ВОПРОСЫ ЗНАТОКАМ ВЛГД.

Несколько лет назад у меня созрело желание по мере возможности выяснить у тех, кто всецело вник в учение доктора Бутейко, как они оценивают эффективность ВЛГД, какое у них сложилось видение будущего этого учения. Хотелось также узнать, есть ли у таких увлеченных и компетентных людей какие-либо собственные секреты и наработки по освоению методики нормализации дыхания.

Моя любознательность была в полной мере вознаграждена.

Первая, случайная, встреча с одним из таких знатоков произошла на железнодорожном вокзале. Моим соседом в зале ожидания оказался Григорий М., 27 лет. Познакомились, разговорились.

Григорий был кадровым военным. Успел поучаствовать в двух «горячих точках», получил тяжелое ранение, лечился в госпитале. Рана очень плохо заживала, из-за этого, да и по другим причинам начала развиваться депрессия — «хоть вешайся».

Но как-то к его койке подошел молодой военврач. «Он-то и сказал мне фразу, которую я запомнил на всю жизнь: «Лейтенант, ты серьезный парень и способен уловить новизну. Тебе нужно научиться дышать по Бутейко. Для начала постарайся чуточку недодышивать. Начни с этой же минуты и делай впредь во веки веков».

Военврач объяснил механизм такого дыхания. И приободрил: «Не унывай, все у тебя получится, ты будешь чувствовать себя еще лучше, чем до ранения».

Только ближе к вечеру доктор подошел к нему снова, долго всматривался, наконец, открыл свой журнал и протянул Григорию лежавшее там зеркальце: «Поищи-ка изменения в своем лице». «Да я ж не в лицо ранен»,— не понял Григорий. Доктор, однако, был категоричен: «Отвечайте, лейтенант, на вопрос, который вам задан!»

«Первое, что я заметил, глядя в зеркало,— продолжал рассказывать мне Григорий,— были мои собственные сияющие глаза.

Меня это ошарашило. «Доктор, я, кажется, воскрес!» Но доктор ждал уточнений. И, уже отдавая себе отчет в каждом слове, я начал ему перечислять: «Да вот улыбаюсь, на щеках румянец. И губы целоваться просятся...» Военврач даже не улыбнулся: «А ты знаешь, что происходит в организме людей, когда они целуются? Это как раз те моменты, когда два человека, по существу, не дышат, то есть в какой-то мере — метод доктора Бутейко на практике. В организме в это время создаются все условия для максимального накопления до

нормы углекислого газа, и он почти не выдыхается. А сам организм в это мгновение наполняется жизненной силой. А ты молодец, Гриша, суть метода понял быстро. Только не забывай, что недодышивать, как мы с тобой договорились,— на веки веков».

Григорий действительно начал культивировать недодышивание. И вскоре заметил, что заживает рана, улучшилось самочувствие. А главное — появились оптимистичные взгляды на собственное будущее.

Сейчас, сидя в зале ожидания, я не мог не спросить о том главном, что меня особенно интересовало: входит ли в его жизненные планы дальнейшее освоение метода Бутейко.

Я попал прямо в точку. Григорий, оказывается, решил получить второе (одно он уже имел) высшее образование — биологическое, чтобы заняться развитием и научным обоснованием этого метода. Но главное — научиться, как тот военврач в госпитале, помогать людям. Особенно тем, кто смалодушничал и раньше времени сник; кто пострадал от неправедных войн и сейчас полон душевных мук, оказавшись никому не нужным. Мечта Григория — выводить из депрессии и выдающихся в прошлом спортсменов, перестраивая их дыхание из «раздышанного» спортивного на поверхностное.

Моя вторая встреча со знатоком ВЛГД тоже оставила памятный след. Это была далеко уже не молодая женщина. Все называли ее Андреевна.

Я узнал от Андреевны, что, как своих детей, так затем и внучат она всегда лечила сама, без врачей — миром каких-то целительных сказок, теплотой колыбельных песен. Они убирали на время глубокое дыхание, содействовали расслаблению больного организма, который она затем наполняла энергией своего сердца. На умелом расслаблении Андреевна акцентировала особое внимание. «Избегайте любых напряжений». Эта фраза стала ее девизом, а ее верой — учение доктора Бутейко: «При нашей поддержке доктора его учение может быть спасительным для нас и для нашего общества».