5. Первый блин комом.

Полина сдержала слово. Сначала уложила мне волосы, потом накрасила – нарисовала темные стрелки на веках, подкрутила ресницы специальной штуковиной, накрасила губы и заставила надеть специально подобранную одежду.

Узкие джинсы, белая футболка, золотые кроссовки и большущая сумка. Фотосессию устроили на пруду в парке культуры и отдыха. Утомительное это занятие, хоть и простое на первый взгляд. За два часа я так устала, что мне уже не хотелось ни с кем знакомиться, а Полина все подгоняла:

– Встань у стены, спину выгни… нет, не так, сильнее, вот – теперь хоть грудь заметно стало, голову чуть опусти, ага, посмотри на меня, вот так! Снимаю.

– А теперь пойдем вон туда, в одуванчики. Ложись в них, левую руку повыше и согни, дотронься до виска, да, правильно, голову наклони, смотри на меня и представь, что я Роберт Паттинсон. Снимаю.

– Теперь сорви одуванчик, нюхай его, не стесняйся, улыбайся и смотри на меня. Ой, нет, смазано получилось. Давай еще раз. Улыбаемся, нюхаем. Снимаю!

Все это звучало так серьезно, будто Полина была профессиональным фотографом и работала с суперкрутой камерой. На самом же деле она снимала на мобильник. Свой цифровой фотик она разбила на прошлой неделе, упражняясь перед зеркалом в искусстве автопортрета.

Вечером мы шли обратно. По дороге Полина показывала фотографии, отснятые за день.

– Ну, посмотри, какая ты клевая, если тебя нормально накрасить! Правда ведь? Или тебе опять что-то не нравится?

– Нормально, – сказала я, почти не глядя.

На самом деле на тех фото была все та же я. Неуклюжая, зажатая, закомплексованная. Только ярко накрашенная и откровенно одетая.

– Знаешь, Полин, эти фотки, они…

– Так и знала. Тебе не нравится?

– Нет, ну не то чтобы не нравится. Мне кажется, они пошлые.

– Так это же хорошо, глупая. Тебе же парня привлечь надо! Это самое оно для сайта знакомств. У меня таких фоток – сотни. Ты просто себя стесняешься. Стесняешься своей скрытой привлекательности. А фото классные. Вот увидишь, как парни на них поведутся. Сразу самооценка поднимется!

Придя домой, сразу же полезли в интернет. Полина посоветовала сайт «Любимки» – один из самых популярных. Она уже опытная в этих online-знакомствах, так что знает, о чем говорит. Почти со всеми своими парнями Полина знакомилась в сети.

Каждый день «Любимки» посещало около пяти миллионов человек, желавших найти настоящую любовь, вступить в брак или завязать дружбу по интересам.

Надпись на главной страничке обнадеживала:

«Хочешь начать новую жизнь? Завести веселых друзей или найти большую любовь? Наш сайт поможет тебе. Все что нужно, это зарегистрироваться! Ты будешь получать больше 1000 писем в день! И, может быть, именно здесь встретишь свою настоящую любовь!»

Я нажала ссылку «регистрация», подробно заполнила анкету с информацией о себе и загрузила фотки, сделанные сегодня в парке. Полина советовала еще поискать мои фото в купальнике.

– Так тебя заметят быстрее, и посетителей будет больше. А значит, шанс найти среди них особенного – возрастет. Ну ладно, потом найдешь и добавишь. Теперь надо придумать какую-нибудь завлекательную фразу. Как бы сделать тебе рекламу. У меня, например, написано «Меня просто найти, легко потерять и невозможно забыть. Попробуй!», или еще очень классная фраза есть «Я женщина, а значит, я – богиня!».

– Мне не нравится.

– Вика, тебе ничего не нравится! Что ты предлагаешь написать? Идеи есть?

– Я бы написала просто. «Хочу влюбиться».

– Дело твое, конечно, но этим вряд ли кого привлечешь. Ладно, пиши давай.

Я написала, нажала «добавить». Полина кивнула, перечитала все и сказала:

– Мы забыли придумать тебе ник! Назовись «Королевой», или «Вечностью», или «Тайной»… – предлагала Полина.

Менее пафосных имен я от нее и не ждала. Я немного подумала и назвалась Tory.

– Никакой у тебя фантазии нет! – обижалась она. – Я тебе как надо советую, а ты все свое гнешь. Ну ладно, мне-то что, тебе с этой анкетой знакомиться, а не мне. У меня-то своя есть…

Полина ушла домой в половине одиннадцатого, а я, уставшая за день, пожелала спокойной ночи родителям, легла спать и тут же заснула.

Мне снилось, что электронный ящик встретил меня извещением о том, что у Виктории Смирновой девятьсот двадцать шесть непрочитанных сообщений. Страшное число росло на глазах и спустя минуту перевалило за тысячу. Проснулась я только потому, что не смогла подсчитать во сне, сколько мне потребуется времени, чтобы всем ответить. В панике я искала калькулятор, но его нигде не было.

Утро я провела, читая письма, что за ночь упали в мой почтовый ящик. Их оказалось чуть больше сотни вместо обещанной тысячи, но это меня не огорчило.

Однако после прочтения первых десяти писем вера в скорое счастье начала плавно испаряться и к тридцать пятому письму совсем исчезла, оставив после себя пустоту и легкое разочарование.

Будто я долго надувала воздушный шарик, а потом случайно отпустила его. Несколько мгновений он звучно выписывал замысловатые кренделя по комнате, а потом грустно затих в пыльном углу, похожий на цветную тряпку. Поднимать его с пола и заново надувать уже не хотелось. То же самое чувствовала я, читая письма и комментарии незнакомых парней.

Горячий мачо написал:

Классненькая! Пойдем гулять?

Грустный зайчонаг написал:

Ты клевая чикса!

Синяя борода написал:

Ы-ы-ы! Бааагиня! Пойдем в тренажерный зал?

Стрелок написал:

Абалдеть! Ооочень миленькая! Йа влюбилсо.

Влюбленный Медвед написал:

Превед! А у тя предки случаем не на даче?

Почему Медвед задает такие вопросы? При чем здесь дача и мои родители? У нас и дачи-то нет и никогда не было. Я решила ему ответить и уточнить, что он имеет в виду.

Tory: Привет. Нет, родители дома. А что?

Влюбленный Медвед: Ну это самое… как там… могли бы пойти к тебе. Музыку посмотреть, видео послушать и все такое:)))

Tory: Я не против. У меня со среды каникулы. Днем родители на работе, так что можно встретиться.

Влюбленный Медвед: Нормал! Тогда давай завтра в двенадцать встретимся в метро и пойдем к тебе. Ок?

Tory: Хорошо. Ты какие фильмы любишь?

Влюбленного Медведа зовут Валерой. Ему шестнадцать лет, и он учится в пятиэтажном ПТУ, что находится через забор от нашей школы. Он писал, что у меня очень красивые глаза, которые внушают доверие. Называл «волшебной зайкой». Я подумала, что это хорошо, что мы завтра днем уже встретимся и погуляем. К чему все эти письма и долгие диалоги online, если за пять минут в реале можно все понять и сделать выводы?

«Любимки» не цель, а всего лишь средство.

Всего лишь тот самый паромщик, что соединяет сердца потенциальных влюбленных. Из нас, наверное, получится отличная пара. Влюбленный Медвед и Волшебная Зайка. Звучит супер!

· · ·

Все утро Полина консультировала меня по телефону. Что надеть, как накраситься, как себя вести и какую фруктовую жвачку пожевать.

– А вдруг вы будете целоваться? Если ты будешь жевать фруктовую жвачку, он подумает, что ему попалась девушка – сладкая, как конфета. Это же клево. Я знаю, что говорю. Доверься мне. Кстати, скинь мне его фотку на почту. Как он тебе, кстати?

– Да не знаю, как-то никак…

Я просматривала его фото, сохраненные в отдельную папку, и отправляла их Полине. Валера совсем не был похож на Ковалева. На фотографиях он или кривлялся, или сердился, или показывал в камеру «козу». Крутой весь такой, с ума сойти.

– Тебе не угодишь! – возмутилась Полина.

– Он какой-то не такой, подбородок у него некрасивый.

Вот Валера в Питере, традиционное фото на фоне Зимнего дворца. Вот он на пляже в Турции – красные шорты натянуты почти до груди, резиновые шлепки, темные очки. Вот он сидит в каком-то кафе и ест банан…

– А мне он нравится, – неожиданно сказала Полина. – Симпатичный, что-то в нем есть. Ты должна с ним встретиться.

– Знаешь, как он меня называет? Волшебной Заей.

– Он просто идеальный молодой человек! Я его уже обожаю!

– Может, тогда сама с ним и встретишься?

– Нет уж. Мне своих хватает.

Посмотрев на фото Валеры еще раз, я выключила компьютер, договорила с Полиной и вышла из дома за полчаса до назначенного времени. Я не чувствовала даже легкого волнения. Боюсь представить, что бы я испытывала, если бы на месте Валеры был Ковалев. Но это мысли из жанра фэнтези, такого быть не может, как ни мечтай.

Я спустилась в метро, огляделась по сторонам в поисках свободной лавочки.

– Здорово, детка! – я вздрогнула от неожиданного приветствия, которое раздалось прямо у моего уха. – Давно ждешь?

– Только пришла, – ответила я и только теперь увидела Влюбленного Медведа. – Как дела?

– Нормал, че… – сказал он. – Дела нормал. Пойдем, что ли?

– Пойдем, – вздохнула я.

Мне хотелось уйти. Я немного по-другому представляла себе первое свидание с молодым человеком. Неужели все любовные истории начинаются так? Неужели из таких странных знакомств может со временем получиться что-то приятное, дорогое и любимое? Такое, что не захочешь потерять.

Влюбленный Медвед, он же Валера, был брит налысо, носил спортивные штаны, пиджак с туфлями и не мог связать двух слов без помощи ненормативных междометий.

– Ты далеко живешь? – интересовался он.

– Нет, пять минут пешком.

– А-а… ну, нормал. Слушай, это самое… того самого… тебя это… как зовут? Я забыл просто.

– Меня? – кажется, я немного тормозила.

– Нет, блин, меня.

– Вика, – ответила я.

– М – м… нормал, – оценил Валера и уже во второй раз попытался меня обнять, нагло притянув к себе за талию. Я же настойчиво отстранялась, думая о том, как бы удрать от этого Медведа. – Э-э, ну ты че такая?

– Какая? – я начинала злиться. – Какая?

– Че ты бычишься-то на меня? Че, не хочешь уже, что ли? Или родители дома?

– Да, дома, – соврала я. И как эта мысль раньше не пришла мне в голову? – Так что придется гулять.

– Бли-и-ин, – протянул Валера. – Вот отстой.

Несколько минут мы шли молча. Руки Валеры навязчиво тянулись к моей талии. Цепкие, липкие. Фу. Ногти грязные, нестриженые.

Проходя мимо дома Полины, он выдал:

– Слушай, пошли в какой-нибудь подъезд, я хоть тебя пощупаю как следует! – он сказал это так спокойно, будто приглашал меня в кофейню выпить чашку горячего кофе.

Предложение так возмутило меня, что сначала даже слов не нашлось, чтобы достойно ему ответить. Хотелось нажать на «exit», и чтобы этот грязный придурок исчез.

Валера продолжал:

– Ну, че ты? – возмутился он. – Че ты ломаешься? Я же вижу, что ты любви хочешь… У тебя даже в анкете написано было «Хочу влюбиться».

– Ну, может, и хочу, но не до такой степени! – выкрикнула я и поняла, что густо краснею.

– Я че, не нравлюсь тебе? – удивился Валера.

– Нет, – ответила я и, не прощаясь, перебежала дорогу на мигающий зеленый сигнал светофора.

– Ну и дура! – проорал Медвед с противоположной стороны улицы. – Дура тупая! Пожалеешь еще! Да ты мечтать должна о таком, как я! Прибежишь еще ко мне…

Стоя все там же, Валера показывал мне средние пальцы на обеих руках и так отчаянно дергался от переполнявших его эмоций, что казалось, будто он танцует под хит «…Relax! Take it ea – a – a – a – asy!», доносящийся из музыкальной палатки.

Я отвернулась и пошла домой. Похоже, день не задался с самого утра. Пока шла, сломала каблук, грохнулась, испоганила джинсы, у подъезда сняла туфли, села на скамейку, как Аленушка на камень.

Когда он закончился, я поднялась к себе и по привычке включила компьютер, чтобы проверить почту. Глупо расстраиваться из-за одного придурка. Первый блин комом, так часто бывает. Это не значит, что все такие.

Во «входящих» висело двадцать новых сообщений. Писали мне в основном такие же бритоголовые пацаны вроде Медведа, маленькие двенадцатилетние мальчики и даже несколько девушек было. Чего они от меня хотят?

Последнее письмо в папке отличалось внушительным объемом. Если предыдущие виртуальные женихи ограничивались лишь парой высокоинтеллектуальных фраз, то этот постарался на славу.

Котенок написал:

О, кратер моего вулкана, Тори!

Ах, сударыня, хотя бы из жалости соблаговолите успокоить смятение моей души, соблаговолите сказать мне, на что я могу надеяться и чего мне страшиться. Я нахожусь все время в неизвестности между чрезмерностью счастья и чрезмерностью страдания, и это для меня жестокая пытка.

Зачем я говорил, переписывался с Вами по интернету?! Почему не устоял я перед властным очарованием, заставившим меня открыть Вам свои мысли?

Пока я довольствовался тем, что безмолвно переписывался с Вами, это было для меня радостью, и это чистое чувство казалось вполне достаточным для моего счастья. Но этот источник радости стал источником отчаянья с того мгновенья, когда я увидел Ваш незабвенный образ, запечатленный на фотографии.

И мир услышал этот вопль: «О, я несчастный!»

Сударыня, этот крик моего сердца долго будет звучать над его осколками. По воле какого рока было предначертано мне это?

Ответить

Под нежным ником Котенок скрывался усатый мальчик с маленькими, близко посаженными глазками и широкими скулами. Он правда чем-то напоминал кота. А искал он, что совсем не показалось мне удивительным, мышонка. «Где ты, мой мышонок?» – было написано рядом с его нечеткой фотографией.

Я позвонила Полине и зачитала вслух этот маленький шедевр. Полина сказала, что надо и с ним попробовать.

– Только на этот раз я все проконтролирую! – грозилась подруга. – Сама тебя одену, накрашу, причешу и вместе с тобой пойду. Да ты не бойся! Провожу тебя только. Мы спрячемся за колонной и понаблюдаем, что это за парень. Если нормальный, пойдешь к нему. Если нет, то нет. Доверься мне, у меня большой опыт в этих знакомствах!

С Котенком мы договорились встретиться там же, где и с Медведом, в час дня. Утром Полина пришла ко мне домой с большим пакетом одежды и огромной косметичкой, похожей на сумку приличных размеров. Она снова колдовала надо мной у зеркала, завивала волосы щипцами, брызгала липким лаком, укладывала в замысловатые фигуры на голове, заплетала небольшие косички по бокам.

Потом принялась за лицо. Темно-серые тени, черная подводка, малиновые губы. В зеркале постепенно появлялась какая-то несуразная кукла. Будто детское лицо небрежно разукрасили яркими фломастерами. Ну, не знаю. Может быть, мальчикам именно это и нужно. Полине виднее, пускай рисует дальше…

Закончив с лицом, Полина вытряхнула из пакета вещи, которые принесла. Из десятка разноцветных шмоток она вытащила всего три. Красную обтягивающую водолазку, очень узкую черную юбку до колен и красные колготки. К ним она еще подобрала черные туфли на каблуках.

Я надела все это и посмотрела на себя в зеркало. При всем уважении к чужому труду, я призналась Полине, что это совсем не то, чего я хотела:

– Ты серьезно считаешь, что я классно выгляжу? – недоверчиво спросила я Полину.

– Ты что, издеваешься? – Полина серьезно посмотрела мне в глаза. Я бы, конечно, могла согласиться, что издеваюсь, но я правда считала, что без всего этого выгляжу лучше. – Да посмотри, какая ты клевая! Скажешь, нет?

– Красные колготки… фу, – скривилась я. – И красная водолазка. Да я на черта похожа с этими красными ногами!

– Да дура ты, Вика! Ладно, хватит со мной спорить, бери сумку и пойдем. У тебя, между прочим, свидание через двадцать минут.

– Это уже второй парень, – сказала я.

– Я все помню, – ответила Полина. – Чем больше, тем лучше!

– Почему?

На тонких каблуках я с трудом поспевала за Полиной, и, скорее всего, походила со стороны на раненую каракатицу. Полина легко парила над землей на шпильках в десять сантиметров. Я же спотыкалась почти на каждом шагу, подворачивала ноги и даже пару раз чуть не потеряла туфлю.

– Потому что тебе надо учиться общаться с противоположным полом, – ответила Полина. – У тебя ведь совсем нет навыков общения с мальчиками. А все почему? Потому что ты с ними не общалась. Понимаешь, Ковалев, он ведь не последний парень в твоей жизни. Ты ведь, надеюсь, не собираешься за него замуж?! В общем, это лето нужно провести с пользой. Сначала трудно будет, тем более тебе, а потом привыкнешь…

Мы спустились в метро и остановились у колонны.

– Как там его зовут? – спросила Полина.

– Котенок, – ответила я.

– Ты что, даже имя у него не спросила?

– Ну да, – пожала я плечами. – Я забыла.

– Блин, всему учить надо! Ничего сама сделать не можешь! Мне что, за тебя переписываться? Нет уж, извини. Хорошо, что хоть фотку мы видели! Правда, там тоже ни фига не видно…

– Не кричи, на нас смотрят…

– Так, это не он вон там стоит? В красных шортах?

– Не, не похож.

– А вон тот, длинный и тощий с газетой?

– Кажется, нет.

– Так нет или кажется?

– Нет, вон он!

Я кивнула в сторону низенького взъерошенного брюнета, испуганно выпрыгнувшего из последнего вагона. Казалось, он даже не выпрыгнул, а его оттуда случайно вытолкнули. Так же испуганно озираясь по сторонам, он шел к середине зала, а мы продолжали наблюдать за ним из-за колонны.

Темные штаны висели на парне, как на вешалке, серый балахон с капюшоном спускался почти до колен, а за спиной еще и потертый рюкзак болтался.

– По-моему, ничего, – неуверенно оценила я Котенка.

– А по-моему, отстой, – ответила Полина. – Лох какой-то, сразу видно. Пойдем отсюда, только время зря потеряли.

– Может, сказать ему, чтобы не ждал? – спросила я.

– Ты совсем дурная, что ли, Вик? Тебе что, больше всех надо? Посидит полчаса и уедет. Забей! Пойдем отсюда уже…

Мы поднялись наверх и вышли из метро.

– Знаешь, что я придумала? Сейчас мы идем к тебе домой, вместе смотрим парней на сайте, я тебе отбираю нескольких нормальных, потом ты с ними переписываешься и встречаешься. Ну?

– Ну, давай… – вздохнула я.

Весь вечер мы с Полиной искали нормальных парней на сайте. В итоге Полина отобрала только трех. Всем троим мы сочинили небольшие письма и отправили, но ни один из них не ответил, хотя все были online.