Картина третья.

Место действия – офис корреспондентки.

Действующие лица: Горин, OSV, корреспондентка. Все уже без имиджа, пьют чай с печеньем.

· · ·

Горин (оживленно, весело): …И вот надоело мне заниматься популяризацией науки, и решил я написать роман.

Так, что вы думаете? Под тлетворным влиянием западного (в первую очередь, американского, конечно) кинематографа пишутся у меня только диалоги – ни тебе сюжета, ни тебе описаний. Я уже не говорю про метафоры, синекдохи, и прочие метонимии.

OSV {лениво): Про что хоть роман-то?

Горин (по-прежнему оживленно): Про чувства, вестимо!

Там у меня, правда, лаконично все замышлялось… Тема все та же, трагическая невозможность понять другого человека, но жанр был – «реалистический абсурд».

Герой и героиня (ее, кстати, Татьяной зовут – вполне пушкинское имя в год великого юбилея поэта; а герой так и остался безымянным) знакомятся, естественно, в постели, где внезапно обнаруживают друг друга. Первый обмен репликами:

· · ·

– Татьяна, я Вас хочу! – Ну, так Вы меня имеете!

· · ·

Романтично, правда?

Корреспондентка (слегка утомленно): Я теперь где угодно смогу романтику найти…

Горин (по-прежнему весело): Потом герой и героиня долго и разнообразно исполняют обязательную программу – хотя роман и не порнографический.

Я избежал излишнего натурализма тем, что дал описания всех действий героя и героини в виде их внутреннего диалога:

· · ·

"И в это время он внезапно вспомнил детский стишок: «Учитесь готовить! А то ведь Не все мы умеем готовить!»

· · ·

OSV (все еще лениво): Трудновато догадаться о самих действиях…

Горин (еще более оживленно): Так я как раз и жалуюсь, что сюжет не идет!

Кстати, на чем я остановился? А, вспомнил – они переходят к произвольной программе и начинают разговаривать. Тут тоже хороший диалог получился:

· · ·

"Она: Такой мужчина, как ты, встречается один на тысячу….

Он: А что, предыдущие девятьсот девяносто девять тебя удовлетворить не смогли?

Она: Нет… Ты очень сильно отличаешься от других…

Он: Чем же? Расскажи! Ты ведь понимаешь, что сам я не могу знать, что во мне устроено не так, как у других мужчин. Во имя всего святого, открой мне эту тайну!

Она: А действительно, чем ты отличаешься от других?

Сексуальными способностями – нет, это на среднем уровне…

Пьешь ты, как сапожник – так все сейчас пьют…

Миньет любишь – да покажи мне мужика, который не любит… О! Поняла! Тебе же его делают!"

OSV (вальяжно, чуть свысока): Ничего… А в чем задуманный трагизм?

Горин (трагично): В том, что больше они не встречаются. А, встретившись в следующей жизни, не узнают друг друга…

Кстати, ребята, мы с вами тоже расстаемся. И тоже надолго, хотя, надеюсь, и не как в романе…

Мы вот все с Сергеем думали: ну, выпустим мы книжку – а дальше-то что?

Корреспондентка (вполне резонно): Как что? Люди ее читать будут. Повышать квалификацию в общении.

Горин (чуть раздраженно): Нет, делать-то нам с OSV дальше что? Созвать народ и провести трехдневный семинар по «пикапу» с гарантированным лишением невинности?

OSV (ехидно): Лишать не замучаешься? Нет, давай-ка я зимой 2000 года (а с учетом нашей загруженности – может и чуть позже) сделаю в Интернете сайты http://www.pick-up.ru и http://www.seductionart.com. Там и продолжим общаться с теми, кому это интересно. Идея принимается?

Горин (чуть подумав): Если у нас и есть выбор, то этот – наилучший.

OSV (решительно): Ну, что, расходимся по домам?

Горин (нерешительно): Подожди минутку… Мне вроде как обратной связи хочется.

Татьяна, можно тебе вопрос задать? Ты – единственная из существующих в природе девушек, которая в условиях чистого эксперимента наблюдала наше с Сергеем исполнение разных шаблонов «пикапа».

Извини, но если бы у тебя не было здесь роли эксперта, то кого из нас ты бы не захотела сейчас отпускать от себя? Просто, как девушка?

Корреспондентка (смущенно, слегка покраснев): Знаете, ребята… А вы можете оба остаться?