Мыльная опера.

Годы идут… Дети вырастают и живут своей жизнью… Муж уходит к другой… Меняются правительства, мода, даже климат! А он всё тот же – островок завидного постоянства. Не изменяет, не бросает, не предает… Ты уезжаешь на месяц в командировку или в отпуск, возвращаешься, а он тебя встречает.

И ничего-то в нём не изменилось! Он по-прежнему такой понятный, такой знакомый, такой желанный… СЕРИАЛ! И почему его называют мыльной оперой? Ведь там не поют и не стирают?

А вот это и попытаемся выяснить.

Первый сериал, который увидели наши люди, был показан в 1988 году. Он пришёл из далекой Бразилии, жизнь которой нам тогда была известна так же, как жизнь на Марсе. Но бразильянцы и бразильянки быстро стали родными и понятными сердцу каждого русского человека. Конечно же вы его не забыли – это «Рабыня Изаура».

Свои шесть соток наши граждане тут же начали именовать «фазендой». А некоторые злопыхатели даже всерьез утверждали, что именно эта «мыльная опера» развалила Советский Союз.

Ещё больший успех выпал на долю «Санта-Барбары». Зрители прильнули к экранам аж на 10 лет!

Анекдот советского периода: «Куда вы собираетесь эмигрировать?», – спрашивает чиновник желающего покинуть СССР. – «В Санта-Барбару. Я там всех знаю».

А что? За 2040 серий, пожалуй, узнаешь! Впрочем, если бы наш человек смотрел китайские сериалы, он узнал бы ещё большее количество людей. Китайцы в одной из мыльных опер ухитрились задействовать 300 тысяч персонажей!

Сериалы – это американский вклад в мировую субкультуру (культурой мыльные оперы назвать трудно). Рассчитаны они были на домохозяек. И точно попали в цель. Возишься на кухне, разговариваешь только с кастрюлями и сковородками. А тут такой красивый мир, такая яркая, наполненная страстями жизнь – пусть и виртуальная.

Первые сериалы появились в США не на телевидении, а на радио в 30—40-х годах прошлого столетия. Даже война не уменьшила их популярности. На популярность сериалов отреагировали компании, производящие мыло и стиральные порошки. Они стали главными рекламодателями душещипательных историй. И не прогадали! Домохозяйки покупали только их товар! В 1938 году обозреватель одной американской газеты написал: «Эти пятнадцатиминутные трагедии я называю «мыльной оперой». Без помощи мыла я бы не пролил ни слезы над ее персонажами».

Почему «мыльная», теперь понятно. Но отчего «опера»? Не спектакль, не оперетта, не мюзикл, а именно опера? Можно только предположить, что автор выражения не любил этот уважаемый жанр, увы, часто страдающий штампами.

В русском языке калька с английского – «мыльная опера» (soap opera) – появилась в 1992 году, а слово «сериал» лет на десять раньше. До этого мы говорили лишь о «многосерийных фильмах».

Кстати, нашим кинематографистам поначалу не понравились ни сами сериалы, ни это слово. Режиссёр Марлен Хуциев в одном из интервью тогда сказал: «Что-то внутренне протестует против укоренения слова «сериал». Это слишком научно и многозначительно-торжественно: «кафедрал», «мемориал», «империал».

Но слово «сериал» все-таки укоренилось – впрочем, как и ироничное «мыльная опера». Кинематографистам пришлось с ними смириться. Сериалы по-прежнему прибыльный бизнес и гарантированный заработок на протяжении долгого времени.

Бороться с сериалами всё равно что с ветряными мельницами! И всё же, если всё время жить чужой жизнью, можно пропустить свою.