Герой Ахилл.

Фетида так сильно любила своего единственного сына, что искупала его в водах Стикса, которые могли превращать все части человеческого тела, которых они коснулись, в неуязвимые. Понимая, что ее сыну суждено стать великим воином и постоянно подвергать свою жизнь опасности, Фетида опустила его в воды Стикса целиком, держа за пятку.

Через некоторое время оракул предсказал, что Ахилл погибнет под стенами Трои от раны в пятку – единственный уязвимый участок на его теле. Пролив много слез, Фетида поклялась, что сын никогда не покинет ее, и поручила его заботам кентавра Хирона, который обучал по очереди всех героев Эллады.

От своего наставника Ахилл научился военному искусству, борьбе, поэзии, музыке и пению – словом, всему тому, что должен был знать греческий воин, – а когда учеба закончилась, вернулся ко двору отца, чтобы радовать своим присутствием мать.

Но радость Фетиды вскоре сменилась горем – ее ушей достигли слухи о готовящейся войне Греции с Троей. Она знала, что сына тоже скоро позовут, и, чтобы не допустить его ухода, отослала его ко двору Ликомеда, где он переоделся в женское платье и смешался с толпой прислужниц царских дочерей.

Греки посылали одного гонца за другим, чтобы призвать Ахилла присоединиться к ним, но те возвращались, так и не увидев его и не зная, где он спрятался. Как бы ни стремились греки поскорее отплыть к стенам Трои, они не решались отправиться на войну без Ахилла. Они были в отчаянии, но тут хитроумный Улисс предложил план действий и сказал, что сам его и осуществит.

Переодевшись уличным торговцем и закинув на спину мешок с товарами, Улисс пришел во дворец Ликомеда, где, как он предполагал, прячется Ахиллес, и разложил свой товар. Девушки бросились покупать украшения, а одна из них, плотно закутанная в покрывало, схватила меч, спрятанный среди безделушек, и принялась с таким мастерством орудовать им, что Улисс понял, что перед ним Ахилл. Он объяснил юноше, зачем сюда явился, и, пустив в ход все свое красноречие, убедил его отправиться с ним в Авлиду.

Теперь все было готово к отплытию, но пришлось ждать попутного ветра, который наполнил бы паруса, безжизненно повисшие на мачтах.

Войска собрались, было все готово, Но долго мы, бездействуя, в Авлиде, Попутный ветер ждали. Еврипид.