13. ТАЛТАНСКАЯ МЕДВЕЖЬЯ СОБАКА.

Охота для настоящего индейца — дело несложное. Что может быть проще и приятнее, чем загнать енота, подстрелить из лука кролика или забить камнями кабана. Охотник выскакивает из засады, зверь убегает, свистит камень или стрела и дело кончено. Другое дело медведь. Стрелы и камни не годятся. Только копьё и бой один на один. Так сказать, глаза в глаза. И вот тут-то возникает главная проблема. Индеец должен подойти к незнакомому медведю и садануть ему копьём в грудь. А, ведь, даже, уличный грабитель, прежде, чем отобрать у вас мобильник, попытается завязать разговор, типа, «Который час?», «Не будет ли сигаретки?» или «Как наши сыграли?».

Попробуйте, поставьте себя на место индейца.

Медведь. — Доброе утро.

Индеец (целясь копьём) — Здравствуйте.

Медведь. — Мужчина, бога ради, осторожнее с этой острой палкой. Не пораньтесь.

Индеец. — Это копьё и сейчас я убью тебя.

Медведь. — Подождите, разве мы знакомы?

Индеец. — Нет!

Медведь. — Стойте, стойте! А почему вы хотите убить меня?

Индеец. — Мне нужно твоё мясо и шкура.

Медведь. — Ужас, какой! Моё мясо. Вы это говорите так, что просто мороз по коже. Простите, но вам нужно именно моё мясо? И именно моя шкура?

Индеец. (опуская копьё) — Ну, не конкретно ваши. А просто медвежьи.

Медведь. — Вы точно не шутите?

Индеец. — Нет, я охотник.

Медведь. — Господи, бред какой-то… Вот так подойти в лесу к незнакомцу и проткнуть его палкой, потому, что вы охотник? Отвернитесь, пожалуйста, меня, кажется, сейчас стошнит.

Индеец. — Я, наверное, пойду.

Медведь. (машет лапой и тошнится).

Однако человек потому и считается высшим существом, что способен решить любую проблему. И индейцы вывели породу медвежьих собак талтанов. Эти маленькие, вёрткие псы, окружают медведя и, осыпая его градом насмешек и оскорблений, доводят до белого каления. Когда же из кустов появляется охотник, то взбешённый зверь с криком, — Так это твои собаки, гадёныш, — бросается на него и получает своё копьё в грудь. Выходит такая житейская ситуация. Шёл себе по лесу, никого не трогал, вдруг, откуда ни возьмись, разъяренный медведь. Чистая самооборона. И совесть спокойна…