«Чайка по имени Джонатан Ливингстон».

О некоем голосе, который однажды произнес загадочные слова: «Чайка по имени Джонатан Ливингстон», рассказывал американский писатель Ричард Бах. Туманным утром, будучи совсем молодым, он прогуливался по берегу калифорнийского канала Белмонт Шор, и, когда прозвучала эта фраза, что-то заставило его, профессионального летчика и малоопытного любителя словесности, поспешить домой, сесть за письменный стол и начать запись некоего видения, которое воссоздавалось перед его внутренним взором наподобие киноленты.

Подробнее об этом Ричарда Баха сумела расспросить журналистка Александра Яковлева, которая вместе со своим коллегой побывала в сентябре 1991 года в уединенном имении писателя. Считаю, что очень интересно познакомиться с фрагментами ее интервью, поскольку здесь многое становится на свои места, и даже скептикам нелегко будет отрицать рассказанное «собственноручно» признанным классиком американской литературы [10] . Ему ведомы иные миры, несмотря на непризнание таковых современной наукой. Что ж, подобные казусы с наукой бывали и раньше, но не останавливаться же в нашем развитии, если не всем сразу удается понять очевидное.

– В моей жизни было два момента, когда я как бы прозрел, – рассказывал гостям из России Ричард Бах. – Один из них был ночью. Я смотрел на звезды, и передо мной был как будто занавес, которого на самом деле не было. Занавес отошел в сторону, и я понял все... В другой раз я испытал ощущение безграничного Света, который был Любовью. Свет был таким сильным, что я молил, чтобы он ушел, я не мог его выдержать. Для меня это было, как ядерная вспышка. Находиться в контакте – замечательное состояние. Хотя, конечно, бывают ситуации, когда это становится критично. Способы контактирования могут быть самые разные. Я, например, иногда задавал вопрос и говорил себе, что первая фраза, которую я услышу по телевизору, будет ответом на него. Это могла быть фраза из ролика по рекламе мыла, однако, воспринятая на другом уровне – как ответ, который необходим. Хотя, конечно, смешно, что ответ, которого мучительно ждешь, приходит из рекламы мыла. Иногда я просто открывал книжку на произвольной странице или сидел в тишине, позволяя слышать себе тот голос, который мог услышать.

Я знаю, что существуют различные уровни моего существа и что они меня используют иногда совершенно бесстыдно. К примеру, «Чайка Джонатан». «Чайка» была первым, что я вообще написал в своей жизни (первая часть «Чайки»). В тот момент я не мог найти работу и решил стать писателем. И вот что со мной произошло. Я получил мистический опыт: я увидел, как вся эта история про чайку разворачивается перед моими глазами в полном цвете на очень широком экране. Я записал две трети книжки, и она вдруг остановилась. И я подумал: чем же это все кончится? Я просиживал часами, стараясь изобрести что-нибудь, но у меня ничего не получалось.

Прошло восемь лет. И вот спустя эти годы, за полторы тысячи миль от дома, в штате Айова – бац! – в пять часов, прямо как продолжение сна я вижу, чем заканчивается история. И восемь лет пронеслись, как одна секунда. Я сразу же вспомнил, на каком месте закончилась первая часть.

И подумал: да, конечно, эта история должна заканчиваться именно так. Неоконченная рукопись «Чайки» вместе с другими хранилась у меня в подвале. Я помнил, что она была написана зелеными чернилами. Когда я приехал к себе домой, то нашел ее. И я увидел, что продолжение пришло ко мне точно с того места, где я закончил.

Теперь мы имеем представление, как была написана прекрасная повесть-притча «Чайка по имени Джонатан Ливингстон», которая сразу сделала имя Ричарда Баха знаменитым. Книга была опубликована в 1970 году, и с тех пор писательский труд стал основным занятием Ричарда. И мы видим, что зерно мистического опыта, помощи некоего разума пало на добротную почву. Книги Ричарда Баха учат оптимистическому отношению к жизни. Теперь мы, кажется, знаем почему.