Из архива газеты «Грибная аптека».

Ежиковое лекарство. «Однажды мы с сынишкой наблюдали следующую картину — на полянке у молодых сосенок как-то очень деловито шебуршился ежик. Мы заинтересовались и подошли посмотреть — ничего, кроме нескольких мокрух, не увидели, а ежик, конечно, быстренько скрылся в кустах. Но стоило нам отойти, как он опять вылез на прежнее место и опять стал топтаться на том же самом месте. Чтобы не спугнуть зверька, я взяла бинокль и попыталась рассмотреть, чем же он так занят. Оказывается, он терся о мокруху лапкой! Лапка была поранена, и, вероятно, воспалилась, так как было заметно бурое пятно. Наверно, он пытался слизью мокрухи залечить ранку! Мы не стали мешать ежику лечиться, а пришли через некоторое время исследовать мокрухи. Действительно, на них были следы погрызов (и внутрь таблетку, значит, ежик принял) и частично была снята пленочка грибной слизи — на больную лапку. Инна Филиппова». Спасались и других спасали мокрухой. «Мокруху мы всегда использовали как лекарство. Особенно в послевоенные годы. Заболел ребенок — сначала горячий травяной чай с медом, чтоб пот прошиб, а потом в теплой воде (стакан) развести чайную ложку сухого порошка мокрухи. Даже дифтерит и тиф лечился. И при страшных поносах тоже помогало. Мне после войны было 25 лет (я с 1920 года), всех детей так лечила, лекарств тогда никаких аптечных не было. Откуда знаю — мамка моя так всегда делала, она еще грибами пьянство лечила — много к ней баб за этими грибами бегало. Почитай, даже из города приезжали, из Петербурга. Мы всегда хорошо жили, даже в войну, потому что мама всегда очень много грибов насушивала — для лечения. А когда голодно стало — все это в еду пошло, да еще и лечила она, считай, все Колпино… Анна Тимофеевна Трубицына, пенсионер, СПб.».