Закон жертвования.

Кто не хочет потерпеть крушение у цели, тот учится не только привлекать богатство, но и использовать его с пользой для всех: он не только внутренне готовится к умножению своего богатства, но и направляет свои мысли на служение людям и взаимную помощь.

Ведь мы – своеобразные каналы, по которым все притекает и утекает и к которым относится правило успеха: «Если хочешь брать, то давай!».

Кто приобрел правильную установку относительно денег, тот рассматривает свою жизнь как необходимую часть общей жизни и с абсолютной уверенностью знает, что уважительное отношение к самому себе предполагает уважение к благополучию других. «Человек живет лишь тогда, когда дает жить другим».

«Обыденное представление, что человек эгоистичен по своей природе и что даже ребенок рождается с этим себялюбием, основывается на очень поверхностном наблюдении и совершенно ошибочно». Эти слова Фихте находят свое подтверждение: наряду с отъявленными материалистами непомерным эгоизмом особенно отличаются психопаты и душевнобольные люди. И наоборот, альтруистический образ мыслей является признаком не только большей ясности ума и здоровья, но и большей душевной зрелости.

По всей видимости, у нас имеются две возможности использовать богатство жизни: на пользу своей собственной персоне или на пользу общества. Но в сущности есть только одна возможность; ибо в одном случае богатство все уменьшается, в другом – все прирастает. Богатство, служащее себялюбию, остается бесплодным и без благодати. По одной простой причине.

Себялюбие — это самоизоляция от потоков энергии вселенской Самости. Чем больше преобладает себялюбие, тем губительнее становится одержимость им, внутренняя несвобода, скудость и нужда. Себялюбие – это ограничение себя: оно делает нас внутренне одинокими, изъятыми из гармоничной картины Вселенной, отрезанными от богатства жизни. Оно засоряет каналы, по которым в нашу жизнь течет изобилие, и делает нас окостеневшими. Это окостенение в свою очередь приводит в действие закон возмещения: нами овладевает разочарование, чувство потерянности, нашим уделом становятся горе и нищета.

В конце концов себялюбие разбивается о самого себя. Если кто-нибудь пытался извлечь выгоду для себя, навредив другим, то однажды он услышит такие слова: «Остерегайся слез слабых!». То, чего человек намеревался лишить других, он отнял у себя самого. Ибо чем больше себялюбия и бессердечности, тем сильнее внутреннее сопротивление со стороны общего бессознательного и тем чаще происходит высвобождение негативных психических автоматизмов или автоматизмов судьбы вплоть до пробуждения понимания.

Себялюбие – это отчуждение от самого себя: чем больше себялюбие, тем сложнее человеку справиться с собой и с жизнью, тем дальше он оказывается от своего высокого «я». Он больше не хозяин себе самому, да и хозяином внешнего мира он тоже уже не будет. Кто чужд самому себе, тот еще более чужд другим, тогда как альтруист понимает других и в той же мере понимаем ими. Он ладит с самим собой и свободен от себялюбия.

Другими словами: себялюбие всегда ведет к ослаблению «я», усиление «я» достигается только через человеколюбие, доброжелательность и самоотверженность. Мы обретаем сами себя только тогда, когда избавляемся от себялюбия. Мы причастны к изобилию жизни настолько, насколько отказываемся от себя. Чем полнее мы отрешаемся от себя, тем больше становится наша способность испытывать счастье и добиваться успеха.

Однако недостаточно просто осознать вред себялюбия. Здесь требуется радикальным образом направить все мышление, чувствование, желание и поведение на бескорыстную самоотдачу, когда вверяешь себя Внутреннему помощнику и любишь других, как себя самого. Избавление от зажатости «я» заключается в деятельном добром отношении и делании добра, в общеполезной деятельности, в альтруистическом жертвовании. Вот чему учит жизненный опыт всех времен: только альтруизм делает человека открытым к притоку нового изобилия изнутри и извне.

Альтруизм всегда пожинает во много крат больше того, что он сеет. Зная себя хорошо внутри, он дарует из сознания изобилия, которое неисчерпаемо. Самоотверженный альтруизм устраняет все себялюбивые зажатости и торможения нашей души и вместе с тем соответствующие экономические препятствия и трудности.

Альтруизм – это лекарство от всех недугов души и превратностей судьбы, которые обусловлены самоотчуждением. Отдавая себя и помогая другим, мы позволяем полностью выразиться своей истинной Самости и в конце концов созреваем для самореализации.

Корысть и своеволие далеки от образа мыслей, присущего великим учителям мира, а также выдающимся людям, сумевшим стать хозяевами жизни, – их безграничное доброжелательство дарит ближним благодеяния и запускает механизм действия судьбы, направляя поток изобилия к тем, кто умеет думать о других.

Есть только один «грех»: себялюбивое обособление и устранение из жизненной целостности. Победить его можно лишь тогда, когда с любовью настроишься на благополучие ближнего. Помогая другим, мы сами поднимаемся в царство изобилия.

Чем сильнее наша самоотверженная благожелательность, тем больше в нас пробуждается энергии. Это ответ Духа жизни на наше внутреннее изменение. Чем больше наша готовность стать источником блага для других, тем богаче становится изобилие, из которого мы снова черпаем. Чем осознаннее мы воспринимаем себя как раздаточный пункт божественного вселенского изобилия и подчиняем все свои мысли и поступки закону добра, тем с большей очевидностью наша доброта становится выражением богатства нашей внутренней жизни и находит свое проявление в богатстве внешнего бытия.

Сорок девятая неделя: проявление дремлющих сил.

Человеческое знание подобно непрерывно растущему шару. По мере того как увеличивается его объем, возрастает и число точек его соприкосновения с неизвестным. Паскаль.

Чем выше мы взбираемся в гору, тем дальше отступает линия горизонта. Чем активнее мы проявляем и используем свои пробужденные силы, тем больше появляется в нас новой энергии.

Дело не только в том, что, по словам Новалиса, «каждое вновь донесенное до сознания качество нашего духа в самом подлинном смысле представляет собой по-новому открытый мир» – оно является проводником в таинственную, еще неисследованную внутреннюю страну и вместе с тем провозвестником неисчерпаемости наших внутренних сил и безграничности возможностей нашего развития.

С каждой вновь пробуждающейся в нас способностью мы узнаем, что находимся только в самом начале, что сделаны лишь первые шаги, что рудник нашей души пробурен лишь на поверхности.

Не верь тому, кто говорит, что его возможности исчерпаны!

Каждый отлив – предвестник наступающего прилива, каждое изнеможение – провозвестник пробуждающегося созидания, каждая внутренняя пустота – новое русло мощного, но заиленного в старом русле потока: вскоре внутренние силы начинают течь более живо, чем раньше.

Одна из сил, постоянное пробуждение которой все более явственно осознается нами в процессе обучения жизни, – это сила интуиции и вдохновения. Духовное возвышение ученика Школы жизни приводит к тому, что он постепенно поднимается к более светлым сферам мысли, становится восприимчивым к ведущим ввысь посланиям души, способным на более великие достижения, созревает до духовного видения, непосредственного понимания сущности и взаимосвязей вещей.

Насколько деятелен наш разум, имеющий дело с данностями внешней жизни, настолько действенной становится наша интуиция, благодаря правильному самообучению внутренней жизни. Но нашей задачей на этой ступени является объединение того и другого в медитации, служащей высвобождению новых сил и «скрытых талантов».

Разум может предаваться сомнениям, потому что ему недостает полной уверенности. Интуиция сомнений не испытывает, потому что она представляет собой уверенность: она знает – и знает, что она знает. Поэтому, чтобы человек достиг совершенства, то и другое должны взаимодействовать.

Пробудившаяся интуиция раскрывает знание, которое осталось бы недоступным для разума. Дело лишь в том, что разум осознает поступающее изнутри знание и с готовностью его использует: как только он ставит вопросы, проявляет себя интуиция, вдохновляя его и открывая ему мудрость знания, которую он тщетно искал до сих пор.

Там, где разум и интуиция составляют одно целое, пробуждается множество новых сил. Эта способность проявления новых сил и умений обусловлена той энергией, которую мы считаем неисчерпаемой, когда объединяемся с духом в нас.

Находясь в гармонии с внутренней силой, мы находимся в согласии и с законами жизни: целостность нашего мышления и поведения гармонично очерчивает три сферы бытия: 1) сферу материи, форм, видимых вещей, 2) сферу жизни – сферу сил, психических и материальных энергий, которые поддерживают видимые вещи в движении и изменении и 3) сферу духа – внутреннего бытия и воли существ и вещей.

Мы узнаем законы, управляющие этими тремя царствами, и знаем, как действуют вещи и силы и для чего они действуют. Мы воспринимаем свою внутреннюю силу как часть побудительной энергии, стоящей за всеми событиями.

Греческое слово «энергия» выражает еще и истинную сущность силы: то, что действует внутри. Всякая энергия – это внутренняя сила, действующая внутри существ и вещей и выражающаяся в виде действия, движения, развития событий, но сама по себе незримая.

Быть в единстве с этой внутренней энергий означает стать сознательным вершителем своей судьбы. Вместе с тем, это означает быть в резонансе с ритмом великой внутренней жизни, которая наполняет новой энергией все существа в глубине их души, и быть в гармонии с внешним миром. Но это означает – жить полной жизнью, то есть в гармонии с целым, с Духом жизни, в созвучии с вечным.

Объединяясь с внутренней силой, мы возвышаемся над переменой вещей.

Нас больше не заботит, что наша внешняя жизнь – это фильм, который беспрерывно продолжается и который невозможно открутить назад. Ведь мы теперь уже не просто части этого фильма, а еще и невозмутимые наблюдатели. Что бы ни происходило на экране – нас это не потрясает; ведь мы больше не зависим от явлений, теперь мы постигли бытие.

Мы также не останавливаем течение фильма, уделяя слишком большое внимание отдельным сценам и, кроме того, забывая о нашей вечной Самости. Мы больше не спорим о том, проходит ли мимо время, а тихо стоим или странствуем, пока стоит время, и отворачиваемся от всего, что нас окружает, устремляясь к средоточию всей энергии и покоя.

Мы не являемся больше лишь обыкновенным звеном в бесконечной цепи жизни, которая разматывается беспрерывно, а осознаем себя самой цепью и силой, регулирующей ее разматывание.

Мы сознаем и принимаем энергию в нас как главную энергию всего движения, всех вещей, всей жизни. Мы отрешаемся от всего, что до сих пор нас волновало и к чему мы стремились, и с готовностью погружаемся в божественное внутри нас, тем самым это начинает действовать в нашей жизни.

Быть в гармонии с внутренней энергией означает превосходить все внешние силы: мы всегда сильнее любой силы, которая обращается против нас извне; изнутри к нам притекает столько энергии, сколько нам требуется, чтобы сломить чужое сопротивление; мы всегда располагем бо́льшим количеством душевной энергии, чем все, что направляется против нас.

Только в том случае, если наша уверенность в себе ослабевает и нами овладевает страх, приток новой энергии изнутри уменьшается, и в результате мы обречены на неудачу. Но теперь эта опасность устранена, ведь мы узнали, что любой противник и любое сопротивление слабее, чем та энергия, которая притекает к нам изнутри, будучи частью неисчерпаемой вселенской энергии.

Естественный результат осознанного единения с внутренней энергией – поступательное повышение активности и продуктивности во всех областях. Это важный факт, последствия которого постепенно открываются ученику Школы жизни. Он узнает: подобно тому как душа пронизывает тело, так и Дух жизни – Вселенную. И этот Дух жизни – я сам. Вселенская Самость присутствует во мне в виде личного «я», вселенская энергия в виде внутренней энергии всегда готова прийти мне на помощь. Весь мир – это единство, благодаря которому пульсирует кровоток энергии Бога и заставляет биться сердца всех. Эта вселенская внутренняя энергия – моя конечная реальность, мое самое сокровенное бытие.

Так, я со всей определенностью знаю: лето и зима могут бесконечное множество раз сменять друг друга, века и народы могут приходить и уходить – энергия во мне остается нетронутой. И я остаюсь с ней – единица во Вселенной! Ибо я – реальность, а не сон во сне. Я – правда, а не обман на обмане. Я один во всем! Я есть!

Метод медитации.

Среди средств достижения гармонии с внутренней энергией медитация является самым совершенным из тех, что мы знаем.

Медитация буквально означает размышление, раздумье, душевное самосозерцание, духовное возвышение, познание сущности вещей. Это познание в медитации не имеет ничего общего с мыслительным рассуждением и умозаключением, а представляет собой интуитивное познание изнутри: постижение «идеи», того, что «в себе», внутренней действительности вещей – освещение внутренним светом.

Кроме того, медитация – это снятие затемнения с бессознательного: благодаря внутреннему свету, возникающему вследствие медитации, мрак мысли, прежде царивший в глубинах бессознательного, постепенно рассеивается. Сознание и бессознательное соединяются друг с другом, подсознательные торможения проясняются в сознательном самоанализе и самосинтезе, напряжения устраняются, стремления облагораживаются; к вытеснениям и неразрешимостям из глубины подводятся расщепляющие и исцеляющие энергии. Медитация – это конечное звено нашей практики освоения бессознательного.

В известном смысле медитация соответствует молитве, разве что в конфессиональном отношении медитация нейтральна и ни к чему не привязана и остается просто средством, а не становится самоцелью. Она представляет собой безмолвную молитву, преднамеренное и значительное наполнение себя потоком жизни, духовное погружение, во время которого мы отстраняемся от личных мыслей и желаний и отдаемся Богу в нас, пробуждаемся к сознанию нашей божественной детскости и, основываясь на этой уверенности, обретаем спокойствие и благополучие.

О практике медитации здесь следует сказать лишь то, что нужно знать ученику Школы жизни на службе постепенной самореализации.

Медитации предшествует концентрация с ее ступенями телесного и психического расслабления, тишины, молчания и сосредоточения. Вместе с тем расслабление – это сознательное предоставление себя внутренней силе. Последнее не означает стать негативным и пассивным, напротив – это сознательное, позитивное вверение всех забот Внутреннему помощнику. В расслаблении, с которого начинается медитация, мы с возрастающей ясностью видим, сколькими неприятностями чреваты внутренние напряжения, и что с устранением последних они ослабевают и исчезают. Мы видим, что человек, приученный расслабляться, экономит нервную энергию, больше делает и становится более созидательным.

Расслабление и спокойное вверение себя Внутреннему помощнику приводит к непосредственному проявлению энергии: приток внутренней энергии больше не прерывается никакими спазмами и зажимами, не направляется на ложные пути и не иссякает; она может свободно течь и беспрепятственно проявляться.

В этом состоит причина того, почему люди с судорожно зажатым «я» после так называемого «обращения» в религиозные сообщества зачастую легче справляются с жизнью. Эта перемена коренится не в соответствующей конфессиональной стороне «обращения» или «духовного обновления», а исключительно в наступающем параллельно с этим расслаблении и вверении себя внутреннему руководству.

Того же самого мы достигаем в медитации, в которой успех наших стараний мы вверяем Внутреннему помощнику. Это наше доверие расслабляет нас, делает спокойными, уверенными и способными преодолевать даже самые сложные преграды. Мы можем объективнее смотреть на вещи и взаимосвязи, беззаботнее и успешнее распоряжаться и действовать.

Также и по поводу следующей за расслаблением тишины здесь мало что можно добавить: она является полным предоставлением себя бесстрастной тиши внутренней Вселенной, возвышением над суетой и суетностью внешнего мира. К ней относятся слова Якоба Бёме[16]: «Если ты сможешь хотя бы на мгновение замереть в своих желаниях и мыслях, то в тебе будет желать и думать Бог и ты услышишь Его слова в своем сердце».

В тиши из первичных источников в нас бьют ключом новые силы – вестники потока божественной жизни в глубинах души, дарители неисчерпаемого изобилия. Позвольте себе полностью погрузиться в эту внутреннюю тишину. Человек, говорит учитель Экхарт[17], «не может предложить Богу в себе ничего более дорогого, чем внутреннюю тишину. Бог требует только одного – чтобы Ему дали умиротворенное сердце; тогда Он производит в душе такие действия, которых не может достичь или постигнуть ни одно создание. Подлинная тишина способствует тому, что дух точно так же спокойно стоит перед всеми ударами судьбы, как могучая скала неподвижно стоит под тихим дыханием ветра. Это внутреннее спокойствие и уединение приводят человека в величайшую тождественность с Богом. Душа должна быть настолько укреплена в Боге, что ее уже ничто не способно смять – ни надежда, ни страх, ни радость, ни горе, ни любовь, ни страдание, ни что-либо еще, что она может принести помимо себя».

За этой внутренней тишиной следует собственно медитация, в которой мы выделяем три ступени.

1. Созерцание: предмет медитации помещается в центр тишины и рассматривается во всех деталях, подобно тому, как мы испытующе рассматриваем со всех сторон материальный предмет. Это созерцание совершенно, если в нашем сознании не появляются какие-либо отвлекающие, посторонние мысленные образы. Тогда мы приходим к тому совершенному «познанию истины, свободному от ошибок».

Это созерцание представляет собой внутреннее созидание вплоть до завершения и вместе с тем активное включение интуиции; созидание из божественных источников. И то и другое становится тем более плодоносным, чем позитивнее наше настроение, чем более притягательным для себя мы делаем свое прислушивание к тому, что внутри.

Ни одна эгоистичная мысль не может при созерцании найти к нам доступ. Наше мышление и чувствование должны быть настроены на любовь и изобилие: тем более созидательно проявляется внутренняя энергия.

2. Слияние: созерцание вначале ведет к живому представлению воображаемого; из него проистекает все большее углубление в сущность предмета медитации, и в конечном счете происходит слияние сознания медитирующего с внутренней сущностью созерцаемого. В этом состоянии необходимо оставаться несколько мгновений, пока не пробудится сознание полного единения с предметом медитации.

Это единение – истинный признак медитации. Дуализма сознания и объекта сознания больше не существует – то и другое составляют одно целое: созерцаемое вошло в созерцателя, а созерцатель – в объект своего созерцания. То, что стало частью его души, становится одним из моментов, определяющих его дальнейшую судьбу.

3. Реализация: за осознанием единства созерцателя и созерцаемого следует внутреннее одобрение: «Пусть то, что оформилось, станет реальностью – как внутри, так и снаружи, будет проявляться в моей жизни!», или новое спокойное вверение всего бытия Внутреннему помощнику: «Пусть будет по твоей воле!».

В обоих случаях возникновение того, что воспринимается в медитации, становится для нас все более осознанным. Это осознание реальности – еще один признак медитации: она является обогащением жизни, выходом за пределы собственной ограниченности – внутрь, в ту жизнь, которая ведет все выше.

За этим следует возвращение из медитации в будни. Если во время или после этого возвращения мы чувствуем себя подвигнутыми на добрые слова или дела, то будем безотлагательно действовать так, чтобы использовать это богатство в новых позитивных отношениях, принося благо людям.

Таким образом, медитация – это духовное строительство и вместе с тем единение с завершенным идеалом того, чего мы страстно желаем. Так, например, мы способны изменить свой характер, из каждой желаемой черты делая во время медитации живым идеальный образ и в течение этого времени принимая ее в качестве важной черты своего «я», пока она не заняла место прежнего недостатка характера.

Здесь, как и прежде, медитация становится посредником того, что мы одобряем. Предмет нашей медитации не следует забывать и в обыденной жизни. Не будем просить о том, что должно стать реальностью, а вместо этого поблагодарим за нечто, только что нами полученное. Каждая благодарная мысль – медитация об изобилии. К примеру, мы размышляем:

«Я благодарю Тебя, Дух жизни, за то, что Ты позволяешь мне черпать из источников изобилия и даешь мне все, в чем я нуждаюсь! Я благодарю Тебя за то, что Твоя любовь заботится обо мне и наполняет мою жизнь гармонией! Я благодарю Тебя за то, что Ты освещаешь мой путь и делаешь так, что мне всегда встречается самое лучшее! Я благодарю Тебя за то, что Ты даешь мне здоровье, силу и совершенство, жизнь, мудрость и исполнение всех желаний!».

Все, чего недостает, мы подтверждаем в медитации как наше владение! Этим мы приводим в действие соответствующие автоматизмы судьбы. Одновременно мы учимся смотреть на все вещи глазами Бога в нас и сквозь покровы мнимого пробираемся к глубинам бытия. Мы узнаем, что душа целого живет в нас. В сознании этого наше знание иногда на мгновения сливается с божественной мудростью и становится вселенской уверенностью. Вопросы, до сих пор казавшиеся неразрешимыми, решаются тогда изнутри, неопределенность пути превращается в ясность цели.

В конечном счете, медитация служит постепенному осознанию нашего единства с внутренней энергией: вечная Самость и бренное «я» резонируют. Мы чувствуем изменение своего тела во время медитации, чувствуем, что оно пронизано внутренним светом, ощущаем бо́льшую значимость нашей жизни и изменение всех условий и обстоятельств к лучшему.

Из этого знания снова проистекает все большее внутреннее единение нашей воли с Божьей волей. Это спокойствие в Боге и есть то, что позволяет проявиться божественному изобилию в нашей жизни и заставляет нас признать: кто имеет Бога, имеет все.

«Бог во мне – моя жизнь. Бог во мне – моя энергия. Бог во мне – мой помощник. Бог во мне – моя мудрость. Бог во мне – моя защита. Бог во мне – мое богатство!».

Однако во всей полноте и совершенстве мы достигаем этого только тогда, когда преобразуем всю свою дальнейшую жизнь в беспрестанную медитацию*). Тем самым мы исполняем обычно кажущееся неисполнимым требование учителя жизни Христа: «Молитесь без устали!». Ибо все наше мышление и поведение становятся тогда замкнутой цепью правильного мышления и поведения, которая ощутимо гармонизирует, проясняет, делает значимой нашу жизнь.