Я не могу выбрасывать еду!

«Я не могу есть то, что я хочу, потому что сначала нужно съесть то, что уже лежит в холодильнике, потому что выбрасывать еду я не могу» – на каждой консультации, в каждой группе тема «преступления против еды» обязательно возникает. Еда сакральна. Еда – огромная ценность. Ее нельзя выбрасывать. На худой конец, можно выбросить то, что испортилось, остальное – доесть. «Пусть лучше брюхо лопнет, чем добро пропадет», – такая поговорка была распространена во времена наших бабушек. Именно они – бабушки и дедушки, прошедшие голод и войну, приучили нас, что выбрасывать еду преступно. Но это не значит, что в существенно более благополучно переживших Вторую мировую войну европейских странах такой проблемы нет: экономность и умение рачительно вести хозяйство – одна из основных ценностей протестантской культуры.

Дерек было не просто большой, он был огромный. Человек-гора. С трудом передвигался, вставал, мучительно дышал. Работать с ним, признаюсь, бывало чуть жутковато – в бездну всегда жутковато заглядывать, на то она и бездна. Уж больно контрастно это расщепление на две жизни, две реальности, двух разных людей. Один – почти разрушенный физически и эмоционально отец, полностью посвятивший себя дому и семье, безнадежно больной девочке, и, как любая переутомленная домохозяйка, урывающий свободные часы, чтобы просто поспать, проводив всех в школу и на работу. Его тело – мусорное ведро, он доедает за детьми и женой, потому что выбрасывать еду жалко и неэкономно – в семье работает только жена. Поэтому он складывает ее в свое тело. Ему нужно, чтобы тело тянуло, могло продолжать бег – это все. Я спросила, не хотел бы он сдать его нам, как машину в гараж, для ремонта – он очень воодушевился этой идеей. И прийти через две недели? – спросила я. Через полгода, – ответил он. И вот он же – невероятно эрудированный, с прекрасной литературной речью, эксперт в области наполеоновских войн и наполеоновского оружия. В сети никто не знает его под его реальным именем, только псевдоним. Никто не знает, как он выглядит, но у него десятки, сотни читателей и почитателей. Для них он, умный и тонкий (как ни саркастично это прозвучит), пишет свои статьи, осчастливливает своим экспертным мнением. Им восхищаются. Его ценят. Он востребован.

Он с нежностью и страстью говорит о саблях, о том, какой это прекрасный предмет искусства и, одновременно, – войны. Я пинаю фрейдиста в себе и не без удовольствия наблюдаю, как он выпрямляется в кресле, на лице появляется румянец, ленивый апатичный взгляд уступает место цепкому, воодушевленному. Его самая большая мечта – в течение трех лет вернуть своему телу нормальные формы и способность двигаться. Тогда он сможет надеть ослепительно красивую униформу времен Наполеона – «на затылке кивера, доломаны до колена, сабля с шашкой у бедра», как писал поэт, – взять один из экземпляров своей коллекции оружия – его коллекции сабель может позавидовать небольшой музей – и отправиться на празднование 200-летия битвы при Ватерлоо. Когда он говорит об этом, мне трудно видеть расплывшееся в кресле гигантское тело, перед глазами стоит молодцеватый, подтянутый, не без нотки самолюбования красавчик, любимец женщин, предмет зависти мужчин, умница и бретер. Я не знаю, хочу ли я, чтобы его мечта сбылась. Тот, первый, с кем я работаю, так ужасно, непоправимо ненавидит свое тело, что это никак не дает мне полюбить ослепительного второго. Да и нужно ли ему, чтобы его любили, вот в чем вопрос.

Запрет на то, чтобы избавляться от еды, которую уже никто не захочет съесть, так силен, что преодолеть его с ходу почти никогда не бывает возможно.

Я рекомендую действовать постепенно, шаг за шагом.

Для начала – купите много пластиковых контейнеров разного объема и замораживайте то, что годится для заморозки. Обычно мы запасаем впрок ягоды, овощи, мясо. Нет никакой проблемы в том, чтобы запасти и готовую еду – суп, жаркое.

Обязательно найдите ресурс для утилизации той еды, которую вы уже не хотите есть, – соседка-пенсионерка, пункт помощи бездомным. Оглянитесь вокруг – далеко не все люди рядом с нами живут в состоянии хронического пищевого изобилия. Отдав эти продукты, вы не только избавите себя от необходимости их съедать, но и сделаете доброе дело.

В Голландии эта проблема решена таким образом. Существует специальная социальная сеть для людей, которые не хотят выбрасывать свою еду. За очень небольшие деньги можно выставить на продажу эти блюда, и те, кому сложно или некогда готовить, с удовольствием заедут к вам по дороге домой и заберут еду.

Интуитивное питание осваивается быстрее и веселее, если у вас есть поддержка. Подумайте, может быть, стоит объединиться с кем-то еще, кто тоже читает эту книгу, и обмениваться едой так, как женщины обмениваются одеждой?

Если же ни один из этих вариантов не сработал, а еда все равно осталась, – подумайте еще раз, почему мусорное ведро в вашем доме имеет преимущество перед вами.