174 СЛОН СЪЕЛ ПАЛЬМОВЫЕ ЛИСТЬЯ И ИЗВЕРГ ИХ ВМЕСТЕ С ПОМЕТОМ В ФОРМЕ ПЛЕТЕНЫХ КОРЗИН.

Один из мудрецов, Рами бар Хама, спросил: каков статус корзины из пальмовых листьев, проглоченной слоном и извергнутой им вместе с пометом, — может ли она стать ритуально нечистой?

Ученики интерпретировали этот вопрос следующим образом.

Если слон проглотил ритуально нечистую корзину, а затем извергнул ее вместе с экскрементами, корзина, естественно, останется нечистой (и, стало быть, способной принимать нечистоту; следовательно, и «чистая» проглоченная корзина, покинув кишечник слона, может принимать нечистоту). Корзина была проглочена, она же была извергнута — ничто не изменилось!

Стало быть, вопрос мудреца относится к иному случаю — когда слон проглотил не корзину, а разрозненные пальмовые листья, которые сами собой сплелись в корзину в слоновьем кишечнике. Иными словами, речь о случае, когда слон проглотил листья, а изверг корзину! Будет ли такая корзина принимать нечистоту?

В чем тут сомнение? С одной стороны, резонно объявить всякий продукт пищеварения, извергнутый вместе с пометом, имеющим статус помета. В таком случае все просто: Галаха ясно утверждает, что сосуд, изготовленный из помета диких и домашних животных, не принимает ритуальную нечистоту. С другой стороны, в данном случае извергнута плетеная корзина, которая не может быть приравнена к обычному помету, — ведь тот отличается по своей форме от проглоченной пищи.

Ученики попытались разрешить это сомнение, опираясь на следующую историю, уже прошедшую галахическое рассмотрение.

Однажды волки съели двух детей в Заиорданьи. на вопрос о статусе волчьего помета, содержащего переваренное мясо этих детей, мудрецы ответили: он чист и не принимает ритуальную нечистоту!

Из этого ученики попытались сделать следующий вывод: процесс пищеварения аннулирует статус пальмовых листьев (из которых можно сплести принимающую нечистоту корзину) и юридически превращает их в обычный помет; поэтому извергаемая слоном корзина нечистоту не принимает.

Однако по здравом размышлении ученики отвергли это доказательство, согласившись, что нельзя сравнивать переваривание мяса с перевариванием пальмовых листьев. Ведь мясо детей нежно, так что пищеварение радикально изменяет его форму, в то время как листья не были полностью переварены и не изменили свою форму радикально (иначе из них не сплелась бы корзина).

Ученики попытались решить проблему на другой лад: в помете волков были детские кости, которые мудрецы признали нечистыми (стало быть, нельзя исключить, что извергнутая слоном корзина принимает нечистоту).

Однако и этот аргумент был отвергнут — ведь кости жестки и вообще не изменяют форму при переваривании; волки проглотили кости и их же извергли! В то же время пальмовые листья несколько изменились за время пребывания в кишечнике слона.

Талмуд не дал ответа на вопрос Рами бар Хама.

Вавилонский Талмуд, трактат Минахот 69а и 69б

175 МАЛЬЧИК СТАНОВИТСЯ МУЖЧИНОЙ ПОСЛЕ ТОГО, КАК У НЕГО ВЫРАСТУТ ДВА ВОЛОСКА ИЗ ОДНОГО МЕШОЧКА.

Согласно еврейскому закону, несовершеннолетний не несет ответственности за свои действия, поэтому даже если он нарушит закон Торы, наказания не последует. Достигнув зрелости, он начинает нести ответственность за свои поступки и, следовательно, может быть наказан. Взрослого мужчину Тора называет «иш» — человек.

Древние мудрецы (мудрецы Мишны) установили, что люди обоих полов становятся взрослыми и начинают нести ответственность за свои поступки лишь после того, как на их телах вырастут два волоска. Именно: девочка — если она достигла двенадцатилетнего возраста и на ее теле выросли два волоска; мальчик — если он достиг тринадцатилетнего возраста и на его теле выросли два волоска.

Мудрецы Талмуда подробно обсуждали условие о двух волосках.

Один из них, Ада бар Ахва, установил, что если у ребенка уже созрели мешочки для волос (фолликулы), то даже если сами волосы еще не выросли, его следует считать взрослым.

Другой мудрец, Ханина, спросил: если достаточно наличия фолликул, а в самих волосках нужды нет, отчего мудрецы Мишны прямо так и не сказали? Отчего они всегда употребляли выражение «два волоска», а не «два фолликула»?

Ему ответили: древние мудрецы выбрали это выражение сознательно (хотя и сознавали, что если у ребенка есть два фолликула без единого волоска, он должен считаться взрослым), ибо если бы они сказали «два фолликула», то в случае, когда у ребенка выросли два волоска из одного-единственного фолликула, он ошибочно не считался бы взрослым. Поэтому они предпочли выражение «два волоска» — то есть даже если у ребенка выросли два волоска из единственного фолликула.

Мудрецы Талмуда спросили: разве два волоска могут вырасти из одного фолликула? Ведь сам Бог, прославляя свое творение, отметил, что, хотя на голове у человека растет множество волос, каждый из них вырастает из своего мешочка-фолликула. Если бы два волоска могли вырасти из одного фолликула, пострадала бы стройность мироздания! Стало быть, это невозможно.

Им ответили: действительно, на голове у человека волосы растут каждый из своего фолликула, однако на теле два волоска вполне могут вырасти из одного фолликула — стройность мироздания от этого не страдает.

Кроме того, мудрецы разошлись во мнениях по вопросу о том, где именно должны вырасти волоски, чтобы их носителя можно было считать совершеннолетним. По мнению одного из них, достаточно, чтобы один волосок вырос на животе, а другой на спине. По мнению другого, необходимо, чтобы оба волоска выросли на одном и том же месте.

Вавилонский Талмуд, трактат Нида 52а—52б