Алкоголь в семье. Хочется поделиться своей историей, дабы найти решение проблемы. Итак, все по порядку. Мы женой прожили год после брака – мне двадцать семь, ей двадцать пять. Летом мы разругались с женой по причине того, что я много времени проводил с друзьями. Ирина сказала мне, что никогда не смирится с тем, что стоит на втором месте, и уехала жить к родителям. Я периодически звонил, писал – хотел наладить отношения. Через переписку мне стало понятно, чего ей не хватает во мне, приложил усилия и отодвинул друзей на второй план. Вернул жену, и мы стали строить наши отношения заново. Появилось понимание, поддержка и забота. Мы начали строить планы на будущее, были счастливы. Но в один прекрасный момент Ирина начала стирать белье и нашла грязную футболку со светло-желтыми пятнами, в которой я ходил в лес на шашлыки. Она предположила, что это пятна совершенно другого происхождения. Начались постоянные допросы об изменах. Я никогда не изменял своей жене, так как сам когда-то пережил измену и не хотел, чтобы мой любимый человечек испытал подобное. Первое время я разговаривал с ней, пытался объяснить, что ничего у меня ни с кем не было, пробовал разные подходы. И чем больше я старался, тем становилось хуже. Мне уже не хотелось приходить домой. Постоянные скандалы вечером с разговорами типа: ты не мужик, не можешь сознаться в том, что сделал… Ирина несколько раз после скандалов ночью уезжала к маме. Я просил ее, чтобы не уезжала ночью. Хотел объяснить, что очень переживаю из-за этого. Но ничего не изменилось. Решив, что клин клином вышибается, встретил ее с работы, она сказала, что устала и хочет домой. Я ответил, что буду поздно, и прогулял с друзьями до половины пятого утра… Утром жена ушла на работу. Вечером этого же дня собралась большая компания, и мы дружно решили приготовить шашлыки и попить пива. Жена вернулась в полвторого ночи, напевая песенки. Сказала, что была в клубе. Не выясняя отношений, мы пошли домой. Я спросил Ирину, почему она пошла в клуб, она мне ответила: «Тебе можно гулять непонятно где до четырех утра, а мне что – нельзя?» Пребывая в нетрезвом состоянии, я сказал, что больше ее не люблю, что мне с друзьями лучше. Дома у Ирины началась истерика. Я заявил, что вообще не хочу ее слушать. Пошел на кухню кормить кота и тут услышал ее крик с просьбой о помощи. Войдя в комнату, я увидел, как она висит за окном и держится за подоконник. Я затащил ее обратно… После она швыряла вещи в разные стороны, я хватал ее за руки, толкнул на кровать… Потом вроде успокоились и легли спать. Ночью она спросила, правда ли, что я ее разлюбил? Я ответил, что люблю ее, что был нетрезв и говорил всякую ерунду. Утром, когда я проснулся и вспомнил, что Ирина чуть не выпрыгнула из окна, я представил худший вариант развития событий. У меня помутился рассудок. Я разбудил ее, заставил прибрать всю квартиру, сказал, что не хочу с ней больше жить. Она начала собирать свои вещи, а я, придурок, ходил и издевался над ней, мешал, пару раз поднял на нее руку. Все было, как в тумане. Я мало что помню об этом. Я ненавижу себя за распускание рук и не знаю, как с этим бороться. Это было уже не в первый раз. В детстве мой отец тоже был тираном, тоже поднимал на маму руку. Помогите мне, пожалуйста, так нельзя больше жить.

Как говорил герой одного популярного фильма, притопывая ногами на морозе: «Пить меньше надо, надо меньше пить».