Возвращение Прозерпины.

Хотя бедная Церера знала теперь, где искать дочь, горе ее не уменьшилось, поскольку она прекрасно понимала, что Плутон никогда по своей воле ее не отпустит. Поэтому она удалилась в темную пещеру, чтобы в уединении оплакивать свою дочь, и забросила все свои дела.

Людям угрожал голод, и они молили Цереру спасти их, но, поглощенная своим горем, она не обращала внимания на их мольбы и поклялась, что, пока ее дочь находится в Гадесе, она не позволит появиться ни одному растению на земле. Тогда в отчаянии люди обратились к Юпитеру, рассказали ему о своих мучениях и попросили разрешить Прозерпине вернуться на землю.

Освободи же девушку из плена; Неужто вечно нам страдать Из-за Персефоны? Ингелоу.

Узнав о просьбе людей, Церера поспешила на Олимп, чтобы присоединить свои мольбы к тем, что доносились со всех частей света. Наконец, Юпитер, устав от всех этих передряг, согласился возвратить Прозерпину на землю, при условии, что она не прикасалась к пище за все время своего пребывания в загробном мире.

Церера сама явилась в новый дом своей дочери и собиралась уже было увести ее оттуда без согласия Плутона, как дух Аскалаф неожиданно заявил, что царица как раз сегодня съела несколько зернышек граната. Прозерпина подтвердила это, и Юпитер заявил, что она будет проводить в мрачном царстве мужа столько месяцев в году, сколько зернышек съела.

Так и получилось, что Прозерпине приходится полгода жить в Гадесе и шесть месяцев – на солнечной земле.

Отводить ее в Гадес и обратно было поручено Меркурию, и, когда он приводит ее из мрачной темницы, небо становится голубым и солнечным, появляется шелковистая зеленая трава, расцветают цветы, поют птицы и вся природа радуется и сияет.

О вседержащая дева, плодами обильная щедро, Смертным одна ты желанна, рогатая, в блеске прекрасном. Вешней порою на радость тебе дуновения с луга, Тело святое твое указуют зеленые всходы, Осенью вновь похищаема ты для брачного ложа. Орфический гимн (Пер. О. Смыки).

Церера, счастливая оттого, что любимая дочь снова с ней, радостно и старательно выполняет свои обязанности, и земля в изобилии родит свои плоды. Но когда Прозерпине приходит время уходить в Гадес, небо плачет и вся природа скорбит. Прозерпина скрывается в подземном мире, и никакие мольбы не могут вернуть ее оттуда.

Что касается веселой, жизнерадостной Прозерпины, то, как только ворота Гадеса закрываются за ней, она становится бледной и грустной, и никто уже не может узнать в мрачной, закутанной в соболиные меха царице Гадеса (которую теперь зовут Геката) прежней игривой богини растительности с венком из цветов на голове. Геката держит в одной руке гранат, а в другой – факел. Прозерпина, как и Адонис, олицетворяла растительность, которая буйно расцветает в течение теплого времени года и прячется под землей во время холодного.

Прозерпине и Церере в Греции и Италии было посвящено множество красивых храмов, в которых ежегодно с большой пышностью проводились празднества – Фесмофории и Цереалии.

Церере приносим хвалу ежегодно В тенистом лесу, на зеленой лужайке. Весна сияет, кончилась зима, И сладок сон среди лугов цветущих, И тень лесов укрыла склоны гор. Склонимся ж все пред алтарем Цереры, Смешаем для нее сладчайший мед с вином И молоком и поднесем плоды ей. Пусть гимны в честь Цереры прозвучат, Пусть серп жнеца пшеницы не коснется, Пока мы в древнем танце не прославим Богиню плодородия и хвалу Не воздадим ей за ее заботу. Вергилий.

Церера вернулась в Элевсин и в память своих долгих, мучительных поисков дочери научила бывшего воспитанника Триптолема различным секретам сельского хозяйства и подарила ему свою колесницу. Она велела ему разъезжать по свету и учить людей пахать, сеять и жать, потом она учредила Элевсинии, праздники, проводившиеся в ее честь и в честь ее дочери в Элевсине.

Триптолем с честью выполнил поручение богини – он много ездил по земле, покуда не добрался до Линха, царя Скифии, где самозваный монарх решил обманом убить его. Но Церера вовремя вмешалась и превратила царя скифов в рысь, символ вероломства.

Цереру обычно изображали в виде красивой зрелой женщины, облаченной в развевающиеся одежды, иногда с венком из пшеничных колосьев на голове, со снопом и серпом в руках или плугом и рогом изобилия, из которого к ее ногам сыплются плоды и цветы. Ей часто посвящали рощи, и всякий смертный, осмелившийся срубить одно из священных деревьев в ней, непременно навлекал на себя гнев Цереры, как случилось с Эрисихтоном.