Казан, баран и дастархан.

Минимальный джентльменский набор.

Минимальный джентльменский набор. Часть первая. Лучшее мясо на свете: откуда оно берется? Казан, баран и дастархан.

Один мой бакинский товарищ окончил аспирантуру в середине семидесятых, и его пригласили остаться в вузе в качестве преподавателя.

Он быстро нашел общий язык со студентами, сумел их к себе расположить, и скоро случилось так, что его лекции стали очень популярными, а студенты учились у него охотно и с большим прилежанием.

В результате во время сессии все студенты продемонстрировали исключительно высокие результаты: на всем потоке только три “четверки”, а остальные получили “отлично”.

Скандал! Да этот мальчишка решил опрокинуть систему советского высшего образования! И моего товарища вызвали к ректору.

Пока он, дожидаясь вызова, несколько часов сидел в приемной, ректор несколько раз выходил из кабинета, выглядывал в коридор, возвращался обратно, а на молодого преподавателя внимания не обращал.

Оскорбившись настолько демонстративным пренебрежением, мой товарищ попросил у секретаря лист бумаги и написал заявление об увольнении. Секретарь тут же понесла бумагу в кабинет и, возвращаясь, скомандовала:

— Войдите!

Ректор привстал от удивления:

— Так это вы наш новый преподаватель?

— Да, а что?

В ответе не было нужды. Было и так ясно, что ректор просто-напросто шокирован внешним видом нового преподавателя: туфли на огромной платформе, брюки клеш, рубашка с отложным воротником, какие-то цепи на шее и огромная копна кудрявых волос. Еще бы макияж “летучая мышь” на лице — и вот вам еще один участник рок-группы Kiss.

— Ах, вам мой внешний вид не нравится? А какая разница, если мои студенты…

— Сынок, подожди, — прервал его ректор.

— Ну посмотри, вот я — аксакал. Если я обращусь к тебе всего лишь с одной просьбой, ты ее выполнишь?

— Да, конечно, — ответил товарищ, вспоминая, что он все-таки не только модный парень, но еще и носитель кавказских традиций.

— Хорошо, — очень доброжелательно ответил ректор, — просьба моя очень простая. Ходи на работу в галстуке.

На другое утро мой товарищ попробовал повязать галстук поверх модной рубахи с огромным воротником до самых плеч. В результате пришлось надеть нормальную белую сорочку. Вместе с этой белой сорочкой брюки клеш и ремень с огромной пряжкой смотрелись глупо. Пришлось сменить и брюки, а за ними туфли, цепь на груди была уже не видна, осталось только подстричься и снять роскошные югославские темные очки.

И все! В зеркало смотрел нормальный, совершенно обыкновенный советский преподаватель, только что испытавший на себе методику “точечного управления”.

Друзья мои! Мне далеко до мудрости бакинского ректора, но я тоже хочу обратиться к вам с одной-единственной просьбой.

Наточите ножи!