Глава 47. БЕТАНИ ХЭМЛИН.

— Мама, телефон! — крикнула сверху Энни.

— Какая линия? — осведомилась Бетани. Она стояла на кухне и делала мясной фарш.

— Деловая. Если хочешь, я отвечу!

— Я сама. — Бетани в досаде покачала головой. Ее услуги пользуются все большим спросом; к ней записываются за целый месяц вперед. Наскоро вымыв руки, она вышла в бывший кабинет Гранта. Теперь здесь ее кабинет. На самом видном месте — график проведения ближайших мероприятий.

Она сняла трубку, записала нового клиента на предварительную встречу и вернулась на кухню. Сегодня она готовила тефтели с начинкой из зеленых оливок ко дню рождения одной шестилетней девочки, который приходился на Хеллоуин.

Вскоре вниз спустилась Энни.

— Тебе помочь? — спросила она, кивая на тефтельки.

— Сейчас нет, а потом да.

Энни отлично помогала ей прошлым летом и помогает до сих пор, хотя учится в выпускном классе. Бетани наняла ее на неполный рабочий день, с условием, что дочь будет помогать ей по мере надобности. Свободный график подходил им обеим. Теперь у Бетани было еще три ассистентки, но работать с Энни она особенно любила. Совместная работа их очень сближала.

— Именно за это я и плачу тебе бешеные бабки!

— Очень смешно, мама!

Снова зазвонил телефон, и Бетани выразительно посмотрела на свои руки.

— Сними, пожалуйста!

— Конечно. Надо же отрабатывать бешеные бабки, как ты их называешь, — отшутилась Энни. Она сняла трубку и деловито представилась: — «Праздники Бетани».

Ее дочь уже почти взрослая; время от времени Бетани сильно удивлялась, вспомнив об этом. Она очень гордилась своей Энни, хотя через год и Энни упорхнет из дома, поступит в колледж… Тогда Бетани останется одна. Мысль об одиночестве больше не страшила ее. Когда придет время, она справится. И уж конечно, она не будет одинокой и потерянной… Более того, у нее куча планов и интересных мыслей. Она намерена привлечь и своих подруг — например Лидию. Бетани придумала устраивать вязальные вечеринки: она обеспечит закуски и напитки, а Лидия будет обучать желающих вязанию. Правда, все надо хорошенько обдумать… Кроме вязальных, Бетани мечтала о детских вечерах, где будут читать книги вслух. Она не сомневалась, что с этим ей поможет Элиза.

— Это Пол! — крикнула Энни. — Сказать, чтобы перезвонил попозже?

Бетани и Пол встречались время от времени, но вот уже пару месяцев не разговаривали по телефону.

— Да, я перезвоню ему попозже. Сейчас мне надо ехать по делу; я вернусь домой после шести.

— Куда ты едешь?

— К Лидии. — Бетани выложила слепленные тефтельки на противень.

— На. — Энни протянула ей трубку. — Сама и скажи.

Пол пригласил ее выпить кофе во «Французском кафе» напротив «Путеводной нити». Бетани охотно согласилась.

— Увидимся в шесть, — сказала она.

— В чем дело? — поинтересовалась Энни.

— По-моему, Пол собирается сообщить мне что-то про себя и Анджелу. — Новость обрадовала Бетани. Наконец-то у Пола настоящий роман!

— Зачем тебе к Лидии? — тут же спросила Энни, подозрительно глядя на мать.

— Какая ты у нас любопытная, — вздохнула Бетани.

— Пытливый ум всегда жаждет знания.

Бетани рассмеялась и покачала головой. Сразу надо было догадаться, что скрывать что-либо от Энни бесполезно.

— Если уж тебе так непременно нужно знать, я хочу докупить еще один моток пряжи для вещи, которую сейчас вяжу.

— А что ты сейчас вяжешь?

Бетани тяжело вздохнула:

— Свитер для моей дочки!

— Тот розовый кашемировый свитер — для меня?! — вскричала Энни в полном восторге, что подтверждала и ее улыбка.

— Да, для тебя, но это больше не сюрприз.

— Мамочка, спасибо, он такой красивый, просто обалденный! Как здорово, что ты вяжешь его для меня!

Бетани брала в руки спицы почти каждый вечер; так она расслаблялась. Она любила сочетать приятное с полезным. Ей казалось, прошло целых сто лет с тех пор, как дочка чуть ли не насильно записала ее на курс вязания. После носков Бетани увлеклась свитерами; сейчас она собиралась связать Эндрю теплый плед на Рождество.

Бетани поставила тефтельки в духовку и велела Энни выключить ее через полчаса. По дороге к «Путеводной нити» она, к собственному удивлению, вспоминала, как Грант объявил ей, что любит другую. Тот день стал самым черным в ее жизни, зато потом жизнь ее круто изменилась. Теперь она независима и счастлива; и у детей тоже все хорошо.

И Эндрю, и Энни стараются поддерживать отношения с отцом; сейчас они перезваниваются и иногда видятся. Бетани знала, что Грант несчастен, и по-своему жалела его. И все же бывший муж сам сделал свой выбор. Она больше не может и не хочет тревожиться за него. Теперь у нее своя жизнь.

К счастью, прямо перед входом в «Путеводную нить» нашлось свободное место. Бетани припарковалась, вышла из машины и опустила нужное количество четвертаков в наркомат. До закрытия магазина оставалось всего несколько минут.

— Я боялась, что не успею, — заявила она, входя.

— Бетани! — радостно вскричала Лидия. Обойдя прилавок, она обняла гостью и протянула ей моток розового кашемира, специально отложенный для нее. — Точно такого оттенка, как и первый, — заверила ее Лидия, возвращаясь за кассу. — Как я рада тебя видеть!

— И я тоже, — призналась Бетани. — На следующей неделе у меня свободен вечер пятницы, так что жди меня на благотворительных посиделках. Как там все поживают? — Она не заходила в «Путеводную нить» две недели и уже скучала по своим подругам.

— Все хорошо, — ответила Лидия. — Жаклин до сих пор на седьмом небе от счастья и не нарадуется второй внучке. Она приносила ее фотографии.

— Опять? — засмеялась Бетани. Расплатившись, она огляделась по сторонам. Сразу заметно, что магазинчик на Цветочной улице процветает. Лидия закупила новые виды дорогой пряжи; вообще выбор такой, что глаза разбегаются… Лидия процветает. Бетани надеялась, что со временем и она будет так же прочно стоять на ногах.

— Сказать всем, что ты зайдешь на следующей неделе? — спросила Лидия, вручая Бетани покупку.

— Объяви, да поторжественнее. — Бетани сунула моток пряжи в фирменный пакет с надписью «Путеводная нить», который она носила в своей дамской сумке.

Лидия улыбнулась:

— Отлично выглядишь!

— Спасибо. — Бетани немного покраснела. В последнее время на нее часто обращают внимание, она и сама не знает почему. Ей было хорошо; она догадывалась, что по ней это заметно. Жизнь хороша! Весь ее мир перевернулся, и понадобилось много времени, чтобы приспособиться к переменам.

Выйдя из «Путеводной нити», она сразу увидела Пола. Тот уже занял для них столик во «Французском кафе». Когда она вошла, он встал и помахал ей рукой. Она помахала в ответ, увидела Аликс за прилавком и, перед тем как подойти к Полу, улыбнулась приятельнице.

— Анджела придет через несколько минут, — пояснил Пол, указывая на третью чашку.

— Как она? — Бетани придвинула себе стул и села.

— Она помолвлена.

— Анджела помолвлена? — изумленно повторила Бетани, но потом до нее дошло. — С тобой!

— Я на это надеюсь, — засмеялся Пол.

— Поздравляю! — Бетани привстала и обняла его. — Как здорово!

Внутреннее чутье ее не обмануло, и новость — лучшее тому подтверждение. Они с Полом едва не влюбились друг в друга, но Бетани вовремя поняла, что это неправильно. Тогда получилось бы, что оба не пускаются в свободное плавание, а ищут тихую гавань. Пол с ней не соглашался, и ей стоило большого труда отстоять свою точку зрения. Пол не желал встречаться с другими; он считал ее идеальной парой. Постепенно он смирился с тем, что они будут не любовниками, а просто друзьями. Время и расстояние довершили дело.

— Я даже не представлял, что способен еще раз так сильно полюбить, — признался он. — Более того, во второй раз все гораздо лучше.

— Ах, Пол, я так рада за тебя…

— Теперь твоя очередь, — напомнил он.

— Согласна, но я не спешу. — Бетани действительно не рвалась замуж.

Открылась дверь, и в кафе вошла высокая симпатичная брюнетка. Она оглядела зал и радостно заулыбалась, увидев Пола.

Пол встал и протянул невесте обе руки. Бетани наблюдала за влюбленными. Пол поцеловал Анджелу в щеку, и она села на стул рядом с Бетани. Они с Анджелой познакомились пару месяцев назад; Бетани сразу поняла, что Пол увлекся не на шутку.

— Насколько я понимаю, вас нужно поздравить.

Анджела кивнула:

— Мы решили пожениться зимой и будем очень рады, если нашу свадьбу организуешь ты.

Бетани улыбнулась. Опыт проведения свадеб у нее был небольшой. Собственно говоря, пока она устроила только одну — свадьбу Элизы и Маверика. Все получилось замечательно. Если вторая свадьба удастся хотя бы вполовину так же хорошо… Ничто не доставит ей большей радости, чем устраивать свадьбу своего лучшего друга.

— С удовольствием! — воскликнула она.

— Кстати, я не шучу. — Пол положил руку на плечо невесте. — Ты следующая!

Бетани промолчала, но по-прежнему улыбалась. Развод не отвратил ее от любви и брака. Наоборот, подтвердил, насколько важны для нее семейные ценности. Возможно, она и выйдет замуж, но не считает повторный брак первоочередной целью в жизни. Когда-нибудь… потом!

А пока у нее есть дети, друзья и работа. Она стала другим человеком, теперь она нравится самой себе. А еще она заново открыла для себя маленькие радости жизни. Она находит утешение в садоводстве, чтении и, превыше всего, в вязании.

Пока ей достаточно.

Глава 48. ЭЛИЗА БОМОН.

Элиза в очередной раз сверилась с рецептом и добавила в тесто льняные семечки и чернику. Она заботилась о том, чтобы Маверик питался полноценно и получал все необходимые ему витамины. Правильное питание, считала она, тоже помогает победить болезнь.

Пока все идет успешно. Правда, Маверик уверяет, что своими успехами он обязан ей и ее готовке, однако Элиза решительно возражала. Разумеется, диета очень важна, но она считала, что ее муж до сих пор жив благодаря главным образом не еде, а любви.

— Что печешь? — поинтересовался Маверик. Он сидел в гостиной с газетой на коленях и любовался видом Сиэтла, открывавшимся из окна.

— Сладкие кексы.

— Ребята их просто обожают!

Элиза широко улыбнулась. Маверик имел в виду вовсе не внуков, хотя ее кулинарные таланты производят неизгладимое впечатление на Люка и Джона. Едва войдя к ним, мальчишки бежали на кухню и набрасывались на угощение.

— Когда придут ребята? — спросила Элиза, ставя противень с кексами в духовку.

Ребятами они называли дружков Маверика, которые заходили по два, а иногда и три раза в неделю, чтобы по-дружески сыграть в покер. Маверик познакомился с ними в местном покерном клубе, на отборочном туре перед последним турниром.

— В три часа, — ответил Маверик.

Элиза поняла, что ее муж пользуется в определенных кругах большим авторитетом. В молодости, когда они были женаты в первый раз, он часто проигрывал, и Элизу одолевали страх и неуверенность в завтрашнем дне. Наверное, от страха и еще потому, что ей так было удобнее, она предпочитала думать, что Маверик влачит жалкое существование. На самом деле он оказался очень удачливым. Правда, он никого не призывал последовать своему примеру, даже наоборот, отговаривал других становиться профессиональными игроками. Да и сам часто жалел о сделанном когда-то выборе.

Элиза вышла к мужу в гостиную и ненадолго присела на ручку его кресла. Он обнял ее за талию, вздохнул и закрыл глаза. Он очень быстро уставал. Утром они ездили в больницу; анализы и процедуры отняли у него много сил, зато результаты оказались обнадеживающими. Развитие болезни значительно замедлилось. Они получили отсрочку. Элиза не знала, надолго ли, но радовалась каждому дню, прожитому с ним.

— Может, вздремнешь перед игрой? — предложила она.

— Да, пожалуй.

Она пересела на диван; Маверик перевел спинку кресла в полулежачее положение. Элиза потянулась за плетеной корзинкой с вязаньем и развернула начатую работу. Она решила связать Маверику короткий халат для таких вот минут дневного отдыха. Тихо щелкали спицы. Какой успокаивающий звук!

Они вместе уже год; Элиза ни разу не пожалела, что снова вышла замуж за Маверика. Они словно переживают второй медовый месяц. Маверик обожает дочь и внуков. Он обеспечил будущее не только Авроры и Дэвида, но и Люка с Джоном — положил крупный выигрыш в доверительный фонд на их имя.

Тяжба, которую вела Элиза, закончилась. Часть денег ей вернули — больше, чем она ожидала, но меньше, чем ей бы хотелось. Возвращенные деньги она тут же положила в банк. Та глава ее жизни закрыта, и она рада, что сумела продержаться.

Она так и не рассказала подругам по вязальному кружку, что их благодетелем стал Маверик. Иногда ей очень хотелось поделиться, но она благоразумно удерживалась. Когда Кортни с восторгом описывала свое нарядное бальное платье и взахлеб рассказывала о том, как прошел школьный бал и как, благодаря щедрости таинственного волшебника-крестного, к ней прилетела сестра, Элиза слушала молча, хотя на глаза у нее то и дело наворачивались слезы. Она старалась запомнить каждую мелочь, чтобы потом все пересказать Маверику.

С Бетани неожиданный подарок произвел еще более разительные перемены. Она по секрету рассказала Элизе о неизвестном, благодаря которому смогла развернуться и поставить дело на широкую ногу. Как много значили для нее те несколько тысяч долларов! Деньги все изменили и пришли к ней, когда были ей особенно нужны.

Бетани оказалась прирожденной деловой женщиной. Элиза уже не удивлялась никаким ее новым идеям. Пройдет несколько лет, и ей придется открывать филиалы своей компании по всей стране! В голове у Бетани рождаются свежие и неординарные замыслы… Она не забывает о таинственном дарителе. Элиза не сомневалась: придет время, и Бетани тоже обязательно поделится деньгами или добрым советом с какой-нибудь начинающей предпринимательницей. В общем, за нее можно не волноваться.

В «Путеводной нити» Бетани ни словом не обмолвилась о неожиданном подарке, чему Элиза очень радовалась. Если бы Бетани присоединила свой рассказ к восторженным отзывам Кортни, остальные легко догадались бы, «откуда ноги растут». Маверик же не хочет ни известности, ни благодарности; пусть и дальше остается для всех них загадочным крестным-волшебником.

Продолжая вязать, Элиза улыбнулась про себя. Она подозревала, что Лидии все известно. Правда, она никогда не спрашивала Элизу напрямую, но однажды как бы между прочим обмолвилась, что у их кружка, кажется, появился крестный-волшебник. Элиза тогда попыталась навести ее на ложный след и высказала предположение, что этот волшебник, возможно, отец Кортни, но Лидия только головой покачала. К счастью, больше она о крестном-волшебнике не заговаривала. Элизе не хотелось вводить в заблуждение Лидию, которую она считала своей близкой подругой.

Запищал таймер на плите; она отложила вязанье и пошла вынимать кексы. Выключила духовку и поставила кексы остывать. По кухне поплыл аромат спелой черники. Попозже, когда кексы остынут, она покроет их сливочной глазурью и угостит Маверика и его друзей. «Ребята» обычно едят, нахваливают и даже не понимают, что угощение не только вкусное, но и полезное.

Маверик проснулся через полчаса. Выглядел он значительно посвежевшим. Он посмотрел на часы: меньше чем через двадцать минут начнется игра!

Как и следовало ожидать, ровно в три явился Барт, первый из «ребят». Вскоре пришли Эл и Фред.

— М-м-м, какой аромат! — воскликнул Барт, втягивая носом воздух, и подмигнул Элизе. — У вас самые вкусные кексы на свете! Готов поспорить, на вкус они такие же, как и на запах.

Откровенная лесть позабавила и порадовала Элизу.

— Барт, уж я позабочусь о том, чтобы вам досталась хотя бы одна штучка.

Он усмехнулся:

— Буду весьма вам признателен, миссис Бомон!

Вскоре к ним присоединились и Эл с Фредом; оба явились на вкусный запах.

— Опять печете? — спросил Эл, сняв шляпу и в притворном удивлении вытаращив глаза.

Маверик исподтишка улыбнулся жене.

— Ты балуешь моих друзей, — заметил он.

— И все для нас, старичков? — Фред радостно потер руки. — Для бедных голодных старичков?

— А ну-ка, перестаньте. — Элиза не очень старательно попыталась скрыть усмешку. — Ведь отлично знаете, что по четвергам я всегда пеку кексы!

Барт ткнул Эла локтем в бок:

— Ради них-то мы к вам и ходим!

— А я думал, вы пришли ради покера, — поддразнил их Маверик.

— И ради него тоже.

Хихикая, они расселись за кухонным столом. Маверик достал колоду карт и перетасовал ее. Игроки выложили по двадцать долларов; победитель «турнира» забирал выигрыш с собой.

Через несколько минут все четверо с головой ушли в игру. Элиза покрыла кексы глазурью и вернулась к вязанью. Когда партия закончилась, она угостила всех кофе и кексами. Гости осыпали ее комплиментами; слушать их было, откровенно говоря, приятно.

Маверик поймал ее взгляд; она улыбнулась своему любимому. Муж улыбнулся в ответ. Любовь очень красит всех — и мужчин, и женщин… С любовью по силе ничто не сравнится.