Прикладная охрана.

Если первые занятия в прикладном послушании нужны для установки контакта между собакой и дрессировщиком, выяснении проблем и путей их устранения, то в прикладной защите все, на первый взгляд, проще. Выяснить, может ли собака стать надежным защитником или нет.

Тут стоит сделать небольшое отступление и разобраться, почему вообще некоторые собаки имеют склонность к защите человека? И почему это склонности нет, например, у крыс, хомячком или кошек? Или лошадей?

Объяснение корениться в той же причине, по которой собаки вообще живут рядом с нами, получая от этого массу пользы и удовольствия – в стайности. И люди, с собаки являются, по сути, социальными, стайными животными. Для собак и волков стая – это единственный способ выжить в суровых условиях зимы, и тем более единственная возможность справиться с добычей, в десятки раз крупнее их самих. То есть способность собираться в стаи и охотится на крупную дичь – одна из основ работы по человеку.

С другой стороны существует множество ритуалов, предназначенных для бескровного решения конфликтов внутри самой стаи. Эти ритуалы имеют силу законов и нарушившие их обречены на изгнание, и скорее всего – гибель. Про них тоже можно написать отдельное исследование – но здесь у меня другая цель.

Собака, защищающая хозяина, не шутит – это ясно и тем, кто нападет, и самому владельцу. То есть мы имеем дело с агрессивностью, агрессией. И поскольку агрессия не является каким-то привнесенным качеством, следовательно, она заложена в собаках изначально и должна преследовать определенные цели.

И это так. Агрессия – краеугольный камень, на котором основано существование любого вида, особенно сложноорганизованных хищников. Итак, существует – пищевая агрессия – любая особь защищает свою часть добычи, отдавая ее только доминирующему животному своего вида.

Половая агрессия – постоянное выстраивание иерархической лестницы провоцирует бесконечные стычки и демонстрации среди особей одного пола. Стайная, или территориальная – это когда две или больше стай патрулируют границы своей территории и защищают ее.

Межвидовая – выражается как в охоте на крупную дичь, так и как часть стайной – когда изгоняется крупное животное другого вида, возможно, представляющее опасность для стаи.

Материнская агрессия – защита детенышей от животных не только других видов, но очень часто и своего. Кошки и медведицы (не являясь стайными животными) вступают в схватки, часто смертельные, с самцами своего же вида. А самцы, набредя на котят или медвежат, тут же их убивают – чтобы покрыть самку и продолжить свой собственный род.

Перенесенная агрессия знакома многим. Когда возбужденные кобели дворняг, которых более сильные особи не подпускают к течной суке, облаивают ни в чем не повинных прохожих, а иногда и бросаются на них.

Охотничья – этот вид агрессии в комментариях не нуждается.

Оборонительная, или защитная, тоже – пример загнанной в угол крысы уже навяз в зубах и набил оскомину.

Итак – с чем из приведенного выше списка придется работать дрессировщику и хозяину, какую агрессию развивать и контролировать? Сразу несколько – исключая пищевую и материнскую. Хотя иногда, при работе с очень слабыми собаками, приходится использовать кость – но толк от таких защитников потом очень и очень небольшой.

В прикладной защитной дрессуре используется однозначно агрессия межвидовая, территориальная (стайная), охотничья. Оборонительная (собака прячется за хозяина и дает мелкие хватки, только когда уж совсем некуда деться) не желательна – если только не удается ее перевести в другой вид агрессии.

Некоторые знатоки, обещающие растравку и работу по человеку для собак любых пород, вполне успешно околпачивают хозяев, используя пищевую агрессию. В самом деле – не нужно быть семи пядей во лбу, что развить стремление голодной собаки защитить свою еду ( обычно крупную кость). Одновременно с бросками и хватками животного дается нужная команда, и возникший условный рефлекс – по команде нужно атаковать и кусать, иначе еда будет отобрана – успешно демонстрируется как защита хозяина. Хозяева, как правило, люди доверчивые, и никому не приходит в голову простая мысль – а не попробовать ли свою собаку в реальной ситуации, с другим человеком, без рукава и так далее? Ни в одном из перечисленных случаев животное работать не будет.

(Это касается пород, не предназначенных для охраны – гончие, лайки, борзые, легавые и т.д. Хотя с служебными собаками подобный метод, хоть и нежелательный – на мой взгляд – может использоваться.)

Итак – возвращаясь к началу главы – что должна делать собака на первых занятиях? Что должен делать хозяин? Что требуется от дрессировщика?

Для начала давайте разберем, чего делать нельзя

Небольшие проблемы могут возникнуть где-то на третьем-четвертом занятии по охране. Дело в том, что примерно в это время у собак пропадает начальная, скажем так, озверелость и задор. То есть если в самом начале работы собаки просто теряют голову при одном виде человека в защите, и стоит немалых трудов пресечь неразрешенные и неспровоцированные хватки и, соответственно, отработать выдержку.

К тому же, если собака должна остаться социально приемлемой, то есть не бросаться без повода на людей, хоть чем-то напоминающих инструктора, и спокойно вести себя в любой обстановке, то приходится стоять рядом с собакой, беседовать с хозяином, прикасаться к нему защитой и так далее. В результате таких манипуляций у собак пропадает агрессия к инструктору и вся работа вполне может свестись к игре.

Фактически, именно это происходит на большинстве площадок. Яркий пример – здоровенный ротвейлер, который стащил рукав с фигуранта, но не продолжил работу по живому мясу, а сел, виляя обрубком хвоста, и стал буквально подавать рукав человеку. На его морде было явственно написано. " ну почему мы прекратили? Давай играть дальше."

Это довольно опасный рубеж – с одной стороны есть опасность превратить собаку в неуправляемого зверя, с другой – перевести занятия в разряд приятной и полезной для здоровья игры. То есть собака получает хорошую физическую нагрузку (этакое перетягивание каната при помощи челюстей), при этом психика ее не подвергается каким-либо ненужным для людей изменениям.

Может даже показаться, что для городской собаки это идеальный вариант…

Может быть. В том случае, если вы не выходите на улицу без оружия и в то же время у вас достаточно денег, чтобы содержать штат телохранителей. Тогда, пожалуй, вашей собаке действительно нужна просто физическая нагрузка, и игра с рукавом для этой цели подойдет как нельзя лучше.

Другое дело, если вам действительно нужен надежный и неподкупный телохранитель, которого может остановить только пуля – и то сразившая его наповал. Это не реклама, хотя рабочую собаку можно остановить в атаке только так – и если не попасть сразу, то потом у человека шансов будет не больше, чем у скрипача-третьеклассника против дворовой банды подростков.

Именно в такой, реальной ситуации оценивается уровень способностей собаки и качество ее дрессировки. Рабочий пес не позволит себя ударить ножом, не позволит прицелиться из огнестрельного оружия. И даже не смертельная рана, коли уж удалось ее нанести, будет способствовать только еще более яростной работе.

Игрун – понятно, в каком контексте я употребляю это слово – убежит, поджав хвост, даже не от удара, а просто от грозного окрика. Самое большее, на что такие собаки способны – на грозный лай, прыжки вокруг дерущихся и, может быть, прикусывание за всякие несерьезные места.

И вина в том будет не собаки, а кинолога, который, вместо того, чтобы развить талант животного, превратил его в ненужную игривость.

То есть из среднестатистической собаки вполне можно создать отличную рабочую, не калеча ей при этом психику, но можно и наоборот.

Так вот, перекос и в ту, и в другую сторону может начаться примерно, как я уже говорил, на третье– четвертое занятие. Что делать?

Если собака проявляет излишнюю агрессивность – то есть не позволяет дрессировщику стоять рядом с хозяином в перерывах между хватками, заходясь в истерике, не может отпустить защиту после прекращения сопротивления, а если при помощи некоторых спец-методов челюсти все же разжаты, тут же вцепляется снова – можно поступить двояко. С одной стороны, у собак такого типа можно добиться более-менее спокойного поведения только после окончательной усталости – восемь, девять хваток на пределе физических сил – и только потом, когда челюсти животного уже оказываются работать, но стремление кусаться все еще есть, отрабатывать съем по прекращению сопротивления и выдержку.

При этом уже не стоит отрабатывать такой элемент, как работа по факту нападения на хозяина – удары без команды лучше провести в первую половину занятий, когда собака еще горит желанием работать.

Так вот, перед прекращением занятий можно дать несколько хваток без затягивания – только для того, чтобы собака, у которой уже прошла новизна и азарт, поняла, что если жертва перестала дергаться, то ее надо отпустить. Именно это требуется хозяину, который не забывает животное хвалить.

В некоторых случаях для прекращения хватки можно применить струю воды в нос. Это, пожалуй, единственный способ, эффективный для собак любых пород и действенный в любом состоянии животного. Собака разжимает челюсти, даже не поняв, что произошло, и некоторое время стоит с мутными глазами. Потом только, через минуту или несколько, она начинает реагировать на окружающее.

Важно запомнить, что перед тем, как использовать воду, нужно обязательно дать одну команду к съему ( Нельзя, брось, плюнь и так далее. Только не говорите –фу.– Мало того, что эту команду вбивают щенку с самого детства, добиваясь немедленного выполнения, так ее еще знают все, кому не лень. Мне много раз приходилось обламывать вполне рабочих собак, просто рявкнув –фу!! Точно так же себя ведут алкаши, хулиганы и т.д. хозяева о вреде всем известной жесткой запрещающей команды просто не задумываются.) и прекратить всякое сопротивление – это относится к кинологу.

Через некоторое время собака, не дожидаясь, пока в нос попадет вода, отпускает защиту по команде и прекращении сопротивления. Когда это достигнуто, хозяин должен увеличивать расстояние между собой и работающей собакой, добиваясь подхода к ноге (своей, естественно ) – как только животное отпустило защиту. Конечно, большинство собак подходит не сразу, некоторое время покусывая жгут и прокладку – но все-таки потом подходят.

Примерно в это же время желательно вводить в работу фигурантов – если, конечно, карман клиента позволяет.

Четвертое– пятое занятие, как я уже говорил, рубеж довольно опасный – с одной стороны, новизна работы с кинологом пропадает, с другой – может возникнуть четкая ассоциативная связь между командами и работой по конкретному человеку.

Помощник возвращает интерес к работе, к тому же ситуация меняется кардинально – вместо одного, уже довольно привычного человека появляются два, соответственно нагрузка увеличивается в два раза, в два раза же увеличивается потребность принимать самостоятельные решения. Пусть пока на расстоянии в длину поводка.

Бывает так, что после появления фигуранта пес, который хорошо работал на привычного человека и показывал великолепную выдержку, вдруг срывается, как говориться, с цепи – неспровоцированные броски, истеричный лай, неподчинение, невозможность снять собаку с рукава и, как следствие, невозможность переключить его на второго инструктора. В этом случае можно следующее занятие провести в одиночку, потом опять пригласить помощника, потом, добившись от собаки нормальной работы с двумя фигурантами, сменить человека, потом начать работу втроем и так далее.

Опять же, нет правил без исключений – собственно, в доказательство этого и приведен весь помещенный выше текст – некоторые собаки к пятому занятию только– только начинают понимать, что от них хотят, некоторые, дав к нему хороший результат, на проверке в буквальном смысле возвращаются к результатам первого дня работы. То есть почти ничего не делают.

Вернемся к нашим баранам – то есть, к собакам. Разбираем второй вариант – когда у собаки не срываешь крышу от злости, а наоборот, она становиться чересчур спокойной воспринимает работу как игру.

Во– первых, надо уменьшить количество хваток, давая перед каждой сильный разогрев – дрессировщики знают, что это такое, во вторых – не очень затягивая укус, подхлестывать собаку по бокам и лапам прутиком. Главное, не переусердствовать – один мой помощник, которого я попросил это сделать, так хлестанул добермана, что потом тот навсегда отказался работать. Кто только к нему не приходил и как только его не раскачивали…

Одновременно с работой прутиком (который собака тоже не должна видеть) требуется хорошая и активная работа хозяев – то есть азартное, злое поощрение голосом и повторение команды, удары кинологу по рукаву, взъерошивание шерсти. Я не оговорился в определениях активной работы – смех и дурачество не позволяют собаке понять, что от нее требуется и, опять же, очень велик шанс превратить все в игру. Хозяин должен разозлиться на кинолога, и собака должна это почувствовать. В этом случае выдержка отрабатывается по минимуму – то есть собака не должна бросаться на дразнилу, едва только он вышел из укрытия, но и не спать, зевать, отвернувшись в сторону и занимаясь своими делами. Собака, будучи постоянно настороже, внимательно следит за человеком, который движется или стоит неподвижно, не делает непозволительных бросков и не расслабляется – вот идеальное поведение. Количество хваток в таком случае должно быть гораздо меньше и, действительно, лучше прекратить работу, когда собака еще имеет силы.