Муськины глюки.

…Моя кошка Муська в своеобразных отношениях с окружающим ее «эфиром». Что она видит там, где я, человек со стопроцентным зрением, разглядеть не могу, — не знаю. Многое я бы дал, чтоб посмотреть на мир ее глазами.

Наблюдая за ней, мне порой кажется, что я нахожусь в театре мимики и жеста, где один актер гениально разыгрывает различные сценарии.

Приведу пару примеров.

Сценарий № 1: «В комнате бабочка».

На самом деле никого нет — комната пуста. Муська спит, ровно дыша. Звук дыхания замирает. Напрягаются уши. Затем, как локаторы, поворачиваются в определенную сторону. Чуть приоткрываются веки, глаза поворачиваются туда же, куда и уши. Тело напрягается, готовясь к прыжку. Муська прыгает. Промахивается. Начинаются дикие скачки за невидимой бабочкой. Наконец она сбивает ее лапой. Придерживает у пола второй. Пытается ухватить зубами. Поза — изогнутое тело на выпрямленных задних лапах, опущенная к передним мордочка, бьющий по бокам от азарта хвост.

Несуществующая бабочка борется за жизнь. Она выползает из-под лап кошки и, покалеченная, не имея сил взлететь, пытается уползти. Но от Муськи не уйти. Ударом лапы она снова и снова прижимает ее к полу. Бабочка умирает. Но Муська насекомых не ест. Поэтому, понюхав чистый пол на том месте, где она только что «раздавила» несчастное существо, кошка, брезгливо отряхивая лапы, отходит…

Я готов рукоплескать. Ей поверил бы даже Станиславский!

Сценарий № 2: «В комнате ужасный Бармалей».

Муська спит. Неожиданно с утробным мяуканьем взвивается. Поза — изогнутое хомутом тело со вставшей дыбом шерстью, вытянутые струной лапы, стоящие «на цыпочках», втянутая в плечи и низко опущенная голова, глаза сверкают, зубы оскалены. Все это сопровождается рычанием, шипением, подвыванием. Поза не меняется в течение почти всей сцены, меняется только дислокация. На пружинистых ногах Муська перемещается вперед, назад, вправо, влево. Эти перемещения носят разный характер: вот она отскакивает от Бармалея, вот нападает, а вот отплясывает, как боксер на ринге перед атакой. А для окончательной достоверности все это озвучивается кошмарными звуками, абсолютно соответствующими и без того убедительным мимике и жестам.

Заканчивается сценарий № 2 всегда одинаково: Муська побеждает. Побежденный Бармалей покидает комнату через окно, стену, потолок — каждый раз по-разному. Кошка еще долго смотрит на то место, куда убежал враг, как бы убеждаясь, что новых попыток вторжения он не предпринимает…

Наблюдая за нашей любимицей, я всегда восхищался ее артистическими способностями и безудержной фантазией, которым могли бы позавидовать многие и многие актеры.

Но однажды я был свидетелем странного сценария. Изгоняя очередного Бармалея, наша изнеженная кошка, которая бережет свои лапки-подушечки пуще зеницы ока, так вошла в роль, что, не замечая ожогов, била ими по только что вскипевшему чайнику.

Тогда я впервые задумался: игра ли это? Не воюет ли Муська с настоящим, видимым ею одной, противником?

С обожженными лапами, изгнав неприятеля, кошка долго и жалобно «плакала» на моих руках. Я спрашивал: «Мусенька, с кем ты билась? Расскажи, я помогу тебе, будем вместе гнать его из дома».

Но кошки, увы, не умеют говорить…

Так я до сих пор и не знаю, что собой представляет Муськин Бармалей: игра, галлюцинация (а бывают ли они у животных?) или… пришелец из параллельного пространства, нечисть, инопланетянин, наконец, — вот уж во что не верю!

Из письма Роговцева В. П., Белоруссия

Ответ на эту загадку могла бы дать, наверное, только сама Муська, но обсудить эту тему можем и мы.

То, во что не верит автор письма, затрагивать не будем: бессмысленно пытаться объяснить непонятное еще более непонятным. Остаются игра и галлюцинация. И то и другое, на мой взгляд, вполне возможно. У меня в доме свои питомцы, и я не раз наблюдала сцены, вполне подтверждающие реальность этих двух предположений.

Мой кот обманывал мою собаку, гениально разыгрывая сцены, говорящие как о его таланте актера, так и о великолепной фантазии.

У нас в доме для животных всегда «зеленый свет». А это значит, что в дверях и перегородках между комнатами сделаны кошачье-собачьи лазы, которые позволяют им гулять по квартире при закрытых дверях. Тимоша (кот) и Бася (пекинес) обожают друг друга, в обнимку спят, играют одними игрушками, рядышком сидят на подоконнике, ожидая нашего прихода, друг друга «умывают», сладострастно закатив глаза, но при этом, как и все шалуны-дети, постоянно поддразнивают друг друга и творят мелкие пакости.

К примеру, Бася замечает, что Тимофей намеревается отправиться в туалет. Для этого не надо быть очень проницательной — кот извещает о своих намерениях весь дом своеобразным, только для этого случая предназначенным мяуканьем. Пекинес срывается с места и «шутит»: затыкает своим телом лаз из прихожей в туалет — голова и передние лапы там, задние и хвост, веером раскачивающийся от веселья, здесь.

Тимофей общается с хвостом, ловит длинные шелковые пряди когтями и тянет к себе. Но собака знает, что никогда когти не коснутся ее кожи, и поэтому спокойна. Порыкивая больше для сохранения имиджа, она не сдвигается с места. Кот задумывается, принимает решение и бежит на кухню. Там он лапой открывает и закрывает дверцы шкафчиков, мяукает «кормежным» мяуканьем, толкает носом миску, так чтобы она обо что-нибудь стучала, — в общем, имитирует процесс питания.

И Бася не выдерживает. Как? Без нее? Она бросает свой пост и несется на кухню, где уже готовый к прыжку Тимофей перелетает через нее и проскакивает в туалет…

Так что при всем моем уважении к Муське, о которой с любовью рассказал Валерий Петрович Роговцев из Белоруссии, она не единственная талантливая актриса.

Итак, согласимся, игра вполне вероятна.

А как насчет галлюцинаций? Бесспорно, все владельцы кошек и собак подтвердят, что их питомцы видят сны, то есть способны находиться в состоянии измененного сознания. Об, этом говорят «бегущие» во сне лапы, утробное мяуканье или чревовещательный лай, невозможность во время явно проявляющихся признаков сновидения разбудить животное, его вид, когда все-таки это удается сделать, непонимающие глаза, с удивлением оглядывающие хозяина и родной дом — где я? что со мной? — и другие явные признаки.

Почему же тогда у них не может быть галлюцинаций — ведь это то же видение, но только наяву?

Можно сделать еще одно любопытное предположение. Если вернуться к предыдущему материалу о «тварях» и гипотетически согласиться с тем, что они существуют в действительности и животные способны их видеть, и не только видеть, но и создавать в своих галлюцинациях, то неизвестно еще, за кем гоняется Муська: за случайно попавшей в дом «тварью», хозяйской или своей собственной?

Можно пойти и дальше. А если «глюки» людей и животных в информационном поле способны накладываться друг на друга, то, страшно себе представить, какие могут рождаться демонические образы! И неудивительно, что маленькая героическая Муська от ужаса не замечала ожогов!

Раз уж мы затронули тему призраков, продолжим ее, так как явно не следует отбрасывать огромный пласт писем и устных свидетельств, связанных с мистическим восприятием многого, что связано с миром животных.