5. Не дай хорошему шанс! Иррациональные негативистичные убеждения.

Бессознательное компульсивных едоков переполнено негативными убеждениями о самом себе, своего рода заклинаниями на неудачу, неуспех, некрасоту. В голове каждого такого человека гнездятся прямо-таки клубки подобных мыслей – я непривлекательна, я недостаточно умен, я неталантлив. Я не знаю, что мне делать с моей жизнью, я неудачник, я плохая мать и жена, никудышный отец или специалист. Все это – проявление низкой самооценки, о которой мы уже говорили. Красивое мускулистое тело становится не только целью, но и символом. Каким-то совершенно иррациональным образом я убежден, что я стану «о’кей», если мое тело будет «о’кей». Стану стройной и красивой – почувствую себя хорошей дочерью, матерью или женой. А до того – ни-ни. Из этого качества вытекает одно, крайне неприятное, в том числе для тех, кто занимается лечением этих расстройств, следствие.

Компульсивному обжоре невозможно сделать комплимент так, чтобы он услышал его, «пропустил внутрь». Пациенты так и говорят (благо, в голландском языке есть такое выражение) – это не попадает внутрь меня. Часто хорошие слова обо мне вызывают у меня лишь ощущение неловкости, растерянности – что мне делать-то с этой информацией? Я прекрасно знаю, что мне сделать с информацией о том, как я плох, – опыт есть, а вот что мне делать с тем, что я хорош? Куда девать руки, ноги, глаза? Можно улыбаться или не стоит? В критических случаях позитивная обратная связь вызывает приступы острой подозрительности («Вы говорите это мне, потому что должны, вам платят за это зарплату, либо вы хотите от меня что-то получить»), раздражения и злости.

Я помню, как одна из клиенток, услышав, что я нахожу ее усилия в программе значительными, расплакалась, но не от благодарности или облегчения, а потому что это был единственный легитимный способ выразить свой гнев, не причинив мне физического ущерба. Последующие четверть часа она полушепотом кричала на меня, о том, что я говорю то, что должна говорить, и что она не верит ни одному моему слову, что этого – не может быть. Ее стиснутые побелевшие губы и прищуренные глаза выражали такую невыносимую ярость, что хотелось подсунуть ей подушку – попинать, но было страшновато получить в челюсть.

Это далеко не все черты, но, пожалуй, самые важные. Именно исследованию самого себя на этот предмет посвящено следующее задание, а продолжение – следует.