Экспериментальные попытки продления жизни антиоксидантами.

Простейшие из животных организмов, нематоды, продолжительность жизни которых измеряется неделями, достаточно заметно реагируют на присутствие антиоксидантов. Добавляя в их питательную среду различные антиоксиданты из группы радиопротекторов, жизнь нематод удавалось продлить почти вдвое. Успешные опыты по продлению жизни антиоксидантами были проведены на плодовых мушках дрозофилах, ротиферах и некоторых других простейших организмах, жизнь которых обычно не превышает трех-четырех месяцев. У этих животных не происходит обновление клеточного состава тканей, и антиоксиданты способствуют сохранению стабильности дифференцированных специализированных клеток. В 1970 – 1980-х годах были проведены сотни таких исследований, и отчеты о них публиковались в обзорах и книгах по проблемам старения. Однако в опытах с лабораторными млекопитающими, обычно мышами и крысами, результаты оказались более скромными. К 1970 г. радиопротекторы были переименованы в геропротекторы. Этот термин ввели в румынском Институте геронтологии, где профессор Анна Аслан, начавшая с 1954 г. применять для омоложения людей анестетик новокаин, переименовала его в геровитал. В Советском Союзе первым энтузиастом по использованию геропротекторов в опытах на мышах стал Леонид Комаров, секретарь секции геронтологии при Московском обществе испытателей природы. В 1959 г. он выступил на заседании этого общества с докладом «Проблема радикального увеличения продолжительности жизни» и предвещал успешное решение этой проблемы с помощью румынского геровитала [9]. Румынские ученые сильно преувеличивали свои успехи в экспериментальном продлении жизни людей. Однако именно пропаганда их достижений привела к решению создать Институт геронтологии и в СССР. Его начали строить в Киеве, на базе лабораторий, созданных еще Александром Богомольцем, умершим в 1946 г. в возрасте 66 лет. Леонид Комаров приступил к серии опытов на мышах в 1960 г. в Институте генетики АН СССР. Однако он включил в эксперименты слишком малое количество животных и поэтому не смог получить статистически достоверных результатов. Комарова, с которым я был хорошо знаком, интересовало именно радикальное продление жизни, в два-три раза. В последующем он пробовал и другие геропротекторы, но добиться успеха не сумел. Он умер в 1985 г. в возрасте 67 лет.

С гораздо большим размахом опыты по продлению жизни с помощью антиоксидантов организовал академик Николай Маркович Эмануэль. С 1966 г. он возглавлял Институт химической физики АН СССР. Этот институт еще с 1943 г. занимался проблемами атомной химической физики по программе создания атомного оружия и имел очень большие фонды и отделения в других городах. На базе существовавшего ранее в этом институте отдела радиопротекторов Н. М. Эмануэль создал отдел геронтологии. Сам Эмануэль был специалистом в области кинетики и механизма химических реакций, и его представления о старении были весьма упрощенными. Тем не менее в институте начались испытания большого количества синтетических антиоксидантов в опытах на мышах и крысах, и результаты опытов периодически публиковались в «Докладах АН СССР». В этом журнале академики могли печатать свои статьи без предварительных рецензий. В течение десяти лет опытов наибольшую эффективность показали два соединения – диметиламинэтанол и гидроксипиридин. Судя по опубликованным данным, они увеличивали не только среднюю, но и максимальную продолжительность жизни мышей на несколько месяцев [10]. Эмануэль был настолько уверен в чудодейственных свойствах этих соединений, что начал принимать их сам, смешивая обычно с мороженым. В 1983 г. Институт химической физики посетила группа британских биохимиков, среди которых был мой друг профессор Тата (J. R. Tata). Возвратившись в Лондон, он рассказывал, что на семинаре по итогам экспериментов по продлению жизни мышей гостей угощали специально приготовленным мороженым с синтетическими антиоксидантами. Однако в декабре 1984 г. академик Эмануэль неожиданно умер в возрасте 69 лет. После его смерти эксперименты по про длению жизни мышей антиоксидантами в Институте химической физики были прекращены.

В последующие годы аналогичные опыты начали проводить в Институте биофизики РАН в Пущино. Исследователи добавляли в рацион мышей не синтетические, а натуральные антиоксиданты: бета-каротин, альфа-токоферол, аскорбиновую кислоту, рутин, селений и цинк. Незначительное увеличение средней продолжительности жизни наблюдалось у тех групп мышей, которые получали смесь этих веществ в течение всей жизни. А когда смесь антиоксидантов получали уже половозрелые животные, удлинения их жизни не наблюдалось [11].

Под руководством академика Скулачева на факультете биоинженерии Московского государственного университета создан научный центр, в котором работают более 250 научных работников. В этом центре ведется большая работа по созданию особого антиоксидантного препарата для продления жизни. В 2005 – 2007 гг. в прессе широко рекламировались таблетки и капли, которые могут контролировать скорость старения, и писали о сенсационных достижениях, полученных в опытах на животных, от мышей и крыс до лошадей. Однако клинических испытаний каких-либо конкретных препаратов пока не было. Проведение клинических испытаний в этой области сложно и требует многих лет. В научной литературе исследования этого центра представлены пока опытами на простейших моделях, в частности на дрожжевых клетках.

В России в настоящее самым большим энтузиастом в поисках эффективных антиоксидантов для продления жизни является академик Владимир Петрович Скулачев, директор Института физико-химической биологии Московского университета и президент Российского биохимического общества. В. П. Скулачев – один их крупнейших специалистов в области механизма окислительных процессов в митохондриях. Увлекшись сравнительно недавно геронтологией, он правильно предположил, что антиоксиданты, чтобы действовать эффективно, должны не просто проникать в тканевые среды, а влиять на процессы, происходящие в митохондриях. В его исследовательской группе было создано несколько таких препаратов, обобщенно называемых «иона ми Скулачева». Скулачев придерживается той теории старения, которая считает, что этот процесс запрограммирован в генах и реализуется через действие свободных радикалов, которые управляются разными программами в разных органах. Поэтому в его институте не проводятся традиционные клинические испытания, а делаются попытки омоложения отдельных органов и тканей, часто уже старых животных. «Ионами Скулачева» проводят экспериментальное лечение глаукомы и катаракты у старых животных (кошек, собак, кроликов, лошадей), пытаются задержать дегенерацию тимуса, вылечить склероз почек и преодолеть другие возрастные патологии [12]. В одной из последних публикаций сообщалось, что «ионы Скулачева» оказывают защитное действие на нервную систему [13]. Но это пока единичные опыты, которые нельзя воспроизводить в других лабораториях. Однако вокруг этих всего лишь предварительных исследований искусственно создана атмосфера сенсационности. В широкой прессе нередко появляются статьи о том, что Скулачев и его группа «нашли способ отменить механизм старения». Сам Скулачев в интервью «Жить долго и умереть молодым» пояснял: «Животные, которым мы давали препарат, доживали до глубокой старости в здоровом и активном состоянии, а потом вдруг в считаные дни или даже часы умирали» [14]. В конце 2009 г., в другом интервью, он сообщил: «Мы готовимся перейти к клиническим испытаниям нашего первого лекарственного препарата на добровольцах. Это еще не “таблетки от старости”, а пока лишь капли от некоторых старческих болезней глаз» [15].