Ярослав Смеляков. СОБАКА.

Объезжая восточный край, и высоты его и дали, сквозь жару и пылищу в рай неожиданно мы попали. Здесь, храня красоту свою за надежной стеной дувала, все цвело, как цветет в раю, все по-райски благоухало. Тут владычили тишь да ясь, шевелились цветы и листья. И висели кругом, светясь, винограда большие кисти. Шелковица. Айва. Платан. И на фоне листвы и глины синеокий скакал джейран, распускали хвосты павлины. Мы, попав в этот малый рай на разбитом автомобиле, ели дыни и пили чай, и джейрана из рук кормили. Он, умея просить без слов, ноги мило сгибал в коленках. Гладил спинку его Светлов, и снимался с ним Евтушенко. С ними будучи наравне, я успел увидать, однако, что от пиршества в стороне одиноко лежит собака. К нам не ластится, не визжит, плотью, видимо, понимая, что ее шелудивый вид оскорбляет красоты рая. Хватит жаться тебе к стене, потянись широко и гордо, подойди, не боясь, ко мне, положи на колено морду. Ты мне дорог почти до слез, я таких, как ты, обожаю, верный, храбрый дворовый пес, ты, собака сторожевая.