИЧИНА ЧЕТВЕРТАЯ: СВОБОДА И НЕЗАВИСИМОСТЬ.

...

Я говорю маме, будто иду гулять с друзьями – что, в принципе, правда, – а сам отрываюсь с теми, с кем она меня вряд ли отпустила бы. Не стану же я говорить, что мы набиваемся в машину толпой куда больше пяти человек или употребляем алкоголь! Фигушки я стану ей об этом рассказывать!

Кайл, 16 лет.

Мальчикам нужна свобода идти куда хочется, они верят, будто сами прекрасно могут оценить уровень опасности. В то же время родители убеждены, что они сделают это гораздо лучше сыновей. Например, маленькие мальчики совершенно спокойно лазят на крышу дома пострелять из водяного бластера по проезжающим мимо машинам. («Мам, все будет хорошо. Никто не пострадает».) При них ведь, и правда, никто не пострадал. Ваши опасения, что они упадут или спровоцируют автомобильную аварию, беспочвенны: вы не представляете, как умело мальчишки карабкаются по крышам и какие они меткие – стрелять они собираются вовсе не по машинам, а только рядом с ними.

Руководствуясь точно такой же логикой, ребята постарше, с водительскими правами – или у кого друзья за рулем, – не сообщают предкам, когда всемером набиваются в одну машину. Родители этого не одобряют – такое поведение нарушает закон во многих штатах, однако мальчики пренебрегают правилами и запретами, потому что, на их взгляд, им лучше знать, кто хорошо водит, а кто нет. И потом, они хотят свободы, подразумевающей самостоятельное вождение. Считают себя вправе оценивать, насколько опасна такая езда, в то время как вы не «не въезжаете в ситуацию». Для них ваши доводы безосновательны. Самое страшное при этом то, что мальчики считают ложь во имя свободы логически обоснованной, ведь они не хотят попусту вас беспокоить.

...

Парни врут, чтобы зря не тревожить родителей. Для кого-то это даже хороший поступок, ведь он помогает взрослым беречь нервы.

Билл, 15 лет.

...

Мне не нравится врать маме, поэтому если я косячу, то просто стараюсь с ней не пересекаться или не заговаривать на больную тему. Правда, иногда я все равно вру: если привожу гостей, пока мамы нет дома, или встречаюсь с кем-нибудь.

Винс, 16 лет.

Да, есть и другая причина для лжи – мальчики знают о возможных последствиях своих действий, но верят, что пронесет. Даже учитывая прежний опыт обмана, они скорее припомнят случаи, когда им за проделки ничего не было, нежели когда их уличили. Подростки считают себя неуязвимыми – по крайней мере, так любят утверждать взрослые. Не сомневаюсь в справедливости этого утверждения, однако прежде чем мы продолжим, взгляните в зеркало. Вы когда-нибудь писали эсэмэски за рулем? Садились за руль после бокала пива или вина, даже если в машине были дети? Я лишь хочу сказать, что подростки не единственные, кто отрицает возможность расплаты за свои проступки.

ПРИЧИНА ПЯТАЯ: УКРЫВАТЕЛЬСТВО.

...

Если мама после вечеринки спрашивает меня, кто чем занимался, не курил ли кто или не пил, я отвечаю так: «Не веришь мне – спроси у Дрю (мой друг, который нравится маме)». Дрю подтвердит любые мои слова.

Джордан, 15 лет.

...

Надо заранее обговаривать, как будем врать, но только с лучшими и близкими друзьями – они за меня и в огонь, и в воду.

Уилл, 16 лет.

Разберем случаи, когда мальчики лгут, дабы скрыть недостойное или незаконное поведение. Важно помнить: многие проводят границу между обманом и введением в заблуждение. Солгать вам – несомненно, постыдный и заслуживающий наказания поступок. Зато слукавить – момент спорный, поскольку за ваши возможные предположения ваш ребенок уже не отвечает.

ЧТО ТАКОЕ ХОРОШИЙ ЛГУН? • В каждом вранье всегда есть доля правды, которую отпрыск открывает, дабы оправдать свои действия. Поэтому ваш сын, если его поймать, нередко ведет себя очень уверенно. • Он распознаёт, кому и в какой степени можно соврать. Легко врать взрослому, если уличить его хотя бы в легком лицемерии. Такому взрослому труднее раскрыть юного вруна. И наоборот, сложно врать тому, кого уважаешь за прямоту. • Он перегружает вас деталями так, что к концу разговора вы сбиваетесь с толку. • Обращается к вам, когда вы к этому не готовы и/или устали. • Заручается поддержкой сообщников, чтобы те прикрыли его ложь. • Искреннее верит, что есть некая высшая цель, которая оправдывает вранье.• Если он злится на вас по некоей причине, ложь кажется ему оправданной.

...

Ложь – это акт гражданского неповиновения.

Ти-Джей, 17 лет.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не задавайте вопросов, провоцирующих ребенка на ложь. Вы имеете право знать, куда и с кем собирается сын, но ваши вопросы порой загоняют его в ловушку: ребенок может и не знать ответа заранее – вдруг ситуация изменится? Поэтому прежде чем поинтересоваться, куда он идет, спросите самих себя, какой смысл вы вкладываете в этот вопрос. Я (как, наверное, большинство родителей) просто хочу, чтобы мой ребенок был жив-здоров. И еще я не хочу, чтобы он вел себя как глупый несмышленыш.

СТРАТЕГИИ РАЗВЕДКИ.

...

У моей матери целая разведывательная сеть из подружек: я еще ничего не натворил, а мама уже обо всем знает.

Джей-Ди, 17 лет.

Можете назвать это системой поддержки тайных операций. Как только вы становитесь родителем, для вашего собственного умственного здоровья и безопасности ребенка критически важно получать нужные сведения от других взрослых. Я серьезно. Даже если вы очень хороший родитель, вам все равно требуются глаза и уши – для прикрытия. Самые лучшие агенты – те, кому нравятся ваши дети, кто знает, на что они способны (в хорошем и плохом смыслах), и кого ваши дети уважают, побаиваясь лезть на рожон.

Лучший способ создать сеть агентов – связаться с родителями друзей вашего сына. Если ребенок занимается спортом, в театральном кружке или кружке юного техника, познакомьтесь с родителями остальных участников (по правде сказать, у вас и выбора-то нет – все равно будете вместе наблюдать за своими отпрысками и подвозить их с приятелями на машине). Не обязательно заводить дружбу до гроба, необходимо просто знать, как в случае чего с ними связаться, а еще – без тени смущения признать, что у вас проблемы с ребенком. У каждого родителя в жизни случается ситуация, когда он не знает чего-то важного о своем чаде, и единственный способ это выяснить – спросить у других взрослых. К тому же чем сильнее ваш ребенок будет убежден, что вы тесно общаетесь с родителями его друзей, тем менее уверенно будет он врать. При первой же удобной возможности составьте перечень друзей сына и занесите номера сотовых их родителей в память телефона.

ВЫ СБЛИЖАЕТЕСЬ С НИМ С самого рождения дети изучают нас с единственной, главной целью – научиться нами манипулировать. Имея хоть каплю социальной грамотности, они вычисляют, как обхитрить нас, измотать или вообще обойти. Потому-то они зачастую так ловко нас обманывают.Будучи на волосок от провала, они сделают все, лишь бы сбить родителей со следа. Представьте такой образ: вы – армия захватчика – встали под стенами замка. Ваш сын – в крепости, защитники которой скорее умрут, чем позволят врагу заглянуть за стены. Вы устремляетесь на последний штурм, и вам на голову льется кипящее масло, затем падают огненные шары, летающие коровы, смоляные бомбы… Сын не погнушается использовать все наличные средства, даже вашу любовь к нему.

...

Мальчик: Почему ты не веришь мне?

Родитель: Еще как верю.

Мальчик: Вот и ладно. (Конец разговора; он выходит из комнаты или надевает наушники.).

Мальчик: Почему ты не доверяешь мне? Родитель: Я не то чтобы тебе не доверяю, просто хочу знать, что происходит.Мальчик: Теперь знаешь. (Выходит из комнаты или надевает наушники.).

Мальчик: Если я тебе вру, зачем тогда пытаюсь доказать, что говорю правду? Родитель: Чего ты так злишься, не понимаю?Мальчик: Я не злюсь. Это ты ведешь себя нелогично. (Достает телефон и строчит эсэмэску.).

...

Если мама готова раскусить меня, я ору и угрожающе надвигаюсь на нее. Причем намеренно: она меньше и слабее меня и постоянно пятится.

Шон, 16 лет.

Подобные разговоры происходят только между сыновьями и мамами; с отцами мальчики себе такого не позволяют. Если диалог с сыном происходит по одной из приведенных выше схем, то у вас серьезные проблемы: ребенок не уважает ваш авторитет, манипулирует вашими эмоциями, чтобы добиться своего. Он может любить вас, заботиться о вас, но при этом совершенно не уважать как старшего. Не воспринимать всерьез. Послушайте, что скажут мальчики:

...

Папу я никогда не обманываю, только маму – просто потому, что получается. Да, это неправильно, но раз уж срабатывает, то я и впредь буду врать.

Стив, 14 лет.

...

Когда тебя о чем-то спрашивает отец, это совсем другое дело. Отца я уважаю и «боюсь» больше. Если уж он берется со мной разговаривать, то свое получает, а если меня расспрашивает мама, то ей я могу дать отпор. С папой такое не прокатывает.

Алан, 16 лет.

...

Не знаю, о чем вы, парни. Я своей матери боюсь.

Эрик, 16 лет.

Как видно со слов Эрика, не всех мам можно обойти, и не все отцы действуют на сыновей, как сыворотка правды. Папы – это отдельный разговор. Мальчики признаются, что обычно получают от отцов такие рекомендации:

Не попадайся. Не подставляй меня. Не делай глупостей.

Сами посудите, чему учат детей отцы. Они словно говорят: «Делай что хочешь, только не попадайся. К черту запреты, не пойман – не вор». Собственно, так у детей и развивается гипертрофированное чувство, будто они могут избежать наказания за этически неприемлемые поступки, включая вранье эмоционально слабым матерям. Мириться с этим необязательно. Я покажу, как вернуть себе власть и аккуратно применять ее к сыну. Матерям советую осознать, что они могут любить своего сына, но при этом отстаивать свои позиции. Можно раскрыть ложь, неуважение, пренебрежение и попытки манипулировать вами и все равно поддерживать с ребенком добрые отношения. Папы, негоже пользоваться этой лазейкой: вы только собьете сына с толку, и он уже не станет тем достойным человеком, которого вы, по вашим же словам, пытаетесь из него вырастить.Обычно мы растим детей в паре с кем-то. Женаты вы или нет, парное воспитание детей требует совершенно иного подхода – в этом деле нужно выступать единым фронтом, поддерживать друг друга. Именно такие моменты закладывают основу моральных устоев, общего отношения мальчика к женщинам и чувства, что мир – это эмоционально безопасное место, в котором действуют определенные стандарты.

ВЫ ЕГО ПОЙМАЛИ. ЧТО ДАЛЬШЕ? Главное для мальчика – сохранить лицо. Если вы отчитываете сына при друзьях, он оскорбится и постарается показать, что имеет контроль над вами. Наедине с вами у него меньше шансов «соскочить с крючка». Напротив, тягостное ожидание – казнь сама по себе. Помните, как вас самого ловили «на горячем»? Зачастую самое страшное – сознавать, что попался, и ждать заслуженной кары.Если у вас действительно есть причины не доверять сыну, объясните их: опишите, какие поступки с его стороны вызывают подозрение, что вы чувствуете, чего ждете и как сын может вернуть ваше доверие. Помните, сын может рассказать не сразу и не обо всем. Дайте ему время и свободу. Если у него с вами проблемы или он хочет поделиться наболевшим, то, скорее всего, будет выдавать информацию чуть ли не по предложениям. Добравшись до места, где вы особенно не верите рассказу сына, изложите доводы:

...

Мне не по душе постоянно сомневаться в твоих словах, но ложью ты заставляешь меня лезть в твою жизнь. Я хочу тебе верить. Хочу уважать твое слово. И мне важно знать, что происходит, раз ты идешь на такие ухищрения.

Единственная ситуация, когда вы можете отчитать ребенка при посторонних – если он сговаривается с дружками обмануть вас. Покиньте комнату и позвоните другим родителям, но так, чтобы всем было слышно.

Не ждите легкого согласия на сотрудничество. Даже если вы все сделаете правильно, может выйти так, что сын все равно не откроется. Тогда лучше всего вернуться на исходные позиции. Приведу один из последних диалогов с моим старшим сыном, который – если его ловят на вранье – просто обожает спорить. Спорит он с жаром. Отец запретил ему играть в видеоигры и запер джойстики в шкафу. Не прошло и часа, как Илайджа достал джойстики и засел за игру, а потом соврал об этом. В наказание мы запретили ему играть на следующих выходных (в будни детям играть и вовсе не дозволяется). В пятницу вечером он привел в гости друзей, и они галдели в предвкушении игры. Услышав их разговор, я опрометью кинулась к Илайдже и напомнила о наказании. Минуты три спустя он вошел в кухню, готовый биться.

...

Илайджа: Мам… послушай… только выслушай меня.

Я: Что сказал отец? Тебе запрещено играть в видеоигры, так или не так?

Илайджа: Папа тогда сказал: «Пока нельзя играть». Я играл, потом выждал время.

Я: Я спросила: так или не так? Отец запретил тебе играть, а ты все равно играл, а потом еще пытался обмануть нас?

Илайджа: Мам, у нас были гости, я хотел быть вежливым.

Я: Ты не ответил на вопрос. Ты ослушался отца и после солгал об этом?

Илайджа: Ну ладно.

Сражение небольшое, но именно такие незначительные моменты определяют моменты крупные. Вы отстаиваете свои позиции, напоминая про ложь о запрете на видеоигры, и сын уже понимает: соврать о чем-то крупном будет столь же трудно. Сражайтесь упорно даже в мелких боях. А то, что я «победила» в тот раз, не значит, что Илайджа больше не обыграет меня.

И ВОТ ВЫ СОБРАЛИСЬ ОТЛУЧИТЬСЯ ИЗ ДОМУ НА ПАРУ ЧАСИКОВ… Стоит оставить детей без присмотра, как они слетают с катушек. Что если вы захотели выбраться на часик-другой в кино или поужинать в ресторане субботним вечером? Вы же не на все выходные из города уезжаете! Одни родители не боятся оставлять детей часа на три, другие опасаются, что дома начнется вакханалия. Давайте взглянем на картину со стороны. Чего вы боитесь? Что сын в ваше отсутствие будет заниматься сексом? Или устроит оргию для друзей? Напьется? Или позволит напиться друзьям, со всеми вытекающими последствиями? Что его гости украдут ценности или разгромят дом? Спросите себя, чего вы на самом деле боитесь – трагедии в доме или того, что сын остается без присмотра? Есть несколько способов справиться со старшим сыном, пока вас нет дома. Можно установить камеры; впрочем, каждый угол не возьмешь на мушку, да и ребенок почувствует, что его не уважают. Можете сказать, будто вернетесь в половине двенадцатого, а сами нагряньте домой в десять – и посмотрите, что вас ждет. Или немного схитрите, сказав: «Пока, дорогой, вернемся через некоторое время после фильма». Прелесть этого метода состоит в том, что вы не врете, но «тревожная кнопка» в мозгу у сына включается. Даже пригласив гостей, он не получит удовольствия от тусовки, напряженно ожидая вашего приезда. Есть ли у вас основания подставлять сына? Тут все неоднозначно. Конечно, тот факт, что он еще подросток, сам по себе служит достаточным основанием, однако попытка устроить ему внезапную проверку его оскорбит. О том, что сын пригласит друзей в ваше отсутствие, можно заранее узнать по некоторым признакам. К примеру: он состоит в спортивной команде, тренер которой постоянно напоминает, что «мальчикам надо перебеситься», и поддерживает в них подобный настрой; он стремится доказать свою полезность друзьям или товарищам по команде; хочет ублажить новых знакомых; он влюблен и сохнет по кому-то.Помните: вы – судья, присяжные и палач. Будьте справедливы, последовательны и не чурайтесь игр, в которые он, может статься, играет с вами.

ТАЙНЫЕ ВЫЛАЗКИ.

...

Почему мы тайно выбираемся из дома? Потому что три часа кряду играли в «Call of Duty», нанюхались корицы и ждали, кто первым проблюется, а потом одному из парней пришла эсэмэска от девчонки: мол, приходите. Само собой, мы придем.

Сэм, 16 лет.

В чем разница между ложью и тайными вылазками? Ложь – это обман на словах, а вылазка – обман в действии. Совершают ли мальчики тайные вылазки из дому? Еще бы! Потусить с девчонками, устроить вечеринку, разбить кому-нибудь окно, накупить снеков, алкоголя или раздобыть наркоты, ощутить, как кровь бурлит в жилах, не пропустить что-нибудь интересное и «все самое лучшее» – это ли не достаточные поводы для вылазки?

Когда вашему сыну исполнится 12–13 лет, четко обозначьте для него, что вы понимаете под вылазкой из дома, и пусть он повторит этот набор за вами, вслух, чтобы не было кривотолков. Иначе, поймав его на горячем, вы рискуете нарваться на ответное обвинение: мол, сами же неясно выразились, а теперь пытаетесь установить правила постфактум. Таким образом, сын собьет вас с толку и переведет тему разговора со своего проступка на ваши родительские недоработки.

ПОКА ЕЩЕ НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ…

...

Давай обговорим все заранее, на всякий пожарный. Если тебя подмывает смотаться, то запомни такие семейные правила (они не обязательно пригодятся, только ничему потом не удивляйся): едва решишь улизнуть из дому, ответственность за все, что случится во время вылазки, будет лежать на тебе, даже если ты напрямую ни в чем не участвовал. Если кто-то из твоих дружков испортит чужую собственность или причинит кому-то вред, я спрошу с тебя как с виновного. В конечном итоге решать тебе – просто знай, что тебя ждет.

Начнем с классического примера: сын отпрашивается к другу с ночевкой. В общем-то, он говорит правду: завершить ночные приключения он планирует в доме у друга. Правда, эти самые приключения подразумевают совместную с приятелем вылазку и тусовку у некой девочки. С точки зрения сына, вы должны гордиться его способностью принимать верные решения: он же идет ночевать к другу, потому что семейные правила запрещают кататься в машине с толпой приятелей! И не врет, потому что у друга все же переночует. И волки сыты, и овцы целы…

...

Если в доме есть питомцы – это жесть. Собаки лают, когда возвращаешься.

Рик, 15 лет.

Возможны различные ситуации: например, когда дети ускользают из вашего либо из чужого (если вы заночевали у кого-то всем семейством) дома или когда в ваш дом пробираются совершающие вылазку приятели сына. В каждом отдельном случае нужно заранее обговаривать правила. Последний случай – когда кто-то проникает к вам, – в особенности касается девочек. Если вы в час ночи спускаетесь на первый этаж, а там ваш сын «тусуется» с приятелями и еще тремя девчонками, очень вероятно, что девочки просто-напросто улизнули из дома одной из них, чтобы поразвлечься на вашей территории. Родители этих девочек тоже виноваты: они не в курсе ночных похождений дочек, точно так же как и вы остались бы в неведении, если бы мальчики покинули ваш дом и отправились к девчонкам.

Предлагаю такие подсказки к разговору с сыном: 1. Если ты говоришь, что идешь спать, а сам ждешь, пока я усну, чтобы потом выбраться из дому, то я расцениваю это как обман. 2. Если ты куда-то собрался, значит, иди именно туда. Если захотел в другое место – предупреди. 3. Не оправдывайся, мол, не позвонил, потому что не хотел меня будить. 4. Если к нам без моего дозволения придут твои приятели, которые к тому же без спросу улизнули из дому, – это тоже твоя вина. И если – точнее когда – я узнаю об этом, то сразу обзвоню их родителей.

Некоторым родителям несказанно везет – их сын учится на чужих ошибках. Или на своих – точнее, на своей. Если вашему сыну хватает одной ошибки, чтобы впредь ее больше не повторять, считайте себя счастливчиком. Другие же дети продолжают раз за разом наступать на одни и те же грабли. Родителям трудно не злиться на них и не отчаиваться. Такие дети выводят старших из себя. Впрочем, ваша основная цель – не допустить войны характеров; тогда ребенок станет еще более дерзким и может намеренно навредить себе, лишь бы доказать, что у вас над ним власти нет. Я знаю много примеров, когда подобное происходило в семьях с девочками, но такое случается и с мальчиками. Так что можете попробовать и такой подход:

ЕСЛИ ВЫ УЛИЧИЛИ СЫНА…

...

Я знаю, ты тайком сбегаешь из дома, и нам обоим понятно, что ты, в принципе, держишь все под контролем. Признаваться мне или нет – решать тебе. Ты искажаешь правду, когда отпрашиваешься. Придется тщательнее обдумывать твои слова, а мне этого не хочется. Придется перечитывать твои эсэмэски [с этим мы разберемся в главе, посвященной социальным сетям], обзванивать родителей твоих друзей, едва ты ступишь за порог – этого мне тоже не хочется, но ты не оставляешь выбора. Может, разберемся, куда ты на самом деле идешь?

Одно могу сказать наверняка: какой бы подход вы ни выбрали, вас неизбежно ждут моменты, когда сын по-настоящему разозлится. И на этот случай надо знать, как действовать.

6. Ярость против системы.

...

Он взял и послал меня подальше. Дэн, я не хочу ссоры.

Мэри.

...

Надоело все время ссориться.

Сюзан.

...

Он будто не умел испытывать других эмоций: грусть, расстройство – все у него переходило в злость.

Джулия.

Случались ли у вашего сына в детстве припадки гнева? Помните, как он швырялся игрушками? Как приходилось запирать его в спальне, а потом, когда вы приходили его навестить, он лежал на полу и спокойно себе спал? Просыпался весь в поту и смущенный, а вы его обнимали, забыв о припадке (по крайней мере до следующего приступа гнева)?

Приступы гнева в подростковом возрасте, в принципе, не отличаются от приступов ярости двухлетнего ребенка. Общество не принимает истерик пятнадцатилетнего, но признает матерщину, битье окон и нападки на людей, по крайней мере, пока подросток не разошелся всерьез и его поведение не требует наказания серьезней домашнего ареста. Чем старше становятся мальчики, тем сложнее и откровенно страшнее противостоять их ярости. Расстановка сил меняется – и не в нашу пользу. Совсем другое дело, когда бывший двухлетка весит уже под восемьдесят кило, смотрит презрительно, орет, бранится, а вы пытаетесь удержать его – лишь бы не раскрошил кулаком стену.

В нас говорит прежний опыт ссор, когда мы злимся на кого-то или когда злятся на нас. По-моему, семейные ссоры родителей с детьми в этом плане самый тяжелый опыт. То, как нас учили относиться к гневу, порой мешает. Да, женщины имеют право злиться и ругаться, однако многих сдерживает воспитание. Глубоко в душе мы храним опыт ссор с мужчинами, который не дает честно выражать негативные эмоции. Мы учимся подавлять в себе чувства и добиваться своего окольными путями. Культурные традиции заставляют женщин верить, будто признание и прямое выражение собственного гнева станет для них концом отношений. По этим двум причинам матери боятся сыновей, которых так сильно любят.

Если вы – мать или учительница, то самое лучшее, что вы можете сделать для себя и дорогих вам детей – это развить в себе способность выражать гнев, сохраняя тем не менее достоинство и спокойно, уверенно отстаивая свой авторитет. Мамы, честное слово, можно быть тверже с детьми и в то же время поддерживать с ними близкую эмоциональную связь. Если вы любите кого-то беззаветно, это вовсе не значит, что о вас можно вытирать ноги.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Хоть у вас и есть все права на проявление эмоций, лить слезы при детях не лучший способ поддержать свой авторитет. Они вас не пожалеют, а, напротив, сочтут слабой. Дети негодуют, потому что им кажется, будто вы ими манипулируете. Отстояв свой авторитет, лучше запритесь у себя в комнате и там поплачьте вволю.

Не легче обстоят дела с багажом гнева и у пап. Конечно, некоторые мальчики вырастают крупнее и сильнее отцов – характер конфликтов между ними и расстановка сил меняются. Впрочем, эта расстановка сил не изменялась бы столь кардинально, если бы на отцов и сыновей не действовали в полную силу негласные правила гнева. Многие мужчины, которые сейчас воспитывают сыновей или обучают мальчиков, имеют перед глазами пример собственных отцов – те в свою очередь, в гневе становились эмоционально отстраненными или вымещали злобу на детях. Большинство нынешних пап страстно жаждет больше любви, эмоциональной близости с собственными сыновьями. Однако, как и в случае с матерями, если они не поразмыслят над тем, как выражать свой гнев и особенно – как реагировать в конфликтных ситуациях, то создадут для детей среду, в которой сами же и росли.

ПРАВИЛА ГНЕВА В МИРЕ МАЛЬЧИКОВ Вспомним Бэтмена. Как он выражает гнев – либо молчит (хмурится), либо кидается на врага (уничтожая или подавляя его). В реальной жизни это не сработает: нельзя поколачивать друзей и членов семьи. Что делать? Вот как разрешают переживать гнев мальчикам (и многим взрослым) правила СЦМС:

• Страдать молча. • Твердить себе, что проблема не стоит внимания и разрешится сама по себе, магическим способом: «Стоит ли волноваться! У меня все отлично». • Рассмеяться проблеме «в лицо», убедить себя, что все происходящее не более чем забавно, так что не надо напрягаться в попытках что-либо исправить. • Игнорировать обидчика и не признавать, что злишься. • Словесно унизить обидчика. • Начать задирать обидчика, зная при этом, что в драку его не пустят друзья, поэтому за свои слова отвечать не придется. • Выместить злобу на том, кто не сумеет дать отпор. • Напиться и/или принять наркотики, чтобы заглушить чувства.• Копить злобу, пока она не прорвется наружу.

Вот что обычно родители говорят, если их сын злится: Забей, все будет хорошо. Словесная грязь не грязь из ведра, можно и стерпеть. Мальчикам надо перебеситься. Это же все не по-настоящему. Так уж его воспитали. Было бы из-за чего злиться.

Ни одна из приведенных выше фраз не научит мальчика (да и никого из нас) выражать гнев так, чтобы потом полегчало, да и вообще к делу не относится. Говорить нужно по существу.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Как вы сами выражаете гнев в присутствии сына?

КТО-НИБУДЬ ВООБЩЕ ЗАБЫВАЕТ ШКОЛЬНЫЕ ОБИДЫ?

Этот вопрос чаще всего обсуждают женщины, как будто кроме них, больше никто в школу и не ходил. Однако он в равной степени относится и к мальчикам с мужчинами. Подумайте о знакомом юноше (отце) и том, как он разрешает конфликтные ситуации. На мой взгляд, одним из признаков зрелости – неважно, в каком возрасте – является умение спокойно разговаривать, когда тебе что-то не по нраву, достойно обращаясь с окружающими. Замечали ли вы, что большинство мальчиков по возможности избегают конфликтов? И как среди них выделяются здоровенные придурки, которых все ненавидят, но боятся им возразить? У вас случались ситуации, когда приходилось говорить с кем-то, сдерживая гнев, а ваш супруг в это время прятался за цветком в углу комнаты или бессильно пожимал плечами: мол, не знаю, что нашло на мою жену?

Почему мальчики так поступают? Чаще всего мужчины оправдываются: «Оно того не стоит», или: «Мало ли, как он отреагирует!». Давайте честно признаем: шанс, что один родитель в ходе беседы станет угрожать другому или покалечит его, ничтожно мал. Подлинная причина, по которой мужчины не вступают в конфликт – их тоже вырастили в Мире мальчиков, где единственный выход в конфликтной ситуации – либо игнорировать обидчика, либо физически подавить его. А раз вариант с подавлением не прокатит (да и не всякому он по плечу), остается молча терпеть. К тому же в этом случае мужчину ждет бонус: если рядом присутствует супруга, можно умыть руки и разрешить ей самой со всем разобраться.

СПОР: КАК ПЕРЕНАПРАВИТЬ НЕГАТИВНЫЕ ЧУВСТВА В КОНСТРУКТИВНОЕ РУСЛО Всем надо уметь направлять гнев в нужное русло. СПОР (Сценарий и Подготовка к Обязательному Разговору) – это метод перенаправления негативных эмоций, когда вы с кем-то ссоритесь или о ком-то беспокоитесь. Неважно, какого вы возраста и пола и с кем имеете дело – с тренером, учителем, директором, собственным сыном или разгневанным посторонним мальчишкой. Эта техника позволяет подобрать нужные слова и найти подход к собеседнику. Я покажу, как применять ее в конфликтах и помогать сыну решать проблемы. Глубже эта тема рассмотрена в «Руководстве», однако если ваш сын не читал его, можете показать ему приведенный здесь совет.Свои переживания в гневе мальчики описывают так: будто у них в груди большой камень, будто они вот-вот взорвутся или их вырвет.

...

В голове одна мысль: «Мам, роди меня обратно», но это бред, поэтому притворяешься, что все хорошо. Приходишь домой, и тебе хочется одного: запереться в комнате и уснуть.

Уилл, 15 лет.

Подобные чувства никому и даром не нужны, поэтому естественно, что вы или ваш сын хотите от них избавиться. Вопрос – как? Я научу вас спокойно обдумывать именно то, что вас гнетет, определять, насколько все серьезно, общаться с другим человеком (людьми), который вызывает в вас негативные чувства, и заставить его (их) воспринимать вас всерьез. Эту четырехступенчатую методику можно использовать как с врагами, так и с друзьями, если расстроитесь из-за сына, разозлитесь на него или будете помогать ему решать проблемы. Если он захочет и позволит – познакомьте с этой методикой и его. Заключается она в следующем:

УСПОКОИТЬСЯ и СОРИЕНТИРОВАТЬСЯ, подышать, посмотреть, послушать и подумать: на чем выстроить конфронтацию? Надо ли объясняться на людях или с глазу на глаз? ОБЪЯСНИТЬ: что вам не нравится или что вас беспокоит? Чего вы хотите? (Это может быть очевидным, но важно все высказать.) ПОДТВЕРДИТЬ и ПРИЗНАТЬ свое (или чье-либо) право на достойное обращение, собственный вклад в проблему (будь то подавление своих чувств или недостойное обращение с другим человеком).ЗАКРЫТЬ тему. Закончить общение или взять перерыв в отношениях с обидчиком. Решить, стоит ли продолжать эти самые отношения, и если да – то на каких условиях.

Будет нелегко. Мальчиков я предупреждаю: вы можете чувствовать себя на сто процентов паршиво, однако ничто, даже моя методика, не поможет снизить этот процент до нуля мгновенно. Зато, если постараться, можно уменьшить накал. Но позже, как только немного остынете, ситуация покажется не такой уж и безнадежной, возрастет уверенность в себе. Методика подразумевает постоянное осознание того факта, что люди скорее всего уйдут в оборону и попытаются манипулировать вашими чувствами, погрузить вас в еще большее отчаяние и гнев, так что вы еще пожалеете, что заговорили с ними. Такой «отпор» естественен, и его следует ожидать. Используя мой метод, нужно постоянно думать, какой может быть отпор, как вас попытаются сбить с толку, и подготовиться к ответу. Успех состоит не в том, чтобы заставить другого согласиться с вами или просить у вас прощения. Суть в том, чтобы применять социальную грамотность, причем вести себя и обращаться с окружающими надлежит только и только с достоинством (пускай даже ваш собеседник этого не заслуживает), и добиться конечной цели – полного и окончательного контроля над собой и ситуацией. Соль метода не в том, чтобы вести себя мило, «не молчать» или употреблять «Я-сообщения». Соль – в разработке и применении стратегии поведения в конфликтной ситуации, дабы высказаться, обозначить границы и сохранить собственное достоинство. Помните Уилла, паренька, который признавался, что недоволен родным отцом? Я встретилась с ним после вечерней презентации проекта в их школе. Он подошел ко мне с вопросом: как ему заставить отца его слушать? Двадцать минут мы с Уиллом и еще двумя старшеклассниками обговаривали методику. Определили, что принципиально важен первый этап, поскольку тщетно пытаться достучаться до отца в разгар спора. Важно собраться с духом, пока отец еще пребывает в спокойном состоянии. Уилл сказал, что отец расслаблен, когда смотрит телевизор, поэтому мы решили, что «успокоиться и сориентироваться» лучше во время рекламы: выключив звук «ящика», Уилл получит около трех минут на диалог. Затем мы представили, как отец отреагирует на обращение сына и как попытается сбить его с курса. Через несколько дней Уилл отписался: «Ваши рекомендации очень помогли».Это значило, что неделя прожита не зря. Я бы хотела показать фото Уилла, но хватит и устного описания: он крупный парень, и отец у него, наверное, того же сложения. Совершенно ясно: если уж паренек выждал несколько часов ради того, чтобы спросить, как ему наладить отношения с отцом, он дорожит этими самыми отношениями. Вместо того чтобы мариновать воспоминания о противоборстве с папой, Уилл поразмыслил над своей ролью в конфликте, разработал план действий и рискнул открыто поговорить с родителем, выслушать его.

7. Ваш тип родителя.

Даже самого хладнокровного из нас воспитание ребенка может свести с ума. Вы ловите себя на том, что делаете то, чего зареклись никогда не делать, а потом убеждаетесь, что и другие родители занимаются тем же самым. Об этом я много писала в других книгах; сейчас достаточно будет сказать: подобно правилам СЦМС у мальчиков, у мам и пап есть собственные критерии, определяющие «хороших» и «плохих» родителей. Нам постоянно твердят, что можно и чего нельзя делать. Так и с ума сойти недолго! Нас будто разрывают на части: с одной стороны – давление общества, которое диктует, что чувствовать и делать, а с другой – наши собственные эмоции и желания. В итоге мы вдаемся в такие крайности, становимся такими категоричными, что вредим себе и окружающим. По ходу дела занимаем такие позиции – я опишу их ниже, – что уже не можем позволить ни себе, ни другим расслабиться.

Читая этот раздел, легко впасть в искушение оценить не себя, а других знакомых родителей. Конечно, если вы хотите найти подход к родителю, у которого проблемы, то важно уметь его классифицировать, однако не забывайте смотреть в зеркало и на себя.

Человек иногда соответствует одновременно нескольким категориям – в зависимости от жизненных обстоятельств и личности своего ребенка. Он может проявлять одни черты в отношениях со старшим ребенком и совсем другие – в отношениях со средним или младшим. Каждая категория подразумевает как плюсы, так и минусы. Я рекомендую вам позволить своему сыну прочесть эту главу и высказать собственное мнение. Да, верно, ему дается право критиковать вашу манеру воспитания. Да, ему может попасть вожжа под хвост, и пойдут придирки. Если такое случится, то расслабьтесь и искренне попросите его: «Грубить не надо, но если ты, и правда, думаешь обо мне так, то продолжай». Есть неплохие шансы, что сын откроется. Это – наилучший способ трансформировать беседу с ним в продуктивный диалог. Помните: вы читаете эту книгу, потому что хотите понять, как на самом деле ваш ребенок видит мир. Будьте готовы измениться после того, что услышите!

Ниже приведены категории-личности, с которыми чаще всего имеют дело опрошенные мной мальчики. Это не только их собственные родители, но и родители их друзей и просто знакомых ребят.

ВЕРЯЩИЙ Самый верный способ определить такого родителя – послушать, как он рассказывает о своем сыне. Он словно воочию видел все, что происходило с ребенком. И совсем неважно, что в это время он был на работе или дома, за многие мили от места происшествия. У каждого есть право на собственный взгляд, однако если Верящий не учитывает других версий события, случаются три вещи: 1) он так и не узнает, что же произошло на самом деле; 2) услышав альтернативную версию, он приходит в замешательство, потому что свидетель (например, чужой ребенок) выставил его дураком; 3) замешательство выливается в агрессивное отрицание, глухую оборону, и он убеждает себя, что свидетель неправ и/или сошел с ума.

...

Меня вымораживают родители, которые защищают детей, даже если делать этого не должны. Они ведь не поддерживают ребенка, они просто ленивые: отрицать, что твой сын – гопник или врун, проще всего.

Майкл, 14 лет.

• Такой человек…

• Всегда позволяет сыну «отмазаться» от наказания за проступок.

• Пытается свалить вину своего ребенка на посторонних.

• Не любит разбираться в проблемах.

МЕДВЕДЬ Защищать родного ребенка – естественно, это инстинкт, однако мама– и папа-Мишки порой с этим перебарщивают. У них зачастую есть любимчики среди других родителей, учителей, тренеров и школьных администраторов, зато все остальные – неучи и враги ребенка. Когда его кто-то критикует, они тут же яростно обнажают когти. Очень редко кто из взрослых пеняет им на такое поведение (тогда как мама– и папа-Мишки вольны диктовать политику, которая влияет на детей). Прикрываясь правом на защиту своего ребенка, они кидаются в бой, даже не давая ему самостоятельно оправдаться или ответить за недостойное поведение. Поэтому у Медведя сын либо социально неграмотный, либо же знает: дурное обращение с окружающими всегда сойдет ему с рук – родители вступятся.

...

Обычно, если мать вступается за сыночка, к нему потом и подходить-то стремно. Парни не любят, когда мамаши решают за них проблемы, никому неохота прослыть маменькиным сынком.

Эндрю, 16 лет.

Такой человек…

• Любит заявлять: «Пересекся с моим сыном – считай, пересекся со мной».

• Верит, что даже если его ребенок поступил неверно, он просто защищался, и наказывать надо «подлинного агрессора».

• Подливает масла в огонь, втягивая других людей в петиции, бойкоты, альтернативные танцы или партии.

ДИКТАТОР Уверен, что вправе контролировать жизнь сына, что априори заслуживает безусловного уважения (независимо от того, как сам поступает с окружающими), что эффективное воспитание строится на полном подчинении детей своей воле и что отпрыски, дающие отпор родителям, – результат пагубных последствий современной «мягкой» культуры, которая призывает дружить с детьми. Ничего более далекого от истины быть не может: подобный стиль воспитания всегда, в любом поколении, приводил к одному и тому же результату. Дети диктатора вырастают злыми, одновременно нуждаясь в его поддержке и отчаянно мечтая избавиться от его тирании. Диктатор верит, будто девиз «Скажи “Нет!” наркотикам/алкоголю/сексу» работает. Из-за категоричного настроя родителей сын убежден, что лучшая стратегия – действовать тайком, прятать улики и не просить о помощи в трудной ситуации.

...

Мои самые безбашенные друзья как раз из таких семей: они чаще других употребляют наркотики и пьют. Ненавидят своих предков.

Карсон, 16 лет.

...

Диктатор готов принять за «нарика» любого лохматого пацана.

Энтони, 15 лет.

Такой человек…

• Автоматически начинает относиться с недоверием к друзьям сына или их родителям, если те неряшливы или придерживаются иного взгляда на воспитание.

• Известны крайние случаи, когда он выпытывает всю подноготную приятелей сына и их семей.

• Верит тем, кто разделяет его взгляд на воспитание и выглядит опрятно.

• Допрашивает сына, кто и чем (не) занимался на общественных мероприятиях; его предвзятость вынуждает детей лгать.

«МАЛЬЧИКАМ НАДО ПЕРЕБЕСИТЬСЯ!» На первый взгляд это веселый и общительный человек. Он обожает, когда дома толпы мальчишек, с ним приятно поболтать. Если сын (или его приятели) напортачили, такой родитель не отнесется к проблеме серьезно, ведь «мальчикам надо перебеситься». Он цепляется за это объяснение, особенно когда сын намеренно причинил вред или оскорбил кого-то.Такие родители могут прикрываться философией типа: «Пусть мальчики сами со всем разбираются». Казалось бы, правильный подход: ребенок должен научиться социальной грамотности и развить в себе адекватную самооценку, решать проблемы самостоятельно и не прятать голову в песок в трудных ситуациях, например когда его третируют. Однако такой подход таит подводные камни:

1. Зачастую такие родители забывают свои принципы, стоит ребенку оказаться в роли жертвы. 2. Они не участвуют в жизни ребенка, то есть не оказывают моральной поддержки, когда сыну приходится вслепую искать путь в социальных дебрях.

«Участие в жизни ребенка» такие родители понимают исключительно как удел зануд, «свечкодержателей», над которыми они любят подшутить. Однако нам всем следует осознать: если мы хотим разумно и дозированно участвовать в жизни ребенка, следует постоянно следить за ним из-за кулис, вовремя задавать нужные вопросы и знать о происходящем ровно столько, чтобы вовремя привлечь сына к ответственности.

Такой человек… • Никогда всерьез не наказывает сына. • Постоянно рассказывает приятелям сына, какие глупости совершает его отпрыск. • В разговоре с сыном употребляет спортивные метафоры типа «Выкладывайся на все сто!». • Любит казаться более «здравомыслящим», чем другие родители. • Поддерживает тренера, который изводит детей, до тех пор пока команда выигрывает. • Любит говорить лозунгами: «Нам всем надо пройти через это», или: «Что заставляет нас стать сильнее, то делает нас лучше». • Любит перемывать косточки другим родителям, мол, все они зануды и «контролеры».• Подталкивает детей к тому, чтобы они играли в «правильные» игры вроде футбола, хоккея и лакросса.

ТРЯПКА Дети Тряпки – единственные, кто жалеет о том, что им достался такой родитель. Дети Тряпки предоставлены сами себе: совершают ошибки почти без какой-либо реакции со стороны родителей. Сыновьям не за что их уважать – даже если этого отчаянно хочется. Именно о таких родителях другие взрослые говорят: они стремятся быть друзьями своим детям. О Тряпке сложился такой стереотип: это мать, которая пытается спорить с сыном, но в итоге, истощив запас сил, просто пожимает плечами/нервно смеется и отступает. Позвольте же расширить ваш кругозор: отцы тоже могут быть Тряпками. Вспомните папаш, которые боятся на чем-либо настаивать, потому что хотят казаться «своими в доску». Сюда же можно отнести родителя, практически не участвующего в воспитании из-за частых командировок, задержек на работе и/или развода. Тряпки совершенно логично испытывают чувство вины, желание быть «милыми и понимающими», в силу чего начинают искать способы втереться в доверие к ребенку – а тот вовсе не прочь воспользоваться этим в корыстных целях. Тряпка не желает ссориться с ребенком, боясь испортить отношения. Не в силах посвящать детям достаточное количество времени, он старается сделать приятным каждое проведенное с ними мгновение, а лучший способ сделать это – всегда занимать сторону ребенка.Тряпка может искать правильную линию поведения, но в силу усталости после работы или других причин ему не удается создать необходимую атмосферу. Самая большая его проблема – непоследовательность. Тряпки создают правила и сами же про них забывают, потому что отвлекаются или слишком устают, чтобы поддерживать дисциплину. Нарушив установленное правило, сын может воспользоваться родительским чувством вины и незащищенности и перевести разговор с темы своего дурного поведения на тему слабого воспитания.

Такой человек… • Теряется, столкнувшись с гневом сына. • Испытывает вину из-за задержек на работе, частых разъездов и того, что он не авторитетный родитель. • Не желает признавать, что его же действия вызывают неуважительное отношение со стороны сына.• Успокаивает себя тем, что все живы и здоровы, а значит, не такой уж он и плохой родитель.

«НИКАКИХ ОПРАВДАНИЙ!» У этих родителей есть определенные положительные качества: они требуют от детей полного соответствия высоким моральным стандартам и личной ответственности. Словом и делом демонстрируют сыну, что он должен подниматься на ноги, сколько бы раз его ни опрокидывали. В таких условиях из мальчиков вырастают «как-бы-респектабельные» мужчины: они подчеркнуто уважительны к окружающим и соблюдают требуемые правила. Впрочем, за этим радужным фасадом скрываются серьезные комплексы. Не принимающие оправданий родители склонны занижать сложность социальных проблем и страха, который их дети перед этими проблемами испытывают. У них на все один ответ: «Ты ведь знаешь разницу между хорошим и плохим» или: «Мы же тебя воспитали, вот и думай, как быть». Однако ни один из этих ответов не помогает решить проблему. Воспитанный в таком духе ребенок может не захотеть вовремя обратиться за помощью или даже не признаться себе, что боится, грустит, чего-то не может или чувствует себя ненужным. Будучи не в состоянии решить задачу, стыдится. Стыд – очень мощное переживание; мальчикам от него становится настолько плохо, что они ступают на путь саморазрушения и/или отдаляются от семьи (ведь они «подвели» родителей).Сыну внушается, будто несовершенство, страх, чувство незащищенности, подавленность и беспомощность могут быть свойственны другим, но ни в коем случае не ему. Мальчик вырастает в мужчину, который боится обратиться за помощью или просто не знает, как это сделать. Если к такому стилю воспитания добавить природное неумение и нежелание многих мальчиков просить о помощи, то в результате ребенок может оказаться в ситуации, которая ему совершенно не по зубам.

...

Это все про меня: совершаешь ошибку и дальше идти уже тяжело.

Бен, 18 лет.

...

Родители упрекают меня: «Как ты мог так поступить? Мы думали, ты выше этого».

Коул, 17 лет.

Такой родитель…

• Способен усугубить уже имеющийся у ребенка стресс.

• Уверен, что сор из избы не выносят.

• Озабочен репутацией и положением в обществе.

• Может происходить из «островного» сообщества, которое выделяет себя среди других.

• Поражается, если ребенок ошибся или попал в серьезные неприятности.

НЕ ПРИЗНАЮЩИЙ ЛИЧНОГО ПРОСТРАНСТВА На другом конце спектра – те, кто любят смущать окружающих и не признают личного пространства ребенка. Такие родители убеждены, что все (включая тех, кому не посчастливилось заглянуть к ним на ужин, или просто случайных прохожих) обязаны быть в курсе семейных дел. Даже если – или скорее именно потому что – это подразумевает раскрытие наиболее неловких и унизительных подробностей.Подростки зачастую приходят в ужас, когда родители выдают первому встречному любую информацию о них, и обвиняют старших в неуважении личного пространства. Есть разница между разглашением фактов и откровениями о недавнем разрыве сына с подружкой, очередном признаке полового созревания или интимных проблемах со здоровьем. Поскольку не признающий личного пространства родитель производит впечатление человека, для которого жизнь сына – шутка, то ребенок убежден, что родитель не станет его слушать или не сумеет помочь решить серьезную проблему.

Такой человек… • Отмахивается или смеется над просьбами сына перестать рассказывать о нем всем подряд. • Отмахивается, если ребенок злится: мол, не принимай это так близко к сердцу, я же просто шучу, не будь таким неженкой. Отказывается признавать, что его поведение причиняет ребенку страдания.• Отказывается обсуждать свое поведение или признавать его ошибочным.

НЕ ЗАДАЮЩИЙ ВОПРОСОВ По негласному договору сын не рассказывает родителям о своей жизни, а те ни о чем не спрашивают. Родители не продумывают и не репетируют в уме определенные ситуации и поэтому оказываются не готовы к ним в реальной жизни. Некоторые мальчики знают о таком настрое родителей и пользуются им в корыстных целях: если сын вдруг приводит домой подружку и сразу же уединяется с ней у себя в комнате, родители ни о чем не спрашивают. Мальчики пользуются нежеланием родителей разговаривать на серьезные темы, чтобы скрывать то, чего старшие не одобрили бы. Отсюда и приятные, но бессодержательные беседы за ужином, которые становятся единственной формой общения повзрослевшего сына с родителями.

Такой человек… • Не замечает, если сын под воздействием наркотиков. • Не замечает, если сын пьян. • Не замечает, что сын – гей. • Не проверяет, как у сына обстоят дела в школе.• Склонен делать заявления, благодаря которым выглядит еще более несведущим. Например, комментарии вроде: «Как я рад, что сынок у нас нормальный, не то что остальные, наркоманы».

ЧЕСТОЛЮБЕЦ Искатели славы слишком сильно зацикливаются на успехах сына в спорте, учебе или внеклассных занятиях. Конечно, интерес к обучению ребенка и его увлечениям – это не всегда плохо, однако Честолюбцы только и гордятся, что его достижениями. Прочие родители за глаза осуждают Честолюбца. Сыну приходится краснеть за эмоциональные всплески родителя и часто извиняться перед друзьями – им Честолюбец тоже не по нраву, они жалеют приятеля [8] .Много лет назад один отец признался, что, будучи помощником тренера команды сына, он любил снимать на камеру тренировки – без звука. Как-то раз он забыл отключить запись звука и, просмотрев пленку, ужаснулся тому, как орет на мальчиков. Устыдившись, он зарекся вести занятия подобным образом. Вспоминая эту историю, я продолжаю надеяться, что, увидев себя со стороны, Честолюбцы поймут, насколько подобное воспитание болезненно для детей и непродуктивно.

Такой человек… • Оправдывает свое поведение – якобы он подталкивает сына к лучшей судьбе.• Сорвавшись, может прилюдно унизить своего и даже чужого ребенка.

• Не принимает во внимание возражения супруга (-и).

• Очень редко или практически никогда не задумывается над тем, как его стиль воспитания заставляет сына ненавидеть любимое занятие, или же прививает ребенку чувство, будто без этого занятия он – ничто.

ЕСТЬ ЛИ СВЯЗЬ МЕЖДУ СТИЛЕМ ВОСПИТАНИЯ И ПОЛОМ РОДИТЕЛЯ? Если верить мальчикам, то есть. Перечисленные выше стили воспитания – сами по себе не подарок, но дальнейшее смущает меня еще больше, потому что мне не нравится оценивать родителей по половому признаку. Впрочем, из песни слова не выкинешь.

ПАПА-БРАТАН Такой папа из кожи вон лезет, лишь бы понравиться сыну и его приятелям. Любит подслушивать их разговоры и встревать с пошлыми шуточками или замечаниями по поводу женщин (или знакомых девчонок). Когда, наконец, сын справедливо возмущается и просит папу замолчать и уйти, он отмахивается, мол, не будь неженкой – но при этом не учитывает, что его ребенок пытается разграничить свою территорию и территорию родителей. С таким папой хорошо тайком покупать пиво или проносить в дом еще какую «контрабанду», ведь отец убежден: если уж ребенок намерен напиться или накуриться, то пусть лучше отрывается под присмотром. Я еще не встречала мальчика, который по-настоящему уважал бы такого отца – им легко манипулировать, его можно унизить в присутствии друзей. Стоит родителю ступить на эту скользкую дорожку, и назад, к сыновнему уважению, вернуться почти невозможно. Сыну нужен отец, а не друг с паспортом; ваша связь с ребенком глубока и уникальна, стать ему лучшим другом вы сможете, когда сын сам остепенится.

Такой человек… • Употребляет молодежный сленг, отчего выглядит глупо. • Постоянно напоминает сыну, чтобы почаще приводил гостей. • Подначивает сына устраивать тусовки и побольше общаться с людьми.• Пытается решать за сына, что «клево», а что – нет.

...

Отец постоянно выделывается перед моими друзьями. Как-то сидели мы в подвале и обсуждали одну девчонку. Отец, наверное, подслушал нас: спускается и давай нам что-то про секс задвигать. Тут он вообще все границы перешел.

Майкл, 15 лет.

...

Я одного такого папашу знаю: косит под негра из гетто, думает, это прикольно.

Дилан, 16 лет.

МАМА-ПОДРУЖКА.

Я только «за», если мамы следят за собой, но есть огромная разница между тем, чтобы носить модные джинсы по фигуре и заявляться на спортивное мероприятие в мини-юбке и облегающей майке с названием команды сына или изображением их талисмана. Я была на многих играх, где мне с пеной у рта приходилось объяснять разницу между мамами и девочками. Мама-подружка – женский вариант Папы-братана; она разве что не откалывает пошлых шуточек в присутствии мальчиков, а сама над ними смеется.

Не заблуждайтесь, даже семиклассники определяют некоторых мамочек как «секси». Над их сыновьями в школе издеваются; в средних и старших классах школьники-акселераты могут всерьез флиртовать с такими мамочками. Для обычных мам это возмутительно, зато Мамы-подружки обожают внимание и запросто могут затесаться в компанию подвыпивших или принявших наркотики мальчиков.

Такая женщина… • Со спины выглядит как сверстница сына. • Смеется, если приятель сына в шутку говорит, какая она «секси». • Смотрит сквозь пальцы на проделки сына. • Если у сына симпатичная девушка, мамочка набивается к ней в лучшие подруги.• Увязывается за сыном на вечеринки, чтобы посплетничать со старшими о детях и других родителях.

...

Я как-то встречался с девчонкой, которая мне нравилась, зато ее мамаша меня вымораживала: вся из себя такая секси-шмекси, делала комплименты моему телу и говорила, типа, будь она сама подростком, то пошла бы со мной на свидание. Я разбираться не хотел, поэтому с девчонкой расстался.

Райли, 18 лет.

СТОРОЖ.

...

«Не кидайся камнями!», «Положи банан/карандаш/трубу – это тебе не игрушечный пистолет!», «Не тыкай в людей палкой!», «Плюшевые игрушки – это тебе не солдатики!».

Кидаться, пинаться, играть в войнушки – не преступление, не жестокость, которую надо сразу же пресекать; мальчик – вопреки страхам родителя – не обязательно вырастет живодером или сексистом. Однако любые проявления типичного мужского поведения с его стороны для Сторожа – антиобщественны и неприемлемы. Сами подумайте: какая связь между мальчиком, который любит выстроить у себя в комнате армию из пятисот игрушечных солдатиков и мысленно разыграть ожесточенный бой со взрывами и грохотом, и парнем, который говорит девушке: «Слышь, иди состряпай мне сэндвич!», когда хочет заткнуть ей рот? Да никакой! Мы должны хоть сколько-нибудь доверять мальчикам. Если мать не позволяет сыну играть с водяным пистолетом, беседует с ним и приучает к тому, что надо уважать женщин, мальчик это запомнит и усвоит. Единственное, чего такая мать порой не замечает, так это собственной предубежденности, будто у сына дурная порода.

К несчастью, подобная манера воспитания порой распространяется на всю школу, а это столь же контрпродуктивно, как и манера воспитания типа «мальчикам надо перебеситься». До того, как у меня родились сыновья, я не замечала, как «сторожничество» распространено среди родителей и педагогов, считающих себя прогрессивными. При мне эти люди активно демонстрировали поддержку и понимание по отношению к девочкам, зато возмущались, когда дело доходило до мальчиков. Такая поддержка переставала быть бескорыстной, когда мальчики проявляли стереотипные мужские черты чаще остальных сверстников.

СКАЛА Скала – тип родителя, на который нам всем следует равняться. Точнее становиться Скалой время от времени (как и мальчикам время от времени проявлять качества Заступника). Скала – такой родитель, который может повлиять на действия сына даже издалека, потому что мальчик слышит голос Скалы у себя в голове. Да, пробиться к сыну в голову и закрепиться там – задача не из легких. Дети у Скалы не застрахованы от совершения ошибок, но при этом в отношениях с родителем у них сохраняется некое базовое взаимоуважение. Тайны и секреты своего сына Скала не воспринимает как личное оскорбление или признак слабины в отношениях. Он не стыдится неудобных разговоров. Совершив ошибку, признает ее и стремится исправить, побуждая к тому же сына. Ребенка любит беззаветно и взыскивает с него за проступки, если те нарушают семейные ценности и моральные устои. Если Скале сообщают, что сын где-то набузил, он не спешит свалить вину сына на чужого ребенка. В то же время он не заставляет сына испытывать стыд. А еще сознает, что ему – особенно когда чадо повзрослеет – возможно, понадобится помощь в трудную минуту. Такой родитель понимает: самое важное – чтобы сын мог вовремя обратиться к надежному и здравомыслящему человеку, даже если он – не отец/мать. Дети у таких родителей гораздо менее склонны совершать глупости, ибо не хотят разочаровать старших; к тому же ребенка гнетет сознание того, какой ничтожной станет жизнь, если родители узнают о его промахе.

...

Когда я был маленький, родители воспитывали меня очень строго, но постепенно; по мере того как я взрослел, ослабляли хватку. Они привили мне понятие успеха: это когда ты стараешься изо всех сил и ловишь кайф от того, чем занимаешься – неважно чем.

Эндрю, 17 лет.

Такой человек…

• Умеет хорошо отдохнуть за компанию с сыном, не навязываясь ему и при этом не намекая, что совместный отдых служит укреплению семейных уз.

• Если сын нашкодит, он ведет его к соседу и следит, чтобы сын извинился.

• Умеет подобрать эффективное наказание.

• Не сплетничает о ребенке в общественных местах или когда подвозит его приятелей.

• Нежно любит сына и не стесняется обнимать его на людях.

• Не боится признавать свои растерянность или неуверенность в решении какой-либо проблемы с детьми.

• Знает, как и когда вызвать сына на разговор.

• Прививает друзьям сына уважение к правилам своего дома.

...

Он помнит, что когда-то тоже был маленьким, и поэтому понимает меня.

Джейк, 17 лет.

...

Мне нравится в отце, что он хотя бы иногда перестает воспринимать меня как ребенка и видит во мне будущего мужчину.

Остин, 16 лет.

Чтобы мои рекомендации начали работать, ваши действия не должны расходиться со словами. Ничто так не подрывает родительский авторитет, как лицемерие. Не создавайте для сына ценностей, чтобы самому потом их нарушить. Если вы плохо отзываетесь о других людях (особенно о его приятелях), с его стороны логично копировать ваши манеры. Если лжете – и он будет лгать. Если не признаете ошибок, то и он не будет отвечать за свои действия. Если вы отрицаете очевидную вину и отказываетесь извиниться, сын ваш тоже вырастет самодовольным. Быть примером для сына значит последовательно уважать и чтить глубинные ценности, в которые вы сами верите и которые прививаете ему. И если вы уже воспитываете мальчика, вам надо учить его быть достойным человеком в повседневной и личной (сложной, полной своих тонкостей) жизни.

8. Социальные сети.

...

Недавно директор одной средней школы представил меня своим учащимся. Я вышла на сцену перед сотнями шести-, семи– и восьмиклассников, и вот что он сказал, желая разогреть аудиторию: «Дамы и господа, у нас сегодня особый гость, и мы поговорим на очень важную тему. О том, как вы унижаете и травите друг друга через телефон и компьютеры. Вы оскорбляете высокие технологии – своими эсэмэсками и постами в Facebook, и в этом ваша беда. Технологии – для взро-ооослых. А вы их оскорбля-я-яаете. Понятно вам? Оскорбля-яааете».

Вы себе представить не можете, как мне в тот момент хотелось спихнуть его со сцены!

Если мы намерены привить детям понятие об ответственном использовании информационных технологий, то надо признать три слабых места в стандартных аргументах. Во-первых, в большинстве своем мы, взрослые, представляем собой ужасный пример для подражания, но не хотим этого признавать: пишем текстовые сообщения за рулем, скрываемся за никами и аватарками, оскорбляя людей в Сети и опасаясь встретиться с ними лицом к лицу, а еще постоянно проверяем электронную почту и обновления для мобильных приложений. Во-вторых, зачастую дети разбираются в технологиях куда лучше нас и нам трудно контролировать использование ими этих самых технологий. В-третьих, мы либо совершенно перестаем использовать достижения прогресса для преподавания навыков социального договора, либо изобретаем новые бессмысленные законы. Это касается не только родителей. Лекции по проблеме травли в Сети самим школьникам кажутся неуместными и оторванными от действительности, тем более что большинство мальчиков уже знает по теме куда больше, чем лекторы. Работая с юношами, я постоянно боюсь, что не успеваю за прогрессом и даю им устаревшую информацию. Опыт показал: если хочешь добиться успеха, непременно поддерживай постоянный диалог с молодежью и признавай, если чего-то не понимаешь. Не менее важно раз за разом переосмысливать свои убеждения. Начиная эту главу, я поняла: за последние два года мой образ мыслей изменился кардинально.

УСТАНАВЛИВАЯ ЗАКОН Знакомство вашего сына с высокими технологиями начинается в раннем детстве, через игры. Сначала вы даете ему побаловаться с телефоном или еще каким-нибудь гаджетом, когда стоите в очереди и хотите его чем-нибудь занять. К четырем годам он наверняка запомнит пароль от вашего телефона и сумеет скачать игровое приложение [9] . Мальчикам почти не нужно (или они не хотят) заводить электронный почтовый ящик – класса так до восьмого, да и потом вряд ли заведут [10] . Зато они обожают играть в игры, используя видеочат. Они общаются друг с другом, не отрываясь от игры. (Забудьте про то, что мальчики якобы не способны выполнять несколько дел одновременно!)В каком бы возрасте и в каком бы формате ребенок ни начал виртуально социализироваться, если это случилось, значит, настало время для первой беседы о нормах поведения в интернете. Говорить надо конкретно, с учетом возраста ребенка. Для начала расскажите о различных типах травли, описанных в главе 11. Таким образом вы немедленно свяжете его реальную и виртуальную жизни, которые в голове у мальчика и без того плотно переплетены. Затем скажите нечто вроде (только своими словами, тут важна искренность и естественность!):

...

Ты уже взрослый, раз общаешься с людьми через интернет. Необходимо учитывать определенные правила. Как ты думаешь, в чем они заключаются?

Сын отвечает.

...

Отлично, тогда вот еще кое-что: в Сети ты должен точно называть свой возраст; можно шутить над людьми, но так, как если бы ты говорил с ними лично; нельзя издеваться – высмеивать и унижать, как и в реальной жизни, мы уже обсудили это; если кто-то издевается над тобой, употребляет грязные слова или угрожает тебе – обратись к взрослому. Если взрослого нет, запиши то, что услышал.

По мере взросления ребенка придется подстраиваться под него и под его возможный будущий опыт.

...

Ты стал старше, и мне надо снова поговорить с тобой о виртуальном общении. Старые правила никто не отменял: как и прежде, нельзя никого оскорблять и унижать. Не унижайся сам. Без разрешения нельзя пользоваться чужими паролями. Нельзя публиковать фото и видео с кем-то, у кого ты не спросил на это согласия. Музыку и видео скачивай только легально. Время от времени я буду проверять, соблюдаешь ли ты наше соглашение. Я в тебе не сомневаюсь, но на всякий случай хочу предупредить: нарушишь договор – и я отберу у тебя средство общения, пока ты не заслужишь права снова им пользоваться.

О видеоиграх мы еще поговорим ниже.

МОБИЛЬНЫЕ ТЕЛЕФОНЫ Есть масса убедительных причин, по которым родители снабжают своих чад мобильными телефонами, и номер один среди них – безопасность. Если бы я жила в большом городе, где ребенку приходится пользоваться общественным транспортом, я бы выдала ему телефон. Следующая по важности причина – хроника событий. Если ребенку подолгу приходится ездить на школьном автобусе (что привычно для живущих за городом), я бы выдала ему сотовый, потому что детям свойственно нападать друг на друга. Если на моего – или на другого – ребенка нападет сверстник, а рядом не окажется адекватного взрослого, который сможет прекратить драку, полезно будет иметь запись происшествия. Почти все телефоны сегодня снабжены видеокамерами и прочими утилитами для записи разговоров и работы в интернете. Ко времени выхода обновленной версии этой книги мы уже забудем, что когда-то в ходу имелись телефоны без всех этих атрибутов.Труднее помнить о социальных последствиях использования сотовых. Они – символ статуса у ребят и основное средство превращения детей в безумных и безостановочных потребителей (вспомните, сколько ребенок просил вас скачать ему новейшее обновление или игру). Если с ребенком можно связаться технически, то легко перестать заботиться о том, где он физически. (Отвечает он на ваши звонки или нет – вопрос другой.) Сотовые позволяют мгновенно делиться сплетнями для собственного или коллективного развлечения. Ну и наконец, они рождают и поддерживают культ популярности, побуждающий нас добиваться внимания окружающих.

КОГДА МОЖНО ДАВАТЬ РЕБЕНКУ МОБИЛЬНЫЙ ТЕЛЕФОН? Когда можно выдавать сыну мобильник, если он не пользуется общественным транспортом или не ездит на школьном автобусе? В принципе, когда он переходит в средние классы; в это время школьный день становится разнообразнее: сын начинает посещать секции, время от времени заходить в гости к друзьям. Сама я так и поступила – но не только исходя из вышеназванной причины; просто у нас по соседству есть велопарк, и мои сыновья проводят в нем много времени. Если возникнет необходимость, они смогут позвонить в службу спасения или мне. Однако вы не просто вручаете ребенку мобильник. Это очень особый, редкий момент в отношениях «родитель – ребенок», где вся власть принадлежит вам. Если ребенок недостаточно умен и терпелив, чтобы накопить на собственный аппарат с SIM-картой и деньгами на счету, вы – его доступ к телефону. В ваших руках мощный инструмент воздействия: наступил великий момент, когда можно научить уважать правила и нести финансовую ответственность. Игры закончились. Погодите, пока вам не захочется «обновить парк», тогда новый аппарат достанется вам, а старый – ребенку. Затем вдвоем отправляйтесь в салон сотовой связи и попросите консультанта рассказать про тарифы и лимиты; далее пусть консультант пояснит, во что обойдется превышение лимита, после чего вы предупредите сына: издержки лягут на его плечи. Купив себе новый телефон, отдайте старый аппарат сыну, который уже тянет к нему ручонки, как будто сотовый – это манна небесная. Прежде чем окончательно отдать телефон во владение сыну, заставьте его повторить правила пользования мобильником. Потом спросите: «Понимаешь, что правила надо соблюдать, даже если тебе они кажутся глупыми? Понимаешь, что я буду следить за твоей активностью в Сети? Если сломаешь или потеряешь телефон, платить за новый будешь сам. Правила – железные, и если хочешь телефон, обсуждению не подлежат. Условия понятны?»Получив мобильник, сын почти сразу же примется искать в Сети пошлые анекдоты, чтобы затем рассказывать их друзьям.

УСЛОВИЯ ОБСЛУЖИВАНИЯ Наши сыновья начинают пользоваться высокими технологиями очень рано, лет в 11–14, так что вам приходится постоянно учить их и направлять в мире возрастающей свободы. На данном этапе совершенно справедливо проверять все, что ребенок пишет и читает: просматривать его текстовые сообщения, знать пароли, следить, чтобы он не звонил и не строчил эсэмэс (за собой тоже следите) за обедом и ужином. Заряжайте его телефон на первом этаже дома или у себя в комнате; с 20:30 до 7:00 аппарат должен быть выключен. Если телефон запрограммирован на автоматическое отключение, дети могут использовать его в качестве будильника. Если мобильник не отключается, дайте им простой будильник. Телефон вашего ребенка должен быть запаролен, и правила пользования мобильником должны запрещать ему выдавать пароль друзьям. Это не просто требование безопасности: есть две важные причины скрывать пароль. Первая – «друг» может залезть в портфель к вашему сыну, позаимствовать мобильник и ради смеха отправить какой-нибудь девочке фото своей интимной части тела. (В итоге вашего сына обвинят в сексуальных домогательствах.) Или же просто напишет кому-нибудь пошлую эсэмэску. Или же, если ваш сын поделится паролем со своей подружкой и они потом разойдутся, обиженная девочка может «позаимствовать» сотовый вашего сына и пуститься во все тяжкие. Скажите ребенку: «Я не могу запретить тебе раздавать свои пароли друзьям, однако помни: некоторые любят этим пользоваться. Заботиться о собственном имуществе и личной жизни – тебе».Можете также предложить ребенку вот что: «Хорошо бы предупредить твоих друзей, что я проверяю твои эсэмэски и контакты. И если твои приятели наделают глупостей, я оповещу их родителей».

МАНЕРЫ Дурным манерам оправдания нет. Мне все равно, подросток вы или взрослый, у которого выдался тяжелый день. Если вы в кругу людей, которые ждут от вас участия, извольте проявить интерес и будьте вежливы. Это не просто соответствует правилам этикета – так вы больше понравитесь людям. Именно это я сказала бы на вашем месте сыну. Посему… дозволяя детишкам пользоваться мобильными устройствами связи или играть на них за ужином или где-нибудь в углу во время венчания вашей кузины, вы даете зеленый свет невоспитанности и социальной неграмотности в реальном мире. Дети не должны увиливать от общественных обязанностей. Игры – это отстранение от ситуации, отвлечение, которым можно воспользоваться разве что где-нибудь в очереди на почте. Игры не должны становиться заменой ежедневному человеческому взаимодействию.

НУЖНО ЛИ ВАМ ЭТО ПО? Последние несколько лет меня буквально засыпают просьбами сделать обзор тех или иных программ, предназначенных для слежения за сетевой активностью ребенка. Само это явление неоднозначно. Программы слежения не могут быть заменой постоянному обучению ребенка этике виртуального общения. Если же вы всерьез вознамерились установить такую программу на компьютер, то предупредите сына заранее. Не то, узнав о слежке, ребенок воспримет ее как попытку контролировать его за его спиной, а это, в свою очередь, вызовет агрессию. И вместо выполнения основной задачи – привития ответственности за использование технологий – вы получите очередной конфликт.Еще пару лет назад я советовала родителям проверять историю браузера и файлы cookie на компьютере ребенка. Тогда мне это казалось хорошим способом отследить активность сына в Сети, зато теперь воспринимается мною же как глупость. И вот по каким причинам:

...

Чтобы скрыть следы, я стираю историю браузера, а если занимаюсь чем-то запретным, ищу что-нибудь недозволенное, то использую «Гугл» на айфоне, а потом стираю историю. Так мои предки точно не узнают, где я шарюсь.

Брэд, 13 лет.

...

Мне легко прятать то, чем я занимаюсь в Сети – у меня свой ноут.

Дейв, 15 лет.

В успешном сокрытии следов своей виртуальной активности не уверены только дети программистов, работников сферы безопасности и учителей. Я сама не понимаю, как программа может уследить за юношей, который всерьез вознамерился обойти установленные правила. Даже если сам он не знает, как ее обезвредить, у него наверняка есть просвещенный друг. И тут начинаются забавы. Неважно, что стоит на пути юных нарушителей – школьный «файрволл» или купленная родителями программа-шпион. Борьба с системой – это игра.

ДОВЕРИЕ И НАВЫКИ Джек Макартни – помощник директора отдела рекламы и стандартов контента компании Verizon, пионера дизайна и развития сотовой связи в Америке. А еще он отец. Я спросила, как он учил детей пользоваться техникой.

...

Мы разблокировали доступ в Сеть с их ПК и Xbox и включились в создание ников и внедрение сетевого этикета. Детям это не понравилось, но они смирились. Время от времени я заглядывал им через плечо, интересовался, кто их «друзья» (если не знал их лично). А еще я тренировал команды по софтболу/футболу, баскетболу и был знаком с реальными друзьями детей и их родителями. Я убежден, что некоторые вещи надо запрещать, если хочешь привить детям ответственность, хотя мне и не единожды приходилось грозиться выкинуть в мусор эти их игрушки.

Система родительского контроля (в компании Verizon) информирует, с кем и когда переписываются наши дети, но в содержание мы не лезем, – это запрещено законом. Суть в том, чтобы участвовать в жизни ребенка. Мне, например, не нравилась (и не нравится) группа N’sync, зато она нравилась моей дочери и ее друзьям, когда они были подростками, так что я ходил с ними на концерты. То же самое с сыном: я еще никогда в жизни не чувствовал себя таким дураком, потому что совершенно не умею играть в Halo или EA Fifa Soccer на Xbox, но играл – за компанию с ним; пересекался с его виртуальными друзьями и слушал их разговоры в чате (приходилось молча терпеть перебранки и угрозы, однако я терпел – пока Иэн не обрывал их). Заодно сын выработал культуру речи.

ЛИЧНОЕ ПРОСТРАНСТВО.

Слежение за виртуальной активностью сына – это создание морального каркаса и среды, в которой, случись что, вы наверняка сможете помочь. Впрочем, я уверена: если ваш ребенок к концу девятого класса так и не нарушил устоявшихся правил, можете позволить ему закрыть от вас компьютер и телефон и перестать следить за его активностью.

За последние два года мое мнение на этот счет кардинально переменилось. Очень сильно на него повлияла Дана Бойд, старший сотрудник исследовательского отдела Microsoft и Беркмановского центра при Гарварде (это далеко не полный список ее достижений). Она определяет личное пространство как «возможность лично контролировать какую-либо общественную ситуацию и по собственному желанию передать контроль над ней стороннему лицу». О такой возможности и мечтают молодые люди.

Почему же мы, родители, хотим контролировать их? Причины всегда одни и те же: мы стремимся уберечь сына от травмы, неприятностей и того, что нас скомпрометирует.

На последнее мы как родители реагируем особенно остро, нам кажется, будто сын вообще не думает, что строчит в интернете. Дана взглянула на этот вопрос под иным углом. Юноши не стремятся проявлять активность там, где им не интересно; они тянутся к тому, что важно для них и их товарищей. Представьте, будто вы живете в крупном городе, где много парков, и в одном из них постоянно собираются ваши друзья. Вам хочется пойти туда и вписаться в компанию, проявить себя с самой лучшей стороны, стать полноправным ее членом. Так вот, присматривая себе социальную сеть, ваш ребенок выбирает точно такой парк. Парк как метафора хорош для объяснения одного из самых возмутительных аспектов молодежной виртуальной культуры. Большинство говорит: «Привет! Как оно?», на что получает ответ: «Нормуль, зависаю вот». Разве не такой же диалог происходит при встрече на прогулке? Беседы в реальности и в социальной сети не отличаются. Не забывайте, как заняты наши дети, у них тоже все расписано по минутам. Поход «в парк» (то есть чат с друзьями где-нибудь в Twitter) – это незапланированное общение.

Юноши тщательно следят за тем, кому и как себя представить. Еще одно откровение, которое подарила мне Дана, заключается в том, что для юношей все происходящее в Сети находится в свободном доступе и поэтому они создают структуры, исключающие из общественного доступа определенного рода информацию. Вопреки стереотипу, будто мальчики не уважают личное пространство в Сети, они еще как его уважают и ценят настолько, что на виду у всех способны спрятать свои истинные чувства. Даже вы, родитель, читая их посты, найдете совершенно непонятную писанину, оставленную виртуальным образом вашего чада. Выбор одежды, музыки в реальной жизни лежит на поверхности, однако необходимо признать, что способ, которым ваш сын преподносит себя в Сети, для него тоже критичен.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не говорите детям: «Что сказано в Сети – остается в Сети». Эта фраза и ей подобные стали девизом, приняв который юноша может сорваться на виртуальном собеседнике.

ЧТО, ЕСЛИ ПОСТОМ В СЕТИ ОН НАВЛЕК НА СЕБЯ ЧЕЙ-ТО ГНЕВ?

В этом случае не время упрекать его, мол, как ты мог так сглупить! Он переживает унижение, он смущен и чувствует себя дураком, возможно, замыкается в себе, ему больно, у него навязчивая идея, будто все друзья знают о его беде. Не внушайте ему, будто назавтра все об этом забудут и волноваться не стоит. Просто обнимите сына и скажите, что вам тоже жаль. Неважно, что он натворил и как вы сами к этому относитесь – сейчас самое время показать, что вы вместе в любых испытаниях. Все ошибаются; неприятности любого из нас могут стать достоянием общественности. Ваше поведение после таких вот происшествий и показывает, кто вы на самом деле. Подумайте, как ваш сын завтра придет в школу – вот где поможет метод СПОР. Скажите ему, пусть сделает глубокий вдох. («Я совершил большую ошибку, и, напоминая о ней, ты делаешь мне больнее. Пойду уединюсь. Окажись ты на моем месте, я не стал бы лезть к тебе в душу».).

СЕКСТИНГ [11].

...

Одна девица повадилась слать нашему сыну фото себя в разной степени обнаженности: например, задрав голый зад кверху и прикрыв груди чем-то вроде боа из перьев. Фото она сопровождала посланием, мол, ты у меня особенный, и кроме тебя никто этих снимков больше не видит. Сын, в конце концов, выяснил, что таких «особенных» у нее где-то с пяток. Меры мы приняли крайние, однако мне пришлось спросить себя: как бы я поступила, если бы это была моя дочь?

Мы распечатали все снимки и, сопроводив их письмом в обеспокоенных тонах, отправили посылкой с уведомлением родителям той девицы.

Тут очень важно смотреть на дело глазами самого подростка, потому что он по-своему определяет понятия личного пространства и интимности. Когда я рассказала об этом случае редколлегии, большинство ребят ответило, что согласны с родителями мальчика. Единственное, в чем разошлись мои первые читатели, так это в необходимости отсылать родителям девушки распечатанные фото.

...

Правильно сделали, что известили родителей. Нельзя слать кому-то развратные снимки, да еще и обманывать парня, типа он у нее особенный. Такие фото показывать можно только своему избраннику. Нечего рассылать их всем подряд.

Остин, 17 лет.

...

Между защитой детей от них самих и от действительного вреда проходит тонкая грань. Есть шансы, что та девушка не уверена в себе в плане сексуальности, или же просто родители у нее смущаются при слове «секс» и постоянно при ней поносят шлюх, либо прячут ее от жизни. Родители парня скорее всего переполошили их, приложив к письму фотографии (даже если эти люди спокойно относятся к проявлениям сексуальности дочери). Я считаю, что снимки нужно было посылать, только если: а) родители девушки отрицали ее вину и/или б) она стала бы слать еще больше «обнаженки».

Софи, 17 лет.

...

Мать парня поступила верно, разве что не стоило слать фотки. Ни один родитель не захочет видеть своего ребенка в таком виде. Слышать о таком поведении уже тяжело, а уж видеть фотографии…

Сэм, 16 лет.

СНИМКИ ПАХА VS ПОЦЕЛУИ В КАДР.

Почему девушки сначала посылают парням фотографии себя в бюстгальтерах, целующими объектив или вовсе обнаженными, – а после поражаются, когда адресаты показывают их интимные фото другим? Разве, нажимая «отправить», девушка не отказывается от права на возмущение? На что она рассчитывает?

Некоторые причины, по которым девушки рассылают откровенные фото, могут показаться совершенно глупыми, но не спешите с выводами. Парни тоже, в массе своей, посылают девчонкам откровенные снимки, просто их фото не становятся достоянием общественности. Вот несколько примеров таких «приколов», которые технически можно считать секстингом: стащить телефон у приятеля, сунуть его себе в штаны и снять гениталии, вернуть телефон на место – чтобы приятель, включив телефон, увидел снимок. Или же парень фотографирует свою мошонку и предлагает другу: «Хочешь, покажу свой мозг?» Если друг не успевает сообразить и переспрашивает: мол, чего-чего? – тут-то наш «герой» и показывает ему снимок. После оба ржут как ненормальные.

У мальчиков в сфере неприличных фотографий есть преимущество: в большинстве случаев это снимки гениталий крупным планом, и потому… как бы это сказать… опознать шутника труднее. К тому же рейтинг у парней не вырастет, если они станут всем и каждому показывать снимок чужой мошонки. Даже наоборот. Если же такой снимок получит девушка, она подумает: «Фу, мерзость! Вот ведь дебил недоразвитый! Зачем прислал? Я в шоке, о таком если и рассказывать, то только родителям». Вот потому-то рассылка «обнаженки» у парней друзьями и заканчивается.

У девушек все происходит иначе: они шлют неприличные фотографии по совершенно другим причинам и последствия получают тоже другие. Откровенно говоря, беда не в том, что девушка фотографируется голышом. Беда в том, какая волна проблем следует за вирусной рассылкой этой фотографии. Иногда девушки полностью осознают, чем занимаются, но если их ловят, отнекиваются, мол, простите, не ведала, что творю. В итоге виновница создает впечатление либо дурочки, либо девушки легкого поведения. (Большинство предпочитает быть дурочками.).

ПОЧЕМУ ДЕВОЧКИ ЭТО ДЕЛАЮТ.

Причина первая: безобидный флирт и ухаживание. Подростки буквально живут в Сети, неудивительно, что они и флиртуют в виртуальной реальности. Тем же занимаются и люди, у которых есть пара. Порой виртуальный флирт происходит в форме обмена эротическими комментариями или откровенными фотографиями, которые не предназначены для широкого показа. Ваш сын тоже может получать откровенные снимки от девушки, предназначенные только для его глаз.

Причина вторая: жажда внимания. Бывает, девушки чувствуют себя настолько неуверенно, что привлечение внимания к своей сексуальности для них как своего рода доза наркотика. Некоторые могут спонтанно рассылать мальчикам фотографии примерно того же содержания, о котором говорилось раньше. Такая девушка – ходячая катастрофа, однако ваша задача – проследить, чтобы сын не воспользовался ее комплексами. Некоторые мальчики (Мозг, Правая рука, Вышибала, а порой даже Заводила и Муха) возразят: мол, ей нравится внимание, и фотографиями она его добивается. Это вина ее и только ее. Ваша цель – пресечь такой ход мыслей.

Причина третья: желание угодить. Бывает, парень просит девушку прислать ему фотку себя голой, ты-де такая секси, или: докажи, что любишь меня. И девочка попадается на удочку, посылает ему откровенный снимок, которым парень тут же делится с друзьями. Не проходит и двух часов, как фото оценила вся школа. Да, девочка сглупила, но этого не произошло бы, не воспользуйся кое-кто ее чувствами.

Причина четвертая: месть. Девушка могла как-то подарить парню свою откровенную фотографию, и он хранил ее втайне от всех, пока не расстался с девушкой. Рассылать старые фотографии своих бывших – ужасный поступок.

Причина пятая: шантаж. В редких случаях парень может пригрозить подруге, мол, пришли мне свою фотку, или я – неким образом – сделаю твою жизнь невыносимой. Или он может так подстраховаться на случай ее ухода: дескать, бросишь меня – и твои фотки увидят все. В школе, где я работала, одна ученица прислала другу фото топлесс, а тот додумался поделиться снимком с приятелем. Приятель же пригрозил девушке: пришли еще таких фоток, или эту, первую, увидят все. Слава богу, девушка преодолела стыд и смущение и обратилась за помощью к директору, который очень грамотно все уладил. В итоге девушке назначили встречу с психологом, ее бывшего парня на день отстранили от занятий за нарушение этики пользования технологиями, а его друга вообще исключили из школы.

ЧТО ЕСЛИ СЫН ПОЛУЧАЕТ ОТКРОВЕННЫЕ ФОТО? Чисто гипотетически представьте, что ваш сын получит эротический снимок (а получить он его действительно может). Вот что следует ему сказать по этому поводу:

...

Есть шанс, что какая-нибудь девочка пришлет тебе откровенную фотографию. Я этому не обрадуюсь, а даже если и обрадуюсь, ты все равно захочешь скрыть фото. Послушай же, чего я от тебя жду: какое-то время полюбуйся на снимок и удали его. Удали, потому что если не сделаешь этого сразу, то просто забудешь о нем. А если забудешь, обстоятельства неким магическим образом сложатся так, что ты оставишь телефон в кармане штанов, штаны бросишь в корзину с грязным бельем, где я его и найду… и тогда увижу снимок.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не говорите: «И вот этим занимается твоя подружка? Посылает тебе откровенные фотографии? Ты поэтому с ней водишься?».

...

Когда предки находят у тебя такие фотки, это даже хуже, чем если бы они нашли у тебя бухло или наркотики. Мать устроит разнос по полной, а отец просто скажет: «Удали это с телефона», развернется и уйдет, но ощущение останется гадкое.

Уилл П.

Попросите сына удалить интимные фотографии и по следующей причине:

...

Я недавно расстался с девчонкой, а она напилась и послала мне свои фотки топлесс. Я их с телефона удалил, но отец той девчонки проверил ее мобильник и нашел снимки. Нет бы поговорить с дочерью, так он позвонил моим предкам. Они давай орать на меня – я сказал, что удалил сообщения. Тогда отец девчонки пожаловался директору, потребовал выгнать меня из школы, типа я домогаюсь его дочери. Я уже испугался, что потеряю стипендию и распрощаюсь со школой.

Уэсли, 16 лет.

Если сын, и правда, удалил фотографии из памяти телефона, это легко доказать. Самая большая проблема в случае с непристойными фотографиями – в восстановлении справедливости. Да, «жизнь несправедлива», но зачем это усугублять, сидеть сложа руки? В наших силах сделать жизнь лучше. Нельзя мириться с тем, что девочка посылает фото топлесс пареньку, в которого имела глупость влюбиться, и тем позорит себя в глазах сообщества.

ЕСЛИ СЫН – ЧАСТЬ ПРОБЛЕМЫ Не заблуждайтесь: пересылать кому-то интимные фотографии или сообщения – совсем не то же, что быть пассивным наблюдателем. В данном случае ваш сын усугубил проблему – и вот как можно с ним поступить:

...

Помнишь, мы заключили договор относительно нераспространения информации в Сети? Да, ты совершил ошибку, и за свои поступки надо отвечать. Ты удалишь этот материал отовсюду, где разместил его, потом попросишь всех друзей, которым переслал его, и все социальные сети, где опубликовал его, сделать то же самое. Неделю не будешь пользоваться компьютером. Я прекрасно понимаю, что ты никому не желал вреда, но если такое повторится, мне придется отнять у тебя телефон/планшет/ноутбук, потому что ты ведешь себя не по-взрослому.

Если ваш ребенок участвовал в создании компрометирующей информации или переслал ее кому-то, он должен извиниться перед жертвой лично (о прощении читайте на странице 232–234) и еще разослать всем знакомым, получившим эту информацию, письмо с признанием вины. Выглядеть письмо должно примерно так:

...

Всем ученикам 9 класса.

На прошлой неделе я у себя на стене в Facebook написал неправду об Эллисон. Не стоило мне этого делать. Перед ней я уже извинился, теперь пишу всем вам – знайте, что это была неправда.

Вы будете стоять у него над душой, пока он не нажмет «отправить» у себя в почте. Сын возненавидит вас, но кто-то ведь должен делать «грязную» работу. И этот кто-то – вы.

ПОРНУШКА Эта книга не о том, как разговаривать с сыном о сексе. Она о том, как помочь ему сориентироваться и выработать собственные стандарты поведения. Помочь ему наладить здоровые отношения с девочками. Сегодня волей-неволей приходится признавать, что если ребенок хоть сколько-нибудь времени проводит в интернете, рано или поздно он столкнется с таким явлением, как порнография.Если честно, то на вопросы по этой теме отвечать не очень легко. Я поговорила с мальчиками из редколлегии… и те поразились, что я вообще заговорила о порнографии.

...

Почитав ваше письмо, я рассмеялся. Не ожидал разговоров на эту тему – такая она запретная. И смех, и грех. Я всегда считал, что одним глазком порнушку можно и глянуть. Зато теперь понимаю: она пудрит людям мозги и так успешно, что страшно становится.

Карл, 16 лет.

Согласно данным Family Safe Media [12] , мальчики впервые сталкиваются с порнографией в возрасте 11 лет. То есть раньше, чем родители считают нужным заговорить с ними о половом самоопределении. 90 % ребят в возрасте 8–16 лет увидели порно, пока делали уроки. Затем мой редактор из журнала Family Circle [13] рассказал об исследовании, проведенном совместно с Planned Parenthood [14] : половина опрошенных родителей спокойно рассказывает сыновьям о сексе, однако только 18 % подростков признались, что подобные беседы их не смущают. Почему? Остальные 82 % смотрели жесткое порно. Вот и выходит, что взрослые хотят облегчить детям вхождение в мир секса, а те уже насмотрелись такого… Какой юноша признается, что прекрасно «владеет предметом», даже если все видел крупным планом – вчера, после уроков, на телефоне у приятеля?!

Для подростков естественно интересоваться сексом. Заходя на YouTube – свою виртуальную Мекку, – они набирают в строке поиска «поцелуй» и через пару секунд уже смотрят легкое порно… а под видео – ссылка. Я точно знаю: мальчики любят делиться с друзьями ссылками на любимые порноресурсы, как их отцы любили похвастаться свежим номером «Плейбоя» или «Пентхауса». Перед тем как возмутиться, мол, куда смотрят родители или почему не установят блокиратор на компьютер, поймите: оба эти вопроса неуместны. У мальчиков всегда найдется способ разжиться информацией по интересующей их теме, а секс – тема, которая занимала и будет занимать умы подростков.

Дети и родители – которые «не в теме», – на разговоры о сексе смотрят под совершенно разными углами. Представьте: преодолев, наконец, смущение, вы садитесь перед сыном c благим намерением привить ему здоровый взгляд на половые отношения – а сын уже видел и картинки, и видео с оральным сексом и традиционным сексом (крупным планом!).

Теперь взглянем на это дело глазами ребенка. Родители приглашают поговорить о сексе. На месте мальчика вы вряд ли захотели бы признаться, что уже знакомы с предметом разговора, потому что видели порно на веб-сайте неделю назад. Признание чревато обвинениями типа «Кто тебе такое показал?!», «Где ты это видел?» и «Что именно ты смотрел?». Такой разговор мальчикам даром не нужен – они боятся, что, узнав правду, вы отнимете у них и телефон, и компьютер.

Можно поставить на компьютер фильтрующую программу, заблокировать порноканалы на телевизоре, отнять у сына телефон – не поможет. Все точки доступа к интернету не перекрыть.

О порно я писала в «Руководстве», однако если вы решили поговорить с сыном, осмелюсь предложить такую схему: «Конечно, если ты захочешь смотреть порно, то найдешь способ, даже если я запру под замок все компьютеры и телефоны в доме. Собственно, почему не стоит смотреть порнографию: она представляет искаженные отношения между мужчиной и женщиной. В порнографии все ложь. К реальному сексу она имеет такое же отношение, как рестлинг-шоу – к настоящему бою. В порно женщины изображают удовольствие по определенным стандартам, притворяются, будто им нравится все, что с ними делают мужчины (они, кстати, к партнершам чувств не испытывают). Ты имеешь право получать сведения о сексе удобным для тебя образом, но мне хотелось, чтобы ты знал правду. Если есть вопросы, обращайся ко мне или к тому, кого мы оба уважаем и к чьему мнению прислушиваемся».

Порнография прививает нашим дочерям и сыновьям ложные понятия о сексе, которые, несомненно, влияют на их развитие. То, что дети ищут ответы на совершенно правомерные вопросы о сексе, пользуясь удивительными достижениями прогресса, и находят такое, для чего еще не созрели – ни психически, ни физически, – здорово раздражает. Однако такова реальность.

Ниже мы поговорим об играх, но прежде чем закончить эту главу, хочу повторить: социальные сети – не тот случай, когда родителям простительно умиляться над тем, как ловко детишки управляются с телефонами. Едва встав на ноги, они вовсю «юзают» планшеты. К действиям наших детей надо присматриваться. Все будет хорошо, если вы позволяете ребенку пользоваться компьютером, не давая при этом зеленый свет на употребление всякого мусора, который идет в придачу к гаджету. Да, от ошибок никто не застрахован, и ваш сын наверняка как-нибудь нажмет «отправить», не перечитав и не осмыслив свой пост. Нажмет и в следующий миг пожалеет об этом. Ведь так и должно быть в пятнадцать лет: ты учишься на своих ошибках, чтобы не повторить их в зрелом возрасте.

9. Видео погубило звезду радио [15].

Как-то на середине моей презентации для трехсот учащихся средних классов один мальчик поднял руку. Он был из тех, кто говорит только по принципиально важной причине. И вот я прерываюсь на полуфразе…

...

Я: Да, что ты хотел спросить?

Школьник: Вы за Xbox или PlayStation?

Осознав важность вопроса, я замерла: на меня, затаив дыхание, смотрели триста пар глаз.

Я: На этот вопрос я отвечать не буду.

Школьник: Почему?

Я: Это все равно, что признаться, за кого голосуешь. Если я отвечу, ты будешь судить о моем характере и уровне интеллекта предвзято. Попробуй сам догадаться.

Школьник (подумав над моим ответом): Справедливо.

В качестве источника развлечений для молодых людей видеоигры делят первое место со спортом. Игры, вероятно, самая влиятельная форма подачи данных – в культурном и экономическом плане – из ныне существующих. Мальчики играют в них, обсуждают их, спорят, и все это – коллективно, а значит, игры наносят чудовищный удар по социализации мальчиков.

Правда, в отличие от спорта игры постоянно меняются, предстают в новом свете и являют собой поток непрерывно возрастающих возможностей. Существуют тысячи видов игр; здесь грань между популярным и казуальным [16] основательно размыта, в отличие от других видов развлечений. Созданная независимым разработчиком казуальная игра для телефона может повлиять на сознание ребенка не меньше, чем игра класса А для Xbox. Игры наступают отовсюду и порой могут противоречить другим интересам ребенка. Любитель футбола может увязнуть в Средневековье или эпохе Возрождения, как, скажем, в Assassin’s Creed, или Dante’s Inferno, или в гигантском открытом мире вроде The Elder Scrolls: Skyrim (вспомните роман «Властелин колец»). Одиннадцатилетний шахматист может потратить часы на планирование бюджета в симуляторе градостроительства (серия Sim City). Игра может предложить вашему ребенку сложный моральный выбор с далеко идущими последствиями. Игры на самом деле очень запутанны и непросты, даже если, на первый взгляд, не сильно отличаются друг от друга.

Мы редко обсуждаем влияние игр на сознание детей, сосредоточиваясь в основном на двух аспектах – сокращении времени, проведенного за компьютером, и осуждении насилия в играх. По эффективности эти разговоры не отличаются от дискуссий прежних поколений, когда проблему представляли кино, телевидение и музыка; однако у видеоигр есть одна особенность, вызывающая у родителей куда более острую реакцию. И я знаю, о чем говорю, потому что сама мать и наблюдала, как мои дети сходили с ума по играм вроде Halo и Call of Duty. В кино мы просто смотрим, как кто-то давит на курок, а в играх наши сыновья сами «убивают» «людей». Глядя на радостные кровопролития, логично испугаться, что такая виртуальная реальность ожесточит детей в мире реальном.

Я с этой логикой не согласна. По-моему, дискомфорт доставляет сама радость, с какой дети вершат насилие в другой реальности. Признать, что виртуальное кровопролитие – источник кайфа, тяжело, и вот мы сваливаем всю вину на сами игры. В своем заблуждении мы забываем о необходимости регламентировать содержание игр.

Дети не воспринимают нас всерьез (если только мы сами не геймеры). Им кажется, будто мы беремся судить и запрещать то, чего не понимаем (и видим насилие буквально везде). Слишком легко мы впадаем в ностальгические воспоминания о развлечениях двадцатилетней давности: когда все резались в Super Mario Bros, забывая, что и эта безобидная игра требовала от нас топтать чуть ли не тысячи живых существ ногами итальянского водопроводчика [17] . В масштабных стратегических играх вроде Civilization, которые часто – и справедливо – считают развивающими и нежестокими, ваш сын может запросто пустить под нож целую нацию. (Кстати, еще ни одна мать не пожаловалась на то, как ее сын, закладывая город в Sim City, не предусмотрел адекватной медицинской или противопожарной службы или защиты от землетрясений, что привело к массовым жертвам – чего, например, не увидишь в «стрелялках».).

Дело обстоит хуже, если при родителях начинаешь сравнивать игры с другими средствами развлечений, включая самые важные для нашей культуры книги. Еще не создали такой видеоигры, уровень насилия и накала страстей в которой сравнился бы с тем, что представлено в «Ветхом завете». Или, если уж не замахиваться на святое, вспомните оригинальные варианты «Сказок братьев Гримм»: вот где садизм так садизм!

...

Я не собираюсь валить всех прохожих на своем пути лишь потому, что мне нравятся жестокие видеоигры. Я хорошо понимаю разницу между игрой и реальностью.

Эти слова своим родителям и учителям говорили многие мальчики, и слова эти заставляли взрослых задуматься. Лично я не считаю, что видеоигры «вызывают» жестокость. Они могут сделать унижение ближнего и беспричинное насилие нормой, однако на то же способны многие элементы нашей культуры, которые мы молчаливо принимаем: большинство горячо любимых нами мелодий, фильмов, видов спорта, теле– и радиопередач. Если мы этого не признаем, у нас просто нет права рассуждать о жестокости игр.

ПОЧЕМУ СТОИТ РАЗРЕШАТЬ ИГРЫ Одна из причин – очень важная для мальчиков – в том, что видеоигры составляют часть их социальной жизни. Возможность играть время от времени и делиться впечатлениями может стать частью взаимодействия со сверстниками. Логично, что многие мальчики с возрастом не желают порывать с миром игр, так же как продолжают интересоваться спортом и музыкой. Впрочем, есть еще причина, по которой мальчикам стоит позволять играть. Проводится куча исследований воздействия игр на мозг. Результаты во многом противоречат расхожим представлениям. Дафна Бавельер – ученый-невропатолог, исследующий способы стимуляции работы мозга. Она сумела доказать: даже «стрелялки» от первого лица могут положительно сказаться на развитии мозга [18] . Например, люди, которые в неделю посвящают играм 5–15 часов, обладают более острым зрением, чем те, кто не играет в «стрелялки». В частности, они лучше замечают мелкие детали, различают больше оттенков серого и внимательнее следят за целью. В популярной книге «Reality is Broken» («Сломанная реальность»)1 Джейн Макгонигал использует определение, данное играм Бернардом Сьютсом: добровольное преодоление ненужных препятствий. Это была первая книга, которая подтвердила правоту моих сыновей. В шестом классе я часто играла в видеоигры после школы, однако не понимала, почему некоторые фанаты посвящают им столько времени. По мнению Макгонигал, хорошая игра дает человеку все, что нужно для счастья: любимую работу, надежду на успех в жизни, социальную связь и раскрытие потенциала. Прочитав это, я даже отложила книгу и подумала: как счастливы мы были бы, если бы наше образование строилось на этих четырех принципах! В игре вы хотите работать, преодолевать препятствия и думать нестандартно. По иронии судьбы, развлекательная суть игр – провоцирующая людей на разговоры об их вреде и бесполезности, – составляет их соль. Взгляните на цифры: в первую неделю после выпуска на игру Call of Duty: Black Ops геймеры потратили 600 000 000 часов, что равняется 68 000 лет. И это лишь один пример. Есть множество игр, кардинально отличающихся от COD, и они не менее популярны.Для детей, посещающих занятия «перегоревших» педагогов, которые учат «для галочки» (просто готовят к контрольным и не объясняют при этом назначение своего предмета), игры – наглядное подтверждение бесполезности школьного образования.

ОСНОВЫ ГЕЙМЕРСТВА ДЛЯ ЧАЙНИКОВ Некоторые игры (например, очень популярный Skyrim) предназначены для однопользовательского прохождения и зачастую имеют увлекательный сюжет, благодаря чему игрок ощущает себя звездой собственного фильма. Другие – многопользовательские, или мультиплейерные, – рассчитаны на компании. В какие-то можно играть, разместив на одном экране несколько картинок – по одной для каждого из игроков, сидящих впритирку на диване. Многие ребята обожают спортивные симуляторы (вроде NBA2K и Madden) и играют в них, сидя чуть ли не на головах друг у друга. Есть и онлайновые многопользовательские игры, в которых может участвовать совершенно любое число игроков, в одной и той же виртуальной среде, друг против друга. У некоторых из этих игр (вроде наиболее известной Call of Duty) есть конкретные начало и окончание, их системы позволяют накапливать очки и покупать на них различные бонусы. У пользователей Xbox, например, есть свой геймерский идентификатор, позволяющий разблокировать за счет очков интересный контент. Такому формату соответствует популярный сегодня жанр многопользовательской сетевой арены: игроки объединяются друг против друга в команды, каждый управляет собственным персонажем и стремится уничтожить вражескую базу. Другие игры погружают пользователей в постоянно развивающиеся миры, у которых нет ни начала, ни конца. Игроки сами определяют свою роль.Игры подразумевают сложную социальную динамику и правила, однако в конце концов все сводится к одному: неважно, что это за многопользовательская игра – Club Penguins или League of Legends, – она дает игрокам возможность третировать и унижать друг друга.

PWNED [19] Как уже было сказано в начале книги, образ идеально соответствующего ЦМС мужчины наиболее активно эксплуатируется в определенных популярных видеоиграх (обычно в «стрелялках» от первого лица), принимающих эстафету у отправленного в отставку игрушечного Бэтмена. Они предлагают мальчику вжиться в шкуру уверенных в себе, бесчувственных мордоворотов. Многие из этих игр можно назвать «попсой», рассчитанной на массовую аудиторию. Они включают в себя однопользовательскую кампанию (с примитивным сюжетом и кучей взрывов, как в каком-нибудь боевике) и многопользовательскую – замешанную на коллективной резне (то есть, подключайся кто хочет и стреляй из любого доступного оружия). Поговорим о смерти в играх, потому что если вы не геймер, для вас естественно расстраиваться при виде красного экрана и оповещения о гибели персонажа. Логично предположить, будто «смерть» в игре столь же трагична, как и в реальной жизни. Успокойтесь, это далеко не так. Виртуальная смерть столь ненатуральна, что даже не исключает вас из игры. Можете умереть хоть двадцать пять раз и все равно в итоге победить (просто игра получится чудовищно длинной). Главное – выполнить миссию и набрать очки, как, например, в баскетболе. Погибая, вы почти сразу оживаете («респавнитесь» [20] ). Виртуальные арены, рассчитанные либо на четырех мальчишек в одной гостиной у телевизора, либо на шестнадцать, разбросанных по всему континенту, служат своеобразной игровой площадкой, куда выбегают на перемене. Для многих мальчиков в возрасте 10–11 лет они становятся центральной деталью групповой динамики. Для подобных встреч, как ни печально, зачастую характерна жестокая борьба, похабные разговоры и унижение противника всеми доступными средствами. Представьте себе самую отмороженную площадку для игры в стритбол, только круче. Вашему виртуальному Я ничего не грозит, оно ничего не боится. Можно выпендриваться сколько угодно, скрывая свою неуверенность, а потом, если врагов стало слишком много или вы как-то опростоволосились – выйти из игры, исчезнуть. Никто с вас не спросит. Это одна из причин, по которой играть, сидя дома на диване, в компании друзей, безопаснее, чем в сети. Групповые роли никуда не денутся: Мозг поделит всех на команды, решит, во что играть и по какому сценарию. Над Боксерской грушей по-прежнему будут издеваться за то, что он выберет худший сценарий. Все останется на месте – вот только социальные последствия не дадут ребятам разгуляться. Еще одна проблема онлайновых игр – чат. Представьте, что ваш десятилетка научился чатиться во время игры в военный симулятор на тему Второй Мировой. Он упорно и усердно играл, набираясь опыта, и вот, когда до награды рукой подать, какой-нибудь тридцатилетний «умник» обзывает его нехорошим словом. Пользователи Xbox Live могут обмениваться личными сообщениями и травить друг друга немилосердно. Потерпевший может заблокировать входящие послания от обидчика (которого еще называют троллем). Правда, тот может создать другой аккаунт и продолжить свое грязное дело. К несчастью, приходится играть в игры, где гендерная политика оставляет желать лучшего, потому как игровая индустрия не потрудилась создать положительные социальные нормы – она лишь дала возможность игрокам оскорблять друг друга. В результате в игре сходятся геймеры, манеры которых ничуть не лучше – если не хуже, – чем у самого завзятого сексиста. На одном из моих любимых сайтов (fatuglyorslutty.com) выставлена пополняемая коллекция самых обидных оскорблений в адрес геймерш. Многие девочки даже не пользуются микрофонами во время игры – чтобы не выдать свой пол, или пользуются микрофонами, только играя в компании друзей. Недавно генеральный менеджер компании 343 Бони Росс и исполнительный продюсер игры Halo 4 Кики Вольфкилл [21] высказались о том, что индустрия обязана избавить игровую среду от враждебного отношения к девушкам. А пока они разбираются с сексизмом, заняться поведением своего сына в Сети должны вы. Сразу дайте понять, что не потерпите, если он станет травить девочек. Если вдруг сын заметит, что какой-нибудь хулиган нападает на геймерш, он должен немедленно оповестить администратора (если сам неспособен указать задире на место). Точно так же, как одним сетевая анонимность дает мнимое право оскорблять слабый пол, другим она дает волю для расистских и гомофобских выпадов. Ваш сын и на это не должен смотреть сквозь пальцы – особенно, если в чате унижают кого-то конкретного. Если оскорбляют вашего сына, он, на худой конец, может удалить аккаунт и создать новый. С точки зрения неиграющего человека, это пустяковое дело, однако для вашего сына это решение может оказаться одним из самых трудных. Если удалить аккаунт, потеряешь все достижения. По сравнению с защитой жертвы набор очков – это нечто маловажное, хотя ребенку он стоит массы усилий и времени. С его точки зрения, удалить аккаунт – это подвиг. Если задира – его друг в реальной жизни, то проблема переходит в реальный мир. Способы ее решения я предлагаю в главе «Огонь по своим». Последний выход – самому стать лидером в мире игры.Порой игра – это тот самый момент, когда семейные ценности необходимо применять на практике. И в буквальном смысле стать героем.

ТИПЫ ГЕЙМЕРОВ Казуальный – играет время от времени, ради любопытства. Мидкорный – любит играть в разные игры, среди которых выделяет несколько любимых. Хардкорный – играет в более продвинутые игры, которые требуют большего количества времени для прохождения или достижения высокого уровня мастерства. Нередко участвует в соревнованиях, мероприятиях и конвентах.Грифер – тот, кто намеренно выводит из себя других геймеров или угрожает им во время игры. Большую часть удовольствия от игры ему доставляет именно процесс унижения других. Иногда только за тем и играет.

Родителям важно знать, к какому типу геймеров относится их ребенок. Вас может злить чрезмерная увлеченность сына видеоиграми, но подумайте: что, если именно она подвигнет его на создание собственных игр, изучение программирования, графического дизайна или писательства? Разве вы не поддержали бы в сыне такие начинания? Увлеченное решение творческих задач – самая лучшая форма учебы. С другой стороны, ваш сын должен понимать, что гриферство – стремление испортить людям удовольствие от игры – не сильно отличается от буллинга [22] в реальной жизни (об этом чуть позже). Как и прочие занятия, геймерство может стать положительным или отрицательным опытом (смотря как играть). Но вы не узнаете, какой именно опыт получает ребенок, если не уделите этому вопросу должного внимания.

КОГДА И ВО ЧТО ПОЗВОЛЯТЬ ДЕТЯМ ИГРАТЬ? Позволять ли своему чаду смотреть тот или иной фильм, играть в ту или иную игру, зависит от ваших родительских убеждений, а также от характера увлечений, уровня умственного и эмоционального развития самого ребенка. Однако вся ваша родительская бдительность вылетит в трубу, если у малыша есть старшие братья-сестры. Например, когда вашему старшему было пять лет, вы просто включали ему «Дору» [23] , все шло тихо-мирно, поскольку в семье не было другого ребенка, который осмелился бы переключить канал. Зато теперь этому пятилетке исполнилось двенадцать, и у него появились младшие братья восьми и пяти лет. Последний наверняка «зависает» со старшим братом, когда тот режется в такую игру, что, застань вы его за ней семью годами ранее, устроили бы скандал.Однако предположим, вы всегда строго придерживались своих принципов, невзирая на возраст и количество детей в семье. В какой-то момент – самое позднее, к третьему классу – дети начнут ходить в гости к друзьям. В других семьях могут быть другие правила и дети постарше. Дети постарше – это игры повзрослее, а значит, пора сесть и поговорить с вашим шести-девятилетним сыном, примерно так:

...

Сегодня ты идешь в гости. Не знаю, чем вы там будете заниматься, но запомни: некоторые видеоигры или то, как в них играют, могут тебя удивить. Когда ты подрастешь, я разрешу тебе разные игры, но сейчас, если при тебе начнут играть во что-то неприятное, попроси друга заняться чем-нибудь иным. Если друг не хочет выключать игру, попроси его родителей, чтобы они подыскали тебе другое развлечение. Если захочешь, позвони мне – я за тобой приеду.

БУЛЛИНГ И КОНФЛИКТЫ В ПРЕДЕЛАХ ИГРЫ.

...

Во время игры даже лучшие друзья часто задирают друг друга, рушат постройки в Minecraft, банят на серверах, убивают в Modern Warfare – и игра в одной команде не помеха. В интернете все превращаются в этаких наполеончиков и позволяют себе такое, чего никогда бы не позволили в реальной жизни.

Сэнди.

В этом высказывании перечислены самые неприятные моменты игр в Мире мальчиков.

Разрушить чью-то постройку в игре вроде Minecraft – это акт агрессии. Все равно как если бы в детском саду один мальчик построил башню из кубиков, а другой сломал ее. Если в онлайн-игре подобное повторяется периодически, это уже кибербуллинг, преследователь. Однако в той же Modern Warfare убийство считается проявлением незначительной агрессии или вообще не считается таковой. Все зависит от манеры игры. Если ребята просто пересекаются (то есть вредят друг другу бесцельно), это раздражает. Если же они сражаются в игре на выживание, то здесь убийство ничем не отличается от блокировки в баскетболе. А вот если один игрок намеренно преследует и убивает кого-то одного, это уже агрессия… однако по-прежнему не страшнее разрушения чужой постройки.

Забанить кого-то на сервере – тоже не чисто агрессивное действие, а адекватная мера в ответ на ненормативное поведение в игре и сообществе геймеров. Обижаться здесь не на что, это заслуженные социальные последствия, – так ребенок в реальной жизни перестает играть с тем, кто его постоянно задирает. Как и в реальной жизни, бан с первого раза не получают – надо провиниться неоднократно.

Если игрока банят за слабую социальную адаптацию – это уже отчуждение. Человеку отказывают в доступе в группу. Правда, одна из самых распространенных причин, по которым такое происходит, – права администратора сервера принадлежат не взрослому, а ребенку. У него в руках полный контроль над участниками игры. Порой он банит кого-то из желания самоутвердиться, то есть поступает просто неэтично. Если ваш сын – модератор, убедитесь, что он сознает, насколько ответственна его «должность».

КАШУ МАСЛОМ НЕ ИСПОРТИШЬ? Правило «хорошего понемножку» касается абсолютно всего. Маме с папой, например, не годится злоупотреблять вином, пока дети спят, так же как и детям не следует резаться в любимую игру каждый день после школы. Видеоигры легко могут навредить здоровью: нельзя постоянно сидеть перед телеком, пренебрегая физическими упражнениями. Постоянно торчать в соцсетях тоже нельзя: можно запросто разучиться общаться с людьми в реальной жизни. От родителей я только и слышу вопросы: сколько времени сыновьям позволять сидеть перед «ящиком»? Пожелания мальчиков – столько, сколько им самим бы хотелось. Казалось бы, абсурдно спрашивать мнения ребят по этому вопросу, однако все не так просто. И если они не разговаривают (то есть не спорят) об этом с родителями в разгар ожесточенной битвы, у них на то есть причины. Я же поставила опыт на своих мальчиках и сейчас поделюсь одной из самых глупых идей, что когда-либо приходили мне в голову. Как-то в субботу (моим детям тогда было восемь и десять лет), я объявила, что больше не буду ограничивать их время у телевизора – пусть сидят хоть весь день. Я была уверена, что при таком раскладе «ящик» им, в конце концов, опротивеет. Дети тот день до сих пор вспоминают с теплотой: они, без преувеличения, просидели перед телевизором восемь часов, пока я наконец не воспользовалась родительским правом и не вырубила его. Тогда же мне было два откровения. Первое: контролировать надо не содержание игр, а время, на них отведенное. Второе: игры стали причиной еще большего количества ссор в нашей семье. То и дело по возвращении домой я заставала ребят за Mario Cart, которую они гоняли по пятнадцатому кругу. Поначалу лучшим решением казалось выбросить все видеоигры, что имелись в доме – о чем я не преминула сообщить мальчикам, когда в очередной раз с криком отобрала у них джойстики. Мою ярость подогрели пустой пакет из-под чипсов, крошки на кровати и грязные носки, запиханные между подушек. Тогда я поняла, что превращаюсь в мать, которую сама ненавижу. В ту, что ставит ультиматумы детям, но не приводит их в исполнение. Почему же я не выбросила игры? Да потому, что мне самой нравилось играть в Just Dance 4, и я не хотела лишать себя этого удовольствия! Я и раньше отключала приставку от питания на недели, но это не останавливало мальчиков – они играли у друзей. Стоило снова разрешить им играть дома – они возвращались к прежнему поведению.На самом деле видеоигры провоцируют насилие только одним способом – вызывают у матери желание прибить родного ребенка. Нужно было найти выход попроще. Я успокоилась, составила список правил, которые через несколько месяцев пересмотрела и обновила, придав перечню окончательный вид.

ПРАВИЛА ПОЛЬЗОВАНИЯ ИГРОВОЙ ПРИСТАВКОЙ ДЛЯ ДЕТЕЙ ЭДВАРДСА ВАЙСМАН 1. Я сознаю, что во время игры теряю счет времени, и обещаю не отвечать маме с папой: «Что?! Я только начал! У меня новый уровень! Дайте только спрыгнуть со скалы! Одну минуту! Еще одну минуточку, честно-честно!», когда они велят закругляться. 2. Если мама с папой не разрешили играть, я не стану канючить. 3. Если один из родителей не разрешил играть, я не пойду к другому, который еще не знает о запрете. 4. Если мне не разрешили играть, я не стану спрашивать почему. 5. Я не буду сравнивать время игры моего брата со своим. Например, если я заявлю: «Он играл дольше», у меня в следующий раз отнимается десять минут. 6. Если кто-то из нас играет и хочет сосредоточиться, другой не должен стоять у него над душой и нудеть: «У тебя всего пять минут осталось, потом я. Вечно ты не уступаешь!» 7. После предупреждения о том, что время истекло, я должен сохраниться и выйти из игры. Иначе мама или папа выключат телевизор и потеря несохраненного прогресса в игре будет на моей совести. 8. В моем словаре нет слов «вечно» и «никогда». Если мне охота пожаловаться родителям: мол, мне никогда не дают поиграть в любимые игры, а брату вечно все разрешают, – надо предоставить письменные доказательства: в течение двух недель проследить, кто во что и по сколько играет, составить график и предъявить его на суд родителей. 9. Без разрешения старших я не стану покупать видео и приложения. Если же я нарушу этот запрет, то неделю не буду играть в игры, а стоимость покупки у меня вычтут из карманных денег. 10. Я не буду играть в запрещенные игры или посещать запрещенные веб-сайты. Нарушив это правило, я автоматически нарушу условия контракта, и в качестве наказания родители могут лишить меня доступа в Сеть – вплоть до тех пор, пока я не докажу, что уважаю договор.11. Я чту семейные ценности, когда играю в многопользовательские игры: не употребляю гомофобских, расистских, сексистских терминов в общении с другими участниками. Если же этим злоупотребляют другие игроки, я немедленно прошу их прекратить, докладываю администратору или перехожу в другую группу.

КОГДА МНЕ МОЖНО ИГРАТЬ: • В учебные будни играть нельзя. • По выходным: не более 90 минут в день. • В каникулы: не более 90 минут в день. Если есть еще желающие поиграть, мое время бьется на части – по полчаса каждая. При этом я устанавливаю для себя таймер. • В счет игрового времени идет использование любых устройств (айпад, телефон, Xbox, карманная консоль и т. д.) • Утром по выходным мне нельзя сразу же садиться за игру. Сначала надлежит умыться, почистить зубы, одеться и позавтракать, а также покормить и выгулять собаку. Нарушение этих правил лишает меня права играть на весь день.• Единственная игра, на которую не распространяется ограничение по времени – это Just Dance: в нее играет вся семья. (Или же на другую игру, которая нравится маме.).

Данные правила могут быть изменены родительским решением в любое время. Подписи сторон:

Ребенок Х Ребенок Y Отец Мать.

ВОЗЬМИТЕ В РУКИ ДЖОЙСТИК Даже запрещая детям время от времени играть в видеоигры, вы будете вынуждены играть вместе с ними. Правда, это доставит некоторые неудобства. Во-первых, вас ждет сенсорная перегрузка, а во-вторых, вы можете просто не справиться с ситуацией, и дети сделают из вас котлету. Вы забудете, сколько раз умерли и воскресли… Когда мои сыновья учили меня играть, им нравилось командовать. Даже слишком нравилось. Я не справлялась с непрерывным потоком указаний и подсказок, и порой мальчишки намеренно направляли меня туда, где моего персонажа ждала верная смерть. Уровень «кровавости» в большинстве игр регулируется, в них есть «обучалки» – пользуйтесь ими. Даже если игра вам противна, покажите детям, что учитесь в нее играть – это тоже вариант совместного времяпрепровождения. Когда мои дети играют с отцом в Halo, и ему удается кого-нибудь из них подстрелить, я точно знаю: у него в этот момент наступает небольшой катарсис. Еще один плюс совместной игры – вы узнаете, во что и как играет сын. Спросите себя: чего требует игра от ребенка? Действовать творчески? работать в команде? бить всех подряд, даже без повода? или побеждать ради победы, любым способом?Взрослея, мальчики продолжают играть. Многие ребята из тех, с кем я работаю, играют уже не так часто, как, например, в средних классах – не позволяет учебная нагрузка. Однако они, как правило, проводят некоторое время перед телевизором в компании друзей субботним вечером – перед вечеринкой. Общее же игровое время существенно сокращается. Мальчики видят в игре основную творческую и социальную отдушину. А есть и такие, которые бегут в мир игр от проблем реального мира.

...

Было время, когда я так увлекался играми, что забывал гулять с друзьями. Мама это заметила и предупредила меня. Сначала я не поверил, но потом понял: она права, – и решил отдохнуть от игр. Полезно и с людьми пообщаться. Другое дело, если вы идете играть к другу в гости – в этом случае вы все равно с ним общаетесь вживую. Главное – не злоупотреблять играми, потому что общение умирает как цель, ведь поиграть можно и у себя.

Брайан, 16 лет.

Помните, в начале книги я писала, как трудно быть пятилеткой и как здорово рассекать по дому в плаще и маске Бэтмена? Быть подростком тоже трудно – точно так же хочется сбежать от ограничений и обид реальной жизни. Сбежать в виртуальный мир, где ты силен и желанен.

Если ваш сын-подросток слишком много времени проводит за игрой, не занимаясь больше ничем и нигде не участвуя, – это повод задуматься: почему он ищет смысл жизни и удовлетворение в играх? Пора вам просветиться относительно его любимых игр: почитайте о них на сайте Wikipedia, посмотрите записи прохождения на YouTube, почитайте отзывы геймеров и ни в коем случае не слушайте тех, кто, не играя ни в какую конкретную игру, рассуждает о ней и об играх в целом.

Игры могут помочь мальчикам преодолеть невероятно трудные моменты в жизни. Лучше всего об этом расскажет вот такая исповедь в блоге (оригинал размещен по адресу www.howgamessavedmylife.com).

...

В десятый класс я перешел, с трудом пережив четыре года травли в средних классах. Надеялся, что теперь-то начнется новая, полная позитивных эмоций жизнь, и понял, что ошибся. Уже в первом месяце первого полугодия те же самые ребята начали меня задирать. Дома было не лучше – родители выставили дом на продажу из страха, что их лишат права на выкуп; отец начал сильно пить и чересчур увлекся библейской темой конца света – да так, что мне приходилось пропускать семейные трапезы, запираться у себя в комнате, лишь бы не слышать его бреда. В промежутках между травлей в школе и упреками родителей я будто впадал в спячку, апатию. Замыкался в себе. Начал подумывать о суициде – и вот ведь ирония судьбы: меня спасла игра Fallout 3, где открытым текстом говорится: в будущем всем каюк. Я искренне переживал радость побед, боль утрат, страх при побегах и чувство товарищества с другими героями, моими спутниками. Теперь я без тени сомнения знаю, почему Fallout 3 вытянула меня из депрессии: не потому, что я бежал в ее мир от настоящих бед, а потому что она дала мне почувствовать: я чего-то да стою. Даже ощущая себя куском гниющих органических отходов, я надеялся, побеждал и вообще действовал. В суровые времена я – как человек – стоил чего-то, даже в будущем, где жизнь превратилась в замкнутый круг борьбы за выживание и войны (именно такой конец предрекал нашему обществу мой отец). Я спасал людей, менял жизни, истреблял зло… В общем, чувствовал себя достойным жизни и подражания. Ощущения перешли в настоящую жизнь, позволив оптимистичнее взглянуть на будущее. Я почти закончил одиннадцатый класс и больше не прикасаюсь к Fallout 3 (хотя она все не идет у меня из головы). Меня несколько месяцев никто не задирает, я стал ближе общаться с родителями. Я больше не антисоциальный интроверт, каким был еще год назад. Спасибо Fallout 3 за то, что помогла преодолеть темную пору жизни.

Да, знаю, трудно поверить, будто жестокая игра о гибели цивилизации помогла подростку наладить связь с окружающими и повысить самооценку. Однако если мальчики говорят, что жизнь у них тяжела и они себя чувствуют изгоями, а сбегая в виртуальную реальность, ощущают себя намного лучше, то это их правда и мы должны ее уважать. В виртуальной реальности автор исповеди нашел ту поддержку и руководство, которой ему недоставало в реальной жизни. Взрослые, в том числе специалисты по воспитанию, обвиняют современную молодежь в неспособности заводить и поддерживать полноценные отношения, потому что подростки вечно торчат в Сети и играют. При этом, мне кажется, упускается из виду одна по-настоящему важная деталь: может, у детей никогда и не было этих самых полноценных отношений? Может, виртуальные связи дают им ту поддержку, которой они никак не могут добиться от взрослых и сверстников в реальной жизни?

10. Огонь по своим.

Мы часто не понимаем, что такое дружба. Если девочки шепчутся, сидят друг у друга на коленях или гуляют, взявшись за руки, мы убежденно заявляем: вот она, крепкая дружба! Зато когда мальчишки подкалывают друг друга, горячо спорят, кто кого надул, или хватают друг дружку за шею – трудно понять, враги они или лучшие друзья.

Мы принимаем то, что видим, а четче всего мы видим яркие картинки из жизни девочек: шаблонные проявления близкой дружбы, перешептывания, стайки, одна пара джинсов на двоих, – и вот по этим же меркам мы пытаемся мерить дружбу в Мире мальчиков.

Это неверно. Споры и шпильки у мальчиков – это вуаль, за которой скрывается сложная социальная система, где дружба очень даже в цене. А если прислушаться к издевкам, спорам и смеху в среде мальчишек, то можно понять: тут все столь же сложно, как и у девочек.

Поверьте, я знаю, как трудно это принять. Вот, послушайте, что ответил семнадцатилетний Огаст, когда я попросила его приоткрыть полог тайны над мальчишеской дружбой:

...

Да, со стороны мы выглядим как придурки и крикуны… потому что орем иногда очень громко. А еще материмся – родители даже не знают, насколько забористо, – но я за друзей горой. Словами не объяснишь, что нас связывает, однако связь очень глубокая. И вот, кстати, Розалинд писала про девчонок – ну, тех, которые вечно друг с другом «сюси-пуси», типа они лучшие подружки. На самом деле почти все эти девчонки ненавидят друг друга.

Огаст, можно сказать, прав, за одним исключением: не «почти все», а «некоторые» девочки строят из себя лучших подружек. Зато остальным его словам я верю на все сто процентов, потому что мальчики то и дело заявляют при мне: «Я за друзей горой».

Вот как другие ребята описывают свою дружбу.

...

Я своего друга люблю. Мы, бывало, целыми ночами гуляли и болтали о чем угодно, потом ссорились и по полгода не разговаривали. Нас ничто не разлучит… хотя мой друг бывает иногда такой упрямый, если решит, что прав. Зато он мой настоящий друг, просто задирается часто, меры не знает. Я его Ослом зову. («Осел» сидит рядом и, улыбаясь, согласно кивает.).

Хантер, 17 лет.

...

С хорошим другом и тяжелый учебный день не страшен. В смысле, если ты завалишь тест или на тебя наедут, он тебя всегда утешит – а ты утешишь его, если что.

Престон, 12 лет.

...

Друзья познаются в беде: мои друзья были со мной, когда умерла моя собака, когда родители развелись и когда старший брат уехал поступать в колледж. Благодаря друзьям я все вынес.

Мэтт, 16 лет.

Однако есть одна большая проблема, из-за которой дружба, даже самая крепкая, становится хрупкой. Это моменты, когда другу, ради которого вы на все готовы, требуется признаться, что вы рассержены, расстроены, разочарованы или беспокоитесь. Мальчишеская дружба хрупка, потому что мальчикам бывает страшно сообщить друг другу неприятную правду – предательство они переживают молча. Когда один друг переходит черту, другой заставляет себя смеяться, считая, будто жалобами и упреками выставит себя еще большим дураком. Если жертва волнуется и боится, то убеждает себя, дескать, говорить об этом нет смысла. И так, не зная, что предпринять, мальчики молча страдают, пока дружба не распадется и останется только оплакивать потерю.

Почему так происходит и как помочь мальчикам обрести дружбу, которой они хотят и заслуживают? Об этом пойдет речь в настоящей главе. Основываясь на правилах СЦМС и общем анализе социальных динамик, мы разберем составляющие мальчишеской дружбы и конфликтов. Затем я покажу, как выйти на контакт с мальчиком, когда он переживает трудные времена и не хочет с вами об этом говорить. Вы поймете, что сыну проще пассивно поддерживать отношения, чем отстаивать свои права внутри этих отношений. На что похожи конфликты среди мальчиков? Вот самые распространенные ответы от учащихся средних классов:

...

Мы с лучшим другом постоянно лаемся. Самые жуткие ссоры начинаются с маленькой искры; когда вспыхивает настоящее пламя, в ход идут боксерские перчатки. В переносном смысле, конечно же, ведь на ринге мы не деремся. Меня бесят эти мелкие ссоры, из-за них мы срываемся друг на друга, а потом целыми днями не разговариваем. Иногда я очень сильно переживаю, хочется вернуть все назад, как было до последней разборки. Домашним я про это не рассказываю, мне становится очень не по себе.

Оуэн, 11 лет.

...

Сильнее всего я с друзьями цапаюсь, когда они что-то мутят без меня или когда накосячат и остаются безнаказанными. Говоришь им об этом, а они только бесятся.

Гарри, 10 лет.

...

По-моему, друзья сильнее всего ссорятся, когда в компании проблема и на ее счет сразу два мнения.

Алан, 11 лет.

...

Больше всего меня в друзьях бесит, когда они не держат слово. Мы просим родителей рассудить нас, а те отвечают: «Обговорите это между собой». Как?!

Феликс, 11 лет.

...

Я всегда отстаиваю свои права, из-за этого друзья либо бесятся, либо смеются, а потом говорят: ты, типа, как твоя сестра. Это больно ранит.

Илайджа, 10 лет.

А вот как обстоят дела, когда мальчики становятся взрослее.

...

Наша компания друзей – не самая приятная, у нас постоянные разборки: кто главный. Если ты забавный или дружишь с забавным челом – все норм. Я хотел быть смешным и перестарался: на любую мою шутку стали отвечать «не смешно». К середине восьмого класса стоило мне открыть рот, как меня тут же затыкали: не смешно. Ребята специально не смеялись. Тогда и стало по-настоящему одиноко; с глазу на глаз друзья притворялись, будто им жаль, что так получается, но уже на следующий день вновь примыкали к компании, дразнили меня и даже раскрывали всем мои тайны, которые я им доверил. Я весь год психовал, и это еще больше их забавляло.

Джек, 14 лет.

...

Есть у меня друг, который из кожи вон лезет, лишь бы унизить кого-то. Для него это все шутки. Я пытаюсь ставить его на место, но он лишь отмахивается. Вы не представляете, он никого не слушает!

Итан, 17 лет.

...

Мы с приятелями просто стояли у обеденных столов и болтали. Я сам особенно не разговаривал, только смеялся над чужими шутками. Тут один парень по имени Дрю отмочил кору, я произнес что-то меткое в ответ, а он оборачивается и спрашивает: «Тебе, черномазый, кто говорить позволил?» Я чуть не врезал ему – друзья вовремя удержали.

Уинстон, 17 лет.

ЮМОР – НЕВИДИМОЕ ОРУЖИЕ ДОБРА И ЗЛА.

Остроумие всегда было и будет очень важным в Мире мальчиков. Оно – замечательный противовес правилам СЦМС, помогает снизить накал жизненных ситуаций, учит справляться с ежедневными раздражающими факторами и не воспринимать себя и других чересчур серьезно. Если юноша умеет отпускать саркастичные комментарии – тихо, маскируя их под кашель, – в меру выпендриваться, смеяться над собой, то его социальный статус всегда будет на высоте. Более того, умение метко пошутить ценят и девушки. Мальчики понимают это в очень раннем возрасте, даже если с чувством юмора у них не все хорошо.

Негласные законы юмора в Мире мальчиков невероятно сложны и тонки. Вот самые важные из них:

• Отвечать надо быстро. • Надо уметь выставить себя смешным, чтобы окружающие не видели, как близко к сердцу ты принял поражение. • Не принимать унижения пассивно. Отвечать согласно двум первым правилам. Не отвечая, ты открываешься для постоянных атак – сначала со стороны ближайших друзей, потом со стороны тех, кто сделает твою жизнь невыносимой. • Смейся, чтобы не показать смущения. Всегда.• Воспринимай все как шутку, если только сомнению не подвергается твоя мужественность. И даже в этом случае лучше промолчи – если не хочешь драки.

Вот из-за таких правил трудно понять, когда ребята подкалывают друг друга в шутку, а когда оскорбляют реально. Порой они и сами не видят разницы или видят, но упорно делают вид, будто им все равно. В зависимости от расстановки сил (от нее никуда не деться), ситуация между жертвой и задирой может быть куда сложнее, чем жертва – или задира – готовы увидеть. Каждому мальчику в жизни встретится человек, который воспользуется этой расстановкой сил, чтобы унизить другого. Некоторые сами ею пользуются. В итоге получается, что многим ребятам зло сходит с рук просто потому, что жертвы или очевидцы, следуя правилам, боятся пожаловаться. Если они все-таки начинают отстаивать свои права, ответ типа: «Да успокойся ты, я же просто пошутил!» удержит их от дальнейших разборок. Так задирам сходит с рук дурное поведение. Тот же термин «дразнить» имеет множество значений – от дружеского общения до беспощадного унижения. Давайте внесем ясность.

ДРАЗНИТЬ ПО-ДОБРОМУ Это один из краеугольных камней большой дружбы. Если друзья отлично понимают друг друга и им нравится проводить время вместе, они могут поддразнивать друг друга и подшучивать. Это делается без малейшего намерения унизить кого-то – ребята в данном случае соблюдают границы. «Жертва» может попросить друга прекратить, и тот послушается.Дразнить по-доброму можно и невероятно грубо: рассуждать о том, кто громче и чаще пукает, отпускать шпильки по поводу матерей и того кто, с кем и сколько спит (или не спит), шутить по поводу национальности, религии, расы. Такая вот демократия унижения. Если бы все ребята внутри одной «стаи» могли дразнить друг друга в равной степени, это было бы идеально, однако реальность такова, что Мозг, Вышибала и т. д. диктуют, кого в компании будут дразнить и унижать сильнее.

ДРАЗНИТЬ ПО НЕЗНАНИЮ Мальчикам всегда тяжело признаваться понравившемуся им человеку или тому, с кем им приходится поддерживать отношения, что нечто сказанное их злит. Если же невольный обидчик не намеревался причинить другу боль (однако причинил), он тут же перестанет отпираться и искренне извинится – поймет, что перегнул палку.

ДРАЗНИТЬ НАЗЛО Такое поведение имеет целью унизить жертву: подчеркнуть разницу между ней и окружающими – это уже настоящая травля. Если жертва сопротивляется, виновник делает вид, будто ничего не понимает и вообще не при делах («Чувак, да я просто шучу», «Что ты из мухи слона делаешь?», «Что ты как педик/даун?» и т. д.) Или же он умудряется выставить виноватой жертву, так что уже она просит прощения за неосторожные высказывания.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Вас когда-нибудь дразнили в детстве или подростковом возрасте? Если да, то из-за чего? Как вы справлялись с ситуацией?

Дразнили ли вы сами других ребят? Младших братьев? Если да, то зачем? Как это повлияло на ваши отношения с ними?

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Дразните ли вы сына? Как он к этому относится? Как вы определили его отношение?

Если вы дразните сына и он просит прекратить, скажите: «Ой, прости, пожалуйста». Но даже если сын говорит: «Не бери в голову», или: «Да все путем», это вовсе не значит, что он в восторге, когда его дразнят. Как узнать, что ему не нравится, когда вы его дразните? Если он говорит: «Мм… забудь», не глядя вам в глаза и/или глядя себе под ноги, имейте в виду: по какому бы поводу вы его ни дразнили – вы перегнули палку. Любой из нас может случайно причинить боль ближнему, даже сказав: «Я просто пошутил, не принимай все так близко к сердцу, выше нос».

КАК ПРИМЕНЯТЬ СПОР С ДРУЗЬЯМИ На случай, если вашего сына дразнит по незнанию/назло друг или одноклассник, есть особый протокол СПОР (обычно он помогает). Первый этап здесь стандартный. Мальчикам надо оказаться наедине: когда они играют в видеоигру, возвращаются с тренировки или просто общаются. Основное правило заключается в том, что лучше провести напряженный, неловкий разговор за каким-нибудь занятием, чтобы не пришлось смотреть на собеседника. Да, диалог выйдет странный, но не такой странный, каким он мог бы быть. Начать и закончить его будет проще. На все про все уйдет не больше двух минут. Скажем, близкий друг дразнит вашего десятилетнего сына из-за низкого роста. Краем уха вы слышите, как это происходит, и вам понятно: сыну это не нравится. Проблема в том, что он никак не отвечает задире, а вы не хотите с ним об этом беседовать – ведь если вы неправы, то получится, что вы подняли вопрос, который ребенка вовсе не беспокоил… пока вы его не подняли. Вот как нужно поступить.Ваш подход к сыну: говорите как можно короче, выполняя по ходу какое-нибудь постороннее действие – например, разбирая пакет с продуктами. Ни в коем случае не присаживайтесь для серьезного разговора, ибо тогда мальчик решит, что он – лузер. Вот что следует сказать:

...

Я смотрю, ты уже взрослый. В твои годы парням свойственно оскорблять друг друга, а потом отмазываться: мол, я пошутил. Может, мы и не решим проблему прямо сейчас, зато обсудим, проработаем ее вместе, и ты сможешь лучше управлять ситуацией. В общем, на всякий случай предупреждаю: если что – обращайся. А теперь принеси, пожалуйста, из машины последний пакет с продуктами.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не говорите: «Я слышал, как Джонни дразнит тебя коротышкой. Это он так самоутверждается».

Сын не обязательно станет немедленно изливать вам душу. Однако если вдруг именно так и произойдет или если он обратится к вам спустя несколько часов/дней с фразой типа: «Знаешь, тут меня достают одни…» – вы должны быть готовы. Скажите что-нибудь вроде: «Фигово, сочувствую тебе. Как именно тебя достают?».

Если ваш сын маленький (то есть еще не вступил в подростковый возраст) или просто общителен и открыт, можете составить с ним сценарий идеального диалога с обидчиком. Ваша задача – принять посильное участие в ситуации, помочь сыну оформить в слова свои чувства и переживания; определить, что именно он хочет прекратить; предусмотреть возможные ответные ходы противника и способ выхода из диалога. Вот пример идеальной беседы по методу СПОРа.

Остановиться и сориентироваться: пешее возвращение с тренировки через поле.

...

Сын (объясняет): Знаешь, неловко говорить, но будет лучше, если ты перестаешь дразнить меня коротышкой.

Друг (делает ответный ход): Чего-о?! Я же просто шучу. Ты и сам смеешься!

Сын (объясняет подробнее): Смеюсь, потому что не хочу ссориться. Но ты все равно прекрати.

Друг (делает ответный ход): Ладно, хорошо, если тебе неприятно… (Смеется.).

Сын (резко меняет тему, закрывая ее): Спасибо. Ты видел, с кем мы в субботу играем?

Это идеальное развитие диалога. Ваш сын сумел прояснить ситуацию для себя и для друга. Он продумал, когда и с какой стороны лучше зайти. Может, друг извинился не вполне искренне, но ожидать раскаяния было бы совсем уж наивно. Цель сына – донести до друга определенное сообщение, а не разводить разговоры на час с лишним. Ваш ребенок контролировал ситуацию и сумел вовремя свернуть тему, перейдя к другой, обычной. Миссия выполнена. И помните: принципиально важно похвалить сына, даже если какая-то часть беседы прошла не совсем гладко.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Даже если вы с сыном составили сценарий будущего диалога с обидчиком, не спрашивайте, как все прошло. Если все хорошо – сын сам расскажет; если он не поговорил с обидчиком, то промолчит, решив, что подвел вас. Спросите, как у него дела с этим другом, вечером того же – или следующего – дня. Сделайте вид, будто вам просто любопытно. Не тяните из ребенка правду.

А теперь вернемся к Джеку, чьи слова я цитировала в начале главы. Джек в восьмом классе, компания друзей для него очень важна – она дает чувство принадлежности и индивидуальности.

Давайте еще раз перечитаем его письмо.

...

Наша компания друзей – не самая приятная, у нас как будто постоянные разборки, кто главный. Если ты забавный или дружишь с забавным челом – все норм. Я хотел быть смешным и перестарался: на любую мою шутку стали отвечать «не смешно». К середине восьмого класса стоило мне открыть рот, как меня тут же затыкали: не смешно. Ребята специально не смеялись. Тогда и стало по-настоящему одиноко; с глазу на глаз друзья притворялись, будто им жаль, что так получается, но уже на следующий день вновь примыкали к компании, дразнили меня и даже раскрывали всем тайны, которые я им доверил. Я весь год психовал, и это еще больше их забавляло.

Джек, 14 лет.

Сторонний наблюдатель может легко ошибиться, предположив, будто широкий круг (подлых) друзей – залог популярности, а значит, и счастья. Это не так. Куда лучше иметь одного хорошего друга, с которым можно быть самим собой, нежели целую толпу, состоящую из Мозга и его приспешников. Правда, тут для вас, как для родителя, возникает проблема: вы можете даже не знать, как поступают с Джеком его дружки. Увидите вы только последствия: сын на ровном месте будет переживать, грубить и хамить вам и остальным братьям/сестрам. «На ровном месте» люди себя так не ведут – у агрессии и страха всегда есть причина, просто вы о ней не знаете. В подобной ситуации «ближайшие» друзья вызывают у мальчика чувство отчуждения.

...

Ребята вообще не любят рассказывать родителям о друзьях и общении с ними, так что Джек, наверное, будет копить переживания в себе, пока, наконец, не подыщет себе других друзей, не замкнется окончательно или не совершит какую-нибудь глупость.

Брайан, 16 лет.

Как вызвать Джека на разговор? Когда будете готовы, не забудьте: он боится, что вы осудите его приятелей, а его самого посчитаете слабаком: ведь он по-прежнему общается с ребятами, которые поступают с ним подло. Во-первых, скажите нечто вроде того, что я уже предлагала: «У всех бывают проблемы с друзьями, и если хочешь поговорить – я готов(-а) тебя выслушать». Во-вторых, если Джек вдруг начнет вести себя агрессивнее, спросите: нет ли причины для такого поведения. Вам эта самая причина или же способ, которым Джек преподносит свои проблемы, могут показаться тривиальными или глупыми. Не надо субъективных оценок. В-третьих, когда сын расколется, и вы произнесете волшебную фразу: «Мне очень жаль, что так получилось, спасибо за откровенность, давай подумаем, как тебе поступить», он сразу же напряжется. Для него «поступить» хоть как-нибудь – плохая идея. Нельзя заставить Джека постоять за себя. Если честно, ему может сделаться даже хуже.

Когда мне надо разговорить мальчиков, я предоставляю им такой выбор: «Можешь не обращать на проблему внимания или разобраться с ней. Игнорируя ее, ты даешь знать ребятам, что не возражаешь против дурного обращения. Однако на самом деле ты возражаешь, и в конце концов какая-нибудь мелочь доведет тебя до ручки, над тобой станут смеяться еще больше. Рано или поздно придется открыто об этом заявить». Когда мальчики понимают, что необходимо хоть что-то сказать, они становятся куда разговорчивее… или до конца своих дней позволяют остальным вытирать о себя ноги. Вот как можно их разговорить при помощи СПОРа.

На случай, если сын все же сам обратится к вам, предлагаю сценарий идеального развития событий:

...

Остановиться и сориентироваться: Он приглашает Мозг к себе в гости, чтобы сыграть в любимую видеоигру.

Джек: Можешь решить проблему с «не смешно»?

Друг: Зачем? Всем нравится.

Джек: Чувак, просто помоги мне. Давай мне договорить, если я хочу что-то сказать.

Друг: Ну ладно.

Джек: Чувак, я серьезно. Ты просто не понимаешь, каково мне. Был бы на моем месте – понял бы.

Друг: Ладно.

Заметьте: я не предлагаю Джеку менять тему, потому что собеседник поднимет его на смех. Однако Джеку надлежит мысленно закрыть диалог, чтобы подумать о том, с чем он хочет (или не хочет) покончить.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Ваш сын когда-нибудь обращался к вам с жалобой на брата или соседского мальчика? Отвечали ли вы ему словами типа: «Нет, он славный мальчик из хорошей семьи» или: «Ты знаешь, у него дома проблемы…»? Слушайте ребенка. Он рассказывает об отношениях с обидчиком, о своих переживаниях. Да, у агрессора могут быть проблемы дома, но вам-то не обязательно иметь с ним дело. Ваш сын сам с ним разберется, потому что в таком деле куда важней его собственный опыт общения с ребятами. Взгляните на ситуацию глазами ребенка: станет ли он обращаться к вам за советом/помощью, если вы априори прощаете его обидчика?

МОЙ РЕБЕНОК СЛИШКОМ НЕЖНЫЙ. КАК СДЕЛАТЬ ЕГО СИЛЬНЕЕ?

У разных мальчиков разный порог терпимости. Повышенная чувствительность может быть вызвана множеством факторов: обстановка в семье (например, его третируют братья/сестры), дефицит социальных навыков – он не умеет правильно понимать мотивы чужих поступков или же просто глубоко переживает происходящее. Эти проблемы я рассмотрю подробнее в главе «Ничейная земля», а сейчас предлагаю разобраться с ними в общих чертах. Не запрещайте ребенку переживать, если его обидели: он сам в ответе за свои чувства. Этого никакими словами не изменить. Впрочем, если он легко выходит из себя или ему тяжело забывать обиды, то и дразнить его будут чаще остальных, и сверстники вряд ли станут за него заступаться.

Вы должны принять сына таким, какой он есть, одновременно с этим принимая, что ему нужна помощь в выработке терпимости к нападкам других детей. Не надо с ним сюсюкаться. Надо его учить. Побуждайте мальчика осмысливать чувства, отстаивать свои права в разговорах с обидчиками, а после делайте разбор «удачных полетов». Зачастую дети вязнут и путаются в своих переживаниях, как в сетях, им словно трудно дышать. Ваша задача – ослабить сети. Чем легче ребенку двигаться, тем он увереннее в своих силах.

Принципиально важно и то, как вы об этом говорите с сыном. Не надо поучений вроде: «Просто попытайся, дай людям шанс узнать тебя, ты ведь молодец». Мальчикам кажется, что лучше сработает вот такое: «Мне жаль, что так вышло. Думаешь, он намеренно обидел тебя? Как ты это понял?» Потом, в зависимости от его возраста и степени зрелости, прочитайте вместе с ним – или дайте ему самому прочесть – отрывок о трех типах «дразнения». И пусть он решит, как именно его обидели.

НАБЛЮДАТЕЛИ Взрослые любят рассуждать о том, как важно очевидцам предотвращать жестокость. Однако побуждая детей быть храбрыми, мы редко задумываемся над тем, смогли бы мы сами вмешаться и защитить слабого. Высказаться в чью-то защиту – как минимум неудобно, потому-то многие из нас любым способом убедят себя, что вмешиваться не стоит. Мы отводим взгляд и притворяемся, будто ничего не происходит. Мы «соблюдаем нейтралитет», то есть нам либо страшно, либо мы поддерживаем обидчика. Мы смеемся, убеждая себя в пустяковости происходящего. Или же встаем на сторону агрессора, потому что безопаснее поддерживать того, у кого больше силы.Вот несколько простых фактов, которые вашему сыну надлежит знать, окажись он в роли очевидца:

1. Когда-нибудь ты станешь свидетелем унижения. 2. Никто не рождается храбрым и способным дать отпор. Это всегда неприятно и тяжело. Стоять и смотреть – неправильно; правильно – признать, что ситуация сложная.3. Для тех, кто решает вмешаться в конфликт, существует риск попасть под влияние авторитета одного из участников или стать жертвой симпатий. Если агрессор твой друг и/или имеет высокий социальный статус, ему проще простить недостойное поведение. Если жертва нападок достает всех или не имеет большого влияния в социуме, опять же проще оправдать агрессию или свалить всю вину на жертву. Однако в идеале расстановка сил не должна влиять на суждения. Опираться следует на факты.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не говорите: «Почему ты сразу не сказал? Зачем тянул?», да еще обвинительным тоном. Даже если у вас нет желания винить ребенка, у него создастся именно такое впечатление. Если вы и правда хотите получить ответ, то, выждав несколько часов, спросите: «Эй, слушай, я тут поразмыслил над тем, что ты сказал… У тебя, я так понимаю, была причина повременить с признанием, да?».

ЕСЛИ ВАШ СЫН – НАБЛЮДАТЕЛЬ.

ПОДХОД:

Предположим, у вашего сына Марка есть друг Энди из второго класса, которому в радость унижать других ребят. Марк любит общаться с ним один на один. Но вот дети перешли в средние классы, и все становится сложнее. Марк рассказывает, как Энди – его друг-задира – в школе сфотографировал одноклассника Майкла, когда тот нагнулся подобрать упавший телефон. И пока ребята возвращались на автобусе, Энди успел разослать всем это фото. Марк в общих чертах обрисовывает, какой Энди вредный.

Вот что вам надо спросить для начала: «Что значит – вредный?».

Марк объясняет.

«Ты прав, Энди вредный, особенно по отношению к Майклу. Спасибо, что рассказал. Тебе, наверное, трудно говорить такое о друге, но я благодарен тебе за честность. Теперь давай подумаем, как с этим быть».

Вот сценарий идеального развития событий:

...

Марк: Зря ты сфоткал Майкла в дурацкой позе и разослал снимок ребятам.

Энди: Чего это зря?! Прикольно же!

Марк: Майклу так не показалось, он расстроился.

Энди: Что же он мне сам не сказал?

Марк: Ты бы тогда его вообще засмеял.

Энди: Если бы он так со мной поступил, я бы не жаловался. И кстати, ты не меньше моего ржал над фоткой.

Марк: Я этим не горжусь и, вообще, боялся возразить. Короче, завязывай с этим.

Энди: Ладно, больше не буду, но ты понимаешь, что ведешь себя как педик?

Марк: Я педик, потому что прошу тебя прекратить унижать ребят? Думай, что хочешь.

Друзья возвращаются к игре.

Марк должен уяснить несколько важных моментов. Первое: когда Энди напоминает, мол, ты ржал со всеми, – это такой стратегический ход, призванный заставить Марка ощутить вину, которую он пытается вменить Энди. Принципиально важно, чтобы мальчики сознавали: посмеявшись над человеком сейчас, позже еще можно исправиться. Фраза типа: «Что же он мне сразу не сказал?» – это тоже финт, призванный выставить жертву слабаком. Ваша задача – напомнить Марку, что у Энди нет права решать, как Майкл отреагировал на шутку. К тому же если жертва не ты сам, отмахнуться от упреков куда проще. И наконец, последнее – надо подчеркнуть, как, наградив Марка эпитетом «педик», Энди попытался его заткнуть. Опять-таки, Марку надо помнить, что Энди вот так запросто не согласится с обвинением. Ему и просто-то слышать тяжело, как друг его обвиняет, не говоря уже о том, чтобы проявить зрелость и признать правоту Марка. К слову сказать, много ли взрослых отличаются от Энди своим поведением в подобных ситуациях?

ПОДСТРЕКАТЕЛЬСТВО Подстрекательство – это когда один мальчик разжигает конфликт между двумя другими, сплетничая и распространяя ложь за их спиной. Думаете, так только девочки поступают? Нет. Скажем, два мальчика дружат, потом ссорятся из-за какого-то пустяка и расходятся. Не то чтобы они официально рвут связи, просто держатся друг от друга на расстоянии. Тут-то и появляется подстрекатель, который каждому из них начинает нашептывать ложные сведения о том, что сказал/сделал другой. Дружба остается в подвешенном состоянии, ребята не спешат разбираться с проблемой.

ДОРОГОЙ, НЕМЕДЛЕННО ИЗВИНИСЬ! Видели ли вы когда-нибудь, как мама/папа призывают сына извиниться, и тот выдавливает покаянную фразу? Как родитель смущенно улыбается и пожимает плечами – ведь он сделал все от него зависящее. Ваш сын может извиниться и перед вами, и перед посторонним – однако неискренне. Мальчикам свойственно так поступать – не только потому, что они видят лицемерие общественных деятелей, но и потому, что родители и учителя принуждают их извиняться, совершенно не понимая, насколько это контрпродуктивно и как глупо при этом выглядят они сами.Мальчик принесет искренние извинения, лишь почувствовав, что непременно должен это сделать. Нередко потребность сохранить лицо заставляет их извиняться настолько тонко и завуалированно, что некоторые этого просто не замечают (кроме самых близких приятелей). Сторонний наблюдатель даже не поймет, какая глубина чувств и какие сигналы заложены в сдержанных фразах и жестах. Например, если юноша хочет простить кого-то, ему проще выразить это через поступок: поделиться едой, предложить что-нибудь, передать мяч или похвалить на игровой площадке. Если оба участника ссоры – геймеры, то желающий извиниться приглашает друга поиграть.

...

Если я хочу извиниться, то во время игры в баскетбол непременно говорю тому, кого обидел: «Классный бросок», или: «Здорово играешь». Да, это не прямое «Прости», но друг-то понимает, что я имею в виду.

Рик, 13 лет.

...

Мы можем просто идти по коридору, и я как бы невзначай говорю: «Вот я сглупил», и друг поймет, о чем я.

Эл, 16 лет.

Впрочем, иногда мальчики не желают извиняться, и тут вам как родителю следует выступить образцом для подражания и показать, что значит искренне просить прощения.

У подлинных извинений есть четыре характеристики: 1) признание, что у всех есть право на чувства и собственную точку зрения (нельзя говорить человеку, что он принимает оскорбление «слишком близко к сердцу»); 2) правильная интонация голоса, сообщающая, что тебе вправду жаль; 3) понимание, какую боль ты причинил человеку, и желание принять ответственность; 4) стремление подкрепить слова действием.

Примеры того, как надо просить прощения: «Мне очень жаль, что я так сказал. Я перегнул палку и даже не подумал, как сильно тебя заденет мой поступок».

Фальшивое извинение, напротив, представляет собой смесь высокомерия, глупости и неискренности. Вот как его можно распознать: 1) неискренний тон голоса, подкрепляемый усталыми вздохами и закатыванием глаз; 2) извиняющийся стремится выставить жертву слабаком за то, что та требует извинений («Ну, если ты от этого почувствуешь себя мужиком, то ладно, извини», или: «Прости, если обидел»); 3) извиняясь, лжец манипулирует жертвой, чтобы добиться от нее желаемого («Прости, пожалуйста. Не мог бы ты просто все забыть?»).

Как ваш сын поступит с ложными извинениями, зависит от того, как он относится к извиняющемуся. Если это кто-то посторонний, ему будет неприятно слышать ложные признания вины и он запомнит, что человек не искренен в своих словах. Другое дело, если у сына с притворщиком устоявшиеся отношения. Если это друг (или кто-то ближе), и он периодически переступает через других, а потом кое-как извиняется для отмазки, то вашему сыну в какой-то момент придется поговорить с ним о таком поведении. (Не забывайте: умелая ложь требует от человека отличных социальных навыков и ума, так что сын, скорее всего, имеет дело с Мозгом или Правой рукой). Если сын вызвал притворщика на разговор, то я могу предложить вот такую схему диалога.

...

Притворщик: Вот уж не думал, что ты такой неженка!

Ваш сын (объясняет): Если честно, твои извинения кажутся мне неискренними. Поправь, если я ошибаюсь.

Притворщик (саркастично): Ошибаешься, я очень даже искренен.

Ваш сын (подтверждает): Говори то, что думаешь, или не говори вовсе.

Если извиниться следует вашему сыну, не вытягивайте из него ложных признаний: так он просто соскочит с крючка и не научится извиняться искренне. Надо показать пример – либо сразу, на месте, когда ваш сын кого-то обидел, либо после, когда вы обсуждаете возможные последствия проступка. Если все происходит на месте, а сын извиняться не хочет, подойдите к обиженному им мальчику и скажите:

...

От имени своего сына прошу прощения за его поступок. Если есть еще какие-то проблемы, вот мой номер телефона – звони, не стесняйся.

Если вы обсуждаете случившееся после, скажите вот что:

...

Ты разочаровал меня, не пожелав извиниться. Я понимаю, что и ты считаешь себя жертвой, но это не отменяет нанесенной тому мальчику обиды, и за нее надо попросить прощения. Извиниться по-настоящему. И потому я сейчас отправлю e-mail/поговорю с тем мальчиком и его родителями по телефону/схожу к ним и извинюсь за тебя.

ПРОЩЕНИЕ.

Когда кто-то извиняется перед вами, лучше сказать нечто вроде: «Спасибо». Воздержитесь от фраз типа: «Не волнуйся», или: «Да все в порядке», потому что у извиняющегося создастся впечатление, что не больно-то он вас и обидел. Просто примите извинения и идите своей дорогой. Если человек спрашивает: «Ты прощаешь меня?», а вы не готовы сказать «да», ответьте: «Еще нет, но я признателен, что ты извинился». Я категорически против, если кто-то кого-то принуждает к прощению – манипуляция всегда контрпродуктивна.

ВЗРОСЛЫЕ ВОЗМЕЩАЮТ УЩЕРБ Для мальчиков принципиально важно, когда их родители признают ошибку, просят прощения и всеми силами стараются загладить вину. Вряд ли вас за это ждут бурные овации и слова благодарности. Просто помните: мальчики обожают строить из себя недотрог, но они и правда хотят обоюдовыгодных отношений. Вот как рассуждает семнадцатилетний Сэм:

...

Я часто злюсь на родителей, если они «косячат» и не признаются в этом. Строят из себя богов. Если взрослые хотят, чтобы мы росли честными, пусть сначала сами покажут пример этой честности.

Меня бесят взрослые, которые всегда считают себя правыми. Даже если я выигрываю спор, они заявляют, мол, мы старше и поэтому правы, точка. Им надо понять, что опыт и возраст не дают преимущества над подростком. Выходит, когда мне самому стукнет тридцатник, я буду ставить свое мнение выше мнения тех, кто младше? Надеюсь, что я буду куда внимательней к ним. Эндрю.

Если хотите извиниться перед сыном, но при этом считаете, что и ему неплохо бы кое-что признать, то говорить можно следующее: «Прошу тебя признать, что не я один виноват в сложившейся ситуации. Мы оба хороши. Готов ли ты принять соломоново решение?».

ОБДЕЛЕННЫЙ ВНИМАНИЕМ.

...

Я реально не хотел приглашать к себе на день рождения одного парня, который всех достает. Сказал маме, что не хочу его видеть – и понял, как сглупил, ведь моя мама поговорила с его мамой, и у меня теперь проблемы. Но я не хочу его звать, он мне праздник испоганит, а мама велит пригласить его.

Джейкоб, 12 лет.

Быть родителем ученика начальных классов значит быть готовым к любому количеству любых гостей на празднике. Впрочем, как показывает приведенная выше цитата, все просто исключительно на словах. Помните, как вы ждали своего дня рождения в детстве? С каким нетерпением и трепетом предвкушали каждый праздник? И вдруг родители говорят, что вы просто обязаны пригласить именно того, кто вам не нравится. Того, кто совершенно точно испортит веселье.

С другой стороны, ужасно не получить приглашения. Обделенный вниманием ребенок может даже не сознавать, как он противен имениннику. Если вы родитель, то можете не знать, кому и насколько противен ваш ребенок. (А знание этого факта нередко вызывает стресс.).

По финансовым и логическим соображениям пригласить весь школьный поток сына невозможно. В идеале, приглашать стоит команду, класс или соседних ребят. Картину омрачает, если одного-двух при этом обойдут вниманием. Такое часто случается, и я постоянно задаюсь вопросом: понимают ли родители, что они делают? Предположим, большинство родителей оказывается в ситуации, аналогичной приведенной выше, – когда ребенок заставляет их поверить, будто кто-то из его знакомых приходить не должен.

...

Обговорите с ребенком список гостей.

Вы: Ты пригласил всю группу, и кто-то в ней тебе нравится больше, кто-то меньше. Обсудим это?

Сын: Мам, вот его я НЕ ХОЧУ!!! Не заставляй приглашать его.

Надо напомнить ребенку, что раз уж он пригласил всю группу, одного человека исключать нельзя. Не обязательно миндальничать с нежелательным гостем, но и хамить ему тоже не надо. Заранее объясните Джейкобу, чего ждете от него во время праздника (он не оставляет этого мальчика за бортом, но и не говорит никому, как его «заставили» пригласить этого зануду и т. д.).

Если вы родитель неприглашенного ребенка, запомните: то, что его все же пригласили, не делает перспективу радужней. Обиженный именинник может счесть себя вправе вести себя подло или игнорировать вашего ребенка. Если сын после этого сильно расстроится, сводите его в кино.

ЕСЛИ ВАШ СЫН – ПОДЛЫЙ МАЛЬЧИК.

...

В шестом классе у нас была своя «мафия», и мы перед школой – до занятий – устраивали сходку. «Крестный отец» решал, кого мы травим сегодня, и все должны были доказать свою преданность – исполнить приказ. Если кто-то отказывался, его исключали из «мафии» и игнорировали.

Как вы поступите, если вас вызовут к директору и сообщат, мол, ваш сын – Мозг школьной банды?

Трудно в такое поверить. Люди часто винят родителей Мозга за отрицание вины ребенка (словно сами никогда не прячут голову в песок). Давайте же будем справедливы ко всем: есть причины, по которым трудно поверить в то, что ваш сын замыслил и осуществил нечто дурное.

1. Мы своих детей любим, а о любимых дурного думать не привыкли. 2. Дурное поведение наших детей сбивает с толку. Даже когда на наших глазах ребенок ведет себя грубо и возмутительно, мы порой стремимся оправдать его – это не чуждо и самым лучшим из родителей. Мы упускаем важные моменты, когда надо воспитывать сыновей – если отговариваемся, будто они «переутомились», или у них «шарики за ролики заехали» (когда кого-то бьют на игровой площадке), или что у них «гормоны играют», или «они ведут себя как нормальные ребята» (когда подрастают). 3. Мы не в силах остановить сына, потому что есть проблема посерьезнее и мы не в состоянии с ней справиться, или же в какой-то момент просто утратили родительский авторитет.4. В поступках детей отражается их воспитание. Наше эго такое хрупкое, что ошибки детей угрожают нашему чувству собственного достоинства. Вот почему родители так остро реагируют на обвинения в адрес своих детей от других родителей, педагогов и тренеров.

Если мы отрицаем вину ребенка, об этом известно не только ему, но и другим ребятам. Дети любят обсудить родителей. К восьмому классу они уже знают, у кого родители не признают вину [24] . При встрече с такими взрослыми дети думают:

...

По мне, хуже этих предков быть не может. Одно дело – защищать своего ребенка, если он неправ, и другое – учить его, чтобы он не повторял ошибок.

По-моему, родители должны понимать, что их ребенок – не совершенство. Если они будут продолжать твердить, будто их сын на дурной поступок неспособен, он, в конце концов, поверит, что он – идеален. Из таких детей вырастают люди, не различающие добра и зла.

Стэнли.

И ВОТ ВЫ ПОЛУЧИЛИ E-MAIL ИЛИ ВАМ ПОЗВОНИЛИ…

Помните: это лишь один эпизод, жизнь на нем не заканчивается. Не извиняйтесь, просто обещайте человеку на том конце провода поговорить с сыном. Прихватив лист бумаги и уединившись от остальных детей, спросите у сына: «Мне доложили о том-то и том-то. Это правда? Ты признаешь?» Если сын отказывается признавать вину, спросите: что бы он сказал в присутствии обвинителя? Даже если сын вас за это возненавидит.

Нужно уметь прояснить ситуацию. Как только ребенок понял, что «спалился», первейшая его задача – выяснить, много ли вам известно. Затем он попытается хоть как-то смягчить наказание. Чем выше ставки, тем яростнее он будет убеждать вас в собственной невиновности – такое усердие может сойти за честность и искренность. Ваша задача – дать ребенку понять, почему ему важно раскрыть правду. Поговорив с ним и выслушав его версию истории, предоставьте ему 15 минут (или время до утра) вспомнить еще какие-нибудь детали, которые помогут лучше разобраться в ситуации. Пусть погуляет или поворочается в постели, прикидывая плюсы и минусы чистосердечного признания. Момент очень опасный: ведь сын может сговориться с другими виновниками, чтобы те подтвердили его слова. Однако вы должны совершить «прыжок веры»: в этой запутанной ситуации ваш сын – если ему предоставить свободу выбора и шанс на признание – проявит себя с самой лучшей стороны.

Если сын умеет ловко сбивать вас со следа или вы быстро забываете детали, запишите его «показания» – так вы сразу заметите нестыковки в истории. Составьте этакий протокол, и сын не сможет отрицать ничего из сказанного. Если он упрекает вас в том, что вы ему не доверяете – а вы ему не доверяете, – это не грех и признать. (Или хотя бы не врать, дескать, нет, мы тебе верим.) Когда он закончит излагать свою версию событий, зачитайте при нем его же показания, а потом спросите, все ли верно вы записали, и поблагодарите за уделенное вам время. Если сын лжет, ему будет противен этот процесс. Впрочем, процесс будет ему противен в любом случае, но если он лжет, то противно будет вдвойне. Приготовьтесь, что сын будет сбивать вас с толку: злиться или сваливать вину на кого-то, кто не может высказаться в свою защиту, потому что его просто нет в комнате. Не теряйте присутствия духа, и все будет хорошо.

ИДЕАЛЬНЫЙ СЦЕНАРИЙ Успокойтесь : узнав неприятную правду про поведение вашего сына, отойдите в тихое место и отдышитесь. Помните: ваш сын не самый худший ребенок, а вы не самый худший родитель. Просто ребенок совершил большую ошибку, и вам предстоит выяснить, насколько для него действительно важны семейные ценности. Не сравнивайте сына с другими мальчиками. Ваш сын провинился – больше вам ничего знать не надо.

Сориентируйтесь : где лучше всего поговорить с ребенком, чтобы он вас наверняка выслушал? В идеале при разговоре должны присутствовать оба родителя и больше никого.

...

Ваш супруг: До меня дошли сведения, что ты создал клуб и сам в нем заправляешь: кого принимать и каким правилам подчиняться. Это так?

Сын (отпирается): Ну, не то чтобы клуб. Мы просто собираемся перед школой и болтаем. Делов-то.

Вы: Отвечай: да или нет.

Сын: Что-то не так?

Ваш супруг: Не уходи от ответа. Да или нет?

Сын: Я был не один.

Ваш супруг: Ты создал клуб и решаешь, кому в нем быть и кому – нет?

Сын: Может, и так. Но я не один.

Ваш супруг: Я не запрещаю тебе общаться с ребятами. Просто нельзя создавать круг, чтобы ущемлять кого-то, не принимая его в свою компанию.

Сын: Кто тебе это сказал? Дэвид наябедничал? Да он всегда бесится на ровном месте.

Ваш супруг: Неважно, кто и что мне рассказал. Кстати, если после этого разговора что-нибудь случится с Дэвидом, тебя ждет куда более строгое наказание.

Сын (помолчав): Так нечестно. Почему все шишки мне одному?

Ваш супруг: Понятия не имею, что будет с другими ребятами, но ты зачинщик. А еще ты мой сын, и я в ответе за твои поступки. Нельзя создавать клуб для избранных. Нельзя выгонять из него ребят, чтобы унизить их. У тебя есть право выбирать себе друзей, а не причинять людям боль. Все понятно?

Сын: Да.

Ваш супруг: Отлично. В общем, завтра идем к директору, и там ты ему лично пообещаешь вести себя достойно.

НЕ ВСЕ ТАКИЕ ТЕРПИМЫЕ.

...

Мой сын употребил слово «негр» в отношении афроамериканского школьника. Я ответил директору, что этого просто не может быть, потому как мы – евреи, мой отец пережил Холокост. Я отказывался верить, но сын признал вину. Естественно, я заставил его извиниться перед тем мальчиком и его матерью, а та в ответ посмотрела на нас, как на скотов. Что мне было делать? У нас в доме ни разу не звучало расистских высказываний, а мой сын дружил с тем мальчиком. И вот теперь я с ума схожу, не могу нормально поговорить с ребенком, он не желает объяснять, в чем дело.

Билл.

Большинство белых родителей не говорят открыто с детьми о расизме – разве что дают книги по теме и в общих чертах объясняют, что надо обращаться со всеми одинаково хорошо, неважно, какой человек расы и национальности. Белые родители верят: если дома никто не употребляет расистских высказываний, то и у ребенка не проявится подобных замашек. Почти все родители из национальных меньшинств заранее готовят детей к предвзятому отношению со стороны общества и – по той же причине – с трудом верят, что их дети способны на расистские высказывания.

До начала работы с мальчиками над этой книгой я и представить не могла, как часто и легко с их уст срываются подобные оскорбления. Некоторые из мальчиков – замечательные ребята из порядочных семей, у них чудесные педагоги, однако это не мешает им оскорблять представителей другой расы или молчать, когда оскорбляет кто-то другой. И если говорить совсем откровенно, то чем респектабельнее и защищеннее школа, тем острее стоит в ней проблема расизма. Это не значит, что в других школах с ним не борются, но там хотя бы признают проблему.

Почему так получается? Думаю, многие родители просто не беседуют с детьми о расовых, социальных и прочих различиях – разве что в общих чертах. Родителям до сих пор неловко обсуждать с детьми такие вещи, пусть мы и живем в мире, где столько рас и национальностей. И давайте признаем: многие взрослые сами настроены предосудительно к представителям других рас.

Вот почему дети могут отговориться: «[Оскорбительное слово, которое просят не употреблять] ничего не значит. Это просто слово». Так могут сказать только представители большинства – те, кому подобные оскорбления не грозят. Ни один негр/латинос/еврей/мусульманин не скажет: «Прошу, не стесняйтесь, оскорбляйте меня сколько угодно. Мне от этого кайфово».

В пригородных или частных школах, где учатся дети представителей преуспевающего среднего класса, я часто слышу подобные отмазки. Опять-таки, ребята в обычных школах тоже могут оскорблять друг друга по национальному признаку, разделяться по нему в столовой, третировать кого-то, но они хотя бы признают свою вину. Вот что я замечаю в школах по всей стране:

...

Мусульмане и сикхи (исповедующие, кстати, абсолютно разные религии): этих постоянно считают террористами.

Евреи: в этих кидают деньгами, в их присутствии постоянно шутят о пепле и печах.

Азиаты: у этих якобы маленькие гениталии, они будто бы считают в уме без калькуляторов, а еще родители день и ночь, без выходных, заставляют их заниматься музыкой и математикой и бьют, если что-то не получается.

Латиноамериканцы: при них шутят насчет депортации, необразованности и лени. В частных школах ребята часто подчеркивают, что их друзей-латиносов принимают в школу и назначают им стипендию, лишь бы разбавить национальный состав учащихся.

Афроамериканцы: с ними здороваются, употребляя геттовский сленг или слова на «Н».

Некоторые ребята считают, будто здороваться с друзьями-неграми, используя их сленговые словечки – это классный способ сблизиться с ними. Да, бывает, что у ребят добрые и честные намерения (они ведь идут на контакт), но беда в том, что они используют расистский стереотип. А друг-негр не расскажет вашему сыну о своих истинных чувствах. Почему? Если ты – представитель меньшинства, никаких сил не хватит указывать на ошибки всем и каждому, кто говорит о тебе глупости. Если расистскими предубеждениями страдают друзья, то прессинг еще сильнее, потому что друзья для тебя – это ключ к остальному обществу.

Затронем и проблему слова на «Н», когда белые ребята говорят «нигга». Если они вдруг случайно произносят это слово при родителях, то спешат заверить взрослых, будто в этом нет ничего дурного, ведь сказать «нигга» совсем не то же, что сказать «ниггер». И родители верят. (Для протокола: дети неправы.).

Если человек принадлежит к одному меньшинству, вовсе не значит, что он не может унижать представителей других меньшинств. Каждый может оскорбить другого.

Дело не в том, кто ты: негр, латинос, еврей или еще кто-то, дело в том, что тебя отчуждают, о тебе судят предвзято, и ты ничего не можешь сказать в ответ. Если ваш сын ходит в школу, где почти нет его соплеменников, одного задиры хватит, чтобы он почувствовал себя нежеланным. При этом неважно, какой вы национальности. У белых могут быть те же проблемы.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Если вы думаете, будто ваш сын не мог оскорбить представителя другой расы, спросите себя: откуда вам знать? Просьба обращаться со всеми как с равными тут не поможет. Такая проблема потребует серии продолжительных бесед, и вам придется объяснить ребенку все в деталях.

Если вы – представитель меньшинства, убедитесь, что ребенок спокойно принимает оскорбления. Спорить и защищаться – это нормально. Если вы представитель большинства, и вашего сына оскорбляют – это тоже нормально. На то, чтобы признать свои чувства, нужны силы. Пятнадцатилетний Оуэн поделился с нами опытом.

...

Я не из меньшинства, но за крупный нос и кудряшки некоторые дразнят меня жидом. Иногда я просто не обращаю внимания, а иногда при встрече мне говорят: «Как че, жид?» Уже и по имени-то не называют. Говорят, типа я нищий, и швыряют в меня мелочью. Я даже не знаю, что сказать и как быть. Мне противно такое обращение. Даже не представляю, каково приходится настоящим евреям, как они справляются с унижениями. У меня просто глаза открылись на то, как обращаются с теми, кто не похож на других. Я теперь стараюсь не делить никого по расовым или еще каким-либо признакам.

ЕСЛИ ВЫ БОИТЕСЬ, ЧТО ВАШ СЫН – ЧАСТЬ ПРОБЛЕМЫ.

Доверяйте интуиции: если вы боитесь, что ваш ребенок в компании друзей утратил моральные ориентиры, то, скорее всего, так оно и есть. Вот что можно сказать ему:

...

Уверен, ты знаешь, какого поведения я жду от тебя в кругу друзей. Я только не могу предвидеть, когда и где от тебя потребуется проявить силу воли, чтобы оправдать мои ожидания. Если при тебе кого-то станут травить, унижать и оскорблять – неважно, по какому поводу, – знай: это тот самый момент, когда ты должен защитить честь и достоинство слабого, чтобы я мог тобой гордиться. И вот еще, на будущее: если выяснится, что ты неким образом участвовал в унижении кого-либо – в реальной жизни или виртуальной, – я взыщу с тебя, и ты пожалеешь о содеянном. Я к таким вещам отношусь очень серьезно и того же жду от тебя.

11. Лобовая атака.

...

В прошлую субботу мы с приятелем ходили на вечеринку. Хозяева живут в кондоминиуме, то есть в доме у них куча лестниц, пролетов и площадок. Когда мы уходили домой, то заметили пьяную компанию на одной из площадок, человек десять. Они обозвали нас «лапшерезками» (у нас в районе много китайских ресторанчиков). Потом стали кидаться сигаретными бычками, плевали в нас и матерились. Ребятам в толпе было лет по 18–20; один даже учился в нашей школе, играл за футбольную команду, другой недавно выпустился. Эти просто стояли рядом и смотрели. Нас было двое против десяти, и мы ничего могли поделать, даже слово сказать в ответ – поколотили бы. Нас распирало от гнева. Потом мы спустились на первый этаж и посидели; минут через пять эта толпа догнала нас. Мы пережили 20 минут стресса, унижения – если не сказать пыток, ведь мы не могли защититься.

Виктор К., 16 лет.

Неважно, где вы растите детей – серьезный задира всегда найдется. В этой главе я перечислю примеры того, как одни ребята угрожают расправой другим или же сразу, без угроз, переходят к избиению. В подобных ситуациях может оказаться и ваш ребенок. Для вашего сына – неважно, насколько он крут или насколько крутой у вас район – эти ситуации связаны с чувством страха и беспомощности. Самое трудное в них – адекватно отреагировать на унижение. Мальчики чувствуют необходимость ответить, и они правы. Беда в том, что у них редко находятся нужные инструменты или рядом не оказывается того, кто помог бы определиться с верным ответом. Вот они и варятся в собственных чувствах, мечась между гневом, страхом и беспомощностью. Родитель или авторитетный для ребенка взрослый не смогут принять за него бой, зато они в состоянии помочь. Во-первых, надо осознать, насколько страшны и жестоки для мальчика подобные ситуации. Затем организуйте ему моральную и стратегическую подготовку, чтобы он умел находить подходящие решения.

ПРАВО НА БОЙ Как учитель и человек, в чьи задачи входит предотвращать насилие, я должна бы сказать: драка – это не выход. Однако не скажу, потому что, как человек и как учитель, не согласна с таким подходом. Я долго не решалась высказаться, что по-настоящему думаю на этот счет – вопрос очень страшный. Страшный в том смысле, что на меня обрушится волна критики. Согласитесь: мальчики получают от нас неоднозначные сообщения. С одной стороны, определенный круг учителей, родителей и тренеров вдалбливает им в головы, что драться – это плохо. С другой, еще один круг учителей, родителей и тренеров говорит все с точностью до наоборот. Вспомним того же Бэтмена – этот свирепеет и всем мстит. Однако мальчиков поучают: «Будь дипломатичен», то есть призывают к мирному разрешению конфликта в ситуациях, когда хочется стать Бэтменом. Вот как я это вижу. У всех людей в мире есть фундаментальное право на активную самооборону. Однако когда события разовьются таким образом, что вам – точнее вашему сыну – потребуется ответить на оскорбление действием, пусть он ответит на два принципиально важных вопроса: 1) так ли сильно хочется врезать обидчику? 2) вне зависимости от степени своей правоты в данном конкретном случае готов ли он ответить перед общественными институтами (школой и правоохранительными органами)?Есть еще железные правила: нельзя первым – ни на словах, ни действием – провоцировать драку. Всегда необходимо соизмерять степень ответа со степенью угрозы. Бороться надо со злом, а не с человеком. Ни у кого нет права унижать противника. А если уж драка неизбежна, ваш сын должен постоянно держать в голове следующее:

• Будет больно – и неважно, насколько он крут (или каким крутым себя считает), сколько часов провел на занятиях боевыми искусствами, сколько у него черных поясов. • В драке одно случается быстрее, другое – медленнее, чем ожидаешь. • Всегда произойдет то, о чем он потом пожалеет. • Физически он может проиграть, зато победит в глазах общественности (свидетели зауважают его за то, что он просто вышел на бой). • Физически он может победить, зато проиграет в глазах общественности (снискав дурную славу хулигана, который ищет драки и просто так нападает на людей). • Даже если драка происходит за пределами школы, где ее может зафиксировать камера наблюдения, кто-нибудь обязательно запечатлеет бой, чтобы показать потом остальным. Если так произойдет, в дело окажутся вовлечены взрослые – и последствия будут серьезные. • Всегда можно развернуться и уйти. Уйти – всегда непростое решение, за которое себя нужно похвалить.• Он должен заранее озаботиться стратегией отступления. То есть не отходить далеко от машины, выхода из помещения, группы друзей.

Если сын все же полез в драку, значит, он готов принять ее последствия. Ему необходимо определить степень угрозы и реагировать адекватно. Цель – снизить риск травмы, не выставить себя дураком, а, напротив, произвести впечатление физически и умственно здорового человека.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Часто ли вы дрались в детстве? Повлияло ли это на воспитание вашего ребенка? Что приводило к дракам? Что вы помните из хода самих драк, что – из их последствий? Будет полезно поделиться этим опытом с сыном, особенно если сумеете сделать это в контексте его сегодняшней жизни.

Если драки вам неприятны, сумели ли вы выразить свои чувства сыну уважительно и с пониманием ситуации?

ПОСТОЯТЬ ЗА СЕБЯ.

Мальчикам полезно научиться постоять за себя: взять уроки боевых искусств или даже заняться ими на постоянной основе. Отдавая ребенка в секцию, следите, чтобы вам не попался инструктор, который хвастает, что он круче всех и имеет несколько черных поясов. Лучшие бойцы (это касается и мужчин, и женщин) обычно ведут себя скромно. Их внешние качества отражают внутреннюю силу. Эти люди послужат отличным примером для подражания вашему сыну, даже если ему никогда не придется драться.

ПЕРЕМИРИЕ Правильно заключенное перемирие – великая вещь. Успех (то есть состояние, при котором противники, даже если они по-прежнему друг друга ненавидят, больше не дерутся) зависит от усилий и личности того, кто выступает посредником между подравшимися. Хорошо, если это мальчик, которого уважают все ребята, или взрослый, также имеющий у мальчиков большой авторитет и кое-что понимающий в драках. Если же взрослый предстает милым, добрым дяденькой, который просто хочет, чтобы мальчики подружились, на успех можно не рассчитывать. Вот почему школьные «мирные переговоры» не работают: соглашаясь с требованиями взрослых на словах, на деле ребята обычно стараются довести до конца бессмысленный конфликт. Школьные мирные переговоры возымеют результат лишь в том случае, если оба драчуна осознают на них, как глупо себя вели.

ОТ ЗАЩИТЫ К НАПАДЕНИЮ Дрэ – умный, высокий, крупный девятиклассник, который выглядит старше своих лет. Он учится в большой общеобразовательной школе, играет в американский футбол и любит вводить учителей в заблуждение, строя из себя дурачка. За две недели до начала летних каникул он шел по коридору, болтая с одноклассницей, как вдруг на него сзади напал ухажер девушки. Камера наблюдения записала все от начала и до конца. Сразу после нападения Дрэ оценил возможные последствия драки: отстранение от занятий, отметка о драке в характеристике для колледжа, проблемы с родителями – тогда как ему надо было активно обороняться, чтобы нападавший сразу отстал (жесткий отпор, впрочем, мог спровоцировать повторную атаку). Свои шансы Дрэ должен был прикинуть в одну секунду. Он оттеснил обидчика к стене, то есть защитился. И все бы хорошо – за такое Дрэ даже не пожурили бы, – однако дальше он скинул рюкзак и накинулся на парня. В итоге зачинщика отстранили от занятий на пять дней, а Дрэ – на два. Директриса даже не хотела наказывать Дрэ, понимая, что он защищался, но за переход от защиты к активному нападению применила к Дрэ дисциплинарные меры. Отец подростка посчитал наказание неправомерным, поскольку не его сын начал драку. Однако на дело надо смотреть иначе: детей надлежит учить адекватно оценивать угрозу и принимать морально оправданные решения в стрессовых ситуациях. Произошедшее с Дрэ – типичный случай. Мальчишки сначала обмениваются парой тумаков, потом наступает небольшое затишье – во время которого они и принимают решение: продолжать бой или отступить? Вновь ввязавшись в драку, они скорее всего спровоцируют проблемы уже с участием взрослых. Наказание зависит от того, в какую школу мальчики ходят. Несправедливо, но факт: если мальчик ходит в частную школу, его наверняка отстранят от занятий и сделают отметку в характеристике, которая затем поступит в приемную комиссию колледжа. Если он ученик общеобразовательной школы, к каждой из которых приписан офицер полиции, то его не просто отстранят от занятий и сделают пометку в личном деле, но и познакомят с ювенальной юстицией, в той ли иной форме. Иными словами, ученики частных школ отделываются более легкими наказаниями, чем ученики образовательных (это касается не только драк, но и проблем с наркотиками). Дрэ атаковал обидчика, дабы внушить ему: больше ко мне не суйся. Если следовать такой логике, то простой самообороны недостаточно. С точки зрения Дрэ, ответный выпад – часть самообороны, превентивный удар. Это-то и есть самое сложное в его проблеме. Дрэ хотел убедиться, что в будущем обидчик на него больше не нападет, однако желание добиться уважения среди сверстников несет угрозу его собственному будущему – позорная отметка в личном деле может подорвать доверие взрослых. Под сомнением оказывается все: будущие успехи в учебе, поступление в колледж, и вряд ли кто-то станет слушать свидетелей невиновности Дрэ. Стремление заработать уважение среди сверстников в настоящем нередко угрожает будущему. Вот о чем юноши в положении Дрэ должны задуматься.Для меня ревнивец, напавший на Дрэ, – прямая угроза будущему, которого Дрэ заслуживает. Дрэ успешен как в школьных науках, так и в социальном плане, у него есть качества, необходимые для достижения успеха, и помешать ему могут только другие люди, которые пытаются навязать неверное поведение. Порой в жизни мы оказываемся на перекрестках, где приходится принимать решения, влияющие на всю оставшуюся жизнь. Это был перекресток Дрэ. Поставит ли он агрессора на место в следующий раз?

А ЕСЛИ У СЫНА НЕТ СИЛЫ?

...

Я учусь в девятом классе, и один одиннадцатиклассник дразнит меня поросенком. Все потому, что я хожу в школу для страдающих излишним весом. Это меня очень ранит, я сильно переживаю из-за веса. Я просил прекратить обзываться, но задира ни в какую не соглашается. Поняв, что разговорами его не остановить, я ударил его и назвал геометриком, потому что он дополнительно занимается геометрией, а это в школе не престижно. Сегодня мне дали под дых; боюсь, он и дальше будет дразнить меня. Если огрызаться, он еще больше разозлится.

Эндрю, 14 лет.

Школьные понятия якобы дают старшекласснику право издеваться над Эндрю, отдавая дань уважения системе (то есть Эндрю «обязан» терпеть дурное обращение и помалкивать – ведь он младше). Всегда есть старшеклассники, которые свято верят в принцип: «Мы мирились с издевательством, теперь пусть другие мирятся». Почти все будущие выпускники жалуются: младшие якобы не выказывают им должного уважения, тогда как на самом деле эти самые младшие уже забиты и задавлены страхом.

Если в положении Эндрю оказывается ваш сын, смотреть на дело трезво еще труднее: кажется, будто у него есть лишь один вариант – терпеть и дальше. Это, по определению, не выбор, потому что не предусматривает альтернативы. А ведь она есть: пусть Эндрю найдет влиятельного одиннадцати– или двенадцатиклассника и попросит того образумить задиру. Это может быть друг или товарищ по команде, но самое главное, чтобы его все уважали (Мозг, Правая рука, Заводила или Заступник – самые подходящие варианты).

Если у вашего сына, попавшего в подобное положение есть брат, друг или еще какой-нибудь знакомый, вхожий в круг уважаемого старшеклассника, необходимо заручиться его поддержкой. Если же таких связей нет, пусть сын поговорит с задирой самостоятельно – если они не пересекаются с ним нигде, кроме школы. Одна неприятная (но удачно проведенная) беседа – и недели, месяцы, а то и два года спокойствия гарантированы.

Пусть он несколько дней поразмыслит, чьей помощью воспользоваться, затем продумает план разговора с посредником по методу СПОРа. Подкараулит его либо в школе, либо когда тот будет один. Говорить предлагаю примерно так:

...

Привет, ты меня не знаешь (или знаешь, я братишка Кэти), но мне нужен твой совет. Ты ведь знаком с Тоддом из одиннадцатого класса? Он меня постоянно поросенком дразнит, а вчера вот под дых дал. Я ничего не могу поделать, только терпеть. Хочу попросить: можешь сказать, чтобы Тодд отстал от меня?

Данная стратегия хорошо работает по той причине, что льстит самолюбию посредника. Жертва признает его авторитет (кое-кто назовет это подхалимажем – ну и пусть) и верит, будто только он в силах остановить произвол. Парням приятен такой подход, даже если к ним обращается какой-то там девятиклассник. Можно сыграть в героя! [25] Теперь взглянем на дело глазами девятиклассника: если авторитетный девяти– или одиннадцатиклассник прикажет отвалить, ему останется лишь подчиниться. Если жертва не послушается, то проявит неуважение к «представителю власти». В этом случае конфликт возникнет между этими двоими, а этого жертва и хочет избежать. Ей приходится отступить, но не потому, что так правильно – просто он не хочет усложнять себе жизнь.

Если сын в похожей беде, предложите ему данную стратегию. Возможно, он ожидает другого, но этот подход самый реалистичный, он согласуется с расстановкой сил в школе.

«ПРОСТО СЛОВО» Почти все мальчики, с которыми я работаю, убеждены: слово «травля» заезжено и не отображает реалий их жизни. Или, если все-таки отражает, то не нравится им, потому что выставляет их слабыми и подразумевает вмешательство взрослых. Впрочем, иногда это слово оказывается к месту – как, например, сейчас. Официальное определение слова «травля» – это одностороннее, периодически повторяющееся действие, когда один человек применяет силу и власть для унижения другого. Задира убежден, что унижать жертву – весело, или это для него обряд посвящения в старшие, или жертва якобы заслуживает подобного обращения в силу тех или иных причин. Если жертва защищается, ее запугивают разрывом отношений или сотрудничества с каким-либо лицом или группой лиц (компанией друзей, командой, бандой, студенческим братством, музыкальной группой и т. д.). Способов унижения множество. Например, вещи жертвы крадут из школьной раздевалки. Или под ее именем в Twitter создают фальшивый аккаунт и пишут на нем расистские, сексистские или гомофобские посты в адрес других ребят. Или же учитель может пошутить над жертвой, а ребята подхватят. Употреблять или слышать слово «травля» некомфортно не только ребятам. Многие учителя считают, что если на нем зацикливаться, то любой конфликт между мальчиками можно назвать травлей. А если мы не даем ребятам самостоятельно разобраться с проблемами, выходит, что мы с ними сюсюкаемся. Еще в первой главе я отметила, что конфликты в принципе неизбежны, так же как и злоупотребление силой. Давайте тогда обойдемся без «предотвращения травли» – предлагаю иной термин: «обучение социальному навыку распознавания конфликтных ситуаций». Это отнюдь не сюсюканье, а обеспечение ребят необходимыми навыками выживания. Взрослым в этом случае можно оставаться за сценой и направлять детей по ходу процесса. Проблема травли и преследования объясняет причину, по которой мальчики не жалуются, если задирают их или кого-либо в их присутствии. Я спрашивала многих мальчиков, чего им стоило бы вмешаться и заступиться за жертву буллинга. Ответ всегда был примерно один: «Будет больно», «Да ну, прибьют еще», «Случится беда, о каких по телевизору рассказывают». Всегда найдутся люди, желающие самоутвердиться за счет других, а если эти другие сопротивляются – их подавят, применив еще больше силы. Любое сопротивление, считают агрессоры, должно быть сметено.Так что же делать?

НЕВАЖНО, КАК ВЫ ЭТО НАЗЫВАЕТЕ Итак, способов травли великое множество. Но так ли это важно? Почти каждый мальчик рано или поздно попадет в ситуацию дисбаланса сил. Каждому придется иметь дело со своим личным обидчиком – а рядом в это время будут стоять безучастные наблюдатели. Такая перспектива может сломить любого. Если мальчик сильно переживает: боится пересекаться с задирой или волнуется из-за учебы, занятий спортом и проч., то эта проблема становится для него непосильной ношей. Одному ему с ней не справиться – нужна поддержка.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Если вам сообщили, что вашего сына задирают, ни в коем – ни в коем! – случае не ждите, пока он вернется домой, чтобы с порога заявить ему: «Мне звонили из школы и сказали, что тебя задирают!!!».

ВАМ НЕ СООБЩАЛИ, ЧТО ВАШЕГО СЫНА ЗАДИРАЮТ, И ВЫ ХОТИТЕ ВЫЯСНИТЬ ОБСТАНОВКУ САМОСТОЯТЕЛЬНО?

Поговорить с сыном о травле и преследовании можно, однако надо соблюдать разумные пределы. Постоянно напоминая ему, чтобы он остерегался подлых мальчишек, вы просто превратите его в запуганного недотрогу или же он пошлет вас куда подальше. Но не ждите, пока ситуация перерастет в настоящий кризис! Ваша задача – донести до сына свои ожидания и подготовить его к сложной конфликтной ситуации. Вот что можно ему сказать:

...

Не знаю, стоит ли проблема преследования или подлости у вас в школе/молодежном движении/спортивной команде, но мне бы хотелось поделиться соображениями. Если человека унижают словом или действием, это идет вразрез с моими убеждениями. Я за то, чтобы с людьми обращались по достоинству, а достоинство есть у всех – заслуживать его не надо, оно есть и все тут. Если кого-то – даже человека, которого ты толком не знаешь или не любишь – задирают, ты должен вмешаться. Либо поддержать жертву, указав агрессору на место, либо дать ему понять любым способом, что ты не одобряешь его действий, либо доложить обо всем мне или другому взрослому. Будь уверен, я не разозлюсь и не начну беспорядочно обзванивать всех подряд. Мы просто доведем ситуацию до сведения нужного человека, и жертве помогут.

ПРОБЛЕМА УСУГУБЛЯЕТСЯ.

По поводу травли, которая происходила на территории школы (или любого другого учреждения, которое посещает ваш ребенок), первым делом необходимо встретиться со взрослым, непосредственно общающимся с вашим сыном. Если мальчик учится в начальных классах – это учитель. Если в средних – либо учитель, либо замдиректора, либо школьный психолог. Перед встречей при помощи метода СПОР помогите сыну приготовить своеобразную речь: ему предстоит объяснить, что происходит, почему он не может сосредоточиться на уроках и какая помощь требуется от школы. Ваша роль – в буквальном смысле сидеть позади сына, оказывая моральную поддержку. Заранее договоритесь, что если ему будет неудобно (например, использовать слова, которые он не привык употреблять при взрослых), то пусть он подаст вам условный сигнал. Например, скажет: «Мам?», или произнесет другое кодовое слово – и вы на время возьмете у него эстафету. Сосредоточьтесь на том, чтобы пресечь нежелательное поведение задиры, а не на том, как бы его наказать (по закону администрация школы не имеет права обсуждать с вами других учеников). В конце встречи договоритесь о сроке, в течение которого будут приняты меры, спросив: «Что будем делать, если это не прекратится через два или три дня?» Если преследование вашего ребенка не прекращается, требуйте помощи у того, кто наделен большей властью. Изложите все, что вы, ваш ребенок и учитель сделали, добавив в заключение: «Ваша помощь просто необходима, дабы мой сын мог спокойно учиться и участвовать в общественной жизни».

ОБРАТИТЕСЬ В ПОЛИЦИЮ Если вашего сына в школе или за ее пределами постоянно задирают или преследуют, угрожают ему физической расправой, следует обратиться в полицию. Необходимо будет предоставить список всех принятых мер, так что ведите точные и подробные записи с самого начала.

ЕСЛИ ЗАДИРА – УЧИТЕЛЬ ИЛИ ЖЕ ПЕДАГОГ ОТМАХИВАЕТСЯ ОТ ЖАЛОБ РЕБЕНКА Если сын жалуется, что его задирает учитель или другой ученик с молчаливого одобрения преподавателя, поговорите с этим педагогом. Ведь сын не жалуется, что ему поставили плохую оценку или не дали достаточно времени на подготовку к контрольной. (Если проблема в этом – пусть сын использует метод СПОРа и подготовится к самостоятельной беседе с учителем.) В такой ситуации задача ребенка – научиться отстаивать свои позиции, хотя это вовсе не значит добиваться изменения оценки [26] . Если же проблема связана с персональным отношением педагога к вашему ребенку, то вступить в игру предстоит вам. Вот возможный сценарий.

Остановитесь и сориентируйтесь: отправьте e-mail с просьбой о встрече.

...

Вы (объясняете): Здравствуйте, мистер Томпсон. Спасибо, что согласились встретиться. Я бы хотел обсудить одно дело: Дэнни сообщил, будто вы сказали то-то и то-то в его адрес. Это так?

Следите за тоном голоса и языком тела учителя. Разговор с родителем ученика для педагога – всегда стресс, так что неудивительно, если он примет оборонительную позу. Впрочем, даже защищаясь, почти любой учитель тут же выкажет свою озабоченность состоянием Дэнни и обсудит с вами проблему. А вот если учитель начинает отпираться, действуйте так.

Вы: Мистер Томпсон, я бы очень хотел, чтобы мой сын уважал своих учителей, однако и от учителей я жду того же в отношении ребенка. Прошу прекратить обидные замечания в адрес Дэнни. Сын не хотел, чтобы я разговаривал с вами, он боится последствий. И все же я решил лично поставить вас в известность. Спасибо за уделенное мне время.

Если сына задирают одноклассники, начните так:

...

Вы (объясняете): Спасибо, что согласились встретиться. Дэнни жаловался, что последние несколько недель он не может сосредоточиться на занятиях: его донимают одноклассники.

(В любой из перечисленных ситуаций вы очень быстро поймете, как пойдет разговор.).

Учитель (отпирается): Серьезно? Ни разу не видел, чтобы его кто-то донимал. Милые ребята… разве что пошутить любят, а так лишнего себе не позволяют.

Вы: Знаете, Дэнни, пытался не обращать внимания на их шуточки, однако это не помогло.

Учитель: Так, и кто же его донимает?

Вы: Чаще остальных – Дэвид и Карл [27] .

Учитель: Ничего такого за ними не замечал, но я поговорю с ребятами.

Вы: Не могли бы вы поговорить с ними как можно серьезнее? Дэнни очень переживает, что у него будут проблемы из-за обращения к вам.

Учитель: Я велю мальчикам прекратить донимать его. Большего обещать не могу.

Вы: Уверен, вы можете предпринять и еще кое-что – не только велеть им отстать от моего сына. Не буду перечислять способы решения проблемы, ведь учитель – вы, и ученики – ваши. Однако если эти ребята не отстанут от Дэнни, я бы не хотел, чтобы вы останавливались на полпути.

ЕСЛИ ШКОЛЬНЫЙ РАБОТНИК НЕКОМПЕТЕНТЕН.

...

Простите, мы тут бессильны. Это случилось за пределами школы, и они писали не со школьного почтового адреса – мы ничего поделать не можем.

...

Если свидетелей нет, то и предпринимать мы ничего не станем.

Подобные отговорки я слышу слишком часто, и что важнее – их слышат также ребята и родители. Более того, задиры чувствуют себя хозяевами школы, а в результате дети и подростки ненавидят ходить на занятия, потому что педагоги и администрация в лучшем случае не в курсе происходящего; смысла же сопротивляться преследованиям и травле нет – ведь от него никуда не деться. Взрослые не понимают ребят и, соответственно, не борются с проблемой – так с чего им-то самим бороться? С точки зрения детей, взрослые только и делают, что устраивают собрания да вывешивают над входом в школу плакаты с призывами делать добро. Опыт показал следующее.

События в школе влияют на жизнь вне ее стен, и наоборот. Многие школы, с которыми я работаю, имеют подобие кодекса, в котором четко изложены базовые понятия. Детей часто задирают за пределами школьной территории, и безопасность их под угрозой. Если ученика школы третируют где бы то ни было и это влияет на атмосферу в школе – это уже дело педагогов.

Они не позволяют эмоциям влиять на принятие решений – они спокойно пытаются определить мотивации всех участников и подыскать наиболее подходящие дисциплинарные меры.

Они слушают родителей и, где надо, приспосабливаются, однако никогда не отменяют адекватных взысканий, даже вопреки родительским желаниям. Подобное требует большого умения и хитрости, потому что, выясняя обстоятельства дела, они навлекают на себя гнев родителей, агрессию и нежелание детей сотрудничать.

Они сознают силу общественного пространства. Они коллекционируют не только трофеи и фотографии с победных турниров школьных команд – рядом на стенах висят фото участников театрального и политологического кружков. Педагоги понимают: если у одного ученика проблемы с кем-то из «лавроносцев», жертва никогда не подаст голоса – ведь она убеждена, что ее не станут слушать, за нее не заступятся.

Они понимают, что балансируют между гласностью и конфиденциальностью. Педагоги на руководящих должностях должны держать сообщество в курсе того, как решаются дела с травлей и преследованием в любой его форме, сознавая при этом, что в определенных случаях участники конфликта и примененные к ним меры наказания сохраняются в тайне – из уважения к частной жизни.

12. Искупление и примирение.

Вы снимаете трубку телефона/открываете письмо/здороваетесь, ожидая непродолжительной и приятной беседы. Однако уже через секунду пульс учащается, желудок сводит, а глаза закрываются. Вы пытаетесь усвоить поступившую информацию: ваш сын совершил серьезный проступок. Не какое-нибудь там мелкое хулиганство, а настоящий проступок.

Если сын впутывается в дурную историю, мир в одно мгновение встает с ног на голову: вас уже не рады видеть в тех местах, которые вы еще вчера считали вторым домом. Сыну будет казаться, что у него отняли прежнюю жизнь, и он не знает, как вернуть утраченное доверие.

Если сын совершил общественное злодеяние (то есть то, что общественность считает дурным, или то, что занесут в его характеристику), тому может быть две причины. Первая: он не сознавал, насколько большую глупость совершает. Вторая: он точно знал, на что идет, но подкачало прикрытие (или же он создал о себе дурное впечатление и просто не видит, насколько важно для вас и для школы, чтобы он изменил свое поведение).

Если ребенок не понимает сотворенного им зла, то плюс в том, что он не боится быть пойманным. Зато ему наверняка предстоит не одна неприятная беседа со взрослыми, которые скажут: «О чем ты только думаешь?!», а ему ничего не останется, кроме как выдать невразумительное «не знаю», полностью сознавая, насколько глупо это звучит.

С другой стороны, если ваш сын сознает тяжесть проступка, блаженное неведение ему не светит. Стресс отрицательно скажется на всех аспектах его жизни: он утратит сон, а любое, даже самое невинное замечание со стороны будет ввергать его в панику. Жизнь превращается в страдание, которое, как ни странно, ему полезно. Если ребенка не мучают угрызения совести – это серьезная беда, ибо от взрослых он получил сигнал, что волен ставить себя над законом (либо над конституцией, либо просто над школьными и домашними правилами).

НЕ КАЗНИТЕ ЕГО Даже если сын совершил крупную ошибку, то – как и в случае с мелким проступком – жизнь на ней не заканчивается. Мальчик не обязательно скатится по наклонной. Причины, по которым вы его любите, никуда не делись, равно как и те, что заставили его совершить нечто дурное. Вместе с вами сын может испытывать полнейшее смятение чувств: растерянность, гнев от того, что попался, ярость на кого-то, кто втянул его в авантюру (или сдал), стыд, паранойю – мол, все шепчутся у него за спиной, жизнь его разрушена. В этом его легко понять.Сознательно ребенок пошел на злодеяние или нет, но, когда его раскроют, он наверняка уйдет в глухую оборону. Постарается выведать, что вы уже знаете и – что куда важнее – чего еще не знаете. Затем он попытается смягчить для себя ущерб. Поэтому, когда вы только начинаете разговор, важно сообщить ему следующее:

...

Ваша с ним реакция на обвинение определит, когда люди вновь станут – и станут ли вообще – ему доверять. Ребенку бессмысленно валить все на других или отказываться признавать вину, а вам – утверждать, какое несоразмерное ему назначено наказание. Если же ребенок решит отомстить тому, кто – как он думает – «слил» его, это желание выдает в нем инфантильного, мстительного человека.

Признание вины и степени ущерба, причиненного окружающим, сослужит ребенку добрую службу: он либо восстановит свою репутацию, либо заслужит еще более хорошую. Тут я хочу сделать одно важное предположение. Я говорю об ошибках, которые причиняют ущерб окружающим. Да, попасться можно и на другом: например, сжульничать на контрольной, если устал и не смог подготовиться, – это нарушение правил, хотя нужно учитывать и отчаяние ребенка. А вот если мальчик нарушит правила пользования техникой, злоупотребит алкоголем или наркотиками и будет за это наказан, то он может решить, будто навязанные нормы поведения – дурацкие и применены к нему несправедливо. Однако он согласился на них, став активным членом сообщества. То есть, нарушив правила, он должен признать вину и не бежать к родителям с просьбой отмазать его. Кстати, если он заявится в школу пьяный или обкуренный, либо же пронесет на территорию школы спиртное или наркотики, – его ждет нечто похуже отстранения от занятий.

ПРИЗЫВ ОТКРЫТЬСЯ Позвольте ему некоторое время побыть наедине с собой. Пусть закроется у себя в комнате, послушает музыку, прочувствует все, что накопилось в душе. Признаться себе – не то что остальным, – в том, что совершил дурной поступок, мучительно трудно. Помните: различные ситуации требуют различного подхода. Если сын соврал о проблеме, с которой борется (например, о неуспеваемости) из страха, что вы отвергнете его (то есть он защищается), то скажите: вам жаль, что у него создалось такое впечатление, поблагодарите за честность и, используя изложенный в предыдущей главе метод, помогите разобраться с проблемой. Важнее всего принять его мотивы, оценить его смелость и честность. Если сын неким образом нарушил установленные правила – например, совершил нечто подлое (один или за компанию), подверг кого-то (в том числе и самого себя) опасности, а после соврал об этом, вы должны заострить внимание на том, что его действия идут вразрез с семейными ценностями, что в стремлении получить сиюминутное удовольствие он поставил себя выше окружающих и ему предстоит отвечать за свои действия. И это еще не все. Не менее важно довести до его сведения, что ему следует раскаяться и признать вину – лишь тогда вы будете им снова гордиться.Не недооценивайте стремления мальчиков заслужить ваше уважение или вернуть его. Тут важно соблюдать баланс между непреклонностью и поощрением желания исправить содеянное. Пришла пора искупления. Чем скорее сын публично признает вину, тем лучше. Вот что ему следует уяснить:

...

Он искренне сожалеет о том-то и том-то.

Он признает ошибочность своего поступка и не оправдывает своих действий. Понимает, что его дальнейшие действия должны отражать нынешние слова.

БОИТЕСЬ, ЧТО ОН НЕ ПОНИМАЕТ?

Мало сказать «простите»; пустые извинения ничего не дадут. Пусть ребенок объяснит, о чем он сожалеет и за что просит прощения. Если он только изображает раскаяние, поступите так, как я советовала в главе «Огонь по своим»: извинитесь от его имени, дайте ему время прийти в себя. Джефф Липпман, директор средней школы в системе американского образования в Бразилии, часто спрашивает учеников:

...

В чем разница между вашими поступками и тем, кто вы есть? Если вы систематически поступаете нечестно и грубо, то в какой момент сами становитесь нечестными и грубыми.

Эти вопросы отрезвляюще действуют на учеников, озабоченных своим личностным ростом.

ДИСЦИПЛИНА Слово «дисциплина» происходит от латинского disciplina, что в переводе означает «учеба», «воспитание». Мы же вкладываем в него иной смысл: муштра с целью подчинить человека определенным правилам поведения. Наказание должно служить высшей цели воспитания, однако, как ни печально, так бывает далеко не всегда. Взрослые порой прибегают к контрпродуктивным дисциплинарным мерам, идя на поводу у собственного гнева, ощущая со стороны ребенка неуважение; или же назначают наказание в соответствии с неким кодексом, который ни для ребенка, ни вообще в данной ситуации смысла не имеет. Мальчики – даже если они не согласны с наказанием – всегда готовы держать ответ перед справедливым воспитателем. Авторитеты для них имеют большое значение, они уважают тех, кого считают людьми чести. Мальчики кипят от негодования, если ими помыкает человек, злоупотребляющий своей властью.В общих чертах моя стратегия дисциплины для детей (в том числе родных) сводится к планированию реакции таким образом:

1. Точно указать ребенку на проступок. 2. Объяснить, почему это действие идет вразрез с моими (педагогическими и материнскими) убеждениями. 3. Предупредить, каких привилегий и насколько он лишится (надо знать, чем именно ребенок дорожит больше всего).4. Дать шанс исправить ошибку, чтобы и ребенок собой, и я им гордилась.

ЕСЛИ ОН СМЕЕТСЯ ИЛИ ОТКРЫТО ПРОЯВЛЯЕТ НЕУВАЖЕНИЕ.

...

Ты откровенно не уважаешь меня, а я не желаю, чтобы сын относился ко мне без почтения. Я работаю над тем, чего мне не хватает, дабы заслужить твое доверие. Выбор за тобой: хочешь ли ты сделать вклад в изменение наших отношений к лучшему?

Какие наказания для мальчиков самые (не) эффективные? Я попросила их привести примеры – не только из домашнего быта, но и из школьной жизни.

...

Самое бесполезное наказание – домашний арест, если тебя при этом не лишают средств связи: ноутбука, компьютера, сотового, айпада и проч., ведь за тобой сохраняется базовая социальная свобода, ты можешь общаться с друзьями, просто вживую с ними не видишься. По-моему, если у ребят не отнять и эту свободу, они даже угрызений совести не почувствуют и не поймут, что плохого совершили.

Стэн, 16 лет.

...

Самое бестолковое – это домашний арест. Если мама отправляет меня к себе, в комнату, мне плевать. Я музыкант, так что могу найти себе занятие и в пределах комнаты. Самое эффективное – это когда у тебя все отнимают. Как-то мама забрала у меня айфон, лишила доступа в сеть, Xbox, гитар… почти все забрала. Лишь бы я выполнил список поручений. Сработало.

Лэндон, 15 лет.

...

Недавно я сильно облажался, и предки оставили меня без ништяков на три месяца. Правда, через месяц сжалились. Теперь я… не доверяю им. Это вообще нормально? Я им больше не верю, потому что они не доводят дело до конца.

Том, 17 лет.

...

Фишка в том, что родители не объясняют своих поступков, и чувство такое, что им это нравится. Если бы они объясняли, за что и ради чего нас наказывают, было бы намного проще.

Дэмион, 15 лет.

Какое наказание самое страшное – то есть наиболее эффективное? Раз за разом мальчики называют одно и то же. Самое страшное для них – утратить ваше доверие и уважение, разочаровать вас и лишиться возможности общаться со сверстниками.

Что бы ни случилось, решив наказать ребенка, не отменяйте приговора, заменяя его более суровым – если только не хотите лишиться доверия.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Бесполезные родительские реакции:

– Я никудышный родитель.

– Не могу поверить, что мой ребенок способен на такое.

– Я понимаю, если бы сын Сюзан поступил так, но ты…

Не говорите ничего такого, даже если слова сами просятся на язык. Для вашего мальчика одна эта фраза перечеркивает все то хорошее, что он успел совершить прежде. Получается, что вы его отталкиваете, и он разозлится на вас за такую резкость.

Еще примеры:

– Так я и знала.

– Ты весь в отца.

На подобную реакцию родителей толкают возмущение, гнев и страх. По сути, вы переживаете за сына, сбиты с толку. Возможно, что чуть ранее его поведение неким образом изменилось: сын как бы сигнализировал о проблеме, просто вы этого не заметили. Поэтому, столкнувшись с проблемой, вы фактически должны иметь дело не только с конкретными ее последствиями, но и с факторами, которые привели к ней – например, вашим невниманием.

Не оправдывая действительно дурных и бесполезных родительских реакций, очень важно понять, отчего проблемная ситуация настолько болезненна для вас обоих. В двух словах: вы переживаете из-за того, что люди подумают, будто вы никудышные родители, из-за того, что вы, оказывается, совсем не знаете своего ребенка.

ПУБЛИЧНЫЕ ИЗВИНЕНИЯ Вот пример письма, которое ваш сын может написать школьному работнику. (Не скопировать его, а взять за основу, выразить собственные мысли.) Некоторые школьные работники, которым я давала прочесть эту главу, высказались против размещения здесь образца письма – мол, пусть виновник сам думает, что писать. Но, на мой взгляд, ему неплохо иметь опору.

...

Мне очень жаль, я [так сильно облажался]. Понимаю, как трудно поверить в то, что я не сознавал, насколько дурной совершаю поступок, но это правда. В чем дело – сам пока еще не знаю. Мне известны школьные правила и принципы нашего сообщества, и мой поступок идет с ними вразрез. Да, мне предстоит искупить вину не только словом, но и делом, и я хотел бы начать с извинения перед классом. Надеюсь однажды вновь заслужить ваше доверие, хоть это и будет нелегко.

Искренне ваш…

ПОД УГРОЗОЙ ЛИ ЕГО БУДУЩЕЕ?

Все зависит от того, как вы совместно уладите ситуацию. На эту тему я бесчисленное количество раз беседовала со школьными работниками. Я уверяю вас, если вы поможете сыну признать вину, то учителя, директора, тренеры объяснят, что случилось, не забыв и о положительных достижениях вашего сына, о полученном из случившегося опыте. Понятно, родителям хочется, чтобы о наказании узнало как можно меньше народу. Не давайте страху ослепить вас. Вдруг настал момент, когда должно пробудиться сознание вашего сына? Бывает, что колледж откладывает или вовсе отменяет прием абитуриента, пока тот не докажет, что усвоил урок и исправил ошибку. В этом случае ребенок переживает так, будто потерпел поражение. Поверьте, ему лучше не горячиться, трезво оценить ситуацию и подумать, как лучше действовать. Когда он возьмет себя в руки, пусть возвращается к занятиям в школе. Да, легко говорить, если ты не находишься в окружении друзей, только и рассуждающих, что о планах на будущее своих отпрысков, но если вы не остановитесь и не подумаете, как же ваш ребенок угодил в такую ситуацию – он обречен попадать в нее снова и снова, только ставки всякий раз будут повышаться. И я говорю не о выборе колледжа. Я говорю об эмоциональном, физическом и духовном благополучии вашего сына.

Это тяжелый опыт. Точнее, даже мучительный. Это один из самых проблемных моментов воспитания сына, однако я знаю наверняка: стоит ему признать вину и попросить прощения, и он вернет себе чувство собственного достоинства и надежду на светлое будущее.

13. Ничейная земля.

Не успел сын сесть в машину, как пошли жалобы:

...

Мам, меня один пацан в группе достает! Он вообще ни на что не способен, а сам возомнил, будто умнее всех на свете! Как раз перед тем, как ты приехала, с моей подачи он не попал в корзину. И из-за этого взбесился. Близко к нему не подойду.

Следом вступил старшенький:

...

Да, мам, есть у нас в группе один кадр… с ним что-то не так. Вечно одергивает на себе рубашку и бормочет что-то под нос. И ведет себя… вот, как Роун говорит. Помешан на «Звездных войнах». Реально помешан. Мне они тоже нравятся, но этот чувак на них просто сдвинут.

Во мне тогда схлестнулись родитель и педагог. Вплоть до того момента я учила своих детей и школьников, как важно переживать чувство принадлежности к сообществу. А еще – как трудно примыкать к нему, как тяжело заводить друзей. Однако мои мальчики описали совершенно иную проблему: они рассказали о ребятах, которые своим странным и отталкивающим поведением отбили у них всякую охоту общаться. В тот момент я поняла, что пора учить сыновей и школьников тому, как понимать и взаимодействовать с такими ребятами – с ребятами, которые странно себя ведут .

Необычные дети были и будут всегда: застенчивые, нервные или гиперактивные. Это ни хорошо, ни плохо. Это факт. У многих ребят, с которыми я работаю, депрессия, социофобия, нарушение обучаемости, панические атаки и расстройства питания… За последние двадцать лет у многих детей диагностировали нарушения обучаемости и социальной интеграции вроде аутизма, ОКС и СДВГ (подробнее см. с. 286–289). Эти недуги бывают разной степени тяжести и практически невидимы неопытному глазу. Нельзя с первого взгляда определить, что вот у этого мальчика мозги устроены как-то иначе. Эти дети не ездят в инвалидных креслах, они не глухонемые.

Сейчас много спорят, почему так много детей страдает вышеперечисленными недугами, о последствиях (особенно для мальчиков) приема медикаментов, которые помогают в кратчайшие сроки пресекать их хулиганскую природу. О том, какое лечение считать правильным. Сегодня терминами ОКС и СДВГ можно описать наше повседневное поведение. Однако за спорами мы упустили из виду куда большую проблему – жизнь всех наших детей. Дети и подростки с нарушенной адаптацией куда больше подвержены проявлениям несправедливости, манипуляциям, отторжению, их чаще остальных определяют как задир и смутьянов. Позвольте привести несколько примеров типичного поведения для ребят с аутизмом и СДВГ.

Пример 1. Вам шестнадцать лет. Вы ходите в обычную школу и для остальных выглядите просто необычно. На лабораторных работах вас ставят в пару с девочкой. Она обращается с вами очень мило, ведь вы выполняете за нее всю работу. Так продолжается неделю. На носу школьный бал, и вы решаете пригласить ее. Она отвечает: «Может быть». Вечером пишете ей сообщение в Facebook: излагаете планы, как отлично вы оба проведете время. Два часа спустя оставляете у нее на стене сообщение с вопросом: прочла ли она послание? За ночь успеваете отправить еще три сообщения. Кидаете приглашение дружбы всем ее френдам. А на следующий день родители девочки заявляют на вас директору, мол, вы преследуете их дочь, и вам велят держаться от нее подальше. Для вас это потрясение, ведь вы думали, что нравитесь этой девочке.

Пример 2. Вам пятнадцать, у вас высокофункциональный аутизм. Учителя не в состоянии контролировать класс, и вам зачастую кажется, что надо следить за одноклассниками и докладывать на некоторых педагогу. Они постоянно болтают, вы их терпеть не можете. Вам мешают сосредоточиться. Шум причиняет физическую боль. Вы зажимаете уши руками, хотя родители постоянно твердят вам: не делай так на людях. Мимо проходит мальчик и случайно сшибает с парты ваши тетрадки. В прошлом году другой мальчик поступал так с вами намеренно, и вы решаете, что вас опять задирают. Вскакиваете с места и орете на одноклассника. Остальные смеются. Вы кричите и на них, мол, соблюдайте правила. В итоге вас самого отправляют к директору за нарушение дисциплины.

Пример 3. Вы в девятом классе, у вас СДВГ. Начало шестого урока; вы только что пообедали. В классе шум, учитель задерживается. Потом все резко садятся по местам, однако вы никак не можете успокоиться: вам непременно надо дорассказать другу анекдот. Входит учительница и слышит, как вы произносите грубое слово. Она заставляет повторить сказанное, все смеются. Вы, не в силах остановиться, как ни в чем не бывало снова и снова произносите это слово. В наказание учительница велит вам остаться после уроков. Минут двадцать спустя у вас слипаются глаза, и вы засыпаете прямо за партой. Просыпаетесь – а учительница издевается над вами перед всем классом.

Наша цель – вырастить достойных, социально грамотных детей. Если вы родители нейротипичного [28] ребенка, знайте: он неизбежно будет замешан в социальных конфликтах, потому что взаимодействует с проблемными ребятами. Однако есть нечто, с чем не любят иметь дело те, кто занят в сфере образования и программах по предотвращению буллинга (травли): дети и подростки с нарушенной социальной интеграцией зачастую становятся «провоцирующими жертвами». В глазах нейротипичных сверстников они нарываются на несправедливое обращение и отторжение, потому что не воспринимают очевидных сигналов от социума и могут проявлять агрессию. В некоторых случаях агрессия выливается в травлю, особенно если у ребенка сочетание ОКС и СДВГ. Он, по существу, более импульсивен и не способен предвидеть последствий своих действий [29] . Это сочетание делает из него «плохого» задиру, то есть его ловят на горячем, в то время как другие – социально грамотные и адаптированные ребята способны обмануть взрослых, притворившись невиновными. Отчасти поэтому я постоянно напоминаю учителям на курсах повышения квалификации: «Вы видите вторичную, а не первичную травму». Вот свежий пример. Этой осенью одна молодая женщина, посетившая мою презентацию, написала мне письмо. Обеспокоенная распространившимся в их сообществе видеороликом, она попросила оценить ситуацию. Поблагодарив ее за обращение, я перешла по ссылке на YouTube. На видео милая старшеклассница засняла то, как она заставляет мальчика с серьезными нарушениями социальной интеграции выкрикивать в адрес других ребят грубые комментарии сексуального характера. «Герою» ролика льстило внимание девушки, тогда как его «жертвы» (крупные ребята в форменных спортивных куртках) не испытывали удовольствия. Мальчик отчаянно пытался добиться расположения девушки, которая жестоко использовала его для собственного развлечения. Я всерьез испугалась за здоровье юноши. В другом ролике в YouTube та же девушка заставляла того же мальчика хватать мальчиков помладше за шею, «в шутку» колоть их карандашом и одновременно крыть их последними словами. Все ролики она засняла в школе, а один даже – на глазах у учителя. Просмотрев ролики, я немедленно позвонила директору школы. В течение суток все видео были удалены, родителей известили о случившемся, а безучастного педагога привлекли к ответственности. Однако главное заключается в том, что я узнала о происшедшем даже не от другого работника школы или родителя кого-то из ребят, а от постороннего члена сообщества, который посчитал нужным известить меня. Директор грамотно справился с ситуацией, но так происходит не всегда. Обычно родители вообще ничего не знают, а если и узнают, то лишь потому, что эхо «взрыва» разносится слишком далеко. Например, мальчика, обзывавшего ребят из спортивной команды, жестоко поколотили. Представьте: вы родитель одного из тех футболистов и узнали, что какой-то мальчик прилюдно угрожал изнасиловать вашего сына. Если вы не в курсе всех обстоятельств, то наверняка решите, что грозивший изнасилованием и есть зачинщик конфликта. Узнав, как тот же юноша угрожал ребятам помладше, сочтете его достойным побоев. Теперь представьте: директор не разобрался в обстоятельствах и даже не озаботился вопросом, с какой стати вообще юноша угрожает изнасилованием здоровенным футболистам. Обычно в таких ситуациях директор на короткое время отстраняет футболистов от занятий, велит им не приближаться к избитому пареньку (они его не послушают), а жертве избиения выговаривает за агрессию, сексуальные отклонения и применяет совершенно бесполезные дисциплинарные меры. В то время как девушка с телефоном остается безнаказанной. Жаль, что я не умею определять больных детей с первого взгляда. К сожалению, меня этому никто не учил. А знаете, кого еще этому не учат? Бо́льшую часть знакомых мне школьных администраторов, учителей и тренеров. В лучшем случае их полезные навыки ограничиваются техниками сдерживания. Как признался мне Кирк Долсон, замдиректора средней школы в Потомак Фоллс: «Я ежедневно работаю с такими детьми, но меня обучили только способам сдерживания». И тем не менее этот школьный администратор регулярно взаимодействует с больными ребятами, потому что они чаще других попадают в неприятности (вроде описанной выше). Если вы педагог, то техникам сдерживания учиться должны не в первую очередь, а в последнюю. И уж тем более ими ваше образование ограничиваться не должно, раз уж вы работаете с детьми, у которых нарушена социальная интеграция.Вот чем еще поделился со мной Долсон:

...

Чарли, нашего одиннадцатиклассника, недавно отстранили от занятий за то, что он включил пожарную тревогу (она подразумевает обязательную эвакуацию 1500 учащихся). Стоило позвонить его матери и рассказать о случившемся, как она примчалась забрать сына. Позднее, на той же неделе, я встретился с ней, и она призналась, что дела у Чарли не очень. Мне нужно было поговорить с ними обоими – по поводу дисциплинарного взыскания, однако мать Чарли испугалась, что, снова оказавшись в школе, он сорвется. Для него школа – это раздражитель. Тогда я предложил приехать к ним домой. Мама Чарли просто ушам своим не поверила, но работа есть работа. Когда я приехал, Чарли лежал на диване и отказывался разговаривать. Один из учителей сообщил мне о его коллекции виниловых дисков, и вот я принялся расспрашивать о ней. Мама поинтересовалась: не лучше ли сначала поговорить о школе и уже потом – о коллекции пластинок? Однако Чарли уже поставил старую запись группы R.E.M. и дал мне свои любимые наушники – послушать песню.

Педагоги ежедневно сталкиваются с детьми, которые склонны попадать в неприятности в силу своих отклонений в развитии, однако эти педагоги не владеют должными знаниями и навыками, чтобы вовремя определить настоящую проблему и выработать нужный курс действий.

Нельзя сидеть сложа руки. Эти дети и их семьи – часть нашего сообщества и заслуживают достойного обращения. В наших же интересах грамотно и эффективно решать проблемы, связанные с ними, ибо эти проблемы прямо воздействуют и на нас. В частности, это касается педагогов: если мы не понимаем, как подобные коллизии влияют на наши ежедневные взаимодействия в школе, работа становится неэффективной, а это уже наносит ущерб всем нашим подопечным.

Повторюсь: не будучи специалистом по расстройствам развития, я обратилась к профессионалам из Ассоциации жизни в сообществе (Боулдер, штат Колорадо) и Отделения развивающей и поведенческой педиатрии Детского медицинского центра (Цинциннати). Я попросила развенчать мифы о поведении детей с расстройствами развития и помочь подготовить вас и вашего ребенка, вооружить знаниями.

О ЧЕМ ВСЕ-ТАКИ РЕЧЬ? Ознакомившись с приведенными ниже характеристиками, вы, возможно, узнаете кого-то из ваших знакомых или даже себя. Это не значит, что у вас или вашего знакомого СДВГ, ОКС или аутизм. У многих из нас можно выявить какие-то незначительные признаки расстройств. И все равно, даже если вы узнали кого-то из знакомых, помните: это прежде всего человек, а не просто больной. Мы все – люди, какие бы ярлыки на нас ни навешивали.

Аутизм тормозит нормальное развитие социальных и коммуникационных навыков. Последние исследования показали, что 1 из 88 детей страдает той или иной формой аутизма. Это сложный недуг, степени тяжести которого определяются одним термином: заболевания аутического спектра (ЗАС). Например, один больной аутизмом может иметь высокий сенсорный вход, из-за чего ему тяжелее физически сближаться с окружающими. Шум привычного нам уровня причиняет ему боль. У другого может быть низкий сенсорный вход, и он будет подходить к другим людям чересчур близко, не в силах услышать то, что прекрасно слышат остальные.

Синдром Аспергера часто определяют как высокофункциональную форму аутизма. Страдающие им люди могут взаимодействовать с окружающими, но делают это отличным от привычного способом.

ОКС (обсессивно-компульсивный синдром) вызывает у человека навязчивые мысли, идеи, ощущения, отчего он чувствует острую необходимость совершать какие-либо действия. Он прекрасно понимает, что его поведение отличается от поведения окружающих. Для задиры ребенок с ОКС – самая легкая мишень. ОКС диагностируется у 1 из 200 детей.

СДВГ (синдром дефицита внимания с гиперактивностью) – расстройство, мешающее реагировать на изменения параметров окружающей среды, контролировать уровень и частотность импульсов адекватно своему уровню развития. То есть если обычный десятилетка с трудом высиживает за партой один час, то ребенок с СДВГ едва ли вообще способен на чем-то фиксировать внимание, будь то школьный предмет, домашние поручения или внеклассные занятия. СДВГ проявляется у 1 из 10.

...

Обычно эти недуги встречаются порознь, однако у некоторых детей может быть и целый букет расстройств. Впрочем, между аутизмом и другими проблемами в сфере социальной интеграции и умственного здоровья существует принципиальная разница. Например, дети с СДВГ лучше понимают последствия своего поведения: они знают, что окружающим с ними тяжело. СДВГ мешает контролировать и адекватно изменять свое поведение. Страдающий же аутизмом не понимает проблем, связанных с его поведением. Ирония судьбы: чем сильнее степень аутизма, тем меньше человек замечает свою ненужность в обществе. Даже сознавая значение социальных связей, он вряд ли будет страдать от их отсутствия. Но если у ребенка высокофункциональный аутизм, он либо сам будет искать «социальные» ситуации, либо его в них будут помещать (например, отправив учиться в обычную школу). Вот что говорит по этому поводу Донна Мюррей, содиректор Центра Келли О’Лири по изучению заболеваний аутического спектра при детском медицинском центре города Цинциннати:

...

Больные аутизмом дети изо всех сил стараются адаптироваться, хотя и не понимают, когда делают что-то не так. Они чувствуют себя отвергнутыми, однако не сознают причин. Кому-то из них отчаянно хочется иметь друзей, кому-то – плевать. Если спросить их, кто такой друг, некоторые ответят: это тот, кто не ведет себя со мной подло. Прочие ответят: это тот, кто сидит со мной за партой или разделяет мои интересы.

Социофобия — это сильный страх оценки со стороны общества в социальной или рабочей ситуации. Страдающий им не просто стесняется; он сознает, что страх излишен и неоправдан, но ничего не может с собой поделать. Он боится унизиться или поставить себя в неловкое положение.

Нарушение обучаемости затрагивает способность мозга воспринимать и обрабатывать информацию. Ричард Лавуа в своей замечательной книге «It’s so Much Work to Be Your Friend» («Трудно быть вашим другом») объясняет связь между нарушением обучаемости и социальной интеграцией:

...

Если вашему ребенку трудно дается учеба, он наверняка испытывает затруднения и в общественной жизни… Согласно недавним государственным исследованиям, только 16 % детей с нарушенной обучаемостью считают, что имеют «нормальные социальные отношения». Оно и понятно, ведь человек с нарушенной обучаемостью иначе воспринимает, обрабатывает и интерпретирует окружающий мир. Логично предположить, что этот всепроникающий недуг негативно сказывается на шестнадцатичасовой «общественной жизни» ребенка, так же, как и на его восьмичасовой «школьной жизни».

Возникает впечатление, будто неуспевающий ребенок беззащитный, нервный и странный, однако мой опыт говорит обратное: неуспевающие дети социально агрессивны – так они самоутверждаются.

НА ЧТО ПОХОЖ АУТИЗМ? Симптомы ЗАС в значительной степени мешают расти и развиваться. Сейчас я подробно их разберу. По мере чтения вы поймете, почему аутичные дети нуждаются в понимании. Часть нормального социального созревания подростка подразумевает умение ловить момент: когда можно нарушить правила безнаказанно; когда нужно притвориться, что следуешь правилам, и когда нужно действительно им следовать. Первые два пункта буквально недоступны для аутистов, тогда как третий для них прост и комфортен. Список ниже можно было бы назвать рецептом, как отвадить от себя успех в социуме и школе.

Одержимо рассказывать о том, что окружающим неинтересно. Поскольку аутист не замечает невербальных сигналов, он не видит, когда человеку скучно, – вот и продолжает болтать.

Перебивать других. Нейротипичные мальчики постоянно перебивают друг друга, но делают это умеючи. Если у вас такого навыка нет – а у аутиста его нет, – вы легко можете нарушить социальные правила.

Не идти на уступки. Должен быть явный победитель и проигравший. Например, если кто-то получает шанс что-то исправить, для человека с ЗАС это жульничество. Он уверен, что ему лучше известны правила, и считает неправильным, когда кому-то дают второй шанс. Он-то играет по правилам, он эти правила изучил, а тут кто-то побеждает обманным путем!

Воспринимать все буквально. Аутист не понимает сарказма, двусмысленностей, разницы между небольшой ложью, ложью из вежливости и настоящей ложью. Например, если ребенок с аутизмом десять раз кряду приглашает сверстника в гости, а тот отвечает: «Я подумаю», то аутист не понимает, что его пытаются отшить. Для него нормально и логично приглашать человека до тех пор, пока тот не ответит согласием.

Быть неуклюжим. Аутистам трудно бывает ездить на велосипеде, ловить мяч или карабкаться вверх, то есть в играх с другими детьми они заведомо уступают. Представьте, на что похожи для них перемены и общение с соседскими детьми [30] .

Совершать повторяющиеся телодвижения. Аутичные дети могут раскачиваться на стуле, хлопать в ладоши или совершать иные телодвижения, отвлекая при этом окружающих. Только не думайте, будто все больные ЗАС подобны герою Дастина Хоффмана в «Человеке дождя»: порой эти движения не так сильно бросаются в глаза. Вы видели, как кто-нибудь стучит ногой по полу? Сами грызли ногти? Видели, как девочка накручивает на палец локон волос? То же – и многое другое – делают аутисты. Так они избавляются от страха. Как-то я вела урок в классе, где мальчик-аутист, объясняя, почему его смущают девочки, закинул ногу за голову (серьезно!).

Употреблять неживые речевые обороты. Аутисты не понимают или с трудом понимают подростковый сленг. Даже если ребенок-аутист общителен и получает уроки социальных навыков, он все равно разговаривает неестественно, как робот, или «слишком вежливо».

Не менять код. Аутисты не меняют манеру речи в зависимости от того, с кем разговаривают. Например, мальчики в своем кругу постоянно бранятся, а при учителях и родителях следят за речью. Дети-аутисты не умеют менять поведение и потому влипают в неприятности.

Мыслить негибко. Юджиния Брейди из боулдерского Общества помощи аутичным детям описывает это так: «Представьте, что вы машина, а ребенок-аутист – поезд. Если перед вами закрытая улица, вы может свернуть и поискать объезд. А теперь вообразите, что препятствие возникает на железнодорожных путях. Вы – поезд и свернуть не можете. Либо останавливаетесь, либо пролетаете сквозь препятствие».

Доносить на сверстников. Помните, я описывала ситуацию, где одного ученика раздражало дурное поведение одноклассников и то, что учитель не мог с ними справиться? Могу поспорить, что в классе находился провокатор, намеренно создающий беспорядок, желающий взбесить аутиста. И правда, что может быть хуже в Мире мальчиков, чем вести себя подобно учителю или доносить на других? Будь вы одноклассником стукача-аутиста, заступились бы вы за него? Может, вы и не стали бы сами травить его, но и не остановили бы травлю.

Поддерживать незрелые интересы. Помните покемонов? Некоторые старшеклассники до сих пор смотрят мультики про них.

Советоваться с мамой. Поскольку у аутистов друзей обычно мало, они обращаются за советом – как поладить с окружающими ребятами – к родителям, особенно к мамам. Подумайте: что, если бы вам приходилось постоянно обращаться к матери за объяснениями тонких правил общения в кругу знакомых мальчиков?

КАК УГОДИТЬ ВСЕМ? На этот вопрос есть множество ответов, но я бы хотела рассказать одну позитивную историю, а после обратить внимание на то, что́ мы – родители нейротипичных детей – можем предпринять.Эндрю отправили в обычную школу в Цинциннати, хотя он страдает аутизмом и нарушением обучаемости. А еще он невероятно хороший фотограф и менеджер университетской баскетбольной команды. В девятом классе Эндрю написал письмо Стиву Пржваре, тренеру баскетбольной команды девятиклассников, и предложил свои услуги (хотя даже правил игры не знал).

...

Я не был знаком с Эндрю, когда он прислал строго формальное электронное письмо и попросился в менеджеры команды. Поспрашивал у ребят в школе и выяснил, что у Эндрю аутизм. Я хотел помочь, но боялся, что он не приживется среди девятиклассников: боялся того, что с ним могут сделать в раздевалке, как с ним станут разговаривать. Боялся, что ребята не стерпят неудач Эндрю, станут его задирать.

Тогда я встретился с ним с его родителями. Вместе мы выработали для него свод правил и обязанностей. Он посещал все собрания и игры команды (только в раздевалку соваться я запретил ему строго-настрого). Перед началом сезона я собрал ребят и предупредил, что не потерплю несправедливого обращения с Эндрю. Донести мысль до всей команды помогли несколько очень хороших лидеров.

На играх Эндрю выступал чирлидером и выкладывался полностью. Нам это очень помогало. Еще он создал группу в Facebook, через которую оповещал игроков о тренировках и изменениях в расписании. Во время игр он, по моему поручению, вел статистику подборов и перехватов. Когда я только начинал карьеру тренера, я бы, наверное, и не стал заниматься юношей вроде Эндрю, однако сейчас ощущаю удовлетворение.

Два года спустя Эндрю пошел дальше вместе с командой – теперь он ее полноценный менеджер. Вот как отзывается об Эндрю тренер команды Дэвид Мосс:

...

За последний год Эндрю взял на себя множество наших дел; он всегда разнимает свалку, засекает время и подносит мячи. Эндрю дали доступ в раздевалку, и если кто-то, забывшись, матерится, то сразу извиняется перед ним. У Эндрю многому учишься. В прошлом году мы проиграли турнир, и я сильно переживал. Через несколько дней мы снова вышли на площадку, а настроение так и не улучшилось. И тут я вижу: из тоннеля, вперед команды, выбегает Эндрю, с карандашом и планшетом; на лице у него широченная улыбка. Вот он проносится под корзиной и начинает такие коленца выкидывать! Ничего подобного в жизни не видел. Печаль тут же прошла, сменившись мыслью: «Да что со мной такое? Что я тут делаю? Эндрю вон просто рад быть на площадке. Это же, в конце концов, самое главное».

Для Эндрю и людей в его положении цель – быть не то чтобы талисманом команды, а просто вносить ценный вклад. Тут есть свои подводные камни, поэтому надо учитывать пределы, до каких способен работать такой ребенок. Эндрю, например, не собирался играть за команду, однако был ее активным членом. Хизер Джонсон, психолог, помогающий семьям пристраивать детей к делу с пользой для них и для окружающих, говорит:

...

Надо чтобы родители позволяли аутичным детям выходить в свет и участвовать в ситуациях, развивающих социальные навыки. Однако такие дети рискуют потерпеть неудачу и предстать перед окружающими в невыгодном свете. Например, если ребенок-аутист играет за футбольную команду и не может попасть по мячу, то он только злит остальных ребят. С учетом всех этих причин я бы советовала ребятам с ЗАС заниматься не командными, а индивидуальными видами спорта вроде плавания или карате. Они добьются одновременно и спортивного успеха, и общения, и никто не рассердится на ребенка с ЗАС, если он потерпит неудачу.

Я отнюдь не призываю толкать детей-аутистов к социальной интеграции тем же способом, который избрал для себя Эндрю. Друзья им, вероятно, и нужны, однако работа в команде требует определенных социальных навыков, которых у конкретного ребенка может не оказаться. Аутисту трудно и одного-то друга завести. Подталкивая его к развитию социальных навыков, нужно соблюдать хрупкий баланс, знать, на каком этапе ребенок находится сейчас и что работает на него.

...

Мы отстаиваем право учащихся на независимую работу (тогда как остальные учителя настаивают на «работе в группе», хотя она наводит на учеников ужас, не говоря уже о том, что в группах повышаются шансы возникновения травли или преследования и проч.). Многие учащиеся (да и взрослые с ЗАС) предпочтут индивидуальную работу коллективной. В школе не всегда получается работать индивидуально, и многие аутисты говорят: в группе нестандартному человеку было и будет тяжело.

БЫТЬ РОДИТЕЛЕМ.

Представьте, каково это – знать, что вашему ребенку предстоит жить с дефицитом определенных навыков, что сверстники будут его игнорировать, если не откровенно травить и задирать. Стресс пагубно влияет на семью, на брак, на остальных ваших детей. Без поддержки не обойтись. Общаясь с родителями ребенка-аутиста, учитывайте, что за своего ребенка они переживают больше, чем вы за своего. Эми Джонсон, врач-трудотерапевт, описывает типичные реакции таких родителей:

...

Глядя на трехлетнего ребенка, мы не знаем, какое будущее его ждет. Родители спрашивают: сможет ли он говорить? иметь друзей? Дети взрослеют, но родители, даже если есть какие-то положительные сдвиги, все равно переживают изо дня в день. Они не перестают задаваться вопросом: можно ли будет хоть когда-нибудь оставить его одного, без присмотра? получит ли он когда-нибудь водительские права? поступит ли в колледж? сумеет ли жить независимо? Если ребенок не достигает какой-либо вехи, родители пугаются – ведь это не просто жизненная неудача, ее последствий не предвидишь, пока они не проявятся. Страх порождает гнев.

Несправедливо обвинять родителей – особенно тех, у кого дети страдают нарушениями развития, – в том, что они якобы никудышные воспитатели и дети у них испорченные. Во-первых, если вы сами родитель, то готова спорить, что и ваш отпрыск хоть раз да заставил вас краснеть на людях. Когда чей-нибудь ребенок впадает в истерику (а случается это обычно в продуктовых магазинах), вы первым делом отмечаете про себя: «Вот ведь мерзавец, эгоист». Хотя, по логике, вы должны напомнить себе, что понятия не имеете, какая обстановка у него в семье. Знай вы правду, наверняка проявили бы понимание. Так что в следующий раз, увидев подобный спектакль, либо пройдите мимо с сочувственной миной на лице, либо предложите посильную помощь.

ЧТО ГОВОРИТЬ НАШИМ ДЕТЯМ? Уже в раннем возрасте дети замечают, что все люди разные. Если ребенок кричит: «Мам, за дверью черный сантехник!», его тут же одергивают: «Не говори так!», словно а) сантехник не черный, б) он не знает, что он черный, и в) надо скрыть, что мы знаем о его цвете кожи. Ругают ребенка вроде бы из благих побуждений, однако ребенок понимает: быть черным плохо. Иначе разве стали бы родители злиться?Впрочем, если даже в плане расовых взаимоотношений вы самый непредвзятый и добрый человек, ваш сын все равно может задирать и травить сверстников с отклонениями в развитии. Как и в случае с расизмом, это происходит по той простой причине, что вы не сообщаете ребенку о своих убеждениях открыто, не действуете в соответствии со своими же ценностями. На мой взгляд, убеждения должны звучать так: все люди разные. Признать это – нормально. Нет ничего дурного в том, чтобы проявлять любопытство к человеку, который отличается от тебя, и задавать ему вежливые вопросы. Некоторые до сих пор верят, будто одни люди лучше других, однако в нашей семье убеждения иные: любой заслуживает достойного отношения.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Точно так же, как не все негры любят хип-хоп (и не все геи обожают мюзиклы), не все аутисты – гении математики.

Вспомните, когда вам последний раз доводилось говорить с человеком, который вел себя откровенно странно и докучливо? Пытались ли вы понять его?

Почти каждый бежит от странных людей при первой возможности – и никто не обвиняет его в подлости.

Баланс очень хрупкий. С детьми, страдающими ЗАС, сюсюкаться вредно, их надо учить взаимодействию с нейротипичными ребятами. Этого хотят и они сами, и их родители. Правда, нейротипичные дети имеют законное право чувствовать себя в безопасности и потому могут проявлять агрессию или отпугивать детей-аутистов. К тому же подростки с ЗАС порой бывают некорректны в плане сексуальности.

Вот несколько советов по поводу того, как разговаривать с нейротипичными детьми. Примите неудачный опыт общения вашего ребенка с аутистом. Признайте, что с больными ребятами трудно бывает контактировать, и если они ведут себя плохо, то делают это непреднамеренно. Также необязательно рассказывать в подробностях, что именно не так с ребенком-аутистом. Просто скажите: он не воспринимает очевидных социальных сигналов.

Недавно к нам на ужин заглянула одна семья, у которой ребенок проявлял множество из перечисленных ранее признаков. Мы гостей знали поверхностно, прежде не встречались с их ребенком, да и они о нем ничего не рассказывали. Сперва я разозлилась, что нас не предупредили, затем поняла, почему эта семья ничего не сказала заранее. Но есть причина, по которой им все же следовало нас предупредить.

Если не поставить в известность родителей нейротипичных детей, ответственность за успех совместного времяпрепровождения будет зависеть от ребенка с отклонениями. Ситуация и без того складывается сложная, и на ребенка идет сильное давление. Наивно ожидать, что другие дети проявят полное сочувствие и понимание. Родителям нейротипичных детей надо дать время на подготовку своих чад к приему. Опять-таки не стоит вдаваться в подробности, достаточно сказать: «Мой ребенок не переносит громких звуков». Это было бы полезно узнать мне, матери двоих сорванцов, обожающих с воплями носиться по заднему двору в полном камуфляже и черных очках – играть в страйкбол. Я бы предупредила своих чад: сегодня никакого страйкбола. (Это не сюсюканье, это уважение. Я и сама с трудом выношу вопли и беготню.).

Стоило мне во время ужина заметить неладное, как я отвела сыновей в их комнату и поговорила с ними. Вот что я сказала… то есть, не совсем это, потому как изначальная речь прошла цензуру редколлегии.

...

У нас в гостях восьмилетняя девочка, у нее определенные отклонения в развитии. Гости пробудут у нас часа два, и все это время вы должны быть терпеливы к ней, не носиться по дому. Не обращайте внимания, если она поведет себя как-то странно – если только не поранит кого-то или не причинит ущерб нашему имуществу. Если она вдруг расстроится – не принимайте на свой счет. Проявите гибкость. Если она сильно расстроится, спросите: можно ли ей как-то помочь? Если она не ответит или еще больше расстроится – сообщите мне, я поговорю с ее родителями.

Будь мои дети младше – лет 6–9 – я бы сказала следующее:

...

У нас в гостях восьмилетняя девочка, которая может повести себя немного странно. Гости пробудут у нас часа два, и пока они здесь – не орите, не носитесь по дому. Если будете играть с ней во что-нибудь, и она расстроится – не отчаивайтесь, сообщите мне, и я поговорю с ее родителями.

Побеседовав с нашими экспертами, я выяснила, по какой еще причине гости не предупредили меня: возможно, они и сами не знали о недуге дочери. Казалось бы, невероятно, однако сочетание страха и любви ослепляет родителей. Мы пытаемся как-то объяснить необычное поведение ребенка, обманываем себя. То, что сообщили мне эксперты, шокирует: некоторые учителя не хотят сообщать родителям о своих подозрениях. Порой наставникам вообще запрещают произносить фразы типа «Знаете, меня кое-что беспокоит…», «Есть положительные стороны и отрицательные…», «Возможно, вам стоит поговорить с педиатром…». Учителей к такому не готовят, хотя это глупо: если педагог видит отклонения у ребенка, он должен сообщить родителям. Он ведь не диагноз ставит – только советует обратиться к врачу.

ЕСЛИ АУТИЧНЫЙ РЕБЕНОК ПРИСТАЕТ К ВАШЕМУ СЫНУ.

...

Есть у нас в школе один чудной парнишка, всюду за мной ходит. Мне его жалко, поэтому в столовке я разрешаю ему присаживаться рядом со мной. От этого никто не выигрывает: чем я вежливее, тем он больше за мной таскается. Один раз я не вытерпел и велел ему отвалить. Мне потом было плохо, но что я мог поделать?

Итан, 17 лет.

Родители часто спрашивают: как быть в подобных ситуациях? Такое случается и в начальных, и в средних, и в старших классах. Ребенок, который всюду следует за кем-то из сверстников, необязательно страдает аутизмом, просто у него могут быть неразвиты социальные навыки. Так или иначе, надо соблюдать баланс между уважением к человеку и защитой границ личного пространства.

Что делать, если вашего ребенка настойчиво приглашают провести время вместе? Если ваш сын учится в начальных классах, пригласите «докучливого» мальчика в гости, или пусть ваш сын поиграет с ним в парке. Вы сможете ограничить время общения.

На случай, если вашего ребенка «преследуют» в столовой, имеется вот какая стратегия: попросите сына прочесть эту главу – пусть определит, совпадает ли поведение «сталкера» с поведением аутичных детей. Затем четко дайте сыну понять, что он вовсе не обязан повсюду быть с аутичным мальчиком. Можно попробовать прийти к такому компромиссу: «Давай будем вместе обедать по понедельникам? В понедельник я свободен, мне удобно». Единственная оговорка – ваш сын должен обязательно выполнить свою часть договора.

КАК НАУЧИТЬ РЕБЕНКА ВЗАИМОДЕЙСТВОВАТЬ С СОЦИАЛЬНО НЕПРИСПОСОБЛЕННЫМИ ДЕТЬМИ (НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО СТРАДАЮЩИМИ ЗАС)? К вам в гости приходит социально неприспособленный мальчик. Все идет гладко, но тут он заходит на кухню и спрашивает: где остальные ребята? Вы предлагаете пойти поискать. Вместе отправляетесь на поиски детей, а сами думаете: не сбежал же сын от этого бедолаги через черный ход!.. Выглянув на задний двор, вы понимаете: таки сбежал. У вас в душе ураган эмоций и мыслей: вот доберетесь вы до него!.. Однако сильнее всего чувство неловкости, вы не знаете, что бы такого сказать аутичному ребенку, что не расстроило бы его еще сильнее. Для начала отбросьте мысли о наказании сына, сейчас кое-кто другой нуждается в вашей помощи. Скажите потерявшемуся ребенку: «Ого, ума не приложу, куда все подевались. Погоди минутку». Если у вашего сына есть телефон, напишите сообщение: «Живо домой, не спорь, даже не думай ослушаться. Подтверди получение, СРОЧНО!» Если ваш ребенок не понял, в чем дело, скажите: «Собственно, ни в чем, но ты голодный. Я тебе горячего шоколада сделаю». Продолжайте болтать с сыном, пока не выясните, что же произошло, почему ребята бросили аутиста? Когда сын покажется дома, не окликайте ни его, ни его друзей, а минут через десять позовите: «Дорогой, не поможешь? Подойди, пожалуйста». С глазу на глаз скажите ему: «Я знаю, что вы этого мальчика бросили, и не собираюсь пока выяснять, за что и как. Он пробудет у нас еще с часик – постарайтесь больше его не бросать. Возьмите его в игру и не задирайте. Если кто-то станет обижать этого мальчика, ты должен остановить задиру. Если вы и дальше будете унижать его, я обзвоню всех родителей и все им расскажу. Может, этот мальчик и раздражает вас, но я знать ничего не желаю: пока он в нашем доме, сделай вид, что ты ему рад. А вот когда его заберут, ты мне все объяснишь. Понятно? На первый раз прощаю, иди». Если вы поймали еще одного зачинщика побега, то заручитесь и его «поддержкой». Скажите нечто вроде: «Под крышей моего дома ты тоже мой ребенок, я буду обращаться с тобой как с родным. Понимаю, что с некоторыми людьми бывает общаться труднее, чем с другими, но это не оправдывает вас в том, что вы бросили того мальчика. Если хочешь – можешь пожаловаться на меня своим родителям».Если ребята изменят поведение, то с чужими родителями можно и не разговаривать, а вот если ребята не желают меняться, разговора не избежать (говорить, понятное дело, надо будет, когда социально неприспособленный мальчик покинет дом или не будет вас слышать). Вот что можно сказать:

...

У наших мальчиков не очень хорошо получалось вести себя достойно с Кайлом. Я с ними поговорила, пояснив, что от них требуется. К несчастью, у ребят до сих пор проблемы с поведением, поэтому обращаюсь к вам. Кайлу не повезло, ему трудно общаться с окружающими. Да, наши мальчики не обязаны с ним дружить, но это не дает им права обращаться с ним подло.

СООБЩАТЬ ЛИ О СЛУЧИВШЕМСЯ РОДИТЕЛЯМ АУТИСТА?

Думаю, сообщить стоит, если дела и правда неважные. Когда они заедут за сыном, скажите:

...

Мне очень жаль, но мой сын сегодня неважно обращался с вашим ребенком. Я поговорила с сыном, и мы будем над этим работать, а пока примите мои искренние извинения, что так вышло.

Если они спросят, с чем у Кайла возникли проблемы – скажите, только не забудьте упомянуть, что у него было хорошего, ведь родители аутичных детей зачастую чувствуют себя подавленно.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА! (ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ АУТИСТА).

Очень часто я слышу от родителей аутичных детей: «Если бы только моего ребенка узнали поближе, то поняли бы, какой он преданный друг». К сожалению, большинство детей и подростков таким утверждениям не верят. Дети с ЗАС зачастую оказываются во Внешнем периметре, где преданность и доброта им не помогают. Внедрение социально неприспособленных детей в коллективы – как, например, Эндрю вошел в баскетбольную команду – более эффективно, поскольку того же Эндрю члены команды воспринимают как своего. Заодно он получает некоторую степень защиты от других подростков.

...

У этих ребят есть шанс на успешную жизнь. Надо помочь им, дать необходимые навыки, чтобы они могли с пользой самоорганизоваться. То есть надо увидеть, на каком они этапе развития.

Юджиния.

Вооружившись знаниями и терпением, мы сможем помочь детям с расстройствами, а заодно и угодить нейротипичным ребятам. Я не говорю: «Давайте все будем друзьями», не призываю срочно пожалеть социально неприспособленных. У них есть чему поучиться: ценить то, что обычно мы обходим вниманием. К примеру, Бен хочет стать звонарем. Ему «нравится, как звучит колокольный звон в церкви». Он говорит: «Так и хочется отрастить крылья, как у птицы, и улететь вглубь музыки». Я аж замерла, услышав его признание. Сразу представила, что он имеет в виду. (Начнем с того, что не многие семнадцатилетние мальчики испытывают подобную радость.).

Признать, что все люди разные – вот один из путей увидеть полноту мира. Учить состраданию не всегда приятно. Надо на собственном примере показывать детям, что это значит – давать всем равные права на участие в жизни сообщества. Взаимодействуя с одним социально неприспособленным сверстником, они научатся сопереживать другим и поймут, что мир вращается не только вокруг них.

14. Игровое поле.

К тому моменту, как вы поймете, что утратили свободу, будет поздно: вас втянет, и выбраться уже не удастся. Рестораны и походы в кинотеатр с супругой, поездки в далекие и экзотические страны – все это осталось в прошлом. Отныне ваша обыденная реальность – скамья на стадионе, аэрозольные баллончики с пищалкой и пластиковые бутылки из-под воды (наполненные чем угодно, только не водой).

Спорт. Представьте новоиспеченного родителя с сынишкой на руках – и вот вы сообщаете ему, что скоро он места себе не будет находить, волнуясь, кто берет закуски. Однако прежде чем мы поговорим о том, как следить за собой, сидя на скамье стадиона, вспомним, с чего все началось – с салочек.

Первоклассника можно забросить в школу пораньше – пусть до начала занятий поносится по игровой площадке. Вроде бы идея хорошая: ребенку надо сбросить излишки энергии, однако во введении я писала: именно в это время у ребенка в мозгу закладывается понятие о школе. Игры сами по себе состоят из борьбы за власть и конфликтов. Они раскрывают, кто из детей – одаренный спортсмен, страж порядка или миротворец. Во время игры начинают проявляться социальные роли Мозга, Правой руки, Боксерской груши и прочих. Школьные игры учат младших детей взаимодействовать со старшими – когда, например, третьеклассники играют с пятиклассниками в футбол. Тут даже самые вежливые резко меняются в противоположную сторону: грубят, обзываются. Играя в вышибалы, они намеренно, при учителе, целят младшим ребятам в голову. Стоит пожаловаться – и они соврут, мол, попали тебе в голову нечаянно, и учитель согласится. Та же схема работает на перемене и в столовой, и после школы.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не следите за детьми на игровой площадке! Заметив вас, ребенок взбесится: мол, вы его чересчур опекаете, вторгаетесь в личное пространство. Лучше присмотритесь, как он ведет себя, когда вы подвозите его до школы или забираете домой: мчится ли он к площадке или идет играть в сторонке.

ВЫБИРАЯ КОМАНДУ.

...

Одни из самых яростных споров среди друзей – кто за чью команду играет. Нет, я не разговариваю с ними на эту тему – боюсь, что разорутся и перестанут со мной дружить.

Уже в начальных классах некоторые ребята проявляют склонность к спорту. Причина, по которой мальчики позволяют лучшим набирать себе команды, заключается в том, что разделение необходимо. Это одно из негласных мальчишеских правил. Например, если ребята играют в тачбол, самый лучший из них становится квотербеком и капитаном команды. Капитаном другой команды становится второй лучший в спорте мальчик, и эти двое набирают себе команды по росту, способностям, а иногда – и по дружбе.

Капитаны сами набирают себе команды, тут им приказывать нельзя. Если вашего сына не взяли в команду, он с этим еще может разобраться – надо лишь поднабраться умений. Главное, чтобы над ним не смеялись из-за плохих показателей.

Опять-таки в ваши задачи не входит разбиение ребят по командам. Поймите это, чтобы знать, во что вмешиваться, а во что – нет. Родителям нельзя указывать детям, как набирать себе команды. Иначе у окружающих будет полное право назвать вас тираном. Вмешиваться стоит, лишь когда процесс отбора используют для унижения.

Что делать, если вы, гуляя по парку, заметили, как одного из играющих мальчиков травят – кидают ему мячом в голову? Подзовите зачинщика: если знаете его по имени – замечательно, если нет – просто окликните: «Эй, парень в красном свитере, подойди-ка на секунду!» Когда он подойдет, скажите нечто вроде: «Мне мельком показалось, будто ты задираешь вон того мальчика. Я не прав?» Задира невнятно бормочет, и вы тепло улыбаетесь ему: «Вот и славно, я знал, что мне показалось».

ЕСЛИ СЫН НЕ СПОРТИВЕН ИЛИ НЕ ЛЮБИТ СПОРТ ТАК, КАК ЛЮБИТЕ ЕГО ВЫ Порой ребята определяются с карьерой в школьной команде уже к началу средних классов. Если ваш ребенок не увлекается спортом, он будет просто посещать уроки физкультуры по расписанию, а если физрук или остальные ребята дурно с ним обращаются – вернитесь за советом к главам «Огонь по своим» и «Лобовая атака». Если вы сами атлет, вам будет особенно тяжело, однако свои желания и мечты надо контролировать. Не сумеете справиться с собой – ничего хорошего не выйдет. Ваш сын справедливо возмутится и отвергнет вас, ведь в жизни полно других занятий, в которых он может добиться не меньших успехов. Научиться работе в группе ради общей цели или знакомиться с разными интересными людьми он может и в любимом театральном кружке, школьной газете или клубе юного техника. Ему надо лишь найти занятие по душе, которое, бывает, не столь ценится в Мире мальчиков, как спорт. Сын может быть в курсе, просто не захочет вам об этом рассказывать. Единственное «но»: привейте ему мысль о том, что спорт – хороший способ снять стресс и поддерживать здоровье, а любимое занятие пусть выберет себе сам. Между вами и сыном может быть еще одна существенная разница – мотивация. Если у вас был мотив активно заниматься спортом, то, может, к тому располагали тяжелые условия дома и в команде вы искали вторую семью? Может, когда вы росли, не было возможности получить достойное образование – и спорт стал вашим билетом в большую жизнь? Но вот у вас свои дети, которым уже не надо бороться за выживание – у них условия лучше тех, в которых росли вы.Грег Тейлор – мы учились с ним в старших классах, где он играл в баскетбол, – поделился опытом воспитания:

...

Мой сын не желает иметь ничего общего со спортом, разве что снимать на камеру и фотографировать процесс игры. Я очень рад, что он занят чем-то полезным, совершенствуется. Для меня занятия спортом были способом платить за учебу в колледже. Один мой друг сказал: «Твоему сыну просто незачем бегать и прыгать».

ЗАЧЕМ ЭТО НАМ?

Загонять детей в спортивные секции – не безумие. Безумием кажется подниматься в шесть утра по воскресеньям, но спорт для детей очень полезен по многим причинам. Они:

• Заводят друзей по интересам, не сидя при этом перед телевизором. • Употребляют в дело хоть какой-то излишек энергии. • Развивают в себе навыки коллективной этики независимо от степени талантливости. • Проверяют свои способности, сосредоточенность и уверенность в стрессовых ситуациях. • Учатся с честью проигрывать. • Учатся с честью выигрывать. • Развивают в себе терпение и способность решать непростые задачи. • Спорт настолько прочно вошел в нашу культуру, что приобщать к нему детей – часть нашего образа жизни.• Дети закладывают привычку к упражнениям и здоровому питанию на всю жизнь.

В выигрыше остаются и взрослые. На каждого безумного, крикливого, ужасного родителя, от которого мы сами стремимся убраться подальше (и о котором спешим написать знакомым или рассказать супругу по возвращении домой) нам встречается сотня по-настоящему великолепных семьянинов. Они болеют за наших детей и утешают, когда те проигрывают. Сами предлагают забрать наших ребят из секции и подбросить до дома. Оказывают им помощь, если нас нет рядом. Хорошие тренеры становятся примерами для подражания – теми, кого наши чада опасаются подвести как на площадке, так и за ее пределами. Удивительно, как невероятно позитивное явление может обернуться чем-то диаметрально противоположным. После долгих совещаний мы с редколлегией пришли вот к чему. В этой главе я напишу о том, что многих из вас обеспокоит (если ваши дети занимаются спортом). Возможно, вы даже слегка разозлитесь. Тем не менее мальчики-редакторы хотят, чтобы вы просто не были наивными: если дела идут не так, то это «не так» может вылиться в нечто очень страшное. Определенные виды спорта получили настолько высокий статус в нашей культуре (и правилах СЦМС), что буквально развращают некоторых мальчиков: чувство собственного достоинства и ответственности у них подменяется иллюзией вседозволенности; они травят младших, становятся эгоистами, жульничают, забывают развиваться по другим направлениям или убеждают себя, будто без достижений в спорте они ничто.Я взываю к вашей ответственности. Неважно, насколько одаренный спортсмен ваш сын, вы – тот самый человек, который должен внушить ему: таланты и социальный статус, даруемый успехами, не освобождают от соблюдения гласных и негласных правил достойного обращения с окружающими. Вы должны показать сыну, что спорт – только часть его жизни. Что сам он представляет собой нечто большее.

КРИКИ И БРАНЬ Все мы бранимся, когда болеем. Бранимся-бранимся, не обманывайте себя. Не верите – спросите у супруги или хорошего друга. Еще лучше записать очередную игру вашего ребенка, а после посмотреть на себя любимого со стороны. В какой-то момент мы все забываемся. И порой орем – дай боже. На этот случай есть нехитрые советы:

• Выучить правила игры. • Не знаете правил – спросите у того, кто их знает. Не орите: «Да за что нам пенальти?!!» Судья не ответит. • Поймите, что вы создаете шум ради шума, тогда как мальчикам нужна осмысленная поддержка в минуты проигрыша и триумфа. • Никаких личных оскорблений типа: «Номер 23! Учись играть!»• Даже если вы пытаетесь донести до ребенка дельную стратегическую мысль, он не разберет, что вы кричите. А если и разберет, то, скорее всего, не примет во внимание: будет слишком зол, ведь вы «не разбираетесь в том, что советуете, и вообще попробуйте сами сыграть». Стратегия и тактика – обязанность тренера.

Мамочки, вам было бы особенно здорово проявить энтузиазм! Если вы в теме, заняты в спорте на профессиональном уровне, своди́те сына и его друзей на игру и покричите заодно с остальными фанатами. (Это значит смутить детей по-хорошему, о чем я писала в начале книги.) После игры кому-то из детей нравится, если родители уходят, а кому-то – наоборот. Вам наверняка захочется покинуть стадион поскорее, потому что, простите, зад примерз к скамье. Неважно, как сын относится к спорту или как закончилась игра, посмотрите ему в глаза, как бы сообщая: «Я пока тут. Хочешь, чтобы я осталась – дай знать».

ВРЕМЯ РАЗВИВАТЬСЯ В одной из своих предыдущих книг «Мамы – Королевы улья и Папы-Боссы» я очень подробно рассматриваю тему родителей как тренеров. Здесь я этого делать не собираюсь; достаточно сказать, что при таком раскладе есть свои закавыки – как и отличный шанс влиться в жизнь сына, получше узнать его друзей. Мне часто пишут родители, которые если сами не тренируют, то сидят на скамье запасных и видят, как кто-то другой бездарно гоняет по полю их детей. Они не знают, как быть.Вот типичное обращение:

...

Я тренировал команду сына-шестиклассника по баскетболу, и при мне другой родитель-тренер наорал на ребят – на своих же детей. Всем стало неловко, и я не знал, как быть. Может, следовало что-то сказать? Я смолчал, и мне теперь стыдно. Просто в тот момент подумалось: раз это чужие дети, то лезть не стоит.

Если вы тренер, это налагает на вас как на руководителя определенные обязанности, одна из которых – поддержание здоровой атмосферы в команде как среди детей, так и среди взрослых. Просто делать это надо умеючи. Если кто-то из взрослых орет на ребенка, общаться с ним прилюдно (особенно когда он на взводе) неохота – он воспримет упреки в штыки. Да и ребятам ни к чему видеть лишнее подтверждение тому, что взрослые порой сходят с ума и ведут себя как малые дети. В следующий перерыв обратитесь в частном порядке к судье: выскажите ему опасения, пусть займется проблемой. Если судья откажет в помощи, то после игры обратитесь к своим игрокам и расскажите, какое впечатление произвел на вас тренер соперников. Спросите, не хотят ли ребята это обсудить. Не оправдывайте поведение тренера соперников, мол, он «просто перенервничал». Называйте вещи своими именами: он обращался с детьми без уважения. После игры отправьте письмо в управляющую организацию: опишите свои ощущения и ощущения ребят. Если у вас намечается еще одна игра с этой командой, предварительно обратитесь к судье: расскажите о предыдущем опыте игры с ними и спросите, какие меры будут предприняты, если инцидент повторится.

Если вы не тренируете команду, а сидите на скамье стадиона, у вас есть шанс принять кое-какие меры. Я не призываю открыто гневаться и негодовать, потому что остальные родители молчат или чего-то не замечают. Однако если тренер соперников не меняет линии поведения, поговорите с тренером вашего ребенка – пусть он/она разберется.

ПОПЫТКИ Придет время, и вашему сыну предстоит доказать, что он достоин места в команде. По определенным причинам успеха он может добиться не сразу. Что ему сказать? Скорее всего, он не захочет с вами разговаривать. Не приставайте с вопросами типа: «С тобой все хорошо?» или: «Давай поговорим». Ограничьтесь фразой: «Мне очень жаль. Захочешь поговорить – обращайся». Дайте сыну понять, что если он предпримет следующую попытку, вы поддержите его или даже позанимаетесь вместе с ним. Парня ведь не просто не допустили к игре: его, можно сказать, лишили части себя или того, кем он хотел бы стать, а еще разлучили с друзьями. Вот что посоветуют вам ребята из четвертого и пятого классов:

...

Бесит, когда родители начинают тебя утешать. Говорите с сыном как можно короче. Мне, если честно, плевать, пусть не берут в команду – лишь бы ребята и дальше со мной дружили.

Ник, 10 лет.

...

Вспомните, как вас не приняли в команду, и поделитесь опытом. Не надо говорить, типа: мне тут сорока на хвосте принесла новость, что тебя в команду не взяли; сейчас пойду разбираться.

Зак, 11 лет.

...

Не говорите: «Ты должен был пройти, ты же лучше всех».

Доминик, 11 лет.

Повторюсь: не проецируйте свои мечты на сына.

...

Сына не взяли в команду по гольфу, а ведь он был так близок к успеху! Я попросила его подыскать занятие по душе: что-нибудь увлекательное. Через пару месяцев он записался в команду по боулингу. Я возмутилась: ему ведь не пришлось бороться за место в ней!.. Ненавижу кегельбаны! Впрочем, скоро я познакомилась с чудесными людьми, родителями его товарищей; сын завел новых друзей. Теперь мы болеем за него не меньше, чем на поле для гольфа. Правда, пришлось изменить отношение к боулингу.

Шэрон.

Трудно определить, когда все же следует проявить настойчивость и поинтересоваться делами сына. Ему легко сказать: «У меня все хорошо», но не позволяйте обмануть себя таким ответом. Ничего, если сын попечалится с неделю, а после повторит попытку или переключится на что-то иное. Может, вступит в другую группу или заинтересуется чем-то еще. Кстати, глядите за ним в оба: у мальчика «на руках» нежелательно большое количество свободного времени.

ЧТО ГОВОРИТЬ ДРУГИМ РОДИТЕЛЯМ? Если сын не прошел отбор, а его друг прошел – поздравьте его родителей при личной встрече. Им будет неловко в вашем присутствии, и они могут растеряться, не зная, что говорить. Вряд ли они сами подойдут к вам и скажут: «Привет, мой паренек прошел, а твой – нет, жаль». То есть такое, в принципе, возможно, и в определенных ситуациях это даже хорошо, однако если они знают, как расстроен ваш сын, им будет куда труднее поднять больную тему. Если вы по-настоящему симпатизируете им, общайтесь с ними и вне стадиона. Вы можете стать отличными друзьями, и ваши дети здесь будут совсем ни при чем. Не упускайте такие возможности. Если вы все же хотите подключить и детей – почему бы не взять билеты на студенческий матч? Так всем будет удобнее.

ОН ПРОШЕЛ Естественно, вы за него порадуетесь, однако не забывайте, что это значит: вступая в команду, мальчик приобщается к устоявшейся культуре со своими негласными правилами. Ваш ребенок захочет стать ее частью – и на поле, и вне его пределов. Если же друзья сына не вошли в команду, они могут обрубить с ним связи. Знайте: для вашего сына пришла пора испытаний.У командной жизни есть некоторые аспекты, за которыми надо проследить: уважают ли игроки капитана, справедливо ли капитан распоряжается властью, насколько усердно тренируется команда, подписал ли ваш сын договор о достойном поведении, просят ли вас подписать родительский договор (примерно идентичный договору для вашего сына)? Прочтите оба документа вместе с сыном, а после обсудите их. Что бы он ни думал о правилах, если он в команде, то подчиняется им. Как и вы.

ЕСЛИ СЫН ПРИРОЖДЕННЫЙ АТЛЕТ Никогда не рассказывайте родителям других детей, что ваш ребенок попал в элитную команду и отправляется на соревнования в соседний штат – если только вас не спросят. Если ваш ребенок талантлив – настолько, что выделяется среди сверстников, – вам предстоит объяснить ему, какую ответственность накладывает такой талант. Я знаю, что вы в курсе: лидерство в спорте не дает права унижать окружающих, однако зачастую успехи, особенно спортивные, словно предоставляют карт-бланш на недостойное поведение. Сын будет получать от общества сигналы: мол, не стесняйся, ведь с соответствующих ЦМС парней и взятки гладки. Порой его буквально побуждают к скотству.Сам факт, что ребенок наделен талантом, еще ни о чем не свидетельствует; достойный мужчина вырастает лишь из того, кто усердно работает над собой. Талантливых ребят пруд пруди, и даже если ваш сын – звезда у себя в школе, в целом штате сыщутся сотни, если не тысячи куда более способных атлетов. Вы как родитель должны внушить ему: для тех, кто придет после, он послужит образцом для подражания лишь в том случае, если сумеет развить свой талант усердным трудом. Самое лучшее – воздействовать на него собственным примером: в вашем лице он получит мощный стимул вести себя скромно и трудиться усердно.

ЕСЛИ ДЕВЯТИКЛАССНИК ПОПАЛ В ШКОЛЬНУЮ КОМАНДУ Может статься, что ваш сын в девятом классе попадет в школьную команду. Конечно, это повод для гордости, однако я встречала много родителей, которые, радуясь за свое чадо, не замечают очевидного: их четырнадцатилетнему сыну предстоит общаться с семнадцати– и восемнадцатилетними подростками. Если ваш ребенок попал в команду, можете не сомневаться: он повзрослеет раньше времени, и процесс преждевременного возмужания начнется сразу. Если мальчик занимается игровыми видами спорта вроде американского или европейского футбола, его знакомство со старшими классами начнется именно через участие в команде. Например, он наверняка прежде не оказывался в раздевалке со старшеклассниками, а теперь находится в окружении половозрелых парней с полновесными агрегатами между ног. И если он раньше не тусовался у кого-то в гостях на вечеринке с выпивкой и девчонками, не катался по городу с толпой ребят в машине, то ему определенно будут в новинку некоторые эпизоды, сопутствующие участию в команде и жизни старшеклассников. Приплюсуйте к этому его высокий статус среди сверстников и взрослых. Да, наверное, дело того стоит, но вы должны четко представлять себе, на что отправляете сына. Если все пойдет хорошо, старшие ребята приглядят за вашим ребенком, он успешно адаптируется в новом коллективе. Однако эта адаптация, кроме всего прочего, будет означать следующее: ваш сын будет кататься на машине, в которую пассажиров набивается больше, чем в салоне предусмотрено ремней безопасности; на него будут засматриваться девочки постарше. Вполне возможно, в команде найдутся ребята, которые решат повеселиться – напоят вашего сына или сведут его с горяченькой девчонкой, а после еще посмеются над ним [31] . При меньшем везении в команде найдутся несколько ребят, которые считают себя вправе наказывать младших игроков – это может быть страшно, унизительно и даже опасно для здоровья. Если капитан не участвует в травле, но и не пресекает ее, ваш сын имеет все шансы испытать на собственной шкуре, каково это – когда тебя подводит лидер, на которого ты надеялся. Я даже не заикаюсь об эмоциональном и психологическом ущербе для ребенка, когда тренер смотрит на подобные издевательства сквозь пальцы или не в силах ничего поделать. Умейте разглядеть пока еще не явные, но реальные последствия. Ваша гордость может и не дать сыну признаться в происходящем – ведь он не желает вас расстраивать, беспокоить. Вам надо лишь быть готовыми к такому повороту событий и предоставить сыну необходимые утешение и поддержку.Подумайте вот в каком ключе. Вашему взрослеющему сыну предстоит решать, с кем ему общаться, с кем сотрудничать. Ему необходимо знать, как вести себя с людьми, которые его запугивают или у которых просто больше власти. Сегодняшний опыт определит то, как он будет вести себя со «старшими» в колледже, если не уйдет из команды, вступит в какой-нибудь клуб или братство. На рабочем месте он будет применять те же навыки по отношению к боссу. Помогите ему, пока он под вашей опекой, чтобы потом ему было легче.

РАЗДЕВАЛКА Если сын занимается игровым видом спорта, он много времени проводит в раздевалке. В раздевалках старшеклассников действуют свои сложные негласные правила, которых, по сути, не знает никто из взрослых. Вашему сыну предстоит заучить их, при этом не выдавая незнания. Например, в одних командах игроки принимают душ вместе, в других – нет. В любом случае, для отдельно взятого игрока это пугающий процесс. Мальчики, как правило, не любят переодеваться при сверстниках, что только усложняет дело, если вы – мальчик, которому надо облачиться в компрессионные шорты с «ракушкой». Многие мальчики переодеваются в кабинках. Причина такого поведения юношам известна, и именно поэтому на спинах младших членов команды они буквально видят намалеванную красным мишень. Парни любят подначивать стеснительных мальчиков: «В чем дело? У тебя только одно яйцо, что ли?» Кое-кто даже любит ходить по раздевалке в чем мать родила, некоторые назло другим добиваются эрекции. Что на это могут сказать товарищи? Разве только: «Опусти свою биту!» Тренеры по большей части в раздевалки не суются; могут, проходя мимо, зайти и сообщить новость или выдать новую форму, однако раздевалка – царство мальчиков и юношей.Родителям следует заранее подготовить сына к виду других голых парней и научить какому-никакому раздевалочному этикету. Так что, папы, берите сына в ближайший аквапарк или городской бассейн. Раздеваться ему необязательно, пусть просто привыкнет к виду голых парней и приобщится к раздевалочной культуре. Бояться тут нечего, разве что недостойного обращения, однако то же – с равной степенью вероятности – может случиться с ним и в школьной раздевалке.

ЕСЛИ ВАШ СЫН СТАЛ КАПИТАНОМ ИЛИ ЛИДЕРОМ КОМАНДЫ Во-первых, поздравьте его – ведь своим поведением он заслужил доверие товарищей по команде: они уверены в нем как в человеке рассудительном и надежном. А после поговорите с ребенком о том, что это значит для вас. Примерно так:

...

Я всегда прививал тебе понятия о достойном поведении, но теперь, когда ты официально лидер команды, ситуация может усложниться. Ты обязан не только поддерживать в команде боевой дух, несмотря на победы и поражения. Ты отвечаешь за ее безопасность, и порой люди – даже друзья – будут устраивать тебе испытания. Согласившись на должность, ты согласился и на эти условия.

Детали разъяснять не надо, разве что сын сам вас попросит. Если возникнут проблемы (а у любого капитана они возникают), он обязан решить вопрос с «трудным» игроком. Если проблема не решена, он как лидер должен попросить помощи у старшего – тот как негласный лидер обязан поддерживать общие идеалы команды.

ТРЕНЕРЫ. ХОРОШИЙ, ПЛОХОЙ, ЗЛОЙ На сегодняшний день у меня приличный опыт: мои мальчики во что только ни успели поиграть в составе разных команд! Младшему сыну Роуну всегда везло на хороших тренеров. Когда ему было пять, он пошел в европейский футбол; их тренировали два отца-энтузиаста, хорошо знакомых с игрой и внимательных к каждому члену команды. В восемь Роун перешел в лигу посерьезнее: там он занимался с тренером, который набирал активных и азартных ребят. Это был честный человек, заставлявший детей много работать, зато они существенно улучшали свои способности. С последним переходом Роуну тоже повезло: тренер в хороших отношениях с родителями ребят, игроки у него вкалывают и ведут себя порядочно. Роун буквально «расцветал» на занятиях; мальчик любит играть в футбол и развил свои способности до приличного уровня. Старшему сыну Илайдже повезло меньше. Он тоже начинал с футбола, где ему в тренеры достались два ужасных родителя. Первый орал на детей (шестилеток), не зная толком, как тренировать их, и грубил родителям. Второй выбирал себе любимчиков и поощрял мелкие пакости в команде. Ребята постоянно проигрывали, потому что все время норовили подставить друг другу ножку. В конце года мы отдали Илайджу в секцию боевых искусств, где ему понравилось; однако на площадке он все еще стеснялся играть со сверстниками, тогда как младший с радостью присоединялся к другим ребятам во дворе. Я сама с азартом занималась спортом и хотела, чтобы Илайджа полюбил упорный труд в команде под руководством хорошего тренера. На собственном опыте я успела убедиться: это полезно, но пустила все на самотек в надежде, что возможность подвернется сама собой. Этой осенью Илайджа участвовал в школьном баскетбольном матче, у него хороший тренер, который посоветовал не бросать занятия. Родители других ребят из секции помогли записать Илайджу на игру в местной лиге. С новым тренером, похоже, мы сорвали джек-пот. Опытная, поставила себя строго, любит детей, муштрует их, заставляет держать высокую планку. Сразу дала понять родителям, что и от нас не потерпит глупостей. Во время одной из недавних игр она сорвалась на тренера соперников, но затем поспешила написать родителям воспитанников: выразила сожаление о своем поведении, признала, что подала мальчикам плохой пример, и обещала объясниться с ними на ближайшей тренировке. Илайджа дорожит ее уважением и немного побаивается. Так что он дважды подумает, прежде чем нарушить хоть одно из правил, установленных для него тренером и мною.Позвольте привести еще пару небольших, но поучительных примеров хороших тренеров. Тренеров, которые понимают, какой у них в руках рычаг давления, прививают команде нравственные ценности и уважают требования каждого из ее членов. Стив, тренер Эндрю, о котором я писала в главе «Ничья земля», поделился со мной опытом:

...

Есть у меня один паренек, самый талантливый в команде, однако всякий раз перед началом игр он влипает в неприятности. Я скрепя сердце оставляю его на скамейке запасных. Не хочу терять игроков, даже если они серьезно ошибаются, но талант привилегий не дает. Так и расслабиться недолго. Когда ребята «косячат», я нагружаю их физическим трудом – пусть заработают право вернуться. Если парень переходит черту, то есть не желает меняться, не следует правилам, и его действия причиняют команде ущерб, он должен уйти. Для меня это непростое решение. Я убежден, что много чего плохого не случится – и не случалось бы, – если бы тренеры прививали игрокам нравственные ценности.

Вот еще пример. Причину, по которой он мне нравится, я опишу дальше в этой же главе – в части, посвященной лакроссу. (Кстати, не поленитесь – поищите видео с записью игр в интернете.) В августе 2012 года Мак Бридлав, игрок в лакросс, летевший с командой самолетом компании Air Southwest, был вынужден принести публичные извинения – после того как на глазах у тренеров попытался пройти на посадку без очереди. Тренеры договорились с экипажем самолета, и Бридлав по интеркому зачитал подготовленную речь:

...

Во время посадки я злоупотребил гостеприимством авиалинии. Надеюсь, вы найдете в себе силы простить меня, юношу, который посчитал себя самым умным. Приятного полета, и не забывайте пользоваться услугами компании Air Southwest.

ТРЕНЕР: ХОРОШИЙ.

Тренер – пожалуй, единственный взрослый, которому родители безнаказанно позволяют повышать голос на своих детей. И к этому надо привыкнуть.

Важно уметь различать жесткого тренера, который много требует от ваших отпрысков, и того, кто позволяет себе лишнее. Хороший тренер умеет мотивировать ребят, апеллируя к лучшему, что есть в Мире мальчиков, – жгучему желанию получить признание за отвагу и усердие. Тренер может быть очень суров, но если он справедлив (то есть одинаково требователен ко всем игрокам), то ребята с лихвой оправдают его ожидания. На тренировках он может укатать мальчиков до полного изнеможения, не пустить ребенка на поле по какой-то причине, однако польза от присутствия такого человека в жизни вашего сына все окупает.

ТРЕНЕР: ПЛОХОЙ Мы много слышим о плохих тренерах, которые оскорбляют и унижают игроков. Но плохие тренеры и грубые игроки не приходят из ниоткуда. Даже самый взбалмошный мальчишка не станет никого задирать, если уверен, что взрослые смогут пресечь его поползновения.Определить плохого тренера ребята в состоянии самое позднее – в восьмом классе. Вот его признаки:

• Он оскорбляет отдельно взятых игроков и группы игроков. • Отворачивается, когда один игрок оскорбляет или бьет другого. • Оправдывает дурное поведение звезды в команде, потому что не хочет терять ценный кадр. • Не разрешает делать перерыв или пить во время тренировок, рискуя здоровьем ребят.• Сравнивает разочаровавших его ребят с девочками.

ТРЕНЕР: ЗЛОЙ.

...

Тренер постоянно задирал одного парня, обзывая его педиком. Мы боялись возразить, потому что не хотели, чтобы и нас дразнили педиками.

Джек, 16 лет.

Если у вашего сына такой тренер, то сперва кажется, что выхода всего два: смириться или уйти из команды. Однако есть еще один вариант.

Вы можете наблюдать за тем, как тренер взаимодействует с командой, это одно из ваших преимуществ. За работой учителя вы, например, наблюдать не можете, а вот за работой физрука – пожалуйста. Если вам не нравится его стиль работы, спросите сына, тяготит ли его поведение тренера, так ли все плохо, как выглядит со стороны? Справедливости ради стоит отметить: бывает, тренер кричит на игроков во время игры, зато потом, в более спокойной обстановке, объясняет причины срыва. Вы, родители, этого не узнаете – вот почему следует для начала поговорить с сыном.

Если до вас дошли сведения, что тренер ведет себя неподобающим образом, поговорите с ним – так же, как я советовала поговорить с учителем-задирой (страница 263). Попросите его о встрече в удобное для вас обоих время, используйте метод СПОР (в идеале следует разработать сценарий вместе с сыном). Предоставьте тренеру доказательства его вины и спросите: точно ли вы интерпретируете факты? Следите за языком его тела и слушайте не только, что он говорит, но и то, как говорит – воспринимает ли вас всерьез. Неважно, сколько влияния у этого человека в вашем сообществе. Надо встретиться с ним лишь однажды, а после – если он отмахнулся от вас, – действуйте в обход него.

КАК ПРОВЕСТИ НЕОБХОДИМЫЙ И НЕПРИЯТНЫЙ РАЗГОВОР СО ЗЛЫМ/ПЛОХИМ ТРЕНЕРОМ.

Сориентируйтесь:

1. Не вызывайте его на разговор непосредственно перед, во время или после игры. Лучше напишите электронное письмо. 2. Если оба родителя живы-здоровы и их не уволят за небольшой прогул, то им обоим надо встретиться с тренером.3. Постарайтесь назначить встречу на нейтральной территории – не в кабинете тренера.

Объясните : Здравствуйте, спасибо, что уделили нам время. Я уже писал вам, что хотел бы поговорить о том, как моему сыну Брайану играется у вас в команде. Отпор : Ну, поговорим. Неловкое молчание. Вы уже жалеете, что пришли. Объясните : Брайану очень нравится играть в бейсбол, он старается вас не разочаровать, однако злится/расстроен/устал из-за того, как с ним обращаются некоторые ребята в команде. Кое-кто из мальчиков утверждает, будто вы покрываете задир. Отпор : У меня в команде никого не обижают. Объясните : Брайан говорит, что ему не дают спокойно переодеться в раздевалке. И что вы над ним насмехаетесь. Отпор : Уж больно серьезно вы все воспринимаете. Мальчики любят повеселиться. У меня с игроками отличные отношения; ребята меня уважают, они славные. Правда, я не могу контролировать каждый их шаг. У вас все? Объясните : Боюсь, вы меня не слушаете. Мой сын старается, не хочет вас разочаровывать. А еще он доверяет вам, ждет защиты и заботы. Я же не прошу с ним сюсюкаться, я прошу уберечь его от травли. Отпор : Не понимаю, о чем вы, но постараюсь разобраться.Подтвердите : Спасибо, я вам очень признателен. Брайан не хотел, чтобы я разговаривал с вами, он боится, что вы на него потом разозлитесь. Однако я знаю, что вы печетесь о мальчиках, поэтому и решил поговорить.

Если тренер отвечает в описанной мной манере, значит, у него и в мыслях нет воспринимать ваше беспокойство всерьез. В этой ситуации надо задокументировать разговор. Кстати, тренеры – те еще сексисты, поэтому оба родителя в его присутствии должны проявлять максимум уважения друг к другу. Мамочкам запрещается плакать – никакой излишней эмоциональности. Ведите себя спокойно и собранно, сосредоточьтесь на цели – произвести впечатление человека, которым бесполезно манипулировать.

ЕСЛИ СЫН ХОЧЕТ УЙТИ ИЗ КОМАНДЫ Решение бросить занятия не приходит внезапно. И неважно, во что ребенок играет: футбол, лакросс, бадминтон… может, он вообще занимается музыкой или в театральном кружке. Если человек бросает занятие, которому посвятил годы и массу усилий, он словно лишается части себя. Взрослые обычно ассоциируют такой поступок со слабостью характера или телесной/умственной усталостью. Большинство мальчиков боится именно обвинений в несостоятельности. Они помнят о принесенных родителями жертвах и мучаются этим. Однако продолжая заниматься нелюбимым делом, они чувствуют себя еще хуже. Сложность состоит в том, что после принятия мальчиком решения бросить какое-либо занятие неминуемо настает пора, когда он разрывается между желанием уйти и остаться. Единственный способ выяснить, что для него лучше, – основательно покопаться в себе и оценить ситуацию целиком. От ухода удерживает страх разочаровать вас. Родители в уходе ребенка из кружка/секции видят результат своего воспитания: если он бросит занятия – они плохие, если останется – хорошие. Думать так – это, конечно, заблуждение. Уход из секции зачастую не имеет ничего общего с уходом из спорта. Мальчики бросают занятия не потому, что бегут от дополнительных занятий и отжиманий. Они бегут от тренера. Бегут от непосильного родительского давления. Бегут от неподобающих отношений в команде. Мальчики не спешат признаваться в причине, и родители строят ложные догадки.Если ваш сын решил бросить секцию, задайте ему вот какие вопросы (только не все сразу, а постепенно):

...

Значит, у тебя уважительная причина бросить занятия. Тебе не трудно назвать ее? Боишься, что я о тебе подумаю? Или что я подумаю о ребятах из команды? Что я захочу разобраться с ними?

В зависимости от того, как сын ответит, надо решить: «Если он любит спорт и ненавидит команду, может, стоит сменить школу? Может, ему следует играть в отдельном клубе, а не в команде?».

Вот как обычно мальчики сообщают родителям об уходе из секции и как реагируют на слова родителей.

...

Сын: Я больше не хочу этим заниматься.

Мама: Ты о чем? В чем дело?

Сын: Не знаю. Просто я не тяну.

Мама: С чего ты взял? Ничего не понимаю.

Сын: Тут не о чем переживать, просто мне надоело.

Мама: Нет, ты должен разобраться в том, что чувствуешь. У тебя такой потенциал! Нельзя вот так все бросать, ведь ты столько старался. Вдруг потом передумаешь? Вернуться не сможешь.

Сын: Ладно, проехали.

Наступает молчание. Сын вставляет в уши «бананы» и пялится в окно. Он чувствует себя донельзя глупо и уже жалеет, что решил поделиться с вами.

Мама: Что с тобой такое?

Сын разрывается – признаться или промолчать? Промолчать хочется потому, что, по его мнению, вы будете чувствовать себя виноватой, если узнаете правду, высказаться – потому что вы его мама/папа. Он снова отворачивается; на 90 % он хочет промолчать, на 10 % – открыться. Настает момент, когда он больше не может держать это в себе – и признается. В прошлую пятницу одного из игроков команды (которого целый месяц мешали с грязью) побрили наголо – ему, видите ли, не хватает «командного духа». И ваш сын был среди тех, кто держал несчастного. Против воли, но все же держал. Он на всю жизнь запомнит, как остальные смеялись, пока бедолага рыпался, стоя на коленях. А тренер был в курсе и заблаговременно покинул раздевалку.

Во-первых, насильно побрить кого-то наголо – само по себе отвратительно. Тебя ставят на колени, твоя судьба в руках мучителей…

По мнению мальчиков, есть три варианта развития событий после признания: 1) родители разозлятся и немедленно захотят позвонить директору школы, тренеру, родителям оскорбленного мальчика, а то и всем сразу; 2) родителям не понравится поступок сына, но они велят ему держать рот на замке и спустят все на тормозах; 3) родители просто не поймут, чего тут расстраиваться, ведь никто физически не пострадал. Если у жертвы отец придерживается правил СЦМС, он, скорее всего, обвинит собственное чадо в слабости и назовет его неженкой.

Любой из трех вариантов для мальчика ужасен. Если родители заставят все рассказать директору, сверстники сочтут его стукачом, а еще придется признаться в соучастии. Если родители заставят молчать, он поймет: взрослые боятся или не хотят совершать правильный поступок. Если же родители сочтут происшествие «милой шуткой» и отговорятся, мол, мальчикам надо перебеситься, сын убедится, что их поведением управляют правила СЦМС. (Он прежде это подозревал, и вот оно – железное доказательство.).

Следует ему помочь. Напомните, что между стукачеством и свидетельскими показаниями есть принципиальная разница. Стучат, если хотят кого-то подставить; свидетельствуют – чтобы восстановить справедливость. Мальчик попал в затруднительное положение из-за товарищей по команде и попустительства тренера. Теперь он обязан дать показания работнику школы, которому доверяет. Используя метод СПОРа, он должен составить письмо: рассказать, где и когда произошел отвратительный инцидент, кто просто наблюдал за процессом и кто непосредственно виноват – включая его самого. Описать действия тренера. Если адресат попросит о встрече, не отправляйте ребенка одного – идите вместе с ним, ему нужна поддержка.

Если ребенок не признается, он перестанет уважать себя самого. Пострадает и команда, потому что истинные узы и командный дух рождаются в доверии и любви.

Это Брэндон Айянбадехо, игрок команды «Балтимор Рэвенс»; у него татуировка «NОН8» [32] .

НФЛ воплощает американскую мужественность и правила СЦМС. Айянбадехо олицетворяет НФЛ. Он агрессивный? Да. Высокий? Да. Привлекательный? Да. Натурал? Да. Мускулистый? Да. Разве что Айянбадехо не позволил правилам СЦМС сделать из себя пустышку. В старших классах он активно занимался в театральном и политологическом кружках, жил с матерью в комнате кампуса при Калифорнийском университете в Санта-Крузе в окружении очень разных людей. И так получилось, что он играл в американский футбол.

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

В 2009 году Брэндон одним из первых американских атлетов высказался в поддержку однополых браков. Это было нелегко.

...

«Если ребята из команды подкалывали меня, я просто проходил мимо, не обращая внимания, – говорит Айянбадехо, женатый на давней подруге; у него двое детей – мальчик одного года и девочка шести лет. – Никто не хотел говорить со мной по-мужски, с глазу на глаз».

(New York Times, выпуск от 14 сентября 2012 года).

Говорить по-мужски? Именно. Когда Айянбадехо в спину летели шуточки от других игроков на тему «гомосятины», он поступал так:

...

«Просто кидаю им чем-нибудь в ухо. Это, пожалуй, помогает им шире взглянуть на вопрос и понять, что их слова ранят. Ребята, конечно, отнекиваются, мол, мы же не то хотели сказать. Я отвечаю: “Не хотели – не говорите”».

(USA Today, выпуск от 12 сентября 2012 года).

Вот она, красота профессионального спорта! Атлет, чьи рост и сложение воплощают мужскую силу, не побоялся высказаться в защиту голубых. Он показал, что люди, которые олицетворяют мощь, способны пошатнуть основы правил СЦМС (сломать стереотипы изнутри!).

Пример из школьных будней. Представьте, что кто-нибудь объявляет о предстоящем собрании организации, от дел которой все отмахиваются. Кто зачитает объявление? Девочка из политологического кружка? Слушая ее, можно спокойно закатить глаза и мысленно переключиться на что-нибудь иное. Теперь вообразите, что вместо нее выступил один из лучших спортсменов школы – молодая копия Брэндона Айянбадехо. У кого больше шансов повлиять на общественное мнение?

Роль спорта во влиянии на общественное мнение переоценить нельзя, однако личный опыт людей и культура спорта могут быть куда более неоднозначными. Дело не в самом спорте, а в том, какую силу мы сами вкладываем в руки атлетов.

ЛАКСБРО Сейчас уже и не помню, когда старшеклассники стали мне жаловаться на лаксбро. Примерно в 2007 г. подошли мальчики в форме для игры в лакросс (терминологию я разъясню чуть позже) и отмочили сексистскую «шутку». Не помню, когда девочки стали жаловаться, что их обзывают «блякроссихами». Зато отчетливо помню, как первый раз пошла на игру в лакросс между двумя непримиримыми соперниками и увидела родителей игроков. Помню мамашу с искусственной грудью, в обтягивающей майке с вышитым логотипом команды и мини-юбке цвета хаки; она сплетничала о девочках из школы сына. Помню, как отцы игроков судачили о «рынке», тогда как тренер орал на их сыновей, обзывая их бесполезными девчонками. Если вы живете где-то на Восточном побережье и отправили сына в частную школу (если она с общежитием – вообще красота) или в раскрученную государственную школу, то может показаться, что она поколениями пропитывалась духом лакросса.Если вы живете на Среднем Западе, то наверняка и глазом моргнуть не успели, как лакросс сделался самым популярным видом спорта. Вы, должно быть, обратили внимание, как сын говорит о нем, а если он сам лаксбро, то одевается иначе, чем сверстники, стрижется как будто по последней девчачьей моде (что не правда) и употребляет непонятные жаргонные словечки. Вот определения элементов одежды лаксбро (взято из Urban Dictionary):

1. Головной убор: бейсболка, кепка с символикой колледжа козырьком назад, нелепая зимняя шапка (с помпоном и «наушниками»). 2. Волосы: чем длиннее и волнистее, тем лучше (чтобы торчали, извиваясь, из-под шлема или кепки). 3. Футболки: яркие поло, с символикой молодежной лиги, спортивные майки «пинни» и «скинз». 4. Шорты: длинные, в клеточку, из х/б или сирсакера. 5. Обувь марок Rainbow, Reef, Turf с черными гольфами.6. Аксессуары: пеньковые браслеты/ожерелья, браслеты из шнурков или лески для украшения/крепления сетки к клюшке; солнцезащитные очки Ray Ban, Arnette, Oakley; татуировки в тему лакросса (скрещенные клюшки на икрах).

Вот еще несколько полезных сведений с того же ресурса:

...

У каждого лаксбро есть псевдоним вроде Эль Дьябло, Сибасс и проч., проч. Если ты не таскаешь при себе клюшку и не цепляешь цыпочек, чтобы доказать свою сексапильность, ты не трушный лаксбро.

...

Они цепляют всех телок подряд и трахают, кого хотят.

...

Фан лакросса: Эй, ты, давай сюда, перепихнемся.

Девчонка: Уже бегу, ты такой горячий и трушный лаксбро.

Старшеклассники из семей среднего и высокого достатка в курсе, что в Мире мальчиков лаксбро – отпетые мерзавцы. Каким-то образом некогда интересный и захватывающий вид спорта опошлился; субкультуру лакросса поразил вирус снобизма, самодовольства, шовинизма, травли, высокомерия и отрицания справедливых упреков. К тому же родители лаксбро (в противоположность родителям настоящих игроков) покрывают наглое поведение своих детей; они твердо убеждены, будто принадлежность к братству – ключ к поступлению в элитный колледж, получению работы в финансовом секторе и высоким зарплатам (без сопутствующего стресса и эмоциональной подавленности).

Впрочем, высокий статус дают игрокам и другие виды спорта. Например, на Среднем Западе и на Севере – это хоккей, на Юге и в Техасе (да и повсюду) – американский футбол. В больших городах и некоторых областях Среднего Запада – баскетбол. Эти виды спорта тоже могут создавать у атлетов ощущение вседозволенности, однако ни один из них не породил столь наглую культуру фанов.

Еще ни одно сообщество родителей так быстро не становилось для старшеклассников стереотипным образом отчаянных «социальных альпинистов», которые поощряют в сыне дурные побуждения, а если проделки отпрыска переходят все границы, отрицают его вину или покрывают его.

Тренеры по лакроссу и игроки скажут: профессиональные лакроссеры терпеть не могут субкультуру лаксбро. Я общалась со многими тренерами и игроками – даже с теми, кто посещает школы I уровня, – пообещав, однако, что не раскрою имен. Вот что сказал один из них:

...

Эти парни, бывает, даже и не любят играть в лакросс, они не цвет спорта. Для них участие в команде – социальный механизм. Самоутверждаясь за счет нашего вида спорта, они бросают тень на подлинных игроков. Они как тупые бараны, которые прут напролом, без тактики и стратегии. Не проникаются сутью игры, но товарищи по команде смотрят на это сквозь пальцы. Со стороны, кстати, этого почти не видно.

К несчастью, мажоры из привилегированных школ именно так понимают исключительность, а уж когда подобное мировоззрение сочетается с участием в каком-нибудь виде спорта, скомпрометированном множеством белых мажоров, то мы получаем мега-сволочь.

Понимаете, в чем беда? Лаксбро получают карт-бланш от игроков любимой команды, однако, родители, знайте: ваш сын должен сохранять бдительность. Если кто-то говорит: «Это нормально, мы так всегда поступаем», или: «Это же традиция», сын вместе с вами должен задаться вопросом: «А почему?». Почему для лаксбро нормально и приемлемо вести себя по-свински? Даже если ваш сын считает этих ребят глупыми и искренне презирает их, но при этом не препятствует им, то, выходит, он им пособничает.

Повторюсь: со многими видами спорта дело обстоит так же – одни игроки покрывают других. Разница лишь в том, что в лакросс играют в основном белые мажоры. У мажоров, как правило, очень богатые родители, которые покрывают сыночков и вытаскивают их из неприятностей – совершенно заслуженных.

Если ваш сын хочет играть в лакросс или уже играет, знайте, что его ждет. Ему потребуются определенные навыки, чтобы противостоять такому умонастроению. При этом он вовсе не обязан отказываться от любимой моды. Если ему нравится прическа а-ля салат-латук, то ради бога, пусть ходит с длинными волосами. Главное – иметь мужество требовать от себя и от команды достойного поведения.

ДЕЛО НЕ ТОЛЬКО В ЛАКСБРО Ребята из редколлегии боятся, что мой дом закидают зажигательными бомбами. Однако дело не только в лакроссе: в любом виде спорта спортсменов подстерегает искушение вести себя по-скотски, но больше всего подвержены ему участники тех видов, которые наиболее соответствуют правилам СЦМС. Любой атлет может зазнаться при стечении определенных обстоятельств – например, его способностей хватило пройти в команду, но не хватило, чтобы достаточно выделиться из «серой массы»; его команда любима и почитаема в школе; тренер в глазах окружающих стоит над законом, «мотивирует» игроков унижениями и оскорблениями, отворачивается, когда они унижают друг друга; команда – часть истории и традиций школы; и/или его родители так гордятся сыном, что прощают ему скотское поведение. Совсем недавно (пару месяцев назад) игроки одной из калифорнийских футбольных команд подали в суд на тренера: их изнасиловали инородными предметами товарищи по команде, а он, зная о происходящем, ничего не предпринял. В Джорджии точно такой же иск предъявлен игроку в американский футбол. В Огайо игроки в американский футбол изнасиловали на вечеринке девушку, а после записали на видео непринужденную беседу о ней; их тренеры высказывались в том ключе, что, дескать, девчонке нельзя верить. Я слышала, как родители оправдывают поведение мальчиков и юношей тем, что они, мол, «прикалываются». В таких ситуациях лицемерие взрослых просто зашкаливает, и это – самая сложная часть моей работы. Прошу, поверьте: неважно, в какую «приличную» школу ходит ваш сын – он ни от чего не застрахован. За свою карьеру я навидалась, как директора, тренеры и прочие влиятельные школьные работники закрывают глаза на физическое и эмоциональное унижение своих подопечных. От этого никуда не деться. Даже самые зазнавшиеся и задиристые атлеты в школе не станут травить жертву, пока не убедятся: взрослые не захотят или не смогут им воспрепятствовать.Впрочем, подобный сценарий – необязателен. В книге «Season of Life» («Сезон жизни») Джо Эрман, бывший игрок НФЛ и тренер-волонтер, написал, как для его игроков начинается очередной сезон.

– Наша задача? – спрашивает он. – Любить нас, – громким хором отвечают парни. – А ваша задача? – кричит он. – Любить друг друга! Мне плевать, какие вы: качки или дистрофики, высокие или мелкие, звезды команды или первый раз вышли на поле – все это меня не волнует. Вы здесь, вы часть команды, и мы вас любим. Вот так, все просто. Мы пройдем через все вместе как команда… как сообщество. Только здесь вы будете вместе работать с такими разными людьми – разными в плане расы, социального статуса, достатка. Быть вместе и работать вместе – это прекрасно. Наслаждайтесь. Берите от работы в команде все самое лучшее, оно – ваше. Узы, которые вы обретете здесь, останутся с вами навсегда, до конца жизни.

Вот чего заслуживает ваш сын и любой другой мальчик или юноша.

15. Выходя за пределы.

Каждый человек, по умолчанию, заслуживает достойного обращения. Не обязательно быть членом какого-либо религиозного или политического сообщества, чтобы вызывать уважение и уважать право другого человека на жизнь.

В этом свете гомофобия – уже не просто вопрос толерантности. Гомофобия – один из краеугольных камней процесса обучения мальчиков тому, какими мужчинами можно быть: мужчинами, которые не боятся выступать против жестокости, или мужчинами, которые сами активно или пассивно ее проявляют. Если родители и педагоги, прикрываясь религиозными или семейными ценностями, не считают гомофобию формой травли, они предают подопечных. Нейтралитет здесь неуместен. Если вы убеждены, что каждый из нас заслуживает человеческого обращения, и вы признаете свою ответственность адекватно воспитывать детей, то должны занять позицию, резко противоположную гомофобии.

Если вы родитель, поговорите с сыном прямо сегодня – перед сном, или завтра – по пути в школу. Не переживайте, что прежде вы никогда не говорили с ним на такие темы или если он смутится. Успокойте сына, что он ничего дурного не сделал; вы-де просто размышляли и хотите поделиться соображениями.

Если вы тренер или учитель, выделите минут пять на разговор с воспитанниками, чтобы сказать нечто вроде: «Хочу, чтобы вы поняли: у всех вас есть право посещать мои уроки (играть в команде) и не бояться. Если не понимаете – так и скажите, потому что моя обязанность – донести до вас эту мысль. Если я что проглядел или где-то ошибся – дайте знать. Обязательно».

Голубые мальчики переживают те же страхи, трудности, подъемы и падения в романтическом плане, что и мальчики-натуралы – за одним непростым исключением. У геев все гораздо сложнее. Им не просто надо смириться с тем, кто они; они живут в окружении, которое непонятно как воспримет их сущность. Кроме того, всегда найдутся те, кто посчитает себя вправе унизить их. Еще бо́льшую угрозу для геев представляют взрослые, обязанные, по идее, следить за благополучием и безопасностью всех детей и, тем не менее покрывающие ребят-гомофобов. (Не препятствуя гомофобии, они ей потворствуют.).

Я попросила нескольких ребят-геев из редколлегии, у которых, кстати, много друзей среди натуралов, поделиться тем, что вам, по их мнению, знать необходимо. Иэн, одиннадцатиклассник из Огайо открылся и семье, и одноклассникам.

...

Я устал от ярлыков и предубеждений, вроде того, что мы, геи, лучшие подружки для девчонок. Я не такой. Да, у меня полно подруг, но я же не таскаю их с собой по магазинам, и мы не рыдаем вместе над фильмом «Дневник памяти». Меня бесит, когда люди думают, будто я знаток бродвейских мюзиклов.

Еще я попросила Мэтта, тоже одиннадцатиклассника, который только недавно открылся близкой подруге и папе, описать, каково это – осознать, что ты гей.

...

Когда сознаешь, что тебя влечет – пусть и не сильно – к твоему же полу, начинаешь бояться. От этого чувства не отмахнешься, не убедишь себя: мол, ерунда, пройдет. Я говорил себе, что запутался, что в принципе не могу оказаться геем, противоестественным, извращенцем. Люди вокруг постоянно употребляют слова «гомик», «педик», если хотят обозвать кого-то глупым или слабым. Сам собой напрашивается вывод: таких, как я, ненавидят. Я боялся того, кто я есть, среди лучших друзей, в кругу семьи, с родителями – самыми важными для меня людьми.

Согласитесь, после такого признания уже не так просто будет разбрасываться словами вроде «педик» и «гомик», просто чтобы унизить кого-то, а потом оправдываться: дескать, что в этом такого, ведь «так все говорят». Как сказал Мэтт, именно необдуманное употребление подобных эпитетов и заставляет геев бояться и думать, что все вокруг их ненавидят. Кроме того, приходится мириться с людьми, не желающими отвечать за свои слова.

Родители должны просветить детей относительно тех, кто иначе ориентирован. Скажем, у вашего сына есть друг, который ему нравится, которого он глубоко уважает и который боится раскрыться. Читая признания Мэтта и Иэна, представьте, что дорогой вам человек проходит через те же испытания.

...

Я больше не мог держать все в себе и как-то ночью написал сообщение близкой подруге. На это ушло десять минут, а после я отправил эсэмэс: «Я гей». Она – моя подруга – написала в ответ, что все равно не перестанет со мной дружить. Словами не передать, какой груз свалился с души. Спустя неделю я сообщил правду и отцу. Мы сидели, я не мог выдавить из себя ни слова. Потом мысленно сосчитал до трех и признался. На лице у отца я прочел глубочайшее понимание, и он обнял меня как никогда крепко. Да, у меня все сложилось не так, как у большинства: кого-то ведь выгоняют из дома, вот почему я боялся открыться папе. Но, признавшись двум дорогим мне людям, я круто изменил жизнь – понял, что не перестал быть нормальным человеком. Признаваться или нет – решать каждому. Я в течение недели признался двум людям; остальные пока не в курсе.

Мэтт.

А еще я попросила Иэна написать вот такое письмо:

...

Дорогой (потенциальный) старшеклассник-гей!

Не знаю, открылся ты или нет, главное осознать: окружающим мы можем показаться недочеловеками. Если откроешься, то есть шанс потерять кого-то из друзей и, что еще страшнее – те, кто и прежде с тобой не дружил, могут на тебя ополчиться.

Это нормально, если ты боишься признаться друзьям-натуралам. Я и сам сильно этого боялся. Я заранее подготовился, тщательно продумав, что делать, если они решат больше со мной не дружить. Первый посмотрел на меня так, будто я готов его изнасиловать. Весь месяц он со мной не разговаривал, на звонки и сообщения не отвечал. Я не выдержал, подкараулил его и напрямую спросил: причина молчания – в том, что я гей? Он помялся и выдавил из себя: «Типа того». Зато теперь, три года спустя мы с ним снова добрые друзья, и я благодаря этому опыту сообразил, как можно открыться остальным друзьям.

Надо заранее подготовиться к тому, что после признания кто-то уйдет. Признавайся каждому другу по отдельности, в личной беседе, как можно спокойнее. И еще: не принимай близко к сердцу то, что они скажут в следующую секунду – ведь они сильно удивятся (если только по тебе сразу не определить, кто ты). А сказать они могут нечто вроде: «Так ты хрен сосешь?» или: «Имей в виду, я… это… натурал». После дай им время опомниться и определиться. Друзьям может потребоваться день, месяц, год, а возможно, они так и не свыкнутся с тем, кто ты.

Если теряешь друга, надо уметь держать удар. Неизвестно, сколько времени пройдет, прежде чем все наладится – у каждого свои сроки, так что старайся. Прими то, кто ты есть, и терпи, это сделает тебя более мужественным, чем твои враги. Признав себя таким, какой ты есть, ты вовсе не обязан каждые выходные совершать вылазки по магазинам и вилять при этом бедрами – если, конечно, это не в твоем духе. Будь таким геем, каким тебе хочется. Тебе решать, ведь если люди судят тебя по сексуальной ориентации, то ты для них «один из этих». Если чувствуешь себя униженным, держись – всегда найдется кто-то, кто тебя любит. Ты человек, а не пустое место, не позволяй никому убедить тебя в обратном.

Всего самого наилучшего,

Иэн.

Надеюсь, прочитав эти признания, вы понимаете: быть геем – это не выбор. Никто, особенно в подростковые годы, намеренно не выберет сексуальную ориентацию, за которую его могут отвергнуть родители и друзья. Никто добровольно не повесит себе огромную мишень на спину.

Если кто-то говорит, что это противоречит его религиозным убеждениям, то тут не поспоришь – так уж человек понимает свою веру. Некоторые школьники приносили мне Библии из своих шкафчиков и показывали отрывки, где сказано, что содомия – грех. Дело же не в том, грех она или нет. Ваша убежденность в греховности чего-либо не дает права считать кого-то недочеловеком. Вот в чем настоящая беда – когда кого-то унижают и оскорбляют, прикрываясь религией. Да, проблема не нова, однако это не значит, что мы должны мириться с гомофобией.

И пока этот вопрос остается открытым, учите сыновей и подопечных уважать основные права всех ребят – ведь это то, что делает их мужчинами. Коли мы дошли до того, как быть мужчиной, встает еще один вопрос, к решению которого наше общество мальчиков почти не готовит. Девушки.

16. Мир девочек.

...

Как разговаривать с девчонкой, которая либо безумна, не желает тебя слушать, или тупо всегда считает себя правой?

Виктор, 17 лет.

...

Иногда точно знаешь, чем взбесил девчонку, и остается сказать себе: «О чем я только думал?» А бывает, что просто не можешь въехать: «Чего? Не понимаю! В чем дело-то?».

Тайлер, 15 лет.

...

Девчонки, если обижаются, то надолго, потом неделю их стороной обходишь.

Брукс, 11 лет.

Вашему сыну, бесспорно, нужно развивать глубокие и осмысленные отношения с девочками – по той же самой причине, по которой их нужно развивать с кем бы то ни было. Для человека, который стремится сделать мир лучше, жизненно необходимо уметь спорить, соревноваться, сотрудничать или работать в связке с кем-то, кто не похож на него. Умения завязывать жизнеспособные личные, профессиональные и даже романтические отношения с девочками – это недооцененный набор специфических навыков, который мальчикам надо осваивать и развивать.

Независимо от возраста, жизненного опыта и типа школы, в которой мальчик учится, его личная и социальная вселенная не существуют в вакууме, они плотно соприкасаются с Миром девочек. Однако Мир мальчиков и правила СЦМС утверждают, что мальчикам не просто не нужны отношения с девочками, они еще и клеймят позором как неверных «кодексу братства», как не мужчин тех, у кого эти отношения есть.

Представьте: ваш сын перешел в старшие классы – и вот он видит, как издеваются над девочкой. Или сам оказался среди задир. Он может стоять рядом с задирой и смеяться. Может бессильно смотреть на издевательства, делая вид, будто ему все равно. А если захочет «поступить правильно» и вмешаться, то не будет знать, каким образом. Он может ударить задиру и влипнуть в неприятности. Может заступиться за девочку на словах и навлечь на себя страшные последствия. Или он вообще ничего не предпримет и невольно приобщится к массовой культуре – не протягивать руку помощи нуждающемуся. Какого поведения вы ждете от сына? Даете ли вы ему повод задуматься над этим?

Обычно мальчики не любят говорить, как они, их друзья и сверстники обращаются с девочками или как девочки обращаются с ними. Ваш сын не раскроет по собственной инициативе, что другие взрослые (будь то члены семьи или посторонние) говорят ему о девочках. Даже если вы невероятно дружественно настроены к девочкам и вообще ратуете за равенство полов, у вашего сына все равно на стороне могут оказаться примеры для подражания, которые убедят его: девочек надо третировать или хотя бы не вмешиваться, если кто-то третирует их. Это неприемлемо, поскольку губит не только личные отношения, но и коллективное чувство эмоционального и физического благополучия.

В первой главе я говорила о негласных правилах для мальчиков. У девочек тоже есть свод негласных правил, который влияет на их поведение, как влияют на мальчиков правила СЦМС. О нем я достаточно подробно писала в книге «Королева улья, или Как выжить в Мире девочек», однако перечислю основные моменты. Мир мальчиков ограничивает эмоциональность, и точно так же Мир девочек воздействует на манеру их взаимодействия с вашим сыном. Мальчикам велят ходить с каменным лицом? Вот и у девочек то же самое.

СЕКСУАЛЬНАЯ ПОПКА Годами мы смотрели на куклу Барби и заламывали руки, причитая: что за ужасный образец для девочек! Однако в последнее время куклы для мальчиков и куклы для девочек стали приобретать куда более ярко выраженные половые признаки. Внизу я поместила изображение игрушек фирмы Mattel из серии «Школа монстров». Разница между Барби и монстрами – в том, что Барби изображает женщину. Монстры – девочек. Если девочка играет с Барби, то кукла как бы сообщает ей, как должна выглядеть женщина. Когда она играет с куклами из Школы монстров – или их предыдущим поколением вроде серии «Братц», – то получает сигнал о том, как она должна выглядеть и вести себя именно сейчас.

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков

Когда я прошу пяти– и шестилетних девочек и мальчиков изобразить этих персонажей, они начинают расхаживать по комнате, покачивая бедрами, шушукаться и с натянутой полуулыбкой рассуждать о моде. Ничего удивительного, что девочки начали так рано одеваться и вести себя как подростки (читай: сексуальнее). Остановитесь и попытайтесь прочесть негласные правила Мира девочек на этой картинке. Для меня они там написаны открытым текстом: любая девочка должна выглядеть как можно сексуальнее и худее. Неважно, какое у нее настроение, подавленное или приподнятое – на лице она должна сохранять одно и то же выражение. Даже если ты труп или монстр, стремись к анорексичному виду, волосы носи прямые и длинные (при этом неважно, какой ты национальности – куклы справа, по версии Mattel, например, представляют негритянку и латиноамериканку). И наконец, заведи себе парня, с которым ты в буквальном смысле выделяешься из числа подруг (взгляните на зеленовласого юношу, что держит Клео, египетскую девочку-мумию слева). Встречаются, впрочем, и гласные правила: на сайте Mattel Клео описана следующим образом:

Клео старается выглядеть чудесно, о чем все должны знать. Читай: девочки должны следить за модой и агрессивно доказывать сверстницам свою высокую самооценку (что включает в себя унижение тех, кто выглядит не столь чудесно, как ты).

Она очень азартная, что доставляет ей неприятности, как и всем азартным людям. Перечитайте предложение заново. Разве можно говорить мальчикам, что «азарт доставляет неприятности»? Разумеется, нет. И все же девочкам по-прежнему навязывают убеждение, что якобы надо скрывать свои конкурентоспособность и уверенность, сосредоточив усилия на превращении в тощую, с едва заметными округлостями, вечно милую, спокойную девочку, которая нравится абсолютно всем.Мальчики в курсе того, что девочек загоняют в эти рамки, а еще они знают о переживаниях взрослых.

...

Девчонки стесняются своей фигуры и едят один салат.

Лэндон, 11 лет.

Однако дело не только во внешности. Этот посыл примешивается к другим (которые я приведу позже), загоняя девушек и женщин в жесткие рамки, навязывая им стереотипы мышления, поведения и реакции на поступки окружающих. В этой главе я сосредоточусь на опыте общения девочек с мужчинами вне семейного круга: начиная с друзей и ухажеров и заканчивая теми, с кем они контактируют эпизодически.

ПОСЫЛ Я спрашивала мальчиков из редколлегии, что им говорили о девочках другие взрослые, и услышала в ответ: дескать, взрослые особо не распространяются, ограничиваются общими утверждениями типа «Не поднимай руки на женщину» и «Будь джентльменом». Беда в том, что обе эти ценности не учитывают реальности. Сказать сыну «Будь джентльменом» все равно что сказать «Всегда старайся». Эти слова слишком общие и дают самые примитивные представления о том, как достойно обращаться с женщинами и девушками. Плюс, точное представление о том, что значит «быть джентльменом», мальчики получают, глядя на окружающих взрослых. Без настоящей дискуссии – это пустая банальность. Суть таких советов в том, что бить девочек нельзя, потому что они слабей тебя, а не потому, что бить кого-то вообще аморально, если только речь не идет о самообороне. Запрещать сыновьям бить девочек – одновременно и похвально, и предосудительно; такое наставление автоматически прививает понятия о разнице в силе полов. Оно же создает предпосылки для ситуации, когда девочки без зазрения совести словесно и физически нападают на мальчиков, убежденные в собственной безнаказанности.Прислушайтесь к словам Аарона:

...

Если девчонки орут на меня или толкаются, я стараюсь сдержаться. Отец учит не бить девочек, и они этим пользуются – мне лишь остается молча терпеть. Неделю назад я возвращался с футбола, и одна девчонка принялась орать прямо мне в лицо. Я шел дальше, она не прекращала. Так и хотелось сказать ей: «Отвали, дура». Она реально взбесилась бы: в итоге я бы влип, а она выкрутилась. Приходится улыбаться и поскорее уходить.

Аарон, 16 лет.

Аарон знает: бить девочек нельзя. На первый взгляд, все верно, он ведет себя как настоящий джентльмен. Однако Аарона переполняет праведный гнев; он имеет полное право потребовать, чтобы эта девочка оставила его в покое. Нельзя держать чувства в себе и выдавливать фальшивую улыбку.

Чем старше мальчики, тем хуже дело. Старшеклассники, с которыми я работаю, поведали вот о каких правилах, внушаемых взрослыми:

1. Смотри, чтобы она от тебя не залетела. 2. Не подхвати от нее болячку. 3. Смотри, чтоб без глупостей.4. Облажался – не попадайся.

Есть, впрочем, и кошмарные вариации этих правил:

Притворись, что согласен с ней, и поступай по-своему. Контролируй баб – они этого хотят, просто не показывают. Хочешь, чтобы она липла к тебе как грязь, вот и мешай ее с грязью. Сунул, вынул – и в кусты.

Повторюсь: ваш сын вовсе не обязан следовать оскорбительным постулатам и принимать их на веру, поддаваясь их тлетворному влиянию. Взрослые (и женщины в том числе) постоянно шутят: мол, мужчина слушает женщину и делает все по-своему. Если мужчина говорит: «Да, дорогая», у женщины власти не прибавляется. Опрошенные мною мужчины, которые любят пошутить насчет того, что «в доме баба – хозяин», в итоге оказывались отпетыми сексистами. Есть женщины, которые провозглашают себя феминистками, тогда как сами мирятся со скотским обращением. Мужчины, если вы не согласны с женщиной – имейте смелость возразить ей. Просто делайте это с достоинством. Женщины, нужно достойно принимать отказ мужчины. Однако все эти призывы меркнут по сравнению с теми, что я привела выше. Представьте себя на месте двенадцатилетнего мальчика. Вы с парой друзей сидите у вас дома; тут ваш старший брат произносит последнюю из приведенных выше фраз, а дружки надрывают животики от смеха – значит, согласны. Возразите ли вы им в ответ? Нет. Раз за разом я убеждаюсь, что к старшим классам мальчики либо смиряются и принимают эту философию, либо расписываются в бессилии перед ней. Годам к одиннадцати, играя в онлайн-игру, они молча слушают, как ребята постарше обзывают девочек «жирными шлюхами». Если не снабдить мальчиков добрым напутствием, они будут выстраивать свои отношения с противоположным полом на базе того, как это преподносят их сверстники и наша медиакультура, а еще – основываясь на природе отношений с авторитетными для них взрослыми. Контактирует ли ваш сын с мужчиной, который достойно обращается с женщинами и уважает женщин-руководителей? Или с женщиной, которая спрашивает с него как с честного и достойного мужчины?Для мальчика принципиально важно, есть ли у него мать, сестра, тетя, учительница – любая женщина, которую он воспринимает всерьез и уважает. Тут и начинается разница между мальчиком, который не воспринимает девочек как полноценных людей и бездушно смеется над их унижениями, и мальчиком, который просто не может позволить себе такого поведения.

КТО КОГО НЕ УВАЖАЕТ?

...

– Все девчонки – дуры, – сказал Мартин.

Мы с Мартином и дюжиной других шестиклассников около часа проговорили о том, что усложняет им жизнь и смущает их, когда дело доходит до девочек, женщин и родных матерей. В частности, мы говорили, как быть, когда у мамы месячные (Тайлер: «Мама предупреждает, что может срываться, поэтому не надо воспринимать все ее слова всерьез, а папа просто велит уйти из дома»), если сестра стучит на них, и почему девочки «всегда» выходят сухими из воды, а мальчиков «вечно» несправедливо обвиняют. Потом время вышло; снаружи у дверей ждали девочки – чтобы вернуться в класс. Стоило им войти, как Мартин воскликнул: «Спросите их! Надо с ними поговорить!».

Их (чудесный) учитель любезно дала согласие. Девочки расселись по местам, и я спросила: не хотят ли они присоединиться к обсуждению вопроса? Напомнила о правилах поведения (без личных оскорблений, внимательно слушать, т. е. быть готовыми измениться под влиянием услышанного) и сообщила, что мальчики хотели бы обсудить отношения с одноклассницами.

Жаль, что нельзя было сфотографировать лица девочек. На них я прочла: «Дайте два!» и «Бойся желаний своих».

Мартин, позабыв об осторожности, выпалил: «Девки вечно орут на нас без причины. Шагу не сделаешь без того, чтобы вы на нас не злились». Пять девочек подняли руки. «Да, Карла?» – спросила я у девочки с двумя косами. Положив руки перед собой, та ответила: «Наши мальчики дурно себя ведут». Я попросила ее пояснить это утверждение, поскольку не поняла его смысла.

...

Мальчики испорченные и извращают все наши слова. Если я на перемене прошу мяч у Мартина, он говорит: «Тебе мои мячики? Эй, пацаны, Карла хочет мои мячики!» Если попросить палку, он скажет: «Тебе палку кинуть?» И все смеются. Они всегда так. Хватают нас за лямки бюстгальтеров, подкалывают. Бесит! Это я и называю дурным поведением.

Я взглянула на девочек – все кивали головами.

Мартин?

Мартин ухмылялся.

Девочки закатили глаза.

Девочкам совсем не весело иметь дело с «извращенцем» [33] на перемене, в коридорах школы или на автобусной остановке. Подобные шутки со стороны мальчиков выводят из себя, портят нервы – они грубы и попахивают сексуальными домогательствами. В то время как Мартин считает себя отменным шутником и ищет одобрения. Товарищи, в свою очередь, чувствуют, что должны ему потакать, иначе их самих запишут в «девчонки», то есть предатели. Теперь вообразите, что вы Мартин и угодили в неприятности из-за жалобы девочки. Вы оправдываетесь, но со стороны выглядите дурак дураком. Родителям ваша выходка смешной не покажется (даже сочтя, что школа слишком бурно реагирует на нее, они все равно на вас разозлятся). Не покажется она смешной и учителям. И директору. Вам останется лишь сказать в свое оправдание: «Вы же ничего не видели!» Девчонки для вас теперь дуры, которые все воспринимают слишком серьезно и буквально. Тут мы плавно переходим к юмору и девочкам. Как уже говорилось в главе десятой, юмор имеет чуть ли не религиозное значение и силу в Мире мальчиков, однако от этого все становится только сложнее. Юмор – несмотря на его чудесную силу привлекать новых друзей, разряжать неприятную обстановку и даже выступать в качестве оружия против агрессии – порой служит инструментом жестокого унижения, отчуждения и морального уничтожения. Он как лекарство, так и яд. Люди (в данном контексте, девочки) иначе понимают, что такое смешно и как с ними можно шутить [34] . Об этом я говорила в главе «Огонь по своим»: у вашего сына свои представления о шутках. Он имеет право на то, чтобы окружающие уважали границы его личного пространства, и морально обязан уважать границы других. Предупредите сына, что когда-нибудь он невольно обидит девочку, и та расстроится. Как и мальчикам, девочкам тяжело указать собеседнику, когда тот переходит границы [35] . Девочка – как и любой человек – терпеть не может, если ей постоянно указывают на ее недостатки (особенно прилюдно), а потом спрашивают, чего это она так напряглась, и смеются, если она просит обидчика замолчать. Нет, шутить над девочками можно, но не постоянно и не на людях. Если девочка просит замолчать, лучше мальчику и правда заткнуться.Стоит мальчику указать на то, что он переступил черту, как он уходит в глухую и даже агрессивную оборону. Некоторым это удается особенно хорошо – будто они желают еще сильней разозлить девочку. По моей просьбе девочки назвали самые обидные и оскорбительные ответы мальчишек на просьбу замолчать:

1. Расслабься. 2. Да че ты очкуешь? 3. Остынь. 4. Успокойся. 5. Да ты не въезжаешь. Ты не поняла. 6. Ладно, ладно, как скажешь. 7. Че такая злая сегодня? 8. Ну извини (сказано неискренне, лишь бы девочка замолчала). 9. Ты вообще не по делу говоришь. 10. Поговорим, когда у тебя менстра закончится. 11. Че ты как дура? 12. Слышь, сходи мне сэндвич сделай (или другой ответ, указывающий женщине на ее роль в доме).

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Кто-нибудь говорил вам такое? Как вы с этим справились? Вы сами говорили что-нибудь из этого, лишь бы выиграть спор? Наблюдает ли за вашими поступками сын?

Я советую мальчикам, чтобы они начали думать иначе: нельзя говорить ничего подобного девочкам, если хотите решить возникший конфликт. Мальчик или мужчина употребляет подобные фразы в пяти случаях: 1) если ему плевать на девочку и на ее мнение; 2) если хочет побыстрее закончить спор, унизить девочку или сбить ее с толку; 3) не уважает женщин и любит им об этом напоминать; 4) понимает, что спор проигран; 5) если он сознает ошибку, то говорит нечто подобное, лишь бы «сохранить лицо».

В худших случаях (если мальчик вынужден прибегать к сексистским выражениям) у него просто не хватает ни сил, ни ума противостоять девочке и спорить с ней по существу. Если парень заявляет нечто подобное прилюдно (например, в присутствии друзей), он скорее хочет унизить девушку и позлить ее.

...

Уж нам ли не знать, что подобные выражения бесят девчонок. Парень либо не намерен разбираться с проблемой и только делает вид, что поддерживает дискуссию, либо просто не знает девчонок. Если спор происходит на людях, то парень захочет показать всем, что он контролирует ситуацию или что ему плевать; он выдаст нечто вроде: «Сделай мне бутер», или: «Поговорим, когда у тебя менстра закончится». В конечном итоге девочка, униженная, развернется и уйдет, однако «быстрый» способ решения проблемы все усложнит. Девочка разозлится еще сильнее.

Мэтт, 17 лет.

...

Есть у меня друг, который не в ладах с девчонками: делает сексистские замечания, унижает их. Я знаю, что он так прикалывается, но иногда задумываюсь: а вдруг всерьез? Когда я спросила его, шутит ли он так, он ответил: «Нет… хотя, может, и да».

Молли, 16 лет.

Нельзя «хотя, может, и да» шутить. Вы либо шутите, либо нет. Молли выгораживает друга, однако это его «может, и да» не имеет ничего общего с уважением к противоположному полу (представительницей которого, кстати, является Молли). Ей трудно признаться в этом даже самой себе, не говоря уже о том, чтобы заговорить на эту тему с другом, – она боится, что тот в ответ еще сильней начнет унижать девочек. Именно в таких ситуациях девочки подавляют гнев, потом срываются из-за мелочей, а в результате нарываются на еще один шквал унижений – из-за того, что они, видите ли, слишком серьезно все воспринимают. Стоит мальчику подколоть девочку – в сотый раз за последнее время, – и этого комментария достаточно, чтобы девочка сорвалась. Парень озадачен: вроде бы он не сделал ничего нового – и вот тут ему остановиться и перестать машинально, не думая, отмахиваться от девочек, когда они «слишком серьезно воспринимают приколы». В такие моменты девочка, наконец, собирается с духом и высказывает, что чувствует, а чувства людей надо уважать. Если мальчик умеет себя контролировать и прислушается к ней, то поймет: в таких спорах никто не выигрывает, надо решать проблему.

НЕ ТОЛЬКО ДЕВОЧКИ ГОВОРЯТ О «КРИТИЧЕСКИХ ДНЯХ» Женщины, помните, как раздражает, когда мужчины подкалывают по поводу месячных? Так помогите девочкам, преподав урок сыновьям. Поговорите с ним о месячных, как с дочерью… у которой, правда, месячных не случится. Можете подождать, пока сын сам спросит о них, либо взять инициативу в свои руки, когда ему будет лет десять. Или, как было в моем случае, сын все узнает, когда наткнется на ваши гигиенические принадлежности, пропитает их водой и устроит в доме бои на тампонах. Тампоны – вещь дорогая, не давайте сыну использовать их не по назначению. Предупредите его, что будете периодически срываться: мол, такое поведение вам простительно, однако это еще не конец света.Мужчины! Если в доме нет женщины, придется все взять на себя. Расскажите сыну о женской анатомии, заодно предупредив: нельзя подшучивать над женщинами по поводу месячных.

...

Знаете, что в мальчиках особенно смешно? Если у вас плохое настроение или если им надо вас заткнуть, они то и дело прикалываются по поводу месячных. Но стоит сказать, что у вас на самом деле месячные и что вам нужен тампон, они тут же трусят и прячутся.

Кимбер, 16 лет.

ВАШ СЫН ПОЗВОЛИЛ СЕБЕ МИНУТНУЮ СЛАБОСТЬ: СТАЛ СВИНЬЕЙ-ШОВИНИСТОМ.

Молчи, женщина! Фразу произнесли полушутя, желая посмотреть, как отреагирует на нее мама. Думаю, мой сын даже не подозревал, на что нарвался. Я резко обернулась к нему и, прищурившись, произнесла тоном, которого сама же испугалась:

...

Не смей так больше ко мне обращаться. Я твоя мать, и веди себя уважительно. Не смей так говорить вообще ни одной девушке или женщине, ты меня понял?!

Выпучив глаза, сын попятился и пробормотал: «Ладно, ладно, прости».

Я уже и не помню, который из моих сыновей позволил себе такую вольность, но было ему тогда лет восемь. Услышал он такое обращение явно не от отца и не от кого-то из моих друзей-мужчин, но где-то да услышал – от соседа, в школе или по телевизору. Я ушам своим не поверила (ну не может мой сын так со мной разговаривать!).

В тот момент сын, которого я любила всем сердцем и при котором отец ни разу не проявил ко мне неуважения, воплотил в себе всех сексистов, с кем я когда-либо имела дело. Вспомнились мальчики и юноши из школы, унижавшие и дразнившие меня за то, что я недостаточно умна или хороша, задиравшие меня прохожие или уничижавшие меня на деловых встречах мужчины; мгновенно нахлынули воспоминания, пережитые в детстве, молодости и зрелом возрасте. По вине сына!.. Когда я рожала своих мальчиков, мне и в голову не приходило, что они до такого докатятся. Разгневанная и потрясенная, я ощущала, что меня предали.

Почти у любой матери сын рано или поздно применит на практике «сексистские штучки»: либо будет подражать тому, что видит на экране телевизора, тому, как обращаются с девочками его сверстники, или же тому, как с матерью обращаются мужчины в семье. Когда такое происходит – и особенно если сын видит, какой нанес нам удар, – нам настолько больно, что мы молчим и даже пытаемся отрицать очевидное.

Это один из принципиально важных моментов в жизни родителей. Повторюсь: матери для своих сыновей должны быть фигурами авторитетными. Да, чудовищно трудно поддерживать свой авторитет, когда его оспаривают. Когда мать (или учительница) переживает потрясение, предательство, гнев, у нее в душе поднимается такая буря эмоций, что с ответом не сразу найдешься. Молчание же или невнятные ответы дают повод считать, будто неуважение к женщинам – приемлемо, и нам не хватает силы духа противостоять.

Отцам мало вступаться: «Не смей так разговаривать с матерью». Да, это лучше, чем если бы муж поддержал сына, однако вы-то сами за себя не постояли. И в следующий раз сын воздержится от проявления неуважения к вам лишь из страха перед тем, кто вас защищает. Может, сын больше и не будет с вами так разговаривать, но уважать вас он тоже не будет. Естественно – а для него еще и приемлемо – потом перенести неуважение на других девочек и женщин.

В идеале разобраться надо, пока сын еще мал. Если вы читаете эту книгу, и у вас достаточно взрослый сын (скажем, лет двенадцати) или моложе (но при этом крупный и задиристый), и вы замечаете проблемы, необходимо разработать стратегию для эффективного изменения отношений (с вами и, может, даже с остальными членами семьи). Есть колоссальная разница между тем, когда ваш сын еще мал, слабее вас, и тем, когда он уже физически развитый юноша, чьи агрессивные выходки представляют реальную угрозу. Тогда он может запросто отмахнуться от вас, сказав: «Ты, мать, вообще ничего не решаешь». Если у вас именно такая ситуация, в одиночку разобраться не получится. Вам понадобится помощь, чтобы выяснить, как вы с сыном до такого дошли, и выработать план – как постоять за себя и при этом не пострадать ни морально, ни физически.

И ЕЩЕ О СЕКСИСТСКИХ ЗАМАШКАХ Незадолго до того, как переехать из Вашингтона в Боулдер (штат Колорадо), я прогуливалась с сыновьями по Бетесде (штат Мэриленд), зажиточному пригороду округа Колумбия. Мы только-только хотели перейти дорогу по «зебре» у перекрестка, когда прямо перед нами промчался зеленый универсал «субару». Я еле успела втащить Илайджу на тротуар, а водитель крикнул из окна: «Убери детей с дороги, сука!» Мы проводили его взглядом до светофора, футах в пятнадцати от нас. Потом отдышались, и я мысленно поблагодарила Бога за то, что Илайджа не пострадал. После снова взглянула на «субару»: водитель все еще ждал зеленого света. Женщины, бывает, нарываются на мужчин, которых хлебом не корми, дай только показать ненависть к противоположному полу. В таких ситуациях думаешь: «Лучше помалкивать, ведь не знаешь, как этот тип отреагирует на замечание». Хорошо, если вас и правда эта мысль успокаивает, однако всякая ситуация по-своему индивидуальна – как и любая женщина. Кто-то захочет ответить, кто-то уйти, кто-то не найдет, что сказать. Как бы вы ни отреагировали, не теряйте времени – скажите что-нибудь детям. Я сильно разозлилась на водителя – ведь он чуть не сбил моего ребенка, и пошла к его машине. В салоне сидели двое белых мужчин средних лет. Я высказала водителю: дескать, вы чуть не убили моего сына, а после еще и унизили меня. Он снова ответил ругательством. Тогда я обратилась к пассажиру: спросила, каково общаться с человеком, который оскорбляет матерей при детях? Он даже не взглянул на меня. Водитель бросил еще пару ласковых, потом зажегся зеленый свет, и он умчался. Жаль, при мне не было телефона – сфотографировала бы его номерной знак и обратилась в полицию. Возвращалась к сыновьям я в подавленном и унылом настроении. Одно дело, когда ты сама за рулем и тип в соседней машине показывает тебе средний палец – с этим я разбираться умею. Взглянув на ребят, я решительно сказала им: «Вы не станете такими, когда вырастете». А что вы сказали бы своим мальчикам? «Я так испугалась. Этот тип чуть не сбил тебя, да еще такого наговорил мне. Поверить не могу…». Не забывайте: оба моих сына в ту пору были сравнительно малы, ниже меня ростом. Вряд ли водитель «субару» решился бы оскорблять меня сегодня, когда Илайдже двенадцать и рост у него метр восемьдесят, а выглядит он на все шестнадцать (да, он вырастает на 15 сантиметров за год). Если сын вдруг захочет вступиться за вас, уважайте его чувства, но не позволяйте вмешиваться. Просто ответьте обидчику самым правильным, как вам кажется, образом, а сыну скажите нечто вроде: «Пусть ведет себя как сволочь, если ему так охота, но я не допущу, чтобы ты из-за него попал в беду». Покажите силу, характер.Это общие проблемные моменты: создаваемый индустрией развлечения образ девушки, которой приходится иметь дело с неприятными типами, и попытки женщин отстоять свой авторитет, когда его оспаривают сыновья и просто близкие или знакомые мужчины. Однако повседневная реальность вашего сына иная. Про абстрактные понятия и убеждения относительно женщин и их происхождения он думает в последнюю очередь. Его больше заботит то, как быть, если группа Подлых девчонок ополчится на него, как отделать младшего брата, если тот выдал романтическую тайну, или когда его отвергли и он зализывает душевные раны. А вам надо придумать, как быть, если ваш сын по уши влюбился в какую-то девчонку, или если вы оказались в нелепой ситуации, когда в два пополуночи включили свет в гостиной, а там сын на диване «расслабляется» с кем-нибудь.

17. Неприятности с девочками.

...

Была у нас в школе банда задир – одни девчонки. Постоянно парней задирали, на ровном месте. Взрослые отворачивались, думали, типа девки парней не обижают, типа это все выдумки.

Никто, 11 лет.

...

Была у меня как-то подружка, которая вечно бесилась, потому что я, видите ли, не отвечал ее «ожиданиям». Она с чего-то решила, будто если встречаешься с парнем, то ты попала в сказку про Золушку. Она так злилась, что не обращала на меня внимания, не смотрела в глаза, короче, ПРОВЕРЯЛА, нравится ли она мне по-настоящему! Бред!!! Если бы она мне не нравилась, я бы с ней не встречался!

Лук, 15 лет.

...

У меня есть друг, который два месяца мило трещал с одной девчонкой по телефону, убалтывал ее и, наконец, уболтал. Она приходит к нему домой, оказывает «услуги», а он потом ее вышвыривает. Девчонка заводит разговоры про отношения, а он раз – и удаляет ее из контактов. Этот парень всем нравится, для нас он пример, потому что получает все, чего захочет, и ему за это ничего не бывает. (По-моему, этого все парни добиваются.).

Коул, 16 лет.

ЧТО ВАМ ХОТЯТ СКАЗАТЬ МАЛЬЧИКИ О ДЕВОЧКАХ:

• Если девочка злится на мальчика, она собирает против него банду подружек.

• Если не соберет, то будет дуться на него (не говоря, за что), а потом распсихуется на людях из-за какой-нибудь мелочи.

• Мальчиков вечно за все наказывают, а девчонкам вечно все прощают [36] .

• У девчонок двойные стандарты: они запрещают называть себя шлюхами, сучками, а сами только так друг к дружке и обращаются.

• Порой хорошая подруга может значительно скрасить жизнь.

• Мальчикам очень трудно воспринимать девочек всерьез, если те глупее их и/или помешаны на фигуре и шмотках.

А ВОТ ЧТО Я ХОТЕЛА БЫ СКАЗАТЬ О МАЛЬЧИКАХ И ДЕВОЧКАХ: • Мальчики – как и все – склонны занижать степень ущерба, который причиняют окружающим. Впадают в ступор, когда девочки злятся на них – за то, что они либо забыли нечто, либо не понимают, что натворили. • Не стоит переживать из-за того, насколько ваш сын интересуется девочками: сходит по ним с ума, заглядывается на них время от времени, сохнет по одной-единственной, не смотрит на них – это все нормально. • Большинство мальчиков убеждены, что им-то с девчонками общаться трудней, чем их сверстникам. • Кто-нибудь да разобьет сердце вашему сыну. • У всех свои «тараканы в голове». Ваша задача – научить сына прислушиваться к своим желаниям и желаниям сексуального партнера.• То, что ваш сын вырос в Мире мальчиков, не значит, что ему приятно все направленное на него сексуальное внимание. То же справедливо в отношении его партнерши (неважно, на какой они стадии отношений).

ПРОБЛЕМЫ С ДЕВОЧКАМИ В НАЧАЛЬНЫХ КЛАССАХ Неприятности с девочками могут начаться задолго до того, как мальчик войдет в пору созревания. Мы бываем озабочены агрессией девочек друг к другу (не хуже мальчишек), однако не обращаем внимания на то, как девочки задирают мальчиков. Может, потому, что девочки такие милые? Может, задирая мальчиков, они просто подражают задирам-мальчикам, и мы предпочитаем обращать внимание только на последних? Взрослым важно, не забывая о подлом отношении мальчиков по отношению к девочкам, помнить: и девочки могут быть подлыми с мальчиками.Я просила членов редколлегии, которые учатся в начальных классах, ответить на ряд вопросов (привожу самые распространенные ответы):

С ЧЕГО НАЧИНАЮТСЯ БОИ С ДЕВОЧКАМИ?

...

Начинается с одной девчонки, которая потом стучит подружке, а та – остальным. Все становится хуже и хуже, и ты не понимаешь, чем провинился. А они-то с тобой не разговаривают! В итоге приходится извиняться непонятно за что. Я извиняюсь неискренне. То есть, если девчонки бесятся – то неискренне, а если им грустно, тогда да, мне по-настоящему стыдно.

Брайан, 11 лет.

ЧТО ЕСЛИ ТЫ И ПРАВДА НЕ СОГЛАСЕН? ЕСЛИ И ТЫ ЗЛИШЬСЯ НА ДЕВОЧКУ?

...

У мальчиков есть отдельное хранилище для подавленных чувств.

Натан, 12 лет.

...

Бесполезно спорить с девчонкой, если она на тебя злится: ты один, а с ней подружки. Так всегда происходит на переменах – приятели тебе не помогут, ведь если они вступятся за тебя, то потратят время и не успеют порезвиться. Кому охота нарываться на злых девчонок, если можно поиграть в вышибалы?

Трой, 12 лет.

ТЫ РАССКАЗАЛ БЫ СВОЮ ВЕРСИЮ СОБЫТИЙ? ПРИЗНАЛ БЫ ВИНУ, НЕ ВДАВАЯСЬ В ПОДРОБНОСТИ?

...

Только если вмешается учитель, а это уже другое дело. Может, и скажу, из-за чего сыр-бор. Хотя вряд ли. Потом весь класс от меня отвернется.

Макс, 11 лет.

ДАЖЕ МАЛЬЧИКИ?

...

Если у тебя мало друзей, то да, и такое может случиться.

Макс, 11 лет.

КАК ВЫ УТЕШАЕТЕ ДРУГ ДРУГА?

...

Подходим к тому, кто поругался с девчонкой, и начинаем ее обсуждать или соглашаемся с ним во всем. Говорим, какая эта девчонка коза и что она со всеми парнями такая.

Тейлор, 12 лет.

Команда моего сына Роуна играла в футбол, и ко мне подсел Бен. Это пятиклассник из маленькой государственной школы, и в его классе девочек куда больше, чем мальчиков. Он слышал, что я помогаю разбираться с Подлыми девчонками, и хотел попросить совета. Мы поговорили. У Бена имелись все причины расстраиваться: ему приходилось иметь дело с целой командой Подлых девчонок. Они сплетничали, игнорировали его, задирали или обзывали глупым, если он не соглашался с их мнением.

Если ваш сын оказался в идентичном школьном окружении, имейте в виду: неважно, насколько ваша школа «хороша»; когда девочек в классе больше, чем мальчиков, ему практически обеспечены проблемы. Что еще хуже, большинство ребят ходило в ту школу с садика, так что учащиеся давно свыклись со своими ролями, репутацией и разделением на группы. Это также означало, что Королевы улья могли утвердить свою власть, не опасаясь ни угроз, ни бунта до самых средних классов. Бену эти девчонки казались всемогущими, он не верил, что взрослые воспринимают проблему всерьез.

Как помочь Бену – или другому мальчику – противостоять Подлым девчонкам? Во-первых, напомните ему, что он достаточно силен, пусть не беспокоится и не злится из-за девчонок. А еще у него есть полное право разочароваться во взрослых, которые не спешат решать проблему. Во-вторых, раз он в начальных классах, обратитесь к учителю, расскажите о переживаниях сына и его мыслей по поводу невмешательства взрослых. В-третьих, ему надо определиться, как взаимодействовать с девочками. Опять-таки, он еще мал, и вы в состоянии на него повлиять. Используйте метод СПОРа, чтобы выработать стратегию, но прежде подумайте: что вы точно знаете о сыне. Если он толстокожий, хороший атлет и ладит с другими парнями, то ему может просто потребоваться ваша моральная поддержка.

Если у него нет хотя бы одной из перечисленных черт, тогда он более открыт для нападок Подлых девчонок, особенно во время перемен или на игровой площадке. Ему потребуется больше поддержки от учителей. СПОР поможет ему отразить атаку. Например: «Давно пора понять, почему ты мне не нравишься. Вечно пристаешь ко мне, тебе самой не противно? [37] ». Неважно, как он ответит, девочки постараются оставить последнее слово за собой. Могут, например, посмеяться над ним, закатить глаза или обозвать маменькиным сынком (смотря что его больше заденет). Впрочем, это еще не значит, что он не отстоял своих позиций.

Если сын не отомстит девчонкам, вы, может быть, об этом и не узнаете. Зато если отомстит, то вас об этом, скорее всего, известит директор. Какие неприятности его ждут? Представьте, что девочки от него не отстали, а взрослые так и не решили проблему. И вот идет урок физкультуры или перемена, девочки играют с вашим сыном в вышибалы [38] . Будем до конца честными: вы на его месте устояли бы перед искушением запустить одной из обидчиц мячом в голову? Если попадете, девочки на вас пожалуются, и вы получите очередное доказательство, что «мальчиков вечно наказывают, а девчонки выходят сухими из воды».

ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ, КОГДА МАЛЬЧИКИ УНИЖАЮТ ДЕВОЧЕК? Как вы отреагируете, если сын вдруг заявит: «Люди такой-то национальности – сплошь лентяи»? Разозлитесь? Смутитесь? Скажете ему что-то в ответ? Какая разница между подобными расистскими высказываниями и фразами типа: «Все девки – дуры, у них одни шмотки и косметика на уме, и вообще они слабачки»? Во втором случае у сына будет возможность опровергнуть ваши обвинения, мол, вы не знаете девчонок из его школы. Может, у него есть и отрицательный опыт общения с девочками, однако надо напомнить, что этот его отрицательный опыт не отражает всей действительности. Так что никаких обобщений и поверхностных суждений – пусть даже этим грешат девочки в отношении мальчиков.

ДЕВОЧКИ В КОМАНДЕ С вашим сыном в команде (в четвертом, пятом или шестом классах) играли девочки? Хотя бы одна или две? Наблюдая за игрой с трибун, мы зачастую упускаем то, что происходит между ребятами. Обычно в команде находится как минимум один зашуганный мальчик, вынужденный задирать девочек, пока родители и тренеры не слышат. Мальчикам надо учиться соревноваться с девочками. Соревноваться, а не задирать их, сбивая с толку и отвлекая от игры. Не дело выяснять на поле, кто кого лучше. Суть игры и командной работы не в этом.Можно, кстати, воспользоваться случаем и поставить сына в известность: вы переживаете за его знакомую, за то, каково ей приходится в команде. Возвращаясь с тренировки, скажите следующее:

...

Вы: Как думаешь, каково Майе быть единственной девочкой в команде?

Сын: Понятия не имею, хорошо, наверное.

Вы: Знаешь, в команде бывают мальчики, которым нравится унижать девочек. Одни девочки могут дать отпор, другим приходится тяжелее. Если Майю кто-то задирает, скажи ей наедине, что лично тебе это не по душе. Если признаешься ей при остальных мальчиках, они засмеют тебя. Необязательно дружить с ней, но поддержать надо. Майя такой же член команды, как и все остальные.

КОГДА ЕГО ПОБЕДИЛА/ПОБИЛА ДЕВОЧКА.

Если мальчика побила девочка, для него это унизительно – и неважно при этом, как вы его воспитали. Мальчики не видят смысла в соревновании с девчонками: в случае победы до результата никому нет дела (мальчишки априори сильнее!), а в случае проигрыша их засмеют. Если сын – большой хвастун, для него поражение будет еще больнее. Мальчикам надо учиться проигрывать с честью, причем неважно кому. Проигрыш должен служить стимулом для более упорной работы над собой, и нечего валить все на обстоятельства. Для девочек самое обидное – то, что мальчишки, которые громче всех заявляют, мол, с девчонками играть неинтересно и не азартно, потом громче всех хвастают победами над ними. Если замечаете за сыном подобное поведение, пресеките его. Повторюсь: хорошо, когда отец вступается за мать, однако лучше маме самой вставить свое веское: «Нельзя унижать проигравших девочек и даже мальчиков, побежденных девочками». Если же у вас за спиной сын унижает девочек, то, зная ваше отрицательное отношение к таким вещам, он все-таки поумерит пыл.

СРЕДНИЕ КЛАССЫ Посмотрите на учениц седьмого и восьмого класса, а после – на их одноклассников. За редким исключением – мальчиков, начавших бриться в 14 лет, – нескладным семи– и восьмиклассникам, у которых время от времени наступает эрекция, естественно бояться девочек. Я – женщина, куда старше восьмиклассника, но их сверстницы пугают и меня. Можно преподать учащимся средних классов множество уроков о том, как девушек и женщин изображает медиакультура, но они все равно будут думать, что вы сумасшедший, если считаете, будто у девчонок должны быть какие-то привилегии. Эти восьмиклассницы, «забивая» на сверстников, гуляют с парнями года на два старше себя.Ваш сын может избежать множества из этих проблем, а может и столкнуться с ними уже в классе седьмом. Не нервничайте, если прочтете здесь то, к чему еще не готовы. В крайнем случае пропустите эту часть.

ВЛЮБЛЕННОСТИ Представьте такую картину: вы счастливы, что наконец сумели собрать всю семью на ужин за одним столом. Телефоны выключены, аппетит у всех отменный, и тут у одного из сыновей на губах расцветает ехидная усмешка.

– Кстати, мам, а Джону нравится София! Джон (ваш старший) смотрит на него испепеляющим взглядом. – Заткнись, – говорит он. Прежде Джон даже не заикался о девочках. Ни разу. Вы невольно спрашиваете: – Правда? Кто такая София? Ваш голос звучит чересчур оживленно. – Никто, – отвечает Джон, продолжая смотреть на младшего брата испепеляющим взглядом. – Я ее знаю? – Не о чем тут разговаривать. Вы, не в силах побороть любопытство, обращаетесь к стукачу (младшему ребенку, который сдал Джона): – Какая она, эта София? Джон встает из-за стола (либо сидит с отсутствующим видом). Поймите одно: любопытство в вас возбудил младшенький. Скажите ему вот что: «Если Джон захочет признаться, он расскажет. Сам. Это его решение, не твое. Если ему понадобится моя помощь – пусть обращается, а кто ему нравится – его личное дело».Вот что, в понимании вашего сына, такое уважение личного пространства. Другой ребенок не должен манипулировать вами. Если хотите разузнать о подружке Джона, покажите ему для начала, что понимаете, почему он не хочет распространяться о ней. Нельзя тащить из него информацию клещами, вот так:

...

Братишка моего друга проболтался за ужином. Отец не разрешил моему другу выходить из-за стола, пока не расскажет о подружке все. Ужас какой-то. Парень чувствует бессилие, все вокруг него теперь враги.

Филип, 16 лет.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Вспомните свою первую влюбленность. Она была взаимной? За что вам понравился тот человек? Вы о нем кому-нибудь говорили? При мысли о нем ваше сердце начинает биться чаще? Посочувствуйте сыну.

АГРЕССИВНЫЕ ДЕВОЧКИ.

...

Уму непостижимо, насколько девчонки сегодня агрессивны! Когда я училась в средних классах, то даже не думала домогаться мальчиков, как сегодня их домогаются одноклассницы.

Наверняка вы слышали нечто подобное от знакомых родителей. Может статься, вы и сами произносили такие слова. Особенно, если у вас нет дочери и вас не окружают толпы девочек. Нередко девочки в средних классах (а порой и в начальных) выбирают из класса «симпатяшку» и буквально душат его вниманием, звонят, шлют эсэмэски. Бывает, девочки дерутся из-за мальчика или заставляют его кого-то из них выбрать. Ответную реакцию мальчиков можно разделить на две категории: он либо становится невыносимо заносчивым, пока кто-нибудь не разобьет ему сердце, либо пугается и бежит.

Такое поведение девочек оправданно в плане развития, хоть и раздражает мамочек мальчиков. Взрослея, мальчики и девочки должны как-то проявлять сексуальность, вот и перебирают способы самовыражения, смотрят, как на них реагируют. Это не плохо и не неправильно, просто выглядит странно, когда объектом внимания становится ваш сын.

Сложности могут начаться в восьмом – если не в седьмом – классе, когда девочки с немалыми сексуальными проблемами ведут себя чересчур вызывающе. Вот из-за них у родителей и встают волосы дыбом. Взрослые сразу забывают, что они – взрослые, и сплетничают о тринадцатилетней девочке. Нередко эти сплетни доходят и до «виновницы торжества», а посему прошу вас обратить внимание на два момента. Даже если вы не употребляете нецензурных ругательств и слов типа «потаскуха» для описания как самой девочки, так и ее поведения, запомните: девочки созревают в мире, который только и ждет, чтобы их испортить. Кого-то из них предал близкий взрослый человек: инцест, физическое насилие, насилие под воздействием алкоголя или наркотиков, пренебрежение – вот что бывает за плечами таких девочек, которые, между прочим, происходят далеко не из самых бедных и проблемных семей.

...

ПРОВЕРЬТЕ БАГАЖ:

Почему эти девочки вас злят? Кажется ли вам, что сын не сможет противостоять им? От чего вы хотите его защитить?

Если при вас начинают судачить об агрессивной девочке – пресеките это. Восстаньте против жестокости, если не хотите, чтобы ваш сын ей потворствовал. Нужно лишь сказать: «Мне неприятно говорить об этой девочке таким образом». Если желаете пояснить, добавьте: «Не следует употреблять ругательства по отношению к восьмиклассницам».

РАЗОБЛАЧАЯ БЛЕФ.

...

В восьмом классе мы играли в баскетбол на выезде, так что пришлось воспользоваться девчачьей раздевалкой. Мы только вошли, даже не успели снять пиджаков и галстуков, как показались две девчонки. Один из наших как заорет: «Засветите сиськи!» Девчонки развернулись и ушли, однако вскоре вернулись и засветили буфера. Мы так и офигели. Секунды три стояли молча, а потом не совладали с собой и заулюлюкали. Чувак, кричавший про сиськи, пошел отлить и все пропустил, разозлился, что никто не заснял девчонок на камеру телефона.

Уилл, 20 лет.

Когда я разместила этот пост на своей странице в Facebook, он вызвал бурю эмоций среди родителей и педагогов из числа подписчиков. Большинство высказалось в том смысле, что девочки поступили ужасно и вскоре об этом пожалеют. Однако для меня ситуация гораздо сложнее, особенно если дело привлекает внимание родителей и школьной администрации. Вот как взрослые поймут «факты» в лучшем случае:

Девочки были в курсе, что в раздевалке мальчики, ведь на двери висела табличка «Команда гостей». Они вошли, прекрасно сознавая, что могут застать мальчиков частично раздетыми [39] . Один из ребят совершает нечто вроде уличного сексуального домогательства, и девочки «отвечают», показав груди. Они выбрали сомнительный способ отыграться или заявить о себе. Думаю, свою роль сыграло и то, что мальчики были приезжие, то есть с ними девочкам не приходится общаться каждый день.

Ситуация неоднозначная. Нынешнее поколение девочек знает: можно заснять любую их выходку. Те две девочки вернулись в раздевалку, прекрасно сознавая, что у кого-нибудь из мальчиков под рукой окажется телефон с камерой. Однако в том-то и загвоздка: девочки вряд ли думали об этом, когда возвращались в раздевалку.

Джеймс Эверитт, директор частной средней школы Св. Сердца, что в городе Этертон (штат Калифорния), поделился мнением:

...

Развитие технологий сокращает количество времени, которое остается директору на то, чтобы составить внятный и вразумительный ответ, помочь школьникам – обоих полов – вырасти и повзрослеть. Не успеваем мы узнать о досадном происшествии, как нам уже звонят родители. Во-вторых, за школами сегодня пристально следят: не дай бог случится нечто, что можно определить как сексуальное домогательство или травлю. Настоящему школьному администратору требуется некоторое время, чтобы поговорить с мальчиками и девочками, участниками эпизода, выяснить их мотивы и заодно определить, имело ли место домогательство как таковое. В случае Уилла недостойно поступили обе стороны, однако они действовали в полном соответствии с тем, как молодые люди примеряют на себя различные типы личностей и пытаются сориентироваться в школьной социальной иерархии. С нашей стороны было бы идеально забыть о вопросе дисциплины и подумать о случившемся с точки зрения взросления, памятуя о насущных потребностях созревающего подростка. Нынешнюю молодежь вовсю провоцируют на агрессивное сексуальное поведение, сулят награды за дерзкие выходки. Возможно, мы могли бы помочь подросткам, научив ориентироваться в этих мутных водах и преподав здоровые примеры для подражания.

Случаются другие ситуации, в которых девочки ведут себя аналогичным образом – когда они пьяны или в силу неуверенности не могут отказать толпе мальчиков (см. часть «Тупая блондинка» ниже). В большинстве случаев гордиться девочкам нечем, потому что мальчики или уговаривают их, или заставляют унизиться силой.

Все это подводит нас к тому, что в правила пользования мобильным для сына надо включить следующий пункт: «Не фотографировать обнаженных или полуобнаженных девочек. Даже если они сами перед тобой обнажаются». Это еще один пример того, как сложно воспитывать сегодня детей.

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Не говорите: «Сейчас тебе они противны, зато потом…».

Не говорите: «Дружба между юношами и девушками невозможна». И не улыбайтесь, когда сын спорит с вами и говорит нечто вроде: «Вот увидишь». Вы лишь подтверждаете расхожее мнение, будто между мальчиками и девочками не может быть полноценных и осмысленных дружеских отношений – разве что романтические и сексуальные. Да, конечно, может статься, что и такое имеет место, но из уст родителей подобные тезисы звучат как неуважение к дружеским чувствам. Если вы хотите, чтобы у вашего сына завязалась крепкая дружба с девочкой, не спешите сексуализировать их отношения. Даже если в итоге вы окажетесь правы (хотя бы в одном конкретном случае), не говорите потом: «А я тебя предупреждал!».

ОЧЕНЬ АГРЕССИВНЫЕ ДЕВЧОНКИ.

...

Я обнаружила на телефоне сына эсэмэски и фотографии, больше похожие на снимки из кабинета гинеколога. Написала отправительнице, что я мама этого мальчика, и что не надо опускаться до такого. Девочка ответила, дескать, она теперь другая, а то был отвязный период в ее жизни. (Правда, фото и сообщения она прислала за два дня до того, как я их обнаружила.).

Келли.

Если подобные сообщения приходят вашему сыну, перечитайте рекомендации про секстинг. Важно здесь поступить как Келли: не судить (не приклеивать девушке ярлыков), а донести до нее, на какие нормы поведения следует ориентироваться.

КАК ОБЪЯСНИТЬ МАЛЬЧИКУ, ПОЧЕМУ ДЕВОЧКИ ПРИТВОРЯЮТСЯ ДУРОЧКАМИ?

...

Когда мне было двенадцать, я удивлялся: почему девчонки не показывают при парнях своего истинного лица. Собираются в стайки, пищат, смеются, поглядывают на нас. Потом одна подходит к тебе и передает сообщение. Сегодня я бы решил, что они хотят меня склеить. Это же очевидно: зачем вести себя так по-дурацки, если только не хочешь склеить парня?

Патрик, 16 лет.

Вы когда-нибудь слышали, чтобы девушка или женщина чихала как котенок? Встречали ли вы, будучи подростком, по-настоящему умную девушку, которая вела себя среди парней как последняя дура? Замечали то же за женщинами, которые посещают студенческие вечеринки? Может, если заглянете в зеркало, одна из таких дамочек посмотрит на вас в ответ?

Девочек, ведущих себя подобным образом, я называю «Тупая блондинка (ТБ)» – в честь героини бесчисленных анекдотов.

...

Думаю, напускная глупость девочек – на совести мальчиков, потому что девочки неким образом убеждаются: мальчикам нравятся беспомощные и глупые девочки, а девочки хотят нравиться мальчикам, вот и скатываются до такого.

Эмили Г., 16 лет.

Есть целый набор уловок из арсенала ТБ, к которым все мы когда-нибудь инстинктивно прибегали. Девочки понимают принцип трюков, руководствуясь негласными правилами своего Мира. Такой тип поведения сулит кратковременные выгоды: следуя ему, легко привлечь внимание мальчика. Однако у этой схемы имеются побочные эффекты. Парни не воспринимают ТБ всерьез, а остальные девочки считают их глупыми и распутными – ТБ заставляют их чувствовать себя неуютно. С одной стороны, они ревнуют: ТБ достается внимание мальчиков. С другой, они видят: парни ТБ не уважают (что, впрочем, не мешает некоторым из них брать ТБ в оборот). Девочки ненавидят ТБ, ведь по их вине «привлекательные» девочки воспринимаются как глупые и недалекие. Надо ли скрывать свою истинную суть, чтобы понравиться мальчикам?

Повзрослев, девочки понимают: вести себя как ТБ – инфантильно, и придумывают себе оправдания. В ход идут алкоголь и наркотики. До тех пор пока у девушки в руке бокал или бутылка, у нее есть законный повод тупить. Трансформируясь из Тупой блондинки в Пьяную дурочку, девушка может использовать спиртное для оправдания образа сексуальной Тупой блондинки. Она загоняет себя в заведомо проигрышную ситуацию (и неважно, чем она при этом рискует).

Мальчики тоже грешат такими выходками, просто их за это не так сильно критикуют – а если и критикуют, то их социальный статус не страдает. Если мальчики не к месту снимают рубашки (и фотографируются в таком виде для альбома в Facebook) или не в меру сильно дурачатся при девочках, они – мужской эквивалент Тупой блондинки. Таких ласково называют «отморозками».

СТАРШИЕ КЛАССЫ Представьте, что ваш сын или его знакомый жалуется: чего ради девчонки носят облегающие наряды, а сами не желают внимания со стороны парней? Вот что можно ответить: «Многие девочки добиваются внимания мальчиков, однако есть большая разница между тем, чтобы по достоинству оценить привлекательность девушки, и тем, чтобы обращаться с ней как с дурочкой и/или куском мяса. Если девушка надела откровенный наряд, она не обязательно ищет секса. Желание ощущать себя сексуальной – еще не призыв к половым сношениям».

КАК ОБЪЯСНИТЬ, ПОЧЕМУ ДЕВОЧКИ ЗЛЯТСЯ, ЕСЛИ ИХ ОБЗЫВАЮТ НЕХОРОШИМИ СЛОВАМИ (ПУСТЬ ДАЖЕ ОНИ САМИ НАГРАЖДАЮТ ДРУГ ДРУЖКУ ТЕМИ ЖЕ ЭПИТЕТАМИ)?

...

Девчонок в нашей школе не понять – ужасные лицемерки. Сами обзывают друг дружку сучками, шлюхами и т. д., но стоит им услышать те же слова от парня, как они бесятся. Я с этим мириться не намерен. Надо высказать им, кто они такие на самом деле.

Сэм, 17 лет.

Сэм прав: со стороны девочек обзывать друг друга и злиться, слыша те же слова от мальчиков, – это лицемерие, которое, однако, не дает мальчикам права обзывать девочек, пусть повод и кажется им подходящим. А еще девочки убеждены: услышать грубое слово по отношению к себе от другой девочки не так обидно и унизительно. К тому же так общаются друг с другом только близкие подружки, то есть, они видят, когда их задирают по-доброму и когда хотят опустить (примерно по той же причине белым ребятам не стоит употреблять геттовский жаргон в присутствии темнокожих сверстников).

И раз уж мы заговорили о «потаскухах» и прочих сильных выражениях, то уделим внимание отговорке типа: «Это же просто слова, они ничего не значат», которой пользуются как мальчики, так и девочки. Точно так же, как ребята не к месту употребляют слово «педик», желая унизить сверстника, они употребляют уничижительные слова в отношении девочек. Своим учащимся я устраиваю примерно следующий исторический экскурс:

Так сложилось, что нецензурным словом называют женщин, от которых обществу нужен лишь секс и которым не позволено иметь своего мнения. Эпитетом «сучка» наделяют чрезмерно самоуверенных женщин. Суть обоих этих эпитетов в том, чтобы лишить женщину права слова. Они крайне эффективны в споре: услышав подобное в свой адрес, девушка тут же замолкает. Ей либо становится не по себе, либо она злится. Дальше, на взгляд мальчиков, девочки начинают вести себя крайне нелогично.

Например, все знают, что некоторые девочки могут прихорашиваться часами, вечно недовольные своим внешним видом. В такие моменты легко поверить, будто у девочек на уме одни шмотки и макияж. Однако они вынуждены вести себя так, это не заложено в их природе. Они пытаются решить в уме сложное уравнение: как выглядеть сексуальной и не переступить границ (в глазах сверстниц). Вот она и силится примирить две непримиримые стороны: соответствовать вкусам мальчиков и девочек.

...

Мы стараемся выглядеть привлекательно, а вместо этого выводим окружающих из себя. Баланс соблюсти не просто сложно – невозможно.

Морин, 18 лет.

ДЕВОЧКА-ПОФИГИСТКА.

Вспомним еще один тип девочек, с которым вы сталкивались в юности. Симпатичная, она всегда дружит с мальчиками, тогда как остальные девочки жалуются на их грубые, сексистские замашки. Само собой, парням (особенно грубиянам и сексистам) эта девочка нравится, к тому же она позволяет не реагировать на жалобы других девчонок.

Как бы сильно ни раздражала сверстниц пофигистка, ее успех не дает им покоя. В голове у девочек мешанина: как одновременно совместить в себе ТБ и пофигистку, соблюсти вечный баланс между желанием быть сексуальной и не сойти за женщину легкого поведения. Девочки себе-то не сразу могут признаться, чего хотят, не говоря уже о том, чтобы заявить о своих желаниях окружающим. Теперь добавьте к этому вечные «расслабься» и «остынь» от мальчиков… Что же удивляться, когда девочки посылают мальчикам смешанные и неоднозначные намеки!

Передайте сыновьям: девочкам трудно определиться с намеками в сторону мальчиков. Не потому, что девочки глупые – просто они растут в среде, которая посылает им слишком много запутанных и противоречивых сигналов.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТЕРМИНОВ В моих разговорах со старшеклассниками частенько звучат определенные термины, которые неплохо бы знать и родителям. Если ваш сын в разговорах с друзьями то и дело употребляет какое-то непонятное слово, просто зайдите на сайт Urban Dictionary и вбейте это слово в строку поиска. Уверена, значение найдется тут же.

Сталкинг: прежде сталкерами называли маниакально настроенных и нередко агрессивных преследователей. Сегодня же мальчики и девочки награждают этим эпитетом всякого, кто проявляет к ним нежелательное внимание. Разумеется, сталкеры, в старом смысле этого слова, никуда не делись, а посему следите за тоном и контекстом, в котором ребенок употребляет данный термин.

Крипинг [40] : обычно это форма сталкинга или нападения на девочек.

Дружба: отношения с кем-либо, о которых все знают.

Интрижка: разные люди понимают это слово по-разному. Интрижка может подразумевать секс или невинные поцелуйчики (или нечто среднее). Впрочем, если парень в компании друзей заявляет, будто у него с кем-то интрижка, предполагается, что все в курсе, о чем он.

Предъявы: если мальчику нравится девочка и он желает побороться за нее со сверстником, минимизируя при этом ущерб, он заявляет права на эту девочку. (Либо же он хочет просто отбить ее у более слабого сверстника.) Ребята не учитывают одной малости: в конечном итоге выбор остается за девочкой.

Дружба с привилегиями: сексуальные отношения без обязательств. Не стоит обманываться их внешней простотой: в таких отношениях обе стороны молча соглашаются, что дальше секса дело не пойдет. Некоторых девушек устраивает секс без серьезных отношений, однако есть и те, кто соглашается с таким раскладом только на словах – просто не хочет признавать, что желает большего. Порой мальчик знает или подозревает об истинных желаниях девочки, но пользуется ею только для секса.

Френдзона Ситуация, в которой мужчина хотел завести с женщиной романтические отношения, но потерпел неудачу и остался «платоническим другом». Ходят слухи (непроверенные), будто в такой же ситуации оказывались и женщины.

...

Urban Dictionary.

Есть большая вероятность, что когда-нибудь и ваш сын окажется во френдзоне. Если заметили, как он сохнет по подружке, спросите: не хочет ли он поговорить об этом. Однако помните: вы ступаете по очень тонкому льду. Не употребляйте клише вроде: «Раз она не видит, какой ты хороший, значит, она тебя недостойна». Просто выслушайте сына, согласитесь, что да, положение не из приятных, а после я бы дала единственно уместный совет: не стоит ее дожидаться.

«ПЛОХИЕ ПАРНИ», МУЖСКОЙ ЭКВИВАЛЕНТ ТУПЫХ БЛОНДИНОК.

Самое страшное для приличных мальчиков – видеть, как сексапильные девочки достаются плохишам. Родители хотят вырастить из мальчиков мужчин, которые уважали бы женщин. Мальчики же мешают девочек с грязью просто так, ради прикола. Им упорно внушается: если ты дурно обращаешься с девчонками, они хотят тебя еще больше. Подумайте над фразами «Хороших бьют» или «Хочешь, чтобы девка липла к тебе, как грязь, вот и мешай ее с грязью».

Ситуации, аналогичный той, что описал в начале главы Коул (когда парень дурно обращается с девушкой и остается в выигрыше), нередки. Нечего удивляться, когда юноши принимают на веру принцип: дурное обращение с девушками гарантирует успех.

Представьте, что это те же Тупые блондинки, они ищут внимания противоположного пола. Порою такой способ срабатывает. Если хотите поговорить об этом с сыном, дождитесь подходящего момента и скажите: «Надо держать в голове пару примеров для подражания. Людей, которые не следуют клише “плохого парня”. Не веди себя по-свински, чтобы самоутвердиться». Назовите эти примеры. (Ни в коем случае не упоминайте кумиров нынешней молодежи!).

...

ОСТОРОЖНО – МИНА!

Хуже всего, когда родитель говорит ребенку: «Ты такой красивый и милый! Просто будь собой, и успех тебе гарантирован».

ОТНОШЕНИЯ.

Не обязательно владеть подробностями личной жизни сына. Вам ведь не хочется знать, какими грязными словечками он перебрасывается с дружками? Чем именно он занимался на диване в гостиной, когда вы не ночевали дома? Нет. Однако вам определенно следует быть в курсе, если ему очень больно, если он переживает из-за ЗППП или если у него все сложно и без помощи не обойтись (либо с вашей стороны, либо авторитетного знакомого/родственника). Тут важно уметь балансировать, точно видеть, когда ему нужны свобода роста и самостоятельного выбора, а когда – поддержка и дельный совет.

Легче сказать, чем сделать. Первые бурные отношения сносят крышу. Если ваш сын с кем-то встречается, то приготовьтесь: его ждет гремучая смесь из манипуляций, ревности, резких переходов от любви к ненависти, эгоизму и самоотверженности. Я всегда искренне переживаю за своих учеников, когда они проходят через все это – а ведь они мне не родные дети. Вы постоянно будете надеяться, что сын сам обратится к вам со сложными вопросами: чего ждать от партнера и что ему дать в ответ, не потеряв индивидуальности?

Не обманывайте себя: мол, все просто. Эти отношения принципиально важны, они формируют поведение и ожидания, которые ваш сын понесет с собой во взрослую жизнь.

ЧЕГО НЕЛЬЗЯ ГОВОРИТЬ ОБ ОТНОШЕНИЯХ СТАРШЕКЛАССНИКАМ: Думай головой, а не головкой. Ты слишком молод для серьезных отношений. Ты под кайфом, что ли? Ты снова к ней в гости? Всегда хорошо иметь запасной аэродром. Молодо-зелено, погулять велено. Ты еще не различаешь любовь и страсть. Ты ведь на ней жениться не собираешься?

МОЖНО ЛИ ПУСКАТЬ ДЕВОЧЕК К НЕМУ В СПАЛЬНЮ? Нет.

ЧТО ЕСЛИ ВЫ ЗАСТУКАЛИ ИХ НА ДИВАНЕ В ПОДВАЛЕ? Как ни старайтесь, жизнь вы сыну не облегчите. Вы запретили ему водить девочек к себе в спальню, но это не значит, что он остановится. Он будет искать лазейки, и очень старательно.

...

Вот мои правила. Нельзя проводить с девочкой в спальне целые часы, так что я облегчу тебе жизнь и возьму за правило не пускать ее к тебе в комнату. Нарушишь его – будут последствия. Я рассказала тебе о контрацепции и ЗППП, научила слушать других людей, ты знаешь, что если намечается секс, то людям бывает непросто выразить свои желания. Свечку я держать не собираюсь. Решения принимать тебе. Ты мальчик взрослый и знаешь, чего я от тебя жду.

И вот… вы застукали их на диване, всем жутко неловко. Скажите: «Сейчас я отвернусь, и вы быстренько оденетесь». Когда дети оденутся, сядьте все вместе за кухонным столом. Скажите: «Раз уж вы попались, то будьте добры выслушать лекцию о сексе». Затем спокойно объясните свою позицию, не пристыжая детей, и предупредите, какого поведения ожидаете от них в будущем.

ОНИ ВСЮДУ ВМЕСТЕ, БУДТО СРОСЛИСЬ, ТАК ЧТО ХОЧЕТСЯ ИХ РАСПИЛИТЬ Девушка, которую сын привел в дом, вроде бы даже начала вам нравиться, однако уже через несколько недель вы ее видеть не можете. Да, у сына бурный роман, но его избранница почему-то вас раздражает. Во-первых, ограничьте проявления пассивной агрессии и саркастичные комментарии в присутствии друзей, своих родителей, родителей супруга и самого супруга. Если сын с подружкой чуть ли не целуются взасос в вашем присутствии, объясните ему, что именно вы согласны/не согласны терпеть. Например, за руки держаться – это без проблем. Сажать ее к себе на колени – уволь. Класть ей руку на плечо – можно. Нюхать ее, запускать руку под майку – нельзя. Если сын не слушается, то в следующий раз, когда он приведет в дом подружку, не стесняйтесь, устройте им разъяснительную беседу. Да, сын смутится, но вы ведь предупреждали его в частном порядке – он требований не выполнил, и у вас нет иного выбора, кроме как поговорить со «сладкой парочкой».Он все время проводит с подружкой? Договоритесь с ним, чтобы он выделял время и для семьи. Признайте, что он охотнее провел бы время со своей пассией и что в иной раз вы будете рады видеть их обоих в доме, однако время, отведенное для семейного общения, тоже надо уважать. А еще не позволяйте ему, прикрываясь отношениями, не делать уроки, не выполнять поручения по дому и забывать друзей.

...

Вечер в кругу семьи… Мне он не нравится, но пропускать его нельзя.

Оуэн, 17 лет.

ПОДРУЖКА СЫНА ВАМ НЕ НРАВИТСЯ.

Неважно почему. Может, она вульгарно выглядит, или сына вашего не любит, или вы просто не знаете, за что ее так невзлюбили… В общем, невзлюбили – и точка. Представьте, что она – один из друзей вашего сына, вот и судите о ней по той же схеме. Ребенку необходимы разные отношения, чтобы научиться понимать, чего он хочет и что ему нужно от интимных связей. Будут среди них и пустышки. Только не заставляйте сына выбирать между пассией и вами. В противном случае, ему труднее будет разглядеть проблемы в самих отношениях. Он все чаще будет вставать на сторону подруги и перестанет просить у вас помощи. Даже порвав в итоге с этой девушкой, в следующий раз он станет вести себя точно так же.

КОМПЛЕКС ПРИНЦЕССЫ.

...

Я никогда не указываю подруге на ее недостатки. Она для меня как принцесса, не хочу ее расстраивать. Зато она спокойно пилит меня, без жалости говорит, например: «У тебя раздутое эго» или (саркастичным тоном, который всем нам так нравится): «Да ты у нас самый умный!» Недавно я высказал ей, что мне такое обращение не по душе, и мы первый раз поругались. Она решила, что я слишком чувствительный. Нормально, да?

Джейк, 17 лет.

Я и не обращала внимания на «комплекс принцессы», пока он не стал возникать наряду с другими проблемами мальчиков в отношениях с девочками. Если с девочками обращаются как с принцессами, они требуют, чтобы мальчики буквально сдували с них пылинки. Однако ирония состоит в том, что если эта «принцесса» не получает желаемого, она считает себя вправе обратиться в злобную, капризную эгоистку, которая угрозами и издевательствами заставляет исполнять ее «хотелки». Или же, как в случае Лука (см. цитату в начале главы), молча дуется на парня.

Если вы со мной не согласны и требуете от сына, чтобы он обходился с девушками как с королевами, хорошенько подумайте, что для вас значит «королевское» обхождение и как оно укладывается в ваши воспитательные принципы. Мальчики могут придерживать двери, пропуская девочек вперед, даже платить за обед на первых свиданиях. Однако нынешнее поколение девочек, получая все эти сигналы о королевах/принцессах, понимает их так, будто вежливость вашего сына подразумевает потакание их прихотям. Это неверно. Мальчик может стать героем для девочки – например, заступившись за нее перед задирами (даже если они – его друзья). Оплата же мальчиками всех прихотей своих избранниц (кстати, глупо влезать в крупные долги, лишь бы соответствовать принцессиным ожиданиям) или отношение к ним как к нежным цветочкам способствует превращению девочек в глупых и капризных пустышек.

Мальчики, кстати, тоже не в восторге от «принцесс». Те, кто поначалу ведется на капризы, потом не в силах даже возразить своей избраннице. Не могут указать ей на слабости и изъяны. Рыцарям полезно время от времени сбрасывать сияющую броню.

СЫН ХОЧЕТ СПАСТИ ИЗБРАННИЦУ Старшеклассники иногда такие романтики! Когда ваш сын знакомится с девочкой, у которой проблемы: скажем, депрессия, дома не все ладно, отец пьет или употребляет наркотики – он может совсем потерять голову.Взгляните на это как бы со стороны и поймите: сын действует из благих намерений. Ему небезразлична судьба другого человека, он хочет помочь. Нездоровые отношения, в которых мальчик учится соблюдать границы личного пространства, нередко служат обрядом посвящения в мужчины. В долгосрочной перспективе они станут хорошим жизненным опытом. В кратковременной – вы можете извести себя беспокойством. Вот что я предлагаю сказать ребенку:

...

Я знаю, как много она для тебя значит и как ты важен для нее. Но, помогая избраннице, не забывай и о себе: не стоит болтать с ней ночами напролет, забывать о друзьях и собственной семье. Если она угрожает суицидом или разрывом, советую серьезно подумать. Не надо решать за нее ее проблемы. Помоги человеку разобраться, не взваливай все на себя. Если чувствуешь, что ей становится хуже или что отношения выходят из-под контроля, обратись к сведущему в (том-то и том-то) человеку. Он поможет ей составить план, а тебе – не пропасть. Так будет честнее.

ЕСЛИ ОН ЗАКРУТИЛ С МАЛОЛЕТКОЙ.

Мне понятно беспокойство родителей, у которых сын встречается с девочкой младше себя. По-настоящему волноваться стоит в одном случае: если у вашего сына высокий социальный статус, он не признает дружбу между мужчиной и женщиной, а его девочка всячески пытается ему угодить. Бывает, старшеклассники намеренно заводят шашни с малолетками и используют их, потому что не умеют вести себя с ровесницами.

Еще один тип старшеклассников, которые встречаются с малолетками, противоположен описанному выше. У них либо мало опыта в общении с девочками, либо они неполноценно развиты в физическом плане, застенчивы и проч. Они боятся ровесниц и/или просто их не интересуют. Такие мальчики обычно влюбляются без памяти, идеализируя девочку и отношения с ней. Если родители не одобряют роман, они всеми правдами и неправдами постараются отстоять свои отношения.

ЕСЛИ СЫН ВСТРЕЧАЕТСЯ С ДЕВУШКОЙ ПОСТАРШЕ Это раньше старшеклассницы ни за что не соглашались встречаться с мальчиками помладше. Ни за что и никогда. Такое поведение, в принципе, и сейчас не редкость, однако догматы теряют силу [41] . Старшеклассница спокойно, без страха за свою репутацию может начать встречаться с мальчиком младше себя. Родителям мальчика важно знать: да, такие отношения возбуждают, льстят ему и поднимают его статус (особенно среди одноклассников), однако, встречаясь с девочкой постарше, он и попадать будет в ситуации более взрослые. Мальчик порой просто вынужден соглашаться с пассией. Как может он отказать, если та станет приставать к нему? Напоминайте, что у него есть право говорить «нет».

ЗАЛЕТ.

...

Если я ухожу из дома на ночь, мама всегда говорит: «Смотри, внуков не принеси».

Эрик, 17 лет.

Раз уж мы так часто напоминаем сыновьям, чтобы они не сделали девочке ребенка, думаю, справедливо будет рассказать о последствиях залета. Как бы вы ни относились к абортам, чем бы ни завершилась беременность, учтите, сын волен будет переживать всю гамму чувств: облегчение, страх, радость и грусть. Только дайте четко понять: в случае чего забота о финансовом благосостоянии ребенка – на нем. Потом, правда, не забудьте напомнить, как сильно вы его любите, готовы поддержать и гордитесь тем, что он взял на себя ответственность. Для любого мальчика, который сталкивается с беременностью партнерши, мир переворачивается с ног на голову, он борется с сильными эмоциями: страх, неуверенность и не исключено, что стыд – ведь он сплоховал. Сыну надо знать: вы рядом и готовы помочь.

РАЗБИТОЕ СЕРДЦЕ.

...

Пару месяцев назад я расстался с подругой. С первой любовью. Я всегда говорил себе, что любовь в школе невозможна и что это просто увлечение. А потом узнал, как девушка мне изменяла: мутила еще с тремя парнями. Я даже кричать и ругаться не стал – просто ушел от нее и все. А ведь я обращался с ней как с принцессой [42] . Я в одиннадцатом классе, она – в девятом; без ложной скромности, я парень привлекательный, и люди вообще не понимали, что я в ней нашел. Типа мог и получше девку захомутать. Но я любил ее. До сих пор спать не могу, думаю о ней. Пробовал проверенное средство: встречался с парой других девчонок – не помогло. В душе такая пустота, хоть и звучит банально. Я будто утратил частичку себя. Поймите правильно: я больше не люблю ее, даже презираю всеми фибрами души, однако мне все равно больно. Как ее забыть?

Себастиан.

Вот что я советую мальчикам, которых предали или отвергли (не забывая благодарить их за оказанное мне доверие):

1. Любовь зла. Феромоны свое дело знают. 2. Даже если человек поступил с тобой очень дурно, ты не можешь запретить себе любить его. И не потому, что ты глуп или ослеп от любви и страсти. Так уж получилось: есть в нем нечто, за что ты его полюбил, и нечто такое, что заставило тебя страдать. 3. Опять же, любовь зла, полюбишь и…4. Любовь не гарантирует отношений с возлюбленной.

...

Не давите. Спокойно поинтересуйтесь: «Ты не встречался с такой-то?» Тогда, может, он вам и откроется.

Грант, 16 лет.

...

Я больше года встречался с одной девчонкой, а когда расстался с ней, предки об этом даже не узнали.

Тони, 16 лет.

ЕСЛИ СЫН НЕ ВИДИТ, ЧТО ДЕВУШКА ЕГО ОТВЕРГЛА.

Если сын признается, что девушка ему не звонит или отвечает туманно, скажите ему: похоже, ситуация сложилась не в его пользу. Да, это грубо, но лучше пусть он услышит это от вас, чем будет продолжать ее добиваться – пока она не унизит его на людях или он не доведет ее до истерики нежелательным вниманием.

ОСКОРБИТЕЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ Вас когда-нибудь влекло к человеку, который вам не нравился по-настоящему? Задерживались ли вы на вечеринке дольше запланированного, потому что друг не хотел уходить? Садились ли в машину с кем не следовало? Для большинства это знакомые ситуации. Не потому, что люди слабы или глупы. Просто, принимая решение, они убеждали себя, что тому есть логичное оправдание. По той же самой причине люди иногда вступают в очень запутанные отношения. Вроде бы и хочется порвать с человеком, но роман так просто не завершается. Это происходит постепенно, особенно если вы много вложили в интимную связь и в человека. Особенно если знаете его не только с плохой стороны, но и с хорошей.Вспомните пример из собственной жизни. Почти у всех таковой имеется: вас мешают с грязью, а вы не рвете отношения. Они могут возникнуть у любого человека, независимо от возраста. Знаю, вы считаете, что жертвы в таких отношениях всегда девочки, а виновники – мальчики, однако вот вам свежая статистика, из которой видно, что все не столь однозначно.

• Юноши становятся виновниками насилия на свиданиях только в 44 % случаев (56 % случаев – за девушками). • В 55 % случаев невиновники (т. е. те, кто отрицает свою вину) психологического насилия на свиданиях – юноши (45 % – девушки). • В 76 % случаев виновники сексуального насилия – юноши (24 % – женщины).• В 49 % случаев невиновники сексуального насилия – юноши (51 % – девушки).

Выходит, что и юноши становятся жертвами оскорбительных отношений, и нет смысла спорить о том, кто страдает больше – парни или девушки. Главное то, что жертвам требуется помощь; юношам, кстати, приходится куда сложнее, чем девушкам. Помните: девушек родители снабжают тематической литературой, с содержанием которой они, бывает, знакомятся. В обучающих книгах для девушек имеется раздел о том, как распознать и пресечь оскорбительные отношения. И хотя девушкам тяжело рассказывать о своей беде, они хотя бы не чувствуют, будто их лишили женственности. Жертвы-юноши, напротив, переживают, что их чуть ли не в буквальном смысле лишили мужественности. Остроты добавляет и то, как друзья начинают безжалостно насмехаться над ним: мол, сколько же ты выпил или как сильно обкурился! Хотя за такими «шуточками» часто скрывается подлинное сопереживание. Если ваш сын подвергся насилию, то вас наверняка одолевает буря эмоций: смятение, злость на девушку, вина (вы корите себя за то, что неким образом спровоцировали беду), беспомощность (нельзя же просто взять и запретить сыну встречаться с ней). Опять-таки, этим следует делиться с супругом (-ой), братом/сестрой, близким другом. Не заставляйте сына насильно рвать с ней отношения. Напомните о следующем:

1. Любовь не обязывает к продолжению отношений. 2. Агрессоры – независимо от пола и возраста – обычно умеют манипулировать людьми. То есть знают, когда и что тебе сказать, как поступить, чтобы удержать тебя при себе.3. Ты имеешь полное право на чувства и будущее. Агрессоры умеют заставить сомневаться в себе. Они в буквальном смысле вынудят тебя сомневаться, в своем ли ты уме; «прогнут» тебя под себя.

Если сын не прерывает отношений или периодически возвращается к девушке-агрессору, запомните: любовь за ночь не проходит, даже если возлюбленная мешает вас с грязью. Агрессор может заставить вас чувствовать себя самым особенным человеком в мире, так что вы и не заметите манипуляций, будете видеть в нем только хорошее. Выход из оскорбительных отношений – это целая наука.

ЕСЛИ АГРЕССОР – ВАШ СЫН.

...

У меня есть друг, который с год встречается с девчонкой. Они как муж и жена, реально помешаны друг на друге. Он мне нравится, хотя у него дурной характер: со злости может напакостить. Со мной он, правда, себе лишнего не позволяет. У нас своя тесная компания: мальчишки, девчонки – и девчонки теперь его ненавидят, а с его девушкой дружить перестали. Все так сложно! Он ее не бьет, только вертит ею как хочет. Она словно рабыня. Не понимаю, почему она не уйдет? Он же постоянно стебется над ней, требует докладывать: где она, когда и с кем. Бред. Заикнись ему об этом – он слушать не станет. Она то и дело от него уходит и всегда возвращается.

Агрессоры никогда не теряют контроль над собой: даже напившись, обкурившись или в полном расстройстве, они задирают лишь тех, кто не сможет ответить. У них всегда все рассчитано: кого и как оскорбить, – вот почему вы порою не замечаете за ними этой черты характера. У меня были ученики, которые оскорбляли своих подружек – не знай я этого доподлинно, я бы в это ни за что не поверила. Точно выдать агрессора могут друзья. Мои редакторы из числа школьников рекомендуют: заподозрив в сыне агрессора, справьтесь у его друзей.

...

Если папа или мама [Дэйва] в частном порядке обратятся ко мне: мол, то, как он обращается с Сарой, беспокоит их, и не могу ли я подтвердить их подозрения, не вдаваясь в детали, – я все расскажу.

ТЕМНАЯ СТОРОНА.

...

Однажды на вечеринке я вошел в спальню и увидел, как парни фоткаются с девчонкой: она без сознания, юбка задрана. Парни обставили все так, будто она им сосет. Мне стало противно: парни пустили ее по кругу и ржали как кони. Я, растерявшись, постоял там пару минут и ушел. Что мне было делать?

Кайл, 16 лет.

...

Несколько будущих выпускников написали краской на бортах своих машин: «Драть шлюх», «Выпуск 2012 рулит!» и въехали на территорию школы. К нам, знаете ли, приходят маленькие дети, вот родители и стали жаловаться. Я пробовал призвать хулиганов к ответственности, а они в ответ расписали мне стены дома: «В ж##у декана».

Аноним, директор школы.

Как не вырастить из сына насильника? Уверена, этим вопросом вы никогда не задавались и даже думать не хотели о подобном. Я – как мать – тоже не хотела, однако с фактами не поспоришь. В нашей стране нет такого района, в котором девушки (и мальчики) не подвергались бы сексуальному насилию. От насилия в нашей культуре никуда не деться. У каждого среди знакомых есть жертва изнасилования – даже если она не признается в этом. Нас и самих могли домогаться – в детстве или подростковом возрасте.

Как вывести мальчиков на разговор, зная, что некоторые из них склонны к нарушению базовых прав человека? Как поговорить с теми, кто, став свидетелем изнасилования, просто посмеется или даже сфотографирует процесс? Как признать, что если у агрессора высокий социальный статус, и на жертву давят – дабы она отказалась от обвинений, – то мы, взрослые, отчаянно пытаемся не верить в случившееся, ищем способы замять историю?

Да это же шутка! Произошло недоразумение. Мальчикам свойственно совершать глупости.

Вот что мы чаще всего слышим от родителей, узнавших, как сын изнасиловал другого ребенка. Посылая сына в престижную школу, вы не можете быть уверены, что ее администрация поступит верным образом, если один из учащихся изнасилует другого. Руководители частных престижных школ – большие мастера заминать такие происшествия, чтобы не пятнать имидж школы. Даже если директор или воспитатели хотят поступить по совести, они, бывает, не в силах противостоять давлению остальных работников. Не перестаю удивляться, как некоторые родители упорно продолжают верить, будто ничего подобного не произошло бы, отправь они ребенка в другую школу, потому что там-то администрация и родители учащихся разделяют их взгляды. Если спросить любых школьных работников, мирятся ли они с сексуальным насилием в школе, они наверняка ответят: «Конечно же, нет!» и будут верить себе; однако сами, узнав о проблеме, станут искать оправдания виновным или закроют глаза на происходящее. Не поймите меня превратно – случается всякое, и ваш сын может оказаться в самом эпицентре событий.Все зависит от вас. Поговорите с ним. Лично я делаю это так:

...

Ты можешь стать свидетелем неоднозначных и пугающих происшествий, и тебе будет трудно определиться, что делать. В любом возрасте. Вдруг ты увидишь, как один парень что-то вытворяет с другим парнем или с девушкой. В школе, в раздевалке, на вечеринке, у кого-то дома… В первые мгновения будет трудно поверить в реальность происходящего. Ты, может, даже постараешься убедить себя, что это – не всерьез. А может, в этом тебя постараются убедить другие. Верь своим чувствам или представь, что бы я подумала на твоем месте. Если не можешь ничего сказать сразу, уйди и позвони мне или другому взрослому, которому доверяешь. Порой такие вещи происходят слишком быстро, не успеваешь сообразить. Обращайся ко мне – я помогу разобраться.

Люди обожают советовать очевидцам, мол, скажи агрессору: «А если бы так поступили с твоей матерью или сестрой?» Это не самые действенные/мудрые слова. Во-первых, вы не знаете, в каких отношениях состоят агрессор и его мать/сестра (хотя несложно предположить, что он и их не сильно-то уважает). Во-вторых, ему вообще плевать на жертву, раз он поступил с ней столь бесчеловечно.

Если вы родитель (и если ваш сын – не насильник), постарайтесь не зацикливаться на том, что именно произошло. Случившееся формально можно определить как угодно; главное, чтобы ваш сын уяснил для себя: насадить кого-то на рукоятку швабры (да, такое случается!) – это вовсе не шутка. (Изнасилования в школьных раздевалках, кстати, все еще воспринимаются некоторыми учителями/администраторами/тренерами как подростковые забавы.) И насиловать со смехом мертвецки пьяную девушку – тоже не пример для подражания. Необязательно называть произошедшее изнасилованием/актом содомии, а детям – представать перед судом, чтобы родители наконец недвусмысленно предупредили их:

...

Неприятно говорить об этом, однако у меня чувство, что твои приятели неким образом воспользовались беспомощностью той девушки (пьяной или нет) /напали на того мальчика и физически его унизили. Если ты хоть как-то замешан – например, смеялся со всеми, фотографировал происходящее или писал об этом в Facebook или Twitter, – я спрошу с тебя по всей строгости. Надеюсь, ты найдешь в себе мужество признать: людей в принципе нельзя лишать достоинства. И еще я надеюсь, что в нужный момент ты свое достоинство не уронишь.

Знаю, не об этом мечтают родители разговаривать с сыновьями. Хотела бы я иного положения вещей: чтобы насильники не уходили от ответственности, чтобы родители не отмахивались от случившегося как от досадного недоразумения и чтобы администраторы школ не забывали о своей первоначальной задаче – изо всех сил оберегать подопечных. Однако ваш сын живет в мире, где возможно все, и вы должны быть готовы отстаивать свои ценности.

ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО Вы должны пообещать: • Обращаться с сыном достойно. Всерьез воспринимать его мнение, не отмахиваться от его мыслей, как от незрелых (это, мол, все гормоны), и говорить нечто вроде: вот вырастешь и посмеешься над этими глупостями. • Следить, чтобы слова не расходились с делом. Лицемерие может серьезно подорвать авторитет, восстановить который непросто. • Не унижать сына ни на людях, ни наедине. • Признавать свои ошибки. Не говорить: «Людям свойственно ошибаться, все мы не без греха», а заявлять: «Был не прав, мне очень жаль». • Учить сына выражать эмоции здоровым образом. • Спрашивать с него, если он обращается с кем-то недостойно.• Поддерживать его, если он хочет обговорить проблему с кем-то еще из взрослых.

ОН ДОЛЖЕН ПООБЕЩАТЬ: • Обращаться со мной достойно. То есть, слушать меня внимательно, уважать семейные ценности, не подводить меня и не грубить наедине и/или в присутствии друзей. • Рассказывать все, что мне нужно знать, дабы помочь ему уберечь себя.• Быть правдивым в словах и действиях. Если он нарушит это обещание, то утратит мое доверие, вернуть которое будет непросто.

Примечания.

1.

Книга издана в 2014 году издательством «Азбука-Аттикус».

2.

Многие парни выступили в поддержку Даны и осудили ее одноклассников. Тем не менее, первой, вызвав огонь на себя, высказалась в своем блоге именно девушка.

3.

Это одна из причин, по которым женоподобные мальчики часто вступают в союз с девочками высокого социального положения. Таким образом они обеспечивают себе защиту от преследователей в лице сверстников – ведь тем придется отвечать перед девчонками, то есть унизиться.

4.

Синдром Аспергера – одно из общих нарушений развития, характеризующееся серьезными трудностями в социальном взаимодействии. – Прим. пер.

5.

Если скрестить Заводилу с Мухой, получится Плавучий театр. Чем сильнее в мальчике Муха, тем он надоедливее и тем ярче становится Плавучий театр.

6.

Да, эксперты по воспитанию – и я в их числе – советовали говорить с детьми в машине. Мальчикам есть что на это возразить.

7.

Бронсон По, Мерримен Эшли. Мифы воспитания. Наука против интуиции.

8.

Честолюбцы не обязательно отцы. Если вы видели вопящих агрессивных мамаш на трибунах стадиона, то понимаете, о чем я.

9.

Вот почему надлежит хранить пароли в строгой тайне. Я свои меняю каждые шесть недель, потому что сыновья каким-то образом умудряются их узнавать.

10.

Стоило задать вопрос, как буквально через пять минут старшеклассники присылали мне по электронной почте длиннющие ответы. В то же время от учащихся средних классов комментариев я добивалась с трудом. Разговор с ними получился только в онлайне, зато потом от них было не отбиться. Еще я пользовалась школьной социальной сетью «Эдмодо».

11.

От англ. sex и texting – текстовые сообщения эротического характера. – Прим. пер.

12.

Компания, занимающаяся защитой семьи от насилия, сквернословия и порнографии в медиакультуре. – Прим. ред.

13.

Американский женский журнал, издается с 1932 года. – Прим. пер.

14.

Planned Parenthood (сокр. от Planned Parenthood Federation of America, «Американская федерация планирования семьи»), некоммерческая организация, обеспечивающая материальную поддержку, а также помощь в сохранении репродуктивного здоровья и здоровья детей. – Прим. ред.

15.

«Video Killed the Radio Star» (1979 г.) – песня британского студийного продюсерского проекта Buggles, считающаяся первым музыкальным клипом, показанным на канале MTV. – Прим. пер.

16.

Казуальная компьютерная игра – это игра, в которую играют от случая к случаю, чтобы убить время. Она, как правило, обладает достаточно простыми правилами и не требует от пользователя хорошего владения компьютером. – Прим. ред.

17.

Это и впрямь очень похоже на наши беседы о музыке. Садомазохистская тематика песен, скажем, Рианны ничуть не лучше содержания некоторых произведений Принца, которым мы беззаботно подпевали в пору своей молодости. Если уж хотите побеседовать с сыном на предмет содержания современных песен, то лучшая тема для разговора – это бездумное потребительство и продактплейсмент.

18.

«Стрелялки» от первого лица подразумевают, что вы сражаетесь и наблюдаете процесс глазами героя.

19.

На жаргоне геймеров – тот, кого «нагнули», победили, в первую очередь побежденная богоподобная или компьютероподобная сила. – Прим. пер.

20.

От англ. respawn – «перерождение». – Прим. пер.

21.

Это действительно ее настоящие имя и фамилия.

22.

От англ. bullying, от bully – хулиган, задира. Обозначает запугивание, физический или психологический террор. – Прим. пер.

23.

«Дора-исследователь» («Dora the Explorer») – детский обучающий мультсериал. – Прим. пер.

24.

Зная это, чужие дети понимают: у вас дома можно потусоваться.

25.

Помните, в начале книги я писала о заступничестве? Вышесказанное – как раз такой случай: речь вроде не о спасении мира – но только не для нашего девятиклассника.

26.

Ту же стратегию можно использовать, если тренер ущемляет вашего сына в игровом времени.

27.

Да, имена задир назвать придется.

28.

Нейротипичный (или просто НТ) – термин, выработанный в аутическом сообществе для обозначения людей, не страдающих заболеваниями аутического спектра. Их неврологического развития достаточно, чтобы окружающие считали их нормальными; в частности, это относится к способности обрабатывать лингвистическую информацию и поступающие от социума сигналы.

29.

Исследования показали, что подростки с ОКС и СДВГ (синдромом дефицита внимания с гиперактивностью) больше нейротипичных подростков склонны к задиристости.

30.

Некоторые дети с ЗАС, впрочем, развивают в себе впечатляющие физические навыки, как, например, профессиональный серфер Клэй Марзо.

31.

В «Руководстве по выживанию» (The Guide: Managing Douchebags, Recruiting Wingmen…) я уделила массу внимания этому аспекту, так что ваш сын найдет там рекомендации по поведению.

32.

В 2008 г. в Калифорнии была принята Поправка № 8 к Конституции штата, запрещающая однополые браки. В ответ на это была развернута кампания NOH8 за равенство в браке и отмену дискриминации. В 2010 г. поправка была признана антиконституционной и отменена. – Прим. ред.

33.

Со времен нашей молодости ничего не изменилось: в любой школе найдется свой «извращенец».

34.

В «Руководстве» я учу мальчиков, как определять, смешно девочкам или нет.

35.

Имейте в виду: ваши слова об отношении к девочкам и уважении личных границ повлияют на то, как сын в зрелом возрасте станет проявлять сексуальное внимание и будет ли уважать свое и чужое личное пространство.

36.

Дайте сыну четко понять: порой нам влетает за то, чего мы не делали, а иногда происходит с точностью до наоборот, мы выходим сухими из воды, когда должны бы получить наказание.

37.

Королевы улья НЕНАВИДЯТ, когда их называют противными. Пусть ваш сын употребляет слова, которые сбивают с девчонок спесь; при этом он должен воздержаться от ругательств и иностранных слов – чтобы на него не пожаловались.

38.

Многих мальчиков до сих пор пугает лишение свободы на перемене. Перемена для них – святое. Охота бегать, играть, скакать и прыгать, а не спорить с девчонками.

39.

Если бы в раздевалку к команде девочек заглянули двое мальчиков, последним пришлось бы туго. Никто бы не поверил, что они зашли в раздевалку случайно.

40.

От англ. creep – «красться», «подкрадываться». – Прим. пер.

41.

В одной из моих любимых школ-интернатов два года назад появилась традиция: перед уходом на зимние каникулы будущие выпускницы отрываются с девятиклассниками, прекрасно понимая, что продолжения у этих связей не будет.

42.

Вот видите, комплекс принцессы – это беда.

Оглавление.

Вожаки и ведомые, или Как выжить в Мире мальчиков. 1. Пора войти в Мир мальчиков. ... ... ... ... 2. Почему Бэтмен не улыбается? ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 3. Популярность и толпа. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 4. Напролом сквозь стену. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 5. Ложь и разведка боем. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 6. Ярость против системы. ... ... ... ... ... ... 7. Ваш тип родителя. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 8. Социальные сети. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 9. Видео погубило звезду радио [15]. ... ... ... ... ... ... 10. Огонь по своим. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 11. Лобовая атака. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 12. Искупление и примирение. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 13. Ничейная земля. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 14. Игровое поле. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 15. Выходя за пределы. ... ... ... ... 16. Мир девочек. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... 17. Неприятности с девочками. ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ...