Здоровый сон – счастливый ребенок.

План действий для измученных родителей.

Маленькие дети не могут сказать нам, что они чувствуют, поэтому родителям нужно внимательно наблюдать за их поведением. Как ведет себя ваш ребенок: он активен, собран, жизнерадостен и бодр или же борется со сном и всем недоволен?

В этой и двух предыдущих главах я описывал здоровый сон и нарушенный сон. Очевидно, что сон – это не автоматически регулирующийся процесс, подобный поддержанию температуры тела. Сон больше похож на питание. Мы не можем рассчитывать, что ребенок будет хорошо расти, если кормить его низкокачественной пищей. Для нормального роста необходима хорошо сбалансированная диета. Недостаточное или несбалансированное питание будет мешать росту и развитию ребенка. То же самое верно и в отношении нездорового графика сна.

СУЩЕСТВЕННЫЙ МОМЕНТ.

Низкокачественная еда вредит вашему организму.

Низкокачественный сон вредит вашему головному мозгу.

РЕАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ.

Если для того, чтобы решить проблему со сном у вашего ребенка, требуются многочисленные изменения, но вы не способны осуществить их в полном объеме, не останавливайтесь и сделайте максимум возможного.

Не опускайте руки. После того как вы ввели какое-то изменение, подождите как минимум четыре-пять дней, прежде чем вводить следующее. Это необходимо, чтобы увидеть, помогло ли вашему ребенку предыдущее. Имейте терпение.

1. Ведите журнал учета сна (глава 3).

2. Определите основную проблему, как рассказано в этой главе.

3. Прочитайте краткое описание решения и соответствующий возрасту вашего ребенка раздел в следующих главах или план действий для этой главы.

4. Определите элементы сна, нуждающиеся в исправлении, для решения проблемы вашего ребенка:

• общая продолжительность сна (ночного и дневного);

• наличие дневного сна;

• непрерывность сна;

• режим сна;

• регулярность сна.

Дневной сон может быть хорошим или плохим. Иногда случающиеся нарушения дневного сна могут не принести никакого вреда, однако дети, упорно отказывающиеся спать днем, обычно бывают переутомлены.

5. Определите, что вы можете сделать, а чего не можете:

• игнорировать слишком ранний утренний плач ребенка или брать его к себе в кровать;

• контролировать время пробуждения;

• изменить график дневного сна;

• исключить третий дневной сон;

• изменить время укладывания на ночь;

• изменить процедуры подготовки к дневному или ночному сну;

• дольше успокаивать ребенка перед сном;

• не уделять ребенку много внимания ночью, если он не голоден;

• использовать полог для кроватки или запирать дверь.

ЭТО ВАЖНО.

Здоровый сон – это круглосуточный процесс. Дело не только в том, чтобы уложить ребенка спать без плача.

Чтобы решить проблемы со сном, иногда необходимо прибегнуть к очень жестким мерам, и это требует упорства.

Вначале плач, связанный с укладыванием, может усилиться, но в конечном итоге он должен полностью исчезнуть.

Глава 4. Сон, повышенная нервозность / колики и темперамент.

Как пользоваться этой главой.

Я считаю, что 5–10 % детей находятся в группе риска по развитию 90–95 % серьезных нарушений сна, которые сводят с ума родителей. Если у вашего ребенка уже есть проблемы со сном и вам кажется, что со временем ситуация грозит ухудшением, из этой главы вы узнаете об изменениях, которые вам необходимо осуществить, чтобы их разрешить. Однако вам может не хватить сил, чтобы одолеть главу целиком, поэтому, возможно, будет лучше ограничиться общими тезисами и планом действий, которыми она завершается. Если у вас пока нет детей, в будущем эта глава поможет вам определить, находится ли ваш ребенок в группе риска. Если вы прочтете ее целиком, в дальнейшем это поможет вам предотвратить серьезные проблемы со сном.

Глава поделена на четыре основных раздела. Первым идет подробное описание всего, что известно науке о чрезмерной возбудимости/коликах у детей и их связи с нарушениями сна в первые три-четыре месяца жизни; второй раздел посвящен темпераменту; в третьем рассказывается о том, как колики в первые три-четыре месяца жизни связаны с темпераментом, формирующимся к четырем месяцам; четвертый посвящен детям более старшего возраста, у которых ранее отмечалась повышенная возбудимость. Кроме того, я ознакомлю вас с данными, которые объединяют детей разного возраста (до четырех месяцев и старше), и расскажу, насколько вероятно развитие вашего ребенка по тому или иному пути. Вы можете пропустить данные, если у вашего ребенка уже есть или были колики, поэтому все, что вам нужно, – решить, что же делать, и сразу переходить к разделам, посвященным борьбе с проблемами или тезисам и плану действий.

Раздел, посвященный детям, у которых колики были в прошлом, очень важен для того, чтобы помочь предотвратить или разрешить любые проблемы со сном у 20 % детей.

· · ·

Если ваш ребенок в младенчестве страдал коликами (от этого таинственного состояния страдает 20 % детей), вам будет особенно интересно узнать, как первые связанные с коликами месяцы жизни вашего ребенка могут стать площадкой для развития нездорового режима сна и превратить его в плаксу. Однако даже если ваш ребенок никогда не отличался повышенной нервозностью, эта глава будет вам интересна, потому что у всех детей в первые недели жизни время от времени случаются необъяснимые приступы нервозности и плача, независимо от вашей этнической принадлежности, способа родов и образа жизни.

Кроме того, все родители обычно используют одни и те же методики и стратегии для того, чтобы успешно преодолеть первые месяцы совместной жизни с малышом, происходит ли такое плавание более-менее гладко или их то и дело захлестывают штормовые волны плача. Проблемы со сном появляются, когда некоторые родители отказываются менять свою стратегию, чтобы справиться с плачем и нервозностью при укладывании ребенка в возрасте около четырех месяцев, после того как все дети становятся более спокойными и предсказуемыми. Именно это становится причиной нездорового режима сна и проблем, к которым он приводит.

Сон и повышенная нервозность/колики.

В отношении 20 % детей я предпочитаю пользоваться термином «повышенная нервозность/колики» вместо одного слова «колики», поскольку нервозность является большей проблемой, чем плач. Все малыши иногда нервничают и плачут, и я называю такое поведение, характерное для 80 % детей, «обычной нервозностью / плачем». Я хочу сказать, что повышенная нервозность/колики – это нарушение сна. Я также предполагаю, что нарушения, возникающие в возрасте трех-четырех месяцев у детей, которые ранее испытывали колики, объясняются трудностями, с которыми сталкиваются некоторые родители при установлении режима сна, соответствующего возрасту ребенка. Давайте обратимся к фактам.

Что такое повышенная нервозность/колики?

Доктор Вессель говорил, что у ребенка колики, если «у него, в остальном здорового и хорошо питающегося, возникают пароксизмы раздражительности, нервозности или плача, продолжающиеся более трех часов в сутки в любую неделю… и эти пароксизмы продолжаются более трех недель». Критерий «более трех недель» он добавил из-за того, что после трех недель плача няня обычно отказывается работать с этим ребенком. Доктор Вессель считал, что няням известно, что, если ребенок плачет дольше трех недель, значит, он будет продолжать плакать и дальше. Матери, вынужденные в одиночестве заботиться о плачущем ребенке, приходили к нему на прием после этих трех недель и жаловались на постоянный плач. Примерно у 26 % детей в его исследованиях были колики. Доктор Иллингворт, в свою очередь, определял колики как «отчаянные ритмичные приступы крика, который не прекращается, когда ребенка берут на руки, и нельзя определить конкретную причину, например, такую как недостаточное питание». Совместно они изучили около 150 детей.

Для такого поведения характерен определенный возраст, в котором оно впервые проявляется. И Вессель, и Иллингворт обнаружили, что приступы отсутствуют в первые несколько дней после рождения, но к двум неделям возникают у 80 % страдающих коликами детей, а к трем – у 100 %. У недоношенных детей приступы тоже возникают вскоре после рождения, независимо от того, на каком сроке беременности произошли роды. Время суток, в которое возникает это состояние, тоже характерно. В первый месяц плач может возникать в любое время дня и ночи, но позднее он, как правило, появляется в вечерние часы. У 80 % детей приступы начинаются между 17:00 и 20:00 и заканчиваются к полуночи. У 12 % детей они появляются между 19:00 и 22:00 и проходят к двум часам ночи. И только лишь у 8 % детей приступы могут быть хаотично распределены в течение суток. Третья типичная характеристика – время окончания состояния. У 50 % детей колики прекращаются к двум месяцам, у 30 % – к трем и у 10 % – к четырем. Поведенческое состояние младенца связано с коликами. У 84 % страдающих ими детей приступы плача начинаются в состоянии бодрствования, у 8 % – во сне и еще у 8 % – в разное время. 83 % детей засыпают по окончании приступа плача. Теперь известно, что именно повышенная нервозность, а не плач – основная особенность состояния детей, страдающих коликами, а главной причиной возникновения проблем со сном по окончании этого периода может быть неправильное отношение к ним родителей.

Что вызывает чрезмерную нервозность/колики?

Недавние исследования показали, что у детей, страдающих коликами, повышен уровень серотонина – вещества, которое можно обнаружить в головном мозге и кишечнике. Это подтверждает теорию Линды Вайсблут о том, что некоторые проявления коликов могут быть вызваны нарушением баланса между серотонином и мелатонином, еще одним веществом, которое также находится в головном мозге и кишечнике. Концентрация серотонина у новорожденных велика, а после трех месяцев снижается. Сразу же после появления малыша на свет она повышается ночью и понижается днем. Мелатонин поступает через плаценту от матери, поэтому его концентрация сразу после рождения тоже высока, но в течение первых нескольких дней резко снижается. Между месяцем и тремя уровень мелатонина слегка повышается, и только после трех месяцев происходит резкое его увеличение с максимальным содержанием ночью и минимальным – днем.

Серотонин и мелатонин оказывают противоположное воздействие на мускулатуру кишечника: серотонин вызывает ее сокращение, а мелатонин – расслабление. Согласно теории Линды Вайсблут, у некоторых детей вечернее повышение концентрации серотонина вызывает болезненные спазмы в желудочно-кишечном тракте. Мелатонин, концентрация которого повышается ночью, действует противоположным образом. Кроме того, мелатонин и серотонин могут напрямую воздействовать на развивающийся головной мозг. Например, высокая концентрация мелатонина в ночное время может приводить к увеличению продолжительности сна.

Свою роль могут играть и другие гормоны. В одном из исследований было выявлено, что у детей с сильными коликами ритм выработки кортизола смазан, в то время как у детей из контрольной группы наблюдались четко выраженные суточные ритмы секреции этого гормона. Кроме того, в своем исследовании ученые смотрели видеозаписи, на которых фиксировалось обращение родителей с ребенком, и пришли к тому же выводу, что и многие другие: плач у этих детей не зависит от поведения матери; колики – не ее выдумка.

В других исследованиях было ясно выявлено, что гиперчувствительность к пище, желудочно-пищеводный рефлюкс, материнская тревожность и другие явления никак не связаны с младенческими коликами.

Плач.

Некоторая степень раздражительности, нервозности или плача универсальна – т. е. плач по «неясным причинам» возникает у всех детей. Доктор Бразельтон сообщает, что половина всех детей плачут на второй неделе жизни в течение 1 ч. 45 мин., к шести неделям продолжительность плача постепенно увеличивается до 2 ч. 45 мин., а к 12 неделям она вновь постепенно уменьшается до одного часа или менее. По определению Бразельтона, у ребенка колики, если он плачет 2–4 часа в день, и плач становится более интенсивным в возрасте от шести до восьми недель.

Понятно, что родители испытывают очень сильные отрицательные эмоции из-за своей неспособности справиться с плачем. Согласно последним правительственным данным, убийства детей учащаются, после того как им исполняется две недели, и их число достигает пика в восемь недель, из чего ученые делают вывод о том, что «максимальный риск на восьмой неделе может отражать максимум ежедневной продолжительности плача, который наблюдается у нормальных детей как раз между шестью и восемью неделями».

Невозможно установить точные показатели для измерения раздражительности, нервозности или плача ни по непосредственным наблюдениям в детских больницах, ни по активируемым голосом аудиозаписям, сделанным в семьях, ни по родительским дневникам. Таким образом, повышенная нервозность/колики, по всей видимости, представляют собой нормальную необъяснимую нервозность или плач, присутствующие у всех здоровых детей, но чрезмерно большой продолжительности.

Поскольку приступы раздражительности, нервозности или плача наблюдаются у всех без исключения детей и различаются только по интенсивности; поскольку приступы достигают максимума через 46 недель после зачатия независимо от обращения родителей с ребенком; поскольку такое поведение отражает специфичность поведенческого статуса и суточные ритмы, имеет смысл считать, что оно определяется нормальными биологическими процессами. Один из примеров, подтверждающих это, – нормальный биологический процесс, включающий механизмы контроля сна и бодрствования. У всех детей непрерывность ночного сна развивается на протяжении второго месяца (после пика плача), а к трем-четырем месяцам (когда колики заканчиваются) периодичность состояний сна и бодрствования уже достаточно стабильна.

Нервозность.

Для детей, страдающих коликами, характерны не столько интенсивный плач, сколько постоянная нервозность. Доктор Вессель, подчеркивая важность именно этого признака, назвал свою статью «Приступы нервозности у младенцев, иногда называемые “коликами”» (Paroxysmal fussing in infants sometimes called “colic”). Четкое определение такого поведения отсутствует, и сам Вессель не дает его в своей статье, однако, как правило, нервозность описывается как беспокойное, возбужденное состояние бодрствования, которое при игнорировании родителями приводит к плачу. Так как сосание успокаивает детей, некоторые родители ошибочно принимают такое нервозное состояние за голод и изо всех сил стараются накормить ребенка. Они могут неправильно интерпретировать его состояние в шесть недель как «скачок роста», потому что считают, что он все время голоден, особенно по вечерам. Даже если такие родители по три лишних часа в сутки более трех дней в неделю на протяжении более трех недель «кормят» ребенка по ночам, чтобы предотвратить его плач, они не считают, что у их малыша колики, потому что он очень мало плачет. На протяжении 34 месяцев во время осмотра новорожденных я задавал молодым родителям один и тот же вопрос: соответствует ли поведение их ребенка диагностическим критериям коликов, данным доктором Весселем? Я наблюдал за многими семьями с момента рождения детей и консультировал их родителей по поводу соответствия плача и нервозности нормальному развитию. Из 747 детей 118 (16 %) страдали коликами. Тем не менее подавляющее большинство младенцев плакали мало или вообще не плакали. Зато их поведение полностью соответствовало критериям доктора Весселя, так как у них наблюдались продолжительные и частые приступы беспокойства, которые не приводили к плачу из-за интенсивного вмешательства родителей.

Исследования показывают, что в возрасте от двух до шести недель у детей происходит усиление преимущественно нервозности, а не плача. Более того, именно нервозность и сон, а не плач являются стабильными индивидуальными характеристиками ребенка в возрасте от шести недель до девяти месяцев. По тому, сколько плачет ребенок в первые три месяца жизни, нельзя предсказать его поведение в девять месяцев. Сам по себе плач не указывает на будущие проблемы со сном. В двух независимых и хорошо проведенных исследованиях было подтверждено мнение доктора Сент-Джеймса Робертса о том, что «частый плач у новорожденного не свидетельствует о высокой вероятности… развития у ребенка нарушений сна к девяти месяцам».

Колики и сон.

Доктор Кирьявайнен просил родителей ежедневно вести дневник сна их детей и проводил лабораторные исследования по ночам с 21:00 до 7:00. Согласно записям в родительских дневниках, общая суточная продолжительность сна в группе страдавших коликами детей в возрасте около четырех с половиной недель оказалась значительно меньше, чем у тех, у кого их не было (12,7 часа против 14,5). Сильнее всего у детей с коликами страдал ночной сон, от 18:00 до 6:00. По этим же данным, к шести месяцам дети с коликами спали немногим меньше, чем остальные, и разница между показателями сна в группах была невелика. Первые лабораторные исследования проводились на этих детях в возрасте около девяти недель. Характеристики ночного сна в обеих группах не различались. Второе исследование проводилось, когда детям было около 30 недель, и снова между группами не было отмечено различий в характеристиках сна.

Таким образом, данные родительских дневников демонстрируют, что у детей с повышенной нервозностью / коликами более короткое общее суточное время сна по сравнению с контрольной группой детей того же возраста (четыре с половиной недели), но к девяти неделям, по данным лабораторных исследований, групповые различия в сне исчезают. Кроме того, ученые предположили, что со временем, между пятью и девятью неделями, у детей, страдающих коликами, продолжительность сна увеличивается. На основании одних лишь лабораторных данных авторы заключают, что младенческие колики не связаны с нарушением сна. Однако доктор Кирьявайнен говорил мне о том, что лабораторные данные могут быть сомнительными, так как все дети в незнакомых условиях спали плохо.

Доктор Сент-Джеймс Робертс для описания чрезмерно нервозных, страдающих коликами детей пользовался термином «упорные плаксы». В возрасте шести недель дети, страдающие коликами, спали значительно меньше нормальных (12,5 и 13,8 часа в сутки соответственно). Между группами не было различий в продолжительности бодрствования или кормления. Дети, страдающие коликами, спали меньше в любое время суток. Наиболее сильно у двух групп проявлялись различия в дневном сне, а в ночное время их выявлено не было. Кроме того, не было различий и в беспокойном поведении и плаче в ночное время. Наиболее явно эти различия наблюдались в дневное время. Время наступления и продолжительность самого долгого периода сна были одинаковы в обеих группах. Этот анализ развития цикла сна позволил заключить, что «основные различия состоят в продолжительности плача / беспокойства и сна в дневное время, а не в суточной организации сна и бодрствования». Кроме того, чем меньше спал ребенок в возрасте шести недель, тем чаще наблюдалось у него беспокойное поведение и плач. Поскольку авторы не отметили дефицита спокойного бодрствования, а только дефицит сна, они решили, что существует некое компромиссное отношение между беспокойством / плачем и сном. Другими словами, увеличение беспокойства и плача приводит к уменьшению только времени сна, но не спокойного бодрствования. Исследователи заключили, что упорный плач связан с дефицитом сна.

В другом исследовании чрезмерно беспокойных детей, страдающих коликами, с использованием вмонтированных в матрас сенсоров, постоянно фиксирующих движения тела и дыхание, было показано, что в семь и тринадцать недель они спали меньше, чем дети с нормальным уровнем нервозности. Чрезмерно беспокойные дети с большим трудом засыпали, и их сон был не таким спокойным и глубоким.

В исследовании отмечалось, что восьминедельные дети, страдающие коликами, спят значительно меньше (11,8 часа против 14 часов в сутки) в течение дня, вечера и ночи; однако самая большая разница в продолжительности сна отмечалась ночью. И здесь снова увеличение времени плача оказалось связано с уменьшением продолжительности сна. Авторы исследования заключают, что повышенная нервозность/колики, вероятно, связаны с нарушением или запаздыванием установления циркадных ритмов сна и бодрствования. В четыре месяца, согласно моим собственным исследованиям и сообщениям родителей 48 детей, страдающих коликами (по определению доктора Весселя), средняя суточная продолжительность их сна составляла 13,9 часа, т. е. на 2,2 часа меньше, чем у детей с нормальным уровнем нервозности.

Поскольку я практикующий врач-педиатр, то родители при каждом визите получают от меня советы по гигиене сна. Отцы и матери чрезмерно нервозных детей сообщают, что раннее вечернее засыпание, способность самостоятельно успокаиваться, снижение количества ночных пробуждений и регулярный, продолжительный дневной сон развиваются у них позже, чем у детей с нормальным уровнем бепокойства. Это заставляет предположить, что, хотя повышенная нервозность может быть связана с запаздыванием в развитии механизмов контроля сна и бодрствования, данные свидетельствуют о том, что к шести, восьми и двенадцати месяцам различия в продолжительности ночного сна между детьми, страдавшими коликами, и нормальными детьми исчезают.

Однако в возрасте четырех, восьми и двенадцати месяцев у детей, ранее страдавших коликами, чаще происходят ночные пробуждения. Это можно интерпретировать как устойчивое нарушение способности к самостоятельному засыпанию после естественным образом возникающих пробуждений в ночное время.

Колики и бодрствование.

Родители детей, страдающих коликами, часто сообщают об их нерегулярном и кратковременном дневном сне. Кроме того, некоторые рассказывают о серьезном увеличении продолжительности периода бодрствования в дневное время и иногда – о временном, но полном прекращении дневного сна в период максимального беспокойства в возрасте около шести недель. Возникло предположение, что до трех-четырех месяцев вечерние часы, когда ребенка сложнее всего успокоить и когда он не в состоянии заснуть и плачет, могут соответствовать периодам повышенной возбудимости, подобным циркадной «запретной зоне». У взрослых «запретная зона» – это период времени, когда наступление сна, а также длительный, консолидированный и восстанавливающий сон затруднены. В этом контексте, возможно, более приемлемо описывать колики не как нарушение сна, а как чрезмерную бодрость в вечернее время. В пользу этого взгляда говорят недавние лабораторные исследования, которые показали, что у детей существует циркадная «запретная зона» в период с 17:00 до 20:00.

Повышенная нервозность/колики и темперамент.

Такие характеристики темперамента, как настроение, упрямство, адаптивность и открытость/боязливость, связаны друг с другом, и темперамент детей, отличающихся негативным настроем, упрямством, плохой адаптивностью и боязливостью, принято считать трудным, так как родителям сложно с ними справляться. Кроме того, как правило, у этих детей отмечаются сбои в функционировании организма. При оценке родителями темперамента детей в возрасте двух недель и составлении суточного журнала их поведения в возрасте шести недель было выявлено, что наличие более «трудного» темперамента в возрасте двух недель может служить указанием на усиление плача и беспокойства к шести неделям. После четырех недель, на протяжении второго месяца жизни, более трудные дети, отличавшиеся бóльшим упрямством и меньшей отвлекаемостью (которых сложно успокоить), плачут больше, чем остальные.

В еще одном проспективном исследовании проводилась оценка темперамента детей в возрасте трех и двенадцати месяцев. В три месяца дети, страдающие коликами, были более упрямыми, менее отвлекаемыми и более негативными по настрою. Однако в двенадцать месяцев не было выявлено различий в оценках темперамента между детьми с коликами и контрольной группой, однако, судя по личным впечатлениям матерей, дети, страдающие коликами, все же были более трудными.

Дети, отличающиеся повышенной нервозностью / коликами согласно критериям доктора Весселя, более склонны к развитию трудного темперамента по оценке, проведенной, когда им было четыре месяца. Более того, это отмечается даже в тех случаях, когда повышенная нервозность/колики успешно вылечиваются с помощью препарата дицикломина гидрохлорида. Он воздействует на нервную систему и может снимать спазмы гладкой мускулатуры в желудочно-кишечном тракте. Похожие результаты были получены и во время другого исследования: несмотря на то что определенные меры управления поведением дают хороший эффект, позволяя уменьшить беспокойство и плач по вечерам, на последующие оценки темперамента это не оказывает никакого влияния; у детей все равно выявляется трудный темперамент. На основании таких результатов я впервые предположил, что повышенная плаксивость и беспокойство в первые три-четыре месяца жизни вызываются биологическими факторами, которые впоследствии приводят к развитию трудного темперамента. Затем я подумал, что отношение родителей и их утомление при заботе о ребенке, страдающем коликами, имеет здесь не столь большое значение. Однако теперь мои взгляды несколько изменились, о чем я расскажу позже.

Повышенная нервозность/колики, вероятно, не служат признаками проявления устойчивого трудного темперамента. В одном из исследований по оценкам темперамента, проведенных на младенцах в возрасте пяти и десяти месяцев, не было выявлено групповых различий между детьми, ранее страдавшими коликами, и контрольной группой.

Темперамент и сон.

Непрерывная запись суточных ритмов во второй день жизни ребенка была сопоставлена с оценкой его темперамента, проведенной в возрасте восьми месяцев. Обнаружилось, что наиболее высока вероятность формирования трудного темперамента у детей с наиболее экстремальными значениями всех переменных, связанных со сном.

Оценки темперамента, полученные в возрасте примерно 3,6 месяца, демонстрируют связь между нарушениями организации сна и бодрствования, трудным темпераментом и сильным плачем. У матерей плаксивых детей отмечается высокий уровень депрессии, тревожности, утомления, гнева, негативных детских воспоминаний и сложностей в семье. Авторы заключают, что факторы, относящиеся к родительской заботе, хотя и не вызывают у ребенка упорный плач, тем не менее поддерживают или ухудшают существующее поведение. Постоянством этих факторов может объясняться, почему в семьях, где дети страдали коликами, когда им исполняется год, наблюдается бóльшая сложность в отношениях, бóльшее количество неразрешенных конфликтов, больше неудовлетворенности и отсутствие эмпатии, а после четырех лет такие дети, согласно оценкам их темперамента, проявляют более негативный настрой.

Я провел исследование 60 пятимесячных детей, и те, которые были оценены как «трудные», в среднем спали существенно меньше, чем дети с «легким» темпераментом (12,3 и 15,6 часа в сутки соответственно). Хотя измерялись девять характеристик детского темперамента, «трудный» диагностировался на основании только пяти из них. Четыре характеристики (настроение, адаптивность, ритмичность поведения и открытость/боязливость) были тесно связаны с общей продолжительностью сна.

Когда я расширил свое исследование, включив в него 105 детей, те из них, кто отличался «трудным» темпераментом, спали по 12,8 часа в сутки, а «легкие» дети – по 14,9 часа. Это наблюдение впоследствии было подтверждено для другой этнической группы с другими методами родительской заботы. Таким образом, получается, что дети с «трудным» темпераментом в возрасте от четырех до пяти месяцев в целом спят меньше.

В пользу связи сна и темперамента также свидетельствуют данные исследования, в котором объективные параметры организации сна и бодрствования, снятые со сделанной в замедленном режиме видеозаписи, сравнивались с родительской субъективной оценкой темперамента ребенка в возрасте шести месяцев. Доктор Кинер утверждает, что «дети, считающиеся “легкими” [по темпераменту], спали дольше и проводили ночью меньше времени вне кроватки в процессе успокаивающего вмешательства». Однако анализ, проведенный авторами исследования, привел их еще к одному выводу о том, что ночные пробуждения тоже вызваны скорее внешними факторами (родительскими действиями), чем биологическими. Увеличение времени, которое они проводят вне кроватки, отмечается у детей с более «трудным» темпераментом, а также у малышей, ранее страдавших коликами, в возрасте четырех, восьми и двенадцати месяцев. В процессе наблюдений за этими двумя группами детей отмечалось увеличение числа ночных пробуждений.

С помощью цифрового датчика движения были получены данные о том, что среди 12-месячных детей те, для темперамента которых было характерно повышение ритмичности, засыпали легче и спали дольше, а по наблюдениям, снова сделанным в возрасте 18 месяцев, как субъективные, так и объективные оценки улучшения сна были связаны с оценкой темперамента как более «легкого».

Те же самые 60 четырехмесячных детей, которые участвовали в моем исследовании, были вновь проверены в возрасте трех лет. И снова обнаружилось, что у детей с более «легким» темпераментом продолжительность сна была больше по сравнению с детьми с более «трудным» темпераментом. Однако исследователи не обнаружили индивидуальную стабильность темперамента или продолжительности сна для двух разных возрастов. Следовательно, на основании оценки темперамента и связанного с ним режима сна у четырехмесячных детей нельзя предсказать, каким станет их темперамент или режим сна к трем годам.

Сон у детей, ранее страдавших коликами.

Мною было проведено еще одно исследование, в котором принял участие 141 ребенок в возрасте от четырех до восьми месяцев из семей среднего класса. Оно показало, что повышенная нервозность / колики в более раннем возрасте связаны с сообщениями родителей о существующей проблеме ночных пробуждений. Их частота представляла проблему для 76 % детей, продолжительность – для 8 %, а и то, и другое одновременно – для 16 %. Чем чаще просыпался ребенок, тем больше была продолжительность бодрствования в ночное время. Другие исследователи тоже сообщают о существовании проблемы с ночными пробуждениями у детей, ранее страдавших коликами, в возрасте от 8 до 12 и от 14 до 18 месяцев. Общая суточная продолжительность сна этих детей была меньше, чем в контрольной группе (13,5 и 14,3 часа соответственно). Эти межгрупповые различия с возрастом уменьшаются.

По некоторым данным, раздражительность и недостаток сна у детей на протяжении первого года жизни и позже оказываются умеренно стабильными индивидуальными характеристиками. В одном из исследований было показано, что у детей, страдавших коликами, в возрасте трех лет отмечается больше нарушений сна, а взаимоотношения в их семьях более напряженные, чем в семьях детей, входящих в контрольную группу. Исходя из тенденции постепенного уменьшения межгрупповых различий в режиме сна и данных лабораторных исследований сна у детей с коликами в возрасте девяти недель, можно предположить, что на закрепление нарушений сна в более старшем возрасте влияют не биологические факторы, а действия родителей.

Невозможно не согласиться с доктором Пармели, который говорит: «Родители никогда не бывают полностью готовы к тому, насколько мощным оказывается воздействие режима сна и бодрствования ребенка на распорядок дня и любую деятельность всех членов семьи».

Если их дети ранее страдали коликами, то им может быть сложно справиться с частыми ночными пробуждениями и увеличить продолжительность сна ребенка после четырех месяцев. Из-за утомления, которое они испытывают, родители непреднамеренно могут быть недостаточно последовательными и постоянными в своих действиях и отношении к ребенку. Они могут проявлять чрезмерную заботу, потворствовать ночным пробуждениям ребенка и, сами того не сознавая, лишать его возможности научиться засыпать самостоятельно. Одним матерям бывает трудно расстаться с ребенком, особенно ночью, а у других может возникнуть тенденция к развитию депрессии, что может усугубляться утомлением из-за попыток справиться с чрезмерно нервозным младенцем. В любом случае предложения простых методов, способных помочь ребенку спать лучше, часто не находят отклика у родителей, которые не видят причин менять свои действия. Если ребенку не удается научиться засыпать самостоятельно, это приводит к фрагментации или нехватке сна, который управляется непоследовательным положительным подкреплением со стороны родителей. А это, в свою очередь, заставляет утомленного ребенка еще больше беспокоиться и спустя продолжительное время после прекращения коликов, поэтому в конечном итоге от переутомления начинает страдать вся семья.

Эта теория подтверждается данными исследования детей, которое было начато, когда им было пять месяцев, и продолжалось до достижения ими возраста 56 месяцев. Доктор Вольке сумел показать, что «на основании присутствия длительного плача и связанных с ним отрицательных переживаний в первые пять месяцев жизни ребенка мы можем с большой долей вероятности предсказать наличие у него проблемы ночных пробуждений в возрасте двадцати месяцев», но не в возрасте 56 месяцев. Иными словами, сочетание таких факторов, как долгий плач у младенцев в возрасте пяти месяцев и негативные эмоции родителей, часто приводит к появлению проблемы ночных пробуждений. Еще более серьезные нарушения сна, которые могут развиться в будущем, в основном обусловлены совокупным и взаимосвязанным отрицательным воздействием плача и проблем со сном у пятимесячных детей, а не с одной лишь проблемой плача. Нарушения сна в этом возрасте служат наиболее достоверным основанием для предсказания развития к 20 месяцам дальнейших проблем, в первую очередь ночных пробуждений. Доктор Вольке заключает, что возникающие у детей, ранее страдавших коликами, «нарушения сна, скорее всего, объясняются неспособностью родителей установить и поддерживать регулярный режим сна… Это не означает, что в проблемах со сном нужно винить родителей, а в первую очередь позволяет нам понять, почему многие из них, пытаясь бороться с ночными пробуждениями детей, стремятся идти по пути наименьшего сопротивления, прибегая к ночным кормлениям и совместному сну. Это, вероятно, особенно верно для тех родителей, дети которых обладают более трудным темпераментом». Авторы данного исследования также заключают, что проблемы со сном, возникающие по окончании проявлений коликов, объясняются не просто усилением плача как такового, но и, по всей видимости, являются следствием связанных между собой нарушений сна и непостоянства используемых родителями методов борьбы с ночными пробуждениями детей в раннем возрасте.

Доктор Бейтс с коллегами недавно провел прямую оценку взаимосвязи между семейным стрессом, организацией отношений в семье, нарушенным режимом сна у ребенка (имеются в виду непостоянство количества сна и времени укладывания, а также слишком позднее укладывание) и его адаптацией к условиям детского учреждения в возрасте примерно пяти лет. Дети с нарушенным сном плохо приспосабливаются к дошкольным учреждениям. Анализируя полученные данные, ученые говорят о том, что нарушенный сон напрямую связан с поведенческими проблемами. Они не нашли никаких доказательств того, что стресс в семье или сложности во взаимоотношениях могут приводить как к нарушениям сна, так и к проблемам с поведением. Доктор Бейтс заключает, что «нерегулярность сна ответственна за различия в [поведенческой] приспособляемости независимо от различий в уровне стресса и сложностей взаимоотношений в семье». Доктор Бейтс поддерживает мою гипотезу о том, что сон влияет на темперамент, и он говорил мне, что «реакция родителей на проблемы [со сном], вероятно, связана с дальнейшим развитием темперамента ребенка… Если родители предпринимают последовательные попытки управлять режимом детского сна, то в будущем они получат менее сложное и менее неуправляемое поведение своих детей». В еще одном недавнем исследовании принимали участие 64 ребенка в возрасте от восьми до десяти лет, у которых в младенчестве наблюдался «упорный плач», т. е. состояние беспокойства или плач на протяжении более трех часов три дня в неделю. Авторы делают вывод, что такие дети подвержены риску возникновения проблем, связанных с гиперактивностью, и трудностей в обучении. Кроме того, в возрасте от восьми до десяти лет детям, бывшим ранее упорными плаксами, требуется больше времени, чтобы заснуть, на основании чего доктор Вольке высказывает предположение, что «они недостаточно эффективно могут контролировать собственное поведенческое состояние».

Следовательно, получается, что слишком плаксивое и беспокойное поведение в младенчестве связано с сокращением продолжительности сна, а плач и беспокойство сами по себе не связаны напрямую с возникновением нарушений сна в будущем. Хотя семьи, в которых дети страдали коликами, могут испытывать стресс, по-видимому, к нарушениям сна и поведенческим проблемам в более старшем возрасте ведет в первую очередь неспособность родителей установить соответствующий возрасту ребенка распорядок сна.

Итоги.

В первые четыре месяца жизни дети, страдающие коликами, по определению отличаются более плаксивым и беспокойным поведением. Данные, взятые из родительских дневников, показывают, что дети с коликами в возрасте четырех с половиной, семи и восьми недель по сравнению с контрольной группой спят меньше (примерно 12–12,5 часа против примерно 14–14,5 часа), но имеются разногласия по поводу того, происходит ли уменьшение продолжительности сна преимущественно в дневное или ночное время. К девяти неделям в данных, полученных в лабораториях сна, не выявляются групповые различия в сне между детьми с повышенным и нормальным уровнем нервозности. Различия в продолжительности сна в этих двух группах присутствуют даже в четырехмесячном возрасте, однако исчезают к шести – восьми месяцам. Это дает основания предположить, что особенно сильное влияние на режим сна после девяти недель оказывают действия и отношение родителей; особенно это касается развития у детей привычки к ночным пробуждениям. Кроме того, по мнению исследователей, к шести месяцам вклад родителей в развитие нарушений сна, особенно ночных пробуждений, становится более явным.

Большинство ученых сходятся в том, что детский плач сам по себе не может свидетельствовать о дальнейшем развитии нарушений сна. Предсказать ночные пробуждения в возрасте 20 (но не 56) месяцев можно на основании наличия совокупного эффекта плача и эмоциональной нестабильности родителей или плача и нарушений сна, присутствующего в возрасте пяти месяцев.

Оценки темперамента двух– и четырехнедельных младенцев свидетельствуют о том, что если он определяется как трудный в этом возрасте, то можно предсказать усиление плача и нервозности примерно в шесть недель. У детей, страдающих коликами, в четырехмесячном возрасте, как правило, выявляется более трудный темперамент, но в 12 месяцев этого не наблюдается. Трудный темперамент во многих возрастах, как правило, связан с нарушениями сна, например, со снижением его продолжительности и ночными пробуждениями, но на основании этой связи нельзя предсказать наличие проблем со сном в будущем. В возрасте четырех-пяти месяцев дети с трудным темпераментом спят в сутки около 13 часов, в то время как с легким – около 15.

Связь трудного темперамента с нарушениями сна в возрасте четырех и чуть более месяцев проявляется независимо от успешного избавления от коликов. Я изменил свое мнение по этому вопросу и теперь считаю, что именно родители, обладающие достаточной волей и ресурсами для того, чтобы делать все возможное для успокоения детей в периоды нервозности, способны предотвратить переход беспокойства в плач и развитие некоторых нарушений сна в более старшем возрасте. Однако некоторые родители не могут справиться с очень высоким уровнем беспокойства у своих детей, и плач приводит их в отчаяние. Им кажется, что они не способны ничего сделать ни с ним, ни со сном.

Родителям очень важно помочь детям, которые ранее страдали коликами, установить здоровый режим сна. В возрасте около четырех месяцев у них еще не развита способность самостоятельно успокаиваться; возможно, это объясняется тем, что родители постоянно утешают таких детей, чтобы предотвратить переход беспокойства в плач, а возможно, неспособность успокоиться – одна из специфических черт, которые и характеризуют явление коликов. Если вмешательство в действия и отношение родителей, направленное на то, чтобы помочь им справиться с детским плачем в период коликов, оказывается успешным, их эмоциональное состояние становится более адекватным. Поддержание соответствующей возрасту ребенка гигиены сна по окончании периода коликов, как правило, обеспечивает предотвращение нарушений сна в возрасте старше четырех месяцев. Неудачное вмешательство повышает вероятность того, что проявления трудного темперамента, стресс в семье и проблемы со сном сохранятся и после достижения ребенком возраста четырех месяцев.

Предлагаю вам живое описание повышенной нервозности / коликов.

Колики в воспоминаниях отца, или Есть ли места в иностранном легионе?

Сон? Гммм… Ах, да! Помню, помню! Мы часто это делали, пока не родилась Мишель.

Сейчас, когда прошло уже два года и у нас появился второй ребенок, я все равно ежедневно вспоминаю, как Мишель появилась на свет. Я пошутил в родильной палате, что малышка просто «у-жас», но это была не более чем уловка, с помощью которой я старался сдержать слезы. Здоровый нормальный ребенок! Все демоны, одолевавшие нас в последние девять месяцев, мгновенно отлетели прочь.

Первые несколько дней были великолепны. Пока моя жена с дочкой восстанавливали в больнице свои силы после долгих, изнурительных и сложных родов, я вовсю играл роль новоявленного отца – с покрасневшими глазами, «усталого-но-в-восторге». На следующий день я пришел на работу вроде бы для того, чтобы сохранить день отгула на будущее, но на самом деле – чтобы похвастаться сделанными фотоаппаратом Polaroid снимками. Я принес их домой на рассвете самого первого дня после рождения Мишель, потому что не мог ждать бесчеловечных 24 часа, пока не будут готовы отпечатки с пленки.

Все было просто идеально. Я приводил в порядок дом, совершал телефонные звонки, носил все необходимое в роддом. Моя жена, Шэрон, успешно начала кормить ребенка грудью, и малышка пребывала в покое и благополучии.

Обманчивое впечатление контроля и безопасности сохранилось даже в первые несколько дней после того, как Шэрон и Мишель вернулись домой. Дочка просыпалась каждые три или четыре часа и тихим, деликатным плачем давала нам понять, что ее снова пора покормить. Мы удивлялись тому, что слышали ее голос из любой комнаты, каким бы тихим он ни был. Правда ведь, быть родителями потрясающе? Мишель обычно снова засыпала прямо во время кормления. Закончив кормить, Шэрон клала ее обратно в кроватку, и мы просто смотрели на спящую дочку, наслаждаясь этим зрелищем.

Но как только Мишель пересекла границу второй недели своей жизни, картина начала меняться. Тот же деликатный плач. Та же процедура кормления. Но потом, когда она заканчивала сосать, снова начинался плач. Но уже совсем другой. Громче. Отчаяннее. Требовательнее. Вначале я даже скорее этому радовался, потому что получал возможность взять ребенка на руки, и через несколько минут укачивания и похлопывания плач прекращался. Я впервые почувствовал мимолетную уверенность в себе как в отце.

Но Мишель плакала все больше и больше. Пять минут укачивания превратились в часовые полуночные вылазки на улицу с коляской. Если шел дождь, я носил ее кругами из кухни в столовую, из столовой – в большую комнату и снова в кухню, повторяя этот путь столько раз, что в конце концов начал пытаться его изменить, на самом деле испугавшись, что протопчу тропинку в ковре. На левом плече всех моих футболок красовались пятна от срыгивания. Я стал носить Мишель по-другому, «регби-захватом»: держа ее лицом вниз, на животе, и поддерживая пальцами за подбородок, я раскачивал бедрами – туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда. В три часа ночи я надевал слинг и снова возобновлял свой маршрут с мечущейся дочкой на руках.

Каждая из этих стратегий срабатывала только на короткое время. Однако Мишель пристрастилась к движению. Если мы оставляли дочку лежать, она кричала отчаянно и беспрерывно, в буквальном смысле часами. Голос малышки становился хриплым, но даже это ее не останавливало.

У каждого из наших знакомых, даже у людей, с которыми мы случайно пересекались в супермаркете, существовала на этот счет своя теория. Они щедро и великодушно засыпали нас советами, но среди них не оказалось ни одного, в котором не было бы скрытого подтекста: на самом-то деле все беды – от некомпетентности родителей.

Малышка слишком много сосет. Ей не хватает материнского молока, поэтому нужно давать смесь. Добавьте в нее немного каши. Кормите не чаще, чем через четыре часа. У ребенка должен быть режим. Расслабьтесь, она чувствует ваш стресс. И т. д. и т. п. Конца советам – всегда противоречивым, иногда обвиняющим и никогда полезным – не было.

Мишель вела себя все хуже и хуже. А мы все больше и больше уставали, все больше и больше изводились и все больше и больше копили раздражение. А потом мы купили качели.

Это была одна из тех заводящихся моделей, когда нужно посадить ребенка на сиденье, 50 раз повернуть рукоятку, и оно будет раскачиваться туда-сюда, механически тикая.

Качели в полной мере соответствовали определению палки о двух концах. Пока они, размеренно тикая, работали, Мишель замолкала и часто засыпала. Но проходило максимум две минуты после последнего щелчка, и она начинала ерзать, вытягивала ручки, набирала в легкие воздуха и разражалась плачем.

Полного завода качелям хватало минут на двадцать. Поэтому нам волей-неволей пришлось разбить всю нашу жизнь на ровные 20-минутные интервалы и постоянно прислушиваться, не пора ли завести качели, пока не завелась Мишель. Но это работало.

На самом деле это работало настолько хорошо, что никаких других вариантов Мишель больше не признавала. За исключением того времени, когда малышка была голодна, мы больше не могли держать ее на руках, чтобы она не плакала. Все наши страхи, все, на что нам тонко и не очень намекали, воплощалось в реальность. Мы были никуда не годными родителями. Механические качели могли успокоить нашего ребенка, а мы – нет. Мы ненавидели эти качели, но не решались, просто не могли их убрать.

Доктор Вайсблут дал нам свою книгу под названием «Плаксы» (Crybabies). Мы с Шэрон по очереди буквально залпом ее проглотили. Один из разделов оказался особенно важным и ободряющим для нас. Это был график нормального распределения. По оси х откладывалась продолжительность того, что весело называлось «необъяснимым беспокойством». Если вы не в курсе, то в переводе с медицинского жаргона это означает беспрерывные резкие отчаянные вопли, которые доводят родителей до безумия.

Суть была такова: все новорожденные много плачут. Часть этого плача не имеет никаких достойных причин, по крайней мере на наш, взрослый, взгляд. Если построить кривую распределения такого плача по дням, то вы увидите, что в первые шесть недель жизни ребенка она идет вверх, а в следующие шесть недель постепенно спускается вниз. Затем исчезает вообще.

Мы не были уверены в том, что это правда, но решили все-таки отложить акт двойного самоубийства до 12 недель, чтобы посмотреть, что будет. Когда Мишель пошла восьмая неделя, мы начали замечать странное явление: появились короткие промежутки времени, в которые она не спала, но при этом не плакала. И такие спокойные периоды начали постепенно увеличиваться! Мы поверили.

Само собой, ничего из того, что делают дети, никогда полностью не соответствует тому, что написано в книгах. Укладывание Мишель в постель продолжало быть долгим и изнурительным ритуалом и значительно позже рубежа 12 недель. А заставить ее спать всю ночь до сих пор оставалось несбыточной мечтой. Мы все еще уставали (особенно Шэрон, которой пришлось выйти на работу, но которая при этом продолжала кормить Мишель грудью по ночам и сцеживать молоко для дневных кормлений), но лихорадочное и издерганное состояние осталось в прошлом. К нам вернулось ощущение времени, восприятие дня и ночи. Мы больше не чувствовали себя несчастными неудачниками из-за того, что нам не удавалось хорошо заботиться о ребенке.

Мы позволили всему идти своим чередом, пока Мишель не исполнилось пять месяцев. После очередной серии консультаций с нашим врачом мы решили применить жесткие меры управления режимом сна, чтобы и дочка, и мы наконец смогли достойно отдохнуть.

Ночью Мишель, как и все люди, время от времени просыпалась. Но вместо того чтобы, как гласит теория, повернуться на другой бок и снова погрузиться в сон, в реальности она требовала от нас пищи и внимания. Потребности в ночном кормлении уже не было, а внимание стоило и Мишель, и нам нормального ночного сна.

Первым правилом стало прекращение ночных кормлений. Мы решили, что Шэрон больше вообще не должна подходить к ребенку ночью, так как ее вид и запах будут слишком искушать Мишель. Когда она плакала, я должен был пойти к ней и утешать, обнимать, петь или качать… В общем, делать все что угодно, чтобы дочка снова заснула.

Следующим этапом было прекращение разговоров. Теперь, приходя в комнату Мишель на ночные «посиделки», я должен был только наклониться над кроваткой и поглаживать ее по спинке, пока она не уснет покрепче. Выяснилось, что если я провожу с дочкой меньше полных пяти минут, то очень скоро меня ожидает новый призыв.

Через несколько дней у нас состоялось последнее стратегическое совещание с нашим педиатром. Он предложил нам делать освещение в комнате как можно более тусклым, класть Мишель в кроватку и не открывать дверь до самого утра. Врач порекомендовал Шэрон уйти на ночь к кому-нибудь из подруг и пообещал, что этот финальный этап составит не более трех ночей продолжительного плача. Очень обнадеживающе.

Шэрон решила пережить это вместе со мной. С приближением назначенного часа мы приступили к процедуре укладывания. Потом положили Мишель в кроватку, повернулись, вышли из комнаты и закрыли дверь. Плач начался в ту же секунду. Но продолжался он всего десять минут. Десять минут! Вот это да!

В эту ночь никому из нас не удалось нормально поспать. Мы с Шэрон продолжали прислушиваться, не раздастся ли снова плач. Но в комнате Мишель царила тишина. Когда рассвело, мы бросились к дочке, и – ура! – с ней все было в порядке.

На этом все и закончилось. Десять жестких минут, и мы, все трое, избавились от пятимесячной пытки. Шли дни, и мы заметили ряд весьма приятных эффектов. Благодаря нормальному отдыху и мы, и Мишель стали спокойнее и веселее. Дочка благоденствовала, и нам это безумно нравилось. Мы возвращались к нормальной жизни.

Хотя этот рассказ отца может показаться слишком экстремальным, на самом деле здесь описан вполне типичный путь, который проходят родители, чтобы помочь детям преодолеть приступы плача. Мне хотелось бы подчеркнуть, что успокаивать нервозного или плачущего ребенка могут и должны оба родителя. Даже если мать кормит его грудью, ответственность лежит не только на ней.

Мужья могут и, на мой взгляд, обязаны помогать женам заботиться о своих детях. Если у отца есть возможность быть дома и помогать матери после ее возвращения из роддома и также в тот период, когда ребенку будет около шести недель, то женщина сможет приспособиться к изменениям, происходящим с ребенком. Один отец назвал такие отношения «парным родительством», потому что, если один член такой мини-команды слишком устает, второй сменяет его в поездках, прогулках с ребенком и т. д., чтобы первый мог полноценно отдохнуть. Двое измученных родителей никак не могут быть хорошей парой!

Хотя для преодоления повышенной нервозности / коликов предлагалось много различных средств, в том числе кошачья мята, травяной чай, сок папайи, мятные капли, записи сердцебиения или внутриутробных звуков, бутылки с горячей водой или смена молочной смеси, выяснилось, что реально помогают всего три приема. Уже доказано, что такие методы, как симетиконовые капли или хиропрактика, абсолютно бесполезны. Последним популярным диагнозом для детей с повышенной нервозностью стал желудочно-пищеводный рефлюкс; однако проведенные исследования показали, что одновременное наличие этих двух проблем не означает, что между ними существует причинно-следственная связь. Вот те самые три приема:

1. Ритмичные движения: кресла-качалки, качели, кроватки и коляски с рессорами, люльки; пешие прогулки, походы по магазинам, использование ребенка в качестве «спортивного снаряда» в упражнениях на укрепление бицепсов, автомобильные поездки. Возможно, любое ритмичное покачивание, способствуя регулярности дыхания, успокаивает младенца, так как при этом у него пропадает необходимость «производить» колики ради того, чтобы лучше дышать. Тем не менее избегайте использования водяных матрасов, которые для маленьких детей представляют опасность, так как могут быть причиной удушья. Среди других опасных средств против коликов нужно упомянуть ряд растительных «лекарств», которые могут вызвать отравление; набитые сухими бобами подушки, тоже связанные с риском удушья, и подвешиваемые в кроватке приспособления типа мини-батутов, в которых ребенок может запутаться и задохнуться. Раньше для улучшения сна детям прописывали триптофан, но теперь известно, что это вещество может нанести вред; точно так же не стоит давать детям и мелатонин.

2. Сосание: груди, бутылочки, кулака, запястья, большого пальца или пустышки.

3. Пеленание: укутывание ребенка в одеяла, что дает ему ощущение близости к родителю, тепла и уюта. Однако после первых нескольких недель жизни эффективность этого приема снижается.

Не нужно перебирать метод за методом; это еще больше вас разочарует и заставит ощутить беспомощность, если плач не прекратится. Кроме того, вы можете испытывать раздражение или злость из-за того, что на вашего ребенка как будто не действуют никакие домашние средства, особенно если кому-нибудь из ваших знакомых они прекрасно помогают.

Устраивайте себе перерывы, когда ваш ребенок плачет. Так вы сможете лучше заботиться о нем; это вполне разумная стратегия обращения с малышом, а не проявление вашего эгоизма.

КОЕ-ЧТО ИЗ ПРАКТИКИ.

Чувство гнева по отношению к собственному плачущему малышу пугает, но оно совершенно нормально. Вы можете одновременно любить своего ребенка и ненавидеть его приступы плача. У всех родителей время от времени возникают противоречивые чувства к своим детям.

В первые месяцы вам будет казаться, что вы практически никак не можете воздействовать на поведение вашего слишком беспокойного младенца. И в данном случае вы правы, но этот период лучше воспринимать как репетицию. В ваших объятиях, поцелуях, доброте и нежности выражается все то, что вы чувствуете. Учитесь осыпать ребенка ласками, даже когда он плачет. Такое любящее внимание очень важно для вас обоих.

Однако постоянное, избыточное внимание, которое вы уделяете беспокоящемуся или плачущему малышу с любым уровнем нервозности в первые месяцы, может стать причиной осложнений, если и после того, как период коликов останется позади, вы будете продолжать использовать ту же стратегию вмешательства в процесс ночного и дневного сна ребенка. Несмотря на то что колики уже прошли и он стал старше, вы продолжаете постоянно его контролировать, не позволяя оставаться в одиночестве и вырабатывать умение успокаиваться самостоятельно. В таких условиях ребенок никогда не научится засыпать без вашего участия. Фрагментация или дефицит сна, возникающие при прерывистом положительном подкреплении со стороны родителей, становятся причиной переутомления малыша, выражающегося в повышенном уровне его нервозности, хотя биологические факторы, вызывающие чрезмерную нервозность/колики в более раннем возрасте, давно преодолены.

Темперамент у четырехмесячных детей.

Что же происходит после того, как первые месяцы жизни вашего ребенка с частым плачем и беспокойством остаются позади, а его поведение становится более стабильным? Примерно после четырех месяцев большинство родителей уже понимают разницу между потребностью ребенка в непрерывном сне и его предпочтением приятной компании по ночам. Большинство родителей способны осознать, что длительный, постоянный сон – здоровая привычка, и в их силах на нее влиять, а также что они могут быстро научиться не подкреплять своими действиями ночные пробуждения и нерегулярный режим дневного сна, которые лишают ребенка необходимого отдыха. Происходит процесс «социального отлучения» от приятной компании родителей во время ночного и дневного сна. Как сказала одна молодая мама, «я поняла: теперь мне нужно забыть о том, что ему [ребенку] хочется общения».

Однако родителям, дети которых пережили период коликов, еще придется столкнуться с некоторыми сложностями. Это объясняется тем, что дети, ранее страдавшие повышенной нервозностью / коликами, в возрасте четырех – восьми месяцев сильнее других склонны к проявлениям «трудного» темперамента, менее продолжительному сну и более частым ночным пробуждениям.

Мои исследования также показывают, что родители таких детей предрасположены воспринимать частые (а не длительные) ночные пробуждения как проблему. Более того, чаще о ней говорят родители мальчиков, а не девочек. Давайте разберемся, на чем это основано.

Доктор Александр Томас, пионер в области изучения детского развития, описал различные типы темперамента у младенцев. В исследовании, основанном как на его собственных тщательных наблюдениях, так и на опросах родителей, доктор Томас отмечал взаимосвязи между четырьмя характеристиками темперамента: настроем, напряженностью, адаптивностью и открытостью/замкнутостью. Он сделал вывод, что у детей, отличавшихся негативным настроем, напряженностью, плохой адаптивностью и замкнутостью, отмечалась и нерегулярность функций организма. Темперамент таких детей поэтому и подходил под определение «трудный», что родителям было трудно с ними справляться! Мы не знаем, почему именно эти черты всегда сочетаются именно таким образом, но нам известно, что дети с «легким» темпераментом обладают противоположными свойствами. В исследовании доктора Томаса были описаны еще четыре дополнительные характеристики темперамента: постоянство, активность, отвлекаемость и порог (под «порогом» имеется в виду степень чувствительности ребенка к громкости звуков или интенсивности освещения). Они не являются постоянными составляющими «легкого» или «трудного» темперамента.

Термин «темперамент» означает стиль поведения, или способ взаимодействия ребенка со средой. Он не описывает мотивов действий. Каждый родитель, естественно, по-своему оценивает темперамент своего ребенка. Однако вам, вероятно, будет интересно узнать, что существует стандартизированная система оценки темперамента младенцев. Нельзя сказать, что она совершенно объективна, и у нее есть ряд ограничений, о которых я скажу позже, но за годы применения эта система доказала свою огромную полезность.

Ученые, которые ее разработали, совершенно не задумывались о таком явлении, как повышенная нервозность / колики. В их системе отсутствует даже такой параметр, как плач. Только гораздо позже оценку темперамента по этой шкале догадались связать с повышенной нервозностью. Однако, как вы сможете убедиться сами, эта связь оказалась просто поразительной.

Характеристики детского темперамента.
Активность (общая подвижность, энергичность).

Ваш ребенок извивается, подскакивает и сучит ножками, когда лежит в кроватке и не спит? Совершает ли он какие-то движения во сне? Малыш пинается ногами и хватает все руками, когда вы его переодеваете? Одни дети активны и подвижны практически постоянно, другие – только в определенных ситуациях, например, во время купания. Уровень активности у младенцев не имеет никакого отношения к «гиперактивности» у детей более старшего возраста. Я обследовал несколько малышей, которые до этого были направлены к детскому гастроэнтерологу из-за повышенной нервозности / коликов. Выяснив, что никаких проблем с пищеварительной системой у них нет, врач сделал вывод, что все дело в «гиперактивности». Этот диагноз был основан на ложном убеждении, что бодрые, с ярко выраженными реакциями, плохо управляемые дети гиперактивны. Однако нет никаких доказательств связи высокого уровня активности в младенчестве с гиперактивностью в более старшем возрасте.

Ритмичность (регулярность функций организма).

Ритмичность – это характеристика, указывающая на степень регулярности или предсказуемости поведения младенца. Можно ли выявить закономерность в том, когда ребенок чувствует голод, сколько он съедает при каждом кормлении, как часто у него происходит дефекация, в какие часы он становится сонным, во сколько просыпается, в какое время суток наиболее активен, а когда начинает проявлять признаки беспокойства? Постепенно поведение ребенка обычно становится более регулярным. Однако некоторые дети ведут себя очень предсказуемо уже в возрасте двух месяцев, а у других поведение остается нерегулярным на протяжении всего первого года жизни.

Открытость/замкнутость (первая реакция).

Открытость/замкнутость – это характеристика темперамента, определяющая первоначальную реакцию на что-то новое. Как ведет себя младенец, встречаясь с другим ребенком или няней? Сопротивляется ли он новым процедурам? Некоторые дети с удовольствием воспринимают новые обстоятельства – принимают их, проявляют любопытство, не пугаются, в то время как другие воспринимают все незнакомое негативно, отказываются от него, стараются избегать контакта, выглядят испуганными или угрюмыми.

Адаптивность (гибкость).

Степень адаптивности, или приспособляемости, определяется на основании наблюдений за реакцией ребенка на определенные действия – протестует ли он против стрижки ногтей, купания, изменений в режиме питания, быстро ли привыкает к незнакомым людям или новой еде. Это попытка оценить, насколько легко или трудно ребенку приспосабливаться к новым обстоятельствам или изменениям в привычном распорядке.

Напряженность.

Напряженность – это степень или величина ответных реакций ребенка, как положительных, так и отрицательных. Можете воспринимать ее как количество эмоциональной энергии, с которой он выражает свое удовольствие или неудовольствие. Напряженные дети выражают эти эмоции громко и активно. Они очень энергичны при приеме пищи или отказе от нее. У них наблюдается сильно выраженная реакция на резкое увеличение интенсивности освещения; такие дети могут одинаково бурно радоваться новой игрушке или отвергать ее; очень эмоционально переживают такие события, как купание, смена подгузника или одевание; по их поведению можно сразу сказать, как они относятся к тому или иному человеку, знакомому или незнакомому. Одна мать так описывает интенсивные реакции типа «все или ничего» у своего чрезмерно беспокойного ребенка: «Настроение моей дочки меняется очень быстро; она никогда ни о чем не предупреждает заранее, сразу переходя от бурной радости к воплям отчаяния». Напряженность оценивается отдельно от настроя. Детей с низкой степенью напряженности называют «мягкими».

Настрой.

Если напряженность – это интенсивность реакции, то настрой – ее направление. Он оценивается в тех же ситуациях, что описаны выше. Негативный настрой – это наличие беспокойного поведения и плача или отсутствие улыбок, смеха и гуления. Позитивный настрой – отсутствие беспокойства и плача или наличие улыбок, смеха и гуления. Наиболее напряженные дети, как правило, отличаются более негативным настроем и меньшей адаптивностью, бывают замкнутыми. Наиболее мягкие дети обычно более позитивны по настрою, лучше адаптируются и проявляют открытость.

Постоянство.

Степень постоянства, или концентрации внимания, – это характеристика, отражающая способность ребенка чем-то заниматься, не отвлекаясь, и, соответственно, величину непрерывного промежутка времени от начала одного вида деятельности до смены его на другой. При одних обстоятельствах родители ценят в детях постоянство, зато при других – совсем наоборот. К примеру, постоянство, или упорство, приветствуется при овладении новыми навыками, но та же самая черта становится совершенно неприемлемой, когда ребенок демонстрирует постоянство в кидании еды на пол. К несчастью, некоторые дети весьма постоянны в непрерывном плаче или в непрерывном бодрствовании и отказе спать. Один отец так описывал своего постоянно плачущего ребенка: «У нас был ребенок, подключенный к щелочным батарейкам Duracell, а мы получали энергию из обычных угольных батарей. Наш заряд никогда не держался так долго, как его».

Отвлекаемость.

Под этим понятием подразумевается, насколько легко ребенок отвлекается на происходящее вокруг. Отвлекаемого ребенка очень легко успокоить, просто взяв на руки, если он утомлен или голоден, а простые методы утешения быстро помогают справиться с его нервозностью в процессе переодевания. Такого малыша легко увлечь новой игрушкой или необычными звуками. Отвлекаемость и постоянство не связаны друг с другом, и ни одна из этих характеристик не имеет отношения к уровню активности или порога.

Порог (чувствительность).

Порог чувствительности определяет, какая интенсивность стимула требуется для того, чтобы вызвать у ребенка ответную реакцию в определенных обстоятельствах, например при громком шуме, ярком свете и в других ситуациях, описанных выше. Одни дети быстро и остро реагируют на любые изменения в окружающей среде, а реакция других может быть едва заметна.

«Трудный» темперамент.

Как уже упоминалось ранее, при обследовании большого числа детей и анализе многих опросов доктор А. Томас и доктор С. Чесс заметили, что четыре, и только четыре вышеперечисленные характеристики темперамента имеют тенденцию составлять единую группу. В частности, дети с экстремально сильными, или «напряженными», реакциями, как правило, медленно адаптируются к обстоятельствам, негативны по настрою и замкнуты. Этот комплекс черт характера представляет собой определенный тип личности.

По отчетам родителей и непосредственным наблюдениям ученых, с такими детьми справляться труднее, чем с остальными. Поэтому темперамент ребенка, качества которого при оценке попадают в этот комплекс, принято считать «трудным». Одна из матерей называла своего ребенка с таким темпераментом «матереубийцей». Если дети обладают противоположным комплексом черт, их темперамент принято называть «легким», а некоторых из них иногда называют «ребенок-мечта». При исследованиях темперамента термины «трудный» и «легкий» служат только для описания того или иного поведения, но, как правило, не ставится вопрос о том, чем оно обусловлено. Не существует научных обоснований, позволяющих говорить о «высоких потребностях» ребенка с «трудным» темпераментом. Фактически нет вообще никаких оснований приписывать любому ребенку в любых обстоятельствах некие «высокие потребности».

Потом я объясню, почему очень многие так называемые дети с высокими потребностями – это на самом деле просто сильно переутомленные дети с «трудным» темпераментом.

Из всех младенцев, изученных Томасом и Чесс, таким темпераментом обладало примерно 10 %. Кроме того, у них отмечалась нерегулярность биологических функций, таких как режим сна и ночные пробуждения. У таких детей чаще возникали поведенческие проблемы, особенно нарушения сна в более старшем возрасте. Одно из наиболее интересных различий между «трудными» и «легкими» детьми – то, как они плачут после того, как у них уже закончился период повышенной нервозности, т. е. в три-четыре месяца. Были опубликованы данные о том, что матери, которым давали прослушивать записанный на пленку плач детей, считающихся «трудными» (не их собственных), описывали его как более раздражительный, резкий и возбужденный, чем плач «легких» детей. По их словам, создавалось впечатление, что он свидетельствует о каких-то нарушениях, и ребенок плачет не от того, что голоден или ему нужно сменить подгузник. Анализ звукозаписи плача помогает понять, откуда берется такая оценка. В плаче «трудных» детей было обнаружено больше пауз между звуками, чем в плаче «легких». Такие паузы постоянно заставляют слушающего предполагать, что приступ плача уже закончился. Кроме того, достигая максимальной интенсивности, плач «трудных» детей достигает и более высокой частоты звука. Именно из-за этих двух основных отличий их плач кажется более пугающим, пронзительным и раздражающим.

Что служит причиной формирования «трудного» темперамента? Приобретаются ли соответствующие черты в процессе обучения? Предопределены ли они генетически или возникают вследствие переутомления?

Вот как описывает ребенка, ранее страдавшего коликами, специалист по детскому развитию Лайя Фишер.

Джейн в четыре месяца.

Джейн – трудная и непредсказуемая девочка, она спит и обнимается меньше, чем среднестатистический ребенок, а плачет чаще. Наблюдения в течение более пяти недель выявили у нее повышенную чувствительность. В какой-то период Джейн вообще не выносила прикосновений к своему животику. Пеленание помогает мало, и только ритмические покачивания немного успокаивают ее. Если и это не помогает, родители носят ее на руках. Иногда все эти усилия помогают Джейн успокоиться, но иногда они только усиливают ее панический плач. По-видимому, у Джейн совершенно отсутствует способность самостоятельно успокаиваться, а обычные методы успокоения прикосновением действуют на нее очень слабо. Иногда помогала пустышка, но тоже не всегда. У Джейн плохая регуляция функций организма. Она может находиться в состоянии панического плача, когда вроде бы спит.

Девочка за считаные секунды переходит от сна к нервозному бодрствованию. Она переутомляется и не может спать, что еще больше повышает ее раздражительность. Джейн с трудом привыкает к таким обычным сенсорным стимулам, как свет и прикосновение. Ей требуется среда с высокой степенью защиты, что вызывает сильный стресс у ее родителей, особенно у матери. Плач Джейн очень трудно расшифровать; родителям девочка кажется непредсказуемой и часто – не склонной к общению.

Связь между сном, повышенной нервозностью / коликами и темпераментом.

Разные подходы для разных детей.

Вы уже узнали о том, что из каждых 100 детей примерно у 80 обычный уровень нервозности, при этом 49 % из этих 80 (39 детей) обладают «легким» темпераментом, 46 % (37 детей) – промежуточным и только 5 % (четыре ребенка) – «трудным». Однако среди тех 20 % детей, у которых уровень нервозности повышен, распределение оказывается совсем другим. В этой группе «легкий» темперамент всего у 14 % (трех детей), «промежуточный» – у 59 % (12 детей) и «трудный» – у 27 % (пяти детей). Важно осознать, что самая большая группа – это дети с «промежуточным» темпераментом, которых 49 из 100. Одни могут быть ближе к детям с «трудным» темпераментом, а другие – с «легким», однако не совсем на них похожи. Поэтому для почти половины детей советы, касающиеся нормального уровня нервозности и, соответственно, «легкого» темперамента, и советы, касающиеся повышенного уровня нервозности, и, соответственно, «трудного» темперамента, подходят лишь отчасти. В связи с этим, пожалуйста, прочтите раздел целиком и возьмите на вооружение только то, что подходит для вашего ребенка.

Риск развития нарушений сна в возрасте старше четырех месяцев выглядит приблизительно так:

МИНИМАЛЬНЫЙ РИСК РАЗВИТИЯ НАРУШЕНИЙ СНА ПОСЛЕ ЧЕТЫРЕХ МЕСЯЦЕВ.

39 % детей с нормальным уровнем нервозности, у которых формируется «легкий» темперамент.

3% детей с повышенным уровнем нервозности, у которых формируется «легкий» темперамент.

37 % детей с нормальным уровнем нервозности, у которых формируется «промежуточный» темперамент.

12 % детей с повышенным уровнем нервозности, у которых развивается «промежуточный» темперамент.

4% детей с нормальным уровнем нервозности, у которых формируется «трудный» темперамент

5% детей с повышенным уровнем нервозности, у которых формируется «трудный» темперамент.

МАКСИМАЛЬНЫЙ РИСК РАЗВИТИЯ НАРУШЕНИЙ СНА ПОСЛЕ ЧЕТЫРЕХ МЕСЯЦЕВ

Различные темпераменты и, возможно, различные пути их формирования приводят к разному режиму сна у детей. На мой взгляд, «трудный» темперамент в четыре месяца в первую очередь свидетельствует о сильном переутомлении ребенка, в то время как «легкий» говорит о хорошем отдыхе. Но не забывайте о том, что такие биологические факторы, как повышенный уровень серотонина или недоразвитие ритмов сна и бодрствования, могут влиять на поведение ребенка в первые четыре месяца жизни. Точно так же важно помнить, что существует очень большая вариабельность в ресурсах, которыми располагают родители для успокоения ребенка. Есть факторы, связанные с матерью (например, послеродовая депрессия), с отцом (принуждает к позднему укладыванию, не помогает успокаивать ребенка), с браком (несогласие по поводу общей постели или грудного вскармливания) и с семьей в целом (потребности других детей, карьера, маленькая жилплощадь, отсутствие возможности найма няни или домработницы и т. д.). Поэтому важно видеть полную картину: и вашего ребенка, и имеющуюся у вас структуру поддержки успокаивания, и все ресурсы, которыми вы для этого располагаете. То, что подходит для одной семьи, может не подходить для другой. Ваша цель – создать в своей семье общую обстановку заботы, а не бороться с повышенной нервозностью / коликами ребенка.

«Никакого плача» или «пусть поплачет».

Некоторые родители твердо убеждены в правильности только одного подхода к успокаиванию ребенка перед сном. По их мнению, никакого плача быть не должно, и, постоянно держа ребенка на руках, часто прикладывая его к груди и укладывая спать в родительскую постель, они могут предотвратить чрезмерную нервозность/колики и проблемы со сном. Такие родители характеризуют свои методы как «нежное усыпление» и «родительство, основанное на привязанности»; это ласковый, теплый, сосредоточенный на малыше стиль, повышающий у него чувство безопасности; ребенок усваивает, что мама всегда рядом с ним. Другие подходы они называют «выплакиванием», «отстраненным родительством», считают холодными, жесткими, сосредоточенными на родителях и создающими у ребенка ощущение заброшенности, потому что он усваивает, что мать не реагирует на его запросы. Такие родители говорят, что, когда ребенок прекращает плакать и засыпает, он просто «отчаивается» донести что-либо до своей матери. Считается, что именно этот резкий контраст в родительских подходах приводит к разному поведению у детей и разному характеру связей между ребенком и родителями. Однако с таким типом мышления связан ряд серьезных проблем. Во-первых, нет никаких доказательств того, что тот или иной подход приводит к определенному исходу. Во-вторых, что будет работать, а что нет, во многом зависит и от самого ребенка. В-третьих, отцы, братья и сестры и реальная жизнь семьи в целом помогают сформировать вашу способность утешать, успокаивать и укладывать ребенка спать. В-четвертых, существуют методы, находящиеся между постоянным вниманием к ночному плачу ребенка и полным отсутствием внимания, например «проверка и утешение» или «контролируемый плач», которые подразумевают, что ребенку позволяют плакать, но очень недолго.

Вы можете выбирать или не выбирать «родительство, основанное на привязанности», но оно подходит 39 % детей, имеющих обычный уровень нервозности и «легкий» темперамент. Для них все, что вы прочтете в популярных книгах об успокаивании и сне, скорее всего, будет работать. Это, возможно, также подойдет 40 % (3 % + 37 %) детей из следующих двух групп по риску развития нарушений сна. Итак, вероятно, у большинства семей (39 % + 37 %) путь к легкому успокаиванию и спокойному сну может быть достаточно гладким, а еще 3 % придется сражаться за то, чтобы к четырем месяцам достичь гавани сна без проблем. Вероятно, для большинства родителей этот путь пройдет вообще без плача, поэтому нет никаких причин судить и критиковать остальных, кому не так повезло.

Существует нечастное меньшинство (9 %) семей, которые, как мне кажется, бывают очень расстроены или подавлены появлением ребенка, так как им не хватает ресурсов для его успокаивания и/или у малыша чрезмерный уровень нервозности/колики, так что к четырем месяцам у него развивается переутомление и «трудный» темперамент. Эти родители могут вначале укладывать ребенка в кроватку, потом передумать и использовать для успокаивания и сна родительскую постель, и все равно испытать разочарование, потому что после четырех месяцев он так и не научится спать нормально. Здесь главное – быть гибкими и чувствительными к ребенку и общей ситуации в вашей семье.

Обычный уровень нервозности: пониженный риск развития нарушений сна после четырех месяцев.

Кормить грудью детей с обычным уровнем нервозности становится гораздо проще, когда они достигают возраста около четырех месяцев или даже раньше, так как теперь все члены семьи лучше отдыхают и жизнь становится более предсказуемой. В три-четыре месяца признаки сонливости у ребенка начинают проявляться в более раннее время. Он становится сонным не в 20:00–22:00, а в 18:00–20:00. Вы должны уважать его потребность в сне и раньше начинать процесс успокаивания. Если ваш малыш спит в собственной кроватке, просто укладывайте его пораньше; но если у вас общая постель, придется как-то приспосабливаться. Первый вариант – самим ложиться спать намного раньше, но, как правило, это неудобно. Второй – ложиться в постель вместе с ребенком и создать там для него уютное гнездышко, или использовать приставное спальное место, где он заснет, и оставить его там. Опасность состоит в том, что ребенок может скатиться с кровати и получить травму. Третий вариант – перекладывать малыша в кроватку, когда он заснет, и оставлять его там, пока он не проснется для первого ночного кормления, а после этого брать в свою постель на всю оставшуюся ночь. Поскольку дети с обычным уровнем нервозности к четырем месяцам уже вполне хорошо отдыхают, они лучше адаптируются, и их достаточно легко перекладывать в кроватку. Одна из возможных стратегий – покормить ребенка, затем передать его отцу для успокаивания на руках, а потом положить в кроватку. Это разрушает существовавшую ранее привычку к кормлению и сну в родительской постели. Если ребенок плачет, постарайтесь успокоить его, не вынимая из кроватки. Но если у вас не получается, возьмите малыша на руки, а потом, успокоив, попробуйте уложить снова.

Если к четырем месяцам вы кормите ребенка из бутылочки (смесью или сцеженным грудным молоком) или же грудью, но укладываете его спать в кроватку, вам стоит рассчитывать на то, что малыша придется кормить ночью через четыре – шесть часов после последнего вечернего кормления, а потом еще раз – рано утром, примерно в четыре или пять часов, и так примерно до девяти месяцев. Некоторые дети, находящиеся на искусственном вскармливании, требуют еды ночью только один раз, примерно в два или три часа. Если вы кормите ребенка грудью и спите в общей постели, вам, вероятно, в течение ночи придется кормить его много раз.

Если ваш ребенок спит в своей кроватке, то он получает больше социальной стимуляции: когда вы достаете его оттуда, вам требуется больше времени на то, чтобы подготовить бутылочку, и больше действий при укладывании малыша обратно в кроватку для сна. При таких обстоятельствах, если после четырех месяцев вы будете кормить его более двух раз за ночь, у ребенка, скорее всего, возникнет привычка к ночным пробуждениям. Если вы кормите грудью, возникает очевидный вопрос: просыпается ли он ночью, за исключением упомянутых двух раз, из-за голода? Если ребенку не хватает вашего молока, тогда он действительно будет просыпаться ночью из-за жажды и/или голода. Хочется ли вам самой пить на протяжении дня? Если это так, значит, вы потребляете мало жидкости. Испытываете ли вы в данный момент какой-либо нетипичный стресс, например, из-за важной поездки, которую вы должны предпринять, переживаете ли из-за необходимости сочетать заботу о ребенке с работой или волнуетесь, как вернуться на прежнее место, но при этом продолжать кормить грудью? Не замечаете ли вы, что ребенок стал меньше мочиться? Не уменьшилось ли количество молока, которое вы сцеживаете? Стал ли малыш сосать намного больше при кормлении сцеженным молоком или смесью из бутылочки? Спит ли он лучше и дольше после того, как вы покормите его из бутылочки? Если вы думаете, что ребенок не наедается, но хотите продолжать кормить его грудью, то вам лучше получить консультацию у специалиста по лактации.

Если ребенок спит с вами в одной постели, частые ночные кормления вряд ли приведут к возникновению привычки к ночным пробуждениям. Это объясняется тем, что ребенок ест, до конца не просыпаясь. Поэтому риск фрагментации сна из-за чрезмерной социальной стимуляции как для матери, так и для ребенка низок. Если малыша рано укладывают спать, общая семейная постель не создает никаких нарушений сна, а фактически способствует успокаиванию в первые несколько месяцев жизни.

После того как у ребенка устанавливается более раннее время вечернего засыпания, следующим изменением в режиме сна становится развитие регулярного утреннего сна, который начинается около 9:00–10:00. Этот сон вначале продолжается около 40 минут, но потом удлиняется до одного-двух часов. Остаток дня может включать в себя короткие и нерегулярные периоды сна. После развития утреннего сна, когда ребенок еще немного подрастает, следующим регулярным периодом дневного сна становится послеобеденный, примерно с 12:00 до 14:00. Этот период также постепенно удлиняется до часа или двух. Может существовать и третий, короткий и нерегулярный, период дневного сна ближе к вечеру.

Эти ритмы ночного и дневного сна постепенно становятся более зрелыми и устойчивыми. Типичная ошибка, которую совершают родители, – установление жесткого режима сна «по часам». Дети, отличающиеся постоянством темперамента, могут действительно производить впечатления спящих «по часам», но гораздо важнее следить за признаками сонливости в поведении ребенка, чем за стрелками часов.

Давайте снова обратимся к нашей выборке из 100 детей. Из 49 детей в возрасте четырех месяцев, обладающих «промежуточным» темпераментом, 37 (примерно 76 %) в более раннем возрасте отличались нормальным уровнем нервозности. Из 42 детей с «легким» темпераментом 39 (около 93 %) также отличались нормальным уровнем нервозности. Итак, из 80 таких детей подавляющее большинство – 76 (37 + 39), или 95 %, подвержены низкому риску развития нарушений сна, так как:

• у родителей ниже вероятность стресса;

• ребенок, скорее всего, хорошо отдыхает;

• ребенок обычно умеет самостоятельно успокаиваться;

• рано развивается непрерывный (долговременный) ночной сон;

• в течение дня происходит раннее естественное развитие регулярных и длительных периодов сна, без графика, искусственно вводимого родителями;

• если возникают нарушения сна, обычно срабатывают методы «без плача».

Повышенная нервозность / колики: повышенный риск развития нарушений сна после четырех месяцев.

Вернемся снова к нашей изначальной выборке из 100 детей. Из 20 детей с чрезмерным уровнем нервозности / коликами риску развития нарушений сна подвержено меньшинство – пятеро детей, или 20 %. Однако из девяти четырехмесячных детей с «трудным» темпераментом пятеро, или 56 %, в более раннем возрасте страдали коликами. Мы можем взглянуть на это иначе: только у девяти детей из первоначальной сотни, т. е. у очень маленькой группы, составляющей 9 %, формируется «трудный» темперамент и последующие нарушения сна, так как:

• у родителей высока вероятность стресса;

• ребенок, скорее всего, переутомляется;

• ребенка обычно могут успокоить только родители;

• ночью сохраняется фрагментированный сон;

• днем преобладают нерегулярные и короткие периоды сна;

• если существуют проблемы со сном, может быть, необходимо дать ребенку поплакать.

Я считаю, что именно у этого небольшого процента детей развиваются наиболее тяжелые и сложные проблемы со сном. Этому есть две причины. Первая состоит в том, что биологические факторы, в первую очередь приводящие к коликам у пяти из девяти детей, могут оказаться устойчивыми и разрушают все усилия родителей, прилагаемые к решению проблем со сном. Вторая заключается в социальных или семейных факторах, которые создают напряжение и трудности с успокаиванием у родителей четырех из девяти детей с обычным уровнем нервозности, что мешает установлению здорового режима сна. Такие социальные или семейные проблемы, конечно, могут влиять на ситуацию и в том случае, если у ребенка повышенный уровень нервозности, будучи фактором, либо связанным с этой повышенной нервозностью, либо независимым от нее.

Кормление грудью этих детей может быть осложнено, так как все участники процесса утомлены. С развитием биологической потребности в более раннем начале ночного сна лучшей стратегией будет временно постараться делать все возможное для того, чтобы максимально продлить сон и уменьшить плач. Вы должны стремиться к тому, чтобы ребенок отдыхал как можно лучше и у него могли установиться более четкие ритмы сна и бодрствования. Развившись в достаточной мере, они будут помогать вашему малышу спать лучше. Например, кормящая мать может брать ребенка к себе в постель пораньше вечером и давать ему заснуть у груди. Однако такие события реальной жизни, как возвращение к работе или забота о других членах семьи, могут помешать такой роскоши, как всегда ложиться спать вместе с ребенком, когда он выглядит сонным.

Возможно, вы – сторонник «родительства, основанного на привязанности» и провели большую часть первых четырех месяцев жизни ребенка, успокаивая его, но теперь малыш становится слишком тяжелым, чтобы постоянно носить его на руках. Что еще более важно, он теперь больше интересуется окружающим миром и может намеренно сопротивляться сну, чтобы наслаждаться вашим обществом, даже когда ему на самом деле хочется спать. Это «естественное» стремление к общению может мешать «естественному» развитию здорового режима сна. Когда все устали, трудно сохранять ясность мыслей и намерений. Как уже отмечалось в главе 1, не всегда очевидно, что на самом деле «естественно», а что – нет.

Для всех детей «естественно» беспокоиться и плакать; для всех матерей «естественно» хотеть успокоить ребенка и переживать из-за его беспокойства и плача; «естественно», что чем больше он беспокоится и плачет, тем меньше мать спит; что переживания матери увеличивают недостаток ее сна и что в некоторых родовых обществах о ребенке всегда помогают заботиться другие люди. Во многих, хотя и не во всех, традиционных культурах считается «естественным» кормить ребенка грудью, переодевать его, когда он мокрый или грязный, кормить, когда он голоден, успокаивать, когда он нервничает, укладывать спать, когда он устает, спать вместе с ребенком и носить его везде с собой. Но в некоторых культурах, например, в Йемене, матери оставляют своих детей в полном одиночестве на весь день, пока сами работают.

Урбанистические стимулы (шумы, голоса, походы по магазинам и другим местам), детские учреждения (отсутствие возможности спать днем в правильное время, слишком позднее укладывание на ночь), работа матери вне дома (слишком позднее возвращение приводит к слишком позднему укладыванию) или социальная изоляция (мать остается одна и слишком утомляется из-за множества дел, которые вынуждена выполнять) «неестественны». «Неестественно» принудительно будить ребенка и отнимать у него грудь, прежде чем уложить в кроватку «бодрствующим». «Неестественно» пытаться насильно кормить ребенка ночью, чтобы он лучше спал. Настолько ли все это ново, как вам может показаться? Вероятно, нет. Нам известно, что в Древнем Египте и Римской империи богатые женщины не кормили своих младенцев грудью, а отдавали их кормилицам.

Можете ли вы изменить свой стиль жизни так, чтобы ребенок получал необходимое утешение тогда, когда ему необходимо заснуть? Можете ли вы избежать чрезмерной социальной стимуляции, которая мешает сну, даже если это означает игнорирование плача вашего малыша в те драгоценные моменты, когда ему необходимо уснуть? Это сложные вопросы, с которыми приходится сталкиваться не всем семьям. Многие популярные книги, посвященные детскому сну, дают простые ответы и предлагают простые решения, которые, как правило, не срабатывают с этими 9 % детей.

Последние исследования, в которых изначально участвовало 1019 семей, подтверждают идею о том, что в возрасте четырех месяцев существует две подгруппы переутомленных детей с «трудным» темпераментом. Многие матери потом отказались от участия в исследовании, но среди тех 560, что остались, большинство женщин были замужними, более образованными, имели больший доход на семью, не курили, кормили детей грудью и обладали «более высоким уровнем социальной поддержки». Исследователи отметили, что в возрасте трех месяцев 35 детей плакали достаточно много, чтобы посчитать их страдающими коликами. Из этих 35 детей у 18 (51 %) такое состояние отмечалось в возрасте шести недель (типичные колики), а у 17 (49 %) – нет (латентные колики). Ученые сочли, что здесь они имеют две подгруппы детей с коликами, но также описали и третью подгруппу (14 % от всех детей с коликами), где сильный плач продолжался и после трех месяцев. Авторы пришли к выводу, что в данной подгруппе присутствует «устойчивый синдром материнско-детского напряжения». Сравнивая результаты этого исследования с моим анализом, я бы сказал, что в возрасте четырех месяцев примерно 9 % переутомленных детей с «трудным» темпераментом представляют собой две группы, в которых пятеро из девяти детей, или 56 %, ранее страдали повышенной нервозностью / коликами, а четверо из девяти, или 44 %, отличались нормальным ее уровнем (подобно «латентным коликам»). Я считаю, что состояния переутомления, нервозности и плача, как правило, более устойчивы в тех семьях, где ресурсы для успокаивания ребенка ограничены. Однако я не согласен с термином «синдром материнско-детского напряжения», так как он подразумевает возложение всей вины на мать. Очевидно, что отцы, бабушки и дедушки, финансовые и тому подобные факторы могут оказывать отрицательное воздействие на семью вне зависимости от способностей матери заботиться о своем ребенке.

Период после коликов: предотвращение нарушений сна в возрасте старше четырех месяцев.

После того как у ребенка в возрасте примерно четырех месяцев или раньше закончится период повышенной нервозности, он может быть переутомлен, плохо спать, и вам будет сложно с ним справиться. Но не все «трудные» четырехмесячные дети – это те, у кого ранее были колики. Я предполагаю, что существует две группы четырехмесячных детей с «трудным» темпераментом.

Первая выделяется из большой группы (80 %) детей с нормальным уровнем нервозности и плача. Только около 4,5 % этих детей, или четыре ребенка из ста, попадают в эту категорию. Я считаю, что уровень переутомления у них ниже, чем у детей из второй группы. Если родители прилагают большие усилия для того, чтобы помочь им спать лучше, наступает относительно быстрое улучшение. Такие дети более адаптивны и с большей легкостью меняют привычки, связанные со сном. Как правило, для них хорошо подходят стратегии укладывания «без плача».

Дети с «трудным» темпераментом из второй группы (они составляют 20 % от общего числа) отличаются повышенным уровнем нервозности / коликами. В эту категорию попадают около 27 % этих детей, или пять из ста. Я считаю, что они переутомлены больше, чем дети из первой группы. Если родители прилагают большие усилия к тому, чтобы помочь им спать лучше, улучшение наступает довольно медленно. Они менее адаптивны, и изменить их режим сна оказывается труднее. Стратегии «без плача» здесь обычно не работают, и родителям приходится прибегать к другим методам, допускающим плач.

Вот пример из практики, свидетельствующий о том, насколько эти дети разные. Прочтите следующий совет о том, как приучить ребенка спать в своей кроватке. Если вы еще до его рождения решили, что у вас будет общая семейная постель, то можете придерживаться этой тактики на протяжении долгого времени, а когда все-таки переместите малыша в собственную кроватку, то, если уровень нервозности и плача у него был нормальным и сформировался «легкий» темперамент, это будет легко. Но если вы решили спать в общей постели из-за того, что ваш ребенок страдал коликами, а теперь у него сформировался «трудный» темперамент, такие изменения могут быть очень тяжелыми для всей семьи.

Смена общей постели на детскую кроватку.

Вопрос: Я кормлю ребенка грудью, и он спит с нами, но я хочу, чтобы малыш спал отдельно. Как мне это сделать?

Ответ: Не существует какого-то единственно правильного способа, но, что бы вы ни предприняли, делать это нужно постепенно и медленно, в течение нескольких недель или даже месяцев. Осуществите эту перемену тогда, когда оба родители будут согласны с тем, что время пришло. Никогда не забывайте о безопасности ребенка. Первое время сразу же откликайтесь, если он будет вас звать. Позже есть смысл ненадолго откладывать вашу реакцию. Можно поместить ребенка в кроватку, присоединенную сбоку к вашей кровати, с опущенной решеткой. Через некоторое время верните ее на место и отодвиньте кроватку на небольшое расстояние от вашей кровати. Постепенно перемещайте ее все дальше и дальше, пока она не окажется в детской. Ребенок постарше может спать на матрасе, положенном на пол в вашей комнате, один или с кем-то из родителей. Позже матрас нужно переместить в детскую комнату, опять же с кем-то из родителей или без них. Может быть, вы просто хотите, чтобы ребенок спал в своей кроватке, но в вашей спальне. Но если вы хотите, чтобы малыш, став постарше, спал в детской, заранее объявите ему о предстоящем переезде, привлекательно оформите комнату или позвольте ребенку помочь вам в этом. Если у вас есть другие дети, вы можете переместить малыша в комнату или на кровать, где спят его братья и сестры. Некоторые родители вначале ложатся спать в общую постель, а затем, когда ребенок засыпает, перекладывают его в собственную кроватку.

Вопрос: Должна ли я отлучить ребенка от груди, прежде чем перемещать его в кроватку из общей постели?

Ответ: На мой взгляд, ответ зависит от того, какими ресурсами для успокоения ребенка, кроме кормления грудью, вы располагаете, особенно от помощи отца, а также от вашего желания или нежелания продолжать кормить грудью. Я не вижу никаких причин для того, чтобы прекращение кормления предшествовало перемещению ребенка в собственную кроватку или совпадало с ним.

На основании наблюдения о том, что короткий и прерывистый сон часто следует у ребенка за периодом повышенной нервозности, можно предположить, что изначальной причиной коликов являются некие врожденные биологические факторы, которые продолжают присутствовать и после окончания этого периода. Это подтверждается и тем наблюдением (уже упоминавшимся), что, несмотря на успешное медикаментозное лечение, приводящее к исчезновению или облегчению плача при коликах, в возрасте четырех месяцев у детей все равно сохраняются короткие периоды сна. Кроме того, некоторые, хотя и не все, дети после периода коликов продолжают вести себя так, как будто у них повышенный уровень активности и чрезмерная чувствительность к стимулам окружающей среды.

Вот пример такой чувствительности из моего личного опыта. Когда у моего старшего сына были колики, мне приходилось держать решетку его кроватки поднятой и закрепленной на определенном месте, так как звук закрывающейся защелки всегда будил ребенка. Это делало процедуру его укладывания в кроватку довольно затруднительной, но, к счастью, я был достаточно гибким после занятий гимнастикой в колледже. У моей жены совершенно ничего не получалось, пока мы не приобрели прочную табуретку, на которую она могла вставать, но спины у нас все равно болели!

Интересно, что эти две характеристики (высокий уровень активности и повышенная чувствительность) не входят в диагностические критерии «трудного» темперамента у детей. Но те из них, кто ранее страдал коликами, отличаются очень сильной чувствительностью к нарушениям регулярности дневного и ночного сна. После каких-то отклонений от режима, к примеру болезненной ушной инфекции или праздников и путешествий, у ребенка возникает сильное сопротивление, когда его укладывают спать, и частые ночные пробуждения, продолжающиеся до нескольких дней. Такие длительные периоды восстановления режима могут отражать легкую дезорганизацию внутренних биологических ритмов, возникшую в результате устойчивого врожденного дисбаланса при возбуждении и торможении механизмов контроля сна и бодрствования. Также может быть, что родители, которые укладывают своих детей спать несколько позже, чем нужно, или дети которых часто пропускают дневной сон после четырех месяцев, поддерживают в них состояние, близкое к границе переутомления. После какого-то естественного события, нарушающего режим, ребенок проваливается в бездну сильно возбужденного бодрствования и раздражительности и неспособен легко вернуться к регулярному режиму сна.

У некоторых детей, ранее страдавших коликами, бесконечное количество энергии. «Она ползает с быстротой молнии», – говорит одна мать о своей малышке. Такие дети постоянно в движении. Они скорее пристроятся у матери на плече, чем будут спокойно сидеть на руках. Но, добравшись до плеча, сразу же захотят слезть и проверить, что за мячик или какой-то другой столь же восхитительный предмет валяется там, в углу. Им все быстро надоедает; кроме того, они очень чувствительны к стимулам, особенно к механическим звукам типа пылесоса, фена или кофемолки (которые успокаивали их во время приступов коликов в более раннем возрасте). У них повышен уровень возбуждения, активности и любопытства. При переутомлении такие дети всегда очень всем недовольны и социально требовательны; им нужно, чтобы мама постоянно была рядом и чтобы кто-то постоянно держал их на руках. Стоит матери хотя бы на минуту выйти из комнаты, как они начинают нервничать. Но если такой ребенок нормально отдыхает, получается совсем другая картина.

Когда малыш, ранее страдавший коликами, получает достаточно сна, у него проявляется бесконечное любопытство, и он активно ищет возможности для обучения. Возможно, это очень умные дети, настолько заинтересованные, любопытные и яркие, что им сложно контролировать свое стремление к исследованию мира. Нет никаких данных, свидетельствующих о том, что дети, страдавшие коликами, в целом умнее других, но, вероятно, некоторые из них действительно настолько исключительны, что смогли породить такой миф. В исследовании, проведенном в 1964 г., была обнаружена связь между сильным плачем (который вызывали путем удара резиновой полоской по пятке у детей в возрасте четырех-десяти дней) и повышенным интеллектом в возрасте трех лет. Вопрос о том, можно ли сделать обобщение и сказать, что с повышением интеллекта связан не только такой искусственно вызванный плач, но и плач из-за коликов, остается открытым.

Если вы будете внимательно следить за временем и программировать график сна своего ребенка, то сможете добиться регулярности и дневного, и ночного сна. Для большинства родителей это относительно простая задача. Но если ваш ребенок раньше страдал коликами, то вам, вероятно, придется приложить несколько больше усилий, чтобы поддерживать регулярность и последовательность его сна. Но ваши усилия будут вознаграждены, когда вы увидите, что ваш малыш становится спокойнее, счастливее и ровнее по характеру. Родители одного такого ребенка, которым удалось перебороть его негативный настрой, сказали так: «“Другой” малыш вернулся!»

Вот рассказ о ребенке, у которого, вероятно, были чрезмерный уровень нервозности/колики, хотя родители предпочитали говорить, что ему просто не хватало сна. Для этой ситуации не было быстрого решения, однако постепенно она улучшилась. Если вы последовательны в своих действиях, ваше терпение обязательно будет вознаграждено.

Когда Джексону было четыре месяца, у него не существовало ничего похожего на график сна. Он плакал чуть ли не постоянно и спал подряд не более четырех часов (и то, если нам везло). Мы с мужем проводили часы, держа его на руках, укачивая, подпрыгивая, напевая песни, играя, в общем, делая все, что только могли придумать, чтобы он перестал плакать. Наш педиатр сказал, что у Джексона колики и что мы ничего не можем сделать, только ждать, когда они пройдут. Вспоминая об этом сейчас, я считаю, что у него не было никаких коликов, а ему просто не хватало сна. Вначале мы боялись оставлять Джексона плакать и не брать его на руки. Мы с мужем оба психологи и боялись, что если будем оставлять ребенка плакать одного, то он будет страдать эмоционально, и это повлияет на его привязанность к нам и самооценку. Но нам самим отчаянно не хватало сна, мы были вымотаны и готовы на все. Убеждение доктора Вайсблута в том, что ребенку необходимо научиться успокаиваться самостоятельно, в конце концов заставило и нас рискнуть. Когда я первый раз положила его днем в кроватку и ушла, он кричал как резаный. Я села на лестнице и заплакала сама. Я была уверена, что я – худшая мать в мире. Через 20 минут (которые показались мне вечностью) он наконец заснул и проспал два часа. К несчастью, не всегда все получалось так удачно. Временами Джексон кричал по целому часу (и я вместе с ним), и нам приходилось брать его на руки и потом пробовать снова. Джексон некоторым образом сопротивлялся самой идее успокаиваться самостоятельно, и хотя мы были очень упорны, не желал сдаваться без боя. Даже теперь, когда ему уже девять месяцев, Джексон часто плачет перед сном. Иногда это продолжается всего 30 секунд, иногда – 30 минут. Он спит гораздо лучше и дольше, чем когда-либо. Мы подсчитали, что раньше наш ребенок спал в среднем десять часов в сутки, но всего через несколько недель продолжительность его сна составляла уже 17 часов. Самым лучшим во всем этом было то, что Джексон научился спать ночью, не просыпаясь. Сейчас он, как правило, засыпает между шестью и семью вечера и просыпается между шестью и семью утра. Днем наш ребенок спит дважды: в первый раз засыпает около девяти и второй – после обеда. Мы с мужем наконец-то стали высыпаться сами, и уровень стресса у нас значительно снизился. А темперамент Джексона значительно улучшился. Я все равно сказала бы, что он – очень активный ребенок, но больше не могу сказать, что он нервный. Раньше я была уверена, что мы не будем заводить еще детей, потому что эмоциональная нагрузка была слишком высока. Но теперь мы планируем зачать еще одного ребенка в следующем году.

Если вы не будете прилагать усилий для поддержания режима сна, то из-за нерегулярного сна ребенок станет неуправляемым, будет отчаянно плакать при малейшем поводе и основную часть дня вести себя очень нервно, постоянно чего-то требуя и проявляя нетерпение. Многие малыши, ранее страдавшие коликами, конечно, ведут себя так только в крайнем случае, но все равно для установления здорового режима сна им требуется больше родительского контроля по сравнению с другими детьми. Таким образом, получается, что в возрасте старше четырех месяцев плохой режим – это приобретенное, а не врожденное явление.

КОЕ-ЧТО ИЗ ПРАКТИКИ.

По моим клиническим наблюдениям, можно справиться с частыми ночными пробуждениями всех детей старше четырех месяцев, ранее страдавших коликами, и увеличить продолжительность их сна, если, и только если родители установят и будут поддерживать регулярный режим для своего ребенка.

Создается впечатление, что большинство проблем со сном у детей, ранее страдавших коликами, вызваны не биологическими нарушениями регуляции сна и бодрствования; в первую очередь виноваты родители, которые не могут установить регулярный режим сна после того, как у ребенка в возрасте примерно четырех месяцев прекращаются колики. Можно вспомнить и очевидные, и скрытые причины того, почему родители испытывают трудности с установлением режима сна, когда у ребенка прекращаются колики.

Иногда продолжающийся три месяца плач формирует и закрепляет у родителей неверное восприятие собственных действий. Ребенок, которого никак нельзя успокоить, порождает у некоторых из них ощущение, что они не в состоянии контролировать его поведение. Такие родители не замечают никаких очевидных улучшений у ребенка с повышенным уровнем нервозности / коликами, когда пытаются поддерживать режим по часам или упорно соблюдают один и тот же ритуал укладывания. Естественно, они приходят к выводу, что, несмотря на все старания, помочь своему ребенку все равно не смогут. К несчастью, родители не замечают и того, что, когда их малышу исполняется примерно четыре месяца, плач от коликов меняется на плач от усталости.

В других случаях у родителей может непреднамеренно, исключительно из-за их собственного утомления, сформироваться непостоянный и нерегулярный характер реакций на поведение ребенка с повышенной нервозностью. Они продолжают прилагать упорные и длительные усилия для его успокоения. Но когда колики проходят, это в конечном итоге ведет к закреплению чрезмерной тревожности и заботливости в отношении режима сна ребенка. Так, постоянное общение с ним по ночам действует на него стимулирующе. Незамедлительно кидаясь к ребенку, как только он начинает плакать, родители лишают его возможности научиться засыпать самостоятельно. Из-за этого ребенок не может овладеть очень важным навыком самоуспокоения, который будет необходим ему на протяжении всей дальнейшей жизни.

Кроме того, данные моих исследований говорят о том, что этими же причинами объясняется и прерывистый дневной сон. Ребенок, которому не хватает сна в дневное время, не может долгое время удерживать внимание на одном предмете или действии. Вспомните, другие исследования тоже показали, что трудные дети отличаются непредсказуемостью. Именно эти две черты темперамента – неустойчивое внимание и непредсказуемость, отрицательно влияют на способность ребенка к обучению, начиная с обучения самостоятельному засыпанию без помощи родителей.

В зависимости от вашей способности оценивать потребности вашего ребенка в сне и реагировать на них вы можете счесть эффективную поведенческую терапию по установлению режима сна в период после окончания коликов приемлемой или неприемлемой для вас. (Различные пути к здоровому сну мы подробно обсудим в следующих главах.)

Бывают и такие родители (обычно это матери), которым самим очень сложно находиться отдельно от ребенка, особенно ночью, о чем мы будем говорить в главе 12. Они сами могут не хотеть оставаться ночью одни из-за того, что работа вынуждает их мужей часто и подолгу отсутствовать, или из-за того, что ночи всегда казались им одиноким временем. Любой писк ребенка воспринимается ими как необходимость его утешить или накормить. Такие женщины – прекрасные матери, но иногда они могут быть чересчур хороши, потому что каждое желание своего ребенка предвкушают и выполняют еще до того, как он о нем заявит. В результате они непреднамеренно подрывают развитие у ребенка способности быть одному. Например, такая мать может не дать ребенку самостоятельно найти замену (например, сосание пальца или пустышки) ее физическому присутствию.

Все эти родители поддерживают у своих детей кратковременный и фрагментированный сон. Как считает детский психиатр доктор Огден, у их детей «вырабатывается привыкание к реальному физическому присутствию матери, и они не [могут] спать иначе, как на руках.

ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ.

Закрепление нарушений сна у детей может стать причиной гиперактивности, психических отклонений в подростковом возрасте и депрессии у их матерей.

Такие дети не в состоянии обеспечить для себя внутреннюю среду, необходимую для сна». Хотя нарушается сон ребенка, решить эти проблемы могут только родители.

Повышенная нервозность/колики определенно не являются причиной того, что родителям трудно оставлять ребенка одного! Но это оказывается более чем достаточным стимулом, чтобы скатиться к наименее адаптивному уровню изменений. Результатом становятся тяжелые и устойчивые нарушения детского сна. В таких условиях родители часто не склонны изменять свой подход, если перед ними очерчивают приблизительную картину возможностей для улучшения сна ребенка. Получается, что на консультацию к специалисту приводят ребенка, который отказывается спать, но на самом деле помощь здесь требуется родителям.

Повышенная нервозность/колики – наиболее явный пример ненормально сильного плача, но, пожалуйста, не забывайте о том, что любой болезненно переутомленный ребенок может сильно плакать. В некоторых неиндустриальных обществах дети плачут редко, потому что матери всегда носят их с собой. Однако даже в тех культурах, где принято постоянное ношение ребенка на руках и неограниченное кормление грудью днем и ночью, дети все равно могут плакать и беспокоиться. И в этом случае максимум плача и беспокойства тоже приходится на возраст около шести недель! Конечно, у этих детей реже встречается врожденная склонность к беспокойству, усугубляемая переутомлением. Их матери не водят автомобилей, не носят часов и не назначают встреч, на которые вынуждены брать с собой детей. Помимо этого здесь ниже уровень стимуляции со стороны окружающей среды, поэтому ребенок может спокойно спать на улице, пока мать сажает рис или готовит еду.

СУЩЕСТВЕННЫЙ МОМЕНТ.

Так как беспокоятся и плачут все дети, некоторые – меньше, некоторые – больше, лучше воспринимать колики не как некое действие ребенка, а как его состояние. Это не медицинская проблема, а просто период в жизни.

У нас совсем другой стиль жизни, и именно поэтому наши дети чаще оказываются переутомленными.

Итоги и план действий для измученных родителей.

Сон и повышенная нервозность / колики.

Все дети в первые несколько недель своей жизни беспокоятся и плачут безо всякой видимой причины.

Считается, что дети, которых нужно успокаивать для предотвращения плача более трех часов в сутки более трех дней в неделю и более трех недель подряд, страдают повышенной нервозностью / коликами. Беспокойство наблюдается чаще, чем плач. Это состояние, предшествующее плачу, которое часто переходит в него, если родители не могут успокоить ребенка; иногда беспокойство переходит в плач независимо от усилий, которые они предпринимают.

• Это начинается через несколько дней после рождения.

• Это происходит по вечерам.

• Это прекращается примерно в три-четыре месяца.

• Ребенок начинает беспокоиться и плакать, когда бодрствует, и прекращает, когда засыпает.

Повышенной нервозностью / коликами страдают 20 % детей.

В первые несколько месяцев жизни эти дети не только больше беспокоятся и плачут, но и меньше спят. Если ребенка успокаивать, он может плакать меньше, но вовсе не обязательно будет спать больше. Просмотрите «Признаки и сигналы готовности ко сну» в главе 2.

Просмотрите «Признаки утомления».

К несчастью, у многих детей с повышенной нервозностью / коликами признаки сонливости не проявляются.

Вы не можете испортить вашего ребенка, поэтому делайте все что можете, чтобы он больше спал и меньше беспокоился и плакал.

См. «Что нужно для утешения».

Подумайте, кто может оказать вам дополнительную помощь – родственники, соседи и т. п.

К несчастью, на многих чрезмерно нервозных детей простые методы успокаивания не действуют. Чтобы успокоить такого ребенка, может потребоваться постоянно носить его на руках, кормить грудью и спать вместе с ним.

Если ребенок успокаивается и засыпает только в том случае, когда вы спите вместе с ним, то спите вместе, даже если вам этого не хочется, пока ему не исполнится четыре месяца.

Гораздо полезнее дать ребенку поплакать, чем трясти его, поэтому, если вы совершенно вымотаны и страдаете от тяжелого недосыпания, сделайте перерыв, чтобы перезарядиться… даже если в это время ваш ребенок продолжает плакать.

У матерей велика вероятность развития депрессии, появления признаков тревожности, утомления и вследствие этого – напряженности в семье.

У чрезмерно нервозных детей после четырех месяцев чаще возникает привычка к ночным пробуждениям.

ФАКТОРЫ РИСКА ДЛЯ РАЗВИТИЯ УСТОЙЧИВЫХ НАРУШЕНИЙ СНА.

1. Повышенная нервозность и плач плюс материнские переживания по поводу беспокойства и плача ребенка в возрасте пяти месяцев.

2. Повышенная нервозность и плач плюс проблемы со сном в возрасте пяти месяцев.

У чрезмерно нервозных детей после четырех месяцев чаще формируется «трудный» темперамент.

Темперамент в четыре месяца.

Как ваш ребенок взаимодействует с окружающим миром? Если он напряжен, плохо адаптируется, негативен по настрою, замкнут и непостоянен, значит, с ним сложно справиться. У него «трудный» темперамент. Я считаю, что в возрасте четырех месяцев эти характеристики свидетельствуют о переутомлении ребенка. Сон влияет на темперамент, поэтому, помогая вашему малышу лучше спать, вы сделаете его более послушным и легким в общении.

Сам по себе повышенный уровень нервозности и плача не является фактором риска для развития устойчивых нарушений сна.

Связь между сном, повышенной нервозностью и темпераментом: разные подходы для разных детей.

Оцените, насколько ваш ребенок склонен к беспокойству и плачу и какой у него темперамент.

Из каждых 100 детей:

• у 80 % от рождения отмечается нормальный уровень нервозности. Из этих детей у 49 % (39 детей) формируется «легкий» темперамент, у 46 % (37 детей) – «промежуточный», а у 5 % (четырех детей) – «трудный»;

• у 20 % от рождения отмечается повышенный уровень нервозности/колики. Из этих детей только у 14 % (трех детей) формируется «легкий» темперамент, у 59 % (12 детей) – «промежуточный», и у 27 % (пяти детей) – «трудный».

Соотнесите свои методы воспитания с развивающимся темпераментом вашего ребенка.

• Семейная постель: постоянно, частично, никогда, с присоединяющимся спальным местом для ребенка или без него.

Примерно для 80 % детей (тех, у кого нормальный уровень нервозности) раннее начало сна в общей постели обычно оказывается удачным. Возникновение нарушений сна в будущем маловероятно.

Примерно для 20 % детей (с повышенным уровнем нервозности) укладывание в общую постель сразу после рождения может приводить к нехватке сна у родителей на протяжении первых нескольких недель. Однако сильное успокаивающее воздействие тепла тел матери и отца, ощущение близкого физического контакта, звуки дыхания, сердцебиение, слышимое при сосании груди, или запах грудного молока успокоят ребенка, и вы поймете, что ваши усилия были ненапрасны. Нарушения сна в будущем могут возникнуть, если ребенку в возрасте около четырех месяцев позволяют слишком долго бодрствовать по вечерам.

Некоторые родители детей с повышенным или нормальным уровнем нервозности оказываются в растерянности, потому что им не хватает ресурсов для успокаивания. Развитие нарушений сна более вероятно у тех детей, родители которых изначально не хотели спать с ними в общей постели, но потом изменили свое решение из-за ее успокаивающего воздействия. Вероятность возникновения нарушений сна повышается не из-за сна в общей постели, а из-за сохраняющегося недостатка ресурсов для успокаивания.

• Грудное вскармливание: постоянно, время от времени (сцеженным грудным молоком или смесью), никогда.

Примерно у 80 % детей (с нормальным уровнем нервозности и плача) матери отдыхают лучше, и ребенок сосет грудь преимущественно ради получения питания. Кормление обычно оказывается легким.

Те четверо детей, у которых уровень нервозности и плача нормальный, возможно, слишком поздно ложатся спать, пропускают дневной сон или получают слишком много внимания ночью. Также возможно, что их матери и отцы обладают ограниченными возможностями для успокаивания и/или на них слишком сильно давят родительские обязанности. Задумайтесь над тем, как был организован сон ребенка в первые четыре месяца и как вы можете заручиться большей поддержкой для заботы о нем.

Примерно у 20 % детей (с повышенным уровнем нервозности / коликами) матери испытывают утомление из-за нехватки сна. Возникающее из-за этого стрессовое состояние может отрицательно влиять на выработку молока. Кормление может быть затруднено из-за того, что служит не только для питания, но и для успокоения. Более частые и длительные кормления могут вызывать у женщин неприятные и болезненные ощущения при возникновении сухости и трещин на коже груди. Многие матери переживают, что сильное беспокойство и плач детей могут быть вызваны нехваткой у них молока или тем, что в него попали вредные для него вещества из их рациона. Возможно, стоит раз в сутки сцеживать молоко, чтобы кто-то другой мог кормить ребенка из бутылочки.

• Обучение правильному сну: раннее начало, признаки сонливости, одно– или двухчасовое «окно», последовательность в методах укладывания днем, тихое и темное помещение для сна, более раннее укладывание вечером, синхронизация успокаивания с сонливостью, по часам. Методы укладывания «без плача», «с допустимым плачем» или «пусть поплачет», в зависимости от склонности вашего ребенка к беспокойству и плачу, его темперамента и ваших возможностей для успокаивания.

Период после коликов: предотвращение нарушений сна в возрасте старше четырех месяцев.

• 49 % детей обладают «промежуточным» темпераментом (у 37 детей из 100 уровень нервозности нормальный, у 12 – повышенный).

• 42 % детей обладают «легким» темпераментом (у 39 детей из 100 уровень нервозности нормальный, у трех – повышенный).

У родителей таких детей ниже вероятность стресса.

Ребенок, скорее всего, хорошо отдыхает.

Ребенок обычно умеет самостоятельно успокаиваться.

Рано развивается непрерывный (долговременный) ночной сон.

В течение дня происходит раннее естественное развитие регулярных и длительных периодов сна, без графика, искусственно вводимого родителями.

Если возникают нарушения сна, обычно срабатывают методы «без плача».

• 9 % детей обладают «трудным» темпераментом (у четырех детей из ста уровень нервозности нормальный, у пяти – повышенный).

У родителей таких детей высока вероятность стресса.

Ребенок, скорее всего, переутомляется.

Ребенка обычно могут успокоить только родители.

Ночью сохраняется фрагментированный сон.

Днем преобладают нерегулярные и короткие периоды сна.

Если существуют проблемы со сном, может быть, необходимо дать ребенку поплакать.

Для детей разных темпераментов подходят разные стили сна.

То, что срабатывает в других семьях, может не подойти вам и вашему ребенку.

Сосредоточьтесь на заботе о вашем малыше, а не старайтесь найти лекарство от повышенной нервозности / коликов.

1. Постарайтесь заметить, когда у ребенка начнет развиваться потребность в более раннем засыпании ночью, и начинайте укладывать его пораньше:

а) если вы спите в общей кровати, ложитесь и используйте надежное гнездышко в вашей постели, присоединенном спальном месте для ребенка или кроватке только для засыпания в более раннее время;

б) если ребенок спит в кроватке, укладывать его может помогать отец; после первого ночного кормления верните ребенка в кроватку или оставьте в своей постели на остаток ночи.

2. Если ребенок спит в своей кроватке, попробуйте кормить его не более двух раз за ночь; в противном случае вы можете сформировать у него привычку к ночным пробуждениям:

а) если вы спите вместе, кормите ребенка грудью так часто, как вам хочется.

3. Первым развивается утренний сон, который начинается около 9:00–10:00. Используйте этот ритм дневного сна, чтобы помочь ребенку заснуть:

а) детей с повышенным уровнем нервозности нужно укладывать для первого дневного сна всего лишь через час бодрствования.

4. Вторым развивается послеобеденный сон, который наступает около 12:00–14:00:

а) детей с повышенным уровнем нервозности нужно укладывать спать после одного-двух часов бодрствования, следующих за утренним сном;

б) для детей с нормальным уровнем нервозности и очень ровным темпераментом в три-четыре месяца можно начинать определять время сна не по признакам сонливости, а по часам.

5. У детей с повышенным уровнем нервозности ритмы и продолжительные периоды дневного сна развиваются в более старшем возрасте:

а) в четыре месяца можно попробовать применить «процедуру постепенного отучения», описанную в главе 6 и 8;

б) в четыре месяца попробуйте «сосредоточиться на утреннем сне», как описано в главе 6;

в) планировать переход от укладывания по признакам сонливости к укладыванию по часам можно только тогда, когда ребенок будет значительно старше.

Различные группы детей после периода коликов.

После того как примерно в четыре месяца или раньше период повышенной нервозности / коликов закончится, ваш ребенок может быть переутомленным, плохо спящим и неуправляемым. Но не все плохо управляемые четырехмесячные дети страдали коликами. Я предполагаю, что существует две группы детей такого возраста с «трудным» темпераментом.

Первая группа выделяется из большой (80 %) группы с нормальным уровнем нервозности и плача. В эту категорию попадает всего лишь около 4,5 % детей, или четверо из ста. На мой взгляд, они переутомлены в меньшей степени, чем дети из второй группы. Если родители прилагают значительные усилия к тому, чтобы помочь им научиться спать лучше, положительный эффект становится виден достаточно быстро. Эти дети более адаптивны, и изменить их режим сна проще. Обычно по отношению к ним срабатывают методы «без плача».

Вторая группа детей с «трудным» темпераментом – это часть детей из небольшой (20 %) группы страдающих коликами. В эту категорию попадает примерно 27 % этих детей, или пятеро из ста. На мой взгляд, степень переутомления у них выше, чем у детей из первой группы. Усилия родителей дают результат не так быстро. Эти дети менее адаптивны, и изменить их режим сна сложнее. Стратегии «без плача» по отношению к ним обычно не срабатывают, и чтобы обучить такого ребенка засыпать самостоятельно, родители обычно вынуждены давать ему выплакаться.