Глава 1. Второй ключ к сокровищам.

Нет и, наверное, никогда не было в мире человека, более загадочного, чем Нострадамус. Загадки у него можно встретить везде, даже там, где, казалось бы, им совершенно не место. Только что мы закончили расшифровку хронологий, которые содержались в «Послании Генриху», и глаза наши пробегают по заключительным строкам этого произведения:

Но вот только я прошу Вас, о милостивейший Король, из-за этой вашей необычайной и прозорливой человечности поскорее услышать желание моего сердца и заметить высочайшее рвение, которое я прилагаю для покорности Вашему яснейшему Величеству. С тех пор как мои глаза были настолько близки к вашему солнечному блеску, на что достоинства моего труда не претендуют. Mais tant seulement ie vous requiers, ô Roy tres clemêt, par icelle vostre singuliere & prudente humanité, d'entendre plus tost le desir de mon courage, & le souuerain estude que i'ay d'obeyr á vostre Serenissime Maieste, depuis que mes yeux furent si proches de vostre splendeur Solaire, que la grandeur de mon labeur n'attainct ne requiert. «Послание Генриху».

Обычная для тех времен форма дворцового этикета. Даже если учесть, что письмо это имело на деле другого адресата и образ «короля», как уже говорилось, был выбран исключительно для отвода глаз, это ничего не меняет – этикет есть этикет. Этим же можно объяснить и ту не совсем уместную скромность, с которой Нострадамус говорит о своих пророчествах, если бы не одно «НО».

Присмотритесь, как Нострадамус рассыпается в дифирамбах: «Ваше яснейшее Величество… на что достоинства моего труда не претендуют». И ведь действительно, уж на что на что, а на эпитет «яснейшие» головоломки Нострадамуса претендовать точно не могут!

Так что и здесь он остался верен себе. Глаз может сотню раз пройти мимо какой-то строки, пока вдруг одно небольшое наблюдение не перевернет эту фразу с ног на голову, неожиданно открыв ее истинный смысл! А это значит, что, читая Нострадамуса, мы должны быть трижды внимательны и четырежды осторожны.