ЧУТЬ-ЧУТЬ О ЖЕНЩИНЕ И СЕКСЕ.

Однажды я читала интервью с итальянской актрисой, которая прославилась умением классно играть эротические сцены. В остальном была чуть серее серой мышки.

Разоткровенничавшись, актриса призналась: «спальня» дается на «пять», потому что играет там саму себя. И еще призналась, что очень любит секс. Сменила шестерых мужей. Готова выйти замуж за седьмого. И все они моложе лет на пятнадцать – восемнадцать.

Актриса хороша собой безмерно. За ней волочится без устали бомонд. Она на гребне сексуальности, хотя недавно задула сорок пятую свечу на своем именинном иироге.

Когда журналистка спросила, чему, а вернее, кому секс-звезда обязана не проходящей молодостью и не затухающим аппетитом к жизни, та, без намека на кокетство, выдала секрет: мол, обязана она… своему женскому органу любви. (Ты поняла, что имела в виду сладострастная чертовка!) А в конце монолога с милым бесстыдством соблазнительницы заявила: «Мой орган – не мыло, от частого пользования не сотрется». И тут же развила мысль про то, что некоторые женщины, наконец, должны расстаться с убеждением, будто их нежные гениталии сотворены из золота и требуют почтенного к себе отношения. Чушь!!!

А дальше была ода органу! Пересказывать не стану. Я слова не запомнила. Зато мысль в ней провела грешница очень тонкую: мол, то, что у нас ТАМ, – это уникальный инструмент, подаренный природой не только для деторождения, но и чудесного наслаждения. И надо умеючи им пользоваться (инструментом). Заставлять часто и виртуозно играть, не то заржавеет. И от «передержки» разучится одаривать хозяйку сладостными мгновениями жизни…

Такими были образы. Как они тебе? Мне вульгарными не показались. Они по-своему красивы. А главное, наполнены пикантным правдивым смыслом. Ведь и впрямь, что может быть уродливее отрицания женщиной секса, даже если ей есть с кем заниматься сексом?

Про все остальное в следующей главе.