Глава 6. Обращаться с осторожностью.

Исследования, заявления и тактика запугивания.

Представьте себе лечение, которое укрепляет кости, усиливает иммунитет, предотвращает депрессию и фибромиалгию, вылечивает псориаз, снижает вероятность диабета, сердечно-сосудистых заболеваний, заболеваний почек, гипертонии и даже рака. Да, оно также помогает улучшить сон. Слишком хорошо, чтобы быть правдой? Но некоторые ученые полагают, что такая панацея уже существует. Это витамин D, вещество, которое организм человека синтезирует с помощью солнечного света, получает из промысловой рыбы, а также витаминизированных продуктов, таких как молоко и даже маргарин.

Когда я летом 2011 года искал в Гугле термин «витамин D», то поисковик выдал мне 24,4 миллиона результатов, многие из которых вели на исследования этого витамина. Витамин D открыли примерно век назад, но он стал любимцем прессы только в последние годы. Вряд ли стоит отдельного упоминания, что материалы о здоровье публикуют все чаще, и им придается большее значение. И если в статье пишут нечто, что не укладывается в обычные представления или каким-либо образом указывает на ошибки, то материал получает широкое распространение и привлекает к себе внимание. Популярность витамина D – классическая иллюстрация того, как можно стать жертвой однобокой гипотезы, построенной без учета существенных данных. На этом примере я покажу, как легко купиться на экстравагантные высказывания. Но то же самое применимо ко многим другим заявлениям в области здоровья. Призываю вас к скепсису по отношению к исследованиям и оспариванию всех заявлений, связанных со здоровьем. Витамин D стал козлом отпущения, так как его история богата важными биологическими темами и является примером того, как многие принимают поступающую информацию как догму. И дает возможность продемонстрировать, насколько наивными и зашоренными мы можем быть под воздействием ярких обещаний.

От заголовков к проблемам со здоровьем.

Взглянем на некоторые недавние заголовки, связанные с витамином D.

Нехватка витамина D у пациентов с лейкемией «повышает вероятность смерти».

Доказано, что витамин D предотвращает заболевание гриппом лучше, чем прививка.

Низкий уровень витамина D связан с болезнью Паркинсона.

Витамин D снижает скорость роста раковых опухолей молочной железы.

Витамин D предотвращает рак молочной железы.

Витамин D предотвращает заболевания сердца.

Витамин D действительно предотвращает рак и аутоиммунные заболевания.

Витамин D защищает от инсульта.

60 миллионов лет эволюции подтверждают, что витамин D спасает от свиного гриппа.

Низкий уровень витамина D связан с недостаточным контролем уровня сахара при диабете 2-го типа.

Рак молочной железы практически «уничтожен» с помощью больших доз витамина D.

Витамин D стимулирует потерю веса.

Нехватка витамина D может быть причиной хронической крапивницы.

И мое любимое:

Новые исследования доказали, что витамин D снижает риск рака на 77 процентов; онкологи отказываются поддержать предотвращение рака.

Если слова «предотвращает», «защищает», «спасает жизнь», «уничтожает» и «потеря веса» привлекли ваше внимание, то вы не одиноки. В последние годы продажи витамина D взлетели, а рост числа клинического анализа на 25-гидроксивитамин D – специфический метаболит витамина D, использующийся как индикатор уровня витамина в организме, – продолжает быть самым быстрорастущим в лабораториях США и других ведущих мировых держав. Стабильный спрос заставляет многие лаборатории прикладывать усилия для поддержания сроков и качества работы. В некоторых провинциях Канады перестали выполнять этот анализ, так как потребность в нем не соответствует объему государственного бюджета, выделенному на здравоохранение.

Рост спроса на анализы уровня витамина D подпитывается двумя мощными источниками.

Во-первых, это материалы о том, что у значительного количества людей выявляется нехватка витамина D (еще один недавний заголовок: «Мир охватила эпидемия недостатка витамина D»). С удивительной регулярностью крупные американские СМИ публикуют и пускают в эфир сюжеты, основанные на интервью с врачами и экспертами в области здравоохранения, которые рассказывают, что многие американцы страдают от нехватки витамина D. Самих по себе слов «нехватка» и «недостаток» хватает, чтобы человек из лучших побуждений начал искать лекарство. По моему опыту, почти у всех пациентов обнаруживается некоторая нехватка витамина D. Среди жителей США, по последним данным Исследования здоровья и питания, только у 23 процентов подростков и взрослых в стране уровень витамина D в сыворотке крови достигает 30 нанограммов на миллилитр (нг/мл) или больше (данный уровень считается «нормальным» или «достаточным»). Почти для всех неиспаноговорящих чернокожих (97 процентов) и большинства выходцев из Мексики (90 процентов) характерен «недостаток» витамина D (уровень ниже 30 нг/мл).

Вторую тенденцию демонстрируют кричащие заголовки статей о пользе витамина D для здоровья. От снижения риска рака до помощи при ОРВИ и гриппе – ведется практически пиар-кампания витамина D, в рамках которой публикуются бесчисленные статьи и проводятся исследования, связывающие низкий уровень витамина D со все большим количеством болезней и состояний. Например, в начале 2010 года в «British Medical Journal» был опубликован результат контрольного исследования, проведенного в рамках Европейского проспективного исследования рака и питания (EPIC), который показал, что у людей, уровень витамина D которых входил в верхние 5 процентов, вероятность колоректального рака оказалась на 40 процентов ниже, чем у тех, кто входил в нижние 5 процентов. Через месяц, в другом исследовании, отчет о котором опубликован в «Arthritis & Rheumatism», было выявлено, что у пожилых мужчин с недостатком витамина D вероятность обнаружения на рентгенограмме признаков остеопороза, чем у тех, у кого нормальный уровень витамина, вдвое выше.

Итак, если вас захватил этот «здравоохранительный блицкриг», то вы либо определили уровень витамина D и начали ежедневный прием биодобавок, либо забежали вперед и купили баночку витамина D, предполагая, что если он и не поможет, то точно не навредит. Не виню вас в этом. Кто смеет не согласиться со всей этой солидной литературой и армией прославленных врачей, которые забрасывают вас данными о корреляции низкого уровня витамина D с болезнями?

Вот тут-то и кроется проблема: говорят о корреляциях, а сложная терминология может смутить и запутать обычного человека. Более того, в шквале статей с рекламой витамина D легко пропустить другие, выявляющие скрытую сторону проблемы. Вот несколько примеров:

«Витамин D не проявил себя героем в лечении остеоартрита». По результатам двухлетнего исследования добавки витамина D не уменьшили боль и не замедлили развитие повреждения суставов у людей с остеоартритом коленных суставов.

«Годовой прием витамина D связан с повышенным риском падений и переломов у пожилых женщин». По данным двойного слепого плацебо-контролируемого исследования, опубликованного в мае 2010 года в «Journal of the American Medical Association», у пожилых женщин, проживавших в одном районе и получавших в течение года высокие дозы витамина D перорально, риск падений и переломов оказался повышен. Двойные слепые плацебо-контролируемые исследования имеют высокую ценность; это «золотой стандарт» клинических исследований, так как до окончания эксперимента ни ученые, ни пациенты не знают, кто из пациентов получает плацебо (недействующую таблетку, которая выгладит как витамин). Это защищает от ошибок.

«Концентрация витамина D в сыворотке и риск рака простаты». В 2008 году «Journal of the National Cancer Institute» опубликовал анализ взаимосвязи между вероятностью рака простаты и уровнем 25-гидроксивитамина D в сыворотке крови пожилых мужчин. Результаты привели к выводу, что витамин D не уменьшает вероятность рака простаты, более того, высокие уровни 25-гидроксивитамина D могут коррелировать с повышенной вероятностью более агрессивных форм рака простаты.

Читаем между строк для того, чтобы посмотреть с другой стороны.

Как такое может быть? Почему результаты противоречат друг другу? В конце концов, витамин D поддерживает здоровье костей и тем самым предотвращает падения и переломы. Как объяснить это расхождение? Получается (как чаще всего в жизни и бывает), что достижения витамина D – не «чистая победа» и совсем не простой случай.

Вот одна из причин. В лаборатории, где гораздо легче контролировать клеточные культуры, витамин D может казаться чудесным препаратом, замедляющим рост опухолей, но этот эффект не воспроизводится на живых людях. При виде заголовка, гласящего «Витамин D останавливает рост раковых опухолей молочной железы», нужно задать критический вопрос: «Как это было доказано?» Статья с таким заголовком была действительно опубликована на сайте NaturalNews.com, и среди доказательств было следующее: «Пасту с витамином D накладывали на опухоль для ее уменьшения». Если бы паста с витамином D излечивала от некоторых видов рака, разве мы бы об этом не узнали? То же самое относится и к другим выдумкам про витамин D; если бы он помогал от рака, то это бы считалось величайшим открытием нашей эпохи. Организм и его взаимодействие с витамином D – более сложные системы. Помните, то, что действует на клеточную культуру в чашке Петри, необязательно работает на живых людях.

Многочисленные исследования показали отсутствие положительного влияния витамина D на пациентов с раком, но одно исследование в 2007 году довели до сурового конца: применение высоких доз кальцитриола (активной формы витамина D) у пациентов с развившимся раком простаты показало «дисбаланс смертей» между контрольной группой и теми, кому давали препарат. Группа, принимавшая витамин D, странным образом характеризовалась большим количеством смертей, чем контрольная. Приблизил ли витамин D смерть этих людей? Клетки опухоли, как и клетки любых органов человека, содержат рецепторы к витамину D, представляющие собой молекулы, которые позволяют витамину D присоединиться к клетке и оказать некое воздействие. Некоторые исследования показали, что эти рецепторы могут дать опухоли сигнал к уменьшению скорости роста. А к увеличению? Если витамин D может питать здоровую клетку, тем самым помогая ее росту, хорошо бы сообразить, что он может сделать то же самое с раковой клеткой. Неважно, демонстрирует исследование преимущества или потенциальные побочные эффекты витамина D, исследования необязательно неверны или ошибочны, хотя такое тоже может быть. Хочу подчеркнуть, что неразбериха и конфликтующие данные требуют размышлений и дальнейшего анализа. Пока просто не хватает данных для того, чтобы сделать обоснованные заключения о реальном воздействии на организм многих нутриентов, рекламируемых как прекрасные «улучшители здоровья».

Существенная нехватка витамина D проявляется в болезнях костей, наиболее известная из которых – детский рахит – стала призывом к науке: выяснить, почему для выживания нужно солнце. Когда промышленная революция привела массы людей из деревень в города, передовые врачи обнаружили, что серьезные деформации костей из-за детского рахита в основном встречались в загрязненных европейских городах, но не в деревнях.

В то время в качестве лечения прописывали солнечные ванны, но медицинское сообщество игнорировало эту рекомендацию до 1920-х годов, когда открытие Рентгена доказало ее правильность. Впоследствии правительство США рекомендовало ограничивать пребывание детей на солнце, и молочные продукты начали обогащать витамином D – вот почему на апельсиновом соке и молоке такие этикетки.

Рахит исчез, и в XX веке ученые в итоге выяснили механизм действия витамина D. Во-первых, кожа поглощает ультрафиолет B, что запускает каскад реакций, приводящих в итоге к активации витамина D в почках для дальнейшего использования в органах и тканях. Витамин D необходим не только для поддержания уровня кальция, что, в свою очередь, влияет на здоровье костей, но и для регулирования различными способами примерно двух тысяч генов. Он влияет на рост и смерть клеток, что объясняет его связь с раком. Он влияет на кровеносные сосуды, что связывает его с артериальным давлением и здоровьем сердца. Его участие в воспалительных реакциях и иммунном ответе указывает на связь с аллергией и астмой, инфекциями типа гриппа и туберкулеза и аутоиммунными заболеваниями, такими как рассеянный склероз и диабет 1-го типа. Теоретически, чем выше уровень витамина D, тем ниже риск данных заболеваний.

Но хотя он играет большую роль во многих жизненных процессах, стоит осторожнее делать обобщения о витамине D и его связях («корреляциях») с различными заболеваниями и недугами. Несмотря на тысячи исследований, проведено не так много серьезных исследований, показывающих преимущества употребления дополнительного витамина D. И здесь подключается семантика. Слово «исследование» должно означать большое контролируемое двойное слепое рандомизированное исследование в соответствии с научной методологией. Это не всегда справедливо, в особенности для витамина D. Проведение качественного исследования потенциальной пользы витамина D, на основе которого можно сделать достоверные выводы, почти невозможно, так как невозможно управлять уровнем витамина в крови конкретного пациента. Во-первых, возникнут серьезные проблемы с витамином, который получается естественным путем из солнечного света и отдельных продуктов типа семги или обогащенного молока или круп. В отличие от новых лекарств, которые можно контролируемо раздать пациентам, витамин D сложно локализовать, чтобы потом определить его преимущества. Если дать таблетки с витамином одной группе и не дать другой, но другая группа будет чаще находиться под прямыми солнечными лучами или станет употреблять больше продуктов, богатых витамином D, то сравнение становится сложным, если вообще возможным.

Давайте посмотрим на одно из недавних изумительных открытий, связанное с витамином D, которые было представлено командой Intermountain Medical Center (штат Юта) в 2009 году. По результатам исследования 27 686 пациентов в возрасте старше 50 лет, которые последние 10 лет делали анализ на витамин D, паралич сердца встречался на 90 процентов чаще у людей с низким уровнем по сравнению с людьми с высоким уровнем; предшествующий инфаркт был на 81 процент более вероятным, а предшествующий инсульт – на 51 процент. Есть ли связь? На первый взгляд исследование показывает, что витамин D полезен для снижения вероятности сердечных заболеваний.

Корреляция не доказывает связь причины и следствия. Если взглянуть на исследование под другим углом, то можно предположить, что проблемы с сердцем прямо или косвенно снижают уровень витамина D – заставляя людей с заболеваниями находиться в помещениях и не выходить на солнце. Ожирение тоже вносит искажение, так как накапливающиеся излишки жира удерживают витамин D, не давая его правильно использовать в метаболизме. То есть низкий уровень витамина D в этом исследовании – всего лишь маркер ожирения? Это старый парадокс курицы и яйца. То же самое можно сказать по поводу сотен подобных исследований, которые привязывают здоровье (или его отсутствие) к уровню витамина D.

Стивен Левитт и Стивен Дабнер, авторы «Фрикономики», демонстрируют, что могут дать данные: слабые корреляции. Данные могут казаться необычайно важными и информативными, но это не означает, что они очень точные, достоверные или показывающие всю картину. Левитт и Дабнер пишут: «Корреляция – не более чем статистический термин, показывающий, что две переменные меняются согласованно. Обычно на улице холодно, когда идет снег; между этими двумя факторами – положительная корреляция. Напротив, между солнцем и дождем корреляция отрицательная. Достаточно просто – до тех пор, пока есть только две переменные. Но с парой сотен переменных жизнь становится сложнее». Однако это все, похоже, слишком подозрительно, чтобы быть бессмысленным. И в области здоровья мы работаем с бесчисленным количеством переменных. Низкий уровень витамина D может свидетельствовать о хроническом расстройстве, например об ожирении, но означает ли он, что нехватка витамина D провоцирует ожирение? Мы не знаем.

Другой факт, о котором редко упоминают ученые: почти все эти исследования обсервационные. Это может означать не то, что высокие дозы витамина делают людей здоровее, а то, что здоровые люди делают то, что повышает уровень витамина D. Джоан Э. Мэнсон, руководитель направления профилактической медицины в Женском госпитале Бригама в Бостоне, считает: «У человека может быть высокий уровень витамина D потому, что он много тренируется и получает дозу ультрафиолета от занятий на улице. Или у него может быть высокий уровень витамина D потому, что он думает о своем здоровье и принимает добавки. Но этот же человек может придерживаться здорового питания, не курить и делать множество вещей, которые поддерживают здоровье».

Сегодня Мэнсон возглавляет крупный проект, который через несколько лет должен пролить свет на запутанную тему витамина D. В общенациональном клиническом исследовании задействованы 20 тысяч здоровых взрослых людей старшего возраста, включая мужчин старше 60 и женщин старше 65 лет, на которых изучают, уменьшит ли вероятность сердечных заболеваний и рака прием высоких доз витамина D и омега-3 жирных кислот из рыбьего жира. Так еще не делали – в данный момент нет исследований, демонстрирующих, что прием витамина D снижает вероятность заболеваний, включая рак. Даже исследования, доказывающие, что люди, живущие в более высоких широтах (соответственно с более низкими уровнями витамина D), более подвержены раку, не доказывают, что витамин D отвечает за эту связь. Мэнсон проверяет такие корреляции, и она не одинока в своем скептицизме.

Агентство по исследованию рака в рамках ВТО в 2008 году опубликовало доклад, озаглавленный «Витамин D и рак». Выводы доклада неоспоримы.

В известной степени они проблематичны, так как результаты невозможно очистить от влияния других факторов риска рака, тоже зависящих от широты (например, пищевых привычек или синтеза мелатонина). Американские исследования показывают слабую связь между широтой и уровнем витамина D, а также то, что другие факторы, такие как ожирение и время пребывания на улице, лучше предсказывают уровень витамина D. Исследования, проведенные в Европе, напротив, демонстрируют обратное: с юга на север повышается уровень сывороточного 25-гидроксивитамина D, что коррелирует с аналогичной тенденцией снижения заболеваемости раком молочных желез, простаты и колоректальным раком.

У людей одинакового возраста и цвета кожи наблюдаются достоверные вариации сывороточного 25-гидроксивитамина D, даже при одинаковом уровне воздействия солнца. Более того, взаимосвязь с раком молочной железы ограничена, и взаимосвязь с раком простаты не наблюдается.

Два двойных слепых плацебо-контролируемых рандомизированных исследования (исследование женского здоровья ВОЗ и менее масштабное исследование в Великобритании) показали, что дополнительный прием витамина D не влияет на заболеваемость раком молочных желез и колоректальным раком.

Понятно, что стоит с осторожностью относиться к безапелляционным заявлениям о потенциальных связях заболеваемости раком и таких изменчивых вещей, как витамин D. На человека действует множество факторов, что осложняет приведение гипотез к банальным черно-белым утверждениям. Ниже будет показана роль, которую микробиом, совокупность бактерий в кишечнике, может сыграть в состоянии здоровья, в том числе вероятности рака. Широта не влияет только на количество солнечных лучей и, соответственно, на уровень витамина D. Эти, казалось бы, незначительные географические обстоятельства могут влиять на многие аспекты всей системы организма, даже если исключить влияние витамина D.

Надеюсь, что исследований вроде того, что проводит Мэнсон, будет больше, так что появятся основания для более обоснованных выводов. Мэнсон включила в исследование добавки с рыбьим жиром, так как это еще одно многообещающее средство, не подтвержденное клиническими исследованиями. Известно также, что и витамин D, и рыбий жир обладают противовоспалительным эффектом, и хотя они действуют разными способами, их сочетание может оказать дополнительное положительное воздействие на здоровье. Участники исследования разделены на четыре группы. Одна будет принимать витамин D и пилюли с рыбьим жиром. Две другие будут принимать витамин D либо рыбий жир в сочетании с плацебо. Четвертая – два вида плацебо. Исследование планируют завершить к 2015 году.

Гомеостаз всегда на службе внутри нас.

Без учета полезных эффектов витамина D здоровье человека может быть фактором, влияющим на условия жизни, которые повышают или снижают уровень витамина D. Уровень витамина D при определенных условиях понижается. Возьмем, например, сердечников из Юты: их состояние снизило уровень витамина или низкий уровень витамина D привел к такому состоянию? Мы не знаем, и это возвращает к тому, что человеческий организм – сложный инструмент, требующий более точных средств измерения. Когда мы измеряем одну точку в этой сложной системе, то игнорируем множество других, также оказывающих влияние на функционирование организма. Современные методы анализа витамина D изучают одну конкретную «связку» в полной системе метаболизма витамина. Откуда я знаю, например, что ваш организм не повышает уровень витамина D за счет накопления его промежуточных запасов?

Человеческий организм необычайно гомеостатичен. Под этим я подразумеваю, что в нем имеются встроенные механизмы для поддержания стабильной, неизменной внутренней среды. Прекрасный пример – поддержание стабильной температуры тела. Как теплокровным существам, нам необходима температура +36,6 °C. Если температура отклоняется от этого значения, то организм получает биохимический сигнал для возвращения температуры к норме. Хотя отдельные части тела могут иметь разные температуры, и оказать влияние может время дня (как и прочие условия), большую часть суток температура равна 36,6 °C (без учета обстоятельств, когда температура может резко подняться или упасть из-за внешних воздействий, таких как инфекция или долгое купание в ледяной воде).

Другой известной системой, которая подчиняется правилам гомеостаза, является поддержание уровня глюкозы (сахара) в крови. Все млекопитающие поддерживают уровень сахара в крови с помощью двух гормонов, инсулина и глюкагона, и человек не исключение: уровень глюкозы стабилен все время, даже после суточного голодания. Любой диабетик понимает, что система может быть разрушена, что требует постоянного вмешательства в нее для поддержания гомеостаза вручную; при этом система лежит в основе метаболизма энергии – превращения еды в топливо для внутриклеточных процессов. Когда организм больше не может регулировать метаболизм глюкозы, появляется болезнь, требующая внимания. Диабет – это поломка в системе тела. В случае диабета 1-го типа человек не может синтезировать инсулин, чтобы переместить глюкозу из кровотока в клетки; при диабете 2-го типа человек синтезирует инсулин, но клетки становятся менее восприимчивыми к нему, из-за чего перемещение сахара из крови в клетки становится не таким эффективным. Оба типа диабета серьезно вмешиваются в физиологические события, образующие процесс поддержания стабильной, устойчивой и хорошо снабжаемой системы.

Теперь применим знание о гомеостазе к проблеме витамина D. Предположим, по аналогии, что организм предпочитает поддерживать стабильный уровень витамина D. Это можно сделать за счет воздействия Солнца в сочетании с витамином D из пищи. Из-за различий в цвете и оттенках кожи у разных людей – разная способность синтеза витамина D кожей. Это результат эволюции. Люди со светлой кожей приобрели такую внешность для того, чтобы получать достаточно солнечного света для поддержания уровня витамина D, так как обычно живут в недостаточно солнечной местности. Напротив, тем, кто живет ближе к экватору, достаточно солнца для синтеза витамина D, и поэтому у них темная, менее проницаемая кожа. Чем больше в коже меланина, тем она темнее и тем хуже синтезирует витамин D. Меланин – это вещество, которое придает коже цвет. Это объясняет, почему о темнокожих людях, таких как негры, говорят, что у них большая вероятность нехватки витамина D, чем у их более светлокожих собратьев.

Однако сейчас человечество обладает широким географическим ареалом, и люди зачастую живут не там, где предназначено их происхождением. Но действительно ли темнокожие, живущие в высоких широтах, страдают от опасной нехватки витамина D? Если современные анализы на витамин D это показывают, то откуда мы знаем, что организм не компенсирует сигнальный эффект витамина D каким-то другим способом? Более того, если не учитывать социоэкономические факторы, влияющие на вероятность рака среди темнокожих, то нет доказательства, что они страдают от большей заболеваемости или более частых переломов. Какие еще факторы влияют на рост заболеваемости раком в популяции афроамериканцев, например, живущих выше линии Мэйсона – Диксона (линия Мэйсона – Диксона – граница накануне Гражданской войны в Америке, отделявшая рабовладельческие штаты от свободных, то есть Юг от Севера. – Примеч. пер.).

На другом конце шкалы находятся светлокожие, живущие близко к экватору. А что с ними? Они могут загореть, чтобы получить лучшую защиту от Солнца, но что насчет роста количества случаев рака кожи?

Удивительная правда о цвете кожи.

Оказывается, интрига еще сложнее. Способность к загару – черта, которая вырабатывалась в процессе эволюции несколько раз. Нам пришлось научиться выживать не только в разных местах земного шара, но затем и вырабатывать способы справиться с колебаниями интенсивности солнечной радиации в разные времена года. Исследование, опубликованное в 2010 году в «Proceedings of the National Academy of Sciences», предоставило убедительные данные, касающиеся людей, которые живут в средних широтах, в частности в Китае или в Средиземноморье. Если у жителей таких регионов будет постоянно темная кожа, блокирующая солнечные лучи, то зимой эти люди не получат достаточного количества витамина D. Напротив, если у них будет всегда светлая кожа, появится другая проблема – нехватка фолатов, светочувствительных веществ, жизненно важных для деления клеток и восстановления. Это вещество советуют принимать женщинам перед беременностью и во время беременности, так как его нехватка может привести к врожденным дефектам (синтетический фолат, используемый в витаминах для беременных – фолиевая кислота). Возможно, наиболее удивительным из всех недавних открытий является утверждение ученых, что именно индуцированная Солнцем нехватка фолатов – а не защита от таких явлений, как рак кожи, – стала движущей силой развития темной кожи и способности к загару.

Это подводит к вопросу: почему загар не может быть находкой эволюции, защитой от избытка ультрафиолетовых лучей, провоцирующих рак? Или в дополнение к солнечным ожогам получим избыток витамина D? Для новичков: передозировка витамина D за счет солнечных лучей невозможна, и эту мысль следует отбросить. Организм, что неудивительно, регулирует количество витамина D, поэтому в кровотоке не может быть его избытка. Спасатели, например, известны высокими уровнями витамина D, превышающими среднее значение более чем в пять раз, но что-то никто не слышал, чтобы они им отравились. (Конечно, можно получить передозировку витамина D из добавок; ориентировочно для этого нужны повторяющиеся мегадозы более 10 тысяч единиц в день, но это реально и требует медицинской помощи.) У организма есть прекрасные резервы для синтеза витамина D из ультрафиолета в любом возрасте. Старение действительно снижает уровень провитамина D, из которого в коже синтезируется сам витамин, но при соответствующей инсоляции организм способен синтезировать достаточно витамина D даже в 90 лет.

Если загар не предотвращает передозировку витамина D, то для чего он? Ответ иллюстрирует еще один изящный способ, которым организм поддерживает сложную систему, созданную для предотвращения дисбаланса, причиняющего вред.

Выживает наиболее приспособленный.

Нельзя не заметить упомянутую мной цель: все направлено на выживание наиболее приспособленного. Эволюцию не волнует, страдаете ли вы от рака кожи. Солнечные ожоги и большинство видов рака кожи не влияют на способность размножаться, соответственно, они не являются факторами отбора. В то же время разрушение фолатов, необходимых для рождения здорового ребенка, – это то, от чего эволюция будет защищать.

Большинство видов рака появляется после завершения детородного периода, и это не просто совпадение.

Когда человеку 40–50 лет, эволюция не особенно заинтересована в том, чтобы нас защищать, так как маловероятно, что ещё будут (или смогут быть) дети. Большинство теряет такой «надзор от природы» к среднему возрасту.

Стоит напомнить, и что природа не всегда заботится о том, какой ген будет диктовать цвет кожи. Множество вариантов генов могут дать светлый или, напротив, темный цвет кожи. Все, с чем связана природа, – это поддержание состояния организма для продления жизни. Когда светлокожие люди используют крем от загара, то в действительности они защищаются от внешнего вида, заложенного в генотипе. Когда они загорают, природа делает то, что лучше всего умеет, – защищает способность индивида размножаться за счет сохранения фолатов (и, возможно, веществ, которые мы еще не обнаружили).

Изменения, происходящие в системе, когда мы «переваливаем через вершину» и Мать-Природа перестает нас защищать так, как раньше, только начинают осознавать. Современные люди живут после окончания детородного периода еще десятки лет, поэтому неудивительно, что мы видим большее распространение рака и возрастных заболеваний. Мать-Природа может руководствоваться самыми лучшими намерениями и иметь добрый нрав, но она не глупа и не слишком милосердна. Она не будет тратить силы на старых кляч. Когда физиологические возможности для создания новой жизни утрачены, мы оказываемся предоставлены сами себе.

К тому же то, что организм не может получить передозировку витамина D от солнечных лучей, а от добавок может, дает ключ к разгадке. Этот умный процесс совершенствовался в течение миллионов лет и, на мой взгляд, много говорит о том, как можно получить много витамина D. Мать-Природа снова доказывает свою мудрость: солнце – прекрасно помогает всем позвоночным, в том числе людям, гарантированно получить этот жизненно важный витамин.

Еще один аргумент в споре, обращаться ли к пузырьку с таблетками: витамин D, выработанный в коже, не распадается как минимум вдвое дольше, чем витамин D, полученный из пищи.

Под солнцем синтезируется не только витамин D, но и от пяти до десяти различных дополнительных веществ, которые вы никогда не получите из пищи или биодобавок.

Естественно, появляется вопрос: зачем Мать-Природа создает все эти фотопродукты витамина D, если они не имеют биологического эффекта? Думаю, что вырабатываемые продукты участвуют в правильном функционировании системы тела, и будущие исследования это докажут.

Сколько же нам нужно?

Наверное, вы уже запутались, когда стоит принимать витамины. Перед тем как ответить, добавлю еще несколько деталей к истории витамина D. Помните, я говорил, что рецепторы к витамину D не у всех работают одинаково? Мои рецепторы к витамину D могут связываться с этой молекулой более плотно (или наоборот, менее плотно), чем ваши, что повлияет на общее необходимое количество витамина. Исследователи доказали, что у каждого из нас имеется генетическая предрасположенность к поддержанию конкретного уровня витамина D и что никакое значение не подходит всем сразу.

В июне 2010 года в «Ланцете» опубликовали результаты масштабного исследования, из которых стало ясно, что за вариабельность уровня витамина D в популяции отвечают как минимум три-четыре гена. Так же, как цвет глаз и группа крови варьируют в популяции – в биологии это называется «полиморфизм», – варьирует и уровень витамина D. Интересно, что в среднем в мире уровень витамина D равен 20 нг/мл, не сильно варьируя в зависимости от страны (что, по современным нормам, считается «дефицитом»). Еще интереснее, что внутри страны вариативность гораздо сильнее, в диапазоне от 8 нг/мл до 80 и выше. Такой широкий диапазон не может быть объяснен географически, так как люди, живущие на одинаковой широте, получают примерно одинаковое количество ультрафиолета, способствующего синтезу витамина D. Это что-то большее, связанное со сложностью организма человека.

В упомянутом исследовании ученые задали хороший вопрос: влияют ли гены, контролирующие уровень витамина D, на ответ организма на добавки с этим витамином? Если да, то нужно ли принимать этот факт во внимание, назначая дополнительную дозу витамина? Все это приводит к более очевидным вопросам. Что означает «дефицит» или «нехватка»? Как человек узнает, на каких значениях для него начинается «дефицит»? Какие уровни считать идеальными? Более того, кто решил, что считать «нормальным» уровнем витамина? К сожалению, человек появился на свет без инструкции по эксплуатации!

Надеюсь, что вы еще не чувствуете себя дураками или безнадежно запутавшимися в сложной теме? Даже так называемые эксперты долго бились над конкретными рекомендациями – они тоже запутались в конфликтующих данных и интересах. Усугубляя проблему, еще одна группа экспертов в конце 2010 года объявила, что прием высоких доз витамина D в таблетках не необходим и может принести вред. Они также сделали вывод, что не являются необходимыми добавки с кальцием. Институт медицины, независимое некоммерческое научное учреждение, по заказу правительств США и Канады созвал комиссию из 14 человек. Перед комиссией поставили задачу изучить все доступные данные – примерно тысячу публикаций – для того, чтобы определить, сколько кальция и витамина D люди получают, сколько необходимо для здоровья и сколько избыточно.

Эксперты считают: витамина D в крови, получаемого из пищи и естественных источников (солнце) достаточно, и большинству не требуется прием дополнительных доз кальция и витамина D.

Неверно говорить, что необходимости в приеме витамина D не бывает вообще. Ключевыми являются слова «большинству людей». В некоторых случаях прием добавок имеет смысл. Людям, которые избегают солнца, мажутся кремами от загара в холодный зимний день и не едят ничего, богатого витамином D, вроде северной рыбы, стоит подумать о приеме добавок. Но даже если допустить, что это необходимо, рекомендуемая дозировка меньше. Последнее исследование тоже показало, что 600 ед. в день уже достаточно. В итоге потребности будут более чем удовлетворены за счет солнечного света и обогащенных продуктов, таких как молоко, соки, крупы и даже некоторые виды грибов.

Помните, пока нет способа определить, какой эффект оказывает на всю систему витамин D из добавок. Надеюсь, я уже объяснил, что утверждение «нечто хорошо для всех» не имеет смысла. Когда воздействие оказывают на один узел, то неизвестно, что происходит ниже по цепочке. Так, мы не знаем, как дополнительное количество витамина D влияет на рецепторы и их внутренние петли обратной связи, которые управляют гомеостазом организма.

Чудо встроенной технологии.

У человека есть одна замечательная технология, которая приведет в ступор любого инженера, решившегося ее повторить в каком-нибудь устройстве. Я использовал термин «рецептор» по отношению к витамину D, но не дал определения этого термина с точки зрения биохимии. Обычному человеку сложновато разобраться в теме, но попробуем. Скорее всего вы учили все это в институте, но успели забыть. Рецепторы связаны не только с витамином D, но объяснение их взаимодействия с витамином D позволит дополнить историю. Краткий обзор действия рецепторов может стать первым шагом на пути переосмысления того, что означает изменение естественной системы путем приема витаминов и биодобавок.

Рецептор – это молекула белка, встроенная в клеточную мембрану или цитоплазму клетки. Она способствует физическому прикреплению других белков или молекул к клетке, так что они могут оказать предусмотренное воздействие. Эти «другие молекулы», сигнал которых меняется в клетке, называются сигнальными; сигнальными молекулами могут быть нейротрансмиттеры, гормоны, медицинские препараты или токсины. Наши клетки содержат рецепторы к разным молекулам, и почти все клетки и ткани содержат специальные рецепторы для витамина D. Обратите внимание: клетка может изменять количество рецепторов к конкретной молекуле, такой как витамин D, чтобы изменять свою чувствительность к этой молекуле. Клетки постоянно проделывают такое для поддержания общего гомеостаза. Когда они увеличивают количество рецепторов, это называется «позитивная регуляция». И, напротив, процесс, при котором клетка уменьшает количество рецепторов для снижения чувствительности к конкретной молекуле, называется «негативная регуляция». Балансирование между позитивной и негативной регуляцией – основа гомеостаза. Когда чего-то слишком много, включается негативная регуляция, когда чего-то не хватает – позитивная. В экономике это называют «закон спроса и предложения». Для примера посмотрим на рисунок:

Использование добавок с витамином D

Когда клетки заполнены витамином D (как клетка справа), то они будут снижать чувствительность к витамину путем уменьшения числа рецепторов к витамину D. Но если уровень витамина D в кровотоке снизится, то клетки включат позитивную регуляцию – синтезируют больше рецепторов к витамину D, чтобы повысить чувствительность к каждой проплывающей молекуле витамина.

Что случится, если в организм попадет много витамина D из такого неестественного источника, как пищевые добавки? (Я употребил слово «неестественный», чтобы указать, что витамин не синтезируется за счет Солнца – источника витамина D, для которого есть встроенные механизмы регуляции.) Без сомнения, организм будет подстраиваться, используя петли обратной связи так, как описано, а постоянный избыток витамина D означает, что клетки постоянно используют негативную регуляцию. Если же исключить из рациона добавку с витамином D, то клетки включат позитивную регуляцию для компенсации разницы.

Витамин D – это исходный материал для множества сигнальных молекул, а рецепторы к витамину D провоцируют несколько реакций. По этой причине изменение одной части сигнальной системы мало о чем свидетельствует. Пока не существует метода измерения функционального статуса витамина D, его измеряют только в одной точке. Что значат результаты анализа, показывающие, что у вас недостаток витамина D, – что у вас недостаток активности витамина или реакции на него? Наверное, это странно, но на современном уровне развития техники и медицинских знаний выяснить это невозможно. Похоже на ситуацию, когда мы смотрим на биржевые сводки и спрашиваем себя, стоит ли покупать акции, основываясь только на одном показателе. Представьте себе: если вам скажут, что годовой объем продаж «Кока-Колы» составляет 8,2 миллиарда долларов, добавите ли вы в портфель акции «Кока-Колы»? Знание объема продаж важно, но оно не демонстрирует полноту картины. А может, «Кола» тонет в долгах и у нее отвратительное отношение рыночной цены акции к чистой прибыли на акцию? «Кола» могла резко повысить продажи за счет рекламы, но прибыль при этом упала за счет повышения расходов. Даже если вы не осознаете важности сказанного об инвестициях, это прекрасная аналогия, поскольку у организма есть свой набор тайных терминов, которые мы только начинаем узнавать. И мы пока не знаем, как определить нехватку, недостаток или вариации на языке витамина D. Вы покупаете акции так же, как принимаете таблетку, но это действие может принести вред.

Это не означает, что вы не добьетесь здоровья, если сконцентрируетесь на одном показателе и будете принимать меры для изменения этого показателя. Возможно, нужно сравнить плюсы и минусы воздействия на множество точек, а в некоторых случаях – пойти на компромисс. Но стоит быть осторожным, так как единственный показатель не полностью описывает сложную систему. Если 75 процентов жителей США в целом испытывают дефицит витамина D, а более 97 процентов афроамериканцев испытывают нехватку витамина D, но количество переломов шейки бедра с поправкой на возраст заметно падает в последние два десятилетия, то стоит поинтересоваться, где же нестыковка в логике.

По-моему, витамин D не может взять на себя все противоречия. До того как изо всех сил убеждать в его потенциальной пользе, стоит провести дополнительные исследования и улучшить методы измерения.

А что насчет других лекарств?

Споры вокруг витамина D продолжаются, но инициированная дискуссия оказалась полезной. Она продемонстрировала убедительные аргументы против общих поверхностных рекомендаций вне зависимости от индивидуального уровня витамина D (можно вставить что угодно), измеренного современными способами. Результаты дискуссии ведут к более осторожному использованию витамина: например, я не верю, что организму действительно нужно потребление тысяч единиц витамина D из биодобавок. Все, что искусственно меняет систему организма, называют лекарствами, так что витамины стоит именно так и называть. Они вмешиваются во врожденное управление гомеостазом, что может прервать отдельные его процессы и спровоцировать вредные эффекты, которые мы не можем измерить, используя современные приборы.

Часто я оказываюсь в центре бурной дискуссии с теми, кто выделяет на кухне или ванной шкафчик под баночки с витаминами и биодобавками. Когда нас ежедневно бомбардируют рекламой, провоцирующей принимать больше антиоксидантов, витаминов и других нутриентов, прошедших обработку, то сложно задаваться серьезными вопросами – особенно когда ответы на них противоречат всему, чему нас учили и во что мы верим.

Рекомендация врача. С осторожностью относитесь к заголовкам, которые указывают, что для вас хорошо, а что плохо. Проверяйте данные, прежде чем им доверять.