Глава 1. Кто сказал, что мужчины любить не умеют?

И в самом деле, отчего у многих такое убеждение, мол, только женщинам дано подняться до высот любви и только они способны на самоотверженную, беспредельную, безответную любовь? Думаю, это один из штампов, с которыми мы прожили долгие годы.

Прочитав множество мужских признаний в любви, причем даже в стихотворной форме, адресованных женам, невестам, возлюбленным и детям, мне захотелось, справедливости ради, начать эту документальную повесть о любви именно с мужских писем. Мне очень хочется, чтобы люди наконец узнали, что они у нас есть – НАСТОЯЩИЕ МУЖЧИНЫ: сильные, добрые, верные, умные, нежные. Поверьте, таких куда больше, чем тех недотеп, алкашей, карьеристов и бабников, которые вот уже много лет кочуют по страницам печати и глядят на нас с киноэкранов.

Задумывались ли вы над тем, как сегодня живется нашим мужчинам? Холостякам и женатым. Дедушкам и подросткам. Любимым и нелюбимым. Я, например, твердо убеждена, что в эту трудную пору нашей общественной, политической, экономической ломки под колеса истории угодили прежде всего они – наши мужья, братья, отцы, деды, возлюбленные, друзья и коллеги.

Крах социалистической модели жизни, в которой прежде им, как и, впрочем, всем остальным, было уготовано какое-то твердо обозначенное место, в одночасье лишил многих профессии, которая не только кормила семью, но и была любимой. К ней человек шел порой всю жизнь! Так что же стало с мужской душой в такое трудное время? Не очерствела ли она от обид и унижений?

Честно признаюсь, я была поражена, когда на мой призыв поговорить о любви пришло множество мужских писем. Да каких! Вот они перед вами…

Да святится имя твое!

· · ·

Не верьте тем, кто говорит, что нет больше Рыцарей Любви! Они есть, Рыцари Любви, пусть даже и не разделенной, но истинной и потому прекрасной. Побывайте в старинном провинциальном городке Калязине. Сюда часто наезжает из сибирской глубинки рыцарь, чтобы увидеть ту, которой он навсегда отдал свое сердце. Вот история его любви, которую он поведал.

Это удивительный городок. Там в воде стоит древняя колокольня, о которой пишут стихи. О Калязине писали Паустовский, Лидин, Михаил Кольцов. А еще там есть чудесная ландышевая роща и уникальная библиотека, в которой всю жизнь проработала необыкновенная женщина. Моя любовь. Вернее, Моя Икона, Мое Божество.

Много лет назад в Калязине был детский дом. Там жили я и мои друзья – Серега и Мишка. Директором дома был добрый и чуткий человек. Жили мы не очень сытно, но было детство, мечты и грезы. Однажды к нам с лекцией пришла молодая женщина. Ее звали Алла Алексеевна Туманова. Она рассказывала нам о том, как важно быть скромным, вежливым и деликатным. Она была прекрасна: черные как смоль косы, звездные глаза – теплые, полные ласки. И мы, пацаны, влюбились в нее. То была детская любовь, любовь-мечта, любовь-греза, когда «лишь солнце вокруг и ни одного поцелуя». Она приходила очень часто, и мы боролись за право сидеть рядом с ней, говорить с ней. Она учила нас мечтать, думать, любить небо, облака, ручьи, березы, птиц. Недалеко от Калязина, около станции Укладка, было болото. Она уверяла нас, что там живет заколдованная лягушка, и мы воображали себя Иван-царевичами и верили, что там еще живут русалки. Алла Алексеевна говорила нам, что без воображения человек не может жить, и цитировала своего любимого Паустовского: «СКАЗКА НУЖНА НЕ ТОЛЬКО ДЕТЯМ, НО И ВЗРОСЛЫМ. ОНА ВОЗБУЖДАЕТ ВОЛНЕНИЕ – ИСТОЧНИК ВЕЛИКИХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ СТРАСТЕЙ». Какие вечера мы проводили у нее дома! Ее мама, пением которой восторгался еще Шаляпин, умела нас вкусно угостить, а ее чуткий, умный муж-педагог разделял все наши восторги. Какие книги мы читали! Пушкин, Лермонтов, Фет, Тютчев, Блок…

Алла Алексеевна писала стихи, и я никогда не слышал и больше никогда не услышу такого чтения! Мы были опьянены стихами, как колдовством, и знали, что есть высшие ценности: Бетховен, Баратынский, снег, улыбка, грезы, добро… Однажды я спросил у Аллы Алексеевны, какие ее любимые духи, и услышал: «Жар-птица!» Она так сказала, потому что таких духов не было! Она боялась, что мы потратим заработанные деньги на духи для нее (мы работали тогда в колхозе и заработали немножко денег). Но я все же поехал в Москву за «Жар-птицей». В детском доме начался переполох. Меня искали и высадили из поезда неподалеку от Калязина. Так я и не купил «Жар-птицу» своей царевне!

Но ландыши, фиалки всегда весной лежали у ее крыльца. После окончания десятого класса я уехал в Сибирь – отыскалась дальняя родственница. В Новосибирске окончил техникум. Я – технарь! Все последующие годы не было дня, чтобы я не молился ей, моему Божеству!

Я приезжал в Калязин и видел, что моя богиня становилась все прекраснее. Она научила меня любить музыку, поэзию. Научила не только брать, но и отдавать. До сих пор слышу ее слова: «Любовь к людям – цель, и надо к ней стремиться; уметь любить – значит все уметь!»

…Спустя десять лет я приехал, пришел в библиотеку и увидел полный зал. Выступает она, моя любовь! Люди слушают ее, плачут и смеются. После нее говорил писатель Юрий Нагибин – вечер был в его честь. Он поцеловал руку Алле Алексеевне и сказал, что никогда не слышал такого выступления.

Алла Алексеевна училась недолго в Театральном институте, и великая актриса Тарасова, с которой она состояла в переписке, утверждала, что в Алле погибла талантливая артистка.

В последний мой приезд она прочитала такие свои строчки:

Мне для счастья очень мало надо: Корка хлеба, кружка молока, — Да вот это небо, эти облака.

Она продолжала писать стихи, хотя уже была на пенсии и пережила гибель любимого мужа. Сын с семьей живет далеко. Я не могу и не хочу знать, что она на пенсии. Она и пенсия? Это несовместимо!

· · ·

Я всю жизнь искал человека хотя бы чуточку на нее похожего. Но, увы! Нет таких глаз, нет такой души – жаждущей, ищущей, справедливой. Нет такого золотого сердца. Приезжая в Калязин, целую землю, по которой она ходит, и повторяю: «Да святится ИМЯ ТВОЕ!» Мне ничего не надо от нее. Ничего! Живи, живи, на радость жизни и людям! Но я завидую всем, кто видит ее ежедневно, всем, кто говорит с ней. Я завидую людям, которые ей помогают, а она помогает всю жизнь многим бескорыстно. Я завидую цветам, которые растут около ее маленького домика по адресу Красноармейская, 16. Я очень хотел бы жить в Калязине. Но она запретила мне. Может быть, кому-то это покажется странным, даже невероятным. Но я твердо знаю – у любви нет возраста, и для меня Алла Алексеевна всегда молода!

У нее много книг с дарственной надписью знаменитых писателей – Солоухина, Эренбурга, Леонова, Нагибина. Они приезжали в Калязин и преклонялись перед этой замечательной женщиной. И я счастлив своему выбору. Я никогда не женюсь. Я в добровольной неволе ее глаз, голоса, души, сердца.

Поэт Волошин говорил, что «МОЛИТВА – ПРЯМОЕ ВНУШЕНИЕ». И я молюсь каждый вечер: Светлая, Сказочная, Необычная, дари свой свет людям долго-долго!

И я снова собираюсь ехать к Ней. Может, зайду, нарвав ее любимых лесных цветов… или просто постою у ее дома…

Вячеслав Стрельченко

Я восхищаюсь этим дедом

· · ·

У нас рядом живет семья. Они вместе прожили 50 лет. Им обоим по 70 лет исполнилось, и вырастили они трех сыновей. Да только не были они счастливы. Я часто хожу к ним по-соседски, и мне кажется, что муж не только не любит жену, он ее ненавидит. И все же живут! Что же их теперь связывает? Я постоянно хотела развязать этот узел, но дед неразговорчив, а жена его и вовсе лишнего не сболтнет!

И вот однажды я зашла к ним за солью – у меня суп на плите, а дома соли не оказалось. Смотрю на деда, и не узнаю его – он весь так и светится радостью, будто выиграл миллион. Жены дома не было – ушла за пенсией. Дед дал соли, да не отпускает меня… «Соседка! Удели мне 20 минут, мне надо выговориться, так много на душе накопилось!» Я спешила, но его необычайный торжественный вид заставил меня остановиться и даже за стол присесть. Дед поставил на стол чайник с чашками, вазу с конфетами, варенье, и я услышала историю, которая меня потрясла.

· · ·

…Оказывается, он был когда-то женат и всю жизнь любил первую жену. А женился он еще во время войны, когда служил в армии и влюбился в Марусю. Сам он татарин, а влюбился в русскую девушку. Влюбился на всю жизнь, и они расписались, она дочку ему родила. И он привез голубоглазую, стройную, ненаглядную Марусю с дочкой в свою послевоенную, голодную татарскую деревню.

Родители ее не приняли. Марусю свекровь замучила упреками да наставлениями. Та терпела, терпела, но однажды, не выдержав, схватила дочку в охапку и уехала на родину. Уехала с надеждой, что он поедет за ней. Но родители чуть ли не за руки его удержали, говорили: «Что тебе к чужим ехать, когда тут тебя уважают люди!»

И впрямь, вскоре его избрали председателем сельсовета, и родители женили его на разведенной татарке. Один за другим родились трое мальчиков, и он подумал, что уже ничего нельзя изменить в своей судьбе.

Как-то сел и письмо Марусе написал, рассказал про себя и спросил: «Как дочка?» Писал, что не забыл ее и дочку русскую, любит их и просит ответить. Да только напрасно ждал ответа. Он не знал, что письмо первой увидела дочка и спрятала его от матери: боялась, а вдруг она ее нового отца и сестер бросит и уедет к татарину?

Маруся тоже вышла замуж, и у нее росли три девочки. Но он все ждал ответа и, не дождавшись, на весь мир обозлился, замкнулся. Жизнь текла своим чередом: однообразная, без любви, без мечты и ожидания чуда. С годами он стал молчаливым, безразличным ко всему, а больше всего озлобился на жену, которую ему навязали вместо голубоглазой Маруси.

А год назад у Маруси умер муж, и дочь, к счастью, сохранила то письмо и отдала матери. Маруся побледнела, ей стало плохо. Она дрожащими руками открыла конверт, но не было сил прочитать, и дочка стала читать привет из далекого прошлого. Она читала, а мать плакала. Потом решила написать ответ по старому адресу. И написала, что НЕ ЗАБЫВАЛА ЕГО ВСЕ ЭТИ ГОДЫ МИНУВШИЕ, ВСПОМНИЛА ПРО ИХ ЛЮБОВЬ. Это письмо дед мне показал и сказал, что непременно поедет повидать свою Марусю! Но его вторая жена, тетя Мадина, сказала: «Если поедешь – сюда не возвращайся!»

· · ·

Дед ко мне пришел, на глазах слезы, просит меня, чтобы я уговорила тетю Мадину отпустить его только проститься с Марусей. Я пошла к соседке и сказала: «Отпусти его! Он вернется. Ему надо обязательно увидеть ее, и тогда его душа успокоится, и он умрет со спокойной душой!» И тетя Мадина тогда пошла в магазин и купила для Маруси отрез на платье, платок, гостинец и проводила деда.

Спустя неделю он явился, и я его не узнала – так он помолодел. Он привез мне шарфик в подарок и сказал: «СПАСИБО, ДОЧКА, ЧТО ПОМОГЛА МНЕ УВИДЕТЬ МАРУСЮ. Я ЗАНОВО РОДИЛСЯ! ОКАЗЫВАЕТСЯ, Я ВСЕ ЭТИ ГОДЫ НЕ ЖИЛ, А СУЩЕСТВОВАЛ. Я дремал все эти 50 лет и только неделю, как проснулся от долгого сна. Я решил – поеду к Марусе жить. Я должен быть рядом с нею. Мне ничего не нужно – ни эта квартира, ни эти ковры, да и денег не возьму, что копил всю жизнь! Я это оставляю Мадине. В молодости я совершил страшную ошибку, но ошибку не поздно еще исправить. Я оказался однолюб. Любил Марусю и буду любить до конца жизни только ее. Дети мои уже взрослые – должны меня понять. Если надо, я им помогу…» Он сказал: «Прости меня, Мадина. Я ничего не могу с собой поделать. Теперь тебе со мной еще труднее будет жить!»

Собрал он свой маленький чемоданчик и уехал. Я плакала, не могла удержаться, а у тети Мадины было спокойное лицо. Она перенесла это легко, будто ей было все равно, где он будет жить, здесь или еще где-то. А через несколько недель я получила письмо от деда. Большой привет слал и приглашал в гости.

· · ·

Вот такая история, поучительная, интересная и какая-то сказочная. Я восхищаюсь этим дедом! Оказывается, в наши дни есть еще однолюбы. И есть она, святая любовь, для которой нет на свете преград.

Ольга, г. Набережные Челны

Кроссы во имя любви

· · ·

Признание в любви… Как мы его ждем, хотя давно все понятно и без слов. Люблю ли я? Ну конечно люблю! Сколько бессонных ночей мы проводим, обдумывая, как произнести это чудесное слово. И сколько из-за него мучений! А все выходит так просто и обыкновенно, как будто было давным-давно предопределено. Вот только почему-то сердце не слушается: колотится, колотится в груди, и с каждой минутой все громче и громче, даже сейчас, когда вспоминаю тот день, ставший почему-то семейным праздником. В тот день я точно так же, как в первый раз, произношу женушке одну сокровенную фразу, перевернувшую тогда всю мою жизнь…

Это была ЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА. Но как я мог признаться ей? Я даже боялся думать о признании! И только через мучительные, но счастливые полтора года я ПРИЗНАЛСЯ. Да, это было мучительное время. Встречаться – и не выдавать своего чувства, нежно разговаривать с ней – и не обмолвиться о самом главном, бессонными ночами посвящать ей стихи, думать, мечтать – и терзаться подозрением: неужели она не догадывается? Но вся беда в том, что она как-то все же догадывалась, не показывая этого.

· · ·

Ну и глупыми мы были! Любили друг друга, а виду не показывали! Да, она меня любила, но как я мог об этом догадаться? Сколько раз я получал от ворот поворот!

Ну скажите, как бы вы себя чувствовали, если каждый день рано утром тайком из воинской части совершали «легкую пробежку» в два с половиной километра до ее дома, чтобы две минуты под окном насвистывать любимый ее мотив, надеяться, что она выглянет в окошко? Моя любимая не спала, она преспокойно собиралась на работу, а я пулей летел обратно в часть, дабы вернуться до общего подъема! Если бы эти кроссы продолжались не только полтора года, а дольше, то я бы стал не только чемпионом по скоростному бегу и прыжкам в высоту (точнее сказать – через каменные заборы), но и неуловимым Штирлицем! Уже тогда я овладел навыками бесшумно скрываться и незаметно появляться, маскируясь под спортсмена-любителя, и считать из укрытия с компьютерной точностью 5–8 часов подряд все проходящие автобусы, на которых могла приехать моя «дачница», а потом, увидев ее, подходил и ненароком бросал: «А я только что подъехал, так кстати!»

Но были и разоблачения. Надо же было повиснуть на дереве у ее дачи пред лицами ее недоумевающих родителей и краснеть от стыда, и все из-за того, что ветка, на которой я устроился, сломалась с таким грохотом и выдала мой тайный пункт наблюдения за любимой! А как я потом усердно махал лопатой! Это заметили все, кроме Радости моего сердца! Она спокойно ходила от куста к кусту и ножницами приводила их в порядок, меня совсем не замечая. А каково мне было ремонтировать дореволюционный граммофон, в котором я, увы, не разбираюсь, или вылавливать коромыслом ускользающее ведро из колодца, который прежде видел только на картинках! И ЭТО ВСЕ Я ДЕЛАЛ ВО ИМЯ ЛЮБВИ! Но почему-то это мою возлюбленную не восхищало! А над моими стихами – вернее, орфографическими ошибками в них – она смеялась очень мило. Конечно, она не знала, чего мне, недавно овладевшему русским языком, стоили эти стихотворные строки!

И если мои стихи ее смешили, то мои рисунки ее явно обижали. Ну что поделаешь, если так хочется нарисовать любимую, а ты это не умеешь? А фотографию у нее попросить почему-то язык не поворачивается. Зато потом у меня их столько было! Правда, я делал их из своего укрытия, а значит, тайком. Я даже научился прилично фотографировать. ВЕРНО ГОВОРЯТ: «ПОЛЮБИШЬ – ВСЕМУ НАУЧИШЬСЯ». Даже не верится, что такое бывает. И не верится, что я уже глава семьи и даже уже папочка и возле меня барахтается наша крошечная дочка, которая всегда хвостиком за нами ходит и торжествует, если ей удается на пути найти трофей – мамину шпильку!

· · ·

И можно было бы на этом закончить повествование о любви, которая не только выдержала полтора года испытаний, но так закалилась и окрепла, что ее хватит на наших внуков, правнуков и праправнуков, если не вспомнить самое главное – ПРИЗНАНИЕ В ЛЮБВИ. Вот та фраза, которая перевернула нашу жизнь: «А я не могу без тебя… Я… люблю тебя!» Да, я не могу жить без нее, без моей Анечки, потому что я так люблю, что и не передать словами!

Роман Курбатов, г. Владивосток

Нам предстоит пройти трудной дорогой возрождения

· · ·

Я преклоняюсь перед любовью и убежден, что мы живем, работаем, познаем мир благодаря Любви и во имя Любви. Ради нее мы творим добрые дела.

И сегодня задача – сберечь ее, потому что несовершенство нашего мира сегодня привело к трагедии: многие люди озлобились и заменили любовь ненавистью. Они копят ее, забыв, что только любовь способна создавать, а ненависть все разрушает. Вспомним трудные военные годы, когда, казалось бы, народ был на грани гибели. Но мы ненавидели врага, а всех остальных – без разбора, татарин ли он, русский, калмык, грузин, еврей – МЫ ЛЮБИЛИ! И это дало нам силы победить врага. Вот я и думаю, что настало время ВОЗРОЖДЕНИЯ ЛЮБВИ.

Да, всякое было. И есть. И души, отравленные догмой. И просто верноподданные души. И подлецы. И праведники. И чумовые чудаки, что сто раз на дню мастерят икаровы крылья. И все же не нам ли, бывшим и прозревшим, в первую очередь выпала светлая доля помочь подняться с колен Отчизне? Ибо не все в нас пущено по ветру и разорено, хоть что-то осталось и бьется и ждет приложения к делу.

Не верьте иным скудоумным, завистливым, косноязычным, всем, бывшим с нами в час осознания себя и прорыва из мрака к свету. И моему поколению присущ моцартианский дух созидания жизни и любви.

· · ·

И на этом святом пути чувство к Женщине, может статься, было, есть и будет самой неистребимой и светоносной силой на свете.

Я еще на пути к ней. Ее покуда нет рядом, лишь смутное предчувствие, ибо не все, должно быть, во мне самом устремлено на созидание. Судьба словно взвешивает на незримых весах своих – стоишь ли ты того? ИБО ЛЮБОВЬ НЕ ПРИОБРЕТЕННОЕ ПО СЛУЧАЮ, А ДАР СВЫШЕ. И заслужить его дано не всякому – чтобы ни в чем не было стыдно за себя, будь то владение ремеслом, будь то твоя каждая прожитая минута. А если так – верь всякий одинокий, что и тебе Любовь явит тебе свой лик… Сбудется!

Владимир Толоковский, г. Пермь

Я любви и, значит, живу!

· · ·

Каждый человек мечтает найти свою половинку, каждый мечтает любить и быть любимым, каждый ищет свое счастье и каждый верит в любовь.

Разочарование приходит позднее, когда на поставленные жизнью вопросы нельзя найти ответ. Это происходит из-за нашего «я», когда порою думаем о себе или когда выдаем желаемое за действительное. Я воспитывался, формировал свои взгляды далеко от родного дома. Те люди, которые были рядом, научили меня понимать прекрасное, гореть не «дровами», а «свечкою», как Пушкин, Оскар Уайльд, Пастернак, Галич, Ахматова, и это далеко не полный перечень тех, кого впитала моя душа. Не подумайте, что это пишет слабенький очкарик или замкнутый в себе человек. Я мечтал любить и искал свою единственную. В шумных компаниях, на дискотеках – везде, где бывал, я ее искал. Но увы!.. Бывало, увлекался, но быстро остывал. У одних было много фальши, другие были просто пустышками. Друзья женились, делились впечатлениями. Вывод: 90 процентов людей перестали верить в любовь и женились, пять процентов – «по залетам»: девушка забеременела, 4 процента женились по совету родителей и только 1 процент опрошенных утверждал, что женились по любви. Из 29 парней моей группы – а учился я в военном училище, – 24 были женаты. Поневоле у меня возникло чувство своей неполноценности. Я задавал себе вопрос: а не много ли я хочу от жизни? НО ВЕРИЛ В ЛЮБОВЬ И ЖДАЛ, хотя уже во многом разочаровался. За полгода до выпуска в совершенно чужом городе я познакомился с одной девушкой. Она мне очень понравилась, наши взгляды во многом были схожи. Я решил, что нашел ее, и дал слово, что женюсь. Об этом я сообщил родителям, и они очень обрадовались. День регистрации брака был назначен на 14 июля. Я писал ей нежные письма, часто звонил и думал, как все в жизни просто. Но я ошибался… 9 июня, ровно за месяц до выпуска, я был в городе и позвонил своей будущей жене, поговорил с ней о пустяках. Настроение было обычное, временем я располагал, но решил не расслабляться, а вернуться в общежитие. И вот на остановке троллейбуса я встретил свою Судьбу!

· · ·

…Во мне что-то перевернулось. В тесном троллейбусе мы стояли рядом, я не мог оторвать от нее взгляда, хотя понимал, что это неприлично. Я не понимал, что со мной происходит. На нужной остановке я не вышел, решил остаться с ней и узнать, где она живет. Я вел себя как безрассудный мальчишка. Она вышла, и я за ней. Мы шли одни по тенистой аллее. Я решил познакомиться. Первые ее слова, взгляд пленили меня навсегда. Я понял, что влюбился на всю жизнь. Мы гуляли по парку, я читал стихи. Все было по-настоящему, без фальши, я был самим собой. Сердце громко стучало и дрожало, а душа пела! Я любил!

Время моего короткого отпуска давно кончилось. А у нас за это по головке не погладят. Но я об этом ни минуты не думал. ОНА БЫЛА РЯДОМ, И ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ БЫЛО СУЕТОЙ. Потом были другие свидания, слова любви. Я ждал ее иногда часами. Я забросил учебу, все курсовые и государственные экзамены сдавал без подготовки. Из-за этого я потерял красный диплом. Я жил! Я любил! Я летал! И понял, что, если она будет рядом, я смогу совершить что-то необыкновенное. Ведь все прекрасное на земле появилось из-за любви к женщине!

МЫ ПОНИМАЛИ ДРУГ ДРУГА С ПОЛУСЛОВА, ОНА ЛЮБИЛА МЕНЯ. Но не подумайте, что все было так гладко. И не пытайтесь осуждать. Она была замужем, и у нее была дочь. Я объяснялся ей в любви каждый день, просил, умолял быть со мной, даже плакал, как ребенок. Она отдавала мне всю себя, но я понял, что близость людей – это не только удовлетворение физических потребностей. Я уговаривал ее развестись с мужем, я бы удочерил ее ребенка, и не надо никаких алиментов. Все было напрасно. Мне оставалось одно – ждать. За этот месяц я трижды был готов оставить этот мир. Не подумайте, что я слабак. Раньше я таких осуждал, презирал, а теперь – наоборот! Поверьте, без нее моя жизнь пуста и никчемна.

· · ·

Еще одно мучило меня – данное мною слово. Перед данными словами я беззащитен, хотя моя совесть была чиста. Я не лишил девушку чести. И вот выпуск… Если бы вы знали, как тяжело мне было уезжать! Уезжать от любимой к той, которая должна была стать моей женой! Где-то в глубине души я понимал, что поступаю нечестно. Ведь я делал попытку разрушить чужую семью!

Я уехал, но жениться так и не смог. Не смог предать своего чувства к ней . Зато лишился ЧЕСТИ. А честь превыше всего. Значит, я не достоин жить! За свой 21 год я ни разу не бросал слова на ветер, ни разу не совершил недостойного поступка. Поверьте, я говорю искренне. Первый отпуск прошел как в бреду. Родители не могли понять меня, а я ничего не пытался им объяснить. Потом уехал служить Родине далеко за ее пределы. Я жду. Я верю. Я люблю. МОЙ МИР ВО МНОГОМ ИЗМЕНИЛСЯ, МОЯ ЛЮБОВЬ ОТКРЫЛА МНЕ ИНЫЕ КРАСКИ ЖИЗНИ, О КОТОРЫХ Я НЕ ПОДОЗРЕВАЛ. Душа стонала и плакала, я тосковал и не находил себе места.

Командировка полгода спустя. Встреча, безумный порыв чувств. Мне казалось, что она не сможет уехать от меня. Ведь знаю – снова пережить разлуку не могу. Но она уехала, и я ничего не мог поделать. В аэропорту я проводил ее до трапа самолета. Она повернулась и помахала рукой. Она улетала, и я понял, что жить больше незачем. Я поехал домой к маме. Хотел повидать своих родных, а потом… Мое состояние было ужасное.

· · ·

Бабушка дала совет – креститься, тогда душе будет спокойнее. Мне было все равно. Когда принял веру, было ощущение, что моя душа – комната, из которой вынесли все. Моя мама очень любит меня и желает мне добра.

Я решил, что стану для нее таким, каким она хочет меня видеть. Она раньше мечтала познакомить меня с дочками своих подруг. Я всегда отказывался. А теперь мне было все равно. Все было как во сне. Вечером познакомился, на второй день «узнали» друг друга, на третий день я осознал, что хотят от меня. Сделал предложение на четвертый день и уехал к месту службы.

Я рассказал любимой все, и она пожелала мне счастья. Только просила писать ей, так как без меня ее жизнь тоже пуста. Я женился: мама добилась своего. Месяц прожил с женой – ни полета души, ни вдохновения. Простая жизнь простого обывателя. Снова командировка – и снова встреча с любимой, и я понял, что любить другую я не смогу никогда. Развелся, к изумлению родителей, а своей бывшей жене я дал право говорить обо мне все что угодно. Родители жены – влиятельные люди, и для них это было как гром среди ясного неба.

Мне 23 года. У меня все есть: хорошая работа, образование, здоровье, да и внешностью природа меня не обидела, материально я независим. Как буду жить, не знаю! Раз в году буду встречаться с любимым человеком, а остальное время буду ждать встречи. Я ЛЮБЛЮ – ЗНАЧИТ Я ЖИВУ! Таких, как я, очень много. Понятие «верность», «честь», «любовь» для меня святы. Не надо осуждать моих современников за то, что они, как и я, любят тайно. Это очень обидно и больно.

Сергей, г. Петропавловск

Мой муж подарил мне крылья

· · ·

Каждое утро, проснувшись, я лежу, не размыкая век, и улыбаюсь. Улыбаюсь благодушно и счастливо. Улыбаюсь от того, что начинается новый день, солнечный или пасмурный, веселый или грустный, заботливый или ленивый.

Сколько их было? Боже мой! Двенадцать тысяч семьсот семьдесят пять! Помню ли я их все? Нет, не помню. Одни выпадали из памяти совсем, будто их не было вовсе. Другие сложились в месяцы, годы. Но есть дни, которые и до сей поры как болезненные уколы: вспомнишь – передернешься. Это мои черные дни, месяцы, годы.

Но сегодня я улыбаюсь, спрашиваю: «А что принесешь ты мне, наступившее утро? Наверняка счастье! Почему? Да потому, что в этот день Я УВИЖУ ТЕБЯ, ЧЕЛОВЕКА ИЗ СТРАНЫ ДОБРА И ЛЮБВИ – страны Грина, моего любимого писателя».

Знает ли кто, как мы на воздушном шаре влюбленности отправляемся в эту спасительную страну, где нет места неискренности, недоверию – в общем, всему тому, что начинается с отрицания?

· · ·

Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Это то, что делает меня счастливой. Или этого мало? Разве мало того, что руки твои дают мне ощущение тепла твоей души, твоего стремления согреть меня? А без тебя? Без тебя мне холодно. Я иду на кухню, кипячу чай, наливаю в стакан. Чай обжигает губы, но не согревает душу. Чем ты занят сейчас, любимый? Может, как Грей, герой повести Грина, придумываешь свои «Алые паруса»? Сегодня мы опять будем вместе, и я попробую заглянуть в наше Будущее твоими глазами.

Эти строки я адресовала своему мужу семнадцать лет тому назад – тогда мы еще только-только познакомились. Он приехал в наш город – не заладилась личная жизнь в столице – и стал работать в газете, где от случая к случаю появлялись мои стихи, отзывы на книжные новинки. Заинтересовался: кто я и что я? А я, в общем-то, человек, которого судьба постоянно наказывала. В пятилетнем возрасте – полиомиелит, полная неподвижность. К семи годам на училась ходить с посторонней помощью: упаду – не поднимусь сама, как, впрочем, и сейчас. Когда ноги почувствовали уверенность, мне посоветовали сделать операцию. Увы, она была неудачной. В 14 лет заново училась ходить. Преодоление самой себя давалось нелегко. Окончила институт, но не заочно, как ожидали от калеки, а вместе с другими, здоровыми. В целом, если многое опустить, мне везло на людскую доброту, иначе я была бы НИКЕМ. Но я двенадцать лет преподавала в школе – папа возил на машине. В 1976 году он умер. В этом же году я сломала ногу – мою главную опору. Перелом ноги, смерть папы – и я оказалась в четырех стенах навсегда. Если бы не телефонный звонок – начало моему будущему счастью. Тогда я впервые услышала ЕГО голос. Он сказал, что давно собирался позвонить. Мы встретились. Его потрясло, что, несмотря на свои больные ноги, я не нытик, а оптимист. А меня поразила его эрудиция. За плечами Институт стали и сплавов и журфак МГУ. Он – поэт, писатель, журналист, и все в одном лице. В газете его зовут «ходячая энциклопедия». «Несносный, неуживчивый характер», – говорят про него. А для меня – нежнее, добрее, заботливее, чем он, нет человека на свете!

Летней порой (зимой я не выхожу из дома) утром мы до начала его работы гуляем. А еще в это время года он устраивает мне путешествие на теплоходе по реке от Уфы до Астрахани или до Москвы, где живет его мама, Александра Григорьевна, человек удивительной доброты и щедрости. Поклон ей от меня низкий за то, что благословила наш союз и принимает меня, как родную дочь. Да, благодаря мужу я увидела свет! А ведь я на ступеньку без его руки подняться не могу, хожу медленно, трудно, с остановками. Надо видеть, как он оберегает меня в пути! Бог не дал мне детей. Сын мужа – наша общая гордость, радость и, если хотите, смысл существования. На все, что выходит из-под нашего пера, мы глядим сначала его глазами: он у нас – самый справедливый критик. Вот так и живем. КАЖДОЕ УТРО Я ПРОСЫПАЮСЬ И СЛЫШУ: «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!»

· · ·

Я – счастливая женщина. Судьба погубила мои ноги, а муж подарил крылья!

Зимина Н. Н., Башкирия, г. Белорецк