Профессиональные данные: доктор Эрин Шеннон.

Доктор Шеннон – врач клинической психологии. Она была разочарована недостаточной эффективностью методов, которыми пользовалась. Во время прохождения докторантуры в Медицинском центре в Сент-Луисе она видела докторов, которые лечат своих пациентов годами, даже десятилетиями без видимых результатов.

Годы спустя она с болью наблюдала, как ее мать умирает от опухоли мозга. Доктор Шеннон чувствовала себя совершенно беспомощной что-либо сделать. Единственное, что, казалось, может облегчить ужасную боль ее матери, – это альтернативная терапия, включая рейки и другие связанные с энергией методы. Хотя доктор Шеннон относилась ко всему этому весьма скептически – ее образование и опыт говорили о том, что подобные техники не работают, – тем не менее она не могла отрицать те результаты, которые видела, и то облегчение, которое они приносили ее матери.

Как любой хороший врач, всегда желающий развиваться, она начала интересоваться тем, как наш мозг и тело работают вместе, чтобы получить подобные результаты. Исследование взаимодействия разума и тела было основной частью ее работы во время стажировки в Вашингтонском университете на факультете медицины в отделении психиатрии и генетики. Доктор Шеннон хотела понять, как мозг и тело связаны неврологически.

Изучая альтернативные виды терапий, она наткнулась на большое количество историй практикующих ТЭС и внушительное количество исследований на тему ТЭС. Она решила попробовать эту технику в своей практике. Как это часто случается с врачами классической медицины, она была очень удивлена тем, как быстро можно получить результаты с помощью этой техники.

Сейчас она обычно начинает свои приемы с таппинга Она проводит пациента через классическую таппинг-сессию и немедленно начинает работу над проблемой, после чего пациент уходит от нее, уже чувствуя себя лучше. Обучив пациента основам, она дает ему домашнее задание – продолжать работу с помощью метода. Благодаря этому важному инструменту проработки, который получают ее пациенты, и успехам, к которым это приводит, ее работа широко известна даже в кругах врачей-консерваторов.

Доктор Шеннон – пропагандист ТЭС, она считает, что этой технике должен обучаться каждый врач из-за ее простоты и результативности.

Ее удивляет, почему доктора, психологи и психиатры, посвятившие учебе многие годы, не желают обучиться этой простой технике.

Совет, который она дает своим пациентам: просто попытайтесь. Этот метод настолько безопасен и прост, что им может пользоваться кто угодно.

Злость и боль: удивительная взаимосвязь.

Когда я впервые встретил Джона на нашей четырехдневной практике ТЭС, он выглядел крайне подавленным и страдал от очень сильных болей в спине.

Я и Ник Полиззи приехали в Миннеаполис, чтобы снять Джона в домашней обстановке. Джон был добрым человеком, но его не оставляла физическая и эмоциональная боль, и это сильно сказывалось на его поведении и характере. Его жена Перл рассказала нам, что он редко смеется. Она обнаружила, что дети часто спрашивают, где папа, чтобы ненароком не попасть ему под горячую руку.

Боль в спине стала результатом аварии в 1974 году, один из его позвоночных дисков сместился. Джон перенес 4 операции, но все равно страдал от нарушения сна, высокого давления, диабета, звона в ушах и многого другого.

Как и Патрисии, врачи говорили Джону, что его проблемы со спиной физического характера, что боль будет всегда и потребуются еще операции. Стив Манн – эксперт ТЭС, в центре которого мы проводили нашу четырехдневную сессию, – подошел к этому иначе.

«Какие эмоции скрываются в вашей спине? – спросил он. – Какая история там хранится?»

Джон не медлил с ответом.

«Злость!» – сказал он.

Он рассказал, как отец регулярно бил его ремнем в детстве. Они проработали это. Они работали методом таппинга над различными эмоциями и событиями, которые имели отношение к его отцу. Они проработали его злость и печаль, связанные с отцом, а также чувство вины за то, что ему приходилось делать во время армейской службы во Вьетнаме, его злость на людей, которые за это ответственны. Проработали даже его глубинный страх крыс!

И, точно в каком-то счастливом фильме, всех ждал счастливый конец – боль в спине исчезла после 30 лет! Даже дочь Джона теперь отзывается о нем совсем иначе: «Кажется, как будто папа стал другим человеком. И мне нравится этот другой человек!»

Перл согласна: «Он улыбается и смеется!»