Communitas.

В Галладете меня принимали тепло и радушно, однако местные communitas, если считать, что они существуют, были далеки от моего понимания просто из-за того, что нас разделял языковой барьер. Мне говорили, что даже здесь люди стали реже встречаться, поскольку могут связываться друг с другом с помощью мобильных устройств Sidekicks и посредством видеоконференций. Я как-то видел снятый студентами фильм о том, как один из них шагал по кампусу, прилипнув к своему Sidekick и не замечая умоляющих знаков, которые делали ему товарищи. Еще мне говорили, что клубы глухих и слабослышащих, в прошлом занимавшие в этом сообществе центральное место, куда-то исчезают…

Но я ходил есть в местный кафетерий и каждый день видел, как после обеда и ужина студенты часами общаются друг с другом. Одна из моих учениц с нормальным слухом (ее звали Катлина) рассказывала, что у нее дома студенты колледжа едят в страшной спешке. Однако здесь, в Галладете, они позволяли себе роскошь долгих и неспешных бесед. Мы с Катлиной дружно решили, что так оно и должно быть. Поскольку я не мог полноценно участвовать в этих разговорах, то не берусь утверждать, что студенты ощущали себя членами communitas . Однако ясно, что неспешные беседы – несомненно, важнейшая предпосылка для возникновения таких содружеств.

В январе 2010 года в Галладетском университете появился новый президент и, как я уже писал, глухие и слабослышащие люди по всей стране ждут, что именно он предпримет. Разумеется, необходимо срочно заняться привлечением новых студентов и удержанием тех, которые уже есть, а также уделить внимание стандартам преподавания. Однако весь этот большой портфель дел – не более, чем борьба за существование сообщества глухих и слабослышащих. Развитие непрерывно подбрасывает нам все новые сложности, однако эволюция сама по себе ничего не гарантирует ни живым существам, ни их сообществам. Различные виды стремятся занять те ниши экосистемы, в которых можно черпать жизненную энергию и отдавать окружающей среде часть своей. С моей точки зрения, пропагандировать уникальную ценность визуального языка – перспективное дело, которое может принести реальные плоды. В Галладете есть факультет, работающий в этой области, – и, надеюсь, его сотрудники и студенты получат моральную и материальную поддержку своей деятельности.

Виктория часто приносила домой статьи по юридическим вопросам. В одной из них я наткнулся на выражение «сообщество супругов». Оно позабавило меня. Брачный союз – сообщество только двоих! Я поискал в Google и обнаружил, что истинный смысл выражения прозаичнее, чем мне казалось: эти слова относятся к собственности, находящейся в общем владении супругов. Однако мне нравится мое понимание. Пара, в которой оба принадлежат друг другу, может быть основой для более масштабного сообщества. Освободившись от бремени личного одиночества, каждый человек может уделить больше энергии тому, чтобы искать или создавать содружество с другими.

Я видел, как возникали такие содружества во время семинара. Они были очень недолгими, потому что занятия длились всего один уикенд. И то была школа, а не коммуна. Но, благодаря полученному опыту, мне открылось понимание того, что именно следует искать в жизни. В Вашингтон, округ Колумбия, я вернулся освеженным и полным решимости начать все заново. Но где стартовать? В гимнастическом зале я случайно нашел флайер, в котором говорилось о catsitting exchange [198] . «Замечательно!» – подумал я, и записал адрес электронной почты. Здание, куда я пришел, действительно кишело кошками. Но люди тоже встречались: супружеская пара ученых, посвятивших себя молекулярной биологии, глухая дама, наставник по йоге, и ее муж-юрист, администратор фонда, поддерживающего научное образование. Здание оказалось местом встречи многих сообществ – своеобразным узловым пунктом. И кто знает, куда заведут меня мои новые связи? Catsitting exchange – это еще не communitas , но для меня это было началом чего-то нового в жизни.