Глава 4, в которой Кристина снимает кино, Марина печет пироги и рисует сов, а я так и не встретилась с Сережей.

На пороге сидела Марина и что-то рисовала карандашом на светлой широкой доске. Рядом Кристина фотографировала айфоном свои ноги. Они обе были так увлечены, что не заметили, как появилась я. Черный тут же вскочил на задние лапы и залился громким лаем. Только теперь меня заметили.

– Ну ка-а-ак? – спросила Кристина. Я достала из сумки сосиску и смело протянула ее скачущему рядом с будкой Черному. Он ловко выхватил ее зубами, это отвлекло его на время. – Тебе удалось что-нибудь выяснить?

– Ваня рассказал много интересного, – ответила я. – Деревня старая, строилась еще во времена Ивана Грозного, потом он отдал ее в приданое своей дочери.

– Надо же, – удивилась Кристина. – А вообще, как?

– Наверное, я больше не пойду с ним гулять.

– Мне кажется, от него так просто не скроешься. Живет в соседнем доме, может спокойно следить за нами. Это тебе не Вконтактике переписываться. Здесь все проще. Пришел, постучался, принес ягоды, улыбнулся и позвал гулять. Так просто не откажешь ведь. Нет времени на лишние раздумья. Наверное, это даже хорошо.

– Я могу сказать, что плохо себя чувствую, – ответила я. – Или что занята.

– Тогда он заявится позже.

Я села рядом с Мариной и посмотрела на доску:

– Хочу сделать часы с совами, – сказала она. – Нам на дачу. Будет три широких доски. На первой нарисую сурового филина, на второй будет просто сова, а на третьей дупло с совятами и циферблат. Нужно будет в Москве часовой механизм еще купить.

– Интересно. Сама придумала?

– Нет, конечно. В группе какой-то подсмотрела.

На досках были уже нарисованы светлые силуэты филина, совы и их птенцов. Марина же была чем-то недовольна. То слева на них посмотрит, то справа.

– Что-то не то, – вздохнула она.

– По-моему, прикольные совы, – ответила я. – Чем раскрашивать будешь?

– Акриловыми красками, с собой взяла. Правда думаешь, что совы нормальные?

– Да, а что с ними не так?

– Они не похожи на сов, понимаешь?

– Тебе кажется.

– Ты просто весь день над ними сидишь, – сказала Кристина. – Тебе нужно прогуляться.

– Точно, – согласилась Марина. – Пойдем на рынок.

– Здесь нет рынка, есть три магазина. А что ты хочешь купить?

– Во-пе-е-ервых, – затянула Марина. – Нам нужны свежие помидоры и огурцы. Во-вторых, сладкий перец и лук. В-третьих, нужен рис, фарш и специи. Еще можно купить каких-нибудь макарон, подсолнечное масло, десяток яиц и… еще мне нужны дрожжи.

– А это еще зачем? – хихикнула Кристина. – Ты решила напечь пирожков?

– Почти, – ответила Марина. – Хочу оладий нажарить утром.

– Ладно, пойдем, – сказала я. – Купим тебе дрожжи и все остальное.

Марина обрадовалась, отложила в сторону своих сов, быстро собралась, и мы отправились в магазин.

– Обожаю ходить на рынки, – говорила Марина по дороге. – Жаль, у нас в городе нет нормального рынка, приходится ездить в Москву в Лианозово. Знаете, там у станции большой крытый рынок есть. Там все такое свежее, натуральное, вкусное… ходишь себе, выбираешь, покупаешь. Жалко, торговаться толком не умею, это у меня мама любит. А как там пахнет! Я получаю настоящее удовольствие, находясь там. Мы туда каждую субботу с утра ездим.

– Пора ей парня найти, – шептала мне Кристина на ухо.

– Я все слышу, – отозвалась Марина. – Когда у меня будет парень, мы будем вместе ходить на рынок. Я буду выбирать лучшие продукты, а он будет торговаться, а потом мы придем домой и будем вместе готовить. Это экономнее, чем ходить на свидания по ресторанам, а сближает и объединяет лучше.

– Когда я найду парня, мы будем вместе снимать кино, – призналась Кристина, отправляя в инстаграм очередную фотографию. – Я буду сценаристом, он оператором, а все остальные – актерами.

– А если они будут против?

– А кто их будет спрашивать? – смеялась Кристина. – Мы будем незаметно снимать на айфоны дрожащими руками, будет эффект присутствия, так сейчас модно. Монтировать и озвучивать на компе будем. Наше независимое кино обязательно найдет своего зрителя. Вы еще спасибо нам потом скажете. А ты, Саш, что будешь делать, когда найдешь парня?

– Да я как-то не думала об этом, – ответила я. – Я так давно ни с кем не встречалась, что даже не помню, чем обычно занимаются влюбленные люди.

– А ты представь и пофантазируй, – предложила Марина.

– Наверное, мы бы делали то же самое, что делают обычные влюбленные парочки. Целовались бы на каждом углу, фоткали бы себя вместе с вытянутой руки или в зеркало, поменяли бы статусы Вконтакте. Я бы не скрывала его ото всех, скорее даже наоборот. Я бы им гордилась и показывала бы всем. Нет, я бы не ставила на аву наше совместное фото, хотя… знаете, если совсем-совсем честно, я бы, наверное, заколебала всех нашими фотками в ленте новостей.

– А мы бы с Мариной писали вам, что вы «охрененные».

– Фу, ненавижу это слово, – сказала Марина. – Лучше писать «офигенные».

– Лучше просто ставить лайки, – ответила я.

– Зато честно, – улыбнулась Кристина. Так мы незаметно дошли до центрального магазина, где я сегодня уже была. Рядом с магазином стоял большой грузовик, которого утром не было, а около него – полосатая палатка и длинная очередь. Судя по всему, продавали овощи. Глаза Маринки тут же загорелись, и, забыв о нас, она пошла на разведку.

Мы накупили столько продуктов, что, казалось, этого хватит на две недели. Два пакета у Маринки, два у Кристины и два у меня. Шесть пакетов с овощами, фруктами, крупами, молочными продуктами, приправами, хлебом и сладостями.

– Пока не съедим, домой не поедем, – серьезно предупредила Кристина.

– Да ты что! – рассмеялась Марина. – Это же только на два дня нам. Придется еще идти!

– Ты с ума сошла, мы же столько не съедим.

– Съедим, – отмахнулась Марина. – Наверное, ты просто по магазинам редко ходишь.

– Посмотрим, – сказала Кристина и включила запись видео на айфоне.

Вернувшись домой, мы тут же начали готовить. Марина варила рис для перцев, обжаривала овощи, сыпала специи, мешала фарш. Я жарила курицу, Кристина резала салат и продолжала снимать видео. Заправив перцы и поставив их тушиться, Марина ходила вокруг нас и приговаривала:

– Главное – всех организовать. А послезавтра мы снова пойдем на рынок.

– Марин, ты прям как бабушка, – смеялась Кристина, наводя на нее камеру айфона. – Все время просишься на рынок и хочешь накормить!

Ваня зашел за нами в девять вечера. Одет он был почти так же, как и днем, только футболка другая. Чего нельзя было сказать обо мне. В этот вечер я решила выжать максимум из своей внешности – на случай, если на тусовке вдруг окажется Сережа. Это было моей целью, моей задачей – быть лучше всех.

Длинные волосы шли мне значительно больше, чем старая короткая стрижка. За лето я успела хорошо загореть, и уже не была сине-зеленой, как зимой и весной. Более того, я уже давно не выглядела, как тощий подросток – за прошедший год я стала женственной, и большинство нарядов, которые раньше сидели на мне, как на вешалке, делали меня теперь еще привлекательнее. Так сказала обо мне Марина еще в начале лета.

Кристина уложила мне волосы красивыми волнами, нарисовала густые брови, добавила на скулы золотистых румян, мерцающих под светом ламп. Я надела просторную футболку с черно-белым фотопринтом и небрежно заправила ее в драные джинсовые шорты.

Ваня чуть не упал с крыльца, как только увидел меня при параде. Так я поняла, что ко встрече с Сережей готова на все сто.

– Круто выглядишь, – сказал Ваня, когда мы шли по улице. Марина и Кристина, взяв друг друга под локти, шли за нами.

– Спасибо, – улыбнулась я. – Ты правда так думаешь?

– Да, – сразу ответил Ваня. – Ты очень красивая. Почему ты сомневаешься?

– Ну, тот парень никогда не говорил мне, что я красивая. Да и вообще, мне Вконтакте ни разу никто не писал, что я там… красоточка, например, что-то в этом роде. Мне кажется, это пишут всем, кроме меня.

– Такие вещи обычно пишут девчонки своим подругам, – ответил Ваня. – Ни разу не видел, чтобы парень писал слово «красоточка»! Мы скорее лайк поставим и напишем «привет». Не думай об этом, эти комментарии имеют мало отношения к действительности.

Железные ворота кирпичного дома были открыты. Издалека уже доносилась громкая музыка. Молодежь отдыхала небольшими группами по три-четыре человека. Казалось, большинство из них видели друг друга впервые.

Я непрерывно искала глазами Сережу. Должно быть, со стороны казалось, будто я тихо подхожу к каждому парню и навязчиво заглядываю в глаза. Несмотря на то, что мелькала светомузыка, было темно, и я с трудом различала лица. Надеюсь, это было не так. Пока Кристина с Мариной пытались найти что-нибудь безалкогольное и холодное, я искала Сережу.

У крыльца, что выходило во внутренний двор, стояла парочка, которую я еще не видела. Парень держал в руке высокий стакан, а девушка стояла рядом босиком, кутаясь в покрывало – вечера в августе становились холоднее.

Проходя мимо, я обернулась, чтобы разглядеть его. Большие серые глаза с интересом посмотрели на меня, брови чуть приподнялись, губы дрогнули в улыбке.

– Сейчас модно быть социопатом, – говорила девушка в покрывале. – Ненавидеть людей. Все считают это смешным, прикольным…

Я отвернулась и спустилась вниз. Меня что-то щекотало внутри.

– Это точно, год назад это казалось мне смешным, а сейчас… такая глупость, на самом деле. Люди гордятся тем, что ненавидят всех вокруг. Наверное, потому что больше нечем похвастаться… – ответил ей парень. Нет, это был не Сережа. Это был тот парень, который помогал Светке поливать картошку. Утром я не смогла разглядеть его лицо издалека, но знала, что он хорошенький. Вблизи он оказался еще лучше.

– Столько групп и везде одно и то же, – вкрадчиво продолжала замерзшая девушка. – Лучше я буду чувствительной дурочкой, чем стану циничной лицемерной стервой. А еще лучше, принеси мне колы, а то у меня уже закончилась…

– Слушай, не знаешь, что это за парень? – спросила я Ваню на кухне.

– Какой? – не понял он.

– Посмотри в окно, он сидит на крыльце.

– А-а… это Колючий, – ответил Ваня, выглянув на миг в окно.

– Колючий? – усмехнулась я. – Почему Колючий?

– Не знаю, – пожал плечами. – Его давно так зовут. Колючий, Колючий. Привыкли уже.

– Может, Колючий… в смысле дерзкий?

– Ну, может, и дерзкий.

– Ну а имя-то у него есть?

– Есть, конечно, но я не помню.

Вечеринка была в самом разгаре, а Сережа так и не появился. Я лениво танцевала то с Кристиной, то с Ваней, пробовала безалкогольные коктейли, которые мешал Антон, и постоянно искала глазами Сережу, но попадался почему-то только этот… Колючий. То он обнимался со своей подружкой у бассейна, то таскал для нее малину из холодильника, то танцевал пасодобль, как один из гопников в сериале «Реальные пацаны». В восторге была не только подружка, но и все, кто находился рядом. Визжали, хлопали в ладоши и просили продолжения.

– Где Маринка? – спросила Кристину, стараясь переорать музыку.

– Не знаю, – прокричала она в ответ. – Давно ее не видела.

– Пойду поищу ее.

Так я вышла на улицу подышать свежим воздухом. Уже стемнело. Несколько парней резвились в бассейне, кидали друг другу надувной яркий мяч. Я обошла дом и около грядок свеклы услышала громкий шепот.

– А ты борщ варить умеешь?

– Конечно, это же вообще просто. Я с десяти лет варю борщи.

– А вот мясо… мясо умеешь готовить?

– Умею, Антон. Еще я могу сама шашлык замариновать. Когда мы с друзьями собираемся за город, меня всегда просят мариновать шашлык, потому что у меня лучше всех получается, а почему, не знаю.

– Наверное, у тебя есть какой-то секрет!

– Да нет никакого секрета, главное, все делать строго по рецепту и не бояться.

– Понятно. А пироги умеешь печь?

– И пироги умею. Ничего сложного.

– Ни фига себе. Я не знаю ни одной девчонки, которая умела бы печь пироги! А с чем ты можешь испечь?

– Смотря что в холодильнике есть. Можно с мясом, с яйцами, с капустой, с яблоками. С черникой тоже можно. А ты с чем любишь?

– Я люблю с ревенем.

– Ревень? Первый раз слышу. А что это?

– А это… – задумался мужской голос, но после собрался и ответил: – Так вот же он растет! Видишь, большие листья, как лопухи? Это он. Бабушка пироги с ним печет.

– А какой он на вкус?

– Кисло-сладкий. Слушай, а ты завтра или послезавтра сможешь пирогов напечь?

– Могу, я как раз собиралась.

– Давай тогда нарвем ревеня, и ты с собой его возьмешь.

– Давай, – согласился голос Марины, и стало тихо. Было только слышно, как мнется трава и ломаются стебли. Ко мне подошла Кристина:

– Мы собираемся в твистер играть, – сообщила она. – Пойдем?

– Да, сейчас пойдем.

– Маринку не нашла?

– Нашла, – хихикнула я, кивая на грядку с густыми лопухами.

– Марин? – осторожно позвала Кристина. Голова Марины тут же появилась над лопухом. В следующий миг появилась голова Антона.

– Привет, – улыбался он.

– Мы тебя искали, – сказала Кристина. – Ты что там делаешь?

– А мы тут… ревень собираем, – серьезно ответил Антон, поднимая вверх руку с букетом огромных листьев.

– Да! – подтвердила Марина, показывая свой букет.

– Зачем тебе эти лопухи? – не поняла Кристина.

– Маришка мне пирогов завтра напечет! – ответил за нее Антон. – С ревенем. Да, Марин?

– Напеку, – согласилась Марина. – Мне несложно!

– Ну-ну… – задумалась Кристина. – Ладно, пойдем, им тут и без нас хорошо.

Мы возвращались домой в два часа ночи. Маринка еле плелась сзади, в левой руке пакет с красно-зелеными листьями ревеня, в правой – смартфон. Она решила не терять времени даром и уже искала в сети рецепты с участием не известного ей растения.

Когда мы ввалились в калитку, Черный поднял было вой на всю улицу, но, узнав своих, быстро успокоился.

– Завтра нужно встать пораньше, – рассуждала Марина, пока я возилась с дверным замком. – Я встану в семь, замешу тесто, поставлю в теплое место и сделаю начинку, потом еще немного посплю, и в девять начну печь пироги.

– Ты все это серьезно? – вздохнула Кристина. – Охота тебе возиться с этими пирогами?

– Серьезно, – улыбнулась она. – Вряд ли он, конечно, придет, но все равно. Не хочу, чтобы ревень пропал. Тут пишут, что вещь полезная.

Утром я помогла Марине с пирогами, так что мы управились намного раньше, чем она рассчитывала. В одиннадцать утра заняться было нечем, и я решила прогуляться до Светкиного дома. Она сказала приходить в любое время. Казалось, это время как раз пришло.

Калитка в огород была приоткрыта. Я просунула голову и посмотрела по сторонам. Светка ходила вдоль забора и собирала черную смородину в большую металлическую кружку.

– Заходи! – крикнула она, заметив меня.

– Привет, – поздоровалась я. – Тебе помочь?

– Да тут собирать-то нечего, – сказала Света. – Все собрали. Мальчишки уехали в Москву, к школе готовятся, а мне скучно теперь. Думала, ты уже не придешь.

Я и сама не думала, что приду. Но этого я не сказала вслух.

– Мне тоже скучно, – улыбнулась я. – Ноги сами сюда пришли.

– Это хорошо.

Светка отнесла черную смородину в сарай.

– На велике умеешь кататься? – спросила она, выкатывая из сарая велосипед. – Не могу сама седло отрегулировать. Слишком высокое для меня. А папа только в пятницу приедет. Брата просить не хочется, ему всегда некогда. Да и домой он приходит только поесть да поспать под утро.

– Похоже, ты не очень-то любишь брата, – сказала я, придерживая велосипед за руль.

– Ну так… – неохотно говорила она. – Он старше меня на двенадцать лет, мы мало общались, слишком разные. Мне десять, ему двадцать один. О чем нам с ним разговаривать?

– Это ты сейчас так думаешь, просто сейчас ты для него ребенок, но лет через пять-шесть вы сможете общаться на равных.

– Пять лет это долго! – рассмеялась Светка. Мы отвезли велик за ворота. – Да и не верится как-то. Мне кажется, если мы сейчас не общаемся, живя в одной квартире, то через пять лет вообще забудем имена друг друга. Утром он сказал мне самую длинную фразу за этот год.

– Да? – удивилась я. – И какую же?

– Что за брюнетка с длинными волосами вчера махала тебе рукой? Ты с ней знакома? Сколько ей лет? Ты должна нас познакомить.

– Это вы обо мне? – рассмеялась я.

– Конечно, – ответила она. – Если хочешь, могу вас познакомить.

– Кажется, я тоже видела его. Он симпатичный. У него нет девушки?

– Ни разу не видела его с девушкой. Ну что, покатаешь меня?

Светка забралась на багажник, я нажала на педаль, и мы поехали.

Когда я вернулась от Светки, на крыльце стояли три дощечки с уже раскрашенными совами. Они были симпатичные, аккуратные и четкие. Правда, было странное ощущение, будто Марина боялась их рисовать. Что-то едва уловимое и нерешительное таилось в их пестрых перьях, выпученных желтых глазах и маленьких клювах.

Марина сидела рядом и задумчиво разглядывала свою работу. Кристина фотографировала Марину и совушек для инстраграма.

– Я поняла, в чем дело, – сказала наконец Марина. – У меня получились не совы, а какие-то попугаи. Так странно. Сидишь, рисуешь сову, а получается какой-то Кеша!

– Она знает, о чем говорит, – кивала Кристина. – У нее было три попугая.

В целом, совы были нормальные. Я поняла, в чем проблема.

– Глаза им побольше раза в два сделай, – сказала я. – Будет самое то.

– Ты думаешь?

– Да. Сделай им глаза побольше и… – тут я задумалась. – Ты слишком серьезно взялась за этих сов и слишком боишься сделать ошибку. Вырисовываешь по полчаса каждое перышко. Мне кажется, здесь важно, чтобы получилась цельная картинка, а перышки – это детали, а они не всегда важны.

– Я об этом не думала.

– Подумай, а я – спать. Если меня кто-нибудь спросит, то меня нет. Кстати, вечером Светка обещала меня познакомить со своим братом. Говорит, очень мной интересовался. Я даже видела его издалека, он помогал картошку поливать. Да и сегодня ночью он был в том доме.

– Симпатичный?

– Очень, – ответила я. Мой взгляд упал на тазик с пирогами. Вернее, на то, что от него осталось. Утром мы с Мариной налепили шестьдесят один пирожок. Двадцать пять были с ревенем, двадцать с черникой, а остальные с рисом и яйцами. Это был приличный тазик с горкой! Теперь же на дне его грустно лежало семь небольших пирожков.

– А где все пироги? – спросила я. – Вы что, вдвоем все съели?

– Ты что, это Антон приходил, – ответила Кристина. – Ваня заглядывал.

– Я вообще не ожидала, что Антон придет, – сказала Марина. – Он пришел в двенадцать и съел сразу десять штук. Я ему с собой дала пакет.

– И Ваньке тоже. Парни в восторге от пирогов. Как бы Антону плохо там не стало – сожрать десять пирогов за один присест – это тебе не шутки.

– Он сказал, что его бабушка печет точно такие же, и у меня ничуть не хуже.

– О, это серьезное заявление, – улыбнулась я, забирая из тазика два пирога. Они действительно были вкусные, хоть уже и остыли. – Он тебе нравится?

– Ну, он милый… – засмущалась Марина. – И кстати, он снова позвал нас к себе. Сегодня вечером. Сказал, что мы клевые.