В чем польза молока?

Откуда же все-таки взялся миф о полезности молока? Когда я задаю этот вопрос, многие люди приходят в тупик, припоминая лишь слова из песенки, написанной полвека назад композитором Гладковым к популярному мультфильму: «Пейте, дети, молоко, будете здоровы». И мало кто знает, что в XIX веке в народе был популярен другой стишок: «Молоко ты, молоко, молоко коровье, от тебя мне, молоко — только нездоровье». И, действительно, вспомните, чем наши бабушки-прабабушки подкармливали в деревнях ребенка, если ему не хватало материнского молока? Правильно, тюрей — разжеванным хлебным мякишем. И как бы неаппетитно это ни выглядело, они не спешили во двор, чтобы нацедить молоко от собственной коровушки.

И все-таки молоко в деревнях пили и корова действительно была для многих семей кормилицей. И полезность молока определялась прежде всего теми травами, которые поедала корова.

Однако согласимся, что большую часть питательных веществ этих трав корова все- таки употребляет на нужды своего организма, а через ее вымя можно нацедить вместе с молоком лишь жалкие остатки этих витаминов на уровне ноль сотых или ноль десятых миллиграмма. Но и этого человеку до поры до времени хватало вкупе с другими натуральными продуктами и работой на свежем воздухе.

Теперь представим себе современное молочное стадо и хотя бы одним глазком заглянем на оставшиеся фермы, что сделал в свое время известный травник Владимир Дерябин. Поняв, что оздоровление людей стоит начинать с лечения коровьего стада, Дерябин поехал со своими травами и мазями по животноводческим фермам и был потрясен представшей его глазам картиной. «Никогда, — пишет он в своем отчете, — скотина на Руси не была так безнадежно и разнообразно больна». Свое заявление автор подтверждает рассказом о том, как раньше хозяйка мыла вымя заболевшей коровы теплой водой, массировала и смазывала маслом соски, сцеживала первые струйки молока, а остальное тщательно процеживала и не давала в пищу детям, пока корова полностью не излечивалась от мастита.

При сегодняшней нехватке доярок на селе корове просто подключают доильный аппарат (недаром и называют их сейчас уже не доярками, а операторами), который ранит ее вымя, приводит его к воспалительным заболеваниям. Заболевшим маститом коровам в лучшем случае вкалывают антибиотики и продолжают подключать аппарат, принося бедной корове боль и страдания, а нам в пищу — гной и кровь. Какой набор опасных микроорганизмов образуется в самом доильном аппарате и в специальных бочках, куда сливается молоко перед развозкой, лучше, пожалуй, промолчать. Однако не случайно сплошь и рядом молоко казенное рекомендуют подвергать обязательному кипячению или стерилизации. Забывая при этом добавить, что казеин при обработке высокими температурами склеивается, и если капнуть таким молочком на тонкую ткань и сложить ее в этом месте, то потом эти куски ткани будет весьма сложно оторвать друг от друга.

Да и какой процент витаминов останется в таком молоке после термообработки?

На деле в магазинах сегодня крайне редко продают даже кипяченое цельное молоко. В большинстве случаев на разномастных пакетах с буренками находится восстановленное из сухого порошка изделие, которое после соответствующих обработок может стоять месяцами, не портясь даже без холодильников. Производителям и продавцам опять красота, а вот на что надеются потребители таких псевдопродуктов, остается загадкой.

То, что продается сегодня в магазине, главный санитарный врач Геннадий Онищенко справедливо предлагает честно называть молочным напитком, а никак не молоком в природном смысле этого слова.