Больной.

Каждый тибетский целитель твердо знает: надо лечить не болезнь, а больного.

Объясняется это правило очень просто: одно и то же заболевание у разных людей протекает по-разному. Это не отдельный изолированный процесс, а совокупность состояний и процессов, охватывающих весь организм и выраженных в целом комплексе симптомов.

Целителю предстоит обнаружить, наступило ли в организме больного какое-либо изменение. Но для этого как минимум следует знать исходное состояние. Иными словами, необходим некий критерий здоровья, и вот каким его видит тибетский целитель:

«Болезненности, составляющие тела, нечистоты – троица. Не изменены они или изменены – исходя из этого, тело живет или разрушается» («Четыре Тантры»).

Речь идет о болезнях ветра, желчи и слизи.

Исходя из этой триады, люди принадлежат к таким основным типам:

• «Люди, обладающие природой ветра, по виду сутулы, сухощавы, бледны, многоречивы, не переносят холода и ветра, при ходьбе шумны. Достояние у них небольшое, жизнь короткая, сон поверхностный, тело маленькое. Радуются пению, смеху, ссорам. Любят сладкое, кислое, горькое, горячительное. Обладают признаками грифа, ворона и лисицы.

• Люди, обладающие природой желчи, трудно переносят жажду и голод, волосы и тело [у них] желтого цвета, ум острый, гордость большая. Сильно потеют, пахнут, жизнь [у них] средней продолжительности. Обладают средним достоянием, телом средних размеров. Любят сладкую, горькую, терпкую и прохладительную пищу. Обладают признаками тигра, обезьяны и ракшаса.

• Люди, обладающие природой слизи, имеют крупное телосложение с неявно выраженными костями и суставами, мясисты, цвет тела белый. Весельчаки, легко переносят голод, жажду, пороки других, жару. Тело у них большое, жизнь долгая, богатств много, сон глубокий. В гневе сдержанны, обладают хорошими природными свойствами и качествами. Любят горячительную, кислую, терпкую и грубую пищу. Обладают признаками льва и вожака стаи».

Возможны также сочетания ветра-желчи, ветра-слизи, желчи-слизи и всех трех вместе – итого семь психофизиологических типов со своими анатомическими, физиологическими и психологическими особенностями.

Каждому из этих типов соответствуют одни виды пищи и типы поведения и не соответствуют другие.

Есть еще один важный момент. Для тибетского целителя принципиально важно отношение больного к собственной природе: верит ли он в свое «Я», в его бесконечность и неизменную сущность или убежден в том, что после смерти всякое его бытие как личности прекратится?

Тибетский целитель исходит из того, что человеческая личность представляет собой некий индивидуальный поток постоянно меняющихся элементов, который не начинается с даты рождения человека и не заканчивается его смертью. Направленность этого потока к совершенствованию не вызывает сомнений, а раз так, то и состояние его в каждый конкретный момент жизни имеет исключительную ценность.

И все-таки даже тот, кто сознательно становится на путь совершенствования, начинает разрываться между верой в свое «Я» и верой в конечность всего сущего. Значит, и он подвержен воздействию «трех ядов» – неведения, страсти и ненависти. Однако эти «три яда», проявляясь на соматическом уровне как ветер, желчь и слизь, обеспечивают возможность мыслительной деятельности и служат основой для совершенствования.

В «Дхаммападе» сказано: «Здоровье – великая победа». Над кем и над чем? Прежде всего – над собой и над узостью своего мировоззрения.