Снова за море.

Хулагу называл Людовика Святого величайшим королем Запада. И именно Людовик предпринял последний крестовый поход. Король провозгласил его в 1267 г. Этот поход был назначен на май 1270 г. Он оказался чисто французским мероприятием. Из иностранных государей в нем не участвовал никто, кроме короля Наварры Тибо II (он же граф Шампанский Тибо V), но последний был вассалом короля Франции и, главное, его зятем. Из иностранных принцев к походу присоединился с небольшим количеством своих людей принц Эдуард Английский, будущий король Англии Эдуард I. Даже близкие к Людовику люди не торопились принять обет отправиться за море. Жуанвиль заявил, что пока он был в Египетском походе, чиновники французского короля «довели до нищеты его людей». И если Жуанвиль снова возьмет крест, то поступит против воли Бога, который вменил Жуанвилю в обязанность «защищать и спасать своих людей».

Как это бывало с предприятиями Людовика, поход был прекрасно подготовлен, но цели его – абсолютно неясны. Одни историки утверждают, что решение идти на Тунис было принято на совете крестоносцев во время стоянки в городе Кальяри на острове Сардиния (тогда этот остров был совместным владением Генуи и Пизы). Другие настаивают на том, что Тунис с самого начала был целью похода, но об этом молчали по соображениям секретности, а в Кальяри объявили публично. Столь же непонятно, почему был избран именно Тунис. Вроде бы (современники путаются в свидетельствах) важную весть Людовику сообщили миссионеры-доминиканцы. Они сказали ему, что эмир Туниса Абу Абдаллах Мухаммед I ал-Мустансир готов принять христианство и стать союзником Людовика. Многие современные историки настаивают на том, что тунисское направление было результатом хорошо продуманной интриги Карла Анжуйского. Утвердившись на Сицилии, он задумал расширить свои владения и за счет южного побережья Средиземного моря. Возможно (но только возможно), король Сицилии считал, что Людовик, сокрушив Тунис, пойдет далее, в Египет и, наконец, на Иерусалим, а земли в Магрибе отдаст ему. Кроме того, брат Людовика Святого являлся как бы преемником Фридриха II и Манфреда и на основании этого требовал продолжения дани, которую Тунис соглашался платить императору и его сыну. Впрочем, другие историки заявляют, что Тунис нужен был крестоносцам как плацдарм для нападения на все тот же Египет. Ж. ле Гофф даже предположил, «что Людовик Святой и его подданные, как, впрочем, и все их современники, плохо знали географию: возможно, они считали, что Тунис находится гораздо ближе к Египту (что на самом деле неверно) и поэтому является прекрасной сухопутной базой для решительного наступления на султана».