3. Лица, отмеченные страданием.

Способность к самообладанию редко сохраняется до позднего возраста. Как правило, с годами накапливаются разочарования, и это отражается на лице. Причем в первую очередь это проявляется в форме рта. Уголки рта больше не смотрят наружу, но угрюмо вытягиваются вниз. Triangularis, мышца страдания, скорби, заботы и презрения, напрягается чаще всего и становится определяющей для выражения лица.

Универсальное начало проявления работы triangularis’a показывает лицо юноши из Уффици, которого запечатлел Перуджино (рис. 275). Глаза с красивыми булавовидно-тарзальными веками располагаются поверхностно. Глазницы у молодого человека широко открыты; это значит, что он принимает участие в своем окружении. Но рот говорит о том, что он печален. Уголки рта направлены несколько вниз. Однако до образования морщин у уголков рта не доходит, поскольку работа triangularis для этого еще недостаточна; однако нижняя губа несколько отвисает — можно говорить о начинающемся выпячивании нижней губы. Губы полные и мягко обрисованы; они свободно покоятся друг на друге. Есть ли у молодого человека серьезные основания для уныния? Был ли он религиозным мечтателем? Или же художник передал то его состояние, которому он особенно симпатизировал? Это кажется наиболее вероятным, поскольку это выражение меланхолии часто повторяется на картинах Перуджино.

Несколько сильнее запечатлелась работа триангулариса на лице мастера алтаря — Ганса Лейкмана (Мюнхенской пинакотека, рис. 276). Ротовая щель, вытянута в прямую линию, но небольшая морщина у уголков рта, указывающая вниз, уже сформировалась — признак того, что мышца страдания, триангуларис, активна уже длительное время. Одновременно при этом могла возникнуть и толстая нижняя губа. Также и глаза говорят о том, что вряд ли молодой человек обладает радостной натурой. На верхнем веке, а именно в области внутренних углов глазниц можно заметить необычное для этого возраста исчезновение жирового слоя. Вероятно изначально глаза располагались более поверхностно и позднее погрузились глубже вследствие исчезновения защитного жирового слоя. Молодой человек не проявляет слишком большого интереса к миру, иначе мышца, поднимающая верхнее веко, у него была бы напряжена в большей степени и глазницы были бы раскрыты шире. Возможно, выражение страдания на этом лице обусловлено болезнью.

Совершенно иное впечатление производит лицо т. н. Кристофа Фуггера (Кристоф Амбергер, Пинакотека, рис. 277). Это молодой мужчина, который твердо стоит на почве действительности. Глаза широко открыты, но, несмотря на это, они ни о чем не говорят. Жировой слой хорошо сохранился, что показывает веко, по форме напоминающее кусочек персик. Вообще, вся верхняя часть лица могла бы принадлежать ребенку. Этому впечатлению существенно способствует широкое расположение глаз. Расстояние между внутренними углами глазниц почти такое же, как между углами рта. Это свойственно большинству детских глаз. Но в выпяченных вперед губах запечатлелось развитие брутального и презрительного выражения, хотя уголки рта к этому времени вытянуты вниз незначительно. По поводу того, что изображенный на картине мужчина является Кристофом Фуггером, в новейшее время высказываются сомнения, но изображенный на картине тоже должен был быть сыном богатых родителей — он чванлив и, вероятно, любит кричать и браниться.

Неприятным и хвастливым человеком должен был быть и Пьетро деи Медичи (рис. 278). Губы ожесточенно сжаты, благодаря чему они становятся узкими, четко очерчены. Уголки рта более отчетливо вытянуты вниз, чем на рис. 277, также и морщина у уголков рта более выражена. Это означает, что триангуларис сокращался достаточно часто. Вряд ли Пьетро был симпатичной личностью. Об этом говорит и то, что однажды он — когда во Флоренции был сильный снегопад — потребовал от Микеланджело, чтобы тот изготовил во дворе Палаццо Медичи снеговика (Э. Хейк). Как сын Лоренцо Великолепного он получил богатое наследство, но оказался совершенно несостоятелен. В конце концов он был изгнан из Флоренции и умер в изгнании.

Рис. 274. Лукреция Панкиатичи. Бронцино.

Рис. 275. Изображение неизвестной работы Перуджино.

Рис. 276. Ганс Лейкман. Мастер алтаря Бартоломеуса.

Рис. 277. Кристоф Фуггер. Кристоф Амбергер.

Гораздо более симпатичное лицо было у Вероккио (рис. 279). Его достаточно широко открытые, ясно и критично смотрящие глаза, плотно прижатые друг к другу узкие губы и вытянутые наружу и несколько вниз уголки рта говорят о серьезности, энергии и упорстве. Лица Рафаэля и Дюрера указывают на мощную художественную интуицию, тогда как лицо Вероккио говорит скорее об исследовательской активности и работе разума. Если сравнить лица Рафаэля и Дюрера с лицом Вероккио, то он предстает трезвым рассудочным человеком, в то время как они — обласканные Богом творцы. Стянутые вниз внутренние окончания бровей у Вероккио указывают на то, что он много размышлял. Рот говорит о том, что он не был избавлен от горьких опытов жизни и часто вынужден был подавлять свою досаду.

Рис. 278. Пьетро деи Медичи. Мино да Фьезоле (Национальный музей, Флоренция).

Рис. 279. Андреа Вероккио. Лоренцо ди Креди (галерея Уффици, Флоренция).

Рис. 280. Граф Вольфганг фон Оттинген. М. Шаффнер (Старая Пинакотека, Мюнхен).

Рис. 281. Портрет мастера строительного дела. Кёльн, около 1490 г. (Старая Пинакотека, Мюнхен).

Мы немного знаем о жизни Вероккио, но то немногое, что сообщает о нем Вазари, хорошо соответствует такому выражению его лица. Согласно Вазари, Вероккио был «самым блестящим педагогом своего времени, универсальным умельцем Возрождения. Не бьющий ключом гений, но упорный работник, труды и прилежание которого охватывали все. При этом непреклонно, жестко и резко, как все преданные труду натуры, он выражал свое мнение. Наконец, он — человек огромной самокритичности!»

Очень явно выражены пессимистические черты на лице графа Вольфганга фон Оттингена (Старая Пинакотека, рис. 280). Из созданной В. фон Лёффельхольцем Оттингианы (1883) я узнал, что мать графа была итальянкой из Вероны. Это смешение немецкой и итальянской крови определенным образом отразилось в его лице. Развитое булавовидно-тарзальное веко и четкие очертания губ у потомков итальянских племен мы находим чаще, чем у представителей немецкого народа. Фон Лёффельхольц сообщает, что граф был усердным турнирным бойцом, а также проявил верность и храбрость на войне. Император Максимилиан за его военные заслуги присвоил ему право чеканить монету. Граф был болезненно озабочен тем, чтобы сохранить честь семьи Оттинген и принадлежащие ей блага. Из всего сказанного можно заключить, что граф был храбрым воином и его жизнь была богата успехами. Об этом и говорит нам его лицо. То, что он не был скрупулезным исследователем, видно сразу. Взгляд направлен скорее вдаль, чем на ближайшее окружение. Мышцы, сморщивающие брови, бывали активны у него нечасто, поскольку соответствующие морщины не сформировались.

Я часто наблюдал такие глаза у помещиков, которые смотрели на свои поля, критически оценивая состояние посевов. Все они демонстрировали приверженность семье и роду; в своих торговых предприятиях они проявляли последовательность и постоянство, надежность и порядочность; они были заслуженными и почетными гражданами. Но все они были немного чересчур будничны и просты. Я предполагаю, что граф обладал похожей личностью. Поражает то, что военная деятельность графа не слишком сильно запечатлелась на его лице. Но при этом нельзя забывать о различии времен. У сегодняшних военных, которые, склонившись над штабными картами, в тщательнейшей мыслительной работе на основании бесчисленных поступающих известий разрабатывают план сражения, мы почти всегда увидим глубокие бровные морщины. Но в те времена способ ведения войны был иным. Врага старались заметить еще издалека, а затем в приподнятом воодушевленном настроении устремлялись навстречу схватке, как это описывает Гёте в одном из своих романов. Ротовая щель вогнута по отношению к подбородку, уголки рта опущены, т. е. проявляется типичное воздействие triangularis’a. Губы плотно прижаты друг к другу и несколько выпячены наружу, так что видна значительная часть слизистой. В этой форме рта проявляется жесткость, даже ожесточение. И с этим очень хорошо сочетается форма носогубной складки, которая наиболее глубоко и отчетливо прорезана вблизи носа. Мышцы смеха, в частности, zygomaticus, не принимали значительного участия в ее формировании; по преимуществу она обязана своим возникновением мышцам носа и верхней губы.

Рот плохо согласуется с тем немногим, что мы знаем об успешной жизни этого храброго человека. Конечно, может быть, что на его жизнь падали и тяжелые тени; но мне кажется более вероятным, что появление угрюмости и ожесточения, проявляющиеся в форме рта, обусловлено влиянием болезни.

Рис. 282. Граф цу Ринек. Матиас Грюневальд (Вальраф-Рихартц-музей, Кёльн).

Рис. 283. Швапьмский строитель мельниц(снимок Э. Лендвай-Дирксен).

На двух следующих лицах (рис. 281 и 282) мы не находим признаков большой духовной значимости. Но на этом основании еще нельзя исключить, что речь идет об умных людях. Духовная сущность личности не всегда четко отражается на лице. У строительного мастера впечатление от глаз определяется преимущественно развитым жировым слоем век. Рот характеризуется работой триангулариса, мышцы страдания, и выдвинутой чуть вперед толстой нижней губой. У графа жировой слой в области глаз почти совершенно исчез. Намеченные «брови Лаокоона» придают лицу озабоченное выражение. Триангулярный рот с втянутыми губами говорит о сдержанности и ожесточении, однако на форму рта могло повлиять выпадение зубов верхней челюсти.

Я намеренно привожу здесь два обычных лица. Такие лица, как на рис. 281 и 282 можно увидеть в большом количестве, если вы несколько часов прогуливаетесь по улицам большого города. А то, что знаки, которые оставляет жизнь на лицах работников физического труда, те же, что и у работников труда духовного, показывает рис. 283. На нем изображен швальмский строитель мельниц. Великолепным снимком мы обязаны Эрне Лендвай-Дирксен. Выраженный триангулярный рот! Нижняя губа несколько утолщена. В остальном форма легко покоящихся друг на друге губ хорошо сохраняется. Вряд ли этот пожилой человек пережил много радости в своей жизни. Это показывает круто спадающая вниз серьезная носогубная складка, наиболее глубокая вверху, в области крыльев носа. О том же говорят и глаза. Складка борца и стянутые вниз брови, как и бровные морщины, повествуют нам о тяжелой жизни.

Лицо Иоганна Себастьяна Баха (рис. 284) поведает нам о тяжелой борьбе за признание и за ежедневный кусок хлеба. Он, как Вероккио, не проглатывал то горькое, что ему говорили или делали другие, но защищался и высказывал свое мнение громко и отчетливо. Об этом говорят необычайно развитые мышцы нижней половины лица. Об этом же говорят полные, угрожающе выдвинутые чуть вперед губы, выраженная морщина у уголков рта, вытянутые вниз уголки рта, пессимистически вытянутая в длину ротовая щель.

По сравнению с нижней половиной лица область глаз проигрывает в силе выражения. Сравним широко открытые, решительно смотрящие глаза Генделя с наполовину прикрытыми глазами Баха. Выражение этих глаз объясняется тем, что Бах с детства страдал сильной близорукостью — в последние годы своей жизни он совсем ослеп — и поэтому, вероятно, что он привык наполовину прикрывать глаза, чтобы лучше видеть. О том, что Бах серьезно и много работал, говорят стянутые вниз и к середине брови, и морщины, образованные мышцей, сморщивающей брови. И, если убрать декоративную рамку белого парика, мы получаем впечатление значительной личности, полной сил натуры борца и вождя. Но разве это лицо говорит о том, что Бах был одним из величайших немецких музыкантов?

Под конец я хочу обсудить лицо Роберта Майера, гениального первооткрывателя закона сохранения силы (рис. 285). В острых глазах исследователя ясно выражается духовное значение этой личности. Но форма рта представляет собой загадку. Правильное решение можно найти только тогда, когда становятся известны подробности жизни ученого. Роберт Майер страдал от маниакально-депрессивного помешательства. Поэтому он снова и снова попадал в психиатрические лечебницы, где его — в соответствие с уровнем психиатрии того времени — одевали в смирительную рубашку. В периоды возбуждения он, как сообщает его друг Рюмелин, громко крича, днями и ночами суетливо бегал по дому. При этом его губы угрожающе выпячивались, а рот приоткрывался. У него мог бы сформироваться рот с толстыми, вздутыми губами, как у французского парламентария (рис. 233). Но этого не произошло, поскольку в периоды депрессии он плотно сжимал губы, прижимая их к зубам, в то время как буккинатор вытягивал ротовую щель в длину, примерно как у маркграфа Кристофа фон Бадена (рис. 263). Так возник рот, на который оказывали формообразующее влияние две противоположно направленные силы, маниакальное и депрессивное состояния.

Среди женщин 15-го и 16-го столетия интересные лица, в которых ярко отразилась жизнь, мы находим значительно реже, чем среди мужчин. Это можно, вероятно, объяснить тем, что женщины, после того, как очарование юности прошло, не видят уже смысла в том, чтобы запечатлевать свои лица на картине. Возможно, их мужья думают так же. Кроме того, следует добавить, что только богатые и знатные женщины могли позволить себе роскошь позировать перед знаменитым художником. Жены простых бюргеров, на лицах которых жизнь оставляла, как правило, гораздо более глубокие следы, чем на лицах аристократок, редко изображали художники, если только сам супруг не был художником. Образцовую картину жены художника оставил нам Дюрер (рис. 286). О жене Дюрера Агнес мы знаем, что она была преданной женой и хорошей экономкой, что она была болезненно озабочена тем, чтобы сохранить и преувеличить заработки своего мужа. На Нюрнбергской ярмарке она вместе с матерью Дюрера в рыночной палатке продавала гравюры по дереву, сделанные ее мужем. На рисунке из Вены, исполненным в серебристых тонах, мы видим грубоватую энергичную женщину с широко открытыми умными глазами. Так она могла, наверное, выглядеть, когда высматривала покупателей в своей палатке на рынке; наверняка очень прилежная, проворная и бдительная коммерсантка, целиком нацеленная на действительность и желание заработать, но без какого бы то ни было следа романтики и мечтательности. Плотно сомкнутые и четко очерченные губы позволяют предположить определенный и решительный способ речи. Вытянутая в длину ротовая щель говорит о том, что разочарования не были для нее редкостью, а несколько вытянутые вниз уголки рта свидетельствуют о частой работе triangularis’a. Когда один из друзей Дюрера называет ее бранчливой и недоверчивой (по X. Ветцольду), то, рассмотрев гравюру, можно согласиться с этим недружелюбным суждением.

Рис. 285. Роберт Майер.

Рис. 284. Иоганн Себастьян Бах.

В Парижской национальной библиотеке находится картина молодой женщины, которая многими исследователями признается как изображение фрау Агнес Дюрер (рис. 287). Учитывая полное соответствие рта и глаз в изображении молодой и пожилой женщины, я бы тоже согласился с тем, что на парижской картине изображена молодая фрау Агнес. Такие заканчивающиеся словно бы острием узкого кинжала четко очерченные губы встречаются не так часто, это наиболее вероятное совпадение. Если я не ошибаюсь в этом отношении, то фрау Агнес уже в юности была резкой и своевольной, потому что такие губы могли сформироваться только при частом проявлении недружелюбия и своеволия. Что же касается остро вытянутых уголков рта, то они возникли в результате интенсивных и, хотя и преходящих, но очень определенных сокращений buccinator а (щечная мышца).

Я часто наблюдал у молодых женщин и девушек, особенно в обществе, это молниеносное сокращение buccinator’а, когда им говорили что-либо неприятное. И хотя затем ротовая щель сейчас же снова укорачивалась и на губах появлялась дежурная дружелюбная улыбка, я всегда относился с недоверием к этому равномерному, внутренне обусловленному дружелюбию. И, если у меня была возможность, наблюдать за этими дамами дальше, то я находил подтверждения своим предположениям. Эта черта запечатлевается на лице очень рано. Форма рта, как у фрау Агнесс, должна послужить для молодых девушек предостережением. При возникновении недружелюбного выражения лица сначала активен один только буккинатор. Уголки рта вытягиваются прямо наружу и ротовая щель представляет собой прямую линию. Эту стадию демонстрирует вызывающее все-таки сомнения молодое изображение фрау Агнес. Но, по мере того, как, с течением времени, заботы и досады прибавляются, в действие вступает и triangularis (мышца страдания), и вытягивает уголки рта вниз. Эту конечную стадию показывает изображение пожилой женщины.

Рис. 286. Фрау Агнес Дюрер, 1520 г. (Альбертина, Вена).

Рис. 287. Фрау Агнес Дюрер. Молодая женщина (Национальная библиотека, Париж).

Рис. 288. Леди Маргарет Баттс. Гольбейн (Гарднер-музей, Бостон).

Рис. 289. Элеонора Дузе.

Необычайно выразительна портрет леди Маргарет Баттс, написанный Гольбейном (рис. 288). Это была, должно быть, умная и энергичная женщина. Глаза или были глубоко посажены с самого начала, или же запали вследствие исчезновения жирового слоя в ретробульбарной ткани; но мышца, поднимающая верхнее веко еще достаточно сильна, чтобы удерживать глазницу открытой, и не требуется вытягивать брови вверх. На лбу намечены фронтальные морщины. Присутствуют также морщины, создаваемые мышцей, сморщивающей брови, морщины напряжения, и, на том изображении, которым я располагаю, присутствует, как кажется, даже морщина борьбы, что для дамы, занимающей такое высокое положение, можно считать редкостью. Этому вполне соответствует и рот. Полные губы плотно сомкнуты и незначительно выдвинуты чуть вперед. Буккинатор несколько вытягивает рот в длину. Триангуларис не так активен, как буккинатор, но о том, что и он часто бывал активен, свидетельствует морщина у уголков рта. Вероятно, с течением времени триангуларис вытягивал уголки рта вниз все сильнее. Носогубная складка сформирована преимущественно в результате деятельности мышцы недовольства. Если у нас еще есть какие-то сомнения о характере этой дамы, то стоит закрыть изображение листом бумаги таким образом, чтобы было видно только лицо. Тогда становится очевидным, что леди Баттс была абсолютно мужественной личностью. «Вечно женственного» в этом лице нет ничего. Ее муж был лейб-медиком Еенриха VIIE В те времена врач зависел от сотрудничества и поддержки своей жены гораздо больше, чем сегодня. И это видно при взгляде на леди Баттс. Она была, по-видимому, очень энергичной и умной докторшей, преданно помогавшей своему мужу, но женский шарм у нее отсутствует совершенно.

Рисунок 289 представляет изображение Элеоноры Дузе. Ее рот — это типичный триангулярный рот. Ротовая щель образует вогнутую по отношению к подбородку дугу и уголки рта указывают вниз. Триангуларис оказывает явное влияние на плотные, мясистые и красиво очерченные губы, которые немного выдвинуты вперед; от этого возникает выражение трагической боли, которое хорошо соответствует профессии и переживаниям артистки.

Подобное воздействие триангулариса наблюдается нечасто. По большей части его работа придает лицу угрюмое выражение, но у Элеоноры Дузе рот отражает ее духовную сущность. Также и ее прекрасные глаза говорят о том, что она духовно находится существенно выше уровня обычного обывателя. Жир в области глаз почти совершенно исчез, как это обычно происходит в пожилом возрасте. Но, несмотря на это, глаза Элеоноры не производят впечатления глаз пожилой женщины. Необычайно интенсивная работа мышцы, поднимающей верхнее веко, и лобных мышц говорит о том, что интерес к миру еще очень велик.